Ахметжан Ашири Произведения Том II роман-эпопея идикут пройдут минуты, годы, целый век, Но, вечно жить не может человек



жүктеу 6.23 Mb.
бет1/24
Дата16.06.2018
өлшемі6.23 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24










Ахметжан Ашири
Произведения

Том II

Роман-эпопея
ИДИКУТ
Пройдут минуты, годы, целый век,

Но, вечно жить не может человек.

Махмут Кашгари



БАУРЧУК АРТ ТЕКИН

В городе Бешбалыке – летней резиденции Уйгурского государства, расположенном на северных склонах горной системы Танритаг, в начале апреля, в течение десяти дней, с огромной помпезностью проводилось чествование Будды. По этому поводу в Бешбалык были приглашены многочисленные гости. Так, официальное приглашение получили представители Ханбалыкского, Тангутского, Джурджитского, Монгольского ханств. С исторической родины предков уйгуров – территории Уйгуро-Орхонского каганата, из районов Каракорума, Селенги, Хатунбалыка, были приглашены восточные уйгуры, которые, несмотря на различные перипетии судьбы, сумели сохранить свой язык и самобытность. Кроме того, были приглашены гости из Кашгарского, Хотанского, Кумулского ханств. Были многочисленные представители, проповедующих буддизм, просвещенных, образованных людей с границ Уйгурского государства. Торговые представители1 мусульманских городов Аргу2, Отрара, Бухары, Самарканда, Хорезма, Балха, Хорасана, Мавераннахра, Герата, Багдада, прибыли на буддийское торжество, аж за несколько дней.

Гости, прибывшие из Азии, известные, крупные торговцы, расположили на широкой площади у храма Гумати около четырехсот одногорбых верблюдов, на шее каждого из которых позвякивали разнообразные колокольчики. Развалившись, словно каменные глыбы, верблюды, время от времени, раздували свои ноздри и дремали, прикрыв глаза. Лишь изредка кто-то из них вытягивал шею, словно хотел осмотреться по сторонам. Торговцы успели не просто разгрузить верблюдов, но и предложить местным скупщикам товары из золота и драгоценных камней, изготовленные ювелирами из Центральной Азии. Жители Бешбалыка любуясь этой красотой, даже успели приобрести кое-что. Распорядитель накрепко привязав ослов и лошадей к деревьям, дал им корма. Лишь после этого он немного успокоился и расслабился. Мусульмане же невдалеке, на этой же площади, расстелив разноцветные ковры с изображениями птиц и цветов расселись на них. Они расхваливали Бешбалык, не переставая.

Распорядитель, попивая чай из тангутской пиалы с изображением дракона, произнес:

– Уйгурский город Бешбалык – настоящий золотой мост для нас! Мы можем спокойно проходить здесь. И пусть наши религии несхожи, зато у нас схожие помыслы.

Мусульмане, на головах которых возвышались белые и зеленые чалмы, прижав руки к груди, согласно кивали:

– Это правда, уважаемый Каримахун хажи!

Другие же, расстелив молитвенные коврики, принялись читать намаз, а буддисты, войдя в храм Гумати, преклонились перед изображением своего божества. В храм Гумати стекались все новые и новые гости.

Идикут, Правитель Уйгурского государства – Баурчук Арт Текин, был высокого роста, хорошо сложенный, светлолицый, с крупным носом, черными усами и бородой, видный человек. Ежегодно, перед чествованием Будды, он собирал в Бешбалыке Государственный Совет. В связи с этим, Баурчук Арт Текин распорядился провести парад уйгурского конного
войска. В указ, который им написан собственноручно, специальным пером, Идикут вписал свой титул и после этого вызвал ответственного за дела в Ставке с титулом – Тутун. Тот смиренно вошел, прижав руки к груди.

– Позови Тамгачи!3

– Слушаюсь, господин.

Очень скоро, словно бы он стоял за дверью, вошел хранитель печати – Назир и молча остановился у входа.

– Скрепить печатью! – произнес Идикут, еле заметным движением показав на документ.

Взяв бумагу, хранитель печати попятился назад, и лишь у самого выхода поклонившись, вышел.

Баурчук Арт Текин же, вызвав к себе ближайших сподвижников, а также ответственного за иностранные дела в ранге Тархана, государственного секретаря, главного распорядителя, отдал им четкие указания:

– Повелеваю, чтобы этот указ немедленно распространили по всей территории нашего государства, от Кумула до Манаса, от священного Турфана до юго-восточных районов Дашата Анши, что в Кянсу, до юго-западного Бугура, и расположенного на юге Лобнора.

– Как пожелаете! Мы немедленно отправим гонцов в путь!

Поклонившись, они вышли из ставки, и в тот же день гонцы поскакали на выносливых и резвых лошадях.

Заседание государственного Совета было посвящено в этот раз решению судьбоносных проблем, стоящих перед Уйгурским государством. Речь шла о необходимости прекращения вассальной зависимости от Киданьского ханства, и нахождение путей ликвидации той огромной опасности, которая возникала в связи с усилением мощи монголов под руководством Чингисхана.

Вместе с тем, раз в два-три месяца, государственный Совет собирался в Турфане, Кариходже, или Астане, где проводились памятные мероприя-тия в честь основателей и бывших правителей Уйгурского государства:


– Огузхана, Пан Текина, Боко Текина, Ирдимин-хана, Арслан-хана, Билге Текина. Баурчук Арт Текин первым делом преклонялся: Небу, Земле, Солнцу и Луне, а затем с почтением вспоминал предшествовавших ему Идикутов – правителей Уйгурского государства. Что касается ежемесячных заседаний Совета, то он занимался текущими делами, а именно, уточнял численность подданных государства, вел учет боевых и тягловых лошадей. Нередко на заседаниях Государственного Совета, Баурчук Арт Текин приглашал известных поэтов, переводчиков, таких ярких представителей уйгурской буддистской литературы, как: Апринчур Текин, Кол Тархан, Синку Сали Тутун, Калима Кайши, Фрат Яшри, Ки-Ки, Асиг Тутун, Чисуя Тутун. Все они были широко популярны среди народа. Кроме литераторов, приглашались также артисты, ремесленники, целители…

Баурчук Арт Текин был достаточно образованным правителем. Он живо интересовался книгами на религиозную тематику. Его любимыми были «Ирик путук» и «Алтун ярук» – «Золотой блеск». Далеко не равнодушен он был и к музыке. Играл на таких инструментах, как барбап и двадцатипятиструнной гонке. Правитель прекрасно знал героическую историю предков уйгуров. Вместе с тем, он интересовался и историей нынешнего Уйгурского государства. Будучи разносторонней личностью, Баурчук Арт Текин говорил на нескольких иностранных языках: китайском, киданьском, тангутском, монгольском, фарси, хинди. Что касается одежды, следует отметить, что он предпочитал военную форму, а оружие лишь подчеркивало его стать и мужественность. Тем более, что он прекрасно владел им. С самого раннего детства он владел военным искусством, обучался верховой езде. Постоянно самосовершенствуясь, он не терпел бездельников и людей, зря прожигающих жизнь. Таких он даже наказывал. И, напротив, людей ищущих, думающих, заботящихся о благе родной земли, он старался приютить и приблизить. При принятии, какого либо решения, всегда советовался со знающими людьми. Человек широкого кругозора, предвидящий многое из того, что может произойти, целиком себя отдавал священной единственной заботе, мыслям о своей Уйгурской родине.

* * *

Баурчук Арт Текин сидел в высоком шатре, окуренном всевозможными благовонными травами, погрузившись в глубокие думы. Весь в напряжении, он время от времени машинально похрустывал фалангами своих длинных пальцев. Когда он находился в таком состоянии, никто не решался войти к Идикуту. Даже его ближайшие советники – бешбалыкец Тора Кая и турфанец Тархан Билга Бука. Да и сам Баурчук Арт Текин чувствовал некоторое смятение. Под дорогим, стеганным халатом-чапаном, он ясно слышал учащенное биение своего сердца. Он едва пошевелил губами, которые до этого были надежно сомкнуты, закрывая вереницу крепких зубов.



– Успокойся! Не переживай! – шепнул он своему сердцу. – Я знаю, ты все чувствуешь. Или ты забыло, что я все время советуюсь с тобой? Но я не забыл. Я удивлен, что все получается, по-твоему, что ты обезоруживаешь меня! Но ты знаешь мой характер! Ты – великое сердце, но только потому, что – я велик!

Так Баурчук Арт Текин, поговорив со своим сердцем, предался воспоминаниям о прошедших кровавых событиях. При этом его глаза засверкали, и он сразу же почувствовал металл оружия, висевшего у него на поясе. Густые ресницы были бессильны прикрыть собою глаза Идикута. Пробивающийся луч света падал на его лицо таким образом, что оно казалось иссине-серым, словно кто-то бросил ему в лицо горсть песка или земли.

Баурчук Арт Текин был единственным сыном покойной старшей жены Идикута Исан Томура. Исан Томур, видя, что сын растет мужественным, упрямым и выносливым, был очень доволен им.

– Мне хотелось бы вступить в состав уйгурской конницы! – сказал как-то юный Баурчук Арт Текин отцу. Через некоторое время он уже более настойчиво просил об этом уйгурского Идикута Исан Томура, выказывая при этом все знаки почтения. Его глаза блестели надеждой. Прижав руку к груди в знак уважения, он заверял отца в том, что справится, что ему можно доверить любое дело.

– Если так, то я должен испытать тебя! Идем, покажи, на что ты способен.

Они выехали в степь и направились в рощицу, недалеко от Бешбалыка.

– Покажи свое умение в стрельбе из лука!

С этими словами Исан Томур дал сыну всего одну стрелу.

Баурчук Арт Текин взял ее, и учтиво спросил:

– А где же цель?

– Видишь, в вышине коршуна. Если собьешь его одной стрелой – быть тебе бойцом.

Баурчук Арт Текин прицелился и подстрелил птицу. Исан Томур был поражен.

– Молодец, молодец, сынок!

Баурчук Арт Текин, окрыленный похвалой отца, продемонстрировал все свои навыки владения и другим оружием. Однако Исан Томур все же не дал твердого обещания того, что Баурчук Арт Текин войдет в состав Уйгурского конного войска. Сын даже не почувствовал, что отец что-то скрывает от него. Об этом он узнал несколько позднее.

Как-то Идикут Исан Томур созвал экстренное заседание Государственного Совета. На нем он провозгласил:

– Вместо себя Высшим правителем государства – Идикутом, я назначаю моего сына Баурчука Арт Текина!

Вызванные в столицу крупнейшие и влиятельнейшие беки Уйгурского государства, в результате двухдневного обсуждения и споров, наконец-то, утвердили преемника. Им стал Баурчук Арт Текин.

Уже в то время Баурчук Арт Текин не мог найти ответа на целый ряд вопросов: «Почему было столько споров? Почему предложение Исан Томура вызвало такую неоднозначную реакцию? Может быть, не все в правлении отца нравилось влиятельным бекам? Может быть, может быть…»

Действительно, Идикут Исан Томур не особо надеялся на мощь Уйгурской конницы. И он стал уделять достаточно внимания тому, чтобы численно увеличить это войско. Поэтому, практически без боя он подчинился Западным Киданям, выплачивая им ежегодно огромную дань. Народ, естественно, был недоволен такими действиями Исан Томура. Более того, в отличие от Идикута, народ предпринял попытку восстания. Баурчук Арт Текин, зная двуличность и слабоволие отца, в душе понимал, что тот не сможет эффективно управлять государством, все время, наталкиваясь на недовольство народа. Исан Томур был склонен к самовосхвалению, и неравнодушен к лести. Более того, поддавшись на интриги своего окружения, он назначил наследником малолетнего сына от своей второй жены, тем самым, нарушив свое слово и, лишив этого права Баурчука Арт Текина. Разгневанный Баурчук Арт Текин, тем не менее, прекрасно понимал, кто подвинул отца к такому решению.

– Как это понимать? – напрямик спросил он отца.

– Это не твое дело! Я – Идикут, и я так решил!

– Я знаю, это мачеха – ваша вторая супруга!

– Все равно, когда-нибудь она станет твоей матерью! – произнес Исан Томур.

Вскоре Идикут Исан Томур вызвал своего сына Баурчука Арт Текина в ставку, и принял его наедине.

– Целью Вашего приглашения, – начал холодно и официально Исан Томур, – является необходимость доведения до вас моего решения.

Он на мгновение замолчал, а затем продолжил:

– Сынок, Баурчук, я пришел к решению поручить тебе новую миссию. Надеюсь, что ты с почтением и благодарностью воспримешь ее.

– Какова же эта миссия? – спросил Баурчук Арт Текин, преклонив колено перед отцом Идикутом Исан Томуром.

Идикут попытался объяснить, что это дело государственной важности.

– Я заключил соглашение с киданями. Ты об этом прекрасно знаешь. Но, как правило, межгосударственные договоры нарушаются. Это – большая трагедия.

Исан Томур холодно взглянул на сына и продолжал:

– Не знаю, говорить ли тебе все, или нет. Что ж, скажу.

Произнеся эти слова, он, замолчал. Не выдержав паузы, Баурчук Арт Текин спросил:

– Так какая же это миссия?

– Я направлю тебя в государство Западная Кидань. Поедешь завтра!

Это решение явилось для Баурчука Арт Текина абсолютно неожиданным. Он весь изменился в лице, по телу прошла дрожь. Справившись с волнением, он все же решил узнать, что побудило отца принять такое скоропалительное решение.

– Отец! – почти вскрикнул Баурчук Арт Текин, встав во весь рост.

– Я – отец народа! – высокомерно заговорил Исан Томур. – Я – Идикут! Знаешь ли ты, что я – Правитель!

– Но какова же истинная цель этого решения? Я в полном неведении. Я хочу знать всю правду.

Баурчук Арт Текин внимательно посмотрел на Идикута. Исан Томуру это не понравилось. Он встал и быстро зашагал из одного края просторного и красивого зала приемов в другой.

– Мы, то есть я, – уйгурский правитель. Если хочешь знать, что же, скажу откровенно. Ты пойдешь к Западным Киданям в качестве заложника.

– Заложника?! Я?! Почему я?!

– Да, заложника! Ты – потому, что ты мой сын. Это свидетельство и гарантия доверия между государствами. Чужие люди не могут быть заложниками.

Баурчук Арт Текин почувствовал, что ему становится трудно дышать. Он слышал удары собственного сердца. Идикут заметил это, но продолжал, стараясь сделать сыну еще больнее:

– Запомни, судьба двух государств зависит от тебя. Не делай глупостей. И не думай о побеге. Если поймают – убьют. Так положено, не я это выдумал. Если же удастся бежать, то здесь, в Уйгурском государстве тебя все равно настигнет смерть.

– Это все ты…ты – не честный человек. В тебе нет благородства, а это значит, что у тебя – плохое будущее.

– Замолчи!

Исан Томур был взбешен. Но он не мог казнить сына за эти слова, так как не мог никого другого отправить к киданям в качестве заложника. Баурчук Арт Текин это понял совершенно четко, но его слова действительно


задели отца. Тот сам не понял, как начал оправдываться перед своим
сыном.

– Пойми, не я придумал эту традицию. До меня уйгурским Идикутом был Билга Текин. Кидани, не выдержав натиска киргизов, мигрировали с берегов Енисея и прибыли в окрестности Бешбалыка. Кидани под предводительством Тус Тайгу, для того, чтобы продвинуться на Запад, вынуждены были передвигаться через территорию Уйгурского государства. Билга Текин снабдил тогда войска Тус Тайгу шестьюстами лошадей, сотней верблюдов, тремястами овец. Кроме того, в качестве заложников Тус Тайгу увел с собой детей и внуков Уйгурского правителя.

– Билга Текин – предатель! И ты тоже – предатель! Кидане – заклятые враги уйгуров. Если выживу, будет спрос и с тебя, и с киданей!

Исан Томур усмехнулся:

– Перед отъездом попрощайся с Бешбалыком!

Баурчук Арт Текин не осознавал, что этими словами отец, фактически, отрекался от него.

Он не представлял, как сложится его жизнь в государстве Западная Кидань, но, прекрасно уяснив, что отец советует ему навсегда распрощаться с Бешбалыком, юноша не выдержал и, со слезами на глазах, принялся умолять Идикута:

– Отец, не разлучай меня с моим родным городом! Здесь я родился, не отправляй меня!

– Смирись. Решение принято! – недовольно покачал головой Исан
Томур.

– Пересмотри свое решение, отец! Если бы жива была мама… Меня – в заложники… На чужбину…Ты бы не отправил в Кидань, ведь правда? Правда? Почему же ты молчишь?

– Правда, но твою мать не оживить. А я связан с живой…

Он сказал правду. Принц Баурчук перестал плакать. Взяв себя в руки, он словно бы встрепенулся, наполнился силой и энергией. Теперь это уже был совсем другой молодой человек, который достаточно смело и с чувством собственного достоинства, произнес:

– Где бы я ни был, я буду стремиться к правде. Я буду бороться! Я буду делать все, чтобы восстановить справедливость!

Произнеся эти слова, Баурчук Арт Текин с ненавистью смотрел в лицо Исан Томура.

Исан Томур, почему-то, не смог взглянуть в глаза сына, и молча стоял, опустив глаза. Словно не слыша слов Баурчука Арт Текина, он безразлично произнес:

– В Кидань, кроме тебя никто не поедет.

С этими словами Исан Томур вышел из приемной в другое помещение, оставив Баурчука Арт Текина одного. В тот же день, хорошо вооруженный, многочисленный отряд Уйгурского государства препроводил Баурчука Арт Текина в сторону государства Западная Кидань.

НА ЗЕМЛЕ КИДАНИ

То, что знал Баурчук Арт Текин о Государстве Кидань, это то, что киданьцы – кочевники. Восточные Кидани разгромили войска династии Сун, которая вынуждена была ежегодно выплачивать киданьцам сто тысяч саров серебра, сто тысяч кусков шелка. Восточные кидани покорили также жившее на берегах Амура и Сунгари племя Нужин.

Джурджиты же установили союзнические отношения с династией Сун, в результате чего они, объединившись, освободились от двухсот десятилетнего господства Восточных киданей. Таким образом, Восточные кидани были сокрушены. Предводитель Восточных киданей – принц Тус Тайгу, с частью своих соплеменников бежал на Запад. Тус Тайгу прибыл в город Хатунбалык, принадлежавший Уйгуро-Орхонскому каганату. Там он провозгласил себя правителем всех киданей. Затем двинулся к Енисею. Однако потерпел поражение от киргизов. Убегая, он прибыл к окрестностям Бешбалыка. Идикут Билга Текин, испугавшись, дал ему в заложники своего внука. Тус Тайгу с незначительным, но грозным войском пробивался на Запад. Каган Восточных караханидов – Ибрахим-хан, с целью ликвидации мятежа карлуков, обратился за помощью к Тус Тайгу.

Тус Тайгу оказался значительно хитрее и коварнее Ибрахим-хана. Под предлогом усмирения восставших карлуков, он захватил города Баласагун и Кашгар. И Восточные караханиды оказались под властью киданей. Тус Тайгу в сражении в пустыне Катван, расположенной между Самаркандом и Бухарой, наголову разбил объединенные войска Западных Караханидов и Сельджуков. Тус Тайгу, таким образом, создал государство Западная Кидань.

Изучив, как следует, прошлое киданей, Баурчук Арт Текин понял, что они разделились на несколько государств. В династии Сун также нет единства, как нет единства, и среди Восточно-Караханидских и Западно-Караханидских уйгуров. Уйгуры от этого страдают, а значит, необходимо устранить Тус Тайгу.

Баурчук Арт Текин сразу же по прибытии, был взят под жесткий конт-


роль со стороны Киданьских правителей. И хотя он не испытывал нужды ни в пище, ни в одежде, на душе у него было тягостно. Каган Тус Тайгу – исключительно хитрый и вероломный человек, он никогда не терял бдительности. И сейчас он искал тайный смысл в том, что принц Баурчук Арт Текин был направлен заложником. Безусловно, Тус Тайгу знал, что Исан Томур объявил Баурчука Арт Текина своим наследником. И вот, тот же Исан Томур направляет его заложником. Этот юноша не так прост, как может показаться, он рассудителен, смышлен. Кроме того, Тус Тайгу известно, что принц интересуется любыми сведениями, касающимися государства Кидань. Относительно Баурчука Арт Текина было объявлено, что он – заложник. Что будет жить среди киданьцев. В случае бегства в
Уйгурию, приказано его догнать и вернуть. Таким образом, хан повязал Баурчук Арт Текина по рукам и ногам, и внутренне несколько
успокоился.

А что, если Тус Тайгу допустит побег принца? Может тогда Кидань нападет на Уйгурию? Вне всякого сомнения, будет конфликт. А какова сила у Уйгурского государства? Как вооружены войска? Необходимо знать это! Нужно будет отправить людей, которые бы все это разузнали. На сердце у Тус Тайгу все же было тревожно, ему часто стал сниться Баурчук Арт Текин в образе огненного тигра. Песок застилал его так, что не было видно солнца, а с наступлением темноты все погружалось в зловещую, тягостную тревогу. Внезапно проснувшись, Тус Тайгу понял, что это – всего лишь сон.

* * *

Прошло три года. Баурчук Арт Текин узнал многое, многому и научился. В нем проснулась еще большая ненависть к киданям. Он уяснил, что они не могут быть друзьями, их цель – захватывать, не останавливаясь ни перед чем. Кидань – сильна и известна, только благодаря Уйгурскому богатству. Сегодня этот народ действительно обогатился за счет других, его казна полна как никогда. И получается, что независимость Уйгурского государства – только фикция. Осознав это, Баурчук Арт Текин поклялся добиваться действительной независимости и самостоятельности Уйгурии. А для этого нужно было прийти к власти.



А пока, действующий Идикут – Исан Томур даже не удосужился поинтересоваться тем, в каком состоянии находится его сын, отправленный им же в заложники. Естественно, нельзя было и думать о проявлении по отношении к Баурчуку Арт Текину каких-либо отцовских чувств. Исан Томур был уверен, что сын не вернется живым в Турфан или Бешбалык, а, скорее всего, погибнет на чужбине и будет похоронен в киданьской земле. Эта уверенность позволяла ему безраздельно править Уйгурским государством. Однако ему не давала покоя его молодая младшая жена. Будучи, рада такому ходу событий, она, тем не менее, продолжала плести интриги и дальше. Как-то ночью, прислонившись к Исан Томуру, она прошептала:

– Повелитель! По всей видимости, ваши приближенные – Тархан Билга Бука, Тора Кая, Булад Кая и Токуз Тархан – планируют покушение.

С этими словами она нежно прильнула всем телом к лежащему с закрытыми глазами Идикуту.

Голос супруги был нежен и вкрадчив.

– О чем ты говоришь? – испуганно произнес Исан Томур.

Она притворно отстранилась от него.

– Кто сказал? Я хочу знать!

– Ваш ближайший родственник!

– Янгунтар?

– Да, он.

– Когда состоялся этот разговор?

– В тот день, когда вы уехали на охоту. Послушайте, что я думаю.

– Говори! Что необходимо сделать?

– Необходимо арестовать всех этих людей. Уверена, что воду мутят именно они – Тора Кая, Булад Кая, Тархан Билга Бука. Освобождение государства от предателей – важная задача.

– Надо подумать! – Исан Томур не решился сразу же предпринять каких-либо жестких мер. – Без них… все-таки государственные советники, почитаемые народом.

– Пока вы будете думать, можете лишиться власти. Вас они уж не пожалеют. И меня не пожалеют. Пока сила на вашей стороне. Вот и Баурчук Арт Текин представлял опасность. А сейчас где?, – в Кидани. Вынужден был подчиниться вашему указу. Необходимо всегда держать ситуацию под контролем. Ведь, что делается вокруг? Вот, в храме Хайри-ихсан, что в Турфане, монахи бунтуют. А слышали бы вы речи, высказанные на кладбище Астаны! Ведь недовольство проявляют почти двести тысяч монахов. И все они требуют того, чтобы вы оставили престол. А войска, расположенные на границе. Они открыто призывают к войне с Киданью. Совсем недавно, в столице, в Бешбалыке, служители храма Гумати устроили собрание, на котором открыто, говорили о том, что киданьцы – наши враги. Все это – разве не покушение на Вас? Безусловно, все эти беспорядки были организованы – Тора Кая, Булад Кая, Тархан Билга Букой.

После этих речей Исан Томур вскоре арестовал советников и подавил недовольство. И, хотя восставшие и не оказывали серьезного сопротивления, все равно пролилась кровь, всюду валялись трупы людей, многие висели прямо на улицах. Началась целая кампания по поиску зачинщиков и организаторов массовых выступлений. Исан Томур во главе своей личной гвардии, пленил Тархан Билге Бука, Тора Кая, Булад Кая, множество приближенных и советников, пригнав их всех к своей резиденции. Эти благородные, пользующиеся доверием народа люди, были обвинены во всех грехах, подвергнуты истязаниям и брошены в темницу. В завершении всего этого процесса, Исан Томур приказал морить их голодом.

Тора Кая, проявляя исключительное мужество, успел выкрикнуть, обращаясь к народу:

– Я – один из уйгурских полководцев. Мы не должны подчиняться киданьцам, кара-китаям! Не должны платить им дань! Кровь – за кровь, смерть – за смерть! Слава Баурчуку Арт Текину! Баурчук Арт Текин должен стать правителем Уйгурского государства!

Известия о событиях, произошедших в Уйгурии, достигли и Кидани. Баурчук Арт Текин, узнав об этом, обрадовался и разволновался. Вместе с тем, он стал обдумывать пути скорейшего освобождения Тора Кая, Булад Кая, Тархан Билга Буки. Выход был один – скорейшее бегство Баурчука Арт Текина из Кидани. Он понимал, что сейчас ему уже было опасно находиться в стане врагов, где в любой момент его могли просто убить.

– Бежать! Бежать! Необходимо бежать! – пришел он к окончательному решению.

С этого времени Баурчук Арт Текин изменился. У него пропал сон, да, и днем он был весь в напряжении. Его гложила мысль о том, как предотвратить самое худшее развитие событий. Трагическая судьба Уйгурского государства – вот что заставляло его мучительно искать наиболее разумный выход.

Он торопил себя, ибо боялся, что время будет упущено. Было очевидно, что Уйгурия и Кидань – отныне враги, но когда же настанет подходящий момент для побега?

Баурчук Арт Текин ждал этого момента. К счастью, контроль над Баурчуком Арт Текином, в связи с событиями в Уйгурии, не усилился. Правитель Кидани рассуждал таким образом, что все, что происходит у уйгуров – это их внутреннее дело. Кроме того, существует соглашение между двумя государствами, а согласно ему, в Кидани находится заложник – уйгурский принц. Следовательно, опасаться нечего. Это спокойствие правителя Кидани пошло на пользу Баурчуку Арт Текину. И он уже обдумывал конкретные шаги бегства. Пешком уходить было нельзя, так как, очевидно, могли очень быстро догнать. Этот вариант был немедленно отвергнут Баурчук Арт Текином. Можно было только ускакать верхом, но где найти резвую и быструю лошадь? Однако на примете была такая. В свое время Исан Томур подарил ее Тус Тайгу, лошадь из Уйгурии. Но ее берегут и хранят сильнее, чем зеницу ока. Об этом Баурчук Арт Текин знал хорошо. Он сам видел, как ухаживают и лелеют этого скакуна. Именно поэтому, он отверг все другие способы побега, и сделал ставку и надежду на лошадь из родного края, точнее, из города Бешбалыка.

Баурчук Арт Текин незаметно приблизился к конюшне. Спрятавшись, он улучил момент, и, внезапно напав на вооруженных охранников, прикончил их на месте. Захватив оружие, он под уздцы вывел скакуна, и уже за воротами, наклонившись к его гриве, прошептал:

– Вся моя надежда – только на тебя! Мы сумеем добраться до Бешбалыка! Слышишь ты меня?!

Он огляделся по сторонам, никого не было видно, вскочив на коня, пустил его рысью.

Наутро кидани начали преследование. Пытались найти следы, но тщетно. Пройдя огромные барханы, безводные пустыни, и бескрайние степи, беглец достиг зимней столицы Уйгурского государства – города Турфан. Баурчук Арт Текин, переодевшись простым монахом, вошел в буддийский храм Хайри-ихсан Тилават, что находился в городе Турфане, преклонил колени перед изображением Будды, и затем обратился к настоятелю монастыря – учителю Атай Сали:

– Я, – Баурчук Арт Текин! Сбежал из киданьского плена. Прошу убежища!

Известно, что именно под руководством Атая Сали Турфанские монахи протестовали против киданьского засилья. Зная твердость характера Баурчука Арт Текина, Атай Сали заметно обрадовался.

– Сын мой, народ ждет тебя! Ты должен взять власть в стране. Я тебя укрою в монастыре. Необходимо собирать в Турфане верные тебе войска. Тус Тайгу не смирится с твоим бегством. Однако, и мои послушники – большая сила. Необходимо их вооружить и обучить военному искусству. Но, если и наместник Тус Тайгу в Уйгурии – Шауким прознает… Поэтому необходимо опередить всех, все просчитать. Нельзя упускать инициативу. Твой отец – Исан Томур сейчас находится в Бешбалыке. Готовится к празднику, посвященному Будде. Запомни, что над тобой сгущаются тучи. Исан Томур прекрасно знает о том, что ты будешь оспаривать у него трон.

– Кто сейчас является Тарханом правой руки – ближайшим сподвижником Идикута? – спросил Баурчук Арт Текин у Атай Сали. Его человек – ответил учитель.

– Вы хотите сказать, что это тот, кто играет с чувствами народа?

– Именно так! Янгунтар Тархан. В государстве у него широкие права. Те же, кто действительно думает о судьбе народа, сегодня находятся под стражей.

Баурчук Арт Текин задумался. Слова, сказанные ему Атай Сали, были тому причиной. Как бы то ни было, из слов настоятеля можно было понять, что вполне реально было, собрав в Турфане войско, сместить Исан Томура. Вместе с тем, Атай Сали не был сторонником пролития крови.

Он, будучи, уверенным в том, что Баурчук Арт Текин не отступится от своего решения, счел необходимым добавить:

– Нет большего греха, чем пролитие безвинной крови и раздробление родины.

Баурчук Арт Текин воспринял эти откровенные слова внешне спокойно, и взглянув на собеседника, живо спросил:

– Насколько высок авторитет отца в народе?

– После твоей ссылки, народ выражал недовольство теми людьми, которые окружают твоего отца.

– Народ никогда не ошибается. Ведь никто не хочет пригреть змею на своей груди.

– Но ведь было немало тех, кто верой и правдой служил отечеству. Нельзя забывать их заслуг. Ты – сын народа! И я уверен, ты принесешь пользу своему народу! Но надо сделать все, чтобы и военные стремились к миру. Согласен ты со мной?

– Не зря у нас говорят – «не будь сыном своего отца, будь сыном народа». Мы обязаны служить народу! Я обещаю, что оправдаю твое доверие!

– Я знал, мой принц, что ты так ответишь!

За месяц Баурчук Арт Текин сумел распознать, что не все воины из созданного в Турфане конного войска, преданны ему. Это стало ясно во время военных учений, что естественно, заставило принца призадуматься. Ведь до него дошли слова, сказанные воинами: «Баурчук Арт Текин – беглец! Он хочет стравить два государства. Его цель – сместить собственного отца! Невозможно противостоять киданьцам! Этот принц опозорил нас! Не верьте ему!». Баурчук Арт Текин был взбешен. Он обратился к воинам:

– Кто мне не верит?

– Я! – один из воинов вышел вперед. – Я, принц тебе не верю!

Баурчук Арт Текин, словно бы и не слышал этих слов.

– Кто еще? – спросил он.

Все стояли молча. Тогда Баурчук Арт Текин взял в руки лук со стрелами:

– Чтобы доказать мне свою преданность, вы должны, ни на секунду не колеблясь, выстрелить в того или во что, я выпущу свою стрелу.

С этими словами Баурчук Арт Текин выпустил стрелу в прекрасного боевого коня, которого держал под уздцы Атай Сали.

– Ну, а теперь вы! Почему же вы стоите? – Почему ты не стреляешь? – крикнул он тому юноше, который признался в неверии к нему.

Тот не смог выстрелить в бедное животное, и за это поплатился. Через несколько мгновений его собственная голова катилась по земле.

– Воины! Завтра вновь на берегу Яргула мы продолжим учения. И, если кто-то из вас проявит нерешительность и малодушие, ему ответом будет одно – смерть!

– Мы выполним приказ! Выполним! – послышались восклицания из строя.

И принц продолжил учения у предгорий Танритага. К вечеру ему подвели прекрасного жеребца. Но он не сел в седло, а пошел пешком в сторону Турфана, уверенно и твердо вышагивая своими мягкими сапогами по каменистой дороге, которая в одном месте спускалась в кариз – подземную галерею, связывающую целую систему колодцев – это рукотворное чудо многих поколений уйгуров, которые посредством них сумели выжить в суровых условиях пустынь и солончаков. Напившись воды в каризе он вновь вышел на поверхность и продолжил свой путь.

В Турфане на протяжении целого месяца дули ветра, но, именно в тот день, на заре, они прекратились. Город, наконец-то, ожил после этого природного явления. Жители Уйгурии начали выходить из подземных укрытий и возвращаться в свои дома, которые в немалой степени пострадали от этих сильных ветров. Священный Турфан, города Астана, Кариходжа приобретали особую красоту в лучах утреннего света. Песчаная буря, бушевавшая в предгорьях Танритага, улеглась, и пустыня, словно бы впитывала солнечное тепло. Но ближе к полудню все раскалялось до такой степени, что напоминало собой бушующий вулкан. Приближался сезон, когда в Турфанской впадине стояли исключительно жаркие дни.

Рано утром к Баурчуку Арт Текину прибыл Атай Сали. Тепло поздоровавшись с наставником, Баурчук Арт Текин сразу же понял, что только чрезвычайные обстоятельства могли заставить Атая Сали покинуть в такую рань монастырь Хайри – ихсан Тилават, и прибыть сюда.

–Принц мой! – быстро проговорил Атай Сали, оглядываясь по сторонам, – из Бешбалыка он прибыл с конным отрядом!

– Кто он? – спросил Баурчук Арт Текин, лицо которого приняло суровый вид. Он подошел к Атаю Сали, и положил руки ему на плечи:

– Говори, кто это?

– Новый Главный Тархан! Янгунтар!

– Значит, – задумчиво произнес принц, – здесь есть доносчики! Теперь они в курсе, что я прибыл, и, что готовлю войско!

– Да, мой принц. И здесь есть сторонники Исан Томура. Что же теперь будет? Неужели Янгунтар захочет убить тебя? Или попытается взять в плен? Если это произойдет, то следом за тобой казнят и меня.

Баурчук Арт Текин взял себя в руки. И обращаясь к Атаю Сали, он произнес:

– Учитель! Не волнуйся!

– Знаю, что не все воины еще верны тебе.

– Учитель! Я все знаю. Воины будут мне подчиняться. Сейчас мы проверяем друг друга.

– Так что же делать? – Атай Сали смотрел на Баурчука Арт Текина, покорно прижав руки к груди.

– Возвращайся в монастырь Хайри-ихсан Тилават. Если спросят обо мне, то скажи, что он с воинами остался на берегу реки Яргул. Если Янгунтар желает, то пусть прибудет ко мне. Так и передай!

– Хорошо, я передам, мой принц!

С этими словами Атай Сали вышел и прямиком направился в монастырь Хайри-ихсан Тилават.

Баурчук Арт Текин жил в красивейшем доме, расположенном за Турфанской крепостной стеной. Сам дом находился в глубине чудесного сада, где рос виноград, персики и абрикосы. Стоя в комнате принц поспешил надеть кольчугу и шлем, подпоясался саблей, преподнесенной ему в подарок Атаем Сали, клинок которого был сделан из очень прочной стали, а рукоять отделана золотом и драгоценными камнями. Затем он взял лук, колчан со стрелами и, выйдя во двор, вскочил на коня. Он собрал верных ему воинов, располагавшихся в храме, возле подножия горы Ялкунтаг, в палатках: у барханов, каризов и знаменитых пещер «тысячи Будд» на берегу реки. Собрав их всех, Баурчук Арт Текин повел их в городок Яргул.

Принц намеревался еще раз проверить своих бойцов. На берегу довольно широкой реки Яргул, верные принцу войска Уйгурского государства проводили верховые учения. Они, отпустив лошадей, отрабатывали навыки рукопашного боя. И в этот самый момент появились воины Идикута Исан Томура во главе с его верным сподвижником – Янгунтар Тарханом.

– Бойцы! Прекратите учения! Стройтесь на берегу Яргула! – скомандовал Баурчук Арт Текин.

Он словно бы и не видел Янгунтара. Выступив вперед перед своим войском, он гордо смотрел перед собой. Войска быстро приняли боевой строй. Баурчук Арт Текин даже не счел нужным называть человека, прибывшего во главе отряда из Бешбалыка.

Вдруг, какой-то, небольшого роста человек на очень высоком коне,


выехал из строя, и, проехавшись перед строем войск Баурчука Арт Текина, громко произнес:

– Перед вами бесценный алмаз короны Идикута Исан Томура, имеющий титул Тархана. Ранее он занимал пост Янгунтара!

Тархан, после этих слов, принялся, открыто охаивать Баурчука Арт Текина:

– Я привез великое и священное повеление Исан Томура! Баурчук Арт Текин глубоко оскорбил его! Идикут отказывается от Баурчука Арт Текина и не признает его своим сыном! Идикут обвиняет его в предательстве! Идикут уверен, что Баурчук Арт Текин хочет нарушить нашу долгую дружбу с государством Кидань! Сейчас Кидань находится в гневе! Не исключено, что она готовится к войне с Уйгурией! Поэтому не верьте Баурчуку Арт Текину! Сейчас я его задержу и увезу в Бешбалык. Там его ждет долгое заточение. Повторяю от имени правителя государства! Нам не нужны войны, нам не нужно войско! Расходитесь и занимайтесь каждый своим делом!

После этого он обратился к воинам, прибывшим вместе с ним из Бешбалыка:

– Схватите Баурчука Арт Текина! Схватите предателя!

Два воина молча стали подходить к Баурчуку Арт Текину.

– Сам слезешь с лошади? Или нам помочь? – зло усмехнулся один из них.

Баурчук Арт Текин остался в седле. Он даже не ответил Тархану, а немного помолчав, он обратился к воинам:

– Судьба Уйгурского государства в ваших руках! Все зависит от силы, мужества, стойкости настоящих сынов отечества! Возможно, Исан Томуру и не нужно сильное войско! Но оно необходимо! Оно необходимо Тора Кая, Болад Кая, томящимся сейчас в застенках! Оно необходимо прозябающему в нищете и нужде народу! Оно необходимо Уйгурии! Запомните, отныне, я – не беглец!

– Много не болтай! Не разглагольствуй! Слезай с коня! – повысили голос те двое, что взялись схватить принца.

Он соскочил с коня сам. Схватив тех двоих, он столкнул их лбами с такой силой, что они рухнули на землю. Баурчук Арт Текин выхватил лук и направил стрелу на Тархана. Его рука не дрогнула, и в следующее мгновение Тархан упал мертвым. Остальные из его свиты, видя это, повернули лошадей вспять. Воины зашумели и закричали:

– Великий повелитель! Слава – Баурчуку Арт Текину!

Мощное многоголосое эхо было слышно далеко за Турфаном. Баурчук Арт Текин остался доволен.

Он искренне верил в то, что войско, созданное им, когда-нибудь все же проявит свои лучшие качества – боевитость, мужество и героизм. Но пока оно еще не обрело такой мощи, какой хотелось бы. Принц ловко вскочил в седло. Затем он вновь обратился к воинам:

– Соотечественники! Я убил человека!

Эти слова он произнес громко, но без страха, твердо и четко. Лицо его выражало строгость и даже суровость.

– Я лишил жизни «бесценного алмаза короны» Исан Томура – лишил жизни Тархана. Идикут – отец мой, никогда мне этого не простит. Возможно, он снова захочет отдать меня киданьцам! А может, набьет мою кожу соломой! Казней много, а я – один! Но для родины любой из нас, в любом месте, в любое время должен быть готов пожертвовать своей жизнью! Я от вас жду именно такой жертвы! Сегодня я возвращаюсь в родной город – в Бешбалык. Но вы будьте начеку! Всегда имейте с собой оружие, будь то сабля или копье, лук со стрелами или топор, или даже просто кинжал. Сохранить независимость любимой родины – Уйгурского государства – наша священная обязанность! Сегодня пища – у других, одежда – у других, а мы остаемся ни с чем: босы и голодны!

Воины слушали его с грустью в глазах. Баурчук Арт Текин, хотя и пытался сдерживаться, однако, мысль о том, что он прощается со своими товарищами и, быть может, навсегда заставила больно сжаться и его сердце.

– Прощайте, братья! Не следуйте за мной!

Воины были в растерянности. Они в недоумении смотрели друг на друга. А принц Баурчук Арт Текин, тем временем, пришпорил коня.

На следующий день он попрощался и со своим наставником Атаем Сали.

– Трудно тебе придется. Идикут Исан Томур, хотя и не очень умный человек, но очень хитрый и коварный. Тебе все время следует быть начеку. Даже если и предстоит умереть, умри на людях. Пусть народ тебя видит! Да поможет тебе великий Будда!

Баурчук Арт Текин навсегда запомнил слова своего наставника. Они крепко обнялись, и долго стояли так, не в силах сдержать тот трепет и волнение, которые охватили их.

– Прощайте, учитель! Я никогда не забуду вашу доброту и участие!

– Прощай! Теперь мы ждем добра от тебя. Пусть наши святые оберегают тебя от преждевременной смерти! Будь осторожен!

– Либо смерть, либо победа!

С этими словами Баурчук Арт Текин повернул поводья лошади в сторону Бешбалыка.

Когда принц ускакал, Атай Сали посмотрел ему в след и произнес:

– Мы не дадим тебе умереть! Мы будем рядом!

На следующее утро Атай Сали во главе войска, созданного Баурчуком Арт Текином, также направился в сторону Бешбалыка.



Достарыңызбен бөлісу:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет