Мы проходим мимо, делая вид, что не замечаем их



жүктеу 34.89 Kb.
Дата15.04.2019
өлшемі34.89 Kb.
түріСтатья

Масиев Денис

МОУ МУК № 1

«Лучшая статья, освещающая

социально значимые вопросы для молодежи»
Гомо бомжиникус
Мы проходим мимо, делая вид, что не замечаем их. Или не замечаем искренне. Человеческий мозг интересно устроен: если нам что-то неприятно, мы стараемся от этого абстрагироваться. Помните Клима Самгина: «А был ли мальчик?»

В Сургуте их много, впрочем, наверно, и в других городах не меньше. Оборванные, грязные люди, клянчащие у киосков, смутные тени, роющиеся в мусорных баках, опустившиеся на самое дно алкоголики, гремящие клетчатыми сумками со «стеклянной валютой». Если нам приходится приблизиться к ним, мы брезгливо отворачиваемся: они слишком грязны и, как правило, от них плохо пахнет. А как ещё должно пахнуть от людей, не имеющих возможности, (а может быть и желания?) помыться?

У бомжа - человека без определённого места жительства, в советские времена было и другое определение. Бич - бывший интеллигентный человек. Тогда в бичи шли и из-за принципа, пытаясь таким образом выразить свой протест против действительности.

Общество ли виновно в том, что это социальное явление имеет место быть и в наш век высоких технологий или причина всё-таки кроется в самом человеке. Откуда эта страсть – быть не как все, жить как «птичка божия», которая «не знает ни заботы, ни труда».

Недавно в соседнем доме обустроилась парочка бомжей. Расположились они прямо под балконом первого этажа: натащили досок, отгородили закуток, расстелили старые матрацы, тряпки. В их «квартире» на видном месте стоял веник с совком. Аккуратные попались бомжи. Не знаю, как реагировали на такое соседство хозяева балкона, но жили они тихо и мирно. Днём на глаза не попадались. В своё убежище возвращались лишь с наступлением темноты и исчезали с рассветом.

Все попытки заговорить с ними ответного желания пойти на контакт не вызвало. После того, как небольшая мзда перекочевала из моего кармана в их, один из маргиналов царственно согласился «дать интервью». История его, если, конечно, она правдива, достаточно проста.

Николай, так он представился - ещё не старый, до пятидесяти лет мужчина, одет в невообразимую рвань, с резким запахом застарелого, вечного перегара, но достаточно здраво рассуждающий и вполне осознающий своё положение. Сел «по пьянке», пока отбывал срок, жена развелась, квартиру разменяла, вышел, оказался в комнатушке «малосемейки». С горя пустился во все тяжкие, долго колобродил, потом опомнился, решил взяться за ум - уехать из города, устроиться на работу. Комнату продал, собрался вернуться в родные места где-то на Урале. Не получилось: получив деньги, запил, загулял, когда спохватился – понял, что оказался на улице. С тех пор так и живёт: зимой на заброшенных дачах или в подвалах на стройках, летом, где придётся. На мой робкий вопрос - нельзя ли как-то попытаться что-либо изменить, он лишь пренебрежительно махнул рукой – мол, не о чем говорить. Наверное, этот разговор нельзя назвать серьёзным и откровенным, глупо ждать откровений от незнакомого человека, на душе остался горький осадок недоговорённости и недосказанности, а, может и недоделанности.

Товарищ Николая выглядел значительно старше, в разговор не вступал и, вообще казался безучастным. Говорил он лишь на «русском народном» и однозначно. Больше всего ему хотелось увести Николая и потратить деньги. Через несколько дней резко похолодало, выпал первый снег, и они уже не приходили ночевать под балкон.

Они исчезли, а ощущение недосказанности осталось. Когда-то Максим Горький, и сам немало побродяжничавший по Руси, воспел в своих рассказах «босяков»(так в его времена называли бомжей). У его героев была целая философия: непонятная тяга к странствиям и дикое отвращение к спокойной осёдлой жизни. Великий писатель пытался объяснить, что в существовании таких людей виновато не общество, а они сами, и это их осознанный выбор.

Да, конечно, человек сам строит свою судьбу, но ведь общество в ответе за всех своих детей. Жить не как все, не означает жить недостойно человека. Большая часть людей, оказавшихся на обочине жизни, попала туда отнюдь не из философских побуждений. Возможно, они были недостаточно сильными, наверняка, виноваты сами, но разве это причина отворачиваться от них? Говорят, что матери любят больных и неудачных детей гораздо больше, чем сильных, здоровых и успешных. Почему же мы с такой брезгливостью отходим в сторону? Неужели людям, упавшим на дно жизни, уже не подняться.

Сургут – город богатый, уровень жизни в нём достаточно высокий, может это и привлекает к нам опустившихся людей. В мусорных ящиках полным-полно пивных бутылок, одежды, обуви. Вокруг города много дачных поселков. Правда, морозы зимой бывают очень сильные, и в сводках новостей частенько говорят о замёрзших насмерть людях, не забыв подчеркнуть, что это лица без определённого места жительства, словно успокаивая нас – уж с вами такого никогда не случится.

В Сургуте существует организация, призванная помогать таким людям, – комплексный социальный центр по оказанию помощи лицам без определённого места жительства «Альтернатива». Там бомжам предоставляют временное жильё, помогают восстановить документы и трудоустроиться.



Количество бездомных в городе от этого не уменьшается. Наверно, их существование свидетельствует о болезни всего общества, «прогнило что-то в датском королевстве». Им не столько наша материальная помощь нужна, сколько поддержка и вера в возможность что-либо изменить в своей жизни, понимание того, что они такие же люди, как и мы. «Возлюби ближнего своего как самого себя». Трудно.

Достарыңызбен бөлісу:


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет