Джон Роналд Руэл Толкин



бет3/5
Дата20.04.2019
өлшемі1 Mb.
1   2   3   4   5

Глава 3. ЛЕСНЫЕ ЭЛЬФЫ И ИХ ПРАВИТЕЛИ

Происхождение Лесных Эльфов


Как известно, некоторые Нандор, Тэлери, отказавшиеся от похода Эльдар и оставшиеся на восточной стороне Мглистых Гор, много веков прожили в лесах Долины Великой Реки, в то время как другие спустились к ее устью, а третьи пришли в Эриадор (от них произошли Зеленые Эльфы Оссирианда). Лесные Эльфы (Таварвайт) и Лихолесья и Лоринанда были по происхождению Тэлери, а значит, отдаленной родней Синдар, хотя отличались от них даже больше, чем Тэлери Валинора. Они были потомками тех Тэлери, что во время Великого Похода устрашились Мглистых Гор и остались жить в Долине Андуина, не достигнув ни Моря, ни даже границ Белерианда. Они были близкими родичами Нандор Оссирианда (Лайквэнди, Зеленых Эльфов), но те в конце концов перешли за горы в Белерианд. Лесные Эльфы жили скрытно и незаметно в лесных чащобах у подножия Мглистых Гор и со временем разделились на малочисленные и разрозненные племена, мало чем отличавшиеся от Авари. Но они не забывали, что изначально принадлежат к числу Эльдар, к Третьему Роду, и приветливо встречали Нолдор, а тем более Лайквэнди и Синдар, некоторые из которых, в начале Второй Эпохи, не ушли за Море, а отправились на восток. Большинство из них были выжившими жителями Дориата и Оссирианда. Под предводительством Синдар Лесные Эльфы снова стали объединяться и создавать государства, и мудрость их росла.
Лориэн и история Амрота
Одним из государств Лесных Эльфов был Лоринанд, который позднее стал называться Лориэн или Лотлориэн (30). Там жили Эльфы, которые оставили Великий Поход Эльдар от Куйвиэнен и поселились в лесах долины Андуина расположенных по обоим берегам Великой Реки, включая и те места, где позднее находился Дол Гулдур.

До прихода Эльдар у Лесных Эльфов не было ни князей, ни правителей; и до тех пор они жили не зная забот, так как вся мощь Моргота была сосредоточена на северо-западе Средиземья. Но в начале Второй Эпохи среди них поселилось много Синдар, под предводительством которых стали образовываться государства (в Лориэне королем стал Амдир, а в северной части Лихолесья правил Орофер). Таким образом, началась "синдаризация" Лесных Эльфов под влиянием белериандской культуры. Вскоре в Лориэне поселилось и немало Нолдор (говоривших по-синдарски); это были те, кто бежал в Морию после того, как Саурон в 1697 г. Второй Эпохи разорил Эрегион. В это время, когда Элронд основал убежище в Имладрисе, Келеборн укрепил Лориэн, на случай повторной атаки Саурона. Но Саурон потерпел поражение, вернулся в Мордор и оставил на время западные земли.

После войны в Эриадоре Лориэн в течение многих лет жил тихо и незаметно под властью своего короля Амдира (31), пока не пал Нуменор и Саурон не вернулся в Средиземье. Амдир внял призыву Гил-Галада и привел на войну Последнего Союза всех воинов, каких мог собрать, присоединившись к более многочисленной армии Орофера. Амдир погиб в битве на Дагорлад вместе с большей частью своего войска, оказавшись отрезанным от основных сил и загнанным в Гиблые Болота. Амрот, его сын, стал королем.

После поражения Саурона страна Амрота много лет жила в мире и процветала. В те времена, на востоке и на западе Лориэн был ограничен Андуином и Горами, но его северные и южные границы были неопределенными. Издревле Эльфы Лориэна считали своими леса у водопадов Серебрянки; к югу же Лориэн простирался далеко за Серебрянку. Там росли менее густые леса, смыкавшиеся с Фангорном. Но сердцем королевства всегда был угол между Серебрянкой и Андуином, где позднее находился Карас Галадон. Границы между Лориэном и Фангорном были расплывчатыми, но ни Энты, ни Эльфы никогда их не нарушали.

Одна легенда гласит, что когда-то, давным-давно, Фангорн встретился с Королем Лориэна и сказал ему:

- Я знаю свои земли, ты знаешь свои, и ссориться нам не из-за чего. А если кто-нибудь из Эльфов захочет побродить по нашим лесам, милости просим; не пугайтесь и вы, если встретите Энта в своих краях.

Однако прошло много лет, прежде чем Эльфам или Энтам довелось вступить на земли соседей.

Народ Лориэна во времена правления Амрота был почти таким же, как и в конце Третьей Эпохи: он состоял в основном из Лесных Эльфов, но правили им князья синдарского происхождения (то же было и в королевстве Трандуила в северной части Лихолесья; но был ли Трандуил родичем Амрота, ныне неизвестно).

Амрот (32) происходил из Синдар, но вел такую же жизнь как Лесные Эльфы и жил в ветвях высокого дерева на большом зеленом холме, который с тех пор назывался Керин Амрот. И хотя сами себя Эльфы Лориэна называли Галадрим, что означает «Древесный Народ», далеко не у всех Лесных Эльфов было принято жить на деревьях, но в Лориэне этот обычай распространился из-за природных условий: Лориэн располагался на равнине, и камень, пригодный для строительства, добывали только в горах на западе и доставляли по Серебрянке, с немалыми трудностями. Главным богатством Лориэна были деревья, остатки гигантских лесов Предначальных Дней. Но и в Лориэне не все жили на деревьях, и таланы (синд. мн.ч. тэлайн), или флеты, первоначально служили только убежищами на случай опасности или, чаще, сторожевыми постами (особенно те, что находились на вершинах высоких деревьев) (33). С них зорким Эльфам была видна вся страна и все, что происходит вблизи ее границ. Ибо Лориэн с конца первого тысячелетия Третьей Эпохи находился в состоянии непрерывной тревожной бдительности и, вероятно, беспокойство Амрота постоянно росло с тех пор, как в Лихолесье был построен Дол Гулдур. Жилище Келеборна в Карас Галадоне (34) было того же происхождения, что и сторожевые посты: самый высокий флет на этом дереве был высочайшей точкой страны (35). До того, как его построили, самым высоким считался флет Амрота, возведенный усилием многих рук, на вершине большого кургана Керин Амрот. Он предназначался, прежде всего, для наблюдения за Дол Гулдуром на другом берегу Андуина. В постоянные жилища эти таланы превратились позднее, и только в Карас Галадоне таких жилищ было много. Но Карас Галадон и сам был крепостью, и за его стенами жила лишь малая часть Галадрим.

Амрот, вероятно, первым построил на талане дом и, несомненно, поначалу это казалось удивительным. Скорее всего, именно потому он и получил свое имя - единственное, которое сохранилось в легенде. Хотя, возможно, на идею построить на талане дом его вдохновила возлюбленная Нимродэль (36). Она жила на флете потому, что любила водопады быстрой реки Нимродэль и не хотела разлучаться с ней надолго; но времена наступали мрачные, а река была совсем недалеко от северных границ, а Галадрим в тех местах жило мало. Так что, быть может, именно Нимродэль подала Амроту мысль поселиться на флете.

Амрот любил Нимродэль уже много лет, но так и не женился, потому что она не соглашалась стать его женой. На самом деле она тоже любила его, ибо он был прекрасен, как один из Эльдар, доблестен и мудр; но Нимродэль была из Лесных Эльфов, и ей не нравились пришельцы с Запада; ей казалось, что это они принесли с собой войны и нарушили былой мир. Она говорила только на языке Лесных Эльфов, даже когда он вышел из употребления в Лориэне; жила она в одиночестве у водопадов реки Нимродэль, которая названа в ее честь. Но когда в 1981 г. Третьей Эпохи в Мории пробудился Ужас, и Гномы были изгнаны оттуда, а вместо них там поселились Орки, Нимродэль в страхе бежала на юг, в незаселенные земли. Амрот бросился искать ее, и наконец нашел - на окраинах Фангорна, что в те дни были гораздо ближе к Лориэну. Она не смела войти в лес, потому что ей казалось, что деревья грозят ей, а некоторые передвигаются, чтобы отрезать ей путь. Амрот и Нимродэль долго спорили, но в конце концов она обещала ему стать его женой.

- Я буду верна своему слову, - сказала она, - мы поженимся, когда ты приведешь меня в страну, где царит мир.

Амрот поклялся, что ради нее оставит свой народ, несмотря на то, что для него наступили тяжкие времена, и вместе с ней пойдет искать такую страну.

- Но в Средиземье нам ее не найти, - сказал он, - для Эльфов ее здесь нет и не будет. Нам придется уплыть за Великое Море на древний Запад, - и он рассказал ей о южной гавани, где давным-давно живут многие из его народа. - Теперь их стало меньше, потому что большинство уплыли на Запад, но кое-кто еще остался. Они строят корабли для своих сородичей, которые приходят к ним, устав от Средиземья. Говорят, что право уйти за Море, полученное нами от Валар, теперь даровано всем, кто принимал участие в Великом Походе, даже если они тогда не дошли до Моря и не видели Благословенной Земли.

Амрот и Нимродэль отправились в путешествие через земли Гондора. Это было во дни короля Эарнила Второго, предпоследнего короля Южного Королевства, и в его землях было неспокойно. Так случилось, что они потеряли друг друга, и Амрот, напрасно проискав Нимродэль много дней, пришел в эльфийскую гавань*.


* Эту гавань когда-то основала группа Синдар, которые после падения Тангородрима не уплыли за Великое Море и не остались в Линдоне, а в начале Второй Эпохи отправились на юг. Они принадлежали к народу Дориата и все еще не могли забыть своей вражды с Нолдор; прожив некоторое время в Серебристых Гаванях и научившись там строить корабли, они со временем отправились искать себе собственный дом, и, в конце концов, поселились в устье Мортонда. Там уже была крохотная рыбацкая гавань, но рыбаки, испугавшись Эльдар, бежали в горы. Позднее это поселение пополнилось пришедшими по Андуину Лесными Эльфами, которые стремились к Морю. Ведь известно, что в душах Лесных Эльфов всегда жили беспокойство и стремление к Морю, которые время от времени заставляли их сниматься с насиженных мест и пускаться в странствия.




Когда же Амрот пришел в гавань, он обнаружил, что почти все уже уплыли. Оставшихся было меньше корабельной команды, и у них был только один корабль для морского плавания. На нем они теперь готовились отпыть и покинуть Средиземье. Они приветствовали Амрота, который был рад усилить их небольшую команду; но они не желали ждать Нимродэль, ибо надежды на ее прибытие, как им казалось, практически не было.

- Если бы она шла через населенные земли Гондора, - говорили они, - ей никто не причинил бы вреда, и даже помогли бы; ибо Люди Гондора добры, и правят ими потомки древних Друзей Эльфов, которые все еще помнят наш язык; но в горах много враждебных Людей и злых тварей.

Год клонился к осени, и наступала пора сильных ветров, которые вблизи Средиземья опасны даже эльфийским кораблям. Но, видя великое горе Амрота, Эльфы все же отложили отплытие на несколько недель. Жили они на корабле, так как их дома на берегу стояли пустые. И вот однажды, осенней ночью налетел страшный ураган, один из самых сильных в истории Гондора. Он прилетел с холодных северных пустошей и промчался через Эриадор в земли Гондора, нанеся большой ущерб. Даже Белые Горы не были защитой от него; из бухты Белфаласа унесло немало кораблей, и все они погибли. Легкий эльфийский корабль сорвало со швартовов и понесло в открытое море в сторону берегов Умбара. Никто в Средиземье больше не слышал о нем; но эльфийские корабли, предназначенные для этого путешествия, не тонут и он, несомненно, оставил Круги Мира и в конце концов достиг Эрессеа. Но Амрота не было на нем. Буря налетела на берега Гондора, когда сквозь бегущие облака проглядывал рассвет; но когда Амрот проснулся, корабль был уже далеко от берега. Вскрикнув в отчаянии: "Нимродэль!", Амрот бросился в море и поплыл к удаляющейся земле. Зорким эльфийским морякам долго было видно, как он борется с волнами, и вставшее солнце проглянуло сквозь тучи и блеснуло на его светлых волосах, как золотая искра далеко в волнах. Ни Эльфы, ни Люди не видели его более в Средиземье. О том, что стало с Нимродэлью, здесь не говорится, но о ее судьбе сложено немало легенд.

Одна из таких легенд гласит, что когда Нимродэль, бежав из Лориэна, по дороге к морю заблудилась в Белых Горах, она в конце концов (какой дорогой, неизвестно) вышла к реке, которая напомнила Нимродэли ее светлый поток в Лориэне. На сердце у нее полегчало, и она присела у озера, глядя на звезды, что отражались в его темных водах, и слушая шум водопадов на уступах, по которым река спускалась дальше к морю. И там Нимродэль крепко заснула от усталости, и проспала так долго, что опоздала в Белфалас; корабль Амрота тем временем унесло в море, а сам Амрот погиб, пытаясь вплавь вернуться на берег (37).

После катастрофы в Мории и печальных событий в Лориэне, который теперь остался без правителя (ибо Амрот утонул в море, не оставив наследника), в Лориэн вернулись Келеборн и Галадриэль, и народ встретил их с радостью. Там они прожили до конца Третьей Эпохи, которая закончилась Войной Кольца и низвержением Саурона.


Синдарские князья Лесных Эльфов Лихолесья
До того, как был построен Барад-дур, многие Синдар ушли на Восток, и некоторые из них основали в дальних лесах королевства. Подданными этих королевств были в основном Лесные Эльфы. Одним из таких королевств было государство Трандуила (38) на севере Великого Зеленолесья. До прихода Гномов, изгнанных из Мории, и появления дракона власть Трандуила распространялась и на те леса, что росли вокруг Одинокой Горы и вдоль западного берега Долгого Озера. Подданные королевства Трандуила пришли туда с юга и были сородичами и бывшими соседями лориэнских Эльфов: они жили в Великом Зеленолесье к востоку от Андуина. Во Вторую Эпоху их король Орофер (39), отец Трандуила, будучи встревожен слухами о растущей мощи Саурона, а также чтобы не иметь дела с Гномами Мории, которая к тому времени стала величайшим из гномьих царств, известных в истории, покинул свои древние поселения у Амон Ланк и переселился на север, за Ирисную Низину. Затем еще трижды он переселялся к северу, и в конце Второй Эпохи обосновался в западных лощинах Эмин Дуир (40); его многочисленный народ жил и странствовал среди деревьев да самого Андуина на западе, к северу от Древней Дороги Гномов (Мен-и-Наугрим) (41). Но в те времена земли между Зеленолесьем и Горами все еще были сравнительно безопасны, и связь между народом Орофера и их сородичами за Рекой не прерывалась до самой Войны Последнего Союза.

Несмотря на то, что Лесные Эльфы старались как можно меньше вмешиваться в дела Нолдор и Синдар, а также всех прочих народов, будь то Гномы, Люди или Орки, Орофер все же был достаточно мудр, чтобы понимать, что, пока Саурон не повержен, мира не будет. Поэтому он собрал большую армию (народ его к тому времени стал весьма многочисленным) и, объединившись с меньшей армией Амдира из Лориэна, повел войско Лесных Эльфов в битву. Лесные Эльфы были стойки и доблестны, но плохо вооружены по сравнению с Эльдар Запада; кроме того, они были своевольны и не хотели подчиняться приказам Гил-Галада, верховного военачальника. Поэтому они понесли большие потери, чем того требовала война, даже такая кровавая. Амдир и больше половины его воинов погибли в битве на Дагорлад: их отрезали от основного войска и загнали в Гиблые Болота. Орофер пал при первом штурме Мордора: он бросился вперед во главе своих самых отважных воинов прежде, чем Гил-Галад подал сигнал к атаке. Трандуил, сын Орофера, остался жив, но когда война окончилась и Саурон (как все думали) был убит, Трандуил увел домой едва ли треть того войска, что отправилось на войну.

Затем последовали долгие годы мира, и народ Лесных Эльфов снова стал многочисленным; но беспокойство и тревога не оставляли их: Эльфы предчувствовали перемены в мире, что несла с собой Третья Эпоха. Людей становилось все больше, и мощь их росла. Владения нуменорских королей Гондора достигали границ Лориэна и Зеленолесья (42). Свободные Люди Севера (Эльфы называли их так потому, что этот народ не признавал власти Дунэдайн и, по большей части, не склонялся и перед Сауроном и его прислужниками) расселялись к югу: в основном они жили к востоку от Зеленолесья, но некоторые селились по опушкам леса и на равнинах Долины Андуина. А с дальнего Востока приходили вести пострашнее: Дикари опять зашевелились. Прежде они служили и поклонялись Саурону, и теперь, избавившись от его владычества, не избавились от зла и тьмы, что посеял он в их душах. Дикари непрерывно воевали друг с другом, и некоторые племена, спасаясь от войн, бежали на запад. Дикари питали в сердце ненависть ко всем народам Запада, видя в них лишь врагов, которых надо убивать и грабить. Но душу Трандуила тяготила еще более мрачная тень. Он видел ужасы Мордора и не мог забыть их. Стоило ему взглянуть на юг, и воспоминание о них затмевало ему Солнце; он знал, что ныне Мордор опустошен, и короли Людей стерегут его, но страх подсказывал Трандуилу, что Черный Край еще не до конца побежден, и когда-нибудь поднимется вновь.

Когда прошло первое тысячелетие Третьей Эпохи, в южной части леса была построена черная крепость Дол Гулдур, и на Великое Зеленолесье пала Тень. Эльфы Трандуила отступали перед ней по мере того, как она расползалась к северу, пока, наконец, Трандуил не основал свое королевство в северо-восточной части леса. Там он устроил себе подземную крепость-дворец. Орофер происходил из Синдар и, несомненно, его сын Трандуил следовал примеру Короля Тингола Дориатского; хотя, конечно, его дворец нельзя было сравнить с Менегротом: у него не было ни искусности, ни богатства, ни помощи Гномов; и по сравнению с Эльфами Дориата Лесной Народ был простым и невежественным*.


* Орофер пришел в Зеленолесье лишь с горсткой Синдар, которые, как и другие, подобные им, ушли из Дориата после его гибели и не хотели ни покинуть Средиземье, ни жить вместе с другими Синдар из Белерианда, потому что теми правили Нолдор-изгнанники, а народ Дориата особой любви к Нолдор не питал. Эти Синдар хотели на самом деле стать частью Лесного народа и вернуться, как они говорили, к простой, естественной жизни, какой жили Эльфы до тех пор, пока их не смутил призыв Валар.
В год, когда Саурон был выбит из Дол Гулдура и бежал в Мордор, Трандуил участвовал в Битве Пяти Воинств. Тогда Лесные Эльфы вместе с Людьми и Гномами одержали победу над армиями Орков и Варгов, уничтожив почти все их население, обитавшее в то время в Мглистых Горах.

У Трандуила был сын Леголас, входивший в отряд Хранителей Кольца.

Во время Войны Кольца, когда Саурон был повержен, войска Дол Гулдура вторглись во владения Трандуила. Была долгая битва под деревьями, были большие пожары и разрушения, но, в конце концов, Трандуил одержал победу. И после того, как Келеборн с войском Лориэна взял Дол Гулдур, Трандуил и Келеборн переименовали Лихолесье в Эрин Ласгален, Лес Зеленых Листьев. Северная его часть вплоть до лесного нагорья отошла к владениям Трандуила, а южная стала зваться Восточным Лориэном. После этого Лесные Эльфы Трандуила долго и спокойно жили в Зеленолесье.
История Галадриэли и Келеборна
Как известно, Галадриэль была сестрой Финорода Фелагунда и дочерью Финарфина, второго сына Индис. Финарфин был схож с матерью духом и обликом, унаследовав золотые волосы Ваниар, их благородный и мягкий нрав и их любовь к Валар. Как мог, он держался в стороне от раздора своих братьев и их отчуждения от Валар, и часто он искал покоя среди Тэлери, чей язык он изучил. Он взял в жены Эарвен, дочь Ольвэ, Короля Алквалондэ, и его дети были родней Элу Тинголу, Королю Дориата, ибо тот был братом Ольвэ. Это родство повлияло на их решение присоединиться к уходящим в Изгнание и оказалось весьма важным позднее, в Белерианде. Финрод, брат Галадриэли, был подобен своему отцу красотой лица, и золотыми волосами, и благородством и великодушием сердца, хотя были в нем и высокая доблесть Нолдор, а в юности - их пылкость и непокой. А от матери, которая была из Тэлери, унаследовал он любовь к морю и мечты о далеких землях, которых он никогда не видал. Галадриэль была величайшей из Нолдор, кроме, может быть, Феанора, хотя она была мудрее его, и мудрость ее росла с годами.

Отец назвал ее Артанис («Благородная»), а имя, которое дала ей мать, было Нэрвен ("Мужественная") (43), и она выросла высокой даже для женщин Нолдор (44). Она была сильна телом, духом и волей, ровня и мудрецам и атлетам Эльдар во дни их юности. Даже среди Эльдар она считалась прекрасной, а ее волосы почитали чудом несравненным. Они были золотыми, как у ее отца и ее праматери Индис, но гуще и ярче, ибо их золото было тронуто отблеском звездного серебра волос ее матери, и Эльдар говорили, что свет Двух Древ, Лаурелин и Тельпериона, уловлен в ее локонах. Многие думали, что именно это сравнение дало Феанору мысль уловить и смешать свет Дерев, которая позже воплотилась в Сильмариллах. Ибо Феанор взирал на волосы Галадриэли с удивлением и восхищением. Трижды просил он у нее локон, но Галадриэль не пожелала дать ему ни единого волоса. Два эти рода, величайшие из Эльдар Валинора, никогда не были дружны.

Галадриэль родилась в блаженстве Валинора, но незадолго, по счету Благословенных Земель, до того, как оно затмилось, и потому не было для нее там покоя. Ибо в то время испытаний среди раздоров Нолдор ее привлекал и тот путь, и этот. Она была горда, сильна и своевольна, как и все потомки Финвэ, кроме Финарфина. И, подобно ее брату Финроду, из всей ее родни самого близкого ее сердцу, она мечтала о дальних странах и царствах, которые могли бы принадлежать ей, которыми она могла бы править по собственному разумению, без опеки. Но в глубине ее сердца жили благородный и великодушный дух Ваниар и почтение к Валар, которого она не могла забыть. С ранних лет имела она чудесный дар понимания мыслей других, и судила их с милосердием и сочувствием, и ни от кого не отвращала своего доброго расположения, кроме одного Феанора. В нем прозревала она тень, которую ненавидела и страшилась, хотя и не понимала, что тень какого-то зла пала на мысли всех Нолдор и на нее саму.

Потому и случилось так, что когда свет Валинора угас, - навеки, как думали Нолдор, она присоединилась к мятежу против Валар, которые велели им остаться. И, однажды ступив на дорогу изгнания, она не остановилась, но отвергла последнее послание Валар и попала под Приговор Мандоса. Никакой клятвы не произнесла она, но речи Феанора о Средиземье воспламенили ее сердце, ибо она страстно желала увидеть широкие нехранимые земли и править там по своей собственной воле. Так, обладая блестящим умом и будучи быстрой в деянии, она скоро восприняла все, что могла, из того, чему Валар считали нужным учить Эльдар, и она чувствовала себя стесненно под опекой Амана.

Даже после безжалостного нападения на Тэлери и похищения их кораблей она не повернула назад (45). Но отныне она горела желанием преследовать Феанора своим гневом в любых землях, каких он мог достичь, и препятствовать ему, как только возможно. Гордость двигала ею и тогда, когда в конце Древних Дней, после окончательного низвержения Моргота, она отвергла прощение Валар тем, кто сражался против него, и осталась в Средиземье, а так же потому, что считала себя не вправе уйти, пока Саурон не повержен окончательно. Также она не желала покидать Келеборна, который не хотел оставлять Средиземье.

Когда Галадриэль пришла в Средиземье, ее приняли в Дориате – потаенном королевстве Тингола и Мелиан, потому что ее мать Эарвен, дочь Ольвэ, была из Тэлери и приходилась племянницей Тинголу, и потому что народ Финарфина не принимал участия в Братоубийственной Резне. Там она стала подругой Мелиан.

В Дориате она встретила Келеборна (46) и позднее вышла за него замуж. Келеборн был внуком Эльмо, брата Тингола. Эльмо был младшим братом Эльвэ (Тингола) и Ольвэ и был любим Эльвэ, с которым он и остался. Сын Эльмо был назван Галадоном, а его сыновьями были Келеборн и Галатиль; Галатиль был отцом Нимлот, жены Диора, наследника Тингола, матери Эльвинг. Келеборн бежал от разорения Дориата, и вместе с Галадриэлью они способствовали бегству Эльвинг с Сильмариллом в Гавани Сириона.

Во Вторую Эпоху Келеборн какое-то время жил в Харлиндоне – части Линдона к югу от Луна. Эльфы Харлиндона были в основном синдарского происхождения, и этой областью владел и правил Келеборн.

В начале Второй Эпохи Галадриэль почувствовала некую злую силу, таящуюся на востоке, за Мглистыми Горами, ибо Саурон имел тогда не одно имя, и никто еще не знал, что все злые дела исходят от одного враждебного духа, первого наместника Моргота. Хотя вскоре он обнаружил себя. После того, как были выкованы Кольца Власти, и Келебримбор восстал против него, Саурон сбросил свою прекрасную личину и в 1695 г. пошел войной на Эриадор. Перед этим Галадриэль получила от Келебримбора одно из Трех Эльфийских Колец, Ненью, Кольцо Воды, украшенное Адамантом. Кольцо повлияло на нее непредвиденным образом, ибо пробудило дремавшую в ней тоску по Морю и стремление на Запад, и радость ее от Средиземья уменьшилась.

Во время войны в Эриадоре, в то время когда Элронд основал убежище в Имладрисе, Келеборн отправился в Лоринанд (Лориэн), королевство Лесных Эльфов, расположенное между Келебрантом и Андуином, чтобы упрочить его оборону: он опасался, что Саурон снова попытается пресечь Андуин. Однако когда Саурон укрылся в Мордоре и, по слухам, занялся исключительно завоеваниями на востоке, Келеборн вернулся в Линдон к Галадриэли. Но до войны Последнего Союза и конца Второй Эпохи Келеборн и Галадриэль бывали в Лориэне еще дважды.

В начале Третьей Эпохи Галадриэль начали беспокоить дурные предчувствия. Она была мудра и предвидела, что Лориэну суждено отстаивать переправу через Андуин в войне, что неминуемо должна была разгореться снова, прежде чем Тьма будет окончательно повержена (если только это сбудется), и потому они с Келеборном отправились в Лориэн и долго жили в гостях у Амрота, усердно собирая все новости и слухи о растущей тени в Лихолесье и черной крепости Дол Гулдур. Народ Амрота был доволен своим правителем: Амрот был доблестен и мудр, и его маленькое королевство пока что было прекрасно и по-прежнему процветало. Поэтому Келеборн и Галадриэль, обойдя в поисках сведений весь Рованион, от Гондора и границ Мордора до королевства Трандуила на севере, ушли затем за горы в Имладрис и на много лет поселились там, ведь Элронд был их родичем: он в самом начале Третьей Эпохи женился на их единственной дочери Келебриан. Келебриан родила Элронду сыновей-близнецов Элладана и Элрохира и дочь Арвен.

В 1981 г. Третьей Эпохи когда Гномы в Мории пробудили Балрога*, и Саурону удалось закрепиться на западном берегу Андуина, Лориэн оказался в великой опасности, ибо король его погиб, а народ начал разбегаться и едва не оставил свою землю Оркам. Тогда Келеборн и Галадриэль переселились в Лориэн и стали править им. Однако они не приняли королевских титулов, считая себя всего лишь хранителями этого небольшого, но прекрасного края, последнего оплота Эльдар на востоке.






* Надо сказать, что Келеборн недолюбливал Гномов, к какому бы племени они ни принадлежали, он не мог им простить разорения Дориата; однако на самом деле в нападении на Дориат участвовали лишь ногродские Гномы, и все они полегли в бою у Сарн Атрад. Гномы Белегоста были напуганы последствиями этого похода и вскоре ушли на восток, в Казад-дум. Так что можно считать, что морийские Гномы неповинны в гибели Дориата и не враги Эльфам. Как бы то ни было, Галадриэль с самого начала чувствовала, что Средиземье может спастись от тени зла, оставленной на земле Морготом, только если все народы, противостоящие этому злу по мере своих сил, объединятся, поэтому относилась к Гномам гораздо терпимее. К тому же Галадриэль смотрела на Гномов как военачальник, а для войны с Орками нет лучших бойцов. И, наконец, Галадриэль понимала души Гномов и их страстную любовь к ремеслам лучше, чем большинство Эльдар: ведь Гномы - "дети Ауле", а она, как и другие Нолдор, была в Валиноре ученицей Ауле и Йаванны.

Во время Войны Кольца Лориэн принимал у себя отряд Хранителей, и Галадриэль отвергла искушение взять Единое Кольцо, когда оно было ей предложено. Именно тогда она приняла окончательное решение отплыть на Запад.



После падения Саурона Тьма рассеялась, и Врага обуяли страх и отчаяние. Войска Дол Гулдура трижды штурмовали Лориэн, но сила Благословенных Земель была столь велика, что без Саурона взять Лориэн не удалось. Леса на границах сильно пострадали, но атаки были отбиты, а когда развеялась Завеса Тьмы, Келеборн во главе большого отряда переправился через Андуин на множестве лодок и взял Дол Гулдур. Галадриэль обрушила стены и темницы этой крепости, а леса были очищены.

На севере так же шла война. Королевство Трандуила подверглось вторжению, но в итоге он все-таки одержал победу. В день Эльфийского Нового Года Келеборн и Трандуил встретились в сердце леса и переименовали Лихолесье в Эрин Ласгален, Лес Зеленых Листьев. Трандуил взял все северные районы вплоть до гор, как леса своего королевства, а Келеборн взял южные леса, назвав их Восточный Лориэн. Галадриэль истомила тоска по Морю и Благословенному Краю и она решила уйти на Запад. Отплыла она на том же корабле, что и остальные Хранители Колец. Но после ухода Галадриэли, через некоторое время, Келеборн почувствовал усталость от своего королевства и ушел в Имладрис, чтобы жить с сыновьями Элронда. В Зеленолесье Лесные Эльфы жили еще долго и спокойно, а вот в Лориэне осталось очень немного от прежнего населения, и на Карас Галадоне больше не было света и песен. Ни в каких записях не сохранилось упоминаний о том дне, когда Келеборн наконец отправился в Серебристые Гавани, а вместе с ним ушла последняя живая память о древних днях.
Язык Лесных Эльфов
Трандуил, отец Леголаса из отряда Хранителей, был из Синдар, и если не во всем королевстве, то в доме короля говорили по-синдарски. Многие жители Лориэна были по происхождению Синдар или Нолдор, бежавшими из разоренного Эрегиона; поэтому там Синдарин стал общеупотребительным. Лориэнский вариант синдарского языка отличался от белериандского, но чем именно они различались, теперь, конечно, неизвестно. Вероятно, разница состояла только в том, что мы сейчас назвали бы "акцентом" – многочисленных особенностях произношения, способных сбить с толку того, кто был не слишком хорошо знаком с более чистым Синдариным. Возможно также, что в их языке встречалось множество местных слов и других черт, возникших в основном под влиянием субстрата языка Лесных Эльфов. Лориэн был очень изолирован от внешнего мира. Хотя к тому времени, когда Лесные Эльфы вновь повстречались со своими сородичами после долгой разлуки, их наречия настолько разошлись с синдарским языком, что Лесные Эльфы и Синдар с трудом понимали друг друга, все же нетрудно было определить, что наречия Лесных Эльфов родственны эльдарским языкам. Ученые, особенно Нолдор, очень интересовались сходствами и различиями лесных наречий со своим собственным языком, но, несмотря на это, о языке Лесных Эльфов теперь известно очень мало. Поэтому многие древние имена, такие, как "Амрот" и "Нимродэль", не могут быть полностью объяснены с помощью Синдарина, хотя и являются синдарскими по форме. У Лесных Эльфов не было своей письменности, а те, кто учился у Синдар, старались, как умели, писать на Синдарине. К концу Третьей Эпохи языки Лесных Эльфов уже вышли из употребления, по крайней мере, в тех областях, которые принимали участие в Войне Кольца (т.е. в Лориэне и в королевстве Трандуила в северном Лихолесье). В записях сохранилось лишь несколько слов из этих языков, не считая имен и названий.



Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет