Хроника капитана блада



жүктеу 2.6 Mb.
бет11/11
Дата02.04.2019
өлшемі2.6 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

- Как ты смеешь, паршивый ублюдок, бросать мне в лицо такие слова! "Измена слову"! - Истерлинг выхватил из-за пояса пистолет. - Вон с моего корабля и скажи своей своре, что, если к полудню твоя паршивая посудина все еще будет торчать здесь, я ее пущу ко дну. Отправляйся!

Пайк весь дрожал от негодования. Оно придало ему храбрости, и он пошел со своего главного козыря.

- Что же, прекрасно, - сказал он. - Тогда тебе придется иметь дело с капитаном Бладом.

Пайк рассчитывал взять капитана Истерлинга на испуг, но никак не ожидал, что этот испуг может принять подобные размеры, и не учел, на что способен такой человек, как Истерлинг, когда, охваченный паникой, ослепленный яростью, он очертя голову ищет выхода.

- Капитан Блад? - повторил Истерлинг и скрипнул зубами; лицо его налилось кровью. - Значит, ты побежишь жаловаться капитану Бладу? Так ступай жалуйся сатане в аду! - И он в упор выстрелил капитану Пайку в голову.

Пираты в ужасе отпрянули в сторону, когда тело Пайка рухнуло на решетку люка. Истерлинг хрипло рассмеялся: видали, мол, слюнтяев! Галлоуэй невозмутимо взирал на происходящее, его обезьяньи глазки остро поблескивали.

- Уберите эту падаль! - Истерлинг дымящимся пистолетом махнул в сторону неподвижного тела. - Вздерните его на нок-рею. - Пусть эти свиньи там, на "Велиэнте", знают, что ждет всякого, кто посмеет перечить капитану Истерлингу.

Протяжный крик, полный ужаса, скорби и гнева, разнесся над палубами бригантины, когда ее команда, столпившаяся у левого фальшборта, увидела сквозь сетку снастей "Гермеса" безжизненное тело своего капитана, повисшее на нок-рее "Авенджера". Это зрелище настолько приковало к себе все взоры, что никто не заметил, как к правому борту бригантины неслышно скользнули две индейские пироги, и высокий мужчина" в черном, расшитом серебром костюме, поднялся по трапу на палубу. Пираты обнаружили его присутствие, лишь когда у них за спиной прозвучал его ясный, твердый голос:

- Я, кажется, немного опоздал.

Все обернулись и увидели, что капитан Блад стоит на крышке люка, положив левую руку на эфес шпаги; увидели его лицо, затененное широкими полями шляпы с плюмажем, и его глаза, в которых горело холодное, чистое пламя гнева. Пораженные, они смотрели на него, словно на привидение, не веря своим глазам, спрашивая себя, как он очутился здесь.

Наконец Тренем бросился к нему, глаза его возбужденно сверкали на потемневшем от горя лице.

- Капитан Блад, это в самом деле ты? Откуда же?..

Капитан Блад легким взмахом тонкой, гибкой руки, утопавшей в пене кружев, прервал его:

- Я все время был поблизости от вас, после того как вы высадились на перешейке, и знаю, что с вами произошло. Да ничего другого я и не ждал. Но надеялся все же, что успею предотвратить беду.

- Но ты покараешь вероломного убийцу?

- Да, и притом немедля, можешь не сомневаться: такое чудовищное преступление требует мгновенного воздаяния. - Голос капитана Блада звучал мрачно, столь же мрачно было и его чело. - Пошли вниз всех, кто умеет наводить орудия.

Начавшийся прилив повернул бригантину корпусом вдоль пролива; она стояла теперь носом к другим кораблям, и потому открытие бортовых орудийных портов могло пройти незамеченным.

- А на что нам сейчас пушки, капитан? - удивился Тренем. - Мы же не можем вступать в бой. У нас и людей мало и орудий.

- Хватит на то, что от вас потребуется. Такого рода дела решаются не только людьми и пушками. Истерлинг поставил вас в этом проливе, чтобы вы послужили щитом для его кораблей. - Блад коротко, сухо рассмеялся. -Скоро ему придется уразуметь, насколько это невыгодно для него стратегически. Да, да, придется. Пошли своих канониров вниз. - И он тут же начал быстро отдавать другие распоряжения: - Восемь человек пусть спустятся в шлюпку. За кормой стоят две пироги, полные людей, - они помогут нам верповать судно для бортового залпа, когда настанет время. Отлив нам поможет. Всех остальных матросов до единого пошли в рангоут, чтобы отдать паруса, как только мы выйдем из пролива. Ну, живее, Тренем, шевелись!

И он спустился вниз на батарейную палубу, где орудийная прислуга уже готовила пушки. Его слова и уверенный вид вдохнули бодрость в людей, и они повиновались ему беспрекословно. Они не понимали, что он затевает, но верили в него, и это укрепляло их дух; они знали, что капитан Блад отомстит Истерлингу за убийство их капитана и за все нанесенные им обиды.

Когда пушки были в боевой готовности и фитили задымились, капитан Блад снова поднялся наверх.

Две пироги с индейцами и большая шлюпка бригантины стояли за ее кормовым свесом и не были видны с других кораблей. Буксирные, тросы принайтовили, и в лодках ждали только команды.

По предложению Блада Тренем не стал поднимать якоря, но только выпустил якорную цепь, и все налегли на весла. Отлив облегчил верпование судна, и бригантина стала медленно поворачиваться корпусом поперек пролива. А капитан Блад тем временем уже снова спустился вниз и давал указания канонирам правого борта. Пять пушек навели на румпель "Гермеса", остальные пять должны были смести его ванты.

Когда бригантина начала поворачиваться, и это было замечено на других кораблях, там пришли к заключению, что напуганная участью, постигшей их капитана, команда почла за лучшее убраться восвояси, и с палубы "Гермеса" в адрес уходящего корабля полетели насмешливые напутствия и улюлюканье. Но не успели эти возгласы замереть, не успели их подхватить на "Авенджере", как рев десяти пушек, стрелявших прямой наводкой, послужил им ответом.

Под этим внезапным мощным бортовым залпом "Гермес" покачнулся, задрожав от носа до кормы, и отчаянные вопли людей потонули в хриплых криках вспугнутых птиц, тревожно закруживших над кораблем.

А Блад уже был на верхней палубе, которая еще дрожала от залпа. Он вгляделся в поднявшееся над кораблем облако дыма и пыли и улыбнулся. Румпель "Гермеса" был разбит в щепы, грот-мачта сломана, и верхушка ее повисла на вантах, а в фальшборте бака зияла большая пробоина.

- Ну, а дальше что? - с нескрываемым волнением и тревогой спросил Тренем. Капитан Блад поглядел по сторонам. Бригантина хотя и медленно, но упорно двигалась вдоль узкого пролива: еще немного - и она выйдет в открытое море. С севера задувал свежий бриз.

- Поднимай якорь, ставь паруса и веди ее по ветру.

- Но они погонятся за нами, - сказал молодой моряк.

- Да, я надеюсь. Но не сразу. Погляди, в какое положение они попали. Только тут Тренем понял до конца, - что сделал капитан Блад. "Гермес", у которого был разбит руль и сломана грот-мачта, стал неуправляем и забаррикадировал пролив; теперь капитан Истерлинг, сколько бы он ни бесился, был лишен возможности атаковать бригантину.

Да, Тренем понял все и был восхищен искусством Блада, но тем не менее далек от того, чтобы праздновать победу.

- Ну что ж, погоню ты, конечно, сумел отсрочить. Однако рано или поздно она начнется, и рано или поздно нас всех потопят, как крыс. Ведь этот дьявол Истерлинг только об этом и мечтает.

- Да, конечно, надеюсь, что так. Во всяком случае, я сильно распалил это его желание.

Матросов с большой шлюпки подняли на борт, а пироги с индейцами были уже далеко. Они взяли курс прямо на север, держась вдоль берега. Бригантина шла под ветром, и Риф Галлоуэя, маленький островок за ее кормой, становился все меньше. Вся команда была на палубе. Капитан Блад на полуюте прислонился к поручням рядом с Тренемом. Он сказал, обращаясь к матросу, стоявшему внизу у румпеля:

- Клади руля, мы делаем поворот оверштаг. - Заметив тревогу, отразившуюся на лице Тренема, он улыбнулся. - Не волнуйся. Доверься мне и пошли людей к пушкам левого борта. Они там на своих кораблях еще не выпутались из этой ловушки, и мы отсалютуем им на прощание. Клянусь честью, ты можешь мне довериться. Это ведь не первый морской бой для меня, а болвана, которого мы должны проучить, я знаю вдоль и поперек. Ему никогда и в голову не придет, что у нас может хватить нахальства вернуться. Спорю на всю твою долю моргановского клада, что он даже не открыл еще свои порты. Все произошло так, как предсказал капитан Блад. Когда они, идя в крутой бейдевинд, приблизились к бухте, "Гермес" только еще кончили верповать, чтобы дать проход "Авенджеру", и тот на веслах, пользуясь отливом и поставив блинд, медленно продвигался к проливу.

Истерлинг, вероятно, не поверил своим глазам, когда бригантина, которая, по его мнению, должна была на всех парусах спасаться бегством, вновь появилась перед ним. И как же заскрипел он своими ослепительно белыми зубами, когда она, хлопая парусами, замерла на мгновение на месте и дала бортовой залп по его кораблю, прежде чем взять прежний галс на северо-восток. В спешке Истерлинг ответил ей беспорядочной пальбой из своих носовых пушек, совершенно не достигшей цели, и, на скорую руку убрав обломки и залатав пробоины, пустился, пылая местью, в погоню, с твердым решением потопить наглое судно со всей его командой.

Бригантина успела отдалиться примерно на милю к северо-востоку, когда Тренем увидел, что "Авенджер" выбрался наконец из узкого пролива в открытое море и, подняв все паруса на всех реях, взял курс прямо на их корабль. Это выглядело довольно устрашающе. Тренем повернулся к капитану Бладу.

- Ну, а что дальше, капитан? Что мы теперь будем делать?

- Поворот оверштаг, - прозвучал поразивший Тренема ответ. - Вели рулевому держать курс на северную оконечность острова.

- Но мы тогда приблизимся к "Авенджеру" на расстояние выстрела.

- Не важно. Мы проскочим сквозь его огонь. Или скроемся за мыс. Но этого, думаю, не потребуется.

Бригантина сделала поворот оверштаг и снова пошла на сближение с "Авенджером". Капитан Блад в подзорную трубу пристально вглядывался в скалистые очертания островка. Тренем, переминаясь с ноги на ногу от волнения, стоял рядом с капитаном.

- Что ты там высматриваешь, Питер? - спросил он с проблеском надежды в голосе.

- Моих друзей-индейцев. Они развили хорошую скорость и уже скрылись из глаз. Все будет в порядке.

“Что-то не похоже!" - подумалось Тренему. "Авенджер" повернул на румб к ветру, чтобы быстрее перехватить их судно. Из его носового порта грохнула пушка, и круглое ядро подняло фонтан брызг примерно в кабельтове от кормы "Велиэнта".

- Он берет прицел, - бесстрастно промолвил капитан Блад.

- Ясное дело, - подтвердил Тренем; в голосе его прозвучала горечь. Мы беспрекословно повинуемся тебе, капитан, а какой будет конец?

- Конец, сдается мне, очень близок - он идет под всеми парусами, сказал Блад, указывая куда-то вдаль своей подзорной трубой.

Из-за северной оконечности островка появился большой красный корабль, увенчанный громадой белоснежных парусов. Огибая мыс и поворачивая к югу, он величественно шел под ветром, залитый ослепительными лучами полуденного солнца. Он был уже на траверсе бригантины - между нею и островом, когда пораженный Тренем обрел наконец дар речи, а над палубой "Велиэнта" разнеслись ликующие крики матросов. Бледный от волнения, с горящим взором, Тренем повернулся к капитану Бладу.

- "Арабелла"!

Блад насмешливо улыбнулся.

- А ты, верно, думал, что я добрался сюда просто вплавь или пересек океан в пироге и моя единственная цель - дать Истерлингу возможность позабавиться, погонявшись за мной немного по морю и утопив меня под конец? А может быть, ты просто не подумал о том, откуда я тут взялся? Ну вот и Истерлинг об этом не подумал. Зато теперь ему придется подумать. И подумать крепко, клянусь честью! Верно, он и сейчас уже задумался.

Однако капитан Блад ошибался: Истерлинг не задумывался ни над чем, он потерял всякую способность соображать. Обезумев от ужаса при виде этого грозного корабля, который шел прямо на него, сопутствуемый благоприятным ветром, он в отчаянии сделал попытку укрыться снова в гавани, из которой его так ловко выманили. Если бы ему это удалось, узость пролива и пушки "Гермеса" послужили бы для него надежной защитой против любого нападения. Однако он должен был бы понимать, что ему не видать этой гавани как своих ушей, что никто не позволит его кораблю скрыться туда. И когда ядро ударило сбоку в нос фрегата, Истерлинг не подчинился этому требованию сдаться, и тотчас бортовой залп двадцати тяжелых пушек по борту корабля, прямо подставленному под огонь противника, нанес ему такие повреждения, что он был лишен возможности дать хотя бы ответный залп. "Арабелла" же, которой командовал старина Волверстон, проворно сделала поворот оверштаг и дала второй бортовой залп с еще более близкого расстояния, чтобы довершить начатое. Получивший огромные пробоины в наиболее уязвимых местах, "Авенджер" начал погружаться носом в воду.

И тут над палубами бригантины разнесся жалобный, скорбный вопль, похожий на причитания над мертвецом, заставивший вздрогнуть капитана Блада.

- Что такое? Кого они оплакивают? - с недоумением спросил он.

- Они оплакивают клад! - ответил ему Тренем. - Моргановский клад.

Капитан Блад нахмурился.

- Да, Волверстон, как видно, чересчур увлекся и забыл про него. - Затем чело его прояснилось, он вздохнул и пожал плечами. - Что ж, ничего не поделаешь. Теперь клад уже на дне моря. Значит, туда ему и дорога. "Арабелла" легла в дрейф и спустила шлюпки, чтобы подобрать барахтавшихся в воде матросов с затонувшего корабля. Истерлинг, у которого не хватило отваги пойти на дно вместе со своим фрегатом, был выловлен наряду с остальными и по приказу капитана Блада доставлен на борт "Велиэнта". Казалось, трудно было бы сильнее уязвить его душу, и все же он был уязвлен еще глубже, когда, ступив на палубу бригантины Пайка, увидел перед собой капитана Блада. Так, значит, слова Пайка были не простой угрозой. Истерлинг попятился. Он был испуган - быть может, в первый и последний раз в своей жизни. Темные глаза его на побелевшем от ужаса лице вспыхнули бессильной яростью, как у затравленного зверя.

- А, так это был ты! - пробормотал он.

- Если ты имеешь в виду, что это я занял место убитого тобой Пайка, то ты не ошибся. Было бы лучше для тебя, если бы ты честно, без обмана рассчитался с ним. Вероятно, ты мог бы почерпнуть из школьных прописей, что обман никогда не ведет к добру. Хотя я не уверен, что ты когда-нибудь посещал школу. Но существует ведь еще одна поговорка, которой я обучил тебя много лет назад и которую, как говорят, ты любил повторять: "Никогда не зарься на то, что тебе не по зубам".

Он ждал ответа, но его не последовало. Истерлинг, ссутулив могучие плечи, понурив голову, мрачно глядел на него исподлобья и молчал. Капитан Блад вздохнул.

- Мне в общем-то нет до тебя дела. Пусть тобой занимаются эти люди, которых ты обманул, капитана которых ты убил. Они должны судить тебя и решить твою судьбу. Он направился к забортному трапу, спустился в шлюпку, только что доставившую на борт Истерлинга, и возвратился на свою "Арабеллу". Дело было завершено, и его затянувшийся поединок с Истерлингом пришел к концу.

Часом позже "Арабелла" и "Велиэнт" бок о бок устремили свой бег на юг. Очертания Рифа Галлоуэя быстро таяли на горизонте за кормой. На борту поврежденного "Гермеса", застрявшего в заливе, как в ловушке, Галлоуэю и его команде оставалось только думать и гадать о том, что произошло в открытом море за скалистыми утесами острова, и пытаться собственными силами выпутаться из беды.







Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет