Джон Рональд Руел Толкиен



жүктеу 4.54 Mb.
бет9/28
Дата20.04.2019
өлшемі4.54 Mb.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   28

тора, рассказано мало. В те дни, как говорят, Менестрель Да-

эрон, главный хранитель знаний в королевстве Тингола, изоб-

рел свои руны; и наугрим, посещавшие Тингола, изучили их и

были очень довольны этому, оценив искусство Даэрона выше,

чем синдар, его собственный народ.

Благодаря наугрим, кирт, руны, проникли через горы на

восток и вошли в знания многих народов. Однако, синдар редко

пользовались ими, и когда началась война, многое, что сохра-

нялось в памяти, погибло в руинах Дориата.

В те дни в Белерианде свободно бродили эльфы и текли

реки, сияли звезды, а ночные цветы струили свой аромат. И

красота Мелиан была в зените, а прелесть Лютиен наполнила

весенний рассвет.

В Белерианде, подобный повелителям майяр, восседал на

своем троне Тингол, чью власть ничего не тревожило, чьей ра-

достью был наполнен воздух, которым дышала страна из дня в

день. Чьи спокойные мысли охватывали мир от его высот до

глубин.


В Белерианд все еще иногда приезжал великий Ороме, про-

носясь, подобно ветру, через горы, и звук его рога покрывал

бесчисленные лиги страны, озаренные звездным светом. И эльфы

боялись его великолепия и вида его лица, и громкого топота

копыт Нахара.

Но когда Валарома отзывался эхом в холмах, эльфы знали,

что все злые существа далеко убегают оттуда.

Но вот случилось так, что приблизился конец блаженства,

и рассвет Валинора сменился его сумерками. Потому что как

рассказывают и как известно всем из летописей и многих пе-

сен, Мелькор с помощью Унголиант погубил деревья валар и бе-

жал, вернувшись в Средиземье.

Далеко на севере произошло сражение Моргота и Унголи-

ант, и великий крик Моргота эхом прокатился через белерианд,

и весь народ этой страны вздрогнул от страха. Потому что хо-

тя никто не знал, что предвещает этот крик, все почувствова-

ли в нем предвестие смерти.

Вскоре Унголиант бежала с севера и явилась в королевст-

во короля Тингола, и ужас тьмы окружал ее.

Но власть Мелиан остановила ее, и Унголиант не вошла в

Нелдорет, но надолго поселилась в тени обрыва, которым Дор-

финион падал к югу. И те места стали известны как Эред Гор-

горот - гора ужаса, и никто не отваживался посещать те места

или хотя бы подходить близко. Жизнь и свет там были подавле-

ны, и все воды несли яд.

А Моргот, как было уже сказано, вернулся в Ангбанд и

отстроил его заново, а над входом в него возвел дымящиеся

башни Тангородрима. И врата Моргота находились всего лишь в

ста пятидесяти лигах от моста Менегрота: и не далеко, и не

слишком близко.

Теперь орки, умножившиеся во мраке земли, стали сильны-

ми и злобными, а их темный владыка вложил в них страсть к

разрушениям и убийствам.

И вот они вышли из врат Ангбанда, скрытых клубами тума-

на, что создал Моргот, и бесшумно проникали в предгорья се-

вера. Оттуда огромная армия неожиданно вторглась в Белерианд

и атаковала короля Тингола.

В это время в его обширном королевстве многие эльфы

свободно бродили в необжитых местах или мирно жили небольши-

ми общинами далеко друг от друга, и только возле Менегрота,

в центре королевства, и вдоль Фаласа, в стране моряков, на-

род был многочисленнее.

Но орки вторглись с другой стороны Менегрота - и из ла-

герей на востоке между Келоном и Гелионом, и с запада, с

равнин между Сирионом и Нарогом.

Они существовали по всей стране, и Тингол оказался от-

резанным от Сирдана из Эглареста. Поэтому он воззвал к Дене-

тору, и из региона, за Аросом явились большие силы эльфов, а

также из Оссирианда.

Так началась первая битва из войн в Белерианде.

Восточное войско орков оказалось зажато между армиями

эльдара к северу от Андрама, на полпути между Аросом и Гели-

оном. Оно было полностью разгромлено, а тех, кто бежал от

великого избиения, подстерегали топоры наугрим, вышедших из

горы Долмед, и мало кто из орков вернулся в Ангбанд.

Но победа досталась эльфам дорогой ценой, потому что

воины Оссирианда были легко вооружены и не могли равняться с

орками, обутыми и одетыми в железо, оснащенными огромными

копьями с широким лезвием.

Денетор был отрезан и окружен на холме Амон Эреб. Там

он и погиб и с ним все его ближайшие родичи. Войско Тингола

не успело прийти ему на помощь. Но смерть Денетора была жес-

токо отомщена, когда Тингол зашел в тыл оркам и убивал их во

множестве, и народ Оссирианда с тех пор оплакивал Денетора и

не избирал нового короля.

После битвы некоторые из них вернулись в Оссирианд, и

принесенные ими вести наполнили великим страхом остатки их

народа, так что впоследствии они никогда больше не вступали

в открытую войну, но держались осторожно и скрыто. Их назы-

вали "ланквенди" - зеленые эльфы - из-за их одеяния цвета

листвы.

Но многие отправились на север и вошли в охраняемое ко-



ролевство Тингола, и смешались с его народом.

Когда же Тингол вернулся в Менегрот, он узнал, что вой-

ско орков на западе одержало победу и оттеснило Сирдана к

самому краю моря. Поэтому Тингол отозвал из укреплений Нел-

дорета и Региона весь свой народ, кто мог услышать его при-

зыв. И Мелиан, используя свое могущество, окружила всю ту

местность невидимой стеной, "поясом Мелиан", и с тех пор

никто не мог проникнуть туда против ее воли или воли короля

Тингола, если только пришедшийне обладал большим могущест-

вом, чем у майяр Мелиан.

И с тех пор никто не мог проникнуть туда. И эта внут-

ренняя страна, долго называвшаяся "Эгладор" стала впоследст-

вии именоваться Дориатом, охраняемым королевством, страной

Пояса.


В ее пределах все еще сохранялся бдительный мир, но вне

ее господствовали опасность и великий страх, и слуги Моргота

бродили, где им вздумается, исключая только обнесенные сте-

нами гавани Фаласа.

Но близились новые события, которых никто не мог пред-

видеть: ни Моргот в своих подземельях, ни Мелиан в Менегро-

те, потому что после смерти деревьев никакие новости не при-

ходили из Амана: ни с помощью вестников или духов, ни из

сонных видений.

В это самое время Феанор перебрался через море на белых

кораблях телери и высадился в заливе Дренгист, и там, в Лос-

гаре, сжег корабли.


Ч А С Т Ь 11.
О С О Л Н Ц Е И Л У Н Е И О Т О М ,
К А К С К Р Ы Л С Я В А Л И Н О Р

Рассказывают, что после бегства мелькора валар долго

сидели недвижимо на своих тронах в круге судьбы, но они не

бездействовали, как заявил феанор в безумии своего сердца.

Ибо валар могут творить многие вещи в мыслях своих лучше,

чем руками, и могут держать совет друг с другом, не обмени-

ваясь ни словом.

Так бодрствовали они в ночи валинора, и мысли их возв-

ращались к тому времени, когда не было за, и уходили вперед

к ее концу. Но ни могущество, ни мудрость не облегчили их

печаль. И больше, чем гибель деревьев, они оплакивали совра-

щение феанора - из всех деяний мелькора - одно из самых па-

губных, потому что феанор был создан великим во всем: телом

и разумом, доблестью и выносливостью, красотой и сообрази-

тельностью, искусством и силой, и многим другим. И ему не

было равных среди детей илюватара, и жаркое пламя пылало в

нем.

Удивительные работы, которые он мог бы создать к вящей



славе арда в иных условиях, по замыслам своим в какой-то ме-

ре были по силам одному манве. И ваньяр, бывшие вместе с ва-

лар тому свидетелями, рассказывали, что когда вестники объя-

вили манве ответы феанора его посланцам, манве заплакал и

склонил голову. Но услышав последние слова феанора, что, по

крайней мере, нольдор совершит дела, которые всегда будут

упоминаться в песнях - он поднял голову, как будто услышал

далекий голос, и сказал:

- Воистину так! Хотя дорогой ценой будут оплачены эти

песни и другой цены не может быть! Однако, зло еще принесет

добрые плоды!

Но мандос сказал:

- И все же зло останется злом! А феанор скоро придет

ко мне.


но когда,наконец, валар узнали, что нольдорцы действи-

тельно покинули аман и вернулись в среднеземелье, они подня-

лись и стали претворять в жизнь решения, принятые ими в мыс-

лях для исправления зла мелькора.

И манве приказал яванне и ниенне приложить все их силы

и могущество для оживления и исцеления деревьев.

Но слезы ниенны не смогли излечить их смертельные раны,

и яванна долго пела одна во мраке.

И вот, когда надежда угасла и песня яванны дрогнула, на

безлиственной ветви тельпериона, наконец, появился огромный

серебряный цветок, а лаурелин дал единственный золотой плод.

И Яванна взяла их. И тогда деревья умерли, а их безжи-

ненные стволы остались стоять в валиноре памятью об исчез-

нувшей радости.

А цветок и плод яванна отдала ауле, и манве освятил их,

и ауле со своим народом создал для них сосуды, дабы сохра-

нить их сияние - так говорится в "наралионе" - песне о солн-

це и луне.

Эти сосуды валар передали варде, чтобы та превратила их

в светильники небес, затмевающие древние звезды, будучи бли-

же расположены к арда.

И варда дала им силу двигаться в нижних областях ильме-

на и отправила их странствовать предопределенными путями над

поверхностью земли, с востока на запад и вновь возвращаться.

Вот что сделали валар, вспомнив о своих сумерках, о

тьме, окутывающей страны арда. И они решили осветить средне-

земелье и светом препятствовать делам мелькора.

Потому что они помнили об авари, оставшихся у вод про-

буждения, и валар еще не совсем отвернулись от нольдора в

изгнании. К тому же манве знал, что час прихода людей приб-

лизился.

И говорят, что уже тогда, когда валар шли войной против

мелькора ради квенди, они сдерживали свою разрушительную си-

лу из-за хильдора, последующих, младших детей илюватара. По-

тому что страшными были раны среднеземелья в войне против

утумис, и валар опасались, как бы не произошло худшее - ведь

хильдору была уготовлена доля смертных, и они в меньшей сте-

пени, чем квенди, могли противостоять страху и смятению.

Кроме того, манве не было открыто, где должны появиться

люди - на севере, юге или востоке. Поэтому валар созвали со-

вет, но укрепили оборону страны своего обитания.

Изиль, сияние - так в древности ваньяр именовали в ва-

линоре Луну - цветок тельпериона, а Солнце они называли

Анар, золотой огонь, и то был плод лаурелина. А нольдорцы

дали им другие названия - Рана, своенравная, и Ваза - огнен-

ное сердце, пробуждающее и истребляющее. И солнце считалось

символом пробуждения людей и убывания эльфов, а Луна сохра-

няла память о них.

Девушку, избранную валар среди майяр, дабы руководить

движением сосуда солнца, звали ариен, а тот, кто направлял

движение луны, был тилион.

В дни деревьев ариен заботилась о золотых цветах в са-

дах ваны и орошала их сверкающей росой лаурелина.

Тилион же был охотником из отряда ороме и владел сереб-

ряным луком. Он любил серебро. Для отдыха тилион покидал ле-

са ороме и отправлялся в лориен, где дремал возле омутов эс-

те, в мерцании лучей тельпериона. И он просил поручить ему

вечно заботиться о последнем серебряном цветке.

девушка ариен обладала могуществом большим, чем его, и

ее избрали потому, что жар лаурелина не причинял ей вреда,

так как ариен изначально была духом огня, кого мелькор не

смог обмануть и привлечь к себе на службу.

Слишком яркими были глаза ариен, чтобы эльдарцы могли

смотреть в них и, оставив валинор, она покинула обличье и

одежду, которые, подобно валар, она носила там, и стала об-

наженным пламенем, ужасным в своем величии.

Сначала был создан изиль, и первым поднялся в звездное

королевство, став старшим из новых светочей, как тельперион

из двух деревьев. На время мир озарился лунным светом, и

тогда проснулись и пришли в движение многие существа, те,

что долго ждали, погруженные в сон яванны.

Слуги моргота удивились, а эльфы внешних земель с ра-

достью смотрели вверх. И когда луна поднялась над мраком за-

пада, фингольфин приказал трубить в серебряные трубы и начал

свой поход в среднеземелье. И тени его воинов, длинные и

черные, шли перед ними.

Семь раз пересекал тилион небеса, двигаясь к востоку,

пока не был готов сосуд ариен. И тогда величественно поднял-

ся анар, и первый солнечный рассвет был подобен огромному

костру на вершине пелори. Облака среднеземелья вспыхнули,

послышался шум многочисленных водопадов.

И Моргот испугался и спустился в самые глубокие подзе-

мелья Ангбанда. Он созвал своих слуг и сотворил огромные

клубы дыма и темные облака, дабы укрыть свою страну от света

дневной звезды.

Варда намеривалась сделать так, чтобы те два сосуда

всегда двигались в ильмене, над землей, но не одновременно.

Каждый должен был уходить из валинора на восток и возвра-

щаться, и одному следовало выходить с запада, когда другой

поворачивал в обратный путь с востока. Так начался отсчет

новых дней - подобно календарю деревьев, от мига смешания

двух сияний, когда ариен и тирион встретились на своем пути

над серединой земли.

Но тилион был своенравным и непослушным, непостоянным в

скорости и не придерживался указанного ему пути. Он искал

возможности приблизится к Ариен, чье великолепие влекло его,

Хотя пламя Анара опаляло его, и лунный островок начал тем-

неть.


Из-за этого своенравия тилиона - а еще больше по прось-

бе лориена и эсте, которые говорили, что сон и покой изгнаны

с земли, а звезды скрылись - варда изменила свой замысел и

установила время, когда в мире существовали тени и полусвет.

Поэтому Анар некоторое время отдыхал в валиноре, на

прохладной груди внешнего моря, и вечер, когда солнце опус-

калось на отдых, стал часом величайшего веселья и радости в

амане.


Но вскоре слуги ульмо погружали солнце в море и поспеш-

но несли его под землей, и так оно, невидимое, оказывалось

на востоке и снова поднималось в небеса, чтобы ночь не дли-

лась слишком долго и зло не плодилось под луной.

Но от соприкосновения с анаром воды внешнего моря наг-

ревались и светились цветным огнем, так что и после ухода

Ариен Валинор некоторое время имел свет. А пока она двига-

лась под землей, приближаясь к востоку, свечение убывало, и

Валинор погружался во тьму.

И тогда валар еще больше печалились о смерти лаурелина.

а во время рассвета тени гор защиты еще тяжелее ложились на

благословенное королевство.

Варда приказала луне совершать свой путь таким же обра-

зом и, пройдя под землей, подниматься на востоке, но только

после того, как солнце спустится с небес. Но тилион двигался

с неравномерной скоростью, как он ходит обычно, и по-прежне-

му стремился к Ариен, как он будет поступать всегда, и пото-

му их часто можно увидеть над землей одновременно, а иногда

случается так, что он подойдет к ней слишком близко и его

тень закроет сияние ее, и тогда среди дня наступает тьма.

С тех пор валар отсчитывают дни по приходу и уходу ана-

ра, и так будет до изменения мира. Потому что тилион редко

задерживается в валиноре, но чаще быстро пробегает над за-

падными землями, над аватором или араманом, или валинором и

погружается в пучину за внешним морем, в одиночестве прокла-

дывая свой путь сквозь гроты и пещеры у корней арда. И там

он часто блуждает и возвращается слишком поздно.

Все же после долгой ночи свет в валиноре был сильнее и

прекраснее, чем над среднеземельем, потому что там отдыхало

солнце, и свет небес был ближе всего к земле в той местнос-

ти. Но ни солнце, ни луна не могли сравниться со светом

древних дней, который исходил от деревьев до того, как их

коснулся яд унголиант. Тот свет живет ныне в одних лишь

сильмарилях.

Но моргот возненавидел новые светочи и на время расте-

рялся от этого неожиданного удара валар.

Затем он атаковал тилиона, послав против него духов

тьмы, и в ильмене, под звездными путями, завязалась битва,

но Тилион одержал победу.

Ариен же моргот боялся великим страхом и не отваживался

подойти к ней ближе, не имея большого для этого могущества.

Потому что по мере того, как в нем росла злоба и зло исходи-

ло из него, творение его лживых помыслов, рождая злые сущес-

тва - его могущество переходило к ним и дробилось, а сам он

становился все более связанным с землей и не желал покидать

свою мрачную крепость. Тьмою он оградил себя и своих слуг от

Ариен - они не могли выносить блеска ее глаз. И местность

вблизи его жилища была скрыта испарениями и огромными обла-

ками.

Но увидев нападение на Тилиона, валар встревожились,



опасаясь, что злоба и хитрость моргота могут измыслить еще

что-нибудь против них. Не желая идти на него войной в сред-

неземелье, они, тем не менее, помнили разрушение альмарена и

решили, что подобное не должно случится с валинором.

Тогда они заново укрепили свою страну и превратили гор-

ные склоны пелори в отвесные и ужасные высоты - на севере и

на юге.

Внешние склоны этих гор были черные, гладкие и твердые,



как стекло, без единной точки опоры или выступа, и обрыва-

лись в огромную пропасть. Над ними возносились вершины, ко-

ронованные льдом.

Не знающая сна стража была поставлена на них, и не име-

ли те горы ни одного прохода, кроме ущелья калакирна, кото-

рое валар не закрыли ради эльдарцев, оставшихся верными.

В том глубоком ущелье, в городе тирион на зеленом хол-

ме, финарфин все еще правил остатками нольдора. И вся эта

раса эльфов, даже ваньяр и их повелитель ингве, должны были

иногда дышать внешним воздухом и ветром, что приходит из-за

моря, с их родины. К тому же валар не захотели окончательно

разлучать телери с их родичами.

И они возвели на калакирна мощные башни и поставили на

них много часовых, а там, где ущелье выходит на равнины

вальмара, разместили войско, так что ни птица, ни зверь, ни

эльф, ни человек - никто из живущих в среднеземелье не мог

бы пройти тем путем.

А еще в то время, которое песни называют "нуртале вали-

норева", "исчезновение валинора", были созданы зачарованные

острова, и все моря вокруг наполнились тенями и чарами. И к

этим островам, как сетью покрывавшим море теней от севера до

юга, перед тол эрессе, одиноким островом, можно было по-

пасть, плывя только на запад.

Но едва ли какое-либо судно смогло бы пройти между ни-

ми, потому что там всегда волны с угрожающим шумом разбива-

лись о черные скалы, скрытые в тумане. И моряков в сумерках

охватывала огромная усталость и пресыщение морем. Но стоило

им высадиться на острова, как они попадали в ловушку и пог-

ружались в сон, которому длиться до изменения мира.

Так осуществлялось предсказание мандоса в арамане, и

благословенное королевство закрылось для нольдора.

Из многих посланцев, что в последующие дни отправились

в плавание на запад никому не удалось попасть в валинор,

кроме одного, самого могучего из тех, кто упоминается в пес-

нях.

Ч А С Т Ь 12.


О Л Ю Д Я Х

Теперь валар мирно жили за своими горами и, дав средне-

земелью свет, надолго оставили его без внимания.

И владычеству моргота не было препятствий, кроме доб-

лести нольдора.

Но ульмо, которому все воды приносят вести о земле,

по-прежнему беспокоился об изгнанниках.

Так началось исчисление лет солнца.

Более быстрыми и краткими были они, чем долгие годы де-

ревьев в валиноре.

В это время воздух среднеземелья стал тяжелым от дыха-

ния всего живого и от смертности, а перемены в старении

чрезвычайно ускорились. Жизнь изобиловала на суше и в водах

во вторую весну арда, и эльдарцы умножились, и под новым

солнцем белерианд стал зеленым и прекрасным.

И при первом же восходе солнца на земле хильдориена, в

восточных областях среднеземелья, пробудились младшие дети

илюватара.

Открыв глаза, дети посмотрели в ту сторону, где на за-

паде впервые взошло солнце, и туда же большей частью обраща-

ли они свои стопы, скитаясь по земле.

"атани", второй народ - так называли их эльдарцы, и еще

"хильдор" - последующие, и дали им еще много других имен:

апановар, послерожденные, энгвар - подверженные болезням,

феримор - смертные. И они называли людей захватчиками и чу-

жими, неуклюжими и боящимися ночи, и детьми солнца.

В этих историях, рассказывающих о древних днях, когда

смертных было еще немного, а угасание эльфов еще не нача-

лось, о людях говорится мало, разве что о тех отцах людей,

атанатари, кто в первые годы солнца и луны скитался на севе-

ре мира.
Ни один валар не пришел в хильдориен, чтобы руководить

людьми или призвать их поселиться в валиноре, и люди скорее

боялись валар, чем любили их, и не понимали намерений могу-

щественных, будучи в отчуждении от них и в борьбе с миром.

тем не менее ульмо принимал в них участие - по совету

манве, и вестники ульмо часто приходили к людям по рекам и

ручьям. Но люди почти не понимали языка воды, и в те дни по-

нимали его еще меньше, пока не встретились с эльфами.

Поэтому, хотя они и любили воду, и шум ее волновал их

сердца, все же люди не постигли смысла посланий ульмо.

рассказывают, что вскоре они встретили во многих местах

темных эльфов, и те помогли им, и люди в начале своем стали

товарищами и учениками этого древнего народа, скитальцев ра-

сы эльфов, никогда не ступавших на землю валинора и знавших

о валар только по слухам.
Тогда еще прошло немного времени с тех пор, как моргот

вернулся в среднеземелье, и власть его была ограничена, в

первую очередь - неожиданным появлением великого света.

Холмы и равнины были почти безопасны, и новые творения,

давно задуманные яванной и посеянные ею во мраке, вступили,

наконец, в пору роста и цветения. И дети рода людей широко

распространились на западе, севере и юге, и радость их была

подобно радости утра, когда роса еще не высохла, и каждый

лист зелен.

Но рассвет краток, а день зачастую не оправдывает своих

обещаний, и уже приближалось время великих войн на севере,

когда нольдору, синдару и людям предстояло сражаться против

войск моргота Бауглира и оказаться побежденными.

к этому привела хитрая ложь моргота, которую он посеял

в древности, как сеял и впоследствии среди своих врагов, а

так же проклятье, причиной которого было убийство в альква-

лонде, и клятва феанора.



Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   28


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет