Медеплавильные заводы Твердышевых и Мясниковых на Южном Урале в XVIII веке. Уфа – 2008. Удк ббк


Глава I. Формирование горнозаводской компании Твердышевых и Мясниковых на Южном Урале



жүктеу 2.66 Mb.
бет2/12
Дата30.03.2019
өлшемі2.66 Mb.
түріКнига
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12
Глава I. Формирование горнозаводской компании Твердышевых и Мясниковых на Южном Урале.
§ 1. Исторические условия развития горнозаводской промышленности на Южном Урале.
В XVIII в. Урал приобрел положение ведущего металлургического центра России. Известный советский историк, специалист по истории промышленности России XVIII в. Н.И. Павленко справедливо отметил: "За 33 года существования уральской промышленности здесь был достигнут больший эффект, чем за вековой период эксплуата­ции руд Тульско - Каширского района. Вместе с тем Урал превратился в основной район добычи меди, оставив далеко позади себя старые медеплавильные районы страны - Олонецкий и Казанский"1. На Среднем Урале сложился мощный металлургический район с передовой в мире по тому времени техникой. "Уральские домны” были более мощными, более крупными по своим размерам, они достигали более 14 м. высоты, в то время как новейшие шведские печи не превыша­ли 6,5 м., крупнейшая шведская печь в Данеморе была высотой 7,4 м, самая "знаменитейшая" английская печь в Суссексе была высотой в 8,5 м1.

В 1737 г. на Урале насчитывалось более 40 горных заводов. Но до сих пор бурное строительство заводов велось на восточных склонах Среднего Урала, в бассейне рек Нейвы, Тагила и Исети, а также в западном Приуралье по Каме. Южный Урал строительство горных за­водов в этот период не захватило.

На пути распространения горнозаводской промышленности на Южном Урале лежали вотчинные владения башкир, которые враждебно относились к строительству заводов. Под первые казенные заводы на Среднем Урале земли в отбирали у башкир северных волостей явочном порядке. Так, Верхний и Южный Юговские медеплавильные заводы были построены на землях гайнинских башкир. Главный начальник уральских казенных заводов В. И. Геннин с откровенностью и цинизмом европейца сообщает, каким образом для строительства Полевского медеплавильного завода властям долго и упорно приходилось преодолевать сопротивление башкир Салжутской волости. Сотника салжутских башкир Чубар-батыра Балагушева несколько раз вызывали в Уфу и заставляли подписать обязательство «для искания и копания, руд …, всею волостию никакого запрещения не чинить»2. Но салжеутские башкиры во главе со своим батыром продолжали сопротивляться. Тогда прибывший на Урал Геннин южнее Уктусского казенного завода построил полевой стан «Горный щит», обнес ее земляным бруствером и расквартировал в ней Сибирский драгунский полк, с помощью которого последовательно и методично расширялось зона горнозаводского строительства3.

Примеру казны следовали партикулярные заводовладельцы. Акинфий Демидов захватил под Ревдинский завод земли у башкир Катайской волости площадью «в 30 верст кругом», для чего пришлось ему при активной поддержке органов центральной и местной власти преодолеть сопротивление коренных вотчинников. А во время ревизии выяснилось, что земельный отвод составил «79 верст кругом»1. Таким образом, площадь реально отведенной земли почти в 7 раз превышала площадь земли, оформленной в крупных документах. Обер-прокурору Сената А.И. Глебову пришлось вести многолетнюю тяжбу, подключить власти на местах и в центре для преодоления упорного сопротивления башкир Гайнинской волости во главе со своим старшиной Туктамышем Ишбулатовым, чтобы получить под строящийся Шермяитский медеплавильный завод 50-верстный участок2. О массовой горнозаводской колонизации башкирских земель северных волостей и активной борьбе башкир-вотчинников против этого произвола со стороны правительства и частных заводовладельцев пишет прекрасный знаток истории Урала, уральский краевед XIX в. Н.К. Чупин3.

Башкиры долго и упорно боролись против отвода их вотчинных земель под горные заводы. Для дальнейшего и интенсивного распространения горнозаводской промышленности со Среднего Урала на Южный Урал препятствовала неустойчивая социально-политическая обстановка в Башкирии. Царскому правительству не удавалось еще сломить сопротивление свободолюбивых, «своевольных и буйных» башкир, укрепить свою позицию в крае. Частые башкирские восстания держали правительство и его местные органы в постоянной тревоге и напряжении. Не зря первый начальник Главного правления уральских казенных заводов В. Н. Татищев внимательно следил за событиями в Башкирии и в первые месяцы башкирских восстаний 1736 – 1737 гг. систематически обсуждал вопросы о «башкирских бунтах» на заседаниях своего правления, где принимал суровые и жестокие меры по отношению к восставшим башкирам, а после смерти И.И. Кирилова возглавил Оренбургскую экспедицию по подавлению восстания1.

Было совершенно очевидно, что богатые месторождения железной и медной руды могут быть обнаружены и на Южном Урале. Но предстояло укрепить позицию царизма в Башкирии, для чего необходимо было провести целый ряд серьезных мер.

К такому выводу пришли наиболее дальновидные государственные деятели. Так, в 1730 г. казанский губернатор А.П. Волынский представил императрице Анне Иоанновне «Записку о башкирском вопросе в Российской империи» 2. Волынский предлагал целую программу мероприятий, которые должны были способствовать интенсивному осуществлению политики правительства по более полному ис­пользованию природных и людских ресурсов края, укреплению цариз­ма на юго-восточной окраине Российской империи. Для этого ав­тор «Записки» предлагал положить конец притоку в Башкирию раз­личного рода беглого люда из соседнего Поволжья. Предлагаемые мероприятия должны были привести к углублению национального антагонизма между башкирами, казахами, каракалпаками и отдельными группами пришлого населения, увеличению податного обложения, широкому использованию башкир в военных походах царской России, размещению в крае значительного количества регулярных войск, укреплению закамских городов3. «Записка» А.П. Волынского вместе с принятием в российское подданство казахов Малого Жуза, была положена в основу царской колониальной политики в начале 30-х гг. XVIII в., в связи с чем началось строительство новой Закамской укрепленной линии4.

Новый этап колонизации Башкирии начинается с организации и дея­тельности Оренбургской экспедиции во главе с обер-секретарем Сената Иваном Кириловичем Кириловым (1669 – 1737 гг.). 1 мая 1734 г. Кирилов представил в кабинет императрицы Анны Иоанновны «Представление о киргиз-кайсацких и каракалпакских ордах», что представляло собой развернутую программу геополитики Российской империи на юго-востоке. Для проникновения и утверждения в Средней Азии, Индии и Китае нужно было создать плацдарм, которым должны были стать Башкирия и Казахстан. Экспедицию возглавил сам Кирилов, который впервые на территории Башкирии организовал разведку и добычу полезных ископаемых. Он начал «пристойным образом приохочивать» башкир «к приписку и указанию рудных и минеральных мест». Для организации геолого-разведывательных работ он потребовал из Екатеринбурга одного горного офицера, штейгеров и других специа­листов, которые должны были сопровождать его в походе на Орь1. На основе разведок полезных ископаемых Кирилов планировал строить казенные медеплавильные заводы и заложил Воскресенский медеплавильный завод2.

Строительство горных заводов, крепостей и заселение края приш­лым населением сопровождалось изъятием у башкир значительной час­ти их земель и увеличением различных повинностей. Поэтому баш­киры решительно выступали против активизации политики правитель­ства в крае. Деятельность Оренбургской экспедиции вызвало восста­ние башкир. К ним присоединились татары, мишари, чуваши, мордва. Восстание охватило весь край. Но царизм жестоко расправлялся с восставшими и усиливал колониальное влияние в крае. Сенатский указ от 11 февраля 1736 г. открыл возможность русским дворя­нам, офицерам и чиновникам, мишарским и татарским старшинам при­обретать земли внутри Башкирии3.

Подавление восстания 1735 – 1740 гг. привело к значительному ослаблению сопротивления башкир, и создало условие для широкой разведки месторождений полезных ископаемых и строительства горных заводов на Южном Урале. Однако не сразу удалось возобновить строительство заводов на башкирских землях. Воскресенский казенный медеплавильный завод был разрушен и сожжен восставшими башкирами. Верхний и Нижний Сергинские заводы, построенные младшим сыном Никиты Демидова Никитой Никитичем, были расположены на границе Среднего и Южного Урала. Правительство боялось вызвать новые башкирские восстания возобновлением горнозаводского строительства. Губернатор И.И. Неплюев требовал строить казенный завод только в усмиренных районах, а на Южном Урале запретить строительство казенных заводов. Сенатским указом от 13 октября 1753 г. было объявлено: «Во всей Оренбургской губернии казенных железных и медных заводов ... не заводить... а велеть железные и медные заводы размножать одним партикулярным лицам»1.

Но это не означало, что государство стало абсолютно бесприс­трастным к строительству заводов. Оно всемерно поддерживало и развивало частную инициативу предпринимателей, предоставляло им всевозможные льготы, привилегии, бесплатно отводило им огромные территории «пустопорожних» земель и лесов, содействовал покупке и аренде земли у башкир, одновременно осуществляя на них нажим, чтобы они «излишние цены не требовали»2. На практике «покупка» земель была весьма близка к беззастенчивому расхищению башкирских земель. Так, И.Б. Твердышев под Белорецкий завод купил у башкир 300 тысяч дес. земли и лесов за 300 рублей, что составляло 0,1 руб. за десятину. Шувалов арендовал «на вечные времена» 180 тысяч дес. за 20 рублей3.

Земельные участки должны были продаваться с общего согласия башкирских вотчинников. Но на практике установленный порядок про­дажи земли нарушался. В одних случаях заводчики просто захватывали земельные угодья башкир, в других совершали фиктивные сделки со старшинами и «лучшими» башкирами. Ни один заводчик не ограничивался таким участком, какой ему действительно был оговорен в купчих документах, а захватывал как можно больше. Даже Оренбургский губернатор И.А. Рейнсдорп вынужден был признать факт массового захвата вотчинных земель башкир и в докладе императрице Екатерине II отмечал, что в результате массовой скупки башкирских земель, захватом излишних земельных площадей для заводов и оскудение строительных и дровяных лесов в Оренбургской губернии каждый год приметнее и чувствитель­нее становится». Он требовал от правительства временного запреще­ния постройки новых заводов в Башкирии1.

В результате такой политики царского правительства горнозаводское освоение Южного Урала полностью было возложено на частных предпринимателей. Первым в регионе, в центре башкирских земель, построить частный горный завод решился симбирский купец И. Б. Твердышев. Поэтому его заслуга не только в том, что он стал лидером южноуральской горнозаводской промышленности, но и пионером освоения недр Южного Урала. Это событие произошло в 1745 г.: Твердышев и его компаньон И.С. мясников построили первый на Южном Урале Воскресенский медеплавильный завод. С него началось бурное горнозаводское строительство в регионе. За XVIII в. на башкирских землях было построено 102 горных завода2. Из них ___ завода, построенных за 55 лет второй половины этого столетия, были расположены на Южном Урале.

Характерным для южноуральской горнозаводской промышленности является состав заводовладельцев. На заре мануфактурной промышленности России первыми партикулярными предпринимателями выступали иностранные купцы. В конце XVII – начале XVIII в. в промышленном центре появились отечественные предприниматели, преимущественно выходцы Тульской оружейной слободы. Но продолжали играть ведущую роль голландцы Миллеры, ганноверцы Кайзеры, саксонцы Георги, Ваплеры, Готфриды, Бекенты, Циммерманы, Михаэлисы, Ланги, Корсы, Дрители, Веры и т. п.3 На Среднем Урале иностранные предприниматели не играли какой-нибудь роли в развитии горнозаводской промышленности. Но в первые годы строительства казенных заводов много было мастеров из шведских военнопленных, в 20-х гг. XVIII в. появилась большая масса саксонских мастеров, особенно в сфере медеплавильного производства 1. Среди заводовладельцев Южного Урала можно назвать лишь К.Е. Сиверса, обрусевшего голландца второго поколения. Все заводовладельцы, заложившие горнозаводскую промышленность Южного Урала в середине XVIII в., были представителями русского купечества.

Большое значение для развития горнозаводской промышленности на Южном Урале имело то, что к середине XVIII в. в промышленном центре и на Северном Урале был накоплен значительный опыт строительства и эксплуатации крупных железоделательных и медеплавильных заводов, выросли технические кадры. Особенностью Южноуральского региона было почти полное отсутствие государственных и дворцовых крестьян. Казенные железоделательные и медеплавильные заводы Среднего Урала, также и горнозаводские предприятия Демидовых и Осокиных были обеспечены рабочей силой путем приписка к ним государственных крестьян. В конце XVIII в. к заводам, расположенным на территории исторического Башкортостана, было приписано более 87 тыс. крестьян2. На Южном Урале лишь к Авзяно-Петровским заводам П.И. Шувалова и Вознесенскому заводу К.Е. Сиверса удалось приписать старо- и новокрещенных ясачных людей из нерусских народов Казанской губернии всего 7 735 чел. (к Авзяно-Петровским – 5 416, к Вознесенскому – 2 319 чел.)3.

Правительство всячески способствовало заводовладельцам Южного Урала в обеспечении их заводов рабочими кадрами. Источниками приобретения и пополнения рабочей силы горных заводов были раз­личные социальные группы: казенные мастеровые и работные люди государственных предприятий, переданные в частные руки; крепост­ные работники, переведенные из вотчины; крепостные работники, куп­ленные к заводам на основании специальных указов; набранные из рекрутов; беглые, пришлые, ссыльные, переселенные, отданные вечно к заводам по указам люди; переведенные из числа приписных в за­водские работники и мастеровые; приписные к заводам государствен­ные и дворцовые крестьяне; вольнонаемные 1.

Правительство содействовало предпринимателям в обеспечении их квалифицированными кадрами, мастерами. На строящиеся и пускае­мые в действие заводы Южного Урала посылались мастеровые люди со старых заводов Среднего Урала для постоянной работы или временно – для обучения местных мастеров. Основным поставщиком квалифи­цированных кадров для южно-уральских заводов являлся Екатеринбург­ские казенные заводы2.

Крепостной труд был одним из решающих факторов наряду с по­требностями страны и природными богатствами, приведшим к взлету русской металлургии в XVIII столетии. В.И. Ленин писал, что «во вре­мена оное крепостное право служило основой высшего процветания Урала и господства его не только в России, но отчасти и в Европе»3. Феодально-крепостническое государство активно содействовало южноуральским заводовладельцам из дворян и купцов. Поэтому указание В.И. Ленина о том, что именно крепостное право «помогло Уралу под­няться так высоко в эпоху зачаточного развития европейского капи­тализма»4 правомерно отнести и к Южному Уралу.

22 завода, появившиеся на Южном Урале в течение 1745 – 1762 гг., были значительной группой в горной промышленности и говорили о быстром развитии нового района. Но на его огромных пространствах эти заводы, вытянувшиеся в большинстве случаев в линии по разным направлениям, даже не всегда у судоходных рек, не составляли ком­пактной массы и далеко не насыщали район так, как на Среднем Ура­­­ле, особенно в западной его половине. Южноуральские заводы отлича­лись и другими географическими особенностями. Они, особенно медеплавильные, по местным условиям вынуждены были располагаться гораздо даль­ше от своих рудных баз. Если Средний Урал был районом концентрации железоделательных заводов, то особенностью Южного Урала было преимущество медеплавильных 1.

Таким образом, к середине XVIII в. главным металлургическим районом страны стал Урал, предприятия которого в 1767 г. произ­водили 90% меди, и 65% чугуна всей России2. Южный Урал стал крупным центров цветной металлургии. На его заводах только в 1767 г. было выплавлено 61,9 тысячи пудов меди, что сос­тавляло 32% всероссийской ее добычи 3.

Горнозаводская промышленность Южного Урала, воз­никшая во второй половине XVIII в., наряду со Средним Уралом шла впе­реди других районов страны по выплавке чугуна и меди, по выделке железа. Среди южноуральских заводов одним из крупных и передовых был Воскресенский медеплавильный завод Твердышевых и Мясникова, кото­рый сохранил свою позицию вплоть до Крестьянской войны 1773 – l775 гг.

В таких благоприятных исторических условиях в середине XVIII в. развернулось строительство горных заводов на Южном Урале. Начало этому процессу положили симбирские купцы И.Б. Твердышев и И.С. Мясников, которые в 1745 г. на р. Торе построили Воскресенский медеплавильный завод4. Со строительством Воскресенского завода инициатива горнозаводского строительства на Южном Урале полностью перешла к частным предпринимателям. Первооткрыватели южноуральских недр за 15-20 лет построили 8 медеплавильный, 8 железоделательных заводов.

Во второй половине XVIII в. в просторы Южного Урала проникла целая плеяда известных династий горнозаводского предпринимательства. Именно на Южном Урале развернула свою бурную деятельность по строительству железоделательных заводов династическая линия уральских монстров Демидовых. Младший сын родоначальника этой знаменитой династии Никита Никитич Демидов, известный в исторической документах под названием «статский советник», которого отец и старший брат не допускали к горнозаводской деятельности на Урале, после смерти отца сумел преодолеть препятствие брата и начал строить заводы на стыке Среднего и Южного Урала. В 1743 – 1744 гг. на реке Серга, на притоке р. Уфы, на земле башкир Катайской волости построили Верхний и Нижний Сергинские железоделательные заводы1.

В 50-х гг. XVIII в. Н.Н. Демидов значительно продвинулся на юг. В 1751 г. он купил у князя П.И. Репнина строящийся Каслинский железоделательный завод, заложенный в 1747 г. на истоке из оз. Касли в оз. Кызылташ, на земле башкир Бекатинской волости2. В 1757 г. недалеко от Каслинского завода, на землях башкир Бекатинской и Черлинской волостей, Н.Н. Демидов одновременно построил два мощных железоделательных завода: Верхний и Нижний Кыштымские3.

Сын Н.Н. Демидова, тоже Никита Никитич, известный в исторической литературе как «дворянин» Н.Н. Демидов в 1757 г. заложил на р. Азят, притоке р. Уфы, в Азяги-Уфимский железоделательный завод4. В 1760 г. он одновременно приступил к строительству двух заводов: Кеолимского железоделательного на р. Кеолиме, левом притоке р. Миасс, и Шемахинского железоделательного на р. Шемаха5. Все три завода не были достроены, разрушены повстанцами во время Крестьянской войны 1773 – 1775 гг. и больше не были восстановлены6.

Младший сын «статского советника» Н.Н. Демидова, внук родоначальника династии Евдоким Никитич в 1760 г. купил у московского купца первой гильдии Козьмы Матвеева Верхний и Нижний Авзяно-Петровские железоделательные заводы, построенные на землях, приобретенных под первым владельцем заводов графом П.И. Шуваловым у башкир Тамьянской и Тангаурской волостей, Е.Н. Демидов построил Кагинский (1769 г.), Кухтурский (1773 г.) и Узянский (1777 г.) железоделательные заводы1.

Таким образом, наследники комиссара Демидова на Южном Урале построили 11 и купили 2 горных завода. Все они были железоделательными. 3 завода Демидовых были полностью разрушены в годы Крестьянской войны 1773 – 1775 гг. Остальные 10 заводов являлись крупнейшими на Южном Урале, работали стабильно, по объему производства чугуна и железа занимали первое место в регионе2.

В середине XVIII в. в пределы Южного Урала проникли опытные горнозаводчики Осокины. В 1749 г. П.И. Осокин на р. Назе, на земле башкир Катайской волости Исетской провинции, построил Назепетровский железоделательный завод, который в 1751 г. продал Масаловым3. Представители второго поколения Осокиных И.Г. Осокин в Западной Башкирии, на землях башкир Кыр-Иланской волости Казанской дороги, на р. Кидаш в 1754 г. построил Троицкий медеплавильный завод4. В 1758 г. в 5 верстах ниже этого завода И.Г. Осокин построил еще один медеплавильный завод5. После этого заводы стали называть Верхним и Нижним Троицкими заводами. В 1760 г. недалеко от Троицких заводов, на р. Усень И.Г. Осокин заложил Усень-Ивановский медеплавильный завод, но не успел его построить: преждевременная смерть прервала деятельность этого молодого, но энергичного и талантливого организатора горнозаводского предпринимательства. Завод достроил последний и единственный наследник династии П.И. Осокин в 1761 г.6 Еще в 1759 г. родоначальник горнозаводской династии Осокиных Петр Игнатьевич в северной части Южного Урала, на р. Саране, недалеко от Красноуфимска, построил Саранинский железоделательный завод7.

Таким образом, на территории Южного Урала Осокины построили 2 железоделательных и 3 медеплавильных завода. Недостроенный Назепетровский завод Осокины вынуждены были продать. Саранинский завод был молотовым. Медеплавильные заводы были средней мощности, работали стабильно и функционировали до 1866 г. 1

Во второй половине XVIII в. на Южном Урале появилась еще одна горнозаводская династия. Выходцы из Тульской оружейной слободы, опытные заводовладельцы Тульско-Каширского и Подмосковного металлургических центров Масаловы в 1751 г. у Осокиных за 27 тыс. руб. купили недостроенный Назепетровский железоделательный завод2. В 1753 г. на р. Кане, на землях башкир Бурзянской волости, Масаловы построили Каноникольский медеплавильный завод3. В 1755 г. в большой и дружной семье Масаловых разразился скандал, который затянулся до 1760 г. и закончился разделом их горнозаводского хозяйства на 4 части. При разделе хозяйства Каноникольский завод достался сыновьям Алексея Масалова – Ивану и Григорию; Максиму Масалову – недостроенный Златоустовский железоделательный завод; Ивану – Меньшому – заводское место на р. Уфалей; Ивану – Большому – Назепетровский завод. 18 - летний сын Максима Перфильева Василий и приказчик Г. Степанов на р. Ай, левом притоке р. Уфы, при впадении в нее р. Тасма, в 1761 г. построили Златоустовский завод ставшей, «жемчужиной Южного Урала»4. При проверке заводов берг-инспектором Пермского горного ведомства П. Томиловым в 1807 – 1809 гг. в одной версте ниже Златоустовского завода, был обнаружен вспомогательный завод, не зафиксированный в официальных документах. Томилов назвал его Нижне-Златоустовским заводом5.

Иван-Меньшой Масалов на Южном Урале построил два железоделательных завода. В 1761 г. на р. Уфалей, правом притоке р. Уфа, он построил Уфалейский железоделательный завод1. В 1770 г. на р. Суховязке, в 2-х верстах от Уфалейского Иван-Меньшой построил Суховязкий железоделательный завод2.

Таким образом, за 10 лет горнозаводской деятельности на Южном Урале Масаловыми было построено 1 медеплавильный и 5 железоделательных заводов. Каноникольский медеплавильный и Назепетровский железоделательный заводы входили в число крупных в своих отраслях. Уфалейский и Суховязский заводы были средней мощности. Златоустовский завод входил в 10 крупнейших железоделательных предприятий Урала.

Практика вовлечения в сферу горнозаводского строительства местных умельцев и мелких предпринимателей, широко использованная на Среднем Урале в конце XVII - начале XVIII в., применялась и на Южном Урале. Выходцы из Тульской оружейной слободы, мелкие горнозаводские предприниматели Красильниковы в 1754 г. на р. Шаран, правом притоке р. Сюнь, на землях башкир Кыр-Иланской волости Казанской дороги построили Архангельский (Шаранский) медеплавильный завод3. В 1766 г. на р. Илдианке, на земле, купленной у башкир Кыргызской волости Казанской дороги Красильниковы построили доменный завод. Для переработки илдианского чугуна на р. Калтей был построен Калтеевский молотовый завод4.

В пределы Южного Урала проникли казанские купцы Иноземцевы, которые в северо-западной части региона построили Таишевский (1743 г.) и Иштеряковский (1751 г.) медеплавильные заводы5.

Симбирский купец Герасим Глазов на территории Казанской дороги Оренбургской губернии, на землях, купленных у башкирского старшины Надыровой волости Надыра Уразметева, в 1759 и 1761 гг. построил два Богословских медеплавильных завода1.

Таким образом, мелкими купцами и местными предпринимателями на Южном Урале во второй половине XVIII в. было построено 2 железоделательных и 5 медеплавильных заводов. Все они были маломощными, примитивно оборудованными, работали с большими перебоями. Их роль в развитии горнозаводской промышленности региона незначительна.

Во второй половине XVIII в. в формировании и развитии южноуральской промышленности активное участие принимали дворянские предприниматели. Среди них были как крупные вельможи, влиятельные фавориты царского двора, так и местные дворяне. В отличие от Среднего Урала, на юге они не получали казенные заводы на льготных условиях, а сами строили заводы. Как правило, это были крупные, хорошо оснащенные и дееспособные предприятия, имели значительный удельный вес в производстве чугуна, железа и меди. Поэтому дворянские предприниматели играли позитивную роль в развитии горнозаводской промышленности на Южном, Урале.

Первыми на Южном Урале из крупных дворян оказались графы, братья Петр Иванович и Александр Иванович Шуваловы. Генерал-аншеф, сенатор, генерал-адъютант П.И. Шувалов в компании с московским купцом I первой гильдии Козьмой Матвеевым в 1755 и 1756 гг. построили на р. Авзяне, на земле башкир Тамьянской и Тангаурской волостей, Верхний и Нижний Авзяно-Петровские железоделательные заводы2.

В отличие от П.И. Шувалова его брат Александр Иванович был опытным предпринимателем. Граф, фельдмаршал, шеф Тайной канцелярии, генерал- адъютант, лейб-гвардии поручик, действительный камергер двора, П.И. Шувалов имел несколько железоделательных заводов в Подмосковье, построенные им самим и отобранные у Миллеров, Масаловых и Баташевых. В 1754 г. в компании с симбирским купцом Герасимом Глазовым на р. Большой Ик, на земле башкир Усерганской и Суун-Кыпсакской волостей, он построил Покровский медеплавильный завод1.

Бароны Строгановы, построившие на среднем Урале Билимбаевский железоделательный и Юго-Камский медеплавильный заводы, в 1759 г. на р. Большая Сатка, на земле, купленной у башкир Айлинской и Куваланской волостей Сибирской дороги, построили Саткинский (Троицкий) железоделательный завод, один из крупнейших на Урале металлургических предприятий2.

Представитель дворянской аристократии, сын генерал-прокурора Сената времен Петра I, действительный камергер, граф С.П. Ягужинский в компании с крепостным крестьянином Ярославского Спасского монастыря Иваном Павловым в 1763 г. на р. Курган, левом притоке р. Чермасан, на земле башкир Кубовской и Калнинской волостей, построили Курганский медеплавильный завод3. Завод был маломощный, работал с перебоями, функционировал около 5 лет.

Попытку горнозаводской деятельности на Южном Урале предпринял генерал-аншеф, гофмаршал царского двора К.Е. Сиверс. В 1756 г. на р. Иргизлы он построил Вознесенский медеплавильный завод4. К заводу были приписаны ясачные крестьяне семи сел Казанского уезда. Первоначально завод давал 5-5,5 тыс. пуд. чистой меди. Однако Сиверс задолжал перед казной и в 1765 г. вынужден был продать завод казне за 63 129 руб. в счет погашения долгов5.

Горнозаводским предпринимательством на Западном склоне Южного Урала занимались и представители местного дворянства. Начальник Комиссии иноверческих и пограничных дел Оренбургской губернии, печально известный палач башкирских восстаний 1735 – 1740 гг., генерал-майор А.И. Тевкелев в 1760 г. на р. Большая Варзя, на землях, купленных у башкир Кыр-Иланской, Каршинской и Калнинской волостей, построил Варзино-Алексеевский медеплавильный завод1.

Известный краевед П.И. Рычков в своем Спосском имении построил три медеплавильных завода: Спасский (1762 г.), Насаковский (1762 г.) и Ирлянский (1765 г.). Все заводы находились на западных склонах Южного Урала2.

Крестьянская война 1773 – 1775 гг. нанесла сильный удар по горнозаводской промышленности Урала. Особенно пострадали южноуральские заводы. В последней четверти XVIII в. многие горнозаводские династии распались. Заводы компании Твердышевых и Мясниковых были разделены между дочерьми И.С. Мясникова. Заводы Демидовых, Масаловых и Осокиных на Южном Урале были распроданы последними представителями этих династий представителям нового поколения предпринимателей: А.А. Кнауфу, Л.И. Лугинину, М.П. Губину. Московский именитый гражданин, купец миллионер Л.И. Лугинин купил у Масаловых Златоустовский, у Строгоновых Саткинский заводы. Сам построил 3 завода. 1777 г. на р. Миасс, на земле башкир Куванакской волости, он построил Миасский медеплавильный завод3. В 1787 г. на р. Арте им был построен Артинский, в 1788 г. на р. Кусе – Кусинский железоделательные заводы4.

Московский именитый гражданин М.П. Губин в 1789 г. купил у Демидовых Верхний и Нижний Сергинские, в 1792 г. у Масаловых Уфалейский и Суховязский, в 1796 г. у В.Е. Демидова Авзяно-Петровские заводы5. Сам он в 1790 г. на р. Атиге, правом притоке р. Серга, построил Атигский железоделательный завод. Все заводы Лугининых и Губиных находились на восточном склоне Южного Урала, на землях башкир Исеткой провинции.

Таким образом, во второй половине XVIII в. Южный Урал стал объектом интенсивного горнозаводского строительства. Было построено всего 59 горных заводов, в том числе 34 железоделательных и 25 медеплавильных. Все заводы принадлежали частным предпринимателям, среди которых были представители известных династий Демидовых, Осокиных, Масаловых; Среди заводовладельцев из мелких купцов были Красильниковы, Иноземцевы, Глазовы, Маленковы, крупные аристократы Шуваловы, Ягужинский, Сиверс, местные дворяне А.И. Тевкелев и П.И. Рычков. Но наиболее преуспевающими на Южном Урале в XVIII в. были симбирские купцы Твердышевы и Мясниковы, которые создали свою горнозаводскую империю.
§ 2. Формирование горнозаводской компании Твердышевых и Мясниковых.
Новый этап в развитии горнозаводской промышленности на Южном Урале связан с появлением в крае симбирских купцов И.Б. Твердышева и И.С. Мясникова, которым суждено было сыграть огромную роль в формировании и развитии горнозаводской промышленности в центре и на юге края. Основателем и бессменным главой компании был Иван Борисович Твердышев.

О происхождении династии Твердышевых сведений сохранилось мало. Отец будущих знаменитых горнозаводчиков Б.С. Твердышев в 1729-1732 гг. был бурмистром Симбирской ратуши и за эти годы умудрился задолжать казне 1165 руб. 35 коп.1 По сообщению князя П. Долгорукова, Твердышевых было три брата: Иван, Яков и Петр. Признанным лидером братьев был старший из них Иван. Смышленые и расторопные братья рано начали свою предпринимательскую деятельность. Выше названный князь П. Долгоруков в своих «Мемуарах», вслед за ним дореволюционный историк Е.П. Карнович писал о маловероятном факте, что к промышленному предпринимательству их направил Петр I. Якобы во время Персидского похода при форсировании Волга на царской лодке гребцами оказались братья Твердышевых. Бойкие и смышленые братья Твердышевы понравились императору и он посоветовал им идти на Урал и заняться горным делом. В ответ на жалобу об отсутствие денег Петр I дал им 500 руб.1 о том же событии упоминают Н.И. Павленко и краеведы Гудковы.2 Однако этот миф источниками не подтверждается. После советов императора о занятии горным делом на Урале до начала горнозаводским предпринимательством Твердышевых прошло более двадцати лет. Да и подаренные им 500 рублей было явно недостаточно для бурного развития горнозаводской деятельности, чем отличалось предпринимательство Твердышевых на Южном Урале.

Известный краевед П.И. Рычков, лично знавший И.Б. Твердышева, называл его «невеликим капиталистом». Крупный знаток истории России, современник И.Б. Твердышева и И.С. Мясникова, член комиссии по разделу их имущества М.М. Щербатов, изучив заводские книги, пришел к выводу, что, они, когда приступили к горнозаводскому делу, имели до 500 тыс. руб. долга. Но эти долги источниками не подтверждаются.

Путь к вершинам предпринимательства И. Б. Твердышев пробил своим трудом. Карьеру купца он начал «в мещанском звании, с торговли мясом», затем занимался селитроварением. В начале 40-х гг. XVIII в. он появился в Оренбургской губернии в качестве винного откупщика и подрядчика по поставке провианта в Оренбург. Вскоре он вошел в доверие к оренбургскому губернатору И.И. Неплюеву. В 1742 г. И.И. Неплюев поручил Твердышеву продажу вина на территории губернии по выгодным для откупщика условиям. На основе анализа контракта Твердышев представляет дальновидным предпринимателем и тонким знатоком рыночного механизма: он снизил цену на вино с 2 руб. до 1 руб. 30 коп. за ведро, но значительно увеличил объем продаваемого товара и получил право на прибыль от 55 до 70 коп. за ведро, а при «чарошной продаже» – еще на 20 коп. В результате за счет «отпаивания» населения в большой прибыли оказались и казна и откупщик. Вино он поставлял со своих винокуренных заводов, расположенных в Казанском и Симбирском уездах. Особенно большие выгоды Твердышев получал с поставки провианта в г. Оренбург и губернию. Только уступки в пользу казны по сравнению с другими подрядчиками составляли 21 тыс. руб. Это давало возможность Твердышеву пользоваться расположением губернатора и других пред­ставителей местной власти как щедрый рачитель «интересов Е. И. В.» 1.

Близость к губернатору, доверие и поддержка последнего сыграли решающую роль в становлении Твердышева как горнозаводчика. О тесном контакте Твердышева с губернской канцелярией говорят и его отношения с краеведом, членом канцелярии П.И. Рычковым. В источниках зафиксированы факты продажи последним пленных башкир заводовладельцу. В свою очередь И.Б. Твердышев выступил доверенным лицом Рычкова, когда тот пожелал стать винным откупщикам в кабаках Оренбургской губернии2.

Берсудский медеплавильный завод. Со своим будущим главным компаньоном И.С. Мясниковым Твердышева связывали тесные родственные отношения. И.С. Мясников был женат на сестре Твердышевых Татьяне Барисовне3. В начале 40 х гг. они вместе со своим земляком А.И. Маленковым в Симбирском уезде варили селитру и сдавали в канцелярию Главной артиллерии и фортификации 2-4 тыс. пуд. селитры. Волевой и властный, одновременно гибкий и покладистый И.Б. Твердышев был одаренным организатором и являлся признанным главой компании. Он вел переговоры с местными и центральными органами власти, добивался позволительных указов на строительство новых заводов, вел хитросплетенные переговоры с башкирами на покупку их вотчинных земель, часто бывал в Петербурге, где организовывал продажу продукции заводов за рубеж. Доверенным лицом И.Б. Твердышева непосредственно на заводах являлся его младший брат Яков. И.С. Мясникову отводилось роль «компанейщика», он больше времени находился в г. Москве и руководил сложным процессом реализации продукции заводов в Центре страны и в Поволжье1.

В 1743 г. И.Б. Твердышев и И.С. Мясников купили медный рудник у башкирского рудопромышленника, старшины Надыровой волости Казанской дороги Уфимской провинции Надыра Уразметова2. 15 марта 1744 г. Твердышев доносил в Берг-коллегию о том, что компания нашла медный рудник на территории Зюрейской дороги Казанской губернии. 2 мая Берг-коллегия издала указ с разрешением построить медеплавильный завод на р. Берсуде, притоке Камы. Берсудский медеплавильный завод был построен в 1748 г. Таким образом, первые попытки горнозаводского предпринимательства компания симбирских купцов предприняла в западном Приуралье. Но вскоре Твердышев и Мясников поняли малоперспективность месторождения руды и уступили Берсудский завод Маленкову, а сами развернули бурную деятельность на Южном Урале земле башкир южных войск.



Воскресенский медеплавильный завод. В 1743 г. Твердышев обратился к И.И. Неплюеву с просьбой разрешить ему «при Кириллове заведенной бывшей медной завод на том или другом месте возобновить своим коштом». На Воскресенский казенный медеплавильный завод претендовали А.Н. Демидов и П.И. Осокин. Но Твердышева поддерживал Неплюев и убедил Сенат в пользу Твердышева. Неплюев и Твердышев заключили контракт о продаже остатков завода и «тамошних рудников». Неплюева привлекало и то, что Твердышев обещал восстановить завод за свой счет, «без казенного кредита» и возместить часть расходов, затраченных на строительство бывшего завода. 13 марта 1744 г. контракт был утвержден Берг-коллегией, 16 апреля 1744 г. издан указ Сената о продаже остатков завода с рудниками Твердышеву за 565 руб. 79 3/4 коп. В указе первый казенный медеплавильный завод именовался «Воскресенским».

Этот указ Сената положил начало интенсивному освоению недр на Южном Урале. Хотя он был позволительным указом для постройки конкретного завода, но в нем частный вопрос получил более широкое и принципиальное значение. «По содержанию де Берг-привилегии, регламента и мануфактурной инструк­ции, - говорилось в нем, - и для лучшаго содержания и умножения таких заводов и фабрик в Уфимской провинции и во всей Башкирии обретения руды и которые впредь найдены будут за полезно разсуждает отдавать по горным регулам в партикулярное содержание на означенных в том содержании кондициях».

Просьба Твердышева была удовлетворена за исключением только одного, но принципиально важного пункта: новоявленный заводовладелец стремился к овладению огромной территорией, границы которой он сам определил, и где он должен был иметь монопольное право на рудные ископаемые, и где другим предпринимателям запрещалось строить заводы. Такие требования Твердышева шли вразрез с горнозаводской политикой правительства, направленной на интенсивное освоение природных ресурсов Урала и массовое привлечение в эту среду предпринимателей-рудознатцев, рудопромыш-ленников и заводовладельцев. Поэтому Оренбургская губернская канцелярия определила: «... того дозволить ему (Твердышеву - С. К.) не возможно, ибо в оной, показанной от него окружности, такое великое включено расстояние, в котором по изобретению руд и по осмотру мест и многие иные заводы построены быть могут к немалой пользе». Таким образом, даже власти признали недопустимо огромные размеры «купленной» у башкир земли под Воскресенский медеплавильный завод.

Получив разрешение на покупку остатков Воскресенского казенного завода и, завершив купчую операцию, Твердышев и Мясников приступили к строительству. Обследовав обгоревшие остатки казенного Воскресенского медеплавильного завода, будущий заводовладелец пришел к заключению, что «на том месте медному заводу за малостью воды быть не можно, а он, ежели ему строить позволится, будет приискивать другого». Поэтому решили перенести завод на 90 верст южнее, ближе к рудникам, на более многоводную р. Тор, приток р. Нугуш. Новый завод был основан примерно на 53 параллели северной широты, в 175 верстах от Уфы, 162 - от Оренбурга, 90 - от Табынска, 60 - от Стерлитамакской пристани. Землю под строительство купили у башкир Тамьянской и Бушман-Кыпсакской волостей, отпущенную площадь отмерил поручик Шишков. По материалам V ревизии в конце XVIII в. во владениях Воскресенского завода и его сел находилось 77 555 дес. земли1.

Воскресенский медеплавильный завод построили в рекордно короткий срок. Воскресенский завод был пущен в действие 10 ноября 1745 г.2 Внешне он напоминал сильно укрепленную крепость. Академик П.С. Паллас, побывавший здесь в 1769 г., писал: «Заводское строение, при котором находится несколько сот жилых домов и церковь, обнесено ... так, как и все в тамошней стороне заводы, деревянною крепостью из лежащих бревен наподобие неправильного многоугольника с башнями и батареями». Жалкий урок с первым заводом заставил новых владельцев предпринять все меры предосторожности. Согласно контракту с губернской канцелярией, было оговорено: «ежели от башкирцев и киргизцев предвидимо будет такая от замешательства или бунта опасность, правительство обязано оказать заводу военную помощь».

Полноводная р. Тор была перегорожена плотиной. При ней располагались два корпуса плавильной фабрики, забранные из сосновых бревен, каменная расковочная фабрика. К подсобным помещениям относились деревянная кузница, меховая, слесарная, котельная, 3 сарая для хранения угля и леса, кирпичный сарай с обжигальной печью. При заводе были каменный хлебный магазин, деревянная контора, господский дом с госпиталем на 5 коек, конюшня. В заводском поселке стояла каменная церковь во имя обновления Святого храма и 414 обывательских домов 1.

Медную руду для Воскресенского завода добывали на Каргалинском руднике, месторождении, отдаленном от завода на 150-170 верст. Руда лежала почти на поверхности земли, добывалась открытым способом и содержала до 8% меди. По ведомости, составленной в 1797 г. в Уфимской казенной палате, за Воскресенским заводом числилось 138 рудников, в том числе 7 разработанных2.

Воскресенский завод современники XVIII в. называли «главным» среди медеплавильных предприятий компании Твердышева и Мясникова. В его конторе велась документация по всем заводам компании. Он занимал ведущее положение по производству меди, внедрению новой техники и технологии. Завод действовал как медеплавильный с 1745 по 1895 гг. Исследователи считали его «наиболее сильной индустриальной единицей Южного Урала по медному производству» и в XIX в. За 55 лет XVIII в. завод выдал 430 789 пуд. чистой меди, за 150 лет своего существования - 1 621 485 пуд. Среднегодовая выплавка меди составляла 10 551 пуд. меди и по этим показателям завод занимал пятую позицию в медеплавильной промышленности России. В отличие от многих заводов и наперекор общей тенденции, Воскресенский завод до последнего десятилетия своей деятельности наращивал свою мощность. В XVIII в. его среднегодовая производительность составляла 7 833 пуд. чистой меди, максимальная плавка достигала 13 051 пуд. (1778 г.). В XIX в. среднегодовая производительность составляла 12800 пуд. меди, максимальная плавка – 20 533 пуд. (1835 г.) 3.

В годы Крестьянской войны 1773–1775 гг. Воскресенский медеплавильный завод стал одной из главных баз вооружения повстанческой армии. При уходе Главного войска повстанцы разрушили завод, сожгли поселок. В 1773 г. завод успел выплавить лишь 5 591 пуд меди. В 1774 – 1775 гг. шли восстановительные работы, в 1776 г. завод дал 6984 пуд. меди.

80 % чистой меди на Воскресенском заводе выпускали в штыках, менее 20% процентов – в досках и брусках, около одного процента – в листах. Себестоимость меди на Воскресенском заводе была не постоянная, изменялась в зависимости от многих конкретных фактов: качества руды, отдаленности рудников, лесных делянок, карьеров для добычи песка, алебастра, глины, камня и т. д. Как отмечается в источниках заводской конторы, медь в зависимости от конкретных обстоятельств в разные годы «становиться может иногда дешевле, а иногда дороже». Так, в 1760 г. штыковая медь обходилась заводу в 4 руб. 85 коп., дощатая и в брусках- 5 руб., листовая – 5 руб. 25 коп1. Как утверждал М.М. Щербатов, пуд меди на заводах Твердышева и его компаньонов составлял от 1 руб. 50 коп. до 1 руб. 70 коп. Свидетельство Щербатова может относиться к началу 80-х г. XVIII в. Так, на заводах компании в 1760 г. она равнялась 4 руб. 85 коп., в 1772 г. – 2 руб. 23 коп.2 К 80-м она могла снизиться до указанных Щербатовым размеров.

К Воскресенскому заводу государственных крестьян правительсво не приписало. Собственных крепостных душ купцы-заводовладельцы не имели. Поэтому было очень сложно обеспечить завод рабочей силой. В своих отчетах и прошениях заводовладельцы неоднократно жаловались на острую нехватку рабочих рук. «Итак, – писали они в 1761 г., — за неимением приписных к тем заводам государственных крестьян заводские работы исправляются с великим трудом». В 1744 г. при заключении договора о продаже остатков казенного Воскресенского завода, Твердышев и Мясников получили разрешение Сената на покупку к заводу 400 душ крепостных крестьян. В 1752 г. в с. Никольском и Архангельском Симбирского уезда у лейб-гвардии поручика Ивана Васильевича Шереметева Твердышев купил 756 душ м. п. крепостных крестьян. По отчетам заводской конторы, летом 1761 г. на заводе насчитывалось всего 123 трудоспособных мастеровых людей. В 1758 г. Твердышев через Сенат добился перевода 127 душ м. п. «непомнящих родства» Кандыбской слободы Оренбургской губернии в «вечноотданных» Воскресенского завода. Из них 70 человек были обучены заводским профессиям и стали мастеровыми и работными людьми. По материалам V ревизии в конце XVIII в. в поселке Воскресенского завода было зарегистрировано 1 161 душ. м. п. крестьян, в с. Васильевском крестьян — 1 848 душ. м. п. по «Генеральному описанию» 1797 г., при Воскресенском заводе было 1 276 человек. Таким образом, всего за Воскресенским заводом числилось 3 009 душ м. п. крестьян.

Нижне - Воскресенский завод. На р. Торе ниже Воскресенского завода была сооружена плотина, на которой находилась лесопильная мельница, мукомольная и плотничная изба, дом для сторожей. В 1809 г. берг-инспектор Пермского горного ведомства П.Е. Томилов назвал завод Нижне-Воскресенским и не мог выяснить, «по какому позволению и в какое время» он был построен». К тому времени Нижне- Воскресенский завод уже не действовал1.

В источниках Нижне-Воскресенский завод не упоминается. Возможно, в XVIII в. заводовладельцы использовали его для плавки или передела меди, не учтенной в официальных отчетах и упрятанной от налогообложения. Если учесть тяжесть 10%-ной пошлины и третьедольной обязательной продажи продукции казне, а также баснословное обогащение компании за 25 – 30 лет, то такая мысль кажется вполне реальной. На это наводят разноречивые сведения в источниках о количестве домен, плавильных печей, шплейзофенных и гармахерских горнов, расковочных молотов. На наличие скрытых мощностей у компании Твердышевых и Мясникова в своем доносе указал в 1768 г. уволенный Яковом Твердышевым приказчик Воскресенского завода Карп Еремеев, обвинявший своих хозяев во многих «неправдах», наносивших ущерб интересам казны. Он перечислял, что при пробной плавке заводчики использовали тайком привезенную «подрудку с пустой землей и самой жесткой маловыходной рудой», что делопроизводство завода поручено малолетним школьникам с установкой вести записи «с утайкой», и что заводчики захватывают казенные рудники, отводят леса сверх указанной нормы. Изворотливым и влиятельным промышленникам без особого труда удалось отклонить обвинения спального приказчика и избежать следствия, ссылаясь на то формальное основание, что изветчик был «человек подозрительный тем, что он пытан и неоднократно публично наказан кнутом». Однако многие факты, изложенные в жалобе, заставляют предположить о существовании у кампании теневой экономики. Об этом свидетельствуют также вспомогательные заводы Верхоторского и Благовещенского заводов, не регистрированные в официальных источниках XVIII в. и обнаруженные берг-инспектором П. Томиловым в начале XIX в. во время его визуального обследования заводов Урала1. И.С. Мясникова, известного историка М.М. Щербатова относительно неправдоподобно быстрого обогащения горнозаводской компании симбирских купцов Твердышевых и Мясниковых.



Преображенский медеплавильный завод. Три года потребовалось Твердышеву и Мясникову для освоения своего первенца. За это время они сумели обеспечить Воскресенский завод рабочей силой, рудным и топливным резервом, вывели завод на номинальную мощность, утвердили свой авторитет как способные предприниматели в области горнозаводской промышленности. Сам Твердышев об этом писал, что в «новой и от российских жительств отдаленной стороне», без приписки государственных крестьян преумножил выплавку меди, тем самым «и другим заводчикам заводы заводить в тамошней стороне ... возможность показал»2.

Весной 1748 г. Твердышев обратился в Оренбургскую губернскую канцелярию, что его люди на реке Урман-Зилаир изыскали «к строению нового медеплавильного же завода удобное место». 31 июля 1748 г. губернская канцелярия вынесла решение, что Твердышеву, «яко уже известному и в тех делах опробованному человеку, на р. Урман-Елаире новый завод строить повелено». Земли под завод взяли в кортому у башкир Бушман-Кыпсакской и Усерганской волостей Ногайской дороги на 60 лет. Завод, прозванный Преображенским, был построен на быстротечной горной реке Урман-Зилаир, правом притоке реке Сакмара, на вершине высокой горы. Русло реки позволяло построить плотину длиной всего лишь 27 саж. по основанию и 36 ­­– по верху. Малодоступность места, защищенного естественными препятствиями, освободила заводовладельцев от строительства укреплений. Преображенский завод оказался единственным у компании Твердышевых и Мясникова, не окруженным крепостной стеной и не снабженным артиллерией и гарнизоном. Завод был пущен в действие 18 сентября 1750 г.1 По производительности он являлся одним из крупных среди медеплавильных заводов Южного Урала. Ежегодная плавка чистой меди в последнем десятилетии XVIII в. доходила до 11 тыс. пуд. За 50 лет деятельности было выплавлено более 300 тыс. пуд. чистой меди2. По сведениям П.И. Рычкова, при заводском поселке насчитывалось 130 дворов купленных крестьян, по данным «Генерального описания» в 1797 г. – 726 мастеровых и работных людей из собственных крестьян.

В 1780 г., после смерти Я.Б. Твердышева, завод перешел в наследство его бездетной дочери Татьяне Яковлевне, вышедшей замуж за Г.И. Бибикова и вскоре умершей. Преображенский завод первым оказался в руках людей, не состоявших в компании. В 1783 г. он был продан оренбургскому купцу Д.К. Крашенинникову, родному брату жены Я.Б. Твердышева. Тот продал его в 1789 г. московскому именитому гражданину П.М. Гусятникову. Несмотря на частую смену владельцев, завод не снижал производительности. В конце XVIII в. он имел 80 рудников, из которых 12 были действующими. По подсчетам исследователя Н.И. Павленко, в 1795 г. 3 из 7 действующих медеплавильных заводов Урала и Сибири давали 629 пуд. меди, что в 18,5 раза было меньше производительности одного Преображенского завода1.

Богоявленский медеплавильный завод. 16 декабря 1751 г. Твердышев получил определение Берг-коллегии на постройку медеплавильного завода на реке Бармет, правом притоке реки Зирган, впадающей в реку Белую. Как и предыдущие заводы компании, он был построен в короткие сроки и 25 декабря 1752 г. дал первую плавку. Земли для завода были куплены у башкир Юрматинской и Кси-Табынской волостей Ногайской дороги. По названию будущей церкви божьей во имя Богоявления Господня завод был именован Богоявленским. Богоявленский завод на 4 года был освобожден от уплаты десятины2.

Завод имел земляную плотину, проложенную через р. Усолку, деревянную медеплавильную фабрику, состоявшую из 3 корпусов.

Руду возили с Ивановского, Заовражного, Покровского, Шиферного, Максимовского и Каргалинского рудников, расположенных в 250 верстах от завода. Всего за Богоявленским заводом числилось 122 рудника, из них в конце XVIII в. 16 были действующими. Руда содержала от 1,5 до 3,5 % меди.

По своей производительности Богоявленский завод среди медеплавильных предприятий Твердышева и Мясникова уступал только Воскресенскому и входил в шестерку крупнейших на Урале и в России. За 48 лет действия в XVIII в. на нем было выплавлено 399 169, за 137 лет – 1 353 135 пуд. чистой меди. Среднегодовая производительность завода составляла 10 023 пуд. Уже на пятый год действия завода (1756 г.) его производительность достигла 10 134 пуд. меди, максимальная производительность в XVIII в. составила 15 942 пуд. (1780 г.). В 1773 г. завод выплавил 6 457 пуд. чистой меди, в 1774 г. бездействовал, в 1775 г. был восстановлен, пущен в действие и выдал 2 726 пуд. меди, в 1777 г. достиг 10-тысячного рубежа. В 1783 г. при разделе наследства завод достался дочери И.С. Мясникова И.И. Бекетовой.



Архангельский медеплавильный завод. Контракт на строительство следующего медеплавильного завода был заключен с Оренбургской губернской канцелярией. 1 сентября 1752 г. на этот раз компанию представлял Мясников. 1 марта 1753 г. Берг-коллегия определила заводовладельцам построить Архангельский медеплавильный завод на реке Аксын, левом притоке реке Инзер, впадающей в р. Сим1. Земли под завод были отведены в 1752 г. по распоряжению Оренбургской губернской канцелярии кондуктором Менцем. 11 октября 1755 г. в Уфимской провинциальной канцелярии у крепостных дел на эти земли была составлена купчая. Огромная площадь – 356 кв. верст и 44 дес.ы (около 115 тыс. дес.) – в бассейне рек Инзер, Сим, Баса, Верхняя и Нижняя Кургашли, Зилим, Чик, Аксын и др., принадлежащая башкирам деревень Шаки, Бакралы, Зилим Курпеч-Табынской волости, была продана за 200 руб. Завод с четырьмя медеплавильными печами был пущен 2 декабря 1753 г. 2

Он находился в 70 верстах от Уфы и 320 – от губернского Оренбурга. Завод был построен в 20 верстах от истоков реки Аксын, имел плотину, деревянную медеплавильную передельную фабрики. Руду возили с Каргалинских рудников, расположенных в 300 верстах от завода. В 70-е годы XVIII в. в Каргалинском месторождении ему принадлежали Уральский, Шиферный, Никоновский, Березновский действующие рудники, в конце XVIII в. – всего 122 рудника. Легкоплавкая каргалинская руда содержала до 5% меди, что позволяло заводу достигнуть среднеуральского уровня производительности – 4500 пуд. чистой меди в год3. Себестоимость меди на Архангельском заводе была в пределах 3 руб. 75 коп. – 4 руб. 90 коп.4

В поселке завода в 1770 г. насчитывалось 130 дворов собственных крестьян. По материалам V ревизии, в конце XVIII в. за Архангельским заводом числились деревни Ирныкшы, Зилим и село Архангельское с населением 3397 человек1. Завод и заводской поселок были укреплены на случай нападения башкир «деревянным оплотом с башнями и раскатами, которые снабжены пушками».

По своей мощности Архангельский медеплавильный завод относился к числу крупных на Урале. В первые десять лет выпуск меди редко достигал 3 тыс. пуд., с 1765 г. достиг 4 тыс. пуд., в 1772 г. – 6 тыс. пуд. В годы Крестьянской войны, 4 июня 1774 г., завод был сожжен повстанцами, но сохранились плавильные печи и часть плотины, общие убытки составляли около 49 тыс. руб.; восстановлен к середине 1776 г. и в том году дал 1 222 пуд. меди2. В 1783 г. при разделе имущества компании завод достался дочери Мясникова Екатерине Ивановне Козицкой. Новые владельцы предприняли ряд мер для повышения производительности завода. В результате выплавка меди в начале 90-х годов достигла 9 тыс. пуд., в начале XIX в. – 10-14 тыс. пуд. в год. За 138 лет действия на нем было выплавлено 1 029 216 пуд. чистой меди3.



Верхоторский медеплавильный завод. Верхоторский медеплавильный завод компании Твердышева и Мясникова был построен на р. Тор, в 11 верстах выше Воскресенского завода. Завод дал первую плавку 12 июля 1759 г.4 Земли под Верхоторский завод были приобретены у башкир Юрматинской и Бушман-Кыпсакской волости Ногайской дороги. 28 июня 1761 г. в Уфимской провинциальной канцелярии выборные из башкир Исан-Аман Мусин «с товарищами» подписали купчую на земли деревень Мусино, Алимгулово, Мустафино, Батырово, Бураево и Канзекеево, расположенных в бассейне реки Тор и ее притоков, за 300 руб. Площадь была отмерена еще в 1754 г. Оренбургским горным начальством по указу Берг-коллегии от 30 марта того же года. Аналогичную купчую 3 мая 1863 г. выборные от башкир Бушман-Кыпсакской волости Халил Акыров и другие оформили в оренбургской крепостной конторе на земли в бассейнах рек Большой и Малой Кандышлы, Селеди, Нугуш и Суканыш. Огромная земельная площадь была продана за 150 руб1. Завод находился на расстоянии 159 верст от г. Уфы, 181 версты от Оренбурга и 90 верст от Стерлитамакской пристани.

Плотина через р. Тор имела длину по основанию 100, по верху - 206 саж., ширину соответственно 11 и 8 сажень, высоту – 2,5 сажень.и. При полном скопе воды в весеннем половодье глубина пруда достигала 7 аршин, разлив – до 2 верст. Первоначально на Верхоторском заводе построили одну деревянную медеплавильную фабрику с 3 печами, толчеей с 5 пестами, молотом для разбивки флюса и мусора; передельную фабрику со шплейзофенным и гармахерским горнами, двумя горнами для разбивки меди в штыки и одним для зеленой меди. К концу XVIII в. производственные мощности завода значительно расширились. Была построена еще одна плавильная фабрика с 2 печами, действовали по 3 кричных и гармахерских горна и расковочных молота. До середины 80-х гг. XVIII в. ежегодная выплавка меди колебалась от 3,5 до 4,5 пудов. В 1784 г. завод дал 5 893, в 1785 г. – 7 794 пуд. чистой меди. В 1791 г. производство меди на Верхоторском заводе достигло 8 116, в 1797 г. – 10 306 пуд. Завод окончательно прекратил свою деятельность в 1913 г. За 154 года действия на нем было выплавлено около 1,6 млн. пуд. чистой меди2.

Видимо, первоначально на Верхоторском заводе все заводские и вспомогательные работы выполняли мастеровые и работные люди Воскресенского завода. П. И. Рычков, посетивший завод в 1760 г. , отметил, что там «пока нет еще ни селения, ни церкви». В дальнейшем рабочей силой завод был обеспечен за счет покупки крепостных крестьян. Накануне Крестьянской войны 1773 – 1775 гг. на заводе числилось 1 548 душ. м. п. В ходе войны завод потерял 357 человек погибшими и пропавшими без вести. По материалам V ревизии, в конце XVIII в. на Верхоторском заводе было 78 крепостных мастеровых и работных людей, 541 крепостной крестьянин выполнял вспомогательные заводские работы. На заводской работе было занято также 476 из 484 душ м. п. крестьян д. Ромадановки. На вспомогательных работах завода было занято около 50 человек вольнонаемных. По материалам, собранным Берг-коллегией в 1797 г., на Верхоторском заводе числилось 1 103 мастеровых и работных людей из собственных крестьян. В 1809 г. на заводе было 414 обывательских домов с населением 949 душ м. п. и 948 душ ж. п. купленных крестьян. По данным 1870 г., при Верхоторском заводе был 341 двор с населением 3 340 человек, в деревнях Татьяновка, Скворчиха, Осиповка, Ивановка, Ромадановка и Терекле, принадлежащих заводу, было более 800 дворов с населением 4 053 человека1.

Покровский медеплавильный завод. Покровский медеплавильный завод был построен графом А.И. Шуваловым в компании с симбирским купцом Тимофеем Глазовым в 1757 г. В 3-х верстах ниже основного завода на реке Тор Берг-инспектор П. Тамилов обнаружил остатки вспомогательного завода, не зарегистрированного в официальных документах. По признанию ревизора, «в какое время и по какому позволению» был построен завод, «контора доказать не могла»2. В отличии от Верхнее-Воскресенского вспомогательного завода, здесь сохранилась плотина шириной 12, длиной 250 сажен и высотой 9 аршин. При плотине в деревенском корпусе находились 1 гармахерский горн, 1 шплейзофенный горн и печь для разлива меди, 1 молот для разбивки меди, 1 печь для разогрева и 1 якорный горн. На вспомогательном заводе за сутки переделовали от 125 до 150 пудов меди и получали до 80-90 пудов чистой меди3. Он имел 6 плавильных печей. Все основные операции в цехах, заводской конторе и вспомогательные работы выполняли вольнонаемные работники. В 1762 г. на заводе работали 580 наемных работных людей. В 1760 г. Берг-коллегия предоставила Шувалову монопольное право на поиск и добычу медной руды левом берегу р. Яик в течение 10 лет. К середине 60-х гг. за Покровским заводом в заяикских степях было прикреплено более 110 рудников1. В 1757 г. на заводе было выплавлено 300 пуд. чистой меди, в 1758 г. – 2 019, 1759 г. – 3 428, 1760 г. – 4 556, 1761 г. – 4 402, 1762 г. – 4 024 пуд2.

Благополучное начало работы Покровского завода пробудило у Шувалова желание построить новый медеплавильный завод на р. Сюрень. В 1762 г. он обратился в Берг-коллегию с просьбой отвести под строительство нового медеплавильного завода место, предусмотренное в челобитной 1753 г. Но в том же 1762 г. Шувалова постигла неудача. Весь горнозаводской Урал стоял на пороге грандиозных волнений приписных крестьян, воздействие которых раньше других и в весьма оригинальной форме сказалось на Покровском заводе. Вольнонаемные работники, «забрав по заводским обыкновениям в задатки более 16 тыс. рублей», самовольно разбежались по своим деревням, оставив завод без рабочих рук. Производство остановилось, так как на заводе не было ни приписных, ни собственных крестьян. В 1763 г. выплавка меди на заводе Урала до 650 пуд. и продолжала падать в последующие годы: 1764 г. – 623, 1765 г. – 557, 1766 г. – 227 пуд. Из 6 плавильных печей работала лишь одна, и та с перебоями. В 1767 и 1768 гг. Покровский медеплавильный завод вовсе бездействовал.

Потерпев неудачу, в 1765 г. Шувалов обратился в правительство с предложением купить у него Покровский завод за 60 тыс. рублей. Еще в 1764 г. по заданию Берг-коллегии завод был обследован и описан маркшейдером Поповым, который признал, что плотина построена «по заводским учреждениям и порядкам», а сам завод не ветхим. В 1765 г. на Покровский завод были посланы шихтмейстр В. Раздеришин и бывший компаньон Шувалова Г. Глазов, которые представили в Берг-коллегию отчет с подробнейшим описанием завода, его подсобных предприятий, заводского поселка, лесных владений и медных рудников3. Канцелярия Главного правления оценила завод в 50 тыс. рублей. Берг-коллегия поддержала предложение Шувалова и обратилась в Сенат, последний – к Екатерине II. К этому времени влияние Шуваловых в царском дворе упало и императрица отказалась купить завод. В именном указе говорилось, что «оной завод в казну е. и. в. ненадобно, а может он, граф Шувалов, продать кому захочет». В 1766 г. Берг-коллегия потребовала у Шувалова наладить производство и поднять производительность завода, на что граф ответил отказом, ссылаясь на отсутствие приписных крестьян, трудности в поисках вольнонаемных работников, которые в текущем году самовольно ушли, не отработав 4 345 руб. аванса1. 5 июля 1768 г. Покровский завод был продан оренбургскому купцу Ф.И. Журавлеву, который через 6 дней продал его И.Б. Твердышеву. Последнему удалось возобновить работу завода. В 1769 г. на заводе было выплавлено 2 692, в 1770 г. – 1 777, в 1771 г. – 2 792, в 1772 г. – 3 174 пуда чистой меди. В первой половине 1773 г. завод успел выплавить 1 292 пуда меди. Во время Крестьянской войны завод был захвачен повстанцами остановлен. В конце октября 1774 г. Покровский завод был сожжен повстанцами. После Крестьянской войны Я.Б. Твердышев и И.С. Мясников признали завод бесперспективным из-за отсутствия лесов и не стали его восстанавливать2. За 17 лет работы на Покровском медеплавильном заводе было выплавлено 32 513 пудов чистой меди3.

Таким образом формирование, бурное развитие и расцвет южноуральской горнозаводской промышленности во второй половине ХVIII в. связано с деятельностью симбирских купцов Твердышевых и Мясниковых. Своевременно воспользовавшись благоприятными условиями, создавшимися на Южном Урале к середине XVIII в., они создали горнозаводскую компанию, которой суждено было сыграть такую же выдающуюся роль в развитии промышленности на Южном Урале, какую сыграла династия Демидовых на Среднем Урале.

В течение чуть более 20 лет (с 1745 - по 1767 гг.) горнозаводской компанией было построено 7 медеплавильных заводов. Кроме того, компаньоны построили 2 вспомогательных медеплавильных завода, не зарегистрированных в официальных документах, купили Покровский медеплавильный завод. Таким образом, в ХVIII в. в их владении было 9 медеплавильных заводов. По производству меди компания Твердышевых и Мясниковых не знали себе равных не только на Урале, но и во всей России.



Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет