Книга 3 И. Медведева Ученичество Александра Медведева



жүктеу 4.18 Mb.
бет14/17
Дата02.04.2019
өлшемі4.18 Mb.
түріКнига
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   17

В этой главе я расскажу о модели мира одной из моих любовниц. Ее я выбрал по нескольким причинам - во-первых ее модель мира была более или менее типичной для женщин шестидесятых-семидесятых годов, получивших высшее обра­зование и имеющих достаточно высокий культурный уро­вень. Во-вторых, в данном случае я могу быть твердо уверен в том. что мое представление о протекавших в ее душе процес­сах в значительной мере приближено к истине, поскольку не является плодом моего воображения и логических заключе­ний. а целиком основывается на дневнике, посвященном на­шим отношениям и написанном ею самой.

Я обнаружил этот любопытный документ среди своих книг и вещей, хранившихся в Галиной квартире. Не знаю, оказался ли он там случайно, или Галя хотела, чтобы я его прочитал, но дневник показался мне настолько любопытным. что я позаимствовал его с целью, внимательно изучив его в спокойной обстановке, еще глубже проникнуть в суть зага­дочной женской души. Возможно потому, что дневник велся в течение довольно короткого промежутка времени, хозяйка никогда не вспоминала о нем, и я даже не уверен, что она об-

наружила его исчезновение.

Но сначала я вкратце расскажу историю наших взаимо­отношений. Галя была на десять лет старше меня и препода­вала в сельхозинституте. Она была умной, начитанной, неза­висимой и достаточно привлекательной женщиной. Положе­ние преподавателя сельхозинститута в то время считалось вполне престижным, и Галя гордилась тем. что добилась столь хорошего социального положения своими собственны­ми силами. Это давало ей возможность смотреть свысока на окружающих мужчин, особенно не являющихся преподавате­лями сельхозинститута, и в определенной степени ставить себя выше их. Она считала себя искренней и правдивой и все­гда утверждала, что ненавидит ложь.

Мы познакомились с Галей в сельхозинституте. К ее дос­тоинствам. привлекшим мое внимание, относились как внешность и интеллект, так и обладание однокомнатной квартирой прямо рядом с институтом, в которой я имел воз­можность отсыпаться и отдыхать днем перед очередными тренировками.

Наш роман начался достаточно плавно, но вполне бурно и красиво. Когда я поинтересовался, нужно ли нам предохра­няться для предотвращения нежелательной беременности. Галя объяснила, что с этим проблем не возникнет, и она при­нимает все необходимые меры предосторожности, чтобы не иметь детей. Поэтому когда она сообщила мне. что беремен­на, я отнесся к этому спокойно, но слегка удивился. Галя ска­зала, что хочет родить ребенка, но это ее личное решение, и я не имею к этому никакого отношения, так что могу ни о чем не беспокоиться.

Беременность плохо повлияла на галин характер, и в ее поведении появились раздвоенность и непредсказуемость. Она то демонстрировала мне любовь, то заявляла, что я -мальчик, которому только предстоит стать мужчиной, и пе­риодически устраивала скандалы и сцены, в которых я ока­зывался виноватым в том. что не понимаю ее высоких душев­ных переживаний.

В чем заключались эти высокие переживания, она так и не желала объяснять, видимо, ожидая, что я должен читать ее мысли, и. портя нервы себе и мне, регулярно устраивала эмо­циональные провокации, пытаясь манипулировать мной. но я, как всегда в таких случаях, держался спокойно и нейтраль­но. отказываясь вступать в конфликты, и. поскольку ей не удавалось удовлетворить жажды, основанные на внутренних противоречиях и непонимании самой себя. ее недовольство нарастало, окончательно отравляя все хорошее, что было в наших отношениях.

Когда родился сын. она продолжала утверждать, что ре­бенок - только ее. и я не имею к нему никакого отношения, но попросила официально признать мое отцовство, чтобы сын не чувствовал себя ущемленным, что я и сделал. Так появился еще один Саша Медведев.

Однако, несмотря на свои заверения, Галя продолжала вести, скорее подсознательно, чем сознательно, свои игры, в надежде получить от меня столь необходимые ее неудовле­творенным жаждам эмоциональные отклики.

Я понимал, что, невзирая на все ее утверждения о ник­чемности мужчин, своей самостоятельности и эмансипированности. больше всего в наших отношениях Галю угнетало отсутствие контроля надо мной. и, не сумев приобрести этот контроль как женщина, она теперь хотела добиться его, как мать моего сына. В глубине души Галя мечтала, чтобы я, по­добно героям душещипательных индийских фильмов неожи­данно почувствовал неодолимый голос крови и принялся бо­роться за свое место в сердце ребенка, давая ей возможность проявить благородство и уже самой решать, какое положение я могу занимать в ее жизни и жизни ее сына.

Поскольку я спокойно соглашался со всеми ее решения­ми и не проявлял желания бить себя в грудь и проливать сле­зы отцовской любви, Галя, вместо того, чтобы разобраться в себе самой и своих собственных желаниях, и просто по-человечески поговорить, прибегла к очередной серии мелких женских трюков, столь любимых кинорежиссерами.

Так она, естественно после того, как ребенок получил мою фамилию, заявила, что это вовсе не мой сын. и даже на­звала имя человека, своего приятеля, якобы являвшегося его настоящим отцом. Потом она торжественно заявила мне, что сказала сыну (который в ту пору был слишком маленьким. чтобы как следует что-нибудь понимать), что его папа умер. Когда и это не сработало, она сообщила сыну, что его отцом являюсь все-таки я.

Одной из очередных галиных идей было пожениться для того, чтобы она в сельхозинституте смогла получить двух­комнатную квартиру, а потом, если бы я захотел, то смог бы и развестись, но я не имел желания участвовать в махинациях

такого рода, и, устав от всех этих игр. старался держаться от нее подальше, а лучше - совсем не встречаться. Галя пыта­лась отыскать меня, чтобы в очередной раз предъявить ка­кие-то четко не формулируемые ею претензии, но застать до­ма меня было сложно, и мы почти не виделись.

Потом я переехал в Москву и через некоторое время по­лучил письмо от Гали, в котором она сообщала о своем тяже­лом материальном положении и о том, что я должен добро­вольно начать помогать сыну, иначе она перейдет к реши­тельным действиям.

- 'Ты - мои личные дела,- сообщала в письме Галя,- и вы­кинуть тебя из своей жизни я не могу. К тебе я зла не помню. но предательства не прощаю."

С тех пор в течение многих лет она продолжала писать мне письма, в которых оскорбления в мой адрес перемежа­лись с объяснениями в любви. Я не отвечал, ограничиваясь лишь переводом денег, и постепенно злость и желание оскор­бить ушли из ее писем, и они превратились в нормальные. спокойные и доброжелательные.

Галя стала прекрасной и самоотверженной матерью, и она действительно была по-своему честным, порядочным и умным человеком. Проблемой в ее отношениях со мной был целый ряд внутренних конфликтов и искажений в ее модели мира, которые настолько нарушали ее восприятие действи­тельности, что она оказалась неспособна сознательно отда­вать себе отчет в своих действиях и их последствиях. Я со сво­ей стороны относился к сыну с таким же теплом и понимани­ем. как и к любому человеческому существу, и не имел ничего против того, чтобы участвовать в его судьбе, что я и делал в первые годы его жизни.

Единственное, чего я не хотел - это превращать ребенка в орудие воздействия на меня. Использование ребенка в раз­борках между мужчиной и женщиной - один из самых рас­пространенных приемов, который используют родители для удовлетворения жажды господина и жажды контроля. В пер­вую очередь подобные манипуляции наносят вред самому ре­бенку, записываясь в его модель мира как стереотип поведе­ния в семье.

Я навсегда запомнил слова Учителя, сказавшего, что я не должен пытаться воспитывать ребенка, рожденного без моего согласия, к тому же женщиной с противоположными взгля­дами на жизнь и воспитание детей.

- Вмешиваясь в жизнь такого ребенка ты лишь травми­руешь и его и самого себя. - сказал Ли. - В него ты привнесешь двойственность, которой и так с лихвой наградит его мать. и сам ты в душе будешь страдать, видя свое бессилие в том. чтобы сделать его модель мира гармоничной и чистой. Только человек, близкий тебе по духу может быть твоим сыном и бра­том. вне зависимости от того. течет ли в его жилах твоя кровь.

Я прекрасно понимал, что хотя Галя и была готова на все ради ребенка, она. сама того не желая, передаст ему значи­тельную часть противоречий своей модели мира, и не хотел усугублять ситуацию своим вмешательством. В конце концов. Галя завела этого ребенка обманным путем, и она сама долж­на была нести ответственность за это решение. Наверняка в галиной интерпретации эта история прозвучала бы совсем по-другому, но сейчас вы увидите ее такой, какой Галя запи­сала ее в своем дневнике, ярко отражающем противоречия в ее отношении к жизни и к мужчинам и ее неумение, несмотря на страстное желание, понять саму себя.

Подобные искажения модели мира характерны для мно­гих людей, и я собираюсь прокомментировать их. потому что, осознав их на конкретном примере, становится гораздо легче видеть их в самом себе и исправлять их таким образом, чтобы ваша модель мира не приносила страданий вам самим и ок­ружающим вас людям.

Итак. обратимся к дневнику.

"Прошел январь, уже февраль 1982 года. Я сижу дома. набираюсь сил и физических, и. главное, душевных, чтобы во всеоружии вступить в новую для меня жизнь. Пока ничего не задумываю, кроме имени человечка, которого я жду.

Он будет Шурка. Долгожданный, выстраданный мораль­но. Какой он будет? Буду ли я? Перейду эту грань? Это тоже лезвие бритвы. Два мира по разным его сторонам. Один - оп­тимистический. радостный, полный забот, тревог, волнений. в общем - нормальный человеческий. Другой - тьма, обиды. разные комплексы, подозрительность. Какая моя сторона?"

Здесь мы сталкиваемся со стереотипами мышления, ти­пичными для интеллигенции шестидесятых-семидесятых го­дов. В первую очередь за счет подавления сексуальной и эмо­циональной сферы у них обнаруживалось явное доминирова­ние интеллекта, то есть головы над сердцем и телом. Отчасти это было данью моде. отчасти - уступкой среде, в которой со­циальный престиж во многом определялся уровнем интел-

лекта. и интеллектуальные изыскания в области философии вкупе с размышлениями над абсурдными с точки зрения ло­гики и здравого вопросами типа "Спасет ли красота мир?". "Имеет ли жизнь смысл?". "Существует ли высшая справедли­вость?". "Что было раньше - яйцо или курица?", были призна­ком высокого умственного развития и хорошего тона.

Сексуальная энергия у них в основном сублимировалась при чтении книг, особенно тех. в которых умствование соче­талось с высоким эмоциональным страданием и накалом.

Одним из любимых героев того периода был князь Мышкин. болезненные переживания которого были столь хорошо описаны Достоевским, что читатели впитывали в себя его мировоззрение вместе с оргазмическими потоками, возни­кавшими при сопереживании сценам страсти, безумных страданий, внутренних противоречий и смерти.

В моде было приводящее к сходным результатам творче­ство писателей-экзистенциалистов, также причинявшее дос­таточно вреда нормальному развитию человеческой психики.

В результате стереотипом поведения интеллигентного человека стала склонность к глубоким внутренним пережи­ваниям в сочетании с интеллектуализированием и философ­ствованием над неразрешимыми и не имеющими однознач­ного ответа вопросами.

Во всем дневнике Гали красной нитью проходит неспо­собность жить настоящим моментом, получать удовольствие от окружающего мира. который, в ее воображении, мы нахо­дим разделенным на две половины - мир радости и мир тьмы. Не обращая внимания на реальный мир, окружающий ее в настоящий момент и не несущий в себе никакой угрозы, она предается размышлению над вопросами, не имеющими одно­значного ответа, и потому совершенно бессмысленными:

"Какой он будет? Буду ли я? Перейду ли эту грань? Это тоже лезвие бритвы."

Размышление над подобными вопросами порождает оргазмические потоки, удовлетворяющие жажду ощущений на­меренно провоцируемым страхом неопределенности. По­скольку в Галиной модели мира не было заложено четкого умения наслаждаться жизнью и общением с людьми, жажду ощущений ей приходится удовлетворять за счет самых сте­реотипных для такого рода людей чувств - страха перед буду­щим и страдания. Мазохизм - это кайф на страдании. Духов­ный мазохизм - неотъемлемая черта многих русских интел­лигентов. Духовный мазохизм - бесконечное размышление над неоднозначными или не имеющими решения вопросами -самый простой способ для интеллектуала в случае недоста­точной или неудовлетворяющей половой жизни пробудить в себе оргазмические ощущения, иногда доводящие до экстаза, а иногда просто достаточные для удовлетворения жажды ощущений, в случае, когда реальная жизнь и реальные взаи­моотношения с людьми не могут ее полностью удовлетворить.

Неистребимая склонность кайфовать на интеллектуаль­ных построениях ярко просматривается и в письме, написан­ном мне Галей в тот период:

"Мне хорошо с тобой и плохо, и радостно, и грустно, и просто, и легко, и тревожно, и беспечно. Чего больше? Весы -баланс. Бухгалтер. Это слово себя изжило. Это понятие само перешло в другую категорию. Теперь важно вроде другое в ра­боте по этой профессии - понять механизм, найти приложе­ние силы к рычал', ту главную точку, чтобы хотя бы рассмот­реть то. что пытаешься понять.

Ничто в мире не постоянно, все усложняется, переполня­ется избыточной информацией, и когда-нибудь будет взрыв. Теория относительности.

Может и правда все было давным-далеко. потом превра­тилось в прах. теперь опять возродилось и снова ведет к кра­ху?

Наверное правда. Это ведь противоестественно, что обычное, нормальное нужно считать глупостью, нужно его бояться, скрывать, и. наоборот, глупость человеческая возве­личивается.

Как болит голова моя бедная. Хочу думать только о тебе, о нас, но не умею уйти от нахлынувшей на меня волны песси­мизма. усталости, чувства ненужности своей в этом мире.

Мне так нужны твои слова, как солнце цветку. А как же тот кактус, который цветет один раз в своей жизни? Он тоже цветок. Я люблю кактусы, потому что сама из их породы - дол­готерпение их суть. а потом неуемная сила цветения. Хорошо-то как!

Мне действительно претит половинчатость. Или все. или ничего. Не все можно делить. Есть вещи. по сути своей одно­значные. и если их разобрать, то теряется сама их суть.

Не хочу. чтобы ты меня сравнивал, не хочу тебя приру­ченного. не хочу больше видеть твоих тренировок на себе. Ты почти достиг совершенства в части искренности. Поздрав-

ляю. А теперь попробуй быть мужчиной, а не мальчишкой, и помоги мне обрести спокойствие. Мне сейчас трудно это сде­лать самой, почти невозможно, так как прежние способы аутотренировок исключаются, а новыми не овладела к сожале­нию.

Ты мне даешь возможность уединения, которого я всегда не любила, а теперь и вовсе страшусь. Слишком много нового стало во мне. непонятного, несвойственного, и одной с этим оставаться трудно. Но, как ты когда-то сказал. - сама себе та­кой путь выбрала, вот и довольствуйся. А значит и к выводам пришла соответственным.

Нам не нужно больше встречаться. Ты стал тяготиться этой своей обязанностью, а я даже в своих глазах становлюсь смешной. Если раньше наши отношения были тайной, то те­перь они становятся явью. а это в твои планы не входило.

Поэтому уходи, пока не поздно, и мне легче будет, если совесть моя будет чистой. Не сможешь ты жить и так, как спланировал свое будущее. Это пока мать жива. а потом ну­жен будет тебе человек, о котором хоть раз в неделю надо бу­дет заботиться, если не сделает тебя рабом. Наверное, мы с тобой будем друзьями, но для этого нужно время, чтобы за­быть. Давай попробуем это сделать.

Ты понимаешь, что вся моя писанина получается не от лучшего состояния духа. но так длится давно. Я всегда помню о пропасти, разделяющей нас. Здесь никакой оптимизм не поможет. А он у меня тает. как льдинка, а помогает мне жить мой неизменный дух противоречия. А насколько его хватит?

Ты в последнее время стал удивляться, что во мне много истинно женского. А кто же я? Если бы с раннего детства мне не пришлось участвовать в серьезных семейных отношениях. - кто знает, какой была бы я. и как бы жизнь моя сложилась.

Была бы музыкантом, растила бы детей, была бы непре­менно любимой женой. А так воспитала в себе мужественную женщину. Ни себе. ни другим радости.

Вот хотела пожить по твоим законам, радоваться жизни. просто тому. что живу. что люблю, что умею наслаждаться. Но это жизнь одного дня. а он не один теперь, а превратился в целую вереницу дней. и не только моих.

Опять судьба-пересмешница. Опять испытания на проч­ность. опять мужество. И так мне уготовано вероятно до кон­ца дней моих. Наверно, у радости тоже должен быть обеспе­ченный тыл.

Поздравляю тебя с Новым годом. Пусть он принесет тебе новые яркие впечатления.'

Это любопытное произведение написано вполне в духе того времени. Вначале мы встречаем сонм общих фраз. яв­ляющихся вариациями на тему свободных ассоциаций. Эти свободные ассоциации снова отражают полярное разделение мира на его светлую и темную сторону, между которыми, как обычно, пребывает Галя. не зная. какую из них избрать.

То. что гораздо разумнее было бы сознательно избрать светлую сторону, не приходит ей в голову, потому что в таком случае она потеряла бы единственный источник ярких ощу­щений и оргазмических переживаний - страдание от осозна­ния двойственности мира и неспособности справиться с этим печальным фактом. То. что она никак не может разобраться в происходящем служит оправданием того. что она не пытается и на самом деле не хочет найти конструктивный выход из си­туации. и это позволяет ей пребывать в привычном и удоб­ном. хотя и не слишком приятном состоянии интеллектуаль­ного самокопания.

Характерным является то. что почти все фразы в письме являются обобщениями, и обобщениями очень широкими. Это тоже одна из разновидностей подсознательного самооб­мана. За нагромождениями обобщений Галя старается за­маскировать самую банальную, самую примитивную вещь. которая на самом деле ее тревожит.

Признать ее открыто Галя неспособна, потому что тогда она лицом к лицу столкнется с основными противоречиями. заложенными в ее модели мира. а это было бы равносильно тяжелейшему внутреннему конфликту, способному сломать или уничтожить ее модель.

О том. чего же она не хочет признать, и какого рода внутренние конфликты приводят к подобному состоянию, я расскажу позже, продолжая комментировать страницы ее дневника.

Далее следует абзац о том, что нам не нужно больше встречаться. Это письмо было написано задолго до рождения ребенка, когда она на самом деле и не думала порывать со мной связь, а я тем более никогда этого не предлагал. Пред­ложение разрыва было очередной регулярно повторяющейся игрой, которую Галя подсознательно вела.

Если бы я согласился и бросил ее. то я подтвердил бы ее теорию о том, что все мужчины достойны презрения, и реше-

ние стать матерью-одиночкой было принято совершенно правильно, поскольку лишь ребенок может стать существом. которое будет ее любить.

Если же я не пытался бросить ее. то. с одной стороны она продолжала поддерживать необходимую ей любовную связь, а с другой стороны, всегда имела повод демонстрировать мне свои душевные терзания, навешивая на меня вину в том, что со мной она не может быть счастливой, и приобретая таким образом рычаги эмоционального манипулирования а, заодно. снова подтверждая свою теорию, что все мужчины достойны презрения, и она сделала правильный выбор, решив стать матерью-одиночкой.

В любом случае она укрепляла свою искаженную модель мира. предпочитая чувствовать себя правой, чем быть счаст­ливой.

Далее, она приписывает мне свои мысли о том. что об­щение с ней - тягостная обязанность для меня. и что она ка­жется мне смешной.

Это - очередная разновидность игры. поскольку я или вынужден признать, что она права, и оказаться неискренним притворщиком, непонятно с какой целью выносящим бере­менную женщину, или я должен начать оправдываться, ока­зываясь в психологически невыгодном положении, потому что она в любом случае продолжала бы отыскивать новые фантазии и обвинения, получая удовлетворение в роли без­винной страдалицы.

Не желая втягиваться в подобные игры, я продолжал вести себя нейтрально, относясь к ней терпеливо и доброже­лательно. но в данном случае эта тактика не срабатывала, да я. честно говоря и не пытался, и. наверно, не смог бы пере­строить ее модель мира. Итак, я оставался в роли стороннего наблюдателя, и жажды, не находившие утоления из-за моего отказа от игры. нарастали, усиливая общую неудовлетворен­ность и внутренний конфликт.

Очередной разновидностью ловушки является фраза: "А теперь попробуй быть мужчиной, а не мальчишкой, и по­моги мне обрести спокойствие." Подтекст ее таков, что если я не помогу ей обрести спокойствие - значит я не мужчина, а следовательно, как и все прочие мужчины достоин презре­ния. так что ее модель мира снова оказывается верной.

Поскольку помочь Гале обрести спокойствие за всю ее жизнь как до. так и после встречи со мной не удалось ни од­ному мужчине, с тем же успехом она могла предложить мне достать луну с неба. В результате, я оказывался ответствен­ным за ее душевное смятение, и. кроме того. я не был мужчи­ной.

Переваливание ответственности на других и на обстоя­тельства звучит и в утверждении, что если бы с детства ей не пришлось участвовать в серьезных семейных отношениях, то она могла бы быть музыкантом и любимой женой. Думаю, что многие женщины, принимавшие участие в серьезных семей­ных отношениях, стали любимыми женами. Одно другому не противоречит.

Теперь вернемся к продолжению дневника. "Оказывается, то новое состояние, в котором я сейчас нахожусь, не такое уж и плохое. Я вспоминаю себя десять лет назад, когда возникла ситуация, при которой я должна была решать свою дальнейшую судьбу. Но при всей моей мобиль­ности в этом вопросе - создавать или нет семью, заводить ре­бенка, терять два года минимум из жизни - я оказалась очень недальнозоркой. Это я теперь понимаю, спустя десять лет.

Тогда я танцевала, много ездила по стране, строила вся­кие прожекты насчет своей семейной жизни, а главное - не было во мне самой того главного состояния женщины, не ро­дилось еще женское начало, которое сметает все на своем пу­ти. и никакие логические постройки, никакие доводы не спо­собны сдержать этот внутренний напор природы.

Тогда, десять лет назад, я думала, что рядом со мной должен быть человек, которому не нужно будет себя объяс­нять, тратить время на выяснение недоразумений. - их не бу­дет. - мы ведь люди, умеющие думать, что мы одинаково ост­ро будем ощущать жизнь, пить сполна чашу, которую она нам поднесла. О детях я не думала. Прежде всего рядом друг. а де­ти - производное. Смешно вспоминать.

Друга я так и не встретила, не появился он на моем пути. Я постепенно превращалась из мечтательницы в нечто сред­него рода. Мужчины меня не интересовали. Всегда хотелось подчеркнуть их никчемность, слабость, беспомощность, по­тому что сама всего умела добиться и достичь."

Здесь мы сталкиваемся с типичным для многих женщин искажением модели мира. которое впечатывается в нее с дет­ства. и которое можно назвать "ожиданием принца".

Действительно, из данного отрывка мы можем ясно за­ключить, что Галя рассчитывала встретить мужчину, лишен-

ного человеческих слабостей, способного без всяких затруд­нений читать чужие мысли ("которому не нужно будет себя объяснять"), обладающего гениальной способностью избегать даже малейших конфликтов ("не нужно будет тратить время на выяснение недоразумений.- их не будет,- мы ведь люди. умеющие думать") и в своих эмоциональных переживаниях полностью в любое время дня и ночи совпадающего с Галей ("мы одинаково остро будем ощущать жизнь, пить сполна ча­шу. которую она нам поднесла").

Мне кажется, что любой "человек, умеющий думать". способен сообразить, что даже отыскать мужчину, лишенного слабостей, особенно в глазах женщины, излишне склонной к феминизму - задача почти безнадежная, а если добавить к этому еще и способности к ясновидению и телепатии. - то. увы. это уже просто дохлый номер.

Подобное отношение к избраннику обычно является от­ражением глубинной установки, заключающейся в том. что настоящих мужчин не существует, и поведение женщины. даже если она с пеной v рта будет убеждать вас. что мечтает встретить своего принца, каждый раз будет неизменно на­правлено на то. чтобы доказать отсутствие в природе на­стоящих мужчин.



Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   17


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет