Dan Brown. The Da Vinci Code Дэн Браун Код да Винчи



жүктеу 8.43 Mb.
бет87/89
Дата02.04.2019
өлшемі8.43 Mb.
1   ...   81   82   83   84   85   86   87   88   89

CHAPTER 104


ГЛАВА 104

Rosslyn Chapel—often called the Cathedral of Codes—stands seven miles south of Edinburgh, Scotland, on the site of an ancient Mithraic temple. Built by the Knights Templar in 1446, the chapel is engraved with a mind-boggling array of symbols from the Jewish, Christian, Egyptian, Masonic, and pagan traditions.

Часовня Рослин, часто называемая собором Кодов, находилась в семи милях к югу от Эдинбурга, в Шотландии. Построена она была на месте древнего храма Митры. Рыцари-тамплиеры, основавшие часовню в 1446 году, щедро украсили ее вырезанными в камне символами. Точнее, совершенно сумбурным набором символов, взятых из иудейской, христианской, египетской, масонской и языческой традиций.

The chapel's geographic coordinates fall precisely on the north-south meridian that runs through Glastonbury. This longitudinal Rose Line is the traditional marker of King Arthur's Isle of Avalon and is considered the central pillar of Britain's sacred geometry. It is from this hallowed Rose Line that Rosslyn—originally spelled Roslin—takes its name.

Часовня располагалась точно на меридиане, тянущемся с севера на юг через Гластонбери. Эта линия Розы традиционно отмечала остров короля Артура Авалон и считалась точкой отсчета в британской геометрии, связанной со священными символами. Именно от этой линии Розы, в оригинале "Roslin", и произошло название самой часовни.

Rosslyn's rugged spires were casting long evening shadows as Robert Langdon and Sophie Neveu pulled their rental car into the grassy parking area at the foot of the bluff on which the chapel stood. Their short flight from London to Edinburgh had been restful, although neither of them had slept for the anticipation of what lay ahead. Gazing up at the stark edifice framed against a cloud-swept sky, Langdon felt like Alice falling headlong into the rabbit hole. This must be a dream. And yet he knew the text of Saunière's final message could not have been more specific.

Шпили часовни Рослин отбрасывали на землю длинные зазубренные тени. Уже вечерело, когда Роберт Лэнгдон и Софи Невё остановили взятую напрокат машину в парке, у подножия утеса, на котором стоял храм. Во время недолгого перелета из Лондона в Эдинбург им удалось немного отдохнуть, хотя ни один из них не смог заснуть в предвкушении того, что их ждало впереди. Глядя на строгие очертания часовни, вырисовывающиеся на фоне неба, Лэнгдон вдруг почувствовал себя Алисой, падающей в кроличью нору. Должно быть, мне снится сон. Однако текст последнего послания Соньера со всей определенностью указывал на это место.

The Holy Grail 'neath ancient Roslin waits.

Грааль под древним Рослином вас ждет.

Langdon had fantasized that Saunière's "Grail map" would be a diagram—a drawing with an X-marks-the-spot—and yet the Priory's final secret had been unveiled in the same way Saunière had spoken to them from the beginning. Simple verse. Four explicit lines that pointed without a doubt to this very spot. In addition to identifying Rosslyn by name, the verse made reference to several of the chapel's renowned architectural features.

Лэнгдону почему-то казалось, что карта Грааля должна представлять собой некую схему, или диаграмму, рисунок, где местонахождение Грааля помечено крестиком. Судя по всему, им придется изрядно поломать голову, чтобы раскрыть последнюю тайну Приората. Соньер зашифровал ее тем же образом. В виде простого на первый взгляд стишка. В описании часовни Рослин упоминалось несколько самых характерных архитектурных ее особенностей.

Despite the clarity of Saunière's final revelation, Langdon had been left feeling more off balance than enlightened. To him, Rosslyn Chapel seemed far too obvious a location. For centuries, this stone chapel had echoed with whispers of the Holy Grail's presence. The whispers had turned to shouts in recent decades when ground-penetrating radar revealed the presence of an astonishing structure beneath the chapel—a massive subterranean chamber. Not only did this deep vault dwarf the chapel atop it, but it appeared to have no entrance or exit. Archaeologists petitioned to begin blasting through the bedrock to reach the mysterious chamber, but the Rosslyn Trust expressly forbade any excavation of the sacred site. Of course, this only fueled the fires of speculation. What was the Rosslyn Trust trying to hide?

Несмотря на кажущуюся простоту последнего послания Соньера, Лэнгдон чувствовал себя несколько неуверенно. Слишком уж известным было это место, часовня Рослин. На протяжении веков каменный храм сопровождали разнообразные легенды и домыслы о Граале, сводившиеся к тому, что сокровище должно находиться именно в часовне. В последние десятилетия об этом уже перестали говорить шепотом. Напротив, стали кричать на каждом углу, после того как с помощью некоего мощного радара удалось обнаружить, что под зданием находится просторное подземное помещение. И этот загадочный "сейф" не только держал на себе всю постройку. У него, похоже, не было ни входа, ни выхода. Археологи запрашивали разрешения начать пробиваться с помощью взрывов в скале к таинственной камере, но Фонд Рослин категорически запретил все работы такого рода в священном месте. И это только подогрело слухи и спекуляции. Что пытается скрыть от общественности Фонд Рослин?

Rosslyn had now become a pilgrimage site for mystery seekers. Some claimed they were drawn here by the powerful magnetic field that emanated inexplicably from these coordinates, some claimed they came to search the hillside for a hidden entrance to the vault, but most admitted they had come simply to wander the grounds and absorb the lore of the Holy Grail.

Часовня стала местом самого активного паломничества. Искатели приключений, охотники за тайнами утверждали, будто их притягивает сюда мощным магнитным полем; многие говорили, что пришли искать скрытый где-то на склоне холма вход в подземелье. Но большинство признавали, что приехали сюда просто побродить по священным землям и побольше узнать о Граале.

Although Langdon had never been to Rosslyn before now, he always chuckled when he heard the chapel described as the current home of the Holy Grail. Admittedly, Rosslyn once might have been home to the Grail, long ago... but certainly no longer. Far too much attention had been drawn to Rosslyn in past decades, and sooner or later someone would find a way to break into the vault.

Сам Лэнгдон никогда здесь не был, но всякий раз посмеивался, когда ему говорили, что именно часовня Рослин — последнее прибежище Грааля. Нет, по всей видимости, часовня на какое-то время приютила Грааль в далеком прошлом... Столь же очевидно, что сейчас там его нет, просто быть не может. Слишком уж много внимания было привлечено к часовне последние десятилетия. К тому же рано или поздно люди найдут способ пробиться в подземелье.

True Grail academics agreed that Rosslyn was a decoy—one of the devious dead ends the Priory crafted so convincingly. Tonight, however, with the Priory's keystone offering a verse that pointed directly to this spot, Langdon no longer felt so smug. A perplexing question had been running through his mind all day:

Why would Saunière go to such effort to guide us to so obvious a location?

Серьезные ученые, занимавшиеся Граалем, дружно сходились в одном: Рослин — это своего рода ловушка, специально подстроенная Приоратом, чтобы навести охотников за Граалем на ложный след. Однако сейчас, прочитав последнее послание, спрятанное в краеугольном камне, Лэнгдон уже не был так в этом уверен. Весь этот день его мучил и преследовал один вопрос: Зачем Соньер потратил столько усилий, чтобы привести нас к столь очевидной цели?

There seemed only one logical answer. There is something about Rosslyn we have yet to understand.

Ответ напрашивался только один. Есть в Рослин нечто такое, чего мы еще не знаем и не понимаем.

"Robert?" Sophie was standing outside the car, looking back at him. "Are you corning?" She was holding the rosewood box, which Captain Fache had returned to them. Inside, both cryptexes had been reassembled and nested as they had been found. The papyrus verse was locked safely at its core—minus the shattered vial of vinegar.

— Роберт! — окликнула его стоявшая возле машины Софи. — Так вы идете или нет? — В руках она держала шкатулку палисандрового дерева, которую любезно отдал ей Фаш. Внутри находились оба криптекса, вновь собранные и помещенные в ячейки. Папирус со стихами занял место в меньшем из них, но, разумеется, пузырька с уксусом там уже не было.

Making their way up the long gravel path, Langdon and Sophie passed the famous west wall of the chapel. Casual visitors assumed this oddly protruding wall was a section of the chapel that had not been finished. The truth, Langdon recalled, was far more intriguing.

Пройдя по длинной, выложенной гравием дорожке, Лэнгдон с Софи оказались возле знаменитой западной стены часовни. Обычные посетители считали, что странно выступающая стена — это недостроенная часть храма. На самом деле, насколько было известно Лэнгдону, история ее была более интригующей.

The west wall of Solomon's Temple.

Западная стена храма царя Соломона.

The Knights Templar had designed Rosslyn Chapel as an exact architectural blueprint of Solomon's Temple in Jerusalem—complete with a west wall, a narrow rectangular sanctuary, and a subterranean vault like the Holy of Holies, in which the original nine knights had first unearthed their priceless treasure. Langdon had to admit, there existed an intriguing symmetry in the idea of the Templars building a modern Grail repository that echoed the Grail's original hiding place.

Рыцари ордена тамплиеров, создававшие часовню, решили выстроить ее по точному образу и подобию храма царя Соломона в Иерусалиме. Снабдить выступающей западной стеной, узким прямоугольным святилищем и подземным помещением, копией Святая Святых — места, где некогда девять тамплиеров нашли бесценное сокровище. Лэнгдон был вынужден признать: само это сходство служило очевидным намеком на то, что на земле Шотландии тамплиеры выстроили более современное хранилище для Грааля.

Rosslyn Chapel's entrance was more modest than Langdon expected. The small wooden door had two iron hinges and a simple, oak sign.

Вход в часовню Рослин оказался скромнее, чем он ожидал. Маленькая деревянная дверь на двух петлях, рядом дощечка из дуба с надписью:

ROSLIN


РОСЛИН

This ancient spelling, Langdon explained to Sophie, derived from the Rose Line meridian on which the chapel sat; or, as Grail academics preferred to believe, from the "Line of Rose"—the ancestral lineage of Mary Magdalene.

Лэнгдон объяснил Софи, что это старинное написание, что само слово происходит от названия меридиана "линия Розы", что именно на этом меридиане и стоит часовня. А затем добавил, что ученые, специалисты по Граалю, считают, что "линия Розы" означает также потомство Марии Магдалины.

The chapel would be closing soon, and as Langdon pulled open the door, a warm puff of air escaped, as if the ancient edifice were heaving a weary sigh at the end of a long day. Her entry arches burgeoned with carved cinquefoils.

Часовня вскоре должна была закрыться для посетителей, а потому Лэнгдон решительно толкнул дверь. Лицо обдало теплым ветерком, точно нутро древнего храма устало выдохнуло в конце долгого дня. Арки над входом украшала резьба в виде пятилистников.

Roses. The womb of the goddess. Entering with Sophie, Langdon felt his eyes reaching across the famous sanctuary and taking it all in. Although he had read accounts of Rosslyn's arrestingly intricate stonework, seeing it in person was an overwhelming encounter.

Розы. Чрево богини. Войдя вместе с Софи в часовню, Лэнгдон окинул помещение пристальным и жадным взглядом, точно пытался сразу вобрать все. Он много читал об искусной резьбе по камню, украшавшей внутреннее убранство храма, но видеть ее собственными глазами — совсем другое дело.

Symbology heaven, one of Langdon's colleagues had called it.

Рай символов — так как-то назвал этот храм один из коллег Лэнгдона.

Every surface in the chapel had been carved with symbols—Christian cruciforms, Jewish stars, Masonic seals, Templar crosses, cornucopias, pyramids, astrological signs, plants, vegetables, pentacles, and roses. The Knights Templar had been master stonemasons, erecting Templar churches all over Europe, but Rosslyn was considered their most sublime labor of love and veneration. The master masons had left no stone uncarved. Rosslyn Chapel was a shrine to all faiths... to all traditions... and, above all, to nature and the goddess.

Казалось, на стенах не было и дюйма свободного пространства, все сплошь покрывали символы. Христианские кресты, иудейские звезды, масонские печати, кресты ордена тамплиеров, роги изобилия, пирамиды, астрологические знаки, растения, овощи, пятиконечные звезды и розы. Рыцари-тамплиеры были искуснейшими резчиками по камню, даром что основали союз каменщиков, возводили свои церкви по всей Европе. Но Рослин по праву считалась образчиком их выдающегося мастерства. Сразу было видно, что работали они здесь с особой любовью и тщанием. Мастера не оставили ни единого камня без рисунка. Часовня Рослин была храмом всех религий... всех традиций, но прежде всего она была храмом, прославляющим Природу и священное женское начало.

The sanctuary was empty except for a handful of visitors listening to a young man giving the day's last tour. He was leading them in a single-file line along a well-known route on the floor—an invisible pathway linking six key architectural points within the sanctuary. Generations of visitors had walked these straight lines, connecting the points, and their countless footsteps had engraved an enormous symbol on the floor.

Внутри почти никого, лишь небольшая группа туристов, столпившихся вокруг молодого экскурсовода, дающего какие-то пояснения. Он вел их привычным, изведанным маршрутом, невидимой тропой, соединяющей шесть ключевых архитектурных точек внутренней части здания. За столетия целые поколения посетителей протоптали эти прямые линии, соединяющие точки, и на полу образовался огромный символ.

The Star of David, Langdon thought. No coincidence there. Also known as Solomon's Seal, this hexagram had once been the secret symbol of the stargazing priests and was later adopted by the Israelite kings—David and Solomon.

Звезда Давида, подумал Лэнгдон. Нет, это не совпадение. Известная также под названием Соломоновой печати, эта фигура некогда была тайным символом древних звездочетов-священников, а позже была принята в качестве символа власти царями иудейскими — Давидом и Соломоном.

The docent had seen Langdon and Sophie enter, and although it was closing time, offered a pleasant smile and motioned for them to feel free to look around.

Церковный служка заметил Лэнгдона и Софи и, несмотря на позднее время, приветливо улыбнулся и сделал жест, приглашающий их осмотреть храм.

Langdon nodded his thanks and began to move deeper into the sanctuary. Sophie, however, stood riveted in the entryway, a puzzled look on her face.

Лэнгдон кивнул в знак благодарности и двинулся дальше. А Софи так и осталась у дверей, и по ее лицу было видно, что она растеряна и удивлена.

"What is it?" Langdon asked.

— В чем дело? — спросил Лэнгдон. Софи оглядывала часовню.

Sophie stared out at the chapel. "I think... I've been here."

— Мне кажется... я здесь уже бывала. Лэнгдон удивился:

Langdon was surprised. "But you said you hadn't even heard of Rosslyn."

— Но вы говорили, что никогда даже не слышали о часовне Рослин.

"I hadn't..." She scanned the sanctuary, looking uncertain. "My grandfather must have brought me here when I was very young. I don't know. It feels familiar." As her eyes scanned the room, she began nodding with more certainty. "Yes." She pointed to the front of the sanctuary. "Those two pillars... I've seen them."

— Не слышала... — Она неуверенно осмотрелась. — Должно быть, дедушка привозил меня сюда, когда я была еще совсем маленькой. Не знаю. Не помню. Но все так знакомо. — Софи продолжала оглядывать внутреннее убранство часовни. И кивнула. — Да, точно. — Она указала вперед. — Эти две колонны. Я их точно видела.

Langdon looked at the pair of intricately sculpted columns at the far end of the sanctuary. Their white lacework carvings seemed to smolder with a ruddy glow as the last of the day's sunlight streamed in through the west window. The pillars—positioned where the altar would normally stand—were an oddly matched pair. The pillar on the left was carved with simple, vertical lines, while the pillar on the right was embellished with an ornate, flowering spiral.

Лэнгдон проследил за направлением ее взгляда и увидел в дальнем конце помещения две покрытые искусной резьбой колонны. Белые каменные кружева отливали красновато-золотистыми отблесками, на них через окно падали последние лучи заходящего солнца. Сами колонны, расположенные в том месте, где обычно находится алтарь, являли собой довольно странную пару. Та, что слева, была покрыта резьбой из простых вертикальных линий, правую же по спирали украшал сложный цветочный узор.

Sophie was already moving toward them. Langdon hurried after her, and as they reached the pillars, Sophie was nodding with incredulity. "Yes, I'm positive I have seen these!"

Софи направилась к ним, и Лэнгдон поспешил следом. Приблизившись к колоннам, Софи решительно заявила:

— Да, я совершенно уверена, что видела их!



"I don't doubt you've seen them," Langdon said, "but it wasn't necessarily here."

— Не сомневаюсь, что видели, — заметил Лэнгдон. — Но вовсе не обязательно здесь.

She turned. "What do you mean?"

Она обернулась к нему:

— О чем это вы?



"These two pillars are the most duplicated architectural structures in history. Replicas exist all over the world."

— Эти колонны имеют массу архитектурных двойников по всему свету. Их копии производили неоднократно на протяжении веков.

"Replicas of Rosslyn?" She looked skeptical.

— Копии Рослин? — недоверчиво воскликнула Софи.

"No. Of the pillars. Do you remember earlier that I mentioned Rosslyn itself is a copy of Solomon's Temple? Those two pillars are exact replicas of the two pillars that stood at the head of Solomon's Temple." Langdon pointed to the pillar on the left. "That's called Boaz—or the Mason's Pillar. The other is called Jachin—or the Apprentice Pillar." He paused. "In fact, virtually every Masonic temple in the world has two pillars like these."

— Нет. Самих колонн. Помните, чуть раньше я говорил о том, что часовня Рослин является копией храма царя Соломона. И эти две колонны представляют собой точную копию тех, что некогда украшали вход в храм Соломона. — Лэнгдон указал на левую колонну. — Вот эта называется Боаз, или Масонская колонна. А та, что справа, — Джачин, или Колонна подмастерья. — Он помолчал, затем добавил: — Вообще-то в каждом масонском храме имеются две такие колонны.

Langdon had already explained to her about the Templars' powerful historic ties to the modern Masonic secret societies, whose primary degrees—Apprentice Freemason, Fellowcraft Freemason, and Master Mason—harked back to early Templar days. Sophie's grandfather's final verse made direct reference to the Master Masons who adorned Rosslyn with their carved artistic offerings. It also noted Rosslyn's central ceiling, which was covered with carvings of stars and planets.

Лэнгдон уже рассказывал Софи о тесных исторических связях ордена тамплиеров с современными тайными масонскими обществами. В последнем стихотворении Жака Соньера как раз содержалось прямое указание на мастеров-масонов, которые украсили Рослин искусной резьбой по камню. Говорилось в нем и о потолке часовни, украшенном резьбой в виде звезд и планет.

"I've never been in a Masonic temple," Sophie said, still eyeing the pillars. "I am almost positive I saw these here." She turned back into the chapel, as if looking for something else to jog her memory.

— Я никогда не была в масонском храме, — призналась Софи, разглядывая колонны, — но почти уверена, что видела эти колонны именно здесь. — И она начала озираться, словно в попытке отыскать что-то еще, что могло освежить память.

The rest of the visitors were now leaving, and the young docent made his way across the chapel to them with a pleasant smile. He was a handsome young man in his late twenties, with a Scottish brogue and strawberry blond hair. "I'm about to close up for the day. May I help you find anything?"

Туристы уходили, и экскурсовод с приветливой улыбкой поспешил навстречу Лэнгдону и Софи. Это был красивый молодой человек лет двадцати семи в ботинках на толстой подошве. Волосы длинные и светлые, как солома.

— А мы уже закрываемся. Могу я вам чем-то помочь?



How about the Holy Grail? Langdon wanted to say.

Как насчет того, чтобы помочь нам найти Грааль? — подумал Лэнгдон.

"The code," Sophie blurted, in sudden revelation. "There's a code here!"

— Код! — вдруг выпалила Софи, и лицо ее оживилось. — Здесь должен быть код!

The docent looked pleased by her enthusiasm. "Yes there is, ma'am."

Молодой человек улыбнулся:

— Да, он здесь есть, мэм.



"It's on the ceiling," she said, turning to the right-hand wall. "Somewhere over... there."

На потолке, — пробормотала она, указывая на стену справа. — Где-то вон там...

He smiled. "Not your first visit to Rosslyn, I see."

— Как вижу, вы здесь не впервые, — заметил светловолосый красавец.

The code, Langdon thought. He had forgotten that little bit of lore. Among Rosslyn's numerous mysteries was a vaulted archway from which hundreds of stone blocks protruded, jutting down to form a bizarre multifaceted surface. Each block was carved with a symbol, seemingly at random, creating a cipher of unfathomable proportion. Some people believed the code revealed the entrance to the vault beneath the chapel.

Код, подумал Лэнгдон. Он совсем забыл об этой архитектурной особенности часовни. Помимо всего прочего, часовня Рослин была знаменита сводчатой аркой, из которой выступали сотни каменных блоков. Каждый блок был украшен каким-то одним символом, на первый взгляд взятым произвольно, но вместе они создавали некое пространное шифрованное послание, разгадать которое еще никому не удавалось. Одни считали, что этот код может открыть доступ в подземелье.

Others believed it told the true Grail legend. Not that it mattered—cryptographers had been trying for centuries to decipher its meaning. To this day the Rosslyn Trust offered a generous reward to anyone who could unveil the secret meaning, but the code remained a mystery. "I'd be happy to show..."

Другие полагали, что здесь зашифрована истинная история Грааля. На протяжении веков криптографы бились над ним — и все напрасно. Даже сегодня Фонд Рослин предлагал щедрое вознаграждение тому, кто сумеет разгадать значение этих символов, но оно по-прежнему оставалось тайной.

— Буду рад показать вам...



The docent's voice trailed off.

Однако Софи не слышала, что говорит молодой человек.

My first code, Sophie thought, moving alone, in a trance, toward the encoded archway. Having handed the rosewood box to Langdon, she could feel herself momentarily forgetting all about the Holy Grail, the Priory of Sion, and all the mysteries of the past day. When she arrived beneath the encoded ceiling and saw the symbols above her, the memories came flooding back. She was recalling her first visit here, and strangely, the memories conjured an unexpected sadness.

Мой первый код, думала она, направляясь, точно в трансе, к сводчатой арке. Отдав шкатулку розового дерева Лэнгдону, она на какое-то время позабыла о Граале, Приорате Сиона, обо всех тайнах, с которыми довелось столкнуться накануне. И вот теперь, когда она увидела этот сводчатый потолок, усыпанный символами, на нее нахлынули воспоминания. Она вспомнила, как и при каких обстоятельствах побывала здесь впервые, и ощутила тягостную грусть.

She was a little girl... a year or so after her family's death. Her grandfather had brought her to Scotland on a short vacation. They had come to see Rosslyn Chapel before going back to Paris. It was late evening, and the chapel was closed. But they were still inside.

Она совсем еще маленькая девочка... прошел лишь год после гибели ее семьи. Дед привез ее в Шотландию на короткие каникулы. Перед тем как отправиться домой, в Париж, они решили осмотреть часовню Рослин. Был уже вечер, и часовня оказалась закрыта. Но каким-то образом они все же попали в нее.

"Can we go home, Grand-père?" Sophie begged, feeling tired.

А скоро домой, дедуля? — взмолилась Софи. Она очень устала.

"Soon, dear, very soon." His voice was melancholy. "I have one last thing I need to do here. How about if you wait in the car?"

— Скоро, милая, скоро. — Голос деда звучал почему-то грустно. — Просто у меня тут одно небольшое дельце. Может, подождешь в машине?

"You're doing another big person thing?"

— Очень важное дело, да? Дед кивнул:

He nodded. "I'll be fast. I promise."

— Я скоро. Обещаю.

"Can I do the archway code again? That was fun."

— А можно мне еще раз посмотреть на аркин код? Это так интересно!

"I don't know. I have to step outside. You won't be frightened in here alone?"

— Ну не знаю. Мне нужно выйти на минутку. Ты не испугаешься здесь одна?

"Of course not!" she said with a huff. "It's not even dark yet!"

— Ничего я не испугаюсь! — фыркнула она. — Еще даже не стемнело!

He smiled. "Very well then." He led her over to the elaborate archway he had shown her earlier.

Он улыбнулся:

— Ну ладно, так и быть. — И подвел ее к высокой сводчатой арке, которую показывал чуть раньше.



Sophie immediately plopped down on the stone floor, lying on her back and staring up at the collage of puzzle pieces overhead. "I'm going to break this code before you get back!"

Софи плюхнулась на каменный пол, улеглась на спину и начала разглядывать удивительные рисунки над головой.

"It's a race then." He bent over, kissed her forehead, and walked to the nearby side door. "I'll be right outside. I'll leave the door open. If you need me, just call." He exited into the soft evening light.

— Да я запросто разгадаю этот код! Ты и вернуться не успеешь! — Тогда поспеши. — Дед наклонился, поцеловал ее в лоб и направился к ближайшей боковой двери. — Я выйду только на минутку. Дверь оставлю открытой. Если что понадобится, позови. — С этими словами он вышел в мягкий вечерний свет.

Sophie lay there on the floor, gazing up at the code. Her eyes felt sleepy. After a few minutes, the symbols got fuzzy. And then they disappeared.

Софи лежала на полу и разглядывала знаки. Глаза слипались. Через несколько минут буквы стали расплываться, а потом и вовсе померкли. Она уснула.

When Sophie awoke, the floor felt cold.

Проснулась Софи от холода.

"Grand-père?"

— Grand-pere?..

There was no answer. Standing up, she brushed herself off. The side door was still open. The evening was getting darker. She walked outside and could see her grandfather standing on the porch of a nearby stone house directly behind the church. Her grandfather was talking quietly to a person barely visible inside the screened door.

Ответа не последовало. Софи поднялась, отряхнула платье. Боковая дверь была открыта. На улице стемнело. Она вышла и увидела деда. Он стоял на крыльце небольшого дома из грубого камня, что находился невдалеке от часовни, и разговаривал с кем-то. Софи не видела с кем, человек был скрыт от нее застекленной дверью.

"Grand-père?" she called.

— Дедуля! — снова окликнула она.

Her grandfather turned and waved, motioning for her to wait just a moment. Then, slowly, he said some final words to the person inside and blew a kiss toward the screened door. He came to her with tearful eyes.

Дед обернулся и махнул ей рукой, призывая подождать еще немного. Затем сказал что-то собеседнику и послал воздушный поцелуй. А потом подошел к ней, и Софи заметила в его глазах слезы.

"Why are you crying, Grand-père?"

— Почему ты плачешь, дедуля?

He picked her up and held her close. "Oh, Sophie, you and I have said good-bye to a lot of people this year. It's hard."

Он поднял ее с пола, крепко прижал к себе.

— Ах, Софи! Нам с тобой в этом году пришлось сказать "прощай" многим людям. И это тяжко.



Sophie thought of the accident, of saying good-bye to her mother and father, her grandmother and baby brother. "Were you saying goodbye to another person?"

Софи вспомнила о катастрофе, о том, как прощалась с мамой и папой, бабушкой и маленьким братиком.

— Ну а сейчас ты прощался с кем-то другим, да?



"To a dear friend whom I love very much," he replied, his voice heavy with emotion. "And I fear I will not see her again for a very long time."

— С очень близким и дорогим другом, которого люблю, — ответил он сдавленным голосом. — И боюсь, не увижу ее еще очень и очень долго.

Standing with the docent, Langdon had been scanning the chapel walls and feeling a rising wariness that a dead end might be looming. Sophie had wandered off to look at the code and left Langdon holding the rosewood box, which contained a Grail map that now appeared to be no help at all. Although Saunière's poem clearly indicated Rosslyn, Langdon was not sure what to do now that they had arrived. The poem made reference to a "blade and chalice," which Langdon saw nowhere.

Лэнгдон оглядывал стены часовни, и у него возникло дурное предчувствие, что они вновь в тупике. Софи отошла посмотреть код на арке и оставила Лэнгдону шкатулку розового дерева с указанием местонахождения Грааля, но этот последний ключ ничуть не помог. Хотя стихотворение Соньера совершенно четко указывало на часовню Рослин, теперь Лэнгдон вовсе не был уверен, что они попали по адресу. Ведь там были слова "сосуд" и "меч", а этих символов он здесь не видел.

The Holy Grail 'neath ancient Roslin waits.

The blade and chalice guarding o'er Her gates.



Грааль под древним Рослином вас ждет.

Сосуд и меч там охраняют вход.

Again Langdon sensed there remained some facet of this mystery yet to reveal itself.

"I hate to pry," the docent said, eyeing the rosewood box in Langdon's hands. "But this box... might I ask where you got it?"



И Лэнгдон снова почувствовал, что от него ускользает какая-то небольшая, но важная деталь этой загадки.

— Вы уж извините за любопытство, — произнес экскурсовод, не сводя глаз со шкатулки розового дерева в руках Лэнгдона. — Но эта шкатулка... могу я спросить, откуда она у вас?



Langdon gave a weary laugh. "That's an exceptionally long story."

Лэнгдон устало усмехнулся:

— О, это очень долгая история.



The young man hesitated, his eyes on the box again. "It's the strangest thing—my grandmother has a box exactly like that—a jewelry box. Identical polished rosewood, same inlaid rose, even the hinges look the same."

Молодой человек колебался, не зная, с чего начать. И не отводил взгляда от шкатулки.

— Странно... но, знаете, у моей бабушки точно такая же... для драгоценностей.



Langdon knew the young man must be mistaken. If ever a box had been one of a kind, it was this one—the box custom-made for the Priory keystone. "The two boxes may be similar but—"

Лэнгдон был уверен, что молодой человек ошибается. Такая шкатулка может быть только одна, изготовленная вручную для хранения краеугольного камня Приората.

— Возможно, они просто похожи, но...



The side door closed loudly, drawing both of their gazes. Sophie had exited without a word and was now wandering down the bluff toward a fieldstone house nearby. Langdon stared after her. Where is she going? She had been acting strangely ever since they entered the building. He turned to the docent. "Do you know what that house is?"

Разговор их прервал громкий стук боковой двери. Софи, не говоря ни слова, вышла из часовни и теперь спускалась по пологому склону холма к стоявшему чуть поодаль каменному строению. Куда это она направилась? И вообще она как-то странно себя ведет с тех пор, как они зашли в часовню. Лэнгдон обернулся к своему собеседнику:

— Вы знаете, чей это дом?



He nodded, also looking puzzled that Sophie was going down there. "That's the chapel rectory. The chapel curator lives there. She also happens to be the head of the Rosslyn Trust." He paused. "And my grandmother."

Молодой человек несколько растерянно кивнул:

— Это дом приходского священника. Там же живет и куратор часовни, по совместительству она у нас глава трастового Фонда Рослин. — Он замялся. — И еще она приходится мне бабушкой.



"Your grandmother heads the Rosslyn Trust?"

— Ваша бабушка возглавляет Фонд Рослин? Молодой человек снова кивнул:

The young man nodded. "I live with her in the rectory and help keep up the chapel and give tours." He shrugged. "I've lived here my whole life. My grandmother raised me in that house."

— Я живу с ней в этом доме, помогаю приглядывать за часовней, провожу экскурсии. — Он пожал плечами. — Провел здесь всю жизнь. Бабушка вырастила и воспитала меня в этом доме.

Concerned for Sophie, Langdon moved across the chapel toward the door to call out to her. He was only halfway there when he stopped short. Something the young man said just registered. My grandmother raised me.

Лэнгдона беспокоила Софи, и он направился за ней к дому, но на полпути вдруг резко остановился. В ушах звучали слова молодого человека. Бабушка вырастила и воспитала меня в этом доме.

Langdon looked out at Sophie on the bluff, then down at the rosewood box in his hand. Impossible. Slowly, Langdon turned back to the young man. "You said your grandmother has a box like this one?"

Лэнгдон взглянул на удалявшуюся фигурку Софи, затем перевел взгляд на шкатулку розового дерева, которую по-прежнему держал в руках. Нет, этого просто быть не может! Он повернулся к молодому человеку:

— Так, вы говорите, у вашей бабушки есть точно такая же шкатулка?



"Almost identical."

— Да. Просто копия.

"Where did she get it?"

— А откуда она у нее?

"My grandfather made it for her. He died when I was a baby, but my grandmother still talks about him. She says he was a genius with his hands. He made all kinds of things."

— Дедушка сделал, специально для нее. Он умер, когда я был еще младенцем, но бабушка его помнит. Много о нем рассказывает. Он был настоящим умельцем. Золотые руки.

Langdon glimpsed an unimaginable web of connections emerging. "You said your grandmother raised you. Do you mind my asking what happened to your parents?"

Лэнгдон чувствовал, что нащупал какую-то нить.

— Вы сказали, вас воспитала бабушка. Могу ли я спросить, что произошло с вашими родителями?



The young man looked surprised. "They died when I was young." He paused. "The same day as my grandfather."

Похоже, этот вопрос удивил молодого человека.

— Они умерли, когда я был совсем маленьким, В один день с дедом.



Langdon's heart pounded. "In a car accident?"

Сердце у Лэнгдона бешено забилось.

— В автомобильной катастрофе?



The docent recoiled, a look of bewilderment in his olive-green eyes. "Yes. In a car accident. My entire family died that day. I lost my grandfather, my parents, and..." He hesitated, glancing down at the floor. "And your sister," Langdon said.

В оливково-зеленых глазах экскурсовода промелькнуло удивление.

— Да. В автокатастрофе. Тогда погибла вся семья. Я потерял деда, родителей и... — Тут он умолк и опустил глаза. — И сестру, — закончил за него Лэнгдон.



Out on the bluff, the fieldstone house was exactly as Sophie remembered it. Night was falling now, and the house exuded a warm and inviting aura. The smell of bread wafted through the opened screened door, and a golden light shone in the windows. As Sophie approached, she could hear the quiet sounds of sobbing from within.

Дом из грубого камня был в точности таким, каким запомнила его Софи. Настала ночь, и дом так и манил уютом и теплом. Из приоткрытой застекленной двери доносился восхитительный запах свежеиспеченного хлеба, в окошках мерцал золотистый свет. Софи приблизилась и вдруг услышала внутри чьи-то сдавленные рыдания.

Through the screened door, Sophie saw an elderly woman in the hallway. Her back was to the door, but Sophie could see she was crying. The woman had long, luxuriant, silver hair that conjured an unexpected wisp of memory. Feeling herself drawn closer, Sophie stepped onto the porch stairs. The woman was clutching a framed photograph of a man and touching her fingertips to his face with loving sadness.

Заглянув в прихожую, она увидела пожилую женщину. Та стояла спиной к двери, но Софи поняла, что слышала именно ее плач. У женщины были длинные роскошные волосы, в которых серебрилась седина. Софи с замиранием сердца шагнула на крыльцо. Теперь она видела: женщина держит в руках фотографию мужчины в рамочке. Нежно и с грустью поглаживает изображенное там лицо.

It was a face Sophie knew well. Grand-père.

И лицо это было так хорошо знакомо Софи!Grand-pere...

The woman had obviously heard the sad news of his death last night.

Очевидно, женщина услышала печальное известие о его смерти не далее как вчера ночью.

A board squeaked beneath Sophie's feet, and the woman turned slowly, her sad eyes finding Sophie's. Sophie wanted to run, but she stood transfixed. The woman's fervent gaze never wavered as she set down the photo and approached the screened door. An eternity seemed to pass as the two women stared at one another through the thin mesh. Then, like the slowly gathering swell of an ocean wave, the woman's visage transformed from one of uncertainty... to disbelief... to hope... and finally, to cresting joy.

Тут под ногой Софи скрипнула половица, женщина резко обернулась и встретилась глазами с Софи. Та хотела бежать, но ноги не слушались. Женщина лихорадочно переводила взгляд с лица Софи на снимок и обратно. Затем она поставила фотографию на полочку и подошла к двери. Они с Софи стояли и смотрели друг на друга сквозь стеклянную перегородку. Казалось, прошла целая вечность. Неуверенность, удивление, надежда — вот какие чувства отражались на лице пожилой дамы... И наконец их, точно волной, смыло радостное озарение.

Throwing open the door, she came out, reaching with soft hands, cradling Sophie's thunderstruck face. "Oh, dear child... look at you!"

Она распахнула дверь, выбежала на крыльцо, протянула руки, начала гладить и ощупывать мягкими ладонями лицо Софи. Та стояла точно громом пораженная. — О, дитя мое... милая моя, родная!

Although Sophie did not recognize her, she knew who this woman was. She tried to speak but found she could not even breathe.

Софи не узнавала ее, но сразу же почувствовала, кто эта женщина. Пыталась что-то сказать, но губы не слушались.

"Sophie," the woman sobbed, kissing her forehead.

— Софи!.. — зарыдала женщина, покрывая ее поцелуями. Наконец Софи все же удалось выдавить шепотом:

Sophie's words were a choked whisper. "But... Grand-père said you were..."

— Но... дедуля, он же говорил, вы все...

"I know." The woman placed her tender hands on Sophie's shoulders and gazed at her with familiar eyes. "Your grandfather and I were forced to say so many things. We did what we thought was right. I'm so sorry. It was for your own safety, princess."

— Знаю, знаю. — Обняв Софи за плечи, женщина смотрела на нее такими знакомыми глазами. — Мы с твоим дедушкой были вынуждены говорить много разных ужасных вещей. И делали это лишь потому, что считали: иначе нельзя. Мне так жаль... Но это было ради твоей же безопасности, Принцесса.

Sophie heard her final word, and immediately thought of her grandfather, who had called her princess for so many years. The sound of his voice seemed to echo now in the ancient stones of Rosslyn, settling through the earth and reverberating in the unknown hollows below.

Услышав это последнее слово, Софи тут же вспомнила о деде. Долгие годы он называл ее именно так — Принцесса. Казалось, звук его голоса эхом разносится по каменистым склонам, отлетает от стен и башен Рослина. Проникает сквозь землю и гулом отдается в неведомых пустотах.

The woman threw her arms around Sophie, the tears flowing faster. "Your grandfather wanted so badly to tell you everything. But things were difficult between you two. He tried so hard. There's so much to explain. So very much to explain." She kissed Sophie's forehead once again, then whispered in her ear. "No more secrets, princess. It's time you learn the truth about our family."

Женщина продолжала обнимать Софи, слезы градом катились по ее лицу.

— Твой дед так хотел рассказать тебе всю правду! Но потом вы поссорились. Он очень переживал, изо всех сил старался помириться. Ему так много надо было тебе объяснить! Так много объяснить!.. — Она поцеловала Софи в лоб, затем шепнула на ушко: — Больше никаких секретов, Принцесса. Пришла пора узнать всю правду о твоей семье.



***

****

Sophie and her grandmother were seated on the porch stairs in a tearful hug when the young docent dashed across the lawn, his eyes shining with hope and disbelief.

Софи с бабушкой сидели на крыльце, плача от радости и переживаний, и тут через лужайку к ним бросился светловолосый молодой человек. В глазах его светилась надежда.

"Sophie?"

— Софи?..

Through her tears, Sophie nodded, standing. She did not know the young man's face, but as they embraced, she could feel the power of the blood coursing through his veins... the blood she now understood they shared.

Софи кивнула, смахнула слезы и поднялась. Лицо молодого человека не было ей знакомо, но, когда они обнялись, она почувствовала, что он всегда был ей родным, что в жилах их бежит одна кровь...

When Langdon walked across the lawn to join them, Sophie could not imagine that only yesterday she had felt so alone in the world. And now, somehow, in this foreign place, in the company of three people she barely knew, she felt at last that she was home.

Вскоре и Лэнгдон присоединился к ним. Софи до сих пор не верилось, что лишь вчера она чувствовала себя такой одинокой в огромном мире. И вот теперь в чужой стране, в незнакомом месте, в окружении трех самых близких ей людей она поняла, что наконец обрела настоящий дом.

 





Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   81   82   83   84   85   86   87   88   89


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет