Гвардейцы-катуковцы в боях за Родину 1941-1945 годы



жүктеу 495.25 Kb.
бет1/2
Дата16.06.2018
өлшемі495.25 Kb.
түріРассказ
  1   2


Гвардии полковник Зорин Леонид Александрович

Гвардии полковник Кабицын Виктор Петрович

"Гвардейцы-катуковцы в боях за Родину 1941-1945 годы"
Совет ветеранов 1 гв. ТА на Северном Кавказе

Кисловодск. 2004.

Оглавление

К читателям и гвардейцам Катуковцам

Гвардейцы - Катуковцы и в мирное время - Гвардейцы!

Рассказы гвардейцев - Катуковцев о боевом пути.

Рассказывает полковник в отставке АДЕЛЬХАНЯН Артур Исаевич.

Рассказывает полковник в отставке ЗОРИН Леонид Александрович, ответственный секретарь Совета ветеранов 1гв. ТА полковник в отставке

Рассказ подполковника в отставке, бывшего командира роты 44-й гвардейской танковой бригады, 11 гв. танкового корпуса, 1-й гв. ТА, инвалида ВОВ второй группы Алексея Антоновича АНТОНОВА

Полковник в отставке КАГАНОВИЧ Шая Иосифович

Пишет о себе бывший рядовой 20 гв. механизированной бригады ПЕТРОВ Иван Леонтьевич

Рассказывает ветеран 1-й гв. ТА сержант в отставке ЖУКОВ Владимир Петрович

Вспоминает БЫЧКОВ Андрей Ефимович

Интересная судьба Виктора Васильевича НАУМОВА

САБИРЬЯНОВ Газизьян Сабирьянович

о ТУЗЛУКОВЕ Михаиле Кузьмиче

ДОЛИНИН Александр Николаевич

Ветераны-катуковцы, проживающие на Северном Кавказе

К читателям и гвардейцам Катуковцам
Наша победа в войне с фашизмом - звёздный час в жизни советского народа. Это была всенародная битва против злобного классового врага, посягнувшего на самое дорогое, что только есть у советских людей, - на завоевания Великой Октябрьской Социалистической революции.

Г. К. Жуков.
Приближается светлый праздник - 60-летие Победы советского народа в Великой Отечественной войне. Величественен ратный подвиг советского человека, беспримерны его боевые дела, не превзойдены его стойкость, мужество, отвага, самопожертвование во имя Родины, ради жизни на земле.

Вечно жива народная память и человеческая благодарность краснозвёздным воинам, сокрушившим германский фашизм и тогда, в мае 1945 года, поднявшим над рейхстагом славное знамя Великой Победы.

За эти послепобедные годы родилось и выросло поколение, не знающее такой грозной беды. Но в памяти нашего народа никогда не изгладятся подвиги и потери, горькие месяцы отступлений и радость первых успехов, сражений под Москвой, Сталинградом, Курская дуга и форсирование Днепра, бои за Варшаву и Будапешт, штурм Берлина - весь этот путь, тяжкий и героический, который прошли советские люди на пути к Победе.

Шестой десяток лет наша замечательная страна, благодаря последовательной мирной политике и мощным Вооружённым Силам, не знает ядерной войны.

Для нас с тобой, фронтовой товарищ-друг, четыре фронтовых года были долгими и серьёзными испытаниями воли, мужества, упорства, верности нашей дорогой Родине. Испытание огнём и мечом мы преодолели с честью. Многие пролили кровь, а многие отдали самое дорогое - жизнь за дело Победы.

В ясный майский день мы встретили Победу в поверженном Берлине. А правильнее сказать - принесли её на своих боевых знамёнах во вражеское фашистское логово.

Это было почти 60 лет назад - 9 мая 1945 года и в эту Победу огромный вклад вложен воинами нашей 1-й гвардейской Краснознаменной танковой армии.

Олицетворением железной стойкости, самоотверженности, героизма и упорства в боях с фашистами при защите столицы нашей Родины-Москвы стали воины-танкисты 4-й танковой бригады под командованием полковника М.Е. Катукова.

Под руководством М.Е. Катукова 4-я танковая бригада в начале октября 41 года нанесла танкам Гудериана тяжелейшие потери в боях под Мценском, после чего, по признанию самого Гудериана, "исчезли перспективы на быстрый и непрерывный успех" в боях под Москвой. Это танкисты Катукова вместе с панфиловцами стояли насмерть на Волоколамском шоссе, и это им, героям 4-й танковой бригады был посвящён приказ Верховного Главнокомандующего №14337 от 11.11.1942г., в котором действия бригады ставились в пример всем частям Красной Армии, а сама она получила наименование 1 -и гвардейской танковой бригады.

"Волею партии, Советской власти, волею многомиллионного народа мы названы гвардейцами. Мы получили это звание за горячую любовь к Матери-Родине, за жгучую ненависть к врагу, за мужество и бесстрашие, проявленные в боях", - так писалось в боевых листках танкистов.

Присвоение бригаде гвардейского звания оказало в тяжёлые ноябрьские дни 1941 г. огромное мобилизующее влияние на солдат и командиров.

Но обстановка на фронтах и международная требовала постоянного совершенствования войсковых формирований, совершенствования техники и боевых приёмов.

30 января 43 года была сформирована 1 -я танковая армия, её костяком была 1 -я гвардейская танковая бригада. Командующим армией был назначен генерал-полковник М.Е. Катуков. Членом Военного Совета генерал-лейтенант Н.К. Попель, начальником политотдела генерал-майор А. Г. Журавлёв, начальником штаба армии генерал-лейтенант М.А. Шалин, зам. командующего генерал-лейтенант А. Л. Гетман, зам. командующего по технической части генерал П.Г. Дынер, начальник тыла генерал-майор Коньков В. Ф. и другие товарищи.

В боях за свободу и независимость Родины 1-я гвардейская танковая армия прошла большой и трудный путь от Курска до Берлина.

25 апреля 1944 года 1-я танковая армия преобразована в "гвардейскую". Её посылали на важнейшие участки огромного фронта - на остриё главного удара и ставили тяжелейшие задачи.

На боевом счету армии свыше 6, 5 тысяч уничтоженных и захваченных танков и самоходных орудий, 5 тысяч обычных орудий и 1,5 тысячи миномётов, свыше тысячи бронемашин и бронетранспортеров, тысяча с лишним самолётов и более 30 тысяч автомашин, другой техники и боеприпасов.

А если учитывать, что многие соединения и части, на базе которых была сформирована 1-я гвардейская танковая армия, принимали участие в боях под Москвой, то мы вправе считать, что боевой путь нашей армии берёт начало от Москвы. Только по прямой боевой путь армии протянулся на расстояние в 3000 километров.

1 гв. ТА самостоятельно и во взаимодействии с войсками других армий освободила на территории Советского Союза 54 города и крупных населённых пункта, на территории Полыди-72, на территории Германии-25, включая столицу Берлин. Части армии получили 65 почётных наименований в честь освобождения городов, а гвардейские знамёна частей украсили 127 боевых орденов. 14 раз Верховный Главнокомандующий объявлял благодарность воинам армии, и столько же раз столица нашей Родины - Москва салютовала гвардейцам в честь их славных побед. Только орденами Советского Союза были награждены свыше 35 тысяч воинов, 4,5 тысяч награждены орденами Славы. Из них 11 человек - полные кавалеры этого солдатского ордена. 132 воина стали Героями Советского Союза, и 3 -дважды: это Маршал Бронетанковых войск Катуков М.Е. и командиры бригад полковники И. И. Гусаковский и И.И. Бойко. Бригады, которыми они командовали, чаще всего были "оселком острия", - выполняя самые сложные боевые задачи.

Я всегда гордился и горжусь сейчас, что мне выпало счастье служить и выполнять боевые задачи в таких славных частях 1 гв. КТА. И ничто не сотрёт память о тех годах, о моих друзьях и однополчанах из 1 гв. КТА.

Отдавая дань приближающемуся событию - 60-летию Победы нашего народа в Великой Отечественной войне, я попросил наших ветеранов написать коротко об их делах в ВОВ в 1 гв. КТА. Чтобы книжка, которую мы готовим вместе с Л. А. Зориным, была бы маленьким справочным пособием ветерану в патриотической работе с молодежью и населением и памятью родственникам ветеранов 1 гв. КТА.


Приказ о бригаде Катукова был не только первым в нашей армии, но особенным, единственным такого рода за войну, и с ним стоит познакомиться целиком:
Приказ о бригаде Катукова

был не только первым в нашей армии, но особенным, единственным такого рода за войну, и с ним стоит познакомиться целиком:


Всем фронтам, армиям, танковым дивизиям и бригадам

Приказ Народного Комиссара Обороны Союза СССР

11 ноября 1941 года г. Москва N 337

О переименовании 4-й танковой бригады в 1-ю гвардейскую танковую бригаду.


4-я танковая бригада отважными и умелыми действиями с 4.10 по 11.10, несмотря на значительное численное превосходство противника, нанесла ему тяжёлые потери и выполнила поставленные перед бригадой задачи прикрытия сосредоточения наших войск.

Две фашистские танковые дивизии и одна мотодивизия были остановлены и понесли огромные потери от славных бойцов и командиров 4-й танковой бригады.

В результате ожесточённых боёв бригады с 3-й и 4-й танковыми дивизиями и мотодивизией противника фашисты потеряли: 133 танка, 49 орудий, 8 самолётов, 15 тягачей с боеприпасами, до полка пехоты, 6 миномётов и другие средства вооружения. Потери 4-й танковой бригады исчисляются единицами.

Отличные действия бригады и её успех объясняются тем, что:

1 .Бригадой велась непрерывная боевая разведка.

2.Осуществлялось полное взаимодействие танков с мотопехотой и артиллерией.

3.Правильно были применены и использованы танки, сочетая засады с действиями ударной группы.

4. Личный состав действовал храбро и слаженно.

Боевые действия 4-й танковой армии должны служить примером для всех частей Красной Армии в освободительной войне с фашистскими захватчиками.

Приказываю:

1. За отважные и умелые боевые действия 4-ю танковую бригаду впредь именовать: "1-я гвардейская танковая бригада".

2.Командиру 1-й гвардейской танковой бригады генерал-майору Катукову представить к правительственной награде наиболее отличившихся бойцов и командиров.

3.Начальнику ГАБУ и Начальнику ГАУ пополнить 1-ю гвардейскую танковую бригаду материальной частью боевых машин и вооружения до полного штата.
Народный Комиссар Обороны Союза СССР И. Сталин

Начальник Генерального штаба Красной Армии Б. Шапошников".

Гвардейцы - Катуковцы и в мирное время - Гвардейцы!
1 -я гвардейская, Краснознаменная танковая армия в ходе Великой отечественной войны прошла славный боевой путь. Она действовала на острие главного удара во всех основных решающих операциях войны, закончив свой боевой путь взятием рейхсканцелярии Гитлера при штурме Берлина. Золотым фондом армии были ее люди-солдаты, сержанты, офицеры и генералы. Они, управляя подразделениями, частями, соединениями, боевой техникой умело громили врага, прославив свое боевое оружие и нашу Великую Родину.

Многие из них, уволившись после войны из армии, поселились на Северном Кавказе. Но фронтовую дружбу они не забывают до сих пор. Они объединились и создали Совет группы ветеранов 1-й гвардейской краснознаменной танковой армии проживающих на Северном Кавказе. Председателем был избран гв. полковник в отставке Адельханян Артур Исаевич, а ответственным секретарем Совета - гв. полковник в отставке Зорин Леонид Александрович. Они-то и возглавили планирование и проведение всей военно-патриотической работы среди населения и главным образом среди молодежи.


Рассказы гвардейцев - Катуковцев о боевом пути.
Рассказывает полковник в отставке АДЕЛЬХАНЯН Артур Исаевич.
Мой боевой путь - это 35 лет военной службы, участие в 2-х войнах. Важно было в самом начале заложить в себе такую основу, чтобы морально и физически выдержать, не сломаться в трудной обстановке. В моем становлении серьезную роль сыграла служба на границе и учеба в Московском военном училище.

Началась Вторая мировая война. Германия оккупировала Польшу. СССР выполнил свою освободительную миссию по отношению к Западной Белоруссии и Западной Украины.

17 сентября 1939 года наш 350 полк в составе 126 московской мотострелковой дивизии перешел польскую границу в районе г. Полоцка и совместно с другими соединениями Красной Армии освободил Западную Белоруссию. А уже в конце октября нас погрузили в железнодорожные эшелоны и направили на северо-запад. Никто не знал, куда и с какой задачей мы следуем. На станции Кемь политзаключенные, из Соловецких лагерей, работавшие на железной дороге, разъяснили нам о подготовке к войне с Финляндией.

Наша часть вошла в состав 9 армии В.И. Чуйкова и получила боевой участок на Ухтинском направлении. Театр боевых действий был очень сложным: глубокий снег, морозы до 40-50 градусов, сплошные лесные массивы, множество озер и болот, бездорожье. На лыжах ходить не умели, мерзли, не имея зимней одежды. В общем, не были подготовлены действовать в таких условиях. Для нас оказалось неожиданным массовое применение минометного огня в лесу и эффективные действия снайперов - "кукушек", которые устраивались на деревьях и вели прицельный огонь по командирам.

В первые дни, при помощи нашей авиации, продвинулись с боями до 60 километров. А потом противник используя не летную погоду, отбросил нас на исходные позиции. Маннергейм мобилизовал весь народ на защиту своей страны. Среди своего народа был объявлен им призыв "Один финн против восьми "москалей". Назначение к нам в армию Членом военного Совета армейского комиссара Мехлиса не поправило дела. Тяжелые бои велись и на Карельском перешейке.

В финскую войну нам впервые выдали теплую одежду: шапки-ушанки, полушубки, валенки. "Лучше поздно, чем никогда", - рассуждали солдаты.

В итоге боев наша армия несла большие потери.

В результате переговоров 12 марта 1940 г. был подписан мирный договор, по которому часть захваченной нашими войсками территории, в том числе и город Выборг, отошли к СССР. Таким образом, границы на опасном участке под Ленинградом были отодвинуты на Запад.

Многие государства эту войну признали со стороны СССР агрессивной и нашу страну исключили из международной организации Лиги Наций.

Германия убедилась в ходе этой войны в низкой боеготовности наших войск, что ускорило начало нападения ее на СССР.

Великая Отечественная война не явилась неожиданностью. Мы ее ждали и готовились к ней. Наша военная доктрина без учета своих сил и средств и недооценки боевой мощи Германии предполагала в первый же день войны, боевые действия перенести на территорию противника, в то время мы верили этому.

Командиры всех степеней большие надежды возлагали на вновь назначенного Министра Обороны СССР С.К. Тимошенко. Он заявил, что Армия, экономика должны по новому серьезно повысить боевую готовность с учетом опыта боев с Финляндией. Создать новую структуру управления, совершенствовать и обеспечить войска новой боевой техникой и вооружением. Для этого необходимо было несколько лет, которых нам противник не отпустил .

Война застала меня - командиром роты на Западной границе. Грохот тысяч орудий взорвал воскресную предрассветную тишину. Армада фашистских самолетов сбросила свой смертоносный груз на мирные города и села. В первый же день войны ему удалось почти полностью уничтожить наши самолеты на аэродромах, обеспечить себе господство в воздухе и лишить нас на длительное время авиационного прикрытия и поддержки.

Начались изнурительные непрерывные кровопролитные небывалые по своим масштабам и ожесточенности бои.

Жаркие бои развернулись в известных районах переправ через Днепр. В районе Радчине недалеко от города Жрагобуж нам приказано было обеспечить переправу главных сил. Отбивали атаку за атакой. Рассчитывать на поддержку наших танков и самолетов не приходилось. Не было воина, который не совершил бы подвиг. Многие из них не укладываются в привычные представления и остаются загадкой, особенно для людей западного мира.

В этом бою я был ранен, оставался на лечении в полковом медпункте. Накануне нас обрадовало и вдохновило появление на нашем участке обороны нового оружия - реактивных установок "Катюш" батареи капитана Флерова. Первый залп "Катюш" по скоплениям танков и пехоты вызвал невообразимый страх и панику в стане врага. Мы воспользовались успехами и стали преследовать и добивать противника. Но вскоре он пришел в себя и нам не удалось закрепить захваченный рубеж, силы были не равны.

В 1941 году Смоленское сражение и битва за Москву показали противнику, что Красная Армия в состоянии и впредь оказывать серьезное сопротивление, способна наносить поражение врагу.

В контрнаступлении под Москвой 29 армия совместно с другими соединениями отбросили противника на несколько сот километров на Запад, освободила Калинин и область. Мы наступали непосредственно на город Старица. Немцы никак не ожидали 31 декабря под Новый год в сильный мороз и метель наше контрнаступление. Испортили праздник, пришлось им бежать кто в чем в стужу, бросив технику и вооружение. А потом холод заставил их вернуться и поднять руки. Плен гарантировал им жизнь.

Развивая наступление, мы вышли на левый берег реки Волга на участке Ржев-Зубцов, где продолжали освободительные бои до конца 1942 года, когда был получен приказ, передать дивизии соседним армиям по обороне, а штаб и полевое управление с армейскими частями передислоцировать в район Ефремово, Зайцеве на Валдайской возвышенности, зап. Осташково в резерв Ставки. Нас, несколько командиров, имеющих боевой опыт и отличившихся в боях, направили в оперативный отдел штаба армии.

1-я гвардейская Краснознаменная танковая армия возникла в начале января 1943 года в результате изменений взглядов на применение крупных танковых объединений. В это время окрепла наша экономика, и она могла увеличить производство бронетанковой техники.

На укомплектование армии были направлены части уже имевшие боевой опыт. Офицерский состав войну знал не понаслышке. За плечами многих двухгодичный боевой опыт. "Отныне мы 1-я танковая", - объявил 9 января 1943 года на совещании назначенный командующим армией генерал Михаил Ефимович Катуков, известный ранее как командир 1 гвардейской танковой бригады, отлично воевавший под Москвой.

В армию вошли: 6-й танковый корпус, 3-й механизированный корпус, 112 отдельная танковая бригада, четыре отдельных танковых полка, артиллерийские, инженерные части и все тыловые учреждения и части бывшей 29-й армии.

Я, провоевав в 41-42 годах в боевых частях, в начале 43 года получил назначение в оперативный отдел 1-ой ТА. Здесь были собраны командиры с боевым опытом. Академическое образование, не только в оперативном отделе, но во всем штабе армии никто не имел, но имелся большой боевой опыт и надо было его обобщить и довести до войск. Оперативный отдел - это мозг армии. Мы должны были не только планировать бой, но довести решения командующего до войск и контролировать его выполнение.

На наше счастье 18 февраля в должность начальника штаба армии вступил генерал М.А. Шалин, прибывший с должности начальника штаба 22-й армии. Он стал нашим наставником. Мы старались учиться оперативному искусству, а у него было чему учиться. Армия в своих успехах обязана во многом начальнику штаба.

Нашу армию Ставка бросала на важнейшие направления. Она вела боевые действия на острие главных ударов. Ей приходилось сражаться в составе 4-х фронтов: Воронежского, 1-го Украинского, 1 и 2-го Белорусских. О славных боевых делах армии, начиная с Курской битвы, где лучшие немецкие дивизии попали в наши глубокие артиллерийские и танковые мешки и были перемолоты, словно жерновами. Наступление немцев захлебнулось. Сломав врага, наши войска погнали его на Запад. Наша радость была омрачена трагической гибелью генерала-армии Апанасенко - зам. командующего Воронежским фронтом, который, не доезжая 200-300 метров до нашего командного пункта, погиб от прямого попадания бомбы.

Особенностью действий танковых армий является их использование на разных операционных направлениях, удаленных друг от друга на сотни километров. Но не редко задачи приходилось решать совместными усилиями, взаимодействуя между собой. Классическим примером взаимодействия двух танковых армий разных фронтов можно проследить на примере: 26 апреля 1944 г. 1 кв. ТА наносила удар в направлении Рава-Русская, Немиров, где она должна соединиться с 3-й танковой армией, с задачей отрезать пути отхода Бродской группировке противника. В ходе боев потеряна радиосвязь. Как решить задачи управления? На смену радиосвязи приходит самолет связи. Оперативный отдел на самолетах У-2 продолжает осуществлять взаимодействие, восстанавливается нормальное управление.

23 июня 1944 г. мы оказались в освобожденном лагере смерти Майданек (район Люблино). Много видел и пережил за войну, но здесь было совсем другое. Немцы истребили в этом лагере 1,5 млн. человек. Это было чудовищное злодеяние, газовые камеры, искусственное заражение, всевозможные опыты над живыми людьми, наконец, массовые расстрелы. Каких только сюрпризов и коварств мы не встречали.

В полосе наступления нашей армии в Висло-Одерской операции разведка донесла о наличии батальона тугоухих (глухих) немцев мобилизованных и специально обученных, вооруженных пулеметами. Они упорно сопротивлялись, но вскоре попав в окружение, сдались в плен.

29 января 1945 года 1-я гвардейская танковая армия перешла границу Германии. По всей границе, где проходили войска по инициативе самих солдат было написано на щитах: «Вот она проклятая Германия».

Особо хотелось сказать о Берлинской операции. Планирование и подготовка войск к ней началось 14 апреля 1945 года. Тянуть время не было возможности. Вопрос стоял принципиальный, мы или союзники? Кто первым овладеет Берлином?

16 апреля в 5 часов утра оглушительный грохот тысяч орудий возвестил о начале последнего, решающего наступления на столицу Рейха. Вспыхнули 143 мощных прожектора, и вся низина за Одером осветилась голубоватым светом, в котором колыхались клубы дыма от разрывов снарядов и бомб. 17 апреля за мощным валом артогня вступила в сражение и наша 1-я гвардейская танковая армия. 20 апреля в оперативный отдел поступила телеграмма от комфронтом Г.К. Жукова: «1 -и гвардейской танковой армии поручается историческая задача - первой ворваться в Берлин и водрузить Знамя Победы».

Надо было сначала преодолеть Зееловские высоты. Пришлось буквально выковыривать врага из траншей и окопов, подавлять его железобетонные огневые точки и закопанные танки. На удержание этого рубежа они возлагали большие надежды. Наш наступательный порыв был очень высок. Когда вышли к окружной дороге Берлина, все как-то остановились без всякой команды. Впереди раскинулся огромный город весь в развалинах и огне. Что таит в себе эта таинственная крепость с полумиллионным гарнизоном. Было известно, что фашисты будут драться до последнего. Гебельс все время трубил об атомном оружии, которое должно было уничтожить наши войска в городе.

Раздумье было не долгое. Никому не хотелось умирать в последние дни войны. Мы были молоды, но скидку на молодость в боях не дают, и спрос с каждого одинаково полный. Врага нужно было добивать в его логове. 2-го мая 1-й Белорусский фронт совместно с другими фронтами, штурмом овладел Берлином.

Советские люди оказались выше жажды мести. Наши солдаты, рискуя жизнями, спасали население в Берлинском метро, куда по приказу Гитлера были открыты шлюзы и пущена вода Шпрее. Кроме этого командование фронта и армии организовали в городе питание голодных детей и женщин, восстановление городского хозяйства. Все это удивляло не только немцев, но и наших союзников. Которые говорили нам: «Вы удивительный народ, зачем вам это надо?»

Во время боев в районе Эркнера под Берлином на участке И танкового корпуса ночью перешли фронт сотрудники японского посольства. Решили искать спасение у русских, т.к. с американцами Япония находилась в состоянии войны. Потребовалось повозиться ночь и день, чтобы собрать их, организовать охрану и вывезти в штаб фронта для дальнейшего следования в Москву.

Четыре долгих, кровавых года, люди ждали Победы, и вот дождались! Над Рейхстагом развивается Красный флаг. Утром 3-го мая мы хоронили боевых друзей, отдавших свои светлые жизни в последние бои за Берлин. Выросли могильные холмы у Бранденбургских ворот и в Трептов-Парке.

После окончания войны наша армия была выведена из Берлина в район Дрездена, Лейпцига, Ризы, Хемниц. Началась мирная учеба и служба.

По приказу командующего армией я занимался организацией пограничной службы на границах Польши и Чехословакии, а также обеспечением проезда высшего военного и политического руководства на курорты Карловы-Вары.

С образованием ГДР установились дипломатические отношения между государствами, которые приступили к уточнению границ и нормальной организации пограничной службы.

В 1950 году выехал на Родину и до увольнения в запас в 1971 году служил в ЗАКВО и УрВо, окончил Военную академию и ВАК (курсы командиров дивизий). Командовал полком, работал зам. командира дивизии. Был аттестован на дивизию, но вместо командования ею в 1960 году расформировал ее. Это был период большого сокращения Вооруженных Сил. Службу закончил в Уральском Военном округе в должности начальника штаба тыла Округа.

Родина щедро оценила мои боевые заслуги, отметив их 25-ю правительственными наградами, из них девятью боевыми орденами. Имею двух взрослых сыновей: один юрист, другой - предприниматель. Жена Клавдия Георгиевна, прошла блокаду Ленинграда, участница ВОВ. Участвую в ветеранской работе, являюсь Председателем Совета группы ветеранов 1-й гвардейской Краснознаменной танковой армии, проживающих на Северном Кавказе.

Ветераны с достоинством относятся к дружбе. На войне люди знакомятся быстро. Нет времени и нужды долго присматриваться друг к другу. Один бой, одна атака заменяют «пуд съеденной вместе соли». Рванет вблизи снаряд, и человек как на ладони, словно наизнанку выворачивается. Дружба на войне - это вечная дружба. Вот почему ветераны войны в мирное время стремятся друг к другу и каждая встреча это для них большой праздник.

Перед объединением двух Германий мне посчастливилось в составе делегации ветеранов войны побывать в Берлине. Мы прошли по местам боев от Одера, Зеелов, до Берлина. Сегодня досадно, что в Германии пытаются убрать памятники, музеи, связанные с Советской Армией, с освобождением Германии от фашизма.
Рассказывает полковник в отставке ЗОРИН Леонид Александрович, ответственный секретарь Совета ветеранов 1гв. ТА полковник в отставке.
"Родился 15 марта 1922 года в поселке Улу-Теляк, Иглинского района Башкортостана, в семье железнодорожника. В 1929 году семья переехала на Урал в г. Пермь. В Перми окончил 7 классов СШ и поступил на работу на завод им. Дзержинского, с которого поступил на учебу в военное училище, по окончании был направлен в 1942 году в мае месяце командиром взвода ПВО и ПТО в 286 ОГМД, а затем огневого взвода 1-й батареи. С боями прошел от Тулы до Берлина в составе своего 286 дивизиона, который входил в состав 54 гвардейского минометного полка, затем - 6 ГМП и 79 ГМП 1 -и гв. ТА, в котором трудился на различных должностях: зам. начальника заготовительного отдела армии, офицером хоз. отделения ПУ 1-й гв. КТА.

Затем работал в военном училище, дислоцированном в Сибирском военном округе. Оттуда был направлен на учебу в Высшую офицерскую школу тыла в город Ленинград. После ее окончания, проходил службу заместителем командира 154 отдельного комендантского батальона Управления Берлинского Военного коменданта и на других должностях в этом Управлении. Оттуда был переведен для службы в г. Кировоград на должность заместителя ракетного дивизиона. Последней моей воинской должностью была - должность заместителя командира мотострелкового полка 36-й МСД по тылу.

В апреле 1968 года я был уволен из Вооруженных Сил по болезни, в запас. Поселился и трудился в Домбае, а с 1970 года в Пятигорском центральном военном санатории - начальником штаба гражданской обороны. А проживаю сейчас в п. Иноземцево."

Леонид Александрович Зорин не один десяток лет является бессменным ответственным секретарем Совета ветеранов 1-й гв. КТА. Ветераны доверяют ему. Он прекрасный Человек и организатор. Его организаторские способности и упорство в достижении цели позволили ветеранам 1-й гв. ТА, живущим на Северном Кавказе, организовать и проводить эффективную работу по военно-патриотическому воспитанию населения и особенно молодежи городов Кавминвод.

Ежегодно ветераны Катуковцы (так себя именуют ветераны 1 -и ТА, по имени своего командующего армией Маршала бронетанковых войск, Дважды Героя Советского Союза М.Е. Катукова) собираются на свои традиционные встречи в День Победы и День танкистов в каком-то из учебных заведений городов Кавминвод и в течение дня проводят в нем военно-патриотические мероприятия. И всегда одним из основных организаторов этих мероприятий является наш боевой друг - Леонид Александрович Зорин - отважный Катуковец и Человек.
Рассказ подполковника в отставке, бывшего командира роты 44-й гвардейской танковой бригады, 11 гв. танкового корпуса, 1-й гв. ТА, инвалида ВОВ второй группы Алексея Антоновича АНТОНОВА.

В Висло-Одерской операции наш 11 гв. танковый корпус действовал совместно с 8-й общевойсковой армией генерала Чуйкова. Передовым отрядом танкового корпуса была его усиленная 44-я гв. танковая бригада Героя Советского Союза полковника Гусаковского Иосифа Ираклиевича.

В авангарде передового отряда действовал 3-й танковый батальон майора Кабанова А. из состава 44 гв. танковой бригады.

В головной походной заставе (ГПЗ) от авангарда действовала моя танковая рота.

С началом наступления наша бригада следовала за боевыми порядками 8-й армии, непрерывно отражая контратаки противника. 15 января, развивая успех наступления 8-й армии, во второй половине дня перешел в наступление и наш 11-й гв. танковый корпус. Первым, обогнав части 8-й армии, вошел в прорыв передовой отряд танкового корпуса - 44-я гв. ТБр. Она стремительно продвигалась к реке Пилица и к городу Ново-Места. При подходе к реке Пилица продвижение ГПЗ было остановлено огнем оборонительного заслона противника, отражавшего подход наших частей к реке и городу.

Мною ГПЗ была отведена в укрытие, велся огонь по противнику, тем самым, сдерживая переход его в атаку. Затем, оставив в укрытии один танковый взвод лейтенанта Кравченко И.Х., продолжая огонь по противнику, я двумя взводами пошел в обход оборонительного заслона противника, и вышел к южному берегу реки во фланг заслона, отрезав ему пути отхода по южному берегу реки вверх против течения.

Открыв огонь двумя танковыми взводами во фланг противника, а с моего танка огонь по реке, чтобы взорвать лед, танковый взвод Кравченко, по моему приказу, атаковал Из укрытия противника с фронта. Была создана угроза противнику быть сброшенным в ледяную воду реки. Враг, опасаясь нависшей угрозы, поспешно отступил по не взорванному льду на северный берег Пилицы.

Вскоре к южному берегу подошли авангард и передовой отряд танкового корпуса - 44-я гв. танковая бригада. Противник, опасаясь выхода наших частей на северный берег Пилицы, взорвал мост через реку у города Нова-Места и с северного берега открыл огонь по передовому отряду. В связи с чем полковник Гусаковский принял решение: передовому отряду не ввязываться в перестрелку с противником, подняться по южному берегу реки вверх, и удалившись от г. Ново-Места, сосредоточиться в прибрежной роще (сборном пункте). Этим было закончено выполнение задачи второго дня наступления.

В сборном пункте полковник Гусаковский поставил задачу моей роте: срочно разведать мост через реку Пилицу, овладеть им и удерживать до подхода бригады. С ротой, усиленной взводом автоматчиков, в ночь 15 января я отправился на разведку.

На маршруте к реке: не доходя до реки около километра, оказался хутор. Взвод автоматчиков, по моему приказу, оцепил и прочесал его, обнаружил в нем отдыхавшую смену охраны моста в количестве 7 человек, которые указали нам дорогу и место размещения моста, но сообщили, что мост взорван.

Для подтверждения полученных сведений к мосту была отправлена пешая разведка отделение автоматчиков во главе с командиром взвода, так - как продвижение танков к реке было перекрыто водоканалом, протекающим параллельно реке. Сведения пленных подтвердились: проезжая часть моста была взорвана.

Результаты разведки и состояние моста немедленно были переданы по радио в штаб 44-й ТБр. Вскоре мы получили из бригады распоряжение: «Задание отменяется. Срочно возвратиться». Возвратившись из разведки на свой сборный пункт, за себя в роте оставил командира взвода лейтенанта Кравченко И.Х., а сам на своем танке отправился к командиру бригады, доложить о результатах разведки. Он с группой руководящих офицеров уже находился у южного берега Пилицы, проводил с ними инструктаж о порядке и последовательности форсирования реки вброд.

В это время, упредив меня, к командованию подъехали на машине два офицера. Позднее, я узнал, что это были: начальник инженерных войск 1-й гв. танковой армии полковник Харчевин и его помощник подполковник Каганович. Они прибыли в ЧЧ ТБР для оказания инженерной помощи в организации переправы через реку.

По окончании беседы полковника Гусаковского с прибывшими из армии офицерами, я доложил ему о результатах разведки моста через Пилицу, а затем, как и положено, представился ему: «Командир танковой роты, старший лейтенант Антонов». Полковник Гусаковский тут же поставил мне задачу: срочно форсировать реку, разведать брод, закрепиться на северном берегу и обеспечить форсирование реки танковой бригадой. На участке форсирования реки лед уже был взорван, время -полночь с 15 на 16 января 1945 года.

Мое прибытие к реке было своевременным и необходимым, для принятия решения на форсирование реки необходимо было провести разведку брода: определить глубину реки, состояние ее дна, и северного берега, возможности выхода из реки на северный берег, и другие данные.

Сознавая срочность и ответственность задания, я решил не перепоручать выполнение его другим и немедленно приступил сам к его выполнению.

Танк с ходу преодолел реку и по инерции выскочил на северный берег на выброшенные танком глыбы льда, и по льду он постепенно сполз назад в реку. Таким образом, лед оказался коварным препятствием, и к тому же отвесный и крутой берег способствовали сползанию. Глубина реки у берега была до 1 метра. Уровень воды в реке на уровне кромки берега, это способствовало выбрасыванию танком на берег волны с глыбами льда.

Несколько новых попыток выйти на берег также закончились сползанием танка в реку. При медленном подходе танка к берегу, не имея инерции, танк упирался в берег, начинал буксировать и глубже погружаться в прибрежный песок, создавая угрозу затопления танка.

При подходе танка к берегу под острым углом, при заходе прибрежной гусеницы на берег танк принимал большой боковой крен, создавалась угроза опрокидывания танка.

Применяемые приемы и упорство экипажа танка одолеть препятствие и вырваться на берег были хорошо видны офицерам, находящимся у комбрига, в том числе полковнику Харчевину и подполковнику Кагановичу.

Полковник Гусаковский видя неодолимость танком берегового препятствия, что угрожало задержкой выхода танковой бригады на северный берег, а это создавало условия для закрепления противнику на северном берегу, отменил подготовку форсирования реки вброд, и под его руководством с южного берега началось наведение понтонного моста через Пилицу. Я пошел танком у северного берега вверх, против течения к не взорванному льду, чтобы пройти от северного берега у кромки не взорванного льда, разведав брод и проложив полынью к южному берегу, и с согласия полковника Гусаковского, начать форсирование реки вброд танковой бригадой.

Я постоянно находился на танке и командовал экипажем через люк в башне.

Не доходя до не взорванного льда 15-20 метров, вдруг значительно уменьшилось погружение танка в воду, танк вышел на мель. Я немедленно выдал команду: «Стой!». Танк резко остановился, а гонимая танком волна по инерции продолжала движение вперед и одновременно отходила от берега к середине реки, унося на себе и глыбы льда. В результате впереди танка и у берега на поверхности реки не оказалось глыб льда. Воспользовавшись этим, я подал команду: «Газ полный, вперед на берег!» Танк мгновенно ринулся вперед и легко выскочил на берег. С выходом танка на северный берег Пилицы экипаж сразу же вступил в бой с противником, оказав огневую поддержку и броневое прикрытие взвода автоматчиков лейтенанта Меньшикова А., моторизованного батальона 44 гв. ТБР, отражавшего подход противника к северному берегу Пилицы, к месту наведения моста.

Внезапное появление моего танка на северном берегу ошеломило противника, он прекратил подход к реке и постепенно начал отходить в прибрежный населенный пункт.

Вскоре наводимый мост примкнул к северному берегу.

Поставив командиру своего танка задачу, на случай отражения подходящего к реке противника, я по мосту побежал на южный берег за своей ротой.

На середине моста встретился с полковником Гусаковским, он окликнул меня: «А ты куда, голубчик?» я ответил: «За ротой!». Он махнул рукой, и я продолжил путь.

К мосту уже подходила моя рота. За моей ротой к мосту следовала рота ст. лейтенанта Орликова А., с ходу атаковали противника, укрывавшегося в прибрежной деревне, и уклоняясь от его огневого воздействия, обошли деревню. Противник опасаясь быть окруженным, оставил деревню и начал отход. Рота Орликова тут же в окрестностях деревни заняла оборону.

Моя рота по северному берегу реки, на удалении от переправы до километра, по течению и против него встала в оборонительные заслоны. Предпринятой нами атакой противника был значительно расширен плацдарм и усилено прикрытие переправы. И во второй половине дня 16 января 44 гв. ТБР полностью переправилась на северный берег Пилицы. К южному берегу реки уже подходили главные силы 11 гв. танкового корпуса, который с ходу начал переправу и успешно осуществил ее.

Данное мне полковником Гусаковским И.И. задание (форсировать реку Пилицу, разведать брод, захватить плацдарм на северном берегу, обеспечить наведение понтонного моста через реку и переправу по нему 44 гв. танковой бригады, а затем 11 танкового корпуса) было выполнено полностью экипажем моего танка в установленный срок: в ночь с 15 на 16 января 1945 года.

До меня и после форсирования мною реки Пилицы вброд никто другой ни одиночным танком, ни подразделением не форсировали Пилицу вброд на этом участке реки.

Передовой отряд - наша бригада и танковый корпус на северный берег Пилицы переправлялись по наведенному мосту через реку.

Переправившись через Пилицу наш 11 гв. танковый корпус в авангарде с 44 гв. ТБР возобновил наступление и к исходу дня 22 января вышел на подступы к .городу Познань.

23 января 44 гв. ТБР под прикрытием утренних сумерек, обойдя г. Познань начала наступление в направлении Одера, продвижение моей роты, действующей в ГПЗ было приостановлено неодолимым противотанковым рвом. Рассредоточив и укрыв роту, я приступил к разведке местности за рвом, с целью определить что и кто перед ними, куда и как действовать. В это время, 23 января 1945 года, я был дважды тяжело ранен в левую сторону груди и левый плечевой сустав. Благодаря быстрому появлению около меня полковника Гусаковского И.И. мне срочно оказали медпомощь и тут же отправили в полевой госпиталь, оттуда вскоре, как подлежащему длительному лечению отправили в город Харьков в ЭГ-5971, а затем там же перевели в ЭГ-3348, где и находился на лечении без малого два года (с января 1945 по сентябрь 1946 г.).

С сентября 1946 года по март 1956 года служил в войсках МО и в МВД. В марте 1957 года был уволен в отставку по болезни, как инвалид 2-й группы, в воинском звании подполковник, с должности начальника ДРБ (дивизионной ремонтной базы). По состоянию здоровья в мае 1957 года выехал из Москвы на постоянное место жительства в город Пятигорск Ставропольского края.

В период нахождения в госпитале и последующей службы в войсках, я не мог установить связь с 44 ТБР и 11 гв. танковым корпусом. На мои письма и запросы ответов не последовало и о них я ничего не знал до 1987 года.

В 1987 году, будучи в составе Совета ветеранов войны Пятигорска, я установил, что в Пятигорске создан Совет ветеранов 1-й гв. танковой армии ветеранов проживающих на Северном Кавказе. И я вошел в коллектив ветеранов этого Совета.

Заместителем председателя Совета был полковник Каганович Шая Иосифович, бывший помощник начальника отдела инженерных войск 1-й гв. ТА. Он оказался не только однополчанином, а и очевидцем форсирования реки Пилица в ночь с 15 на 16 января 1945 года. Через полковника Кагановича в 1987 году я познакомился с полковником в отставке Иванихиным Марком Павловичем, отдыхавшим в это время в Пятигорском военном санатории. Он -- москвич, ответственный секретарь Совета ветеранов 1-й гв. ТА, оказался тоже очевидцем форсирования мною реки Пилица. Его батарея «Катюш» была придана передовому отряду полковника Гусаковского от 79 гв. реактивно-минометного полка, и он присутствовал на инструктаже на южном берегу Пилицы у полковника Гусаковского.

В 1992 году в мае Советом ветеранов 11 гв. танкового корпуса я был приглашен в Москву на празднование 50-й юбилейной годовщины образования корпуса, где я купил Две книги «6000 верст по Европе», издательство «Пресса» 1992 г., авторы генерал армии дважды Герой Советского Союза И.И. Гусаковский, генерал-полковник Герой Советского Союза Б.П. Иванов и председатель Совета ветеранов корпуса гвардии подполковник в отставке С.Ф. Зубов. И-«Танки идут на Берлин» (военные мемуары), автор генерал армии Герой Советского Союза А.Л. Гетман, «Воениздат» 1982 г.

В этих книгах-мемуарах, для тех, кто воевал, очевиден вымысел, извращения, упущения, вызывающие возмущение. Это мое восприятие, так как мои заслуги по форсированию реки Пилица 15-16 января 1945 года (я об этом рассказал выше), приписали в заслугу командиру танковой роты ст. лейтенанту Орликову А., тогда как он участие в выполнении этого задания не принимал, а находился с ротой на сборном пункте 44 ТБР на южном берегу Пилицы.

А теперь несколько извлечений из книги «Танки идут на Берлин», генерала армии А.Л. Гетмана, в подтверждение написанного: « Экипажи командиров взводов лейтенантов И.Х. Кравченко и младших лейтенантов Г.А. Виноградова и В.М. Бенберина из состава роты ст. лейтенанта Орликова с ходу сбили боевое охранение противника, оборонявшего подходы к реке и стремительным рывком вышли на южный берег Пилицы.» (стр. 255). Это ложь, танковый взвод лейтенанта Кравченко И.Х. - взвод моей роты, действующей в ГПЗ (читайте подход моей роты к реке Пилица).

Еще фрагмент: «Первой начала форсировать реку вброд уже отличившаяся при подходе к ней танковая рота ст. лейтенанта A.M. Орликова, а за ней многие другие». Это вранье. Вброд форсировал первым реку Пилица я на своем танке, по заданию полковника Гусаковского И.И., в присутствии его самого, подполковника Кагановича и других офицеров (см. описание форсирования реки).

Еще фрагмент: «Чрезвычайно трудно было одолеть реку и первыми были танкисты ст. лейтенанта Орликова A.M., форсировав реку они стремительно вышли на помощь автоматчикам. Экипажи лейтенанта Кравченко И., младших лейтенантов Виноградова Г.А. и Венберина огнем и гусеницами уничтожали живую силу и технику врага,». Это - вымысел и ложь. Форсирование реки вброд было отменено полковником Гусаковским в связи со сложностью выхода моего танка из реки на северный берег, кроме этого взвод лейтенанта Кравченко из состава моей роты и находился в моей роте на южном берегу в сборном пункте 44 гв. ТБР (стр. 256-257).

«За проявленный героизм и отвагу многие воины 44 гв. ТБР и 1454 самоходно-артиллерийского полка были награждены орденами и медалями, а ст. лейтенант А.В. Меньшиков, A.M. Орликов, лейтенанты И.Х. Кравченко и П.Ф. Колесников, мл. лейтенант В.Н. Бенберин и старшина С.Г. Амеличкин - получили звания Героев Советского Союза 27.02.1945 г. (стр. 257).

Для меня же святой принцип: «Никто не забыт, ничто не забыто» - не возымел применения, будучи раненым, я оказался забытым. Почему?

Полковник в отставке КАГАНОВИЧ Шая Иосифович.


Родился в 1907 году в местечке Городец, Рогачевского района Белоруссии. С 1930 года по 1955 год проходил службу в рядах Красной Армии, начиная с рядового красноармейца и закончил в звании полковника. С 1940 по 1941 год - начала Великой Отечественной войны -служил в штабе Белорусского Военного округа офицером инженерных войск округа. До этого окончил инженерное училище в городе Ленинграде и до округа проходил службу командиром взвода и заместителем командира инженерного батальона по технической части.

- Войну я встретил в Минске, - рассказывает Шая Иосифович, - с первого дня войны начал выполнять боевые задания начальника инженерных войск округа тов. Васильева. Он направил меня с саперами в район Барановичей с задачей: уничтожить сооружения, которые не должны были попасть в руки противника. Второе задание в июле 1941 года я получил после отступления наших войск от города Смоленска. Минировать основные объекты города. При следовании по дороге из Смоленска в город Вязьма, не доезжая до города Дорогобуш, я встретил большую колонну людей и разной нашей техники, которые стояли без движения потому что мост через реку Дорогобуш был взорван. И технику перенаправить не было возможности. В это время вся колонна, в том числе и мы, были обстреляны десантом противника. При интенсивном минометном огне наши люди несли большие потери. Я волной от взрыва был оглушен и один глаз получил повреждение (глухота мучает меня до сих пор).

Через некоторое время в этот район подъехал на броневичке представитель штаба фронта. Он взял командование на себя, приказал всеми имеющимися средствами в колонне открыть огонь по десанту противника, и десант был уничтожен.

Сначала саперы сделали через реку Дорогобуш пешеходный переход, а затем приступили к строительству большегрузного моста. Я и мой водитель с трудом переправились на тот берег по пешеходной переправе, а там в медсанбате мне и оказали медицинскую помощь, сделали перевязку. После чего мы на попутных машинах доехали до штаба фронта, который находился в городе Вязьма (наша полуторка была разбита во время налета авиации противника).

Доложив обстановку начальнику инженерных войск тов. Васильеву, отделом кадров фронта я был направлен в штаб инженерных войск 29 армии на должность пом. начальника инженерных войск по техническому снабжению, где воевал до 1942 года.

В 1942 году 29 армия была расформирована и я был назначен помощником начальника инженерных войск 1 - и танковой армии, в которой я воевал до конца ВОВ. Начальником моим был полковник Харчевин Ф.П. После окончания войны я продолжал служить в штабе 1-й гв. ТА старшим офицером штаба инженерных войск армии до 1949 года.

1949 году по замене меня направили служить в город Прохладное на должность зам. командира инженерного полка по технической части. Из Прохладного этот полк перевели в город Пятигорск. В 1955 году я уволился в запас, и до сих пор проживаю в городе Пятигорске.

Вы знаете какой славный боевой путь прошла наша 1-я гвардейская танковая армия. Он отмечен такими героическими вехами, как битва на Курской дуге, освобождение Польши и победоносный штурм Берлина. Итоги Курской битвы достаточно проанализированы историками. Известно, что именно после июльских боев 1943 года Советская Армия перешла в общее наступление от Великих Лук до Азовского моря и дошла до Берлина.

Мы знаем хорошо, что бои на Курской дуге были жестокими. Вот один из эпизодов. 6-й танковый корпус 1-й гв. ТА, которым командовал генерал Гетман А.Л., держал оборону на Белгородско - Курском направлении. 5 и 6 июля 1943 года гитлеровцы по 5-6 раз в день, силами до 100 и более танков, пытались атаковать наши танковые части на этом направлении. Генерал Гетман по телефону вызывал на помощь наших саперов с минами. В трубке раздавался голос генерала: «Жарко, давайте побольше противотанковых мин».

Ввиду того, что фашисты пополнили свои войска на этом фронте новыми танками типа «Тигр», у которых броня была толщиной до 100 мм и более, мне пришлось вместе с нашими саперами делать из мин связки по 4-5 штук (20-25 кг.) и срочно минировать передний край обороны танкового корпуса. А делалось это так. В сарае не далеко от Обоян, я мобилизовал мальчишек и стариков из тыла (так как саперы были на передовой), они связывали по 4-5 пятикилограммовых мин в одну пачку, грузили их в машину и я в автомобиле отвозил их на передний край.

И таким образом гвардейцам танкистам, артиллеристам, пехоте с помощью саперов удалось задержать и разгромить противника.

За героизм, проявленный в этих боях, многие воины были отмечены правительственными наградами. Я был награжден орденом Красной Звезды, сержант-сапер Хоха Михаил Антонович (жил в Зеленокумске) и командир саперного батальона Темкин, также были награждены правительственными наградами.

Запомнились мне форсирование реки Вислы и бои на Сандомирском плацдарме.

Противник стремился любыми путями не допустить захвата и удержания Сандомирского плацдарма, бросил туда все свои резервы, чтобы ликвидировать плацдарм на западном берегу Вислы.

Гитлер объявил западный берег Вислы «последним рубежом Германии», и поэтому стремился опередить события - укрепить этот берег.

Командование нашего 1-го Украинского фронта потребовало от 1-й гв. ТА опередить противника, форсировать Вислу с хода, занять левый берег и создать там плацдарм. Задача была сложной, противник принимал все меры, чтобы не допустить строительства переправы и форсирования нами Вислы. Его авиация делала непрерывные налеты, бомбя и обстреливая участок переправы. Висла на участке переправы имела глубину до 4 метров и ширину до 300. Берега реки и подходы к ней - болотистые. Все это значительно осложняло обстановку. И только благодаря героизму и мужеству наших воинов, река Висла была форсирована. В конце августа 1944 года наши войска завершили ликвидацию Сандомирской группировки противника.

В ходе этой операции саперы доказали высокое мастерство и героизм. При форсировании Вислы под шквальным огнем пришлось нам восстанавливать переправу. Самолеты противника, не смотря на сильный огонь наших противовоздушных средств, постоянно бомбили. Но движение наших войск продолжалось по восстановленной переправе. Особенно отличились сапер Чупин Алексей Михайлович, который спас много пехотинцев, свалившихся с моста во время бомбежки. Ефрейтор Ковальский, который своим катером возил патроны с танками на противоположный берег. Катер был пробит пулями и осколками, но мужественный ефрейтор, изрезав свое обмундирование, забивал им пробоины в бортах и продолжал выполнять задачу.

Многие саперы за эти бои были награждены орденами и медалями, а саперам Чупину и Ковальскому были присвоены звания Героев Советского Союза.

Я, майор Холопов и полковник Шхиян, за обеспечение этой переправы были награждены орденами Отечественной войны 2-й степени.

В одной из бесед с воинами командующий 1-й гв. ТА Катуков Михаил Ефимович очень тепло отозвался о воинах-саперах. Он сказал: «Какие герои наши саперы! Их бомбят и обстреливают! Они всегда впереди. Танкисты и то их мужеству удивляются. Они говорят: «Нам за броней только одна угроза - прямое попадание бомбы или вражеского снаряда, а саперы всегда уязвимы для любого вражеского стрелка. Вы - саперы - гордость армии, и относиться к вам без уважения нельзя! Для танкиста ошибка не всегда смертельна, ее можно исправить, а саперу ошибаться нельзя: сапер ошибается только один раз».

20 апреля 1945 года штаб 1 гв. ТА получил приказ командующего фронтом, в приказе была поставлена армии историческая задача: «Ворваться в Берлин и водрузить знамя Победы. Выполняя этот приказ части 1-й гв. ТА устремились к Берлину, начался последний и решительный бой. Исчезли надписи на дорогах, к которым привыкли солдаты и офицеры: - До Берлина 70 км., -40, -30... Для того чтобы попасть в Берлин необходимо было форсировать последнюю водную преграду - реку Шпрея. С противоположного берега реки противник вел ожесточенный огонь из всех видов оружия в том числе и тяжелого. Но уже никакая сила не могла остановить наших воинов. Мне и майору Холопову (сейчас он генерал-майор в отставке) было приказано обеспечить форсирование Шпрей частями 11 гв. корпуса, которыми командовал тогда полковник Бабаджанян Амазас Хачатурович. В наше распоряжение был придан понтонный батальон 17-й инженерной бригады (- одной из рот этого батальона был Бабкин А. Г., живущий сейчас в Ипатово Ставропольского края). Мост через реку Шпрею был взорван. Командир механизированного батальона доложил, что на противоположном берегу имеется плацдарм и можно навести переправу. Мы находились в землянке у берега реки, которая являлась командным пунктом командира механизированного батальона. Но как только первым паром с погруженным танком приблизился к левому берегу, огнем артиллерии и фаустников танк был поврежден и загорелся. Весь расчет парома погиб. Мы в землянке остались невредимы.

Весь этот день наши части вели бой с противником и только к вечеру нам удалось переправить передовой отряд танкистов, а потом навели понтонный мост и все соединения и части корпуса форсировали реку Шпрея, и вышли в район пригорода Берлина.

За эту операцию я, майор Холопов и наши понтонеры были награждены правительственными наградами, а погибшие воины - награждены посмертно.

Мои ратные дела за войну отмечены 6 боевыми орденами и рядом медалей.

Я уже рассказывал что в 1949 году убыл по замене в инженерный полк, который находился в Северо-Кавказском военном округе.

В 1954 году наш полк, в том числе и я, участвовали в подготовке и проведении испытаний малой атомной бомбы на Тоцком полигоне. Сначала полк участвовал в создании сооружений для укрытия людей наблюдавших за взрывом. В одном из подготовленных убежищ находились офицеры и генералы Министерства Обороны, в том числе и Маршал Советского Союза Жуков Г.К. Мне и зам. командира полка разрешили тоже присутствовать в этом сооружении.

После испытания мне и приданным мне саперам в специальных средствах защиты пришлось работать в эпицентре взрыва, готовить дорогу для проезда комиссии МО, которая должна была осмотреть и дать заключение о результатах взрыва. Когда мы закончили работу и вышли из зоны заражения измерили уровень радиации на поверхности средств защиты, оказался уровень равный 17 р/час. Нас сразу же подвергли санитарной обработке, переодели в новое обмундирование и мы отправились в часть.

Наш полк участвовал на параде войск, принимавших участие в этих испытательных работах. Парадом командовал Маршал Жуков, присутствовал на параде Министр Обороны Булганин.

На другой год я уволился в запас и сейчас проживаю в Пятигорске, веду все годы военно-патриотическую работу среди населения и особенно среди молодежи города и Кавминвод. Постоянно участвую во встречах ветеранов нашей славной 1-й Гвардейской танковой армии.

Пишет о себе бывший рядовой 20 гв. механизированной бригады ПЕТРОВ Иван Леонтьевич.


... Ты пишешь, чтобы я сообщил тебе что-то о своей военной фронтовой жизни для книги. Никаких подвигов я не совершал, воевал как и все. После Сандомира я попал в госпиталь по болезни с диагнозом - мастоидит с поднадкостным абсцессом, где провалялся полтора года (чуть дуба не дал). Госпитальная врачебная комиссия хотела списать меня совсем, но я отказался от этого и возвратился в свою часть. До этого я был ротным стрелком, на Сандомире был наблюдателем - ракетчиком в ячейке управления командира роты. После возвращения из госпиталя меня назначили старшим писарем техчасти, а с января 1945 года - старшим писарем батальона. Сам понимаешь, что с этого времени я непосредственно в боях не участвовал, хотя иногда приходилось попадать в сложные ситуации на территории Германии. Поэтому обо мне не стоит что-то писать. Упомянешь, что был такой-то гвардии солдат Петров Иван и этого будет достаточно.

Прочитал запоем твою книгу «Тюльпаны Байконура». Книга понравилась. Но больше всего меня все время захватывал интерес к твоей нелегкой службе и твое отношение к службе и работе в моих правилах - это очень радостно. Халтурщиков и приспособленцев я органически не терплю и от этого немало страдал в своей жизни. Спасибо тебе, дорогой фронтовой друг!

Да, Виктор Петрович, ты прожил интересную жизнь и очень жалко то, что ухудшение твоего здоровья прервало ее на самом интересном этапе. Но и сейчас ты занят нужным и очень благородным трудом, успеха тебе в нем ... Ты делаешь большое дело и тебе будут благодарны не только наши однополчане, но и все наше поколение. Спасибо тебе, дорогой боевой друг!

Рассказывает ветеран 1-й гв. ТА сержант в отставке ЖУКОВ Владимир Петрович.


В мае 1943 года Ессентукским горвоенкоматом я был направлен на учебу в Ордженикидзевское Военное пехотное училище. Через два месяца прошло сокращение училища и большое количество курсантов было отправлено в учебный батальон 35-го запасного стрелкового полка, в котором готовили младших командиров для фронта. Из учебного батальона в сентябре 1944-го да я был направлен на Первый Украинский Фронт в 27 гв. МБР 1-й гв. ТА. Командование организовало нам очень нужную и интересную встречу с командующим армии генералом М.Е. Катуковым и членом Военного Совета армии генералом Попелем Н.К., которые вселили нам большую веру в нашу скорейшую победу. Потом был показан весь боевой парк военной техники армии, которую нам разрешили осмотреть и, как говорят, потрогать руками. Я был назначен командиром мотострелкового отделения из 7 человек. Состав отделения был разнообразный, были новички и уже обстрелянные в боях. Никакой дедовщины тогда не было и в помине, все уважали друг друга как родного брата. Несмотря на то, что мы были в мотострелковой части, почти всю Польшу пришлось освобождать с боями, пешком и в полном боевом снаряжении. Наши ребята шутили: «Мотопехота расшифровывается так - мотать ногами». На танках десантом мы действовали в тылу врага до 70 километров от переднего края. И особенно на побережье Балтики.

Но особенно мне запомнился последний боевой эпизод, потому что для меня он был последним. Это произошло 26 апреля 1945 года. Предстояло форсировать реку Шйрея. Ранним утром саперы раскидали по берегу дымовые шашки, погода была тихая и дым равномерно закрыл нужный нам участок реки и противоположного берега заросшего сосновым лесом. Переправился я со своим отделением на лодке благополучно. Вокруг нас взрывались одиночные шальные мины и снаряды. Достигнув противоположного берега, мы быстро углубились в лес. Дым стал рассеваться и мы увидели, что в лесу мы смешались с фашистами, которые после незначительной автоматной перестрелки нам сдались - около 30 человек. Среди них были и пятнадцатилетние мальчишки, на которых не подогнанные шинели висели как на огородном чучеле. Далее через дачные участки мы вышли к железнодорожной насыпи 2-х колейной дороги, где нам было приказано окопаться, вырыли окопы для стрельбы стоя. Все это мы сделали в относительно спокойной обстановке. Потом нас начали обстреливать с высотных зданий снайперы, а с противоположной стороны железнодорожной насыпи - ручными гранатами. Одна ручная граната на деревянной ручке, попала рядовому моего отделения Демедюку Николаю в окоп. Он не растерялся, схватил ее за ручку, и бросил ее туда откуда она прилетела. Раздался взрыв и сильный крик, граната сыграла злую шутку со своим хозяином - фашистом.

Здесь нам много вреда принесли фашистские снайперы. 2 человека из моего отделения были убиты. Помощник командира взвода Стутшиков был тяжело ранен, пуля прошла через брюшную полость навылет. Санитарный инструктор стащил его с насыпи вниз, начал перевязывать и был ранен в руку, я продолжил перевязку и был ранен в шею. На лечение я попал в госпиталь 5-й ударной армии. Месяц меня лечили. На этом для меня закончилась война.

Сейчас я проживаю в станице Ессентукской.


От автора
Я не раз видел работу "Катюш" и всегда восхищался их делами, делами их расчетов.

В 20-х числах августа. 44 года, немецкие танки и пехота, начали атаку наших позиций и двинулись одновременно с фронта и флангов. Напряжение выросло до крайности. Мой командир батареи Павел Корчагин принимает решение о перестройке боевого порядка и огня батареи. В это время по наступающим танкам противника открыли огонь наши "Катюши". Среди командиров "Катюш" были Иванихин Марк Павлович и Зорин Леонид Александрович. И теперь они оба полковники в отставке;. Интересно, что расчеты "Катюш" подрыли под передними колесами машин грунт, направляющие снарядов поставили почти в горизонтальное положение и прямой наводкой открыли огонь по фашистским танкам. Эффект был поразителен. Загорелось сразу несколько фашистских машин, они сломав боевой порядок, начали "рыскать" в разные стороны, а это нам и нужно было. Наши артиллеристы заработали с полной нагрузкой. На поле боя взвилось большое количество факелов. По пехоте били пулемёты, минометы и другая имеющаяся у наших солдат и сержантов оружие.

Фашисты не выдержали, начали отходить. "Беда" появилась другая: сбоку от нас и в тылу появилась колонна танков. Мы уже начали разворачивать орудия, а танки-то оказались наши ИС и Т-34, нам шла. помощь, посланная Шалиным М. А.

Как рассказал мой однополчанин Михаил Кузьмич Тузлуков он был разведчиком во взводе управления дивизиона; (на встрече у меня в Кисловодске, через 45 лет после того боя), они бросили все, когда услышали, что идут танки, и убежали в трубу под ж. д. полотно, дорога проходила недалеко. А наша батарея сменила огневые позиции, вышла к железной дороге, и командиры орудий, меняя огневые позиции, расстреливали прямой наводкой немецкие танки и БТР за железной дорогой. Постепенно бой затих, слышны были только отдельные выстрелы в оврагах, во ржи и ближайших населенных пунктах.

Через 40 лет у меня в Кисловодске Марк Павлович Иванихин подробно рассказал об этом бое все детали. И в этот раз он подарил мне книгу о 1 гв. ТА в Курской битве. Сейчас он живет в Москве, возглавляет одну из районных организаций ветеранов - Катуковцев. И он заложил начало нашей Северокавказской организации ветеранов - Катуковцев.

Вспоминает БЫЧКОВ Андрей Ефимович.


Я родился в деревне Урей № 1, Мордовской АССР в 1918 году в семье середняка.

В 1940 году призван в ряды Красной Армии и направлен для прохождения службы в воинскую часть, дислоцированную в Москве.

Великую Отечественную войну встретил в Москве.

В 1942 году был направлен на Южный фронт в составе 21-го стрелкового полка в район Изюм-Барвенковского направления. Полк не успел вступить в бой, как немецкие войска прорвали фронт в этом направлении. Мы начали отходить с боями на восток. Моё подразделение вело бои отходя в направлении Северного Кавказа. Из-под города Нальчик был отправлен в эвакогоспиталь в город Орджоникидзе. Из Орджоникидзе с госпиталем эвакуирован в г. Тбилиси. После выздоровления меня направили в 21-й учебный танковый полк в город Шаумян, а потом в Ереван. После освобождения города Пятигорска от немецко-фашистских захватчиков, я с полком переехал в Пятигорск. В Пятигорске я закончил полковую школу по специальности механик-водитель танка Т-34 и с присвоением воинского звания старший сержант и вручением удостоверения механик-водитель 3 класса танка Т-34.

В 1944 году были сформированы экипажи танков Т-34 и нас отправили в город Нижний Тагил получать новые танки. После погрузки танков в эшелон нас направили в 1-й Украинский фронт в состав 1-й гвардейской танковой армии, в 1-ю танковую бригаду.

В бой вступили на территории Польши недалеко от переправы через реку Висла. В селе Лопаты наш танк был подбит противником. Танк наш сгорел, а экипаж остался живым. Всех оставшихся в живых из 1 гвардейской бригады передали в 237-ю танковую бригаду 31-го Висленского танкового корпуса. В составе этой бригады мы вступили в бой на реке Вислок за село Рузавка -Романовская. И в этом бою наш танк был подбит и сгорел. Я был ранен и получил ожег лица 2-й степени. Лечился в госпитале в городе Львове.

Окончание войны встретил в Германии, в городе Лийнец, в составе 14-го учебно-танкового полка 1-го Украинского фронта.

Больше ничего добавить не могу. Высылаю своё фото.


Интересна судьба и других Катуковцев.

Интересная судьба Виктора Васильевича НАУМОВА.


Родился он в Оренбурге в семье рабочих. Там же -окончил школу. В июне 1941 года 17-летним пареньком поступил в Пензенское артиллерийское училище. Через неделю началась война. А через 3 месяца училище было отправлено на фронт, под Москву. Сформированная из курсантов военных училищ (пехотных, саперных, артиллерийских) 29 стрелковая бригада встала на защиту Родины на подступах к Москве. Стояли, как говорят, насмерть. И город Дмитров не сдали. А бригада получила наименование 1-й Гвардейской стрелковой. Интересно, что первым знаменосцем гвардейского Знамени, после его вручения, был мой боевой друг Виктор Наумов. Здесь он получил первое ранение. После ранения в 42-43 годах был командиром отделения разведки в артдивизионе 42 гвардейской стрелковой дивизии. В сентябре 1943 г. был ранен перед Днепром и пролечился в госпитале до конца 1943 г. После этого он попал в артдивизион 21 гвардейской механизированной бригады. I гв. ТА. Так и получилось -из одной части в другую. А там всегда новичок. И теперь уж он воевал в своем дивизионе на должности командира отделения разведки 2 батареи, которой командовал старший лейтенант Ноздрин.

Командиром взвода у него был мой друг старшина Сабирьянов Газизьян, ушедший из жизни 7.11.1990 года. Так что Витя теперь переносил все тяготы фронтовой жизни вместе с Газизьяном и под его началом.

Подлинным испытанием всех его качеств воина, как и всех нас, явилось Сандомирское сражение, где опять Виктор был ранен. Трудно сейчас описывать все детали этого сражения, но я знаю, что Виктор Наумов был настоящий боец, умелый и заботливый командир. Друга в беде он никогда не оставит. Недаром грудь его украшали две медали «За отвагу». Эти награды любили все воины, в том числе и офицеры.



Достарыңызбен бөлісу:
  1   2


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет