Куценко Оксана Сергеевна



жүктеу 6.39 Mb.
бет15/28
Дата02.04.2019
өлшемі6.39 Mb.
түріКнига
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   28

Мотивы абортов при наличии психиатрического статуса.

1. Опасения, что возникнут ухудшения в состоянии самой женщины. Зачастую врачи и вслед за ними окружающие начинают склонять беременную к аборту, считая, что таким образом можно ослабить болезненные проявления. Но это мнение не подтверждается никакими научными данными, нет работ, показывающих, что аборт улучшает психическое здоровье женщины. Скорее наоборот, есть множество исследований, показывающих, что аборт порождает зачастую обострение болезни в силу резкого гормонального удара из-за прерывания беременности, в силу депривации (нереализованности) родительских чувств, в силу возникающей боли и разочарования в людях в случае принуждения к аборту при собственном желании женщины родить. Психиатр доктор Франк Эйд утверждает, что практически нет таких психических болезней, которые оправдывали бы прерывание беременности. [130] Психиатрическая терапия позволяет сегодня довести каждую беременность к нормальному завершению в положенный срок при любом случае психиатрического заболевания матери. Прерывание беременности не является также методом при психиатрическом лечении. Психическое заболевание является зачастую со стороны родственников, врачей и опекунов лишь предлогом для прерывания беременности, поскольку это им, а не беременной неудобна эта беременность, им не хочется, чтобы рождался ребенок, их страшат трудности социализации больной матери и ее малыша. Просто все эти «их» страхи прикрываются заботой о состоянии больной. Все это вместе является показателем «нетерпимости» нашего общества, отсутствия социальных институтов помощи психически больным матерям и их детям, когда легче прикрыться «заботой о женщине» вместо того, чтобы создать кризисные центры помощи, социальные квартиры для психически больных матерей.
2. Угроза благополучию ребенка из-за состояния матери. Угрозу благополучия ребенка могут связывать с риском развития патологий плода из-за приема необходимых матери лекарств, с угрозой развитию ребенка, его здоровью и жизни после рождения из-за неадекватного поведения матери во время беременности и родов (например, расстройства пищевого поведения, суицидальные попытки, употребления психоактивных веществ – алкоголя, наркотиков, попытки под воздействием галлюцинаций убить ребенка после рождения), из-за невозможности женщины выполнять свои родительские обязанности (отсутствие чуткости к потребностям ребенка).

Ряд исследователей пишет о том, что материнская сфера является значимой для большинства психиатрических пациенток. При том, что они могут не справляться с материнскими обязанностями, они очень страдают при разлуке с детьми, что только ухудшает их состояние. Так, Брутман В.И. и Морозова К.В. пишут, что при любой форме шизофрении остаются сохранные стороны личности, опираясь на которые можно развивать и повышать качества материнской сферы женщины. Они делают акцент на том, что материнские переживания являются важным аспектом, который может как обострять, так и смягчать течение болезни в целом. Из чего они делают вывод о том, что «психокоррекционная работа, имеющая в своей основе обращение к сохранным сторонам личности женщины, и, как неотъемлемой ее части, к ее материнским качествам, несомненно, повысит эффективность и самого лечебного процесса». [32]

Таким образом, получается, что с одной стороны психиатрические пациентки часто объективно не справляются со своими материнскими обязанностями, но делать из этого вывод о том, что им рекомендован аборт или разлука с рожденными детьми, в корне неправильно. Наоборот, подобные действия приведут к обострению заболевания для матери, а для ребенка – к потери связи со своей семьей.

Для обеспечения безопасности ребенка и его благополучного развития необходимо оказание социальной помощи, психологический патронаж таких семей. Отсутствие подобных служб и фрагментарность оказываемой помощи являются проблемой не только России, но и других стран. В частности в английских психиатрических журналах не раз поднималась эта проблема. Так Dora Kohen [181]  психиатр-консультант в Лондоне пишет о том, что помощь данным семьям возложена сразу на многие социальные структуры, что в итоге ведет к тому, что все делают по чуть-чуть и недостаточно, перекладывая ответственность на другие смежные службы. Как следствие помощь представляет собой скорее реагирование на «чрезвычайные ситуации», но мало что делается для того, чтобы вовлечь родителя или принять профилактические меры (Hoghughi, 1998). Женщины, имеющие психиатрические проблемы, реже всех получают практическую помощь по уходу за ребенком и социальную поддержку, необходимую для того, чтобы помочь им благополучно справляться с ролью матери (Pound & Abel, 1996). Женщины, которым угрожали забрать их ребенка под опеку, могут не доверять службам и не обращаются за помощью. Многие женщины с тяжелыми психическими заболеваниями имеют детей, но специалисты органов здравоохранения склонны игнорировать роль этих женщин как родителей, считая родительские обязанности проблемой социальных служб, а не их собственной. [181] В свою очередь социальные службы отстраняются от этих мам, беря с них расписки об отказе в необходимости получать помощь.


3. Отсутствие предполагаемых опекунов для ребенка

после рождения при недееспособности матери.

Согласно закону о стерилизации от 1993 году эта операция возможна в отношении признанных судом недееспособными граждан. Проводится она только с согласия официальных опекунов больных и по решению медкомиссии, которое утверждается судом. Этот закон с печальной частотой нарушается. В прессе периодически появляются мрачные статьи о том, что в разных регионах РФ выявляются случаи насильственных абортов и стерилизации воспитанниц и женщин из ПНИ (психоневрологических интернатов) по решению руководства последних.

Еще большую тревогу представляет готовящийся законопроект об охране здоровья (его вариант выложен был на обозрение общественности осенью 2010 года), согласно которому не предусматривается уголовной ответственности за незаконную стерилизацию, а ряд статей документа устанавливает порядок принудительной стерилизации и принудительных абортов по решению опекунов или суда. Специалисты комментируют это следующим образом: «Опекуном может быть директор интерната. То есть, директор интерната, получает право стерилизовать и сделать аборт любому подопечному, нарисовав нужные бумажки для суда. Зачем ему это может быть нужно? Если воспитанница детского дома забеременела, система должна обеспечить ее жильем  на нее и на ребенка. Теперь эту проблему решили раз и навсегда в масштабах всей страны. Кроме того, принудительная стерилизация сможет использоваться как инструмент наказания и запугивания». [105]

Отсутствие предполагаемых опекунов – глобальная проблема в масштабах всей страны. Тема трудная и социально острая. По сути, если мать недееспособна, а никто из родственников брать опеку над ребенком не хочет, то малышу одно будущее – в детский дом… Именно этот аргумент и становится главным в решении об аборте. Что здесь сказать? Важно проводить беседу с потенциальными опекунами, с родственниками психически больной женщины (если они есть), с директорами интернатов, где содержится пациентка.

Словом, если в вашей работе встречается такой случай, не пытайтесь решить его в одиночку, подключайте как можно больше общественных организаций и специалистов, ищите решения, и они обязательно найдутся… Простой схемы и подсказки здесь нет. Самым лучшим решением, конечно, является нахождение людей, готовых оформить опеку над матерью и ребенком, или только над ребенком, либо помещение их в семейный интернат для таких семей (в идеале).
4. Неготовность родственников к появлению нового члена семьи.

В большинстве случаев, если у беременной есть родственники, требуется проведение консультации с ними. Поскольку в силу своего состояния даже при дееспособности и отсутствии необходимости в назначении опекуна, за психически больной женщиной все равно требуется присмотр, своевременная помощь в уходе за ребенком, чтобы минимализировать риск для ребенка и вовремя заметить обострение болезни. Родственники могут выступать против рождения ребенка по следующим причинам:

а) Они устали от болезни самой женщины, ее неадекватных эмоциональных проявлений, поэтому не чувствуют в себе сил на участие в ее материнстве. Опасаются, что вся нагрузка по уходу за ребенком ляжет в итоге на них.

б) Они боятся, что ребенок тоже родится психически больным, или вследствие воспитания такой мамой у него сформируется патологический характер.

Как правило, обе эти причины имеют место и становятся центральными в беседе с родными беременной. Поэтому важно, в первую очередь, эмоционально поддержать родных, показать, что вы понимаете трудность проживания с больным человеком. Для них рекомендовано вступление в группы взаимопомощи родственников психически больных людей, где бы они могли получать квалифицированную своевременную психологическую помощь, советы, эмоциональную поддержку. Таких сообществ в России мало, у них много трудностей. Есть интернет - форумы, которые также можно рекомендовать для общения. Например:

http://www.schiza.org/ - форум о шизофрении,

http://www.psihos.ru/rodstvenniki  и другие форумы взаимопомощи.

К прискорбию нужно отметь, что подобных форумов в интернете мало, в реальности этих групп еще меньше. Обязательно нужно порекомендовать, а еще лучше распечатать или подарить им книги – пособия о том, как взаимодействовать с больным в повседневной жизни, как помочь самому себе мирно жить с душевнобольным человеком. Например, хорошая книга А.И.Цапенко, Д.М.Шанаева «Семья и психическая болезнь» - психологические проблемы и пути их решения, 2007 год. Книга есть в открытом доступе в интернете.

Здесь серьезным шансом в сохранении ребенка за счет поддержки родственников будет предложение помощи в виде няни или «друга семьи», когда доверенный человек от центра (психолог, социальный работник, просто благонадежный волонтер – лучше несколько) согласятся регулярно посещать семью, разговаривать, оказывать посильную помощь по хозяйству. Это даст родным почувствовать наличие реальной, а не «на словах» поддержки, снять с них часть нагрузки, в первую очередь, эмоциональной, в результате чего они могут найти в себе силы на поддержку беременной и ее малыша.

Что касается страха, что ребенок будет больным, важно привести статистику, данные о том, какова вероятность передачи этого заболевания. Нельзя отрицать возможности болезни ребенка, поскольку она существует, но важно сделать акцент на том, что и у здоровых людей рождаются больные (в том числе психически) дети, и у больных психически рождаются и воспитываются здоровые. Это от нас не зависит, и предсказать эти вещи нельзя. Здесь подойдет схема работы, которая описана в главе «беременность и патологии плода». И хотя в данном случае никаких патологий у вынашиваемого ребенка не выявлено, страх такой же сильный, как если бы это было на самом деле. Акцент в беседе надо делать не на возможной болезни ребенка, а на страхах и эмоциональной усталости родных.


Возможные ситуации предабортного консультирования.

1. Женщина хочет родить, но окружающие «против». Происходит эмоциональное давление на женщину с целью принуждения к аборту. Мы разобрали стратегии ведения этих ситуаций выше, когда описывали типичные реакции родных беременной с психическим заболеванием.

2. Женщина не осознает в полной мере своей беременности. Объективно не готова к принятию роли матери. Здесь работа с опекунами, с сотрудниками лечебных учреждений, где наблюдается женщина. Мы разбирали эти ситуации выше.

3. Женщина сама сомневается прервать или сохранить беременность в силу определенных обстоятельств. Работа здесь принципиально не отличается от беседы со здоровой женщиной: выявление мотивов прерывания и сохранения беременности, предложение помощи. В беседах с психически больной женщиной важно понимать, что это общение требует большого терпения и спокойствия от консультанта.



***Фрагмент брошюры «Защита материнства», центр «Жизнь» (Москва, св. Максим Обухов): «Во многих случаях психическая болезнь, особенно тяжелая, является противопоказанием для вступления в брак и для супружеских отношений. Как бы то ни было, если ребенок уже есть, он зачат, то не может быть причины, чтобы его убить. Беседы в подобном случае сильно изматывают и не приводят к положительному результату. Психически больные люди или просто лица с пограничными состояниями (близкими к болезни) обычно нуждаются в опеке и любят переложить все свои проблемы на других. Но у консультанта ограничены силы и возможности. Этого нельзя допускать, потому что те проблемы, которые они хотят переложить на другого, существуют не сами по себе, а имеют своей причиной именно психическое состояние. Поэтому, беря таких больных целиком на себя, вы парализуете всю работу, придете к истощению сил, а удовлетворить все запросы все равно не сможете».***
Важно мягко, но настойчиво ориентировать женщину на беседу с психиатром, если вы видите, что ее поведения вызывает большие сомнения в адекватности, и возможно, сейчас наблюдается обострение заболевания. При беседах четко обозначайте количество времени, которым располагаете (например, у нас есть только 2 часа), поскольку иногда с ними можно говорить об одном и том же бесконечно. При работе с такими беременными в благотворительном центре важно обязательно проверить справку о наличии беременности, поскольку в нашей практике были случаи, когда за помощью обращалась якобы беременная, но в ходе общения становилось ясно (иногда спустя какое-то время), что это ее фантазия, часть бредовых идей, и никакого ребенка нет. Тактика беседы в каждом конкретном случае выбирается интуитивно, в зависимости от эмоционального состояния женщины. Важно попытаться выйти на контакт с родными женщины и не принимать никаких решений о помощи без их участия.

После пары острых случаев мы пришли к выводу о необходимости составления «договоров о помощи». Это бумага носит номинальный характер и нужна просто для постановки границ в отношениях с женщинами, которые обращаются за помощью. На бумаге черным по белому прописываются те виды помощи, которые вы готовы оказать. Например, подбор коляски, помощь детскими вещами в таком- то объеме и т.д. Были печальные случаи, когда больные женщины начинали требовать, чтобы им выдали деньги на платные роды или дарили только новые купленные в магазине вещи на ребенка, а не те, что пожертвовали люди и т.д. Понятно, что подобные претензии выдвигались ими по болезни, но консультант человек живой, и подобные требования могут сильно выматывать. Поэтому лучше сразу и четко обозначать минимум помощи, а потом при необходимости и возможности дать больше.

Часто консультанты попадают на «чувство вины» и «роль спасателя». Беременная может звонить среди ночи, требовать немедленной помощи, говорить загадками, назначать встречу только там, где ей удобно, и только в назначенное ею время. У сотрудника благотворительной организации, особенно верующего человека, может возникать желание обязательно «прилететь», помочь, «взять на себя тяготы другого». Ни к чему, кроме злости на женщину и эмоционального истощения это не приведет. Поэтому важно с любовью, но твердо защищать свои личностные и профессиональные границы, не поддаваясь на провокации.

Если вы оказываете помощь беременной с подобными заболеваниями желательно быть в контакте с наблюдающим ее лечащим врачом, и если есть родственники – то обязательно с ними.


3.5.3. Прерывание беременности по медицинским показателям.

Сначала мы с вами поговорим в общем о ситуации возможности прерывания беременности по медицинским показаниям, включая как патологии в развитии плода, так и несовместимые с беременностью заболевания матери, сосредоточиваясь на этапах принятия решения о прерывании или сохранении беременности, поскольку данная схема едина для всех случаев медицинских противопоказаний. А уже в следующих разделах отдельно разберем специфические моменты, характерные только для ситуаций выявленных патологии плода и только для ситуаций серьезных заболеваний матери.



Статистика: Процент абортов по медицинским показателям очень низкий по сравнению с абортами по желанию женщины. Например, в Татарстане на каждые 100 родов приходится более 70 абортов. В РФ этот показатель составляет 66. При этом заместитель министра здравоохранения РТ Руфина Голубева отмечает, что в 2009 году в республике было прервано 33 тыс. 438 беременностей  это численность практически всего населения Балтасинского района РТ, из них по медицинским показаниям было прервано только 548 беременностей. Это всего 1,6 процента от общего числа прерванных беременностей». [41]
Можно выделить три группы ситуаций:

1) Выявлены патологии в развитии плода.

2) Беременность или роды угрожают жизни матери.

а) сомнения в успешном вынашивании ребенка, которые возникают при наличии у матери серьезных заболеваний, таких как проблемы с почками, сердцем, рак, сахарный диабет и многие другие.

б) угроза здоровью ребенка из-за проблем со здоровьем у матери. Например, наличие у матери ВИЧ–инфекции, венерических заболеваний, инфекционных заболеваний.

в) опасения за здоровье матери, которая может серьезно пострадать от беременности и родов, вплоть до инвалидности или смерти матери. Например, в ходе беременности у женщины начинаются проблемы с сердцем, резко повышается давление, что может привести к повреждению сосудов в глазах и слепоте и др.

г) несовместимость беременности и необходимого матери лечения.

3) совмещенные случаи, когда и ребенок имеет отклонения в развитии, и здоровье матери вызывает опасение медиков.


Стадии переживания ситуации:

1. Шок, неверие, отчаяние. Это очень короткая стадия, но эмоционально насыщенная. Слезы, отчаяние сопровождаются отрешенностью и «холодом в голове». Если беременность желанная, это переживается как смерть любимого человека – болезненно и тяжело. Если же беременность изначально была нежеланна и сохранена по деструктивным мотивам, то женщина может ощутить радость и облегчение, поскольку ей как бы дается официальное «общественное одобрение» на аборт, но одновременно с этим приходит чувство вины за подобные чувства.

***Цитата из телесериала «Доктор Хаус» (3 сезон – 17 серия, «Fetal Position»/«Положение плода»). У беременной женщины Эммы инсульт. Когда у неё начинают отказывать почки, врачи стараются перебрать все возможные причины симптомов и приходят к заключению, что проблема в патологии развития плода. Доктор Хаус заходит в палату к пациентке, чтобы сообщить ей об этом. Женщина:

 Вы всегда так много анализов берете, или только у vip-персон?

 Хотим изучить все варианты.

 И…


 Все варианты пришлось исключить.

 То есть я умираю, а вы не знаете, почему?

 Ваше тело работает, как нужно...

 Тогда почему отказывают почки?

 Второе тело не работает. С плодом что-то не так.

Женщина начинает плакать.


Позже в разговоре с главным врачом женщина делится своими переживаниями: «В замужестве у меня дважды был выкидыш. А после развода до этой беременности – четыре неудачных ЭКО. Мне 42. Может мне просто не суждено»… Главный врач, женщина с диагнозом бесплодия, впоследствии удочерившая девочку, с огромным сочувствием отнеслась к ситуации Эммы и решила, во что бы то ни стало сохранить жизнь и матери и ребенку.***
Для женщины, которая задумывалась о негативных вариантах развития беременности и уверила себя, что в любой ситуации сохранит ребенка, стадия шока пройдет быстрее и спокойнее, чем у женщин, которые над подобными вопросами никогда не задумывались.

Если женщина изначально имела деструктивный мотив сохранения беременности – чтобы через ребенка реализовать свои мечты, доказать, что она не хуже многих, ждала ребенка с определенными характеристиками… то, конечно, это крушение всех ее надежд… ей будет особенно трудно.

Сложность в том, что в абсолютном большинстве случаев врачи одновременно с сообщением о негативном повороте в течении беременности, предлагают аборт. Часто сроки принятия решения преподносятся как крайние – согласие на аборт нужно дать прямо здесь и сейчас. И для любой пары самым мудрым будет сообщить о необходимости подумать и посоветоваться с родными.

***Цитата из телесериала «Доктор Хаус» (3 сезон – 17 серия, «Fetal Position»/«Положение плода»).

Врачи на консилиуме обсуждают ситуацию Эммы и результаты анализов.

 Мы установили обструкцию мочевыводящих путей, потому что мы ее видели. Что если это не все и мелкий паршивец что-то скрывает… Истинную причину зеркального синдрома.

 Если не мочеточник, может сердце?

 По УЗИ сердце в порядке…

 Может легкие?

Легкие не развиты, их не видно. Нужны 2 недели..

 Он столько не протянет.

 И что делать?

 От зеркального синдрома есть одно надежное средство –извлечь плод.

 На 21 –ой неделе он не выживет. Вы убьете ребенка.

 Плод!


 Вам легче от замены слов? Плод –значит не человек?

 Он играет в мячик? Он ест? Делает красивые фотки? Ну, кто ей скажет?

Другие врачи отказываются, поэтому к пациентке отправляется доктор Хаус.

 Проблема с мочевым пузырем была не единственной. Его нельзя оставить, нужно прервать беременность.

 А разве нельзя сделать кесарево, подключить его к ЭВЛ и попытаться вылечить?

 Можно, но это не поможет. Нужно еще, по крайней мере, две недели, чтобы он выжил.

 Ну, тогда я потерплю эти две недели.

 Вы на искусственной почке, так что ваши почки подождут, а вот искусственной печени нет. Вам и два дня не протянуть.

Женщина начинает плакать: «Я не дам вам убить моего ребенка».

 Он убивает вас.

 Я не сделаю аборт.

 Это не ребенок, это опухоль…

Женщина прерывает его резким движением руки. Доктор пытается смягчить тон и продолжает уговаривать женщину:

 Мне понятна смерть ради высокой цели. Пожертвовать собой, чтобы твой ребенок жил, но здесь об этом речь не идет! Или он умрет, или вы оба умрете!

 Или вы его вылечите, и мы оба выживем.

 Я не могу его вылечить… Я запишу вас на аборт.

 Я не дам согласия!... Так что у вас два дня, чтобы нас спасти.***
2. Страх, сомнения, жалость к ребенку, чувство несправедливости. Позиция «жертвы». Почему люди, узнав, что ребенок развивается с патологиями, решают сделать аборт? Потому что боятся… Любовь к ребенку заслоняется нахлынувшими страхами:

а) страх мучений для ребенка. В случае патологий в развитии ребенка, родителям могут рассказывать о том, что ребенок после рождения будет чувствовать сильные боли, мучиться, и что гуманнее – сейчас прервать его жизнь. Это так называемый «аборт из жалости к ребенку»: «Ему будет очень больно, он будет страдать, мне тяжело будет видеть эти страдания»,

б) страх за безопасность и будущее ребенка: «Я умру, кто будет ухаживать за ним?», «Он до конца дней будет беспомощен»,

в) страх стать матерью-одиночкой: «Часто мужья не выдерживают и уходят от жен с такими детьми», «Одинокая женщина с ребенком-инвалидом никому не нужна, я не смогу найти себе мужа»,

г) страх стоимости последующего лечения для ребенка или матери,

д) если в семье уже есть дети, а существует опасность здоровью и жизни матери, то женщины бояться умереть и оставить сиротами уже имеющихся детей.



е) страх осуждения близких, неприятия с их стороны.
Самое важное – «убрать» позицию жертвы!

Беременная женщина и отец ребенка – не жертвы трагических обстоятельств, а активные участники событий. Они сами решают судьбу себя и ребенка. Эффективное решение пара может принять, только заняв позицию «творца своей жизни».
Когда двое зачинают ребенка – они вступают на путь риска. Это удивительный путь… Мы не знаем, кто будет зачат, как будет протекать беременность, роды. Кто родится – мальчик или девочка, с какими способностями, как будет складываться судьба ребенка. И когда он умрет – в 3 или в 33, или в 93 года. Кто раньше уйдет – родители или ребенок. Зачатие – всегда риск. Но блага, получаемые от этого риска – любовь в ребенке и радость родительства, – оказываются ничтожными по сравнению с этим риском. И когда люди узнают во время беременности, что что-то пошло не по идеальному плану – они всего лишь сталкиваются с объективным проявлением этого риска. В зачатии нет жертв! Родители сами сознательно вступают в интимные отношения, от которых бывает беременность и рождение ребенка. Верующим людям бывает полезно сказать, что детей дает Господь, а не мы сами берем, поэтому мы не вправе выбирать, рожать или нет этого ребенка, это подарок, просто мы не всегда можем увидеть и понять смысл и назначение всего, что с нами происходит.
3. Период сбора информации и принятия решения. Важным фактором, влияющим на конечное решение, будут изначальные мотивы сохранения беременности (желанная или не запланированная). Женщины с деструктивными мотивами сохранения беременности легче идут на аборт. В ситуации с женщинами с конструктивными мотивами больше шансов принятия решения в пользу жизни ребенка.


Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   28


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет