Dan Brown. The Da Vinci Code Дэн Браун Код да Винчи



жүктеу 8.43 Mb.
бет48/89
Дата02.04.2019
өлшемі8.43 Mb.
1   ...   44   45   46   47   48   49   50   51   ...   89



CHAPTER 56

ГЛАВА 56


Sophie stared at Teabing a long moment and then turned to Langdon. "The Holy Grail is a person?"

Софи изумленно смотрела на Тибинга, затем перевела взгляд на Лэнгдона:

— Святой Грааль — это человек?



Langdon nodded. "A woman, in fact." From the blank look on Sophie's face, Langdon could tell they had already lost her. He recalled having a similar reaction the first time he heard the statement. It was not until he understood the symbology behind the Grail that the feminine connection became clear.

Лэнгдон кивнул:

— Да, женщина.

Судя по выражению лица Софи, она категорически отказывалась в это верить. Что ж, и у него самого была в точности такая же реакция, когда он впервые услышал об этом. Лишь позже, поняв скрытую за Граалем символику, он уверовал в эту теорию.


Teabing apparently had a similar thought. "Robert, perhaps this is the moment for the symbologist to clarify?" He went to a nearby end table, found a piece of paper, and laid it in front of Langdon.

Тибинг словно прочитал его мысли.

— Возможно, пришел черед символиста объяснить нам кое-что? — Подойдя к столу, он взял чистый лист бумаги и положил его перед Лэнгдоном.



Langdon pulled a pen from his pocket. "Sophie, are you familiar with the modern icons for male and female?" He drew the common male symbol and female symbol .

Тот достал из кармана авторучку.

— Софи, вам наверняка должны быть знакомы современные символы, обозначающие мужское и женское начала. — И он нарисовал известные всем мужской символ ? и женский +.



"Of course," she said.

— Да, конечно, — кивнула она.

"These," he said quietly, "are not the original symbols for male and female. Many people incorrectly assume the male symbol is derived from a shield and spear, while the female symbol represents a mirror reflecting beauty. In fact, the symbols originated as ancient astronomical symbols for the planet-god Mars and planet-goddess Venus. The original symbols are far simpler." Langdon drew another icon on the paper.

— Изначально, — продолжил он, — мужское и женское начала изображались совсем другими символами. Многие люди ошибочно думают, что мужской символ произошел от щита и копья, а женский представляет собой не что иное, как зеркало, где отражается красота. Но на самом деле символы эти происходят от древних астрономических обозначений божественной планеты Марс и планеты Венера. И Лэнгдон изобразил на листе бумаги еще один знак.





"This symbol is the original icon for male," he told her. "A rudimentary phallus."

— Этот символ изначально обозначал мужчину, — сказал он Софи. — Напоминает рудиментарный фаллос.

"Quite to the point," Sophie said.

— Вот именно, — согласилась с ним Софи.

"As it were," Teabing added.

— Так оно и было, — подтвердил Тибинг. Лэнгдон продолжил:

Langdon went on. "This icon is formally known as the blade, and it represents aggression and manhood. In fact, this exact phallus symbol is still used today on modern military uniforms to denote rank."

— Символ этот известен под названием клинок, или меч, и призван подчеркивать агрессивность и мужественность. Кстати, этот же похожий на фаллос символ до сих пор используется в шевронах военной формы для обозначения чина.

"Indeed." Teabing grinned. "The more penises you have, the higher your rank. Boys will be boys."

— Да уж! — усмехнулся Тибинг. — Чем больше у тебя пенисов, тем выше твой чин. Парни — они всегда парни.

Langdon winced. "Moving on, the female symbol, as you might imagine, is the exact opposite." He drew another symbol on the page. "This is called the chalice."

Лэнгдон едва заметно поморщился.

— Как можно заметить, женский символ являет полную противоположность мужскому. — Он изобразил на листке еще один знак. — И этот символ получил название сосуд.







Sophie glanced up, looking surprised.

Софи удивленно взглянула на него. Лэнгдон понял, что ей удалось уловить связь.

Langdon could see she had made the connection. "The chalice," he said, "resembles a cup or vessel, and more important, it resembles the shape of a woman's womb. This symbol communicates femininity, womanhood, and fertility." Langdon looked directly at her now. "Sophie, legend tells us the Holy Grail is a chalice—a cup. But the Grail's description as a chalice is actually an allegory to protect the true nature of the Holy Grail. That is to say, the legend uses the chalice as a metaphor for something far more important."

— Сосуд, — продолжил он, — напоминает чашу или вазу, но, что гораздо важнее, лоно женщины. Символ этот призван подчеркивать женское начало, женственность, плодородие. — Теперь Лэнгдон смотрел прямо ей в глаза. — Так вот, Софи, легенда говорит о том, что святой Грааль есть не что иное, как сосуд, чаша. Но это описание Грааля, упор на сходство с сосудом, — на самом деле аллегория, призванная защитить тайну истинной природы Грааля. Иными словами, легенда использует сосуд в качестве метафоры. А за этой метафорой стоит нечто более значимое.

"A woman," Sophie said.

— Женщина, — сказала Софи.

"Exactly." Langdon smiled. "The Grail is literally the ancient symbol for womanhood, and the Holy Grail represents the sacred feminine and the goddess, which of course has now been lost, virtually eliminated by the Church. The power of the female and her ability to produce life was once very sacred, but it posed a threat to the rise of the predominantly male Church, and so the sacred feminine was demonized and called unclean. It was man, not God, who created the concept of 'original sin,' whereby Eve tasted of the apple and caused the downfall of the human race. Woman, once the sacred giver of life, was now the enemy."

— Именно! — Лэнгдон улыбнулся. — Грааль есть не что иное, как древний символ женственности, он символизирует священное женское начало и богиню. Но со временем, как вы понимаете, значение это было утрачено, и тут уж на славу постаралась Церковь. Власть женщины, ее способность дарить жизнь, некогда считалась священной. Но она представляла угрозу подъему и возвышению новой Церкви, где всегда доминировал мужской образ, главенствовало мужское начало. И вот церковники стали демонизировать священное женское начало, называть женщин нечистыми. Именно человек, а никакой не Бог придумал концепцию первородного греха. Ева вкусила от яблока и вызвала тем самым падение рода человеческого. Женщина, некогда священная дарительница жизни, превратилась во врага.

"I should add," Teabing chimed, "that this concept of woman as life-bringer was the foundation of ancient religion. Childbirth was mystical and powerful. Sadly, Christian philosophy decided to embezzle the female's creative power by ignoring biological truth and making man the Creator. Genesis tells us that Eve was created from Adam's rib. Woman became an offshoot of man. And a sinful one at that. Genesis was the beginning of the end for the goddess."

Хотелось бы добавить, — сказал Тибинг, — что концепция женщины — дарительницы жизни входила в основу древних религий. Появление ребенка на свет — это чудо, говорящее о власти женщины над миром. К сожалению, христианская философия решила присвоить себе созидательную силу и власть женщины. Отбросив простые биологические истины, она назвала Создателем мужчину. В Книге Бытия говорится о том, что Ева создана из ребра Адама. Женщина стала ответвлением, отростком мужчины. И созданием греховным. Именно с Книги Бытия началось низвержение богини.

"The Grail," Langdon said, "is symbolic of the lost goddess. When Christianity came along, the old pagan religions did not die easily. Legends of chivalric quests for the lost Grail were in fact stories of forbidden quests to find the lost sacred feminine. Knights who claimed to be "searching for the chalice" were speaking in code as a way to protect themselves from a Church that had subjugated women, banished the Goddess, burned nonbelievers, and forbidden the pagan reverence for the sacred feminine."

— Грааль, — подхватил Лэнгдон, — есть символ потерянной богини. С появлением христианства старые языческие религии не умерли. И легенды о поисках рыцарями чаши Грааля на самом деле представляли собой истории о запрещенных поисках утраченного священного женского начала, Рыцари, якобы занятые поисками "сосуда", закодировали истинный смысл своих стараний, чтобы защититься от Церкви, которая низвергла образ женщины, запретила богиню, сжигала на кострах неверных, запрещала даже упоминание о священном женском начале.

Sophie shook her head. "I'm sorry, when you said the Holy Grail was a person, I thought you meant it was an actual person."

Софи покачала головой:

— Простите, но когда вы сказали, что чаша Грааля есть лицо одушевленное, я подумала, вы имеете в виду человека.



"It is," Langdon said.

Так и есть, — кивнул Лэнгдон.

"And not just any person," Teabing blurted, clambering excitedly to his feet. "A woman who carried with her a secret so powerful that, if revealed, it threatened to devastate the very foundation of Christianity!"

— И не просто какого-то там человека, — возбужденно подхватил Тибинг и поднялся. — А женщину! Женщину, владеющую тайной такой взрывной силы, что это могло потрясти и разрушить сами основы христианства!

Sophie looked overwhelmed. "Is this woman well known in history?"

Софи была потрясена. — И эта женщина... она известна?

"Quite." Teabing collected his crutches and motioned down the hall. "And if we adjourn to the study, my friends, it would be my honor to show you Da Vinci's painting of her."

— Конечно. — Тибинг взял костыли. — А теперь, друзья мои, если вы изволите проследовать за мной в кабинет, буду иметь честь показать вам изображение этой женщины, принадлежащее кисти Леонардо да Винчи.

 Two rooms away, in the kitchen, manservant Rémy Legaludec stood in silence before a television. The news station was broadcasting photos of a man and woman... the same two individuals to whom Rémy had just served tea.

Верный слуга и дворецкий Реми Легалудек находился на кухне и не сводил глаз с экрана телевизора. В очередном выпуске новостей показывали снимки мужчины и женщины... тех самых неурочных гостей, которым он, Реми, совсем недавно подавал чай.

 



CHAPTER 57


ГЛАВА 57

Standing at the roadblock outside the Depository Bank of Zurich, Lieutenant Collet wondered what was taking Fache so long to come up with the search warrant. The bankers were obviously hiding something. They claimed Langdon and Neveu had arrived earlier and were turned away from the bank because they did not have proper account identification.


Стоя на тротуаре перед зданием Депозитарного банка Цюриха, лейтенант Колле недоумевал: отчего Фаш все не едет с ордером на обыск? Эти хитрые банкиры наверняка что-то скрывают. Они подтвердили, что Лэнгдон и Невё приезжали сюда чуть раньше этой же ночью, но затем им якобы дали от ворот поворот, потому как у них не оказалось соответствующих документов.

So why won't they let us inside for a look?

Так почему бы им не впустить нас, чтобы мы могли проверить?

Finally, Collet's cellular phone rang. It was the command post at the Louvre. "Do we have a search warrant yet?" Collet demanded.

Тут вдруг у Колле заверещал мобильник. Звонили с командного пункта, временно расположившегося в Лувре.

— Ну что, получили наконец ордер? — раздраженно спросил Колле.



"Forget about the bank, Lieutenant," the agent told him. "We just got a tip. We have the exact location where Langdon and Neveu are hiding."

— Забудьте о банке, лейтенант, — ответил агент. — Мы только что получили наводку. Точно знаем, где скрываются Лэнгдон с Невё.

Collet sat down hard on the hood of his car. "You're kidding."

Колле присел на капот своего автомобиля.

— Шутите?



"I have an address in the suburbs. Somewhere near Versailles."

— У меня есть адрес. Это под Парижем. Недалеко от Версаля.

"Does Captain Fache know?"

— Капитан Фаш знает?

"Not yet. He's busy on an important call."

— Еще нет. Он говорит по телефону. Очень важный звонок.

"I'm on my way. Have him call as soon as he's free." Collet took down the address and jumped in his car. As he peeled away from the bank, Collet realized he had forgotten to ask who had tipped DCPJ off to Langdon's location. Not that it mattered. Collet had been blessed with a chance to redeem his skepticism and earlier blunders. He was about to make the most high-profile arrest of his career.

— Тогда я выезжаю. Передайте, чтобы позвонил мне, как только освободится. — Колле записал адрес и вскочил в машину. Уже отъезжая от банка, он вдруг спохватился, что забыл спросить, кто именно передал судебной полиции информацию о местонахождении Лэнгдона. Впрочем, не так уж это теперь и важно. Колле радовался выпавшей ему возможности загладить прежние ошибки. Он собирался произвести самый профессиональный арест за все время карьеры.

Collet radioed the five cars accompanying him. "No sirens, men. Langdon can't know we're coming."

По рации он связался с пятью сопровождавшими его машинами:

— Сирены не включать, ребята. Лэнгдон не должен знать, что мы на подходе.



Forty kilometers away, a black Audi pulled off a rural road and parked in the shadows on the edge of a field. Silas got out and peered through the rungs of the wrought-iron fence that encircled the vast compound before him. He gazed up the long moonlit slope to the château in the distance.

В пятидесяти километрах от этого места черная "ауди" съехала с проселочной дороги и остановилась в тени деревьев у края поля. Сайлас вышел из машины и заглянул в щель между металлическими прутьями — большой участок земли был обнесен высокой изгородью. Он долго смотрел на освещенный луной склон горы, на котором виднелся замок.

The downstairs lights were all ablaze. Odd for this hour, Silas thought, smiling. The information the Teacher had given him was obviously accurate. I will not leave this house without the keystone, he vowed. I will not fail the bishop and the Teacher.

Окна на нижнем этаже были освещены. Странно для такого позднего часа, подумал Сайлас и улыбнулся. Информация, которую дал ему Учитель, подтверждалась. Я не уйду из этого дома без краеугольного камня, поклялся он. Я не подведу епископа и Учителя.

Checking the thirteen-round clip in his Heckler Koch, Silas pushed it through the bars and let it fall onto the mossy ground inside the compound. Then, gripping the top of the fence, he heaved himself up and over, dropping to the ground on the other side. Ignoring the slash of pain from his cilice, Silas retrieved his gun and began the long trek up the grassy slope.

Проверив свой тринадцатизарядный пистолет-автомат, Сайлас просунул его сквозь прутья решетки. Пистолет мягко упал в высокую густую траву. Затем, подобрав полы сутаны, Сайлас ухватился за прутья и полез через изгородь, пыхтя и отдуваясь, мешком плюхнулся на землю по другую сторону. Не обращая внимания на резкую боль от впившейся в ляжку подвязки с шипами, Сайлас подобрал оружие и двинулся к дому по поросшему травой склону.

 



CHAPTER 58


ГЛАВА 58

Teabing's "study" was like no study Sophie had ever seen. Six or seven times larger than even the most luxurious of office spaces, the knight's cabinet de travail resembled an ungainly hybrid of science laboratory, archival library, and indoor flea market. Lit by three overhead chandeliers, the boundless tile floor was dotted with clustered islands of worktables buried beneath books, artwork, artifacts, and a surprising amount of electronic gear—computers, projectors, microscopes, copy machines, and flatbed scanners.

Кабинет Тибинга совсем не походил на кабинеты, которые прежде доводилось видеть Софи. По площади он раз в шесть-семь превышал самые роскошные и просторные офисы и походил на научную лабораторию, библиотеку архива и "блошиный" рынок одновременно. Освещался кабинет тремя люстрами, плиточный пол был заставлен бесчисленными столиками и тумбами, заваленными книгами, картинами и репродукциями, статуэтками и прочими произведениями материальной культуры. Здесь же, к удивлению Софи, оказалось немало электронного оборудования — компьютеры, проекторы, микроскопы, копировальные аппараты и сканеры.

"I converted the ballroom," Teabing said, looking sheepish as he shuffled into the room. "I have little occasion to dance."

— Я использовал под кабинет бальный зал, — пояснил Тибинг еще с порога. — Танцевать мне теперь не часто приходится.

Sophie felt as if the entire night had become some kind of twilight zone where nothing was as she expected. "This is all for your work?"

Весь этот вечер и ночь Софи сталкивалась с неожиданностями и сюрпризами, но ничего подобного увидеть здесь никак не думала.

— И все это нужно вам для работы?



"Learning the truth has become my life's love," Teabing said. "And the Sangreal is my favorite mistress."

— Постижение истины стало страстью всей моей жизни, — сказал Тибинг. — Ну а Сангрил я бы назвал моей любимой наложницей.

The Holy Grail is a woman, Sophie thought, her mind a collage of interrelated ideas that seemed to make no sense. "You said you have a picture of this woman who you claim is the Holy Grail."

Чаша Грааля — это женщина, напомнила себе Софи. Голова гудела и шла кругом от обрывочных мыслей и только что почерпнутых у Тибинга сведений.

— Вы говорили, у вас есть портрет женщины, которую вы считаете Граалем?



"Yes, but it is not I who claim she is the Grail. Christ Himself made that claim."

— Да, но это не совсем так. Это утверждал не я, а сам Христос.

"Which one is the painting?" Sophie asked, scanning the walls.

— Какая же из картин? — спросила Софи, оглядывая стены.

"Hmmm..." Teabing made a show of seeming to have forgotten. "The Holy Grail. The Sangreal. The Chalice." He wheeled suddenly and pointed to the far wall. On it hung an eight-foot-long print of The Last Supper, the same exact image Sophie had just been looking at. "There she is!"

— Гм... — Тибинг сделал вид, что запамятовал. — Чаша Грааля. Сангрил. Сосуд. — Тут он неожиданно резко и ловко повернулся и указал на дальнюю от них стену. Там висела большая, футов восемь в высоту, репродукция "Тайной вечери". Точно такую же, только маленькую, Софи видела в альбоме. — Да вот же она!

Sophie was certain she had missed something. "That's the same painting you just showed me."

Софи подумала, что неправильно его поняла.

— Но эту картину вы мне уже показывали. Он игриво подмигнул ей:



He winked. "I know, but the enlargement is so much more exciting. Don't you think?"

— Знаю, но при увеличении она становится еще более любопытной. Вам не кажется?

Sophie turned to Langdon for help. "I'm lost."

Софи обернулась к Лэнгдону:

— Просто теряюсь в догадках. Тот улыбнулся:



Langdon smiled. "As it turns out, the Holy Grail does indeed make an appearance in The Last Supper. Leonardo included her prominently."

— Как выясняется, чаша Грааля действительно присутствует на "Тайной вечере". Леонардо все же изобразил ее и...

"Hold on," Sophie said. "You told me the Holy Grail is a woman. The Last Supper is a painting of thirteen men."

"Is it?" Teabing arched his eyebrows. "Take a closer look."



— Погодите, — перебила его Софи, — вы сами только что говорили, что Грааль — женщина. А на "Тайной вечере" изображены тринадцать мужчин.

— Разве? — Тибинг снова хитро прищурился. — А вы присмотритесь-ка повнимательнее.




Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   44   45   46   47   48   49   50   51   ...   89


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет