Джон Рональд Руел Толкиен



жүктеу 4.54 Mb.
бет17/28
Дата20.04.2019
өлшемі4.54 Mb.
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   28

Он бросил их в глубокую яму. Время от времени узники

видели два глаза во мраке, и волк-оборотень пожирал одного

из товарищей. Но никто не предал своего повелителя.

В тот миг, когда саурон бросил берена в яму, сердце лю-

тиен внезапно сковал ужас, и придя к мелиан за советом, она

узнала, что берен находится в подземелье без надежды на спа-

сение. Тогда лютиен, понимая, что не от кого ждать помощи,

решила бежать из дориата, чтобы отправиться к берену. Но она

доверилась даэрону, а он выдал ее намерения королю. Тингол

исполнился страха и удивления, но должен был удержать ее. Он

приказал построить дом, из которого она не могла бы убежать.

Далеко наверху между стволами хирилона был построен де-

ревянный дом, в нем поселили лютиен и поставили стражу, а

лестницу убрали и пользовались ею, когда приносили лютиен

что-нибудь, в чем она нуждалась.

В песне о лейтиан поется, как лютиен бежала из дома на

Хирилоне. Для этого она воспользовалась своими знаниями вол-

шебных чар и тем, что у нее были очень длинные волосы. Из

них она соткала плащ, под которым скрывалась ее красота. А в

волосах были скрыты чары сна. Из оставшихся прядей она спле-

ла веревку и опустила ее из окна. Когда конец веревки зака-

чался над стражниками, они погрузились в глубокий сон. Тогда

Лютиен спустилась из тюрьмы и скрылась из дориата.

Случилось так, что колегорм и куруфин отправились на

охоту на охраняемой равнине, причиной чему был саурон, пос-

лавший в земли эльфов множество волков. Поэтому братья взяли

своих собак и поехали, рассчитывая до возвращения узнать но-

вости о короле фелагунде.

Вожака стаи волкодавов, следовавшего за колегормом,

звали хуан. Он не был рожден в среднеземелье, но явился из

благословенного королевства, потому что много лет назад оро-

ме отдал его в валиноре колегорму, и хуан сопровождал своего

хозяина еще до прихода зла. Он ушел вместе с колегормом в

изгнание и остался верен ему, связав свою судьбу с судьбой

нольдора. Ему было предопределено умереть не раньше, чем он

померится силами с самым могучим из волков.

Именно Хуан обнаружил Лютиен. Колегорм и куруфин оста-

новились тогда немного отдохнуть вблизи границы дориата, не

опасаясь, потому что никто не мог укрыться от взгляда и

чутья хуана.

Хуан привел лютиен к колегорму, и та, узнав, что перед

ней князь нольдора и враг моргота, обрадовалась и сбросила

маску. Так велика была ее красота, что колегорм сразу влю-

бился в нее. Он восторженно заговорил с ней и обещал, что

она найдет помощь в своей нужде, если отправится с ним в

нарготронд. но колегорм ничем не выдал, что уже знал о бере-

не и его поисках, о которых она рассказала, ни того, что эта

история близко его касалась.

Забыв об охоте, они вернулись в нарготронд и поступили

с Лютиен предательски: ее стерегли, не разрешая выходить за

ворота. Поверив, что берен и фелагунд остались пленниками

без надежды на помощь, они рассчитывали на гибель короля и

рассчитывали удержать лютиен, и вынудить тингола отдать ее

руку колегорму. Они увеличили бы свои силы и стали бы самыми

могущественными из князей нольдора. И они не собирались до-

биваться сильмарилей хитростью или войной - а тем более поз-

волить другим сделать это - пока в их руках не окажется все

могущество королевства эльфов.

У Ородрета не было возможности противостоять им, потому

что братья поколебали сердца народов нарготронда, и колегорм

послал вестников к тинголу, чтобы оповестить его о своем

сватовстве.

Но пес Хуан обладал благородным сердцем, он полюбил Лю-

тиен, и его опечалило ее настроение. Поэтому он часто прихо-

дил туда, куда ее поместили, и лежал у дверей лютиен, потому

что хуан чувствовал: зло пришло в нарготронд. Хуан понимал

все, что она говорила, ему была известна речь всех существ.

и хуан придумал, как помочь лютиен.

Придя как-то раз ночью, он принес ей плащ и, впервые

заговорив, дал ей совет. Потом он увел ее тайными путями из

нарготронда, и они вместе бежали на север. Он предложил лю-

тиен сесть на него верхом как на лошадь, и таким образом

беглецы выиграли время, потому что хуан бежал быстро и не

знал усталости.

А Берен и Фелагунд лежали в подземельях саурона, и все

их товарищи погибли. Но с фелагундом саурон решил покончить

в самую последнюю очередь, потому что он понимал, что имеет

дело с нольдорцем.

Но когда волк пришел за береном, фелагунд собрал все

свои силы и разорвал оковы. Тогда он сказал берену:

- Теперь я ухожу на долгий отдых в залы, за моря, за

горы амана. Может быть мы с тобой больше не встретимся, по-

тому что судьбы наших родов различны. Прощай!

И он умер во мраке, на тол-ин-гауроте, чью огромную

башню он сам построил.

И Берен оплакивал его.

И в это время появилась лютиен.

Встав на мосту, она запела песню. Берен услышал ее и

подумал, что это ему слышится,потому что над ним запели со-

ловьи и засияли звезды. Он запел в ответ песню вызова, а по-

том силы покинули берена, и он погрузился в мрак.

Но Лютиен услышала его голос и запела тогда с великой

силой. Завыли волки, остров содрогнулся. Саурон стоял в вы-

сокой башне, но услышав голос лютиен, он улыбнулся, поняв,

что это дочь мелиан. Молва о красоте лютиен уже давно расп-

ространилась за пределы дориата, и саурон задумал захватить

ее в плен и отдать морготу, потому что награда за нее была

бы огромна.

Он послал на мост волка, но хуан бесшумно убил его. Са-

урон посылал других, и хуан одного за другим хватал за горло

убивал. Тогда саурон послал драуглуина, ужасного зверя,

обладавшего огромной силой, и битва между ним и хуаном была

долгой и свирепой, и драуглуин бежал и умер у ног саурона,

успев сказать хозяину: "там хуан!"

Саурон хорошо знал о судьбе пса валинора, и решил сам

завершить ее. Он принял обличье волка-оборотня и дал себе

такую силу, какой не знал мир. Он бросился на мост, и его

приближение было таким ужасным, что хуан отскочил в сторону,

и саурон прыгнул на лютиен, и она потеряла сознание, но па-

дая, она задела складками своего плаща его глаза, и саурон

остановился - сонливость охватила его. И тогда хуан прыгнул,

и началась битва Хуана с волком-Сауроном.

Эхо в холмах повторяло завывания и лай, и часовые на

эред витрине слышали эти звуки и недоумевали.

Хуан схватил своего врага за горло и швырнул его на

землю. Тогда саурон изменил обличье, превратившись в змею, а

потом принял свой обычный вид, но не мог освободиться от

хватки хуана. Лютиен подбежала к нему и пригрозила лишить

его одеяния и плоти, а дрожащий дух отослать к морготу. "И

там твое обнаженное "я" вечно будет мучиться от его презре-

ния, - если ты не уступишь мне власть над твоей башней".

тогда саурон признал себя побежденным, и лютиен стала

хозяйкой всего острова, и хуан отпустил саурона. Тот принял

облик летучей мыши и улетел, явившись в таур-ну-фуин, посе-

лился там, наполнив его ужасом.

А Лютиен встала на мосту и обвявила о своей власти.

Множество рабов и пленников в изумлении и растерянности выш-

ло на улицу.

Но Берен не вышел. Поэтому хуан и лютиен стали искать

его на острове и нашли его возле фелагунда. Так велики были

страдания берена, что он продолжал лежать, не слыша ее ша-

гов. Тогда решив, что берен уже мертв, лютиен обняла его ру-

ками и погрузилась в забытье, но берен, вернувшись к свету

из глубин отчаяния, поднял ее, и они снова взглянули друг

другу в глаза, и день засиял над ними.

Они похоронили тело фелагунда на вершине холма, на его

собственном острове, и место это снова очистилось.

Теперь берен и лютиен тинувиэль снова были свободны и

отправились через леса, и радость вернулась к ним. Хуан же,

сохраняя верность, вернулся к колегорму, своему хозяину, но

их взаимная любовь уменьшилась.

А в нарготронде начались волнения, туда вернулись эль-

фы, бывшие пленниками на острове саурона, и поднялся такой

крик, что колегорм не мог сказать ни слова. Они горестно оп-

лакивали гибель фелагунда, говоря, что девушка отважилась на

то, чего не решились сделать сыновья феанора. Многие чувст-

вовали, что колегормом и куруфином руководило предательство,

а не страх. И сердца народов нарготронда освободились от

влияния братьев и повернулись к дому финарфина. И эльфы под-

чинились ородрету.

Но он не позволил убить братьев, как предлагали некото-

рые, однако, ни хлеба, ни крова не должны были найти коле-

горм с куруфином в этом королевстве, и ородрет поклялся, что

с этих пор будет мало любви между нарготрондом и сыновьями

феанора.


- Пусть будет так! - Сказал колегорм, и глаза его

ужасно засверкали, но куруфин улыбнулся. Затем они сели на

коней и ускакали.

В тот час келебримбор, сын куруфина, отрекся от деяний

и своего отца и остался в нарготронде, но хуан следовал за

своим хозяином колегормом.

Они уехали на север, разыскивая кратчайшую дорогу в

химринг, где жил маэдрос, их брат.

А Берен и Лютиен пришли в лес бретиль к границам дориа-

та. Теперь берен подумал о своем обете и вопреки желанию

сердца решил, что, когда лютиен снова окажется в безопаснос-

ти в ее стране, он сделает еще одну попытку, но она не хоте-

ла разлуки и сказала:

- У тебя есть два пути, берен: отказаться от поисков и

своей клятвы и вести на земле жизнь скитальца или же сдер-

жать свое слово и бросить вызов власти тьмы на ее троне. Но

я пойду с тобой по любой дороге, и судьбы наши будут одина-

ковы!


Пока они вели беседу об этом, колегорм с куруфином про-

должали свой путь через леса: братья заметили их и узнали.

Колегорм повернул коня и направил на берена, рассчиты-

вая сбить его с ног, а куруфин, наклонившись, схватил лютиен

и поднял на седло, потому что он был сильным, но берен, отс-

кочив от колегорма, прыгнул прямо на мчавшегося следом коня

куруфина, и прыжок берена стал известен среди людей и эль-

фов!


Он схватил куруфина сзади за горло и рванул его на се-

бя, и оба свалились на землю. Лошадь заржала и упала, но Лю-

тиен отбросило в сторону, и она осталась лежать на траве.

Тогда берен стал душить куруфина, но смерть грозила

ему, ибо колегорм поскакал на него с поднятым копьем. И в

этот момент Хуан отказался от службы колегорму и прыгнул на

него. Конь же отпрянул и не смог приблизиться к берену. Ко-

легорм проклял пса и коня, но хуан не двинулся с места.

Тогда лютиен, поднявшись, запретила убивать куруфина,

но берен снял с него доспехи, забрал его оружие, затем, под-

няв его, отбросил от себя и приказал ему убираться.

- Твоего коня, - сказал он, - я беру для услуг Лютиен,

и он может считать, что ему повезло, раз он освободился от

такого хозяина.

Тогда куруфин проклял берена.

- iDI TUDA, - SKAZAL ON, - GDE TEBQ VDET BYSTRAQ I

VESTOKAQ SMERTX!

kOLEGORM POSADIL EGO SZADI SEBQ NA SWOEGO KONQ, I

BRATXQ SDELALI WID, BUDTO SOBIRA@TSQ UEHATX, A BEREN POWER-

NULSQ K NIM SPINOJ, NE OBRA]AQ NA NIH WNIMANIQ.

Но Куруфин, исполненный стыда и злобы, взял лук коле-

горма и на скаку выстрелил назад: стрела была нацелена в лю-

тиен. Хуан в прыжке схватил стрелу зубами, но куруфин выст-

релил снова, берен загородил лютиен, и стрела ударила ему в

грудь.

Рассказывают, что хуан бросился в погоню за сыновьями



Феанора, и те умчались в страхе, а он, вернувшись, принес

Лютиен из леса некую траву. С его помощью она остановила

кровь из раны берена и своим искусством и любовью исцелила

его, и они вернулись в дориат. Там берен, разрываясь между

своей клятвой и любовью к лютиен, зная, что теперь она в бе-

зопасности, как-то утром встал до восхода солнца и вверил ее

заботам хуана. А потом, испытывая сильные страдания, покинул

Лютиен, пока она спала на траве.

Он снова погнал коня на север, к проходу сирион, и доб-

равшись до таур-ну-фуин, взглянул через пустошь анфауглита и

увидал вдали вершины тангородрима.

Там берен отпустил коня куруфина и велел ему забыть о

страхе и бегать свободно по зеленым травам на землях сирио-

на. А потом, оставшись один на пороге последней опасности,

берен сложил песнь расставания - в честь лютиен и света не-

бес, потому что он считал, что должен теперь проститься с

любовью и светом.

Вот часть этой песни:


Прощай,о, милая земля, идет к концу мой путь.

Прощай, прощай и навсегда благословенна будь!

Ты претерпела много бед, ты знала тлен,

Но ты и родной была и прекрасной, лютиен,

Здесь солнца яркие лучи и мягкий лунный свет

На чистом девичьем лице сияли много лет.

И если даже рухнет мир и в небо пыль взлетит,

И бездна древняя навек руины поглотит -

Существовала ты не зря,прекрасная земля!

Твои рассветы и моря, и горы, и поля -

Весь мир был создан хорошо, и все имело цель,

Раз в этом мире ты жила, моя Тинувиэль!


Берен пел громко, не заботясь о том, услышит ли его

кто-нибудь, потому отчаяние овладело им, и он уже не надеял-

ся спастись.

Но Лютиен услышала его песню и запела в ответ, неожи-

данно появившись из леса.

Дело в том, что хуан, согласившись снова взять ее всад-

ницей, быстро домчал Лютиен, едва лишь напав на след берена.

Хуан долго размышлял, каким образом уменьшить опас-

ность, грозившую этим двоим, кого он любил. И по пути он

свернул к острову саурона и взял оттуда страшную волчью шку-

ру драуглуина и кожу летучей мыши туригветиль. Она была вес-

тником саурона, летала в образе вампира в ангбанд, и ее ог-

ромные крылья на каждом суставе имели колючки с железным ос-

трием.


Облачившись в эти одежды, хуан и лютиен поспешили через

таур-ну-фуин, и все живое бежало перед ними.

Берен, видя их приближение, был ошеломлен, потому что

он слышал песню тинувиэль, но сейчас счел этот голос лишь

средством, чтобы околдовать его. Однако они остановились,

сбросили свою маскировку, и лютиен подбежала к нему.

Так Берен и Лютиен встретились вновь, некоторое время

он радовался, но вскоре попытался снова отговорить лютиен от

решения сопровождать его.

- Сейчас я троекратно проклинаю свой обет тинголу, -

сказал он, - и лучше бы он убил меня в менегроте, раз мне

приходится вести тебя в мрак моргота.

И тогда Хуан заговорил во второй раз и сказал берену:

- Ты больше не можешь уберечь лютиен от мрака смерти,

потому что к нему ведет ее любовь. В твоих силах уйти от

судьбы и до конца твоих дней бродить с лютиен изгнанником в

тщетных поисках мира. Но если ты не откажешься от своей

судьбы, тогда либо лютиен, покинутая тобой, погибнет одна,

либо должна будет разделить твою участь. Другого совета я

дать не могу и не могу идти дальше вашим путем. Но сердце

подсказывает мне, что я увижу еще то, что вы найдете у врат.

все остальное скрыто от меня, но может быть, наши три тропы

приведут нас в дориат, и мы еще встретимся до того, как нас-

танет конец.

Тогда берен понял, что лютиен не может избежать судьбы,

и больше не пробовал отговаривать ее. По совету хуана он с

помощью искусства лютиен облачился в шкуру драуглуина, а лю-

тиен надела крылатую кожу туригветиль. Берен стал с виду

совсем подобен волку-оборотню, только глаза его горели мрач-

ным огнем, и ужас охватил берена, когда он увидел страшное

существо рядом с собой в образе летучей мыши. И тогда, взвыв

на луну, он бросился с холма, а летучая мышь летела над ним.

Они встретились со многими опасностями, и пыль покрыва-

ла их, когда они достигли мрачной долины, лежавшей перед

вратами ангбанда. И вот перед пришельцами появились неприс-

тупные врата, река у подножья, а над аркой возвышался на ты-

сячефутовую высоту обрыв.

Они остановились в нерешительности, и так как у ворот

оказался страж, о котором никто не подозревал, потому что до

моргота дошел слух о намерении берена, к тому же внизу раз-

давался лай хуана, пса, созданного для войны, которого много

лет назад валар спустили со сворки. И тогда моргот выбрал

из потомства щенков драуглуина одного и сам кормил его живой

плотью, и вложил в него свою силу. Волк рос так быстро, что

вскоре перестал помещаться в логове и лежал огромный, всегда

голодный, у ног моргота. Огонь и муки ада были вложены в не-

го. Кархорот, красная пасть - так именовался он в повество-

ваниях, и еще Анфауглир, жаждущая глотка. И моргот повелел

ему лежать без сна перед дверями ангбанда, чтобы хуан не во-

шел туда.

Кархорот увидел пришельцев и сомнения охватили его, по-

тому что в ангбанд давно уже пришла весть о смерти драуглуи-

на. Поэтому, когда они приблизились, волк преградил им путь

и приказал остановиться, и угрожающе двинулся к ним, чувст-

вуя какой-то странный, исходящий от них запах. Но внезапная

сила, происходящая от древней божественной расы, пробудилась

в лютиен, и она, сбросив свое отвратительное одеяние, встала

перед кархоротом - сверкающая и грозная. Подняв руку, она

приказала ему уснуть, сказав:

- О, дух, несчастьем рожденный, погрузись в забвение и

забудь о своем ужасном предназначении.

И Кархорот свалился, как будто сраженный молнией.

Так Берен и Лютиен прошли в ворота и, спустившись со

ступеней, совершили вместе величайшее деяние: они добрались

до трона моргота. Там берен в образе волка подобрался к под-

ножию трона, но с лютиен волей моргота слетел ее фальшивый

облик, и моргот пристально посмотрел на нее. Его взгляд не

испугал лютиен, и она назвала свое имя и сказала, что готова

петь для него, стать его менестрелем. Тогда в мыслях моргота

загорелось злое вожделение и родился замысел, самый черный

из всех, что появлялись у него со времени бегства из валино-

ра.


Так Моргот был предан собственной злобой, ибо он наблю-

дал за лютиен, на какое-то время оставив ее свободной. Тогда

Лютиен ускользнула от его взгляда, и из мрака раздалась ее

песня такой необычайной красоты, что моргот не мог не слу-

шать ее. И слепота поразила его, когда взгляд его искал лю-

тиен там и здесь.

Все его прислужники уснули, светильники померкли, но в

короне моргота внезапно белым пламенем засверкали сильмари-

ли, и вот голова его поникла под тяжестью этой короны, даже

воля моргота не могла сопротивляться.

И Лютиен, надев свою крылатую одежду, взмыла в воздух,

и голос ее лился сверху. Она набросила на глаза моргота свой

плащ, и моргот погрузился в сон. Неожиданно моргот с грохотом

упал со своего трона и распростерся на полу зала. Корона

скатилась с его головы.

Берен лежал на земле подобно мертвому зверю, но вско-

чил, лишь только лютиен дотронулась до него, и сбросил

волчью шкуру. Затем он выхватил нож ангрист и вырезал один

сильмариль из железной оправы, удерживающей его.

Лишь только берен взял камень в руку сияние пробилось

сквозь его живую плоть, и рука Берена стала подобна сверкаю-

щему светильнику, но камень начал жечь его.

Берен подумал, что смог бы превысить обет и унести все

три камня феанора, но у тех сильмарилей была иная судьба.

ангрист сломался, и осколок стали, отлетев, ударил моргота в

щеку. Тот застонал и пошевелился, и все войско зашевелилось

во сне.

Тогда ужас охватил берена и лютиен, и они бежали, забыв



о маскировке, желая только еще раз увидеть свет. Они не

встретили препятствий, погони за ними не было, но выйти из

ворот не удалось, потому что кархорот очнулся ото сна и сто-

ял в ярости на пороге ангбанда. Прежде чем они заметили его

присутствие, он почувствовал их и прыгнул на беглецов.

Лютиен была измучена и не имела ни времени, ни сил,

чтобы справиться с волком, но берен встал перед ней и поднял

вверх правую руку с сильмарилем. Кархорот остановился, и на

миг его охватил страх.

- Убирайся, беги отсюда, - крикнул берен, - потому что

этот огонь поглотит тебя и прочих зверей! - И ткнул сильма-

риль в глаза волку.

Однако, кархорот посмотрел на этот камень и не испугал-

ся, но дух его вспыхнул страшным пламенем, и, раскрыв пасть,

он неожиданно вцепился в руку берена и откусил у него за-

пястье. И тут же все его нутро стал сжигать огонь - это

сильмариль опалил его плоть, и он обратился в бегство. И он

вырвался с севера, неся миру разрушение. Из всех бедствий,

постигших белерианд, до гибели ангбанда, безумие кархорота

было самым ужасным, потому что волк нес в себе могущество

сильмариля.

А Берен в это время лежал без сознания возле зловещих

ворот, и смерть его приближалась, потому что клыки волка бы-

ли ядовиты. Лютиен губами отсосала яд и использовала всю

свою угасшую силу, чтобы остановить кровь из раны. Но вот

послышался шум нарастающего гнева: войска моргота просну-

лись.

Так поиски сильмариля, казалось, окончились крушением



надежд и отчаянием. В этот момент на склонах долин появились

три могучих орла, мчавшихся на север быстрее ветра. Высоко

над королевством парили торондор и его вассалы и, увидев бе-

зумие волка и падение берена, быстро опустились к земле,

подняли лютиен и берена и унесли их в облака.

Торондор летел высоко над землей, и они быстро миновали

дор-ну-фауглит и таур-ну-фуин и оказались над скрытой доли-

ной тумладена. С высоты лютиен увидела сияние прекрасного

гондолина внизу, где жил тургон. Она плакала, думая, что бе-

рен умрет. Он не говорил ни слова, не открывал глаз и потому

ничего не знал об их полете. Орлы опустили их на границах

дориата - в той самой долине, откуда берен ушел в отчаянии,

оставив лютиен спящей.

Там орлы положили ее рядом с береном и вернулись в свои

гнезда, а к ним пришел хуан, и вместе они выходили берена,

как прежде лютиен излечила его от ран, нанесенных куруфином,

но теперешняя рана была смертельной.

Долго лежал берен, испытывая муки, и душа его скиталась

у темных границ смерти. А потом неожиданно, когда лютиен ут-

ратила надежду, он очнулся и взглянул вверх, увидев небо. И

он услышал, как в шорохе листьев мягко и негромко поет рядом

с ним лютиен. И снова была весна!

С тех пор берен получил прозвище эрхамион, однорукий, и

следы страданий остались на его лице. Любовь лютиен вернула

его к жизни: берен окреп, и они снова бродили в лесах и не

спешили покинуть эти места, ибо они казались им прекрасными.

Лютиен хотела остаться в лесных дебрях, забыв свой дом



Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   28


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет