Бенито Муссолини и его государство Игорь Бестужев



жүктеу 0.9 Mb.
бет1/5
Дата03.12.2017
өлшемі0.9 Mb.
  1   2   3   4   5

Бенито Муссолини и его государство

Игорь Бестужев





Бенито Муссолини. Художник Пауль Падуа



«Никто, будь то друзья или враги,
не понял бы современного мира,
не приняв в расчет фашизм».

Муссолини



«Он создал новое государство
на основе новой концепции. Он смог
не
только изменить жизнь людей,
но он также изменил их мышление,
их сердца, их дух».

Р.У.Чайльд, посол США в Париже



«Свобода не цель. Это средство.
Как средство, она нуждается
в контроле и управлении».

Муссолини

 «Я сделал диктаторство благородным.
Фактически я и не был диктатором,
поскольку моя власть – это не более,
чем
воля итальянского народа».

Муссолини



«Будь я итальянцем, не снимал бы
с себя фашистской черной рубашки».

Уинстон Черчилль, 1927г.



«Муссолини не только великий
государственный
деятель,
но и приятный человек».

Аристид Бриан, 1932г.

28 апреля 2010г. исполняется 65 лет со дня смерти Бенито Муссолини – создателя первого в мировой истории государства корпоративного типа, экономической новизной и социальной эффективностью которого восхищались руководители крупнейших стран мира. Теоретические подходы к захватывающей воображение идее корпоративного строя представили трое европейских мыслителей: Иоганн Готлиб Фихте /1762-1814/ в теории «замкнутого» национального государства, Фридрих Лист /1789-1846/ – сторонник протекционизма и теории «производительных сил», опирающихся на «умственный капитал», и Жорж Сорель /1847-1922/ (1) – идеолог революционного синдикализма и государства, как регулирующего посредника, а также инициатора социальных процессов.

Будущий вождь фашизма, который до начала Второй мировой войны повсеместно признавался образцовым государственным устройством, родился 29.07.83г. в небольшом селении Довиа. Его дед был лейтенантом национальной гвардии, отец – кузнецом, а мать скромной и религиозной сельской учительницей. Муссолини гордился своим происхождением из народа. Его отец и дед сидели в тюрьме за свои убеждения. Отец нигде не учился, но был умен и писал статьи в социалистические журналы и местную прессу. Он назвал сына Бенито в честь мексиканского революционера Хуареса. Скромный достаток в семье ставил ее на грань бедности. Бенито рос своенравным, но добрым и мечтательным парнем. «В один прекрасный день я удивлю мир», – говорил он горячо любимой матери. Юноша не признавал церковь и не любил школу, из которой его не раз исключали за строптивость. Это всё же не помешало ему в 18 лет окончить школу с дипломом первой степени и с правом заниматься преподавательской деятельностью. В дальнейшем Муссолини обнаружил незаурядную тягу к знаниям, которые постоянно наращивал упорным самообразованием.

С 1902г. он преподавал в школе небольшого города в коммуне Гуалтьери. Члены городского совета были респектабельными социалистами, уже тогда вызывавшими у Бенито презрение. «Такие люди никогда не смогут устранить царящую в мире несправедливость», – говорил Муссолини впоследствии. В том же году он уехал в Швейцарию на правах «рабочего без средств». Муссолини, по его словам, прошел там школу голода, отчаяния и болезней. Он работал землекопом, каменщиком, разнорабочим по 11 часов в сутки, а временами сидел в тюрьме за бродяжничество, но также за социалистическую агитацию.

К осени Муссолини подыскал более приличную работу и стал ответственным за пропаганду в лозаннском отделении профсоюза работников физического труда. Он давал уроки итальянского языка и писал статьи в особой манере анархического социализма. Читал Лассаля, Каутского, Кропоткина, Маркса, Шопенгауэра, Штирнера, Ницше, Бланки… Позднее сюда присоединились Кант, Гегель, Фихте, Сорель. Этот круг чтения не сделал его догматическим последователем кого бы то ни было. Увлечение аристократическим трудом Густава Лебона (2) «Психология толпы» добавило новую краску к формировавшимся социологическим воззрениям Муссолини, быстро приобретавшим самостоятельный характер.

Он выступал с зажигательными речами перед членами своего профсоюза. В Лозанне и Берне Муссолини окружали русские студенты-нигилисты. «Когда же наступит день мести?», – вопрошал он, называя себя «апостолом насилия» в стиле Сореля. Летом 1903г. Муссолини призвал свой профсоюз объявить всеобщую забастовку для удовлетворения требований рабочих. За это его выдворили из Швейцарии. Но через неделю он вернулся в эту страну, которую называл «демократией сосисочников».

В 20 лет Бенито Муссолини выглядел закаленным революционером. «Как я ненавижу богачей!», – говорил он социалистке из России Балабановой. В 1904г. Муссолини снова попал в тюрьму на несколько месяцев. Потом был период интеллектуальной деятельности. Он посещал в Лозанне лекции видного консервативного социолога Вильфредо Парето (3) и летние курсы при Женевском университете, переводил философские и политические книги, писал статьи.

Когда в конце 1904г. в Италии объявили амнистию уклонявшимся от воинской службы, Муссолини, не желавший служить в армии по идеологическим соображениям, вернулся на родину с репутацией политического экстремиста крупного масштаба. 18.04.1904г. римская газета «Трибуна» в статье своего женевского корреспондента назвала Муссолини «великим дуче социалистического клуба». Так началось формирование его образа жизни, ставшего образцом для подражания других революционеров. Он пробовал силы на учительском поприще, но это не было его делом. Муссолини брал уроки латинского языка, изучал индийскую арифметику, вел конспекты по истории философии и немецкой литературе. Летом 1906г. он снова получил три месяца тюрьмы за подстрекательство рабочих в Романье. О нем говорили и писали в газетах. В 25 лет «товарищ Муссолини» представлял собой потенциально мощную силу.

Из тюрьмы он отправился на север страны в населенном итальянцами, но принадлежавшем Австрии Тренто, и трудился там на профсоюзном поприще, став постоянным автором революционного интернационального еженедельника «Будущее трудящегося». – Нужно сказать, что «интернационализм» у будущих революционеров справа часто предшествовал переходу на национальные позиции /как в случае с бывшим лидером итальянских коммунистов Никколо Бомбаччи (4)/. Кроме того, этот термин, когда им пользовались не в традиционном смысле, указывал на родство радикально-консервативных сил по всей Европе.

Но в тот период Муссолини обрушивал ярость на социалистов Трентино – «рабов национализма и патриотизма», которых следовало бить, пока их «предательство дела пролетариата» не будет разоблачено. Эта позиция Муссолини, как выяснилось позднее, противостояла разлагающемуся буржуазному государству, а не была следствием укорененности марксистского мировоззрения. Несмотря на неприятие национализма, он уже тогда сотрудничал в газете «Пополо», редактором которой был ирредентист /сторонник присоединения к Италии пограничных областей Австро-Венгрии/ Ч.Баттисти. Еще одним объектом борьбы Муссолини стало неомальтузианство. Он всегда утверждал, что население Италии должно прирастать, сравнивая время, когда страна с 16 млн. была беднее, чем в 1932г. с 42 млн. итальянцев. – Овладев властью, Муссолини много сделал для укрепления семьи. Отцы больших семейств получали более высокую зарплату, а матери становились почетными членами фашистской партии.

В конце сентября 1909г. Муссолини выдворили из Австрии за яростные нападки на католическую церковь /«великий труп»/ и Ватикан /«притон нетерпимости и банды грабителей»/, и в целом – на христианство, названное им «аморальным, позорным клеймом для человечества». В это время Муссолини женился на родственнице второй жены отца Рашели. 1 сентября 1910г. у них родилась дочь Эдда. Он работал тогда в секретариате Социалистической федерации Форли и мало зарабатывал, но большую часть средств тратил на основанную им газету «Классовая борьба», которая вскоре приобрела влияние. Официальный орган социалистов газета «Аванти» часто цитировала его статьи. Муссолини пробовал писать рассказы и даже роман, но признавался в их невысоком литературном качестве. Он часто играл на скрипке, и, по отзывам знатоков, достиг в этом неплохого уровня.

Но виртуозное мастерство Муссолини показал в ораторском искусстве. Он говорил авторитетно и убедительно, достигая поразительного эффекта мощным бархатным голосом, энергичными жестами, драматизируя ситуацию, используя загадочные намеки, с помощью невероятных, но броских и удачных метафор. Муссолини мастерски возбуждал эмоции, выстраивая в ряд несколько, казалось бы, не связанных между собой предложений, но окрашенных в различную звуковую тональность, и с помощью рассчитанной жестикуляции доводил до апогея эффект своей речи. Он до совершенства развил поразительную способность создавать определенный настрой у аудитории и превращать свою речь в диалог, когда собрание хором реагирует на злободневные призывы, а он перефразирует вопросы, добиваясь еще более страстного одобрения и полного единства собравшихся.

Постепенно Муссолини приходил к убеждению, что существующий порядок должен быть свергнут революционной элитой, действующей от имени народа, и что он сам будет руководить этим процессом. Лишь самые неистовые из его друзей-социалистов одобряли эти крайние взгляды. Нападая на умеренных социалистов – Биссолати (5), Тревеса (6), Турати (7), – Муссолини пропагандировал «железную необходимость насилия». Однажды во главе огромной толпы он совершил марш к ратуше, угрожая выбросить мэра из окна, если тот не снизит цены на молоко.

Летом 1911г., когда правительство отправило войска в Северную Африку, Муссолини неистовствовал, ругая отечество и Бога. В течение двухдневных беспорядков в Форли он вместе с Пьетро Ненни (8) и группой рабочих ломал трамвайные линии, за что отсидел пять месяцев в тюрьме. Подобные методы привели к тому, что большинство партии стало переходит на его позиции. Муссолини призвал партию избавиться от «подонков», подобных Биссолати и Кабрини и депутатов-социалистов из среднего класса, публично поздравивших короля, уцелевшего при покушении, устроенном рабочим-анархистом. После триумфальной речи в декабре 1912г. исполком социалистической партии единодушно назначил Муссолини редактором «Аванти». Он сам писал все политические статьи, и тираж газеты быстро вырос с 28 до 100 тыс. экземпляров.

В октябре 1913г. Муссолини проиграл выборы в парламент от Форли, объяснив поражение «буржуазным духом народа», но был избран членом муниципального совета в Милане. Когда во время одного из его выступлений толпа бросилась врассыпную, испугавшись померещившейся ей кавалерии, Муссолини говорил: «Это нация трусов. Они никогда не будут бороться». В начале 1914г. после призыва к всеобщей забастовке весь регион охватили волнения. Анкона и Болонья меняли состав муниципальных правлений. В Милане Муссолини вывел социалистов и синдикалистов на улицы, но это не вызвало энтузиазма у населения. Через несколько дней Австрия объявила войну Сербии. «Долой войну! Долой оружие! Да здравствует гуманизм!», – гремел Муссолини. Правительство объявило нейтралитет Италии, отказавшись примкнуть к Австрии и Германии.

Однако у Муссолини уже созревали другие идеи. Он сказал: «Социалистическая партия не должна быть в стороне от возможного вступления в войну на стороне Франции, если будет в нее втянута», объясняя эту перемену в настроении желанием освободить Трентино и Триест от господства Австрии. 26.10.1914г. Муссолини ушел из «Аванти», а через полмесяца вышел первый номер газеты «Пополо д′ Италия» с двумя подзаголовками: «У кого есть железо, есть и хлеб» /Бланки/ и «Революция – это идея, нашедшая штыки» /Наполеон/. На первой странице газеты в статье «Дерзость» Муссолини призвал страну к войне. Через десять дней его исключили из партии с небольшой группой сторонников, и он вернулся в редакцию своей газеты. Муссолини обвиняли в измене социализму и в подкупе французами. Но это не было правдой, а означало сближение социалистической идеи с национальной и освобождение идеи социализма от зловещей марксистской окраски.

К началу 1915г. Муссолини приобрел множество сторонников, поддержавших его заявление о необходимости руководствоваться, прежде всего, интересами своей страны. Его поддержали синдикалисты /Корридони/, анархисты /Л.Танкреди/, ирредентисты /Ч.Баттисти/, правый социалист Биссолати. Позицию Муссолини одобряли патриотически настроенные рабочие, националисты, тысячи молодых людей, интеллектуалы, подобно Габриеле д′ Аннунцио. Все они считали, что Италия в войне добьется окончательного объединения, установит суверенитет над Адриатикой и поднимет свой авторитет в Европе. Воодушевленный отставкой премьера Джолитти (9), Муссолини стал громко требовать войны. Он дрался на дуэли с бывшим редактором «Аванти» социалистом Тревесом, сражался с полицейскими в Милане и был арестован после митинга в Риме.

24 мая Италия вступила в войну, и Муссолини увидел, как побеждает активное меньшинство. «Начиная с сегодняшнего дня все мы итальянцы и только итальянцы. Теперь, когда сталь должна находить на сталь, наши сердца издают единый возглас – да здравствует Италия!», – писал он в «Пополо д′ Италия». Через несколько недель Муссолини оказался на передовой. Он был хорошим солдатом, а затем капралом. В феврале 1917г. его ранило взрывом бомбы, и он перенес 27 операций по извлечению осколков без анестезии. Тогда Муссолини начал воплощать свою знаменитую идею создания сообщества итальянских ветеранов мировой войны. Он требовал участия бывших солдат в правительстве. В феврале 1918г. Муссолини ратовал за появление диктатора – «человека жестокого и энергичного, способного вычистить всё».

Он настаивал на присоединении Фиуме и Далмации дополнительно к Трентино и Венеции-Джулии, отошедших к Италии по Сен-Жерменскому мирному договору. Теперь Муссолини не желал именовать себя социалистом, но, «воюя за рабочих», занимал антибуржуазные и антикапиталистические позиции и делал выпады против революции в России и ленинского тоталитаризма.

23 марта 1919г. в Милане собрались несколько десятков человек /впоследствии их назвали элитой фашизма/. Они оформились в боевую группу «Союз борьбы», тесно сплоченную, как фасции ликторов в Древнем Риме /символ власти/. Другое название этой группы, состоявшей в основном из ветеранов войны, – Фашú ди Комбатименте /ветеранские отряды/. Так было положено начало фашизму – мощному политическому движению, историческая роль которого еще нуждается в глубоком осмыслении, поскольку оно не вмещается в рамки событий, связанных со Второй мировой войной, и в существенных чертах не совпадает с германским национал-социализмом.

Программа нового движения была ясна и радикальна: 80 % налога на военные прибыли, аннексия Далмации, высокие налоги на капитал, конфискация собственности церкви, ликвидация биржи и передача управления промышленности в руки рабочих. В 1919г. Движение располагало небольшой поддержкой бывших солдат, нескольких социалистов и молодых синдикалистов, монархистов и бывших офицеров /Чезаре де Векки, генерал Де Боно (10)…/. Консерваторы же считали сверхбольшевистскими идеи Муссолини о захвате промышленных предприятий. В октябре 1919г. на выборах в палату депутатов фашисты набрали всего 4 тыс. голосов, а их противники социалисты получили в 40 раз больше. Христианские демократы располагали ста депутатами. «Муссолини – политический труп», – писала «Аванти».

Новый премьер Ф.Нитти (11) приказал арестовать фашистского лидера «за вооруженный заговор против государства», но политические советники убедили его в бессмысленности этой затеи, утверждая, что фашизм – мертворожденное дитя, и не надо делать из Муссолини мученика. 6 июня 1920г. Нитти ушел в отставку, не сумев справиться с забастовками и революционными беспорядками, за слабость в борьбе с коммунистами и неспособность решить проблему Адриатики. Премьером стал Дж. Джолитти. Но и он не смог контролировать ситуацию. Время требовало твердого руководства, на которое не был способен ни один буржуазный политик. Позволив социалистам в сентябре возглавить захват рабочими фабрик, Джолитти потерял поддержку среднего класса. Правительство, лавировавшее между правыми и левыми, не опиралось на реальное большинство в дискредитировавшем себя парламенте и потеряло контроль над страной.

Рост инфляции, обострение безработицы из-за демобилизации десятков тысяч солдат и массового дезертирства из армии, обострение преступности – всё это привело к учащению мощных забастовок. По всей Италии поезда, казармы, банки, общественные здания подвергались нападениям толпы. На местах провозглашались Советы, и многие регионы переходили в руки коммунистов, а социалисты и христианские демократы не смогли выработать общей политики.



Фашисты стали единственной силой, способной задушить большевизм. Они нападали на коммунистов с жестокостью и постоянством, обретая сочувствие различных слоев населения, почувствовавшего в фашизме реальную силу, способную принести стабильность стране. Между октябрем 1920г. и Походом на Рим погибло с обеих сторон в общей сложности около 3300 человек. Чернорубашечники, объединенные в боевые подразделения – сквадры, атаковали противника с патриотическими песнями и лозунгами легионеров. Эти отряды вызывали всё большее восхищение множества итальянцев, так как практика показала, что коммунисты и социалисты, похищавшие власть, ради ее обретения становились террористами и убийцами, как это было в ноябре 1920г. в Болонье и других местах.

Ни одно либеральное правительство вслед за Джолитти не осмелилось использовать против фашистов карабинеров или армию. Ряд городских советов был захвачен фашистами. Их поддержали некоторые профсоюзы, многие либералы и католики. Большинство влиятельных газет Италии убедились в эффективности фашистских действий. Промышленники и торговцы, крестьяне, солдаты и те, кто утешался конформистскими соображениями, – каждый из своей предполагаемой выгоды поддерживал фашистское движение. Но к Движению примкнули и многие интеллектуалы, например, композитор Джакомо Пуччини, а видный дирижер Артуро Тосканини еще в 1919г. стал кандидатом от фашистов в парламент страны. Два крупных итальянских философа: Бенедетто Кроче (12) и Джованни Джентиле (13) действовали в том же направлении /Джентиле после овладения власти фашистами стал министром культуры/.

На выборах в мае 1921г. фашисты в антисоциалистическом союзе с престарелым Джолитти провели в палату депутатов 35 человек, включая Муссолини, который полностью использовал эту возможность для рывка к власти. Он начал группировать вокруг себя преданных революционеров. «Я хочу наложить отпечаток на эпоху своей волей, как лев своими когтями», – говорил Муссолини. В 37 лет он стал общенациональной фигурой первой величины. Удивительным доказательством его политического дарования стало то, что Муссолини руководил Движением, состоявшим из разнородных групп. Убежденный в превосходстве будущих практических достижений над любыми политическими программами, он уверенно корректировал свои декларации. Укрепляя социальную опору фашистов, Муссолини подчеркивал роль Савойской династии, умиротворял Джолитти, поддержал Раппальский договор, не удовлетворивший притязания Италии на Далмацию, и заявил, что следует покончить «с дальнейшими попытками захвата предприятий».

На совещаниях фашистов их лидер постоянно указывал на неизбежность государственного переворота, который покончит с либерализмом и парламентским государством, но, тщательно выбирая подходящий момент, он сдерживал Бальбо (14), Гранди (15) и Фариначчи (16) от преждевременного выступления. В августе 1922г. Муссолини решил, что настало его время. В преддверии всеобщей забастовки он заявил, что если правительство не предотвратит ее, фашисты сделают это сами. В Анконе, Леггорне и Генуе они разрушили здания социалистической партии.

В Милане – вывели из строя типографское оборудование газеты «Аванти». Через два месяца на партийном съезде в Неаполе под впечатлением решимости 20 тысяч фашистов Муссолини сказал: «Мы имеем в виду влить в либеральное государство, выполнившее свои функции, все силы нового поколения, проявившиеся в результате войны и победы… Или правительство будет предоставлено в наше распоряжения, или мы получим его, пройдя маршем на Рим!». «Рим! Рим!», – вторили тысячи голосов.

Четверо ведущих фашистских лидеров во главе с Муссолини обсудили детали похода на Рим. 26-летнего лидера сквадристов Итало Бальбо, бывшего командующего IX корпусом генерала Эмилио Де Боно, депутата Чезаре Де Векки и генерального секретаря фашистской партии Микеле Бьянки позднее назвали квадрумвирами. Муссолини решил, что очередное правительство Л.Факти не способно противостоять решительным действиям. 27 октября в нескольких городах произошли фашистские мятежи, и квадрумвиры призвали правительство к отставке. На следующее утро четыре колонны фашистов двинулись на Рим. Правительство хотело объявить военное положение, но король отказался подписать декрет, лишив кабинет власти.

Нескольким фашистским лидерам предложили войти в новое коалиционное правительство правых под руководством А.Саландри. Дино Гранди и Де Векки советовали Муссолини принять предложение, но он отказался, рассчитывая на полноту власти в руках своей партии. Маршу не было оказано сопротивления, армия и полиция остались в стороне. Муссолини вызвали для консультации к королю (17) и поручили сформировать правительство. В первом выступлении в палате депутатов он заявил: «Я мог бы превратить этот серый зал в вооруженный лагерь чернорубашечников, бивак для трупов. Я мог бы заколотить гвоздями двери парламента. Но мы будем действовать иначе!».




Бенито Муссолини и король Виктор Эммануэль III, 1923 г.

На следующий день Муссолини привез в Рим 25 тысяч сквадристов, совершивших мирный марш мимо Квиринала. Виновные в отдельных актах насилия были сурово наказаны. В сформированный за семь часов кабинет Муссолини вошли представители основных политических группировок, за исключением антинационалистов: либералы, католики и социал-демократы. Лишь четыре фашиста вошли в правительство. Муссолини оставил за собой посты министров иностранных и внутренних дел. Затем он потребовал для себя всю полноту власти на один год, чтобы провести реформы, и получил ее 275 голосами против 90. С огромной энергией Муссолини приступил к работе.

Через несколько лет после прихода к власти фашистской партии брожение в Италии сменилось оптимизмом. Улицы опустели. Рабочие вернулись к станкам. Выросло производство. Студенты взялись за книги. К моменту прихода к власти у Муссолини не было цельной политической программы, и он довольствовался сбалансированным бюджетом, справедливым подходом к проблемам рабочих и твердой внешнеполитической линией Италии. «Наша программа – наши дела, – говорил он. – У нас нет готовой доктрины… Мы преуспеем, потому что будем работать», – говорил он. Итальянцы с радостью приняли восстановление восьмичасового рабочего дня, резкое сокращение правительственных расходов, увольнение или переход на другую работу тысячи должностных лиц. Почта и железные дороги теперь приносили доход. Фашистская система правления срабатывала! Итальянцы стали гордиться своей страной. Фашизм явился как моральной, так и политической силой.

Имела значение ссылка на славное прошлое Италии. «Авторитарный, сильный, строгий и националистически настроенный фашист должен считать себя приверженцем корпоративной дисциплины,…законным наследником Цезаря», – утверждал Дуче. Интеллектуал раннего периода профессор Альфредо Рокко замечал: «Фашизм отметает демократические теории государства и заявляет, что личность существует для общества, а не наоборот. Подчиняя личность обществу, он позволяет ей свободно развивать свою индивидуальность к выгоде других людей». Гарибальди и Мадзини представлялись как фашисты душой.

Твердая вера в Муссолини пронизала всё общество. Он был скромен, безразличен к личному имуществу и чурался наград. Отказался стать почетным гражданином Флоренции /«я не считаю себя достойным такой чести»/; принял почетную степень в области права от Римского университета, оговорив условие написать диссертацию, и не принял цепь Ордена Святой Девы – высшей награды Италии. Муссолини глубоко презирал тех, кто думал о своем обогащении. Вскоре по прибытии в Рим он решил не принимать зарплату как премьер и депутат и жил на деньги от статей, в основном в газете «Пополо д′ Италия». Его дети учились в государственных школах, а жена вела простой образ жизни, занимаясь воспитанием детей /со временем их стало пятеро/ и домашним хозяйством. Все дорогие подарки для себя он считал достоянием страны. Любые нападки на Италию Муссолини отвергал, как личное оскорбление.

Он усовершенствовал свое красноречие и замечательную силу общения. Диалог с толпой, восхищавший аудиторию, держал в напряжении всю Италию. Голодающим крестьянам юга Муссолини говорил: «Я позабочусь о вас. Я тоже знаю, что такое голод». Все его обещания сопровождались действием. Муссолини брал на вооружение разные идеи и методы, решая проблемы по мере их возникновения; то придавая своему режиму, по его выражению, «прогрессивный фашистский облик», как это было с принятием Закона 1923г. о национальном образовании, то демонстрируя респектабельность уважением к католической церкви.

Многие видели необходимость в проводимом подавлении индивидуальных свобод, соглашаясь, что Италия должна быть сильной, а не разъедаться разногласиями. Огромное большинство одобряло создание 200-тысячной регулярной фашистской милиции вместо неорганизованных сквадристов; насильственный, но не встретивший сопротивления роспуск регулярной гвардии, как рудимента старого строя; внедрение во все сферы фашистских этических норм и строгие наказания непримиримым критикам режима. Муссолини говорил в 1924г.: «Ни разу за все время моих бесчисленных общений с народом он не просил меня освободить его от тирании, которую он не ощущает, потому что ее нет. Люди просят дать им железные дороги, дома со всеми удобствами, мосты, воду, свет, дороги». – Но в отличие от современного европейского «общества потребления» Италия фашистского периода была насыщена идеалами патриотизма и не подчинялась общеевропейским стандартам ни в одной из областей своей жизни.

Летом 1923г. Муссолини разработал проект жесткой избирательной системы. Италия делилась на 15 избирательных округов, где каждый мог голосовать за любую партию. Партия, обеспечившая большинство /не менее четверти/, получала две трети мест в палате депутатов. Остальная треть отходила другим партиям пропорционально полученным голосам. Эта уникальная система сочетала интересы большинства населения с возможностью для «партий прошлого» добиться определенного успеха на выборах. В апреле 1924г. за фашистскую партию проголосовали 65,3% избирателей, не считая голосов, отданных за мелкие партии, поддержавшие правительство. Это была огромная победа. Впервые со времен Кавура правительство получило такую мощную поддержку масс без всякого насилия. 7 июня палата депутатов 361 голосом против 107 проголосовала за доверие правительству. Разложившаяся демократия без ропота проглотила заслуженное поражение.

Через три дня исчез депутат-социалист, богатый землевладелец из Рима Д.Маттеотти



Достарыңызбен бөлісу:
  1   2   3   4   5


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет