Монография Гуково 017 ббк 87. Э15



жүктеу 1.57 Mb.
бет7/8
Дата11.10.2018
өлшемі1.57 Mb.
түріМонография
1   2   3   4   5   6   7   8
ГЛАВА 5. ЛЮДВИГ ФЕЙЕРБАХ И ЕГО ФИЛОСОФСКИЕ ИДЕИ
Людвиг Андреас Фейербах родился в 1804 году в баварском городке Ландсхуте в семье юриста. Окончив гимназию, он поступает в Гейдельбергский университет на богословский факультет. Вскоре юноша увлекается философией и под влиянием Гегеля переводится в Берлинский университет, где занимается преимущественно изучением философии. В 1828 году Фейербах защищает в Эрлангенском университете диссертацию «О едином, всеобщем и бесконечном разуме», выдержанную в духе гегелевского идеализма. После защиты он работает приват-доцентом в этом университете, читает лекции.

В 1830 году анонимно выходит в свет сочинение Фейербаха «Мысли о смерти и бессмертии», в котором оспаривался тезис о личном бессмертии и загробной жизни. Автор становится известен и вынужден покинуть университет, для него закрываются университетские кафедры. Но Фейербах продолжает научную деятельность, сотрудничает с журналами. В 1833-1838 годах издаются три тома «Истории новой философии». С 1837 года он в течение многих лет живет и работает в небольшой франконской деревушке Брукберг (на родине своей жены), где и пишет свои главные философские труды.

Важной вехой творческой биографии Фейербаха был разрыв с учением его учителя – Гегеля. В 1839 году была написана работа «К критике гегелевской философии», за ней последовали : «Предварительные тезисы к реформе философии» (1842) и «Основные положения философии будущего» (1843), в которых он критикует гегельянство в основном с материалистических позиций, резко выступая против тезиса о тождестве бытия и мышления. Одним из главных его трудов становится «Сущность христианства» (1841), уже вскоре переведенная на многие иностранные языки. В ней Фейербах дает глубокий анализ религии как социокультурного феномена. Критика религии становится основной темой последующего творчества ученого.

Если Гегель рассматривал невыводимую своеобразность отдельных явлений природы как несоответствие действительности понятию, то его ученик в конце концов перевернул эту мысль и солидаризировался с общепринятым воззрением, объявив, что это обстоятельство доказывает только несоответствие понятия действительности. К этому обратному выводу Фейербах пришел постепенно во время философско-религиозного спора, волновавшего гегелевскую школу, начиная с середины тридцатых годов.

Позиция, занятая Фейербахом, самым непосредственным образом определялась его воззрениями на сущность родовых понятий и, в частности, на значение понятия человеческого рода. В этом именно споре для «левого» крыла гегелевских учеников, к которому принадлежал и Фейербах, стало очевидным, что гегелевский «абсолютный дух» есть собственно не что иное, как его «объективный дух», то есть человеческий родовой разум. Уже раннее фейербаховское сочинение «Мысли о смерти и бессмертии» подчеркивало принцип несоответствия индивидуума с родом и идею уничтожения первого во втором. Здесь уже идеальный момент гегелевского учения решительно отступил назад перед пантеизмом.

Выпуская в 1839 году свою работу «К критике гегелевской философии», Фейербах прежде всего указал на то, что в гегелевской диалектике приняты во внимание последовательность, но не координация, время, но не пространство. В ней находит себе место история, но не природа. Гегельянство, как историческое мировоззрение, беспомощно перед природой, оно не может постичь ее и рассматривает ее как нечто «случайное». Но как раз это случайное,- указывает Фейербах,- на деле и есть существенное.

Из приверженца гегелевской философии Фейербах, таким образом, становится ее противником. Раньше, излагая ее, от тщательно подчеркивал ее отличие от богословия, теперь же он упрекает ее в том, что учение о реальности идеи и случайности в природе целиком и полностью носит теологический характер. Его вывод таков: наука не должна оправдывать религию – ее задача заключается в том, чтобы объяснять религию. Именно этому посвящены последующие работы Людвига Фейербаха: «Сущность религии» (1845), «Против дуализма тела и души, плоти и духа» (1846), «Вопрос о бессмертии с точки зрения антропологии» (1846), «Теогония» (1857) и др.

Последние годы жизни мыслителя прошли в нужде и лишениях. В 1860 году семья Фейербаха (после банкротства зятя, владевшего фарфоровой фабрикой) переселяется в Рехенберг около Нюрнберга. Тем не менее, он продолжает работать, ведет большую переписку, публикует свое этическое произведение «Эвдемонизм», интересуется социальными и экономическими проблемами, знакомится с «Капиталом» Маркса. Умер Людвиг Фейербах в сентябре 1872 года.

Впоследствии философия Фейербаха получила различные интерпретации: марксизм признал ее одним из своих источников, подчеркивая материализм и атеизм, другие же считают ее предшественницей философской антропологии.
1. СУЩНОСТЬ АНТРОПОЛОГИЧЕСКОГО МАТЕРИАЛИЗМА
Будучи учеником Гегеля, Фейербах тем не менее радикально меняет свою мировоззренческую позицию. Хотя он не считает, что переходит от идеализма к материализму. Свою философию он называет новой, реалистической, антропологической. Последователи Фейербаха, среди которых были Маркс и Энгельс, квалифицировали ее совершенно определенно – как антропологический материализм.

Принципы новой философии выводятся Фейербахом как антитезы гегелевского объективного идеализма. Он утверждает, что началом философии является не абсолют и не бытие в качестве проявления идеи, а сама реальность. Философия познает только то, что есть. Главная задача философии заключается в том, чтобы помыслить вещи и сущности такими, каковы они есть. «Пространство и время,- пишет Фейербах,- составляют формы бытия всего сущего. Только существование в пространстве и времени есть существование. Отрицание пространства и времени есть только отрицание их границ, а не их сущности. Вневременное ощущение, вневременная воля, вневременная мысль, вневременное существо – все это фикции. У кого нет вообще времени, у того не может быть ни времени, ни порыва к воле, не может быть никакого порыва к мысли» ( 16,т.1, с.122-123).

Отсюда делается вывод о том, что не бытие исходит из мышления, а мышление исходит из бытия. Мышление это только предикат бытия. Бытие тождественно не мышлению, а чувственности. Человек дан самому себе только чувственно. Он сам себе предмет в качестве чувственного объекта. Чувственность проявляется в ощущениях и страстях, переживаниях и желаниях, в созерцании, в структуре телесной жизни, в отношении к другому человеку. Чувственность определяет действительность человека как предметно действующего существа. С ее помощью человек проявляет свою целостность и индивидуальное своеобразие. Она есть и инструмент познания, выходящего за пределы ощущений. Благодаря понятию чувственности Фейербаху удалось зафиксировать целостность человека – важнейший принцип философской антропологии, признаваемый сейчас всеми.

Чувственность занимает главное место в системе понятий философа и ее содержание не сводимо ни к гносеологической, ни к телесной трактовкам, наиболее распространенным до него, хотя, безусловно, предполагает их. Чувственность утверждает человека в мире, позволяет ему раскрыться в нем, Она выступает основой бытия человека, критерием его реального существования. Иными словами, чувственность трактуется как самоцель человека, благодаря чувственности он совпадает с самим собой и с миром в целом, поднимается до духовных высот.

Обращение к чувственности было для Фейербаха способом найти то связующее звено между человеком и миром, которое позволяет непосредственно, бесконфликтно переходить одному в другое. Именно поэтому у него понятие чувственности идет рука об руку с понятием жизни. Опора на принцип жизни способствует целостному постижению мира, поскольку жизнь устроена как целостность.

Его «реалистическая» философия превращает человека, включая и природу как базис человека, в «единственный, универсальный и высший предмет философии». Т.е., антропология превращается в универсальную науку. Все остальное, включая искусство, религию, философию, составляет раскрытие человеческой сущности.

Соответствующим образом тогда будут решаться и гносеологические вопросы. Истина, по Фейербаху, не в мышлении и не в знании. Она – в полноте человеческой жизни, в единстве человека с человеком. Истина – это только точка зрения чувственности и эта точка зрения дает «целостность и индивидуальность». Деление же человека на тело и душу, на чувственное и нечувственное существо оказывается чисто теоретическим. Тело дает существование человеку и если отнять тело, то это значит – отнять само существование. Кто уже не чувствует, тот и не существует. Отделить существо от существования можно только мысленно, но не в действительности. Если это так, размышляет ученый, то все философии, все религии, все учреждения, которые противоречат такому принципу будут в основе своей ошибочными.

Чтобы сделать людей счастливыми, рассуждает Фейербах, нужно обратиться к источникам всякого счастья и всех радостей. А источниками здесь выступают, в первую очередь, опять же чувства. Отрицание чувств ведет к болезненности, испорченности, злобности. Если человек отрицает чувства, противореча своей сущности, то рано или поздно он будет снова утверждать их, но теперь уже не иначе как отрицательным, уродливым, искаженным образом. Дело разума заключается в том, чтобы посредничать между чувственными сущностями, связывать, приставлять связку к сущности, но не в том, чтобы создавать сущность. Мышление, таким образом, отыскивает, анализирует, извлекает из явлений единое, одинаковое, общее, но сначала оно должно чувственно воспринимать явления.

Коренную ошибку идеализма Фейербах видит в попытке решения вопроса об объективности и субъективности, действительности и недействительности мира только с теоретической точки зрения. Тогда как на самом деле мир является объектом разума потому, что он есть объект чувственности, а, следовательно, бытие предшествует мышлению.

Еще одной отличительной стороной обоснования материализма Фейербахом выступает любовь (любовь человека к многообразию мира), которую он считает онтологическим доказательством объективного существования всех окружающих вещей и предметов. Любовь – это стремление человека обладать теми или иными предметами, дающее положительные эмоции. Любовь также оказывается критерием истинности и действительности. Если любви нет, то нет и истинности. Но в основе лежит все-таки любовь к человеку. Нет смысла говорить о человеческой сущности применительно к отдельному человеку, ибо она проявляется только в отношениях между людьми. «Человек человеку - Бог». И это высший пункт всемирной истории. Замена Бога другим человеком – очень важный момент как у Фейербаха, так и у его последователей. Это соответствует более общей линии сведения божественного к человеческому, начавшей утверждаться в европейской философии с эпохи Возрождения.

Специфику человеческой любви мыслитель определяет следующим образом: во-первых, любовь отличает бытие от небытия, так как любовь есть страсть, и только страсть есть признак бытия; во-вторых, любовь понимается как сострадание и в этом качестве она приближается к любви божественной (хотя Фейербах предлагает заменить ее верой в человеческое сердце); в-третьих, любовь обеспечивает единство души и тела.

Разрабатывая отношение к другому, он намечает несколько важных моментов для понимания человеческого общения: стремление проникнуть в таинство восприятия и понимания человека человеком посредством чувственности; поиск первичных механизмов социальных связей между людьми; указание на существование принципа сообразности другому в общении. Этот коммуникативный аспект чувственности становится важной составной частью философской антропологии Фейербаха, который показал, что вне отношения Я-Ты нельзя понять человека в его целостности, в единстве природного и духовного.

Итак, фейербахианский образ человека, как было сказано выше, описывается такими понятиями, как чувственность, жизнь, тело, индивидуальность, другой, любовь. Взятые в единстве эти понятия, во-первых, характеризуют специфику и новизну концепции Фейербаха в рамках своего времени, во-вторых, они обозначили перспективные линии дальнейшего развития философско-антропологического знания. Немецкий мыслитель предвосхитил более поздние философско-антропологические идеи. Это позволило его преемникам, уже в двадцатом веке, выделить новые типы чувственности (сенсуально-отчужденный, телесно-отчужденный) и применять данное понятие для анализа тенденций развития человека и общества.
2. КРИТИКА РЕЛИГИИ С ПОЗИЦИЙ АНТРОПОЛОГИЗМА
Свою позицию в отношении к религии вообще, и к христианству в частности, Фейербах высказывает прежде всего в книгах «Сущность религии» и «Сущность христианства». Критика религии становится одной из основных тем творчества Фейербаха. При этом она основывалась на определенных знаниях в области теологии (ей Фейербах учился, пока не сделал выбор в пользу философии). Теологию как антинаучную теорию религии он предлагал заменить «теономией», рассматривающей достоверное знание о том, как человек создал Бога. Разгадку веры, согласно Фейербаху, следует искать в глубинах человеческой психики, стремлении человека преодолеть собственную конечность и свое бессилие.

«Религия,- утверждает Фейербах,- есть сон человеческого духа; но и во сне мы находимся не на небе, а на земле – в царстве действительности; только мы видим действительные предметы не в реальном свете необходимости, а в чарующем произвольном блеске воображения и прихоти. Я только открываю религии и спекулятивной философии или теологии глаза, или, вернее, обращенный внутрь взгляд направляю на внешний мир, то есть превращаю предмет воображаемый в предмет действительный » (16,т.2,с.23). Иначе говоря, о человеке можно судить по его Богу и, соответственно, о Боге можно судить по человеку, ему поклоняющемуся.

Сущность и сознание религии поэтому сводится к сущности человека, его сознанию и самосознанию. Великую тайну религии Фейербах видит в том, что человек объективирует свою сущность и делает себя самого предметом этой объективированной сущности. Бог оказывается не чем иным как бесконечным и совершенным человеком. Тогда как человек конечен и несовершенен. И еще: Бог оказывается существом нравственно совершенным, олицетворяет нравственный закон, который в конечном счете выражает абсолютную сущность собственной моральной сущности человека.

Что же такое вера и откуда она берется? С точки зрения Фейербаха, это совершенная уверенность человека в реальности и истинности субъективного в противоположность законам природы и разума. «Вера в потустороннюю жизнь,- пишет он,- есть только вера в истинную земную жизнь: существенное содержание земной жизни есть существенное содержание потусторонней; поэтому вера в будущую жизнь не есть вера в другую, неведомую жизнь, а есть вера в истинность, бесконечность и, следовательно, непрерывность той жизни, которая уже и здесь, на земле, считается настоящей жизнью» (16, т.2, с.215).

Однако нельзя, считает философ, объяснить сущность религии только антропоморфизмом и олицетворением внутреннего во внешнем. Не следует также рассматривать в качестве источников религии только невежество первобытного человека, его страх перед силами природы. На самом деле религия – это исторически первая форма самосознания человека и она выражает «родовую» сущность человека (человечества), огромные возможности развития человека как существа социального. Неслучайно все науки и искусства вышли некогда из религии. Но если в этих областях человек продвинулся далеко вперед, то в религии он остается на том же месте. Догматы веры, обычаи, религиозные учреждения находятся в остром противоречии с прогрессирующим разумом. Свою задачу Фейербах видит и в том, чтобы устранить это «пагубное» противоречие. Без этого все политические и социальные реформы «тщетны и ничтожны».

Фейербах полагает, что христианские ценности любви к ближнему и милосердия далеки от подлинного человеколюбия. Бог милостив только к христианам, а христианская заповедь о любви к врагам нашим применительна только к личным врагам, но не к врагам веры. Вера не может быть беспристрастной, здесь: либо за - либо против, за Христа – либо против Христа. Что же делать? «Мы должны,- отвечает он,- на место любви к Богу поставить любовь к человеку как единственную истинную религию, на место веры в Бога – веру человека в самого себя, в свою собственную силу, веру в то, что судьба человечества зависит не от существа, вне его или над ним стоящего, а от него самого, что единственным дьяволом человека является человек грубый, суеверный, своекорыстный, злой, но также единственным Богом человека является человек» (16, т.2, с.808-809).

Сущность религии оказывается, по Фейербаху, вообще антигуманной, ибо она чуть ли не разрушает нравственность. Позицию рассмотрения веры в Бога как непременного условия добродетели он не только не принимает, но и считает, что такая позиция в конце концов приводит к уничтожению добродетели. Т.е. религиозная вера довлеет над моралью, разрушает ее и даже заставляет человека совершать во славу божию безнравственные антигуманные поступки. Вместо религиозного содержания человек должен поэтому поставить себе другой идеал. Таким идеалом становится действительный, цельный, всесторонний, совершенный, образованный человек. Он должен стремиться не только к духовному совершенствованию, но и к телесному, заботиться о своем благополучии и здоровье.

Совершенно иначе, чем его предшественники в немецкой классической философии, Фейербах рассуждает о природе. По его мнению, природа есть то, от чего человек зависит и чувствует себя зависимым. А поскольку основу религии составляет чувство зависимости человека, постольку природа и есть первый, изначальный объект религии. Природа делается личным, сознательным, разумным существом только для человека. Бессознательное существо природы это существо вечное, не имеющее происхождения, первичное по времени, а человек оказывается вторым существом по времени своего возникновения. В отношении природы он вторичен физически, но при этом первичен в моральном плане.

С учетом такого знания образованный человек должен рассматривать окружающие его вещи такими, какими они являются на самом деле. Не более и не менее того. Религия же делает из природы либо слишком много (пантеизм), либо, наоборот, слишком мало (идеализм).

Религии вообще не было бы, доказывает мыслитель, если бы не было смерти, если бы человек не умирал, а жил вечно. Или хотя бы, подобно животным, не знал о своей конечности.


3. ИСТОРИКО-ФИЛОСОФСКИЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ
Перу Людвига Фейербаха принадлежат и довольно многочисленные труды по истории философии. Еще в 1833-м году он выпускает объемистую книгу «История философии нового времени от Бэкона Веруламского до Бенедикта Спинозы». В 1837-м году выходит его монография «Изложение, развитие и критика философии Лейбница», а в следующем году – «Пьер Бейль». Кроме этих фундаментальных трудов Фейербах пишет ряд рецензий на историко-философские произведения. Особую известность приобрела одна из них, в которой была дана критика выступавшего против Гегеля кантианца Бахмана – «Анти-Гегель».

Интерес к истории философии сопровождает все периоды творческой эволюции Фейербаха (от идеализма к материализму или «реализму»). Перед ним как историком мысли прежде всего возникает вопрос: возможно ли вообще объективное изучение истории философии? Он не соглашается с довольно распространенной точкой зрения, согласно которой философские системы создаются чисто произвольным путем и представляют собой только «ошибки» и «бессмыслицы». Он доказывает, что это не так и каждая из них содержит в себе некоторое зерно истины. Фейербах здесь солидарен с Гегелем, считавшим, что каждая философская система вбирает в себя положительные элементы предшествовавших систем и является поэтому наиболее богатой, конкретной и развитой системой.

Это не значит, что в истории философии нет противоречий, дискуссий, отрицания. Всякая более поздняя философия имеет к более ранней такое же отрицательное, как и положительное, отношение. История философии как наука по своему духу должна быть именно критической, она должна заниматься анализом рассматриваемой системы, вскрывать ее внутренние противоречия и определять ее конкретное место в общем развитии человеческой мысли.

По мнению Фейербаха, с которым здесь нельзя не согласиться, целью историко-философского исследования является раскрытие подлинного смысла данной системы, раскрытие того, что в ней есть положительного. Но делать это следует не внешним образом, а так, чтобы заставить говорить самого философа и чтобы он оказался объясненным из самого себя и через себя. Несомненно, что главной характерной чертой историко-философской концепции Фейербаха становится строгий имманентный анализ материала. Во многом такая диалектическая позиция подчинена обоснованию правомерности антирелигиозной и антитеологической тенденции в новой философии.

Основоположниками новой науки и философии, согласно Фейербаху, были Бэкон и Декарт, которые обратились, хотя и разными методами, к изучению природы. Бэкон определяет природу положительно, через самое себя, Декарт – лишь отрицательно, как противоположное духу начало. Бэкон делает своим объектом действительную природу, Декарт – лишь отвлеченную, математическую, производную. Однако при всех различиях в методе познания природа находится в центре внимания того и другого.

Выявляя характерные черты материализма Бэкона, Фейербах отмечал как его достижение то, что он стремился понять вещи в их качественном бытии. Существенным достижением Бэкона является его метод, органон, логика опыта. Но человеческий ум не должен ограничиваться наблюдением внешней стороны явлений, а должен проникать вглубь, познавать их причины, внутреннюю сущность и форму. Вместе с тем Фейербах критиковал английского материалиста за его учение о «двойственности истины». В этом смысле он считал Бэкона непоследовательным.

Рассматривая учение Томаса Гоббса, Фейербах называет его одним из интереснейших и остроумнейших материалистов нового времени, но указывает на механистический характер его материализма. Социальная философия Гоббса, его учение о государстве, доказывал Фейербах, основывается на тех же механистических началах. Возникшее путем договора государство фактически наделено теми же признаками, которые имеет первоначально каждая отдельная личность: оно по существу действует с той же абсолютной свободой, которую имел любой индивид в естественном состоянии.

Особенно интересует Фейербаха позиция Гоббса по вопросам религии и Бога. Хотя Гоббс и «не отрицает Бога, но его теизм,- пишет Фейербах,- по существу, по содержанию… есть атеизм, его Бог лишь отрицательная сущность или, вернее, не-сущность» (17,т.1,с.161). В то же время Гоббс, противореча во многом самому себе, в «Левиафане» восстанавливает Бога. Это было продиктовано, считает Фейербах, не материалистическими установками английского ученого, а социально-политическими соображениями. Будучи защитником абсолютной власти Гоббс полагал, что наилучшим образом это можно доказать, объявляя государство царством божьим, а главу государства – главой церкви или религии.

Обращаясь к философии Декарта, Фейербах видит его заслугу в том, что он наиболее обстоятельно развил современный ему взгляд на природу, отразив в своем учении сильные и слабые стороны тогдашней науки о сущности материи. Недостатком декартовой концепции Фейербах считает то, что он дал лишь количественную характеристику материи, сведя ее к протяженности. Кроме того Декарт берет материю вне движения. Ну и, конечно, его не устраивает дуализм французского ученого, который не освободился еще от старого взгляда на природу души, доказывая независимое от материи существование последней.

Идеализм нового времени, декартовская позиция, с точки зрения Фейербаха, отражал пробуждение человеческого самосознания после многовекового господства религии, выражал стремление к свободному и независимому познанию. Знаменитое положение Декарта «я мыслю, следовательно, я существую» утверждало гуманистический принцип. Человеческий мотив в философии Декарта чувствуется и в том, что он всегда имел в виду практический интерес, стремился устранить бессилие людей посредством науки и экспериментов. Декарт как и любой другой мыслитель нового времени, по глубокому убеждению Фейербаха, мог творить великие дела лишь постольку, поскольку в своей научной деятельности он шел против религиозного мышления.

Иное дело Спиноза, который уже уходит от этой раздвоенности, от подобного противоречия. В его единой субстанции снимается противоположность духа и материи. Субстанция Спинозы, разъясняет Фейербах, не по времени существует прежде вещей, а лишь по природе. Субстанция не имеет бытия независимого от бытия конечного. Она есть «ядро вещей». Еще один аргумент, приводимый Фейербахом в доказательство того, что Спиноза не выводил мира вещей из потустороннего начала: субстанция голландского философа не только мыслящая, но и протяженная сущность. А протяженность есть свойство тела, материи. Интерес к проблеме единства души и тела в философии Спинозы не был случайным для Фейербаха. Недаром того и другого ученые двадцатого века относят к сторонникам антропологического принципа в философии.

Книгу о Лейбнице Фейербах называет второй частью своей истории философии нового времени. Лейбниц – первый из выдающихся немецких мыслителей нового времени, анализ и оценка взглядов которого тесно переплетаются с характеристикой немецкого мышления вообще. Характерной чертой этого мышления, согласно Фейербаху, является то, что оно возникло в условиях примирения разума с религией. Поэтому Лейбниц существенно иначе определяет понятие субстанции, необходимым свойством которой у него оказывается сила. Носителями активной, деятельной силы выступают монады, которых существует бесчисленное множество.

Фейербах дает интересное образное сравнение понимания субстанции Спинозой и Лейбницем. Он говорит, что философия Спинозы – это телескоп, делающий возможным созерцание невидимых для человека вследствие отдаленности предметов, а философия Лейбница – это микроскоп, благодаря которому мы видим незаметные вследствие незначительности и тонкости частицы. Но, объявив монады замкнутым в себе миром, Лейбниц столкнулся с чрезвычайно сложной задачей: как объяснить единство окружающей нас действительности? Мысль Лейбница о том, что материя составляет всеобщую связь монад, Фейербах называет одной из глубочайших.

Главная тема монографии Фейербаха о Бейле (Пьер Бейль – французский мыслитель второй половины ХУ11- начала ХУ111 вв., представитель французского Просвещения) – этика и ее отношение к религии. Бейль решительно оспаривал утверждение теологов о том, что мораль необходимо связана с религией и является ее неизбежным следствием. Фейербах полностью соглашается с Бейлем в том, что общество, состоящее из атеистов, могло бы так же хорошо осуществлять гражданские и нравственные добродетели, как и всякое другое общество. Согласно Бейлю, явным заблуждением является мнение, будто атеист готов идти на любое преступление, если он не боится правосудия. Но разве эпикурейцы в древности,- рассуждает он,- не действовали вполне в духе высоких добродетелей. И здесь ничего удивительного нет, так как разум может и без религии указать человеку путь нравственного поведения.

Фейербах уточняет, что очень часто именно религия служила причиной преступлений, которых атеист не мог бы допустить. Для человека, убежденного в том, что истреблением еретиков он помогает царству божьему, ничего не стоит втоптать в грязь все законы нравственности и употребить все средства для достижения своей цели.

Свои историко-философские штудии Фейербах доводит до своего предшественника по немецкой классической философии – Гегеля. Молодой Фейербах, как уже говорилось, в восторге от Гегеля. Он считает, что объектом философии является абсолютно всеобщее и безусловно необходимое. Такое всеобщее и необходимое может быть только идеей. И идея эта представляет собой активное, деятельное начало. Фейербах полностью принимает и приветствует гегелевскую позицию, диалектику количественного и качественного, конечного и бесконечного и др. Так, в «Эрлангенских лекциях» он пишет: «Предел, конечность, таким образом, отрицаются, снимаются, каждое нечто уже поэтому бесконечно. Бесконечное должно быть понято как сущее, как определенное собой, определенность же, напротив, должна быть понята в бесконечном» (17, т.1, с.53).

Сам диалектический метод Гегеля, согласно Фейербаху, является «важнейшей и необходимейшей» идеей, без которой невозможна правильная оценка гегелевской философии. Фейербах был одним из первых учеников Гегеля, который в своих сочинениях выделял наиболее прогрессивные элементы своего учителя, прежде всего его диалектику. Этим он способствовал формированию левогегельянской школы, которая истолковывала учение Гегеля в радикальном духе.

Однако, постепенно преодолевая своего учителя, Фейербах встает на путь критики идеалистического характера его диалектики. Гегелевский метод превращает историю в непрерывную интеллектуальную деятельность, а ведь история к этому не сводится. В результате Гегель, показывает Фейербах, очень часто нарушает естественный процесс истории философии, внося в него много произвольных соображений.

В целом Фейербах считает, что гегелевская диалектика уязвима прежде всего потому, что она оказалась оторванной от действительности, от объективности телесной природы. И он никак не мог согласиться с утверждением Гегеля о том, будто бы в лице его философии абсолютная истина пришла к самопознанию.

Таким образом, характерной чертой историко-философской концепции Фейербаха был несомненный интерес к представителям материалистического направления. Под их влиянием он приходит к убеждению об истинном характере чувственности и лежащего в ее основании материального объекта. Кроме того, он рассматривал историю философии нового времени под углом зрения борьбы ряда тенденций: эмпиризма и рационализма, реализма и романтизма, материализма и идеализма.




Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет