Гаура Дэви



жүктеу 2.3 Mb.
бет1/17
Дата04.03.2018
өлшемі2.3 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17

Библиотека центра «Прикосновение»: http://www.touching.ru




Гаура Дэви

Небо на Земле

ЖИЗНЬ ОБЩИНЫ

МИЛАН. 15.09.1970

Вчера вечером, в первый раз по возвращении с летних каникул, я съездила в Бреру. Это интересная часть города, в которой живут и собираются художники, старый квартал с маленькими улочками, элегантными зданиями и многочисленными ресторанами. Во многом Брера похожа на парижский Монпарнас. Я решила быть по-настоящему смелой и оделась как хиппи, в длинную индийскую юбку и замысловатые сандалии из Амстердама. У миланцев чаще всего очень узкий взгляд на жизнь. Эти буржуа окидывали меня неодобрительными взглядами во время моей прогулки. Неважно! Я решила быть индифферентной к их реакциям, насколько возможно провоцируя их. Пусть это будет моя маленькая личная революция.

В Брере я снова встретилась со всеми своими старыми друзьями. Некоторые из них недавно вернулись из Индии и выглядели даже более вызывающе, чем я: разноцветные одежды, очень длинные волосы. Мы обедали в Фьериносе — маленьком, дешевом ресторанчике, идеально подходящем нам. На улочках старого, но уютного и домашнего квартала мы словно нашли убежище от остального Милана, серого, холодного, враждебного и печального. Кажется, что жизнь большинства людей в этом городе вращается вокруг зарабатывания денег, продолжения жизни в маленьких квартирках, изолируя себя, как в тюрьме, тесной и безопасной. Кажется, что люди боятся друг друга, боятся общения. Они боятся любви и секса, потому что любовь — это раскрытие, расширение, преодоление многих препятствий. Я не хочу жить так, как они, и поэтому пока не пыталась искать работу, ведь это может привести к заточению самой себя.

Радикальное политическое движение разваливалось: студенческое движение, революционные группы оказались не в состоянии даже предложить что-нибудь новое нашему обществу. Чувствую, что единственной надеждой на изменение и создание нового мира являются группы хиппи, мои друзья, дети-цветы. Это потому, что у них есть смелость проникнуть глубоко внутрь себя в поисках ответов.

Помню, как Сильвия, мой психоаналитик, говорила мне, что внешняя революция может произойти только после внутренней. Эти люди могут курить опиум, принимать ЛСД, заявляя, что марихуана помогает расширить сознание и что ЛСД раскрывает сердце. Этот опыт, по их словам, может помочь обнаружить в себе новые психические измерения, в которых чувствуется существование Божественной реальности. Я всегда отказывалась верить в Бога, но в эти дни со мной произошли столь таинственные события, что мой рациональный, бесчувственный ум начал давать трещину. Многие мои друзья побывали в Индии, где встретили духовных учителей, мастеров и хранителей забытой древней мудрости.

Навстречу мне шел Лоренцо. В своих длинных одеждах он блуждал по Брере, как по индийскому храму, с трезубцем в руке. Тициана и Зизи, две способные независимые цыганки, вязали, сидя прямо на тротуаре. У Зизи в носу сережка. Она всем связала шерстяные шапочки цвета радуги. Старый друг Джанни тоже оказался в Брере, Это красивое существо с большими зелеными глазами, мягкое и эфемерное, — художник. Он планирует разрисовать голые стены Милана узорами с посланиями изменить мир. Джанни ведет себя как ребенок, испытывающий жажду присутствия в жизни некоего магического измерения. Для него жизнь как спектакль. Он хочет найти веселую пьесу, в которой все мы сможем принять участие. Такой уличный театр, постоянное действо. Возможно, мы все ведем себя ребячливо. Но какова тогда цель жизни, если это не поиск подлинного смысла существования? По крайней мере, мы готовы сделать усилие, попытку, чтобы не закончить свои дни, превратившись всего-навсего в богатых животных, которые счастливы, только обладая материальными вещами. Фактически даже не так. Вероятнее всего, став несчастными и жадными.

17.09.1970

Дом нашей общины на Виа Маир посещает много людей, особенно по вечерам. Мы разговариваем, курим, строим планы путешествий. В Милане все еще лето, но воздух грязный, атмосфера удушливая. Невозможно найти приятное зеленое место. В одной из наших песен есть такие слова: «Мой друг, я никогда не видел кладбища, столь полного жизни». По вечерам люди выходят на улицу, встречаются с друзьями, обмениваются идеями, любят друг друга.

В общине мы стараемся жить по-новому, становясь все более творческими в отношении каждодневной рутины и работая вместе. Это трудно, но мы полны энтузиазма. Кажется, что большую часть времени у нас отсутствует чувство порядка. Мы недисциплинированны, ленимся и не поддерживаем чистоту. Раковина полна немытой посуды, и Марко прикрепил на стену листок бумаги с наставлением для всех нас: «Неубранный дом — дом без любви». Мы пытаемся изменить стиль нашей жизни и вместе с этим наше чувство гуманизма.

В 1968 г. студенческое движение распалось, поскольку его члены сами так и не изменились, и настоящая трансформация оказалась невозможна. Один из лозунгов 1968 г. во франции пророчествовал: «Революция либо будет тотальной, либо ее не будет совсем». Многие люди верили в идеалы коммунизма. Но возможно ли на самом деле делиться в жизни всем. любить и помогать друг другу, преодолевать эгоизм, оставаться целостными во всем, что мы делаем, и при этом быть воинами истины? Революционные группы 1968 г. опять использовали устаревшую марксистскую идеологию, вместо того чтобы выдвинуть свежие идеи возможного изменения мира.

Наш дом очень красив, большой, с террасой. Поскольку дом старый и давно не ремонтировался, то стоит недорого. Однако для нас это настоящий дворец.

Гостиная — 7 метров в длину. Центр комнаты украшен желтым парчовым тентом и напоминает театральную сцену — наше магическое шоу жизни. Обычно здесь всегда живут человек девять-десять. У всех нас разное образование. Кто-то занимается политикой, кто-то психологией. Есть один юрист, студенты. Мы обсуждаем многие темы. В основном психологические проблемы, революцию и будущее нашего мира. Недавно я сдала университетские экзамены и начала работу над диссертацией на тему «Утопия в человеческой истории» — тема, очень близкая нашему существованию. Мы напоминаем большую альтернативную семью, стремящуюся улучшить качество любви Друг к другу — наш самый высокий идеал. Мы словно участвуем в важном историческом эксперименте, уникальном, новом — как исследователи Новой Эры. Готовим вегетарианскую пищу, курим опиум, организуем вечеринки и семинары, публикуем различные подпольные журналы, читаем, пишем, разговариваем. Наш дом близок не только к университету, но и к Брере и тому, что там происходит. У нас бывает много друзей, и сексуальные отношения очень важное средство выражения, открытия свободы и любви, контакта, единения. Мой бойфренд Джулиано, хотя и знает, что я пока атеистка, дал мне несколько книг по буддизму. Я действительно признаю, что рациональный и научный ум не в состоянии объяснить всю реальность. Он не может объяснить чувства, телепатическое общение. Наука и технологии отдалили человека от природы, привязали его к механистической, автоматизированной реальности, лишенной души. Наши города стали средоточием стресса и депрессии. Люди здесь живут в изоляции друг от друга, над ними довлеют телевизор и средства массовой информации, они вовлечены в процесс смены материальных игрушек, как беспокойные дети, которые не в состоянии ни в чем найти удовлетворение. Для того чтобы заработать деньги, люди опустошают землю, обманывают друг друга, фальсифицируют продукты питания, загрязняют природные источники, отравляют себя, не осознавая, что творят. В некоторых странах люди используют чрезмерное количество природных ресурсов, в то время как в других — умирают от голода. Куда подевалась гуманность в наши дни?

Чего мы действительно добиваемся, так это перемены в сердцах людей и революции душ на земле. Такие общины, как наша, являются поисковыми духовными центрами. Я верю, что мы можем изменить наше общество, но эта перемена должна исходить изнутри: мало-помалу, с помощью групп людей, начинающих жить по-новому.

03.10.1970

Я раздумываю над тем, чтобы поехать в Индию для изучения восточной философии. Может, это даст какие-то другие ответы на некоторые жизненные загадки. Джулиано объяснил мне, что Восток и Запад очень сильно отличаются в своих взглядах на жизнь. На Западе люди следуют своим желаниям, полагая, что их исполнение принесет им удовлетворение и счастье. В то время как на Востоке считается, что желания являются источником страданий. А мир и подлинное счастье можно найти только при отсутствии желаний — в Нирване.

18.02.1971

Я защитила диссертацию. Моему профессору не осталось ничего другого, как похвалить мою работу. Сейчас я хочу организовать экспериментальный детский сад, потому что верю: чтобы в людях происходили изменения, начинать нужно с самого детства, когда идеи и чувства только начинают формироваться. Меня больше не интересуют политические группы, поскольку они взяли на вооружение довольно насильственную тактику. Я с таким подходом совершенно не согласна.

Джулиано говорил со мной о Махатме Ганди — великом индийском святом, который посредством широкого и хорошо организованного движения ненасилия нанес поражение такой могущественной державе, как Великобритания. Наша подлинная сила — духовная. Если мы действительно хотим чего-то добиться, то должны стать духовными воинами, ведь наша подлинная мощь — мощь нового сознания. Мы должны жить в истине и явить ее миру. Наш революционный дух не должен умереть, но мы обязаны быть в состоянии изменить реальность новыми средствами. Насилие — это старая техника, и она должна уйти в прошлое.

10.06.1971

Снова лето, И опять люди встречаются в разных уголках Бреры. Многие возвращаются из Индии и рассказывают о встречах с индийскими гуру и тибетскими ламами. Я увидела Пьеро и Клаудио — молодых людей, ставших буддистами в Непале. Когда они рассказывали мне о своих впечатлениях, я поймала себя на мысли, что мое любопытство в отношении Индии усилилось.

Мы наводнили улочки подобно новому племени с гитарами, постерами, в вызывающих одеждах. Наркотики курим вместе, как американские индейцы ритуальную трубку. И без умолку говорим об Индии, как будто мы открыли новую планету, о своих мечтах, о поиске подлинного существования и далекой мистической мудрости. Многие пробуют ЛСД и рассказывают о внутренних психических путешествиях, исследующих глубокую тайну человеческого ума, бесконечного и беспредельного. Похоже, что ЛСД может открывать особые участки мозга, которые обычно остаются неизведанными, и этот опыт выливается в знакомство с телепатией и ощущением божественности. Это сродни внезапному просветлению, новому знанию о самом себе. Человек должен быть готов рискнуть всем, умереть психологически, чтобы возродиться в новой реальности, как герой, готовый сражаться с любой опасностью, дабы открыть истину, и соглашающийся пройти сквозь тьму для того, чтобы увидеть свет.

Обыватели считают нас сумасшедшими и наркоманами. На самом деле мы предпочитаем оставаться «аутсайдерами». Лучше рискнуть закончить тюрьмой, нежели стать рабами телевизора и рекламы. Нормальное общество не приемлет психоделики, однако с готовностью одобряет алкоголь, поскольку он делает человека ничего не замечающим, бессознательным, готовым покупать рекламируемые товары.

Наше движение становится подпольной, фактически тайной организацией, так как общество в своем большинстве отказывается принять нас. Однако мы продолжаем работать, все больше осознавая, что в нас происходят глубокие перемены и что другой мир возможен. Некоторые из моих друзей переехали за город, чтобы вести простой образ жизни, близкий к природе.

Думаю, что изменить других можно только собственным примером. Люди критикуют нас, называя хиппи и наркоманами. Но психоделики — это лекарство для наших умов, лечение против ментальной ригидности и узости. Они помогают нам раскрыть душу, сердце, заблокированные отсутствием чистой любви. Мы начинаем чувствовать, что наша жизнь — космический фильм под руководством Божественной энергии, к существованию которой мы так долго оставались слепы.

Иногда мне становится страшно, появляются сомнения. Мне кажется, что я схожу с ума. Но, по-моему, наше так называемое нормальное общество еще более нездорово. Многие люди ежедневно «принимают» еще более сильный наркотик, вызывающий стабильное привыкание, — экран телевизора, пичкая себя надуманными фантазиями, бесполезными играми-викторинами, спортом. Некоторые тратят состояние на покупку автомобилей и одежды откутюр, в то время как в странах третьего мира умирают миллионы людей.

Я хочу рискнуть, выйти «на дорогу» как паломник или попрошайка. Я жажду истины и настоящей любви. По крайней мере, сейчас моя жизнь полна радости, тепла, дружбы, общения и приключений.

Мы ходим по городу в разноцветной радужной одежде, стараясь донести до людей послание свободы, созидания ., и новой надежды. Мы вынашиваем планы по созданию на планете альтернативных поселений, объединенных идеей вселенской любви и конкретных действий, тогда как в прошлом наше движение было всего лишь актом великой страстности.

Иногда приходится сталкиваться с трудностями. В наших группах есть ленивые, есть паразиты, есть те, кто старается уйти от ответственности в жизни, принимая морфий и другие сильные наркотики. Но когда-нибудь мы это преодолеем. Знаю, что мы — пионеры нового мира. В данный момент мы учимся помогать друг другу, делиться всем: деньгами, жильем, работой, бизнесом, друзьями и любовью. Много любви, снова и снова. Это открытие новой солидарности, новой человеческой кооперации.

ФОРМЕНТЕРА. 04.07.1971

На этом крошечном испанском островке, куда хиппи со всего мира прибыли в поисках новой цели в жизни, я вместе с Джулиано и Динни. Это безоблачный, уютный, солнечный остров, привлекающий великолепными маленькими пляжами и голубовато-зеленой водой. Ландшафт равнинный. Многие передвигаются на велосипедах. Дома в округе маленькие и белые, как в Греции. На стенах встречается запрещенное слово «ЛСД». Мы втроем весь день проводим у моря, питаясь лишь фруктами и солнечной энергией. Только по вечерам мы включаем в меню коричневый рис. Мы решили вместе попробовать ЛСД.

29.07.1971

Эксперимент с кислотой стал для меня великим откровением. Я видела все мои предыдущие жизни или, по крайней мере, полагала, что могла их видеть. У меня был опыт пребывания в телах тысяч существ, и казалось, что теперь я могу быть единым целым со всем и каждым, достаточно лишь расширить сознание. В конце опыта был только свет, — ослепительный белый свет, окутывающий всю реальность. Я чувствовала дыхание космического сознания, пронизывающего меня и всю Вселенную. У Динни были похожие переживания, а Джулиано видел некоторых христианских святых.

С ощущением абсолютной невинности мы голыми купались в море. Секс больше не являлся для нас чем-то важным. Мы тосковали по нашим фантастическим духовным видениям. Откуда-то из глубины тела я слышала незнакомый голос, предлагавший оставить все и ехать в Индию. Этот зов меня пугал, и в то же время я чувствовала, что не могу устоять перед его соблазном. Остров напоминал лабораторию, где люди проводили эксперименты со своей душой. Здесь я ощутила внутри себя магию новой энергии, управляющей моей жизнью.

МИЛАН, 25.09.1971

Вернувшись домой, я снова отправилась вечером в Бреру, чтобы поделиться с друзьями своими открытиями. Пьеро и Клаудио тоже пришли. Они показали мне фотографии своих тибетских Учителей, стоящих на фоне снежных гималайских пиков. Что-то в их облике было одновременно далеким и знакомым. Приход Пьеро и Клаудио на Виа Маир произвел на меня впечатление. В них я увидела нечто серьезное и сосредоточенное, отсутствующее у других людей, какую-то особую глубину. На днях Пьеро занимался со мной любовью в мягкой, нежной манере, отрешенный, как будто находясь в состоянии медитации. Они спросили, поеду ли я в скором времени с ними в Индию.

На прошлой неделе за городом в «Баллабио» мы организовали большой подпольный рок-концерт, выражая свои чаяния, включили в репертуар старые и новые революционные, анархистские, американские песни. Клаудио спел «Мэджик Флай». Концерт собрал огромное сборище народу. Поздно вечером зажгли костры. Глядя вокруг, я видела новое племя землян: индийцы, тибетцы, хиппи, студенты, артисты, музыканты, политики, журналисты. Все сидели вместе, как древние цыгане в поисках новой земли. Было так много друзей! Их глаза сияли светом и любовью. Я подсаживалась то к одной, то к другой" компании, чтобы поговорить, просто побыть вместе, приобщиться к общему пути.

15.10.1971

Я занята в экспериментальном детском саду, который организовала с помощью Джулиано. Обнаруживаю, что мне нелегко работать с детьми. Хочется дать их фантазиям максимальную свободу, вместо того чтобы подавлять тяжеловесным, ортодоксальным авторитетом. Но это довольно трудная задача. Дети очень беспокойные, а я чувствую себя недостаточно зрелой для этой работы.

Я веду сумасшедшую жизнь, не знающую режима. Нет регулярности ни в еде, ни в сне. До поздней ночи встречаюсь с друзьями. Джанни теперь живет со мной и превратил мою комнату в восточный магазин, завалив ее одеждой из Турции и Афганистана. Часто вместе со мной на полу спят еще человек пять.

Мы продолжаем экспериментировать с ЛСД. Пьеро обучил меня некоторым тибетским и индийским молитвам. Начала их повторять и даже читала в детском саду детям. Я все еще не свыклась с идеей существования Бога, но у меня появились яркие, сочные видения красивых мандал, я слышала удивительную музыку, со мной говорили мистические голоса. Порой страшно сойти с ума и пристраститься к наркотикам. Но иногда я чувствую, что прошла инициацию в неизвестную реальность, открытую лишь немногим — тем, кто не боится рискнуть поставить на кон все, даже собственную жизнь. Очевидно одно: мы двигаемся в поисках знания, разгадки тайны жизни и смерти и нас относит довольно далеко от привычных путей.

Всерьез подумываю о поездке в Индию. Хочу найти мастеров— хранителей древней мудрости, а также ответы на многие возникающие вопросы. Мне невыносимо трудно, подчас даже опасно идти по выбранному пути в одиночку. Недавно я прочитала книгу о жизни Миларепы, в которой этот тибетский йог объясняет, что без помощи гуру, без его знаний невозможно достичь просветления.

Во многих аспектах моя жизнь бьет ключом, но я начала чувствовать усталость и беспокойство. Чего-то не хватает. Так сложно испытать настоящую любовь! Чувствую, что в своих поисках мы все еще слишком сильно завязаны на физическом уровне и наш ум недостаточно чист, чтобы воспринимать истину.

Хотелось бы перестать бегать по кругу, успокоиться на какое-то время, даже пожить одной, чтобы сильнее погрузиться в себя. Но мы постоянно встречаемся друг с другом, снова и снова занимаемся любовью, ласкаем друг друга и болтаем до бесконечности... Я чувствую, что хочу все это прекратить.

Днем я работаю в садике, ночью почти не сплю. В Милане я испытываю столько печальных переживаний и зачастую ощущаю смертельную усталость. Я уверена, что внутреннее путешествие началось. Оно не знает границ и способно привести меня туда, куда необходимо. Когда сижу в кругу вместе с другими и выкуриваю сигареты, я существую как во сне. Приятная, медленная восточная музыка, звучащая внутри меня, зовет мою душу в другое измерение. Каждого из нас определенно зовут. Может быть, даже Бог! Несмотря на то что мне все еще трудно принять эту мысль, я начинаю верить, что мы ищем только Его и только Его хотим увидеть.

ПОЕЗДКА В ИНДИЮ

МИЛАН, 05.03.1972

Сегодня я уезжаю в Индию и по-настоящему боюсь этого. Я приняла решение внезапно, узнав что едут Пьеро и Клаудио. Джанни тоже хочет поехать, попробовать сделать небольшую закупку одежды.

Несколько ночей назад мы встретились в большой общинной гостиной с желтым парчовым куполом в центре. Анджело, Тициани, Серена, Джанни, Зизи и Марко, лежа на ковре, слушали записи Джоан Баез. Анджело в очередной раз стал приставать ко мне, проявляя сексуальное желание, и внезапно я почувствовала себя как в старой театральной пьесе, слишком зарепетированной, ведущей в никуда, как одна из узких, темных улиц ночной Бреры. Это вызвало во мне раздражение.

Я почувствовала усталость, скуку, изнеможение и неспособность больше искать истину и испытывать настоящую любовь. Многократные попытки достичь любви через секс — опустошающая и безнадежная иллюзия. Я устала и от беспрерывного курения психоделиков. Даже мои мысли казались окутанными дымом. Голова не находила покоя. Я бы предпочла укрыться в убежище, сделать передышку, побыть какое-то время одна, заглянуть внутрь себя. Я также поняла, что работа с детьми в саду не может продолжаться в прежнем русле. Я находилась в смятении, была слишком тревожна, недостаточно зрела для такой ответственности. Как-то на днях Пьеро и Клаудио снова показали мне фотографии непальских и тибетских Мастеров. Я представила древнее таинственное и магическое место. При просмотре этих фотографий у меня возникло ощущение дежа вю. В глазах Пьеро — особый свет, и я задалась вопросом, стоит ли мне следовать за ним.

Вчера вечером я ушла ночевать на чердак к Джанни, чтобы окончательно решить, что делать. Как всегда, мы спали вместе, но как брат и сестра, как дети. На следующее утро я отправилась в агентство путешествий покупать билет в Индию. Я забронировала последнее свободное место в самолете. Сегодня вечером мы поедем на поезде в Лондон и оттуда полетим в Бомбей. Мне страшно: кто знает, чем это все закончится. Люди думают, что я сошла с ума. Я бросаю дом, друзей, работу в садике, где трудилась последние шесть месяцев, разрываю любовные отношения с Анджело, дом, друзей. У меня очень мало денег, нет обратного билета, нет даже багажа. Но мне все-таки кажется, что я делаю все правильно — уезжаю вот так, ничего не взяв с собой. Все, что у меня есть, — это сумка и платье, которое Джанни привез из Афганистана.

Джан Паоло подарил мне книгу «Босиком в Индию», и теперь у меня нет сомнений: во что бы это ни вылилось, мне нужно окунуться с головой в предстоящее. Я знаю, что должна быть невероятно смелой, чтобы быть «на пути», особенно потому, что временами меня охватывает ужас. Несмотря на это, я интуитивно чувствую, что где-то меня поджидает другая реальность, что «на другом берегу реки» я найду ответ, открывающий тайну смысла моей жизни. Иначе зачем жить? Жизни в Милане не хватает истины, и она больше не имеет для меня никакого значения.

Все происходящее воспринимается как нечто невероятное и магическое, как будто мудрый голос зовет меня. В какой-то степени мое путешествие началось уже несколько месяцев назад, когда я в первый раз попробовала ЛСД на Форментере. А может, оно началось не столь явно в Марокко, когда мы, сидя с Джулиано на пляже, перебирали четки и смотрели на чаек, взмывающих над морем. Их полет напоминал о свободе, — свободе, которую я забыла, а возможно, и никогда не знала. Теперь, собираясь в Индию, я стала испытывать те же спонтанные ощущения бесконечной свободы. Знаю. что у меня хватит смелости окунуться в пустоту, в тайну; искать и найти какое-то решение. Может быть, найти Учителя.

Прошлым летом на Форментере, во время экспериментов с ЛСД, у меня были видения многих предыдущих жизней и возникло ощущение существования единого универсального сознания. Я видела необыкновенный свет, состоящий из семи совершенных цветов. Моя душа вышла из тела и погрузилась в Космос. Оттуда я наблюдала невероятный поток жизни; предыдущие жизни, прожитые мной. В конце возникло чувство, что остаться в этом состоянии было моим единственным желанием. Чей-то голос недвусмысленно призывал меня оставить все и не откладывая отправляться в Индию за новым опытом сознания.

На внешнем плане мое путешествие началось в Милане в эти последние месяцы. На внутреннем оно подразумевает поиск ответа, возможно, нахождение Учителя.

МАМА-ИНДИЯ

Бомбей 07.03.1972

Прилетев в Бомбей, я была просто обескуражена увиденным, захотелось сгинуть прочь. Сразу же возле аэропорта стояли убогие лачуги, было невыносимо жарко, на улицах полно народу. Отель, где мы остановились, оказался чрезвычайно грязный. Он был забит хиппи, приехавшими из Гоа, — странными людьми, смахивающими на сумасшедших. Улицы кишели нищими, прокаженными и детьми, все время дразнящими меня, обзывающими хиппи и с издевкой выкрикивающими «Харе Рама, Харе Кришна». В своем длинном платье, с всклокоченными волосами я чувствовала себя не в своей тарелке. Здесь совершенно иной мир, схожий с огромным неправдоподобным базаром. Я боялась всего этого. Около отеля стоял необычный хиппи, похожий на святого, с бородой и длинными светлыми волосами. Он был одет в грязные белые одежды. И его я тоже боялась. Я ловила себя на мысли, что он может завладеть моим умом, и начинала автоматически повторять мантру, которой меня научил Пьеро. Это — молитва многим индийским богам: «Хари шаранам. Шива шаранам, Рама шаранам, Прабху Кришна шаранам...», означающая «Мое убежище— Шива, Рама, Господь Кришна...».



Достарыңызбен бөлісу:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет