На правах рукописи



жүктеу 280.99 Kb.
Дата09.11.2017
өлшемі280.99 Kb.
түріАвтореферат


На правах рукописи
АКТИСОВ Виктор Геннадиевич

ПРОИЗВЕДЕНИЯ ДЛЯ САКСОФОНА

В ТВОРЧЕСТВЕ А.К. ГЛАЗУНОВА:

ОПЫТ ТЕКСТОЛОГИЧЕСКОГО

И ИСПОЛНИТЕЛЬСКОГО АНАЛИЗА
Специальность 17.00.02 – Музыкальное искусство

АВТОРЕФЕРАТ


диссертации на соискание ученой степени

кандидата искусствоведения


Санкт-Петербург – 2013


Работа выполнена на кафедре музыкальной критики

Государственного образовательного учреждения

высшего профессионального образования

«Санкт-Петербургская государственная консерватория (академия)

им. Н.А. Римского-Корсакова»


Научный руководитель – Мищенко Михаил Петрович,

кандидат искусствоведения, доцент кафедры музыкальной критики Санкт-Петербургской государственной консерватории (академии)

им. Н. А. Римского-Корсакова

Официальные оппоненты: Иванов Владимир Дмитриевич,

доктор искусствоведения, профессор

кафедры духовых оркестров и ансамблей

Института музыки Московского

государственного университета

культуры и искусств;
Якубовская Валентина Александровна,

кандидат искусствоведения, доцент

кафедры скрипки и альта

Санкт-Петербургской государственной

консерватории (академии)

им. Н. А. Римского-Корсакова


Ведущая организация – Государственная классическая академия

им. Маймонида.


Защита состоится 20 мая 2013 года в 15 часов 15 минут на заседании Совета по защите докторских и кандидатских диссертаций Д 210.018.01 в Санкт-Петербургской государственной консерватории (академии) им. Н.А. Римского-Корсакова по адресу: 190000, Санкт-Петербург, Театральная площадь, 3.

С диссертацией можно ознакомиться в читальном зале библиотеки Санкт-Петербургской государственной консерватории (академии) им. Н.А. Римского-Корсакова.

Автореферат разослан 20 апреля 2013 г.
Ученый секретарь Совета по защите диссертаций

на соискание ученой степени кандидата наук,

на соискание ученой степени доктора наук,

доктор искусствоведения, профессор Т.А. Зайцева



ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Жизнь и творчество Александра Константиновича Глазунова (1865-1936), одного из крупнейших композиторов-симфонистов конца XIX – начала XX веков, завершителя традиций петербургской школы «кучкистов», весьма основательно изучены и в отечественном, и зарубежном музыкознании.

Тем не менее серьезные фундаментальные исследования немногочисленны, что свидетельствует о том, что «творческое наследие композитора, к сожалению, все еще не получило достойной оценки и надлежащего ему по праву признания» [Кон Ю.Г., 2002]. И даже – что «наша музыкальная наука по отношению к Глазунову находится сегодня почти в том же состоянии, что и более чем два десятилетия назад» [Гордон Г.Б., 2002].

Значение первых и классических трудов о Глазунове неоспоримо и во многом актуально и в наше время. К ним относятся монографические работы современников композитора А. Оссовского [1907], В. Беляева [1922], В. Держановского [1922] и Б. Асафьева [1925]. Пик исследовательского интереса к музыке композитора в целом и его личности пришелся на конец 50 – начало 60-х годов XX века (в первую очередь, труды М.А. Ганиной и Ю.В. Келдыша).

После периода интенсивного внимания исследователей к творчеству Глазунова, что заметно уже при жизни композитора, с 1960-х годов наблюдается значительный спад в изучении его музыки.

В последнее время интерес к творчеству Глазунова заметен как в России, так и за рубежом. В нашей стране в последние два десятилетия мы наблюдаем новый виток интереса к глазуновскому наследию. В 2002 году выходят два сборника научных статей: «Мифы и миры Александра Глазунова» (СПб.) и «Глазуновский сборник» (Петрозаводск), появляются все новые диссертационные труды. Исследователи предпринимают попытки переосмыслить значение глазуновского творчества (диссертации Н.В. Винокуровой [2002], О.А. Владимировой [2004], Э.А. Фатыховой [2004], И.Ю. Проскуриной [2010], Е.В. Грищенко [2011], очерки М. Мищенко [2006]). Значительный размах приобрели текстологические исследования архивных материалов Глазунова (Г.К. Абрамовский [1997], Д.А. Морозов [1997], Э.А. Фатыхова [1999], статьи Н.А. Латышева [2009]). Вообще, архивные документы композитора предоставляют богатейший материал для музыковедческих исследований – и особенно после того, как в 2002 году Санкт-Петербургский музей театрального и музыкального искусства принял на государственное хранение архив Глазунова из Мюнхена с документами и материалами зарубежного периода жизни и творчества композитора.

В силу разных причин эти годы (1928-1936) остаются наименее изученной областью. Поэтому особый интерес для нас представляют сочиненные композитором в «парижский период» его жизни произведения для саксофона – инструмента, в становлении которого Франция сыграла уникальную роль, и судьба которого на родине Глазунова складывалась очень непросто. Именно в мюнхенском собрании хранятся рукописные материалы Квартета для саксофонов и Концерта для саксофона с оркестром – тех произведений парижского периода (1928-1936), которые составляют важный этап в творческом наследии Глазунова.

Актуальность данной работы определяется необходимостью изучения истории создания и исполнения произведений для саксофона, созданных Александром Константиновичем Глазуновым в последний период жизни и творчества, на основе исследования его подлинных архивных документов. Композитор одним из первых в мировой музыкальной практике обратился к созданию оригинальных сочинений крупной циклической формы для этого инструмента, как ансамблевого (трехчастный Квартет для четырех саксофонов B-dur), так и сольно-концертного (Концерт для саксофона-альта и струнного оркестра Es-dur).

Степень разработанности проблемы. Вопросы музыкально-исторического и научно-теоретического характера по специальности «саксофон» в течение долгого времени находились вне поля зрения отечественных исследователей-музыковедов и даже не затрагивались в курсах по истории исполнительства в средних специальных и высших профессиональных учебных заведениях. Сложившаяся ситуация во многом объясняется традиционно бытовавшим в нашей стране предвзятым отношением к этому инструменту и его возможностям. Идеологически подозрительный, саксофон в течение долгого времени не получал признания как полноправный член оркестров самых различных составов, как инструмент концертного и камерного жанров.

Существующая по данной специальности литература довольно немногочисленна и может быть классифицирована следующим образом:

1) учебно-методическая литература: статьи и сборники В. Иванова [1983, 1992, 1993], В. Панова [1986], А. Осейчука [1986], М. Шапошниковой [1985, 1990], В. Мясоедова [1992];

2) инструктивно-техническая литература: сборники этюдов и упражнений Е. Андреева [1973], Л. Михайлова [1975], Б. Прорвича [1977], В. Иванова [1990, 1991], А. Ривчуна [2001];

3) литература, посвященная вопросам истории создания инструмента и истории исполнительской практики: работы В. Иванова [1988, 1990, 1996, 1997].

Последние годы ознаменованы появлением нескольких серьезных научных исследований, посвященных особенностям музыкального языка произведений для саксофона. К ним относятся диссертации А. Понькиной «Саксофон в музыкальной культуре XX века (на материале сонатного творчества зарубежных и украинских композиторов) [Харьков, 2009], С. Кириллова "Техника игры на саксофоне и проблемы интерпретации оригинальных произведений» [Ростов-на Дону, 2010] и М. Беговатовой "Современное исполнительство на саксофоне в аспекте расширения звуковых возможностей инструмента» [Казань, 2012]. Однако работы, построенные на сочетании приемов текстологического и исполнительского анализа, до настоящего времени в музыковедческой науке отсутствуют.



Объектом исследования являются Квартет для четырех саксофонов в трех частях B-dur, ор. 109, посвященный артистам Республиканской гвардии (1932) и Концерт для саксофона-альта и струнного оркестра Es-dur, ор. 109, посвященный Сигурду Рашеру (1934).

Предмет исследования – история создания, особенности творческого процесса, характерные особенности их музыкального стиля и формы, исполнительская специфика и судьба этих произведений.

Цель исследования – выявить особенности творческого процесса Глазунова на материале истории создания произведений для саксофона, проследить их исполнительскую «судьбу». Данная цель предполагает решение ряда задач:

1. Проследить историю создания и исполнения произведений для саксофона, основываясь на подлинных архивных документах Глазунова (нотных автографах и переписке с первыми исполнителями).

2. Выявить особенности творческого процесса Глазунова в ходе текстологического анализа архивных документов, отражающих стадии работы композитора над произведениями для саксофона.

3. Рассмотреть особенности позднего композиторского стиля в Квартете для четырех саксофонов и Концерте для саксофона-альта и струнного оркестра.

4. Охарактеризовать собственно исполнительскую специфику Квартета для четырех саксофонов и Концерта для саксофона-альта и струнного оркестра, проследить их исполнительскую судьбу за рубежом и на родине Глазунова.

Научная новизна исследования состоит в следующем:

1) впервые исследуется история создания Квартета для четырех саксофонов и Концерта для саксофона-альта и струнного оркестра на материале документов Мюнхенского архива Глазунова;

2) введены в научный обиход описания нотных автографов Квартета для четырех саксофонов и Концерта для саксофона-альта и струнного оркестра; на основе анализа этих описаний выделены элементы позднего стиля композитора;

3) введены в научный обиход тексты и переводы писем артистов Квартета Республиканской гвардии и немецкого саксофониста Сигурда Рашера (первых исполнителей произведений для саксофона) Глазунову;

4) впервые прослеживается исполнительская судьба Квартета для четырех саксофонов и Концерта для саксофона-альта и струнного оркестра и предлагается анализ особенностей этих произведений с практических позиций саксофониста-исполнителя.

Теоретическая значимость исследования заключается в выявлении особенностей творческого метода Глазунова и установлении фактов консервации и эволюции его композиторского стиля в поздний период творчества, определении основных исполнительских трудностей в Квартете для четырех саксофонов и Концерте для саксофона-альта и струнного оркестра.

Практическая ценность работы состоит в том, что результаты настоящего исследования могут использоваться при подготовке научных изданий сочинений Глазунова и в работах биографического толка. Отдельные положения данной работы могут быть использованы при чтении курсов по текстологии и источниковедению, истории русской музыки XX века и истории исполнительства на духовых инструментах в средних специальных и высших профессиональных учебных заведениях.

Основным методом исследования является сопоставительный метод текстологического анализа, а также собственно исполнительский анализ. Использование источниковедческого подхода позволило установить этапы работы композитора над нотными текстами Квартета и Концерта, уточнить достоверность сведений, сообщаемых в имеющейся литературе. С помощью сопоставительного метода фрагменты нотного текста, представленные черновыми автографами композитора, сопоставлялись с соответствующими фрагментами чистовых вариантов партитуры. Ведущим в исследовании является метод текстологического анализа (архивных автографов композитора и писем первых исполнителей).

В нашей работе мы опираемся на классификацию нотных автографов, предложенную Э.А. Фатыховой в ее диссертации «Нотные рукописи А.К. Глазунова: опыт текстологического исследования» [СПб., 2004], поскольку, на наш взгляд, она является наиболее релевантной для изучения рукописей этого композитора.

Положения, выносимые на защиту:

1. Обращение к произведениям для саксофона не было случайным в творчестве Глазунова. Принципиальное значение имели: владение многими духовыми инструментами и представление их специфики, опыт написания произведений для духовых инструментов, общий фон художественной и музыкальной жизни на Западе, в частности парижские и американские впечатления композитора на рубеже 1920-30-х гг.

2. Процесс создания Квартета для четырех саксофонов и Концерта для саксофона с оркестром протекал в условиях тесного взаимодействия Глазунова с первыми исполнителями его произведений и обсуждения с ними деталей изложения партий и специфики игры на инструментах. Учет специфики саксофонов проявился в выборе тональностей обоих произведений, соответствующих строю солирующих саксофонов, а также характере правки черновиков. Многие исправления в рукописях Квартета и Концерта обусловлены стремлением композитора обеспечить удобство исполнения исходя из особенностей дыхания саксофонистов, диапазона инструментов и их тембрового соотношения.

3. Выбор музыкальных форм и их трактовка в сочинениях для саксофона свидетельствуют о традиционализме Глазунова. Тяготение к многочастной форме Квартета характерно для всего периода его обращения к жанру камерного инструментального ансамбля, а сжатая форма Концерта была подготовлена эволюцией этого жанра в предшествующих концертах для других инструментов. Стилеобразующее значение имеет выбор инструментов, поскольку через их тембровые, регистровые, динамические особенности осуществляется реализация звучания музыкальной ткани, образуемой всем комплексом выразительных средств как основных стилевых элементов.

4. Стремительность процесса сочинения произведений для саксофона во многом обусловлена особенностями творческой работы Глазунова, его опытом и блестящей композиторской техникой. В целом, поправки в черновых рукописях Квартета и Концерта отражают сложившийся стиль и творческий метод композитора.

5. Глазунов одним из первых в мировой музыкальной практике и первым в истории отечественной музыки поставил саксофон на один уровень с другими солирующими инструментами и раскрыл его богатые возможности в произведениях академических жанров.



Материалом исследования служат следующие документы из Мюнхенского архива Глазунова1:

1) фрагменты нотного текста, представленные десятью нотными автографами из фондов СПбГМТиМИ, отражающими процесс работы композитора над Квартетом для четырех саксофонов (главная инвентарная книга, далее – ГИК 20918/1-10) и шестью нотными автографами, фиксирующими стадии его работы над Концертом для саксофона-альта и струнного оркестра (ГИК 20919/1-6). В ходе исследования данные фрагменты сопоставлялись с соответствующими фрагментами беловых вариантов партитуры произведений для саксофона;

2) 11 писем и 11 почтовых карточек на немецком языке саксофониста Сигурда Рашера (ГИК 22061/483-502), письмо на немецком языке немецкого композитора, кларнетиста и саксофониста Густава Бумке (ГИК 2206/473), письмо на немецком языке немецкого дирижера, пианиста и композитора Макса Фидлера (ГИК 22061/503) и 11 писем на французском языке родственника французского саксофониста Жоржа Шове – С. Шове Глазунову (ГИК 22061/566-576).

Источники исследования – партитура Квартета для четырех саксофонов B-dur (Edition M. Belaleff. № 3496, 1959), клавир Концерта для саксофона-альта и струнного оркестра Es-dur (ALPHONSE LEDUC Editions Musicales, 175, rue Saint-Honoré, Paris, 1936) и партитура Концерта для саксофона-альта и струнного оркестра Es-dur (Copyright by ALPHONSE LEDUC et Cie 1936 Editions Musicales, 175, rue Saint-Honoré, Paris, 1936).

В ходе исследования рассматриваются особенности творческого процесса Глазунова в работе над Квартетом для четырех саксофонов и Концертом для саксофона-альта и струнного оркестра, история создания, исполнительская специфика и «судьба» этих произведений, а также своеобразие их музыкального стиля и формы в сравнении с другими сочинениями композитора, в частности, его камерно-инструментальными произведениями и концертами для других солирующих инструментов.



Общетеоретическую основу диссертации составили:

1) монографии и статьи исследователей-музыковедов, посвященные различным аспектам жизни и творчества Глазунова (Б. Асафьев, А. Оссовский, Е. Богатырева, В. Ванслов, М. Ганина, Ю. Келдыш, Л. Раабен, С. Левин, О. Владимирова, М. Мищенко, Н. Винокурова, Э. Фатыхова и др.);

2) научные монографии и статьи, а также диссертационные исследования по текстологии и источниковедению (Н. Фишман, А. Климовицкий, П. Берков, А. Дмитриев, В. Антипов, Е. Вязкова, П. Вайдман, Н. Фирсова, Л. Данько, Э. Фатыхова и др.);

3) издания и справочники по истории, специфике, тембровым и акустическим характеристикам саксофона и истории исполнительства на этом инструменте, в том числе литература на иностранных языках (В. Иванов, М. Шапошникова, А. Понькина, М.А. Беговатова, С.В. Кириллов, J.-M. Londeix, R. Ingham, E. Rousseau и др.);

4) учебно-методическая литература по истории, теории музыки, особенностям музыкального стиля и анализу музыкальной формы (Ю. Тюлин, М. Арановский, М. Михайлов, С. Скребков, Л. Мазель, В. Цуккерман, В. Бобровский, Г. Консон и др.).

Апробация результатов исследования.

Основные положения диссертационной работы и отдельные фрагменты ее исследовательской части обсуждались на XII Чтениях Отдела рукописей Санкт-Петербургской государственной консерватории (академии) им. Н.А. Римского-Корсакова (ноябрь 2008 г.), Всероссийской научной конференции с международным участием «Исполнительское искусство и музыковедение. Параллели и взаимодействия» в Государственной классической академии им. Маймонида (Москва, апрель 2009 г.), IV Научной конференции студентов и аспирантов, посвященной музыкальному источниковедению и текстологии «Музыкальный автограф», в Санкт-Петербургской государственной консерватории (академии) им. Н.А. Римского-Корсакова (май 2009 г.), Научно-практической конференции педагогов и концертмейстеров по проблемам духового исполнительства в рамках VI Всероссийского открытого детско-юношеского фестиваля музыкантов-исполнителей на духовых и ударных инструментах «Серебряные звуки» (Петрозаводск, март 2010 г.), Международной научной конференции «Музыкально-исполнительское искусство и научное знание: музыкознание, психология, педагогика, филология, философия, медицина, информатика. Параллели и взаимодействия» в Государственной классической академии им. Маймонида (Москва, апрель 2010 г.) и Межвузовской научной конференции «Исследования молодых музыковедов» в Российской академии музыки им. Гнесиных (Москва, апрель 2010 г.).



Структура работы обусловлена поставленными целями и задачами и включает в себя введение, две главы, заключение, список литературы (167 наименований на русском и 26 на иностранных языках) и два приложения.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении дается общая характеристика работы, обосновывается актуальность выбранной темы, определяются цели, задачи, объект, предмет диссертационного исследования, материал и методы анализа, раскрываются научная новизна, теоретическая значимость и практическая ценность работы.

Первая глава «Квартет для четырех саксофонов B-dur в творчестве А.К. Глазунова» состоит их пяти разделов. В первом разделе кратко обрисовано место Квартета в ряду камерно-инструментальных сочинений композитора. Известно, что композитор сам хорошо владел искусством игры на кларнете, трубе, тромбоне и валторне, что характеризует удивительную многогранность его творческой натуры и широту практических познаний в области исполнительства на духовых инструментах. Эти способности (наряду с особенностями культурной жизни Парижа 1930-х гг.) сыграли определенную роль в последующем обращении Глазунова к саксофону в последний период творчества за границей.

Предметом второго раздела является история создания Квартета для четырех саксофонов. Историческая заслуга Глазунова состоит в том, что он первым среди отечественных композиторов проявил интерес к саксофону, который в начале XX столетия еще только стал завоевывать признание в качестве полноправного уникального оркестрового, камерного и концертного инструмента, возможности которого далеко не исчерпываются развлекательными жанрами танцевальной и эстрадно-джазовой музыки.

Формирование и развитие «классической» саксофонной школы в начале XX столетия связано с особенностями культурной жизни французской столицы. Париж в двадцатилетний период между двумя войнами представлял собой средоточие культурной жизни Европы, центр событий и новых направлений в разных видах искусства, что не могло не оказывать определенного эстетического влияния на жившего там в 30-е гг. Глазунова. К тому же, приехав во Францию, прославленный русский композитор, «естественно, оказался в орбите внимания зарубежного музыкального мира» [Крюков 1982]. Свойственное Глазунову «сочетание традиционализма с новаторством и принятие новых достижений мирового искусства» [Оссовский 1968], наряду с превосходным знанием специфики игры на духовых инструментах, возможно, определило интерес композитора к саксофону – музыкальному инструменту, не имеющему давних традиций и богатой музыкальной истории.

Заслуга изобретения саксофона (1842) принадлежит бельгийскому музыкальному мастеру Адольфу Антуану Жозефу Саксу, ставшему впоследствии профессором класса саксофона в Парижской консерватории. В XX столетии его преемником стал французский саксофонист Марсель Мюль (1901-2001). В 1928 году он организовал Квартет саксофонов Республиканской гвардии, ядро которого, кроме самого инициатора (саксофон-сопрано), составили саксофонисты: Рене Шалинь (с 1932 года Поль Ромби) саксофон-альт, Ипполит Пуамбёф (с 1932 года Фернан Ломм) саксофон-тенор, Жорж Шове саксофон-баритон. Технически безукоризненная и художественно законченная игра Квартета стимулировала на создание новых оригинальных сочинений многих композиторов, в частности П. Веллона и Р. Клерисса, предвосхитивших Квартет для четырех саксофонов А.К. Глазунова. Во многом этому способствовал широкий музыкальный кругозор самого М. Мюля, первоначально получившего скрипичное образование. Так, использование приема вибрато в звучании Квартета с 1932 года, до этого применявшегося исключительно в практике джазовых саксофонистов, позволило коллективу стать одним из лучших камерных ансамблей этого времени [Rousseau 1985].

Во многом своей популярностью (особенно в ранний период) Квартет саксофонистов Республиканской гвардии был обязан баритонисту Ж. Шове, который переписывал партии для участников ансамбля, нередко одновременно редактируя огромное количество произведений, составивших основу репертуара этого коллектива. Кроме того, именно на нем лежала ответственная задача организации концертов и установления профессиональных контактов.

В Мюнхенском архиве композитора хранятся 11 рукописных писем близкого родственника Ж. Шове – С. Шове Глазунову (ГИК 22061/566-576). Материалы писем позволили восстановить основные вехи работы ансамбля над Квартетом для четырех саксофонов, установить факты посещений репетиций композитором и ознакомиться с сообщениями музыкантов о первых публичных исполнениях этого уникального произведения.

К сожалению, в материалах архива отсутствуют копии писем Глазунова к участникам Квартета, но можно предположить, что их сотрудничество в целом протекало благоприятно. Публичное исполнение Квартета состоялось в декабре 1933 года. В письме к М.О. Штейнбергу от 10.12.1933 мастерство музыкантов, основывающееся на лучших традициях классической саксофонной школы, получило окончательную оценку композитора: «Исполнители настолько виртуозны, что трудно представить, что они играют на тех же инструментах, которые слышишь в джазах. Поражают меня их дыхание, а также легкость и чистота интонации» [цит. по: Левин 1959].

Таким образом, исторической заслугой Квартета Республиканской гвардии явились первые исполнения Квартета для четырех саксофонов Глазунова, которые стали своего рода «путевкой в жизнь» монументальному 3-частному циклу для редкого ансамбля уникальных инструментов.



Третий раздел посвящен особенностям формы и стиля Квартета для четырех саксофонов.

На уровне формальной организации Квартета Глазунов совместил циклические формы, создав своеобразный цикл в цикле, по замыслу композитора «с остановками продолжающийся около 35 минут» [письмо к М.О. Штейнбергу от 26.12.1933]. Такое решение в наибольшей степени отвечало его направленности композитора-инструменталиста, основной сферой музыкальных пристрастий и интересов которого была симфоническая, ансамблевая музыка и жанр сольного концерта. В Квартете для четырех саксофонов сохраняются следующие отличительные признаки стиля письма Глазунова, обнаруживающие влияние методов симфонического развития (на близость и взаимовлияние камерно-инструментального и симфонического творчества композитора указывал еще Л.Н. Раабен ):

- цикличность формы в жанре камерного инструментального сочинения;

- созерцательный и уравновешенный характер образной сферы;

- плотность фактуры;

- широта и распевность мелодики преимущественно диатонического типа;

-использование форм вспомогательного (преимущественно нисходящего) движения, нередко с хроматическим изменением последнего звука;

- наличие органных пунктов;

- взаимопроникновение гармонических и полифонических приемов изложения;

- насыщение фактуры элементами имитационной полифонии;

- интонационная общность на большом протяжении музыкального материала;

- характерная жанровая природа тематизма;

- вариантное преобразование тем;

- проведение тем в расширении;

- ритмическая изобретательность.

Эти признаки были неоднократно выделены в качестве ведущих стилевых элементов письма Глазунова многими исследователями его творчества: Б. Асафьевым, Л. Раабеном, М. Ганиной, Е. Богатыревой, Н. Винокуровой и др. В то же время эволюция стиля композитора проявилась в темброво-акустическом своеобразии сочинения, вызвавшем ограничения в возможностях звукового объема и использовании крайних регистров, что и вызывало наибольшие опасения композитора: «боюсь лишь, что колорит не будет ли однотонным; ничего не поделаешь, – весь объем от до большой октавы до ми-бемоль третьей, и больше четырех звуков одновременно не получишь» [Глазунов 1958].

Тембровое и акустическое звучание саксофонов удачно подчеркивает жанрово-колористические музыкальные образы произведения. На наш взгляд, выбор инструментов также может рассматриваться в качестве элемента стиля произведения, поскольку через их тембр – регистр – динамику осуществляется реализация музыкальной ткани, образуемой всем комплексом выразительных средств как основных стилевых элементов.

Предметом четвертого раздела являются специфика работы композитора над Квартетом для четырех саксофонов и текстологический анализ нотных автографов этого произведения.

Глазунов приступил к сочинению Квартета в марте 1932 года в Париже, вдохновленный искусством саксофонистов Квартета Республиканской гвардии. «Работа эта меня очень заинтересовала своею новизною, т.к. до сих пор я писал квартеты для струнных инструментов. Не знаю, как все будет звучать…», – писал он одному из своих друзей. Но уже 2.06.1932 в письме к М.О. Штейнбергу композитор сообщает о завершении работы над произведением.

В материалах архива СПбГМТиМИ находятся 10 нотных автографов, отражающих различные стадии работы Глазунова над Квартетом (ГИК 20918/1-10). В их числе представлены 6 эскизов, 3 наброска и беловой автограф (партитура с репетиционной партией).

Анализируя автографы, можно сделать вывод о том, что первоначально Глазунов написал нотный текст чернилами, а после консультации с исполнителями произведения выполнил карандашную правку. В результате авторской доработки произошли изменения в ритмической организации материала (замена ровных длительностей внутритактовыми и межтактовыми синкопами), увеличение подвижности фактуры (дробление длительностей и обогащение мелодического рисунка в голосах), уточнение фразировки (пересмотр обозначений лиг), а также адаптация изложения материала в голосах к специфике исполнения на саксофоне (появление пауз для взятия дыхания).

Наибольшее количество исправлений касаются способов ритмической организации материала: производится замена крупных длительностей более мелкими, движение ровными длительностями заменяется восьмыми и шестнадцатыми триолями, что приводит к изменению мелодического рисунка, обогащению его формами вспомогательного и поступенного движения, к общему увеличению подвижности голосов.

Композитор активно использует полифонические приемы изложения, в частности, прием имитации, создавая переклички в разных регистрах, и в ряде случаев производит перенос музыкальных построений в другой регистр (иногда в партию другого инструмента). Нередко Глазунов пересматривает направление движения голосов, что ведет к образованию широких мелодических скачков и построению новых гармонических вертикалей. Дополнительные изменения касаются добавления трелей и форшлагов, целью которых является украшение фактуры, придание ей большей подвижности и блеска, что в целом характерно для финалов произведений Глазунова. В некоторых случаях композитор прибегает к изменениям протяженности периодов. Добавление заключительного 8-тактового построения способствовало созданию расширению и большей убедительности финала сочинения.

Процесс создания Квартета для четырех саксофонов протекал довольно стремительно: сочинение основного материала заняло около двух месяцев. Творческий процесс Глазунова представлял собой отражение на бумаге преимущественно сложившейся концепции, с минимальным количеством поправок и уточнений после консультации с исполнителями и предварительного прослушивания музыкального материала. Частично корректировка рукописей была обусловлена новизной творческой задачи, поскольку композитор впервые обратился к квартету саксофонов и в ходе работы открывал для себя их акустическую и тембровую специфику.

Предметом пятого раздела является исполнительская судьба Квартета для четырех саксофонов. Традиции его исполнения были заложены трактовкой Квартета артистов Республиканской гвардии, впервые, после многократных консультаций с композитором, полностью публично исполнившим его сочинение в декабре 1933 года. Несмотря на то, что существуют записи этого произведения, сделанные лучшими квартетами саксофонистов (преимущественно за рубежом), в концертных выступлениях оно исполняется все же не слишком часто ввиду его объемности и насыщенности содержания. В СССР Квартет практически не исполнялся, что объясняется бытовавшим в стране предвзятым отношением к саксофону, следствием чего было отсутствие класса этого инструмента в учебных заведениях всех уровней вплоть до последней четверти XX столетия. Существует запись Квартета в составе: Лев Михайлов – саксофон-сопрано, Александр Осейчук – саксофон-альт, Юрий Воронцов – саксофон-тенор, Владимир Еремин – саксофон-баритон (1975). Л. Михайлову принадлежит исполнительская редакция первого советского издания Квартета (1979).

В ходе исполнительского анализа нами были выделены специфические трудности, возникающие при работе над этим сочинением. К ним относятся насыщенность партий всех инструментов; протяженность музыкальных построений и фраз, требующая безупречного владения исполнительским дыханием; совершенное чувство ритма и навыки исполнения полиметрической фактуры; соблюдение плавности звуковедения при скачках на широкие интервалы, особенно вниз, при игре legato; мастерское владение всеми регистрами инструмента. Наконец, полноценная реализация авторского замысла (всех указанных штрихов, динамических оттенков, требуемая фразировка) возможна лишь при игре на безупречных по своим звуковым и техническим характеристикам инструментах. При этом помимо собственно инструментов, важную роль играет правильный подбор мундштуков и тростей, что существенно облегчает исполнительские задачи саксофониста. В Советском Союзе в силу негативного отношения к саксофону практически было невозможно приобрести качественные полноценные инструменты, тем более разные виды семейства саксофонов, и необходимые аксессуары к ним.

На наш взгляд, рассмотренные трудности послужили серьезным препятствием популярности Квартета для четырех саксофонов в репертуаре отечественных исполнителей. Тем не менее, художественные достоинства, совершенство музыкальной формы и богатая внутренняя драматургия этого произведения позволяют поставить его в один ряд с лучшими образцами камерных сочинений Глазунова и надеяться на обретение им заслуженной известности и признания публики.

Вторая глава «Концерт для саксофона-альта и струнного оркестра Es-dur в творчестве А.К. Глазунова» состоит из пяти разделов. Предметом первого раздела служит жанр инструментального концерта, который занимает особое место в зрелом и позднем периодах творчества композитора. В концертах для фортепиано, скрипки, виолончели и саксофона происходит своеобразный синтез стилевых элементов, выработанных техникой Глазунова в предыдущих жанровых сферах.

В отношении формообразования для его концертов характерна тенденция к лаконизму и сжатости музыкальной формы. Такое решение жанра получило распространение в XIX веке; оно оказалось весьма близким композитору, который в каждом из своих концертов искал в направлении сжатий-наложений разделов и частей цикла.

В содержательном аспекте музыка инструментальных концертов Глазунова эксплицирует характерную для его творчества сферу эпических образов. Известное стилевое единство концертных сочинений прослеживается также на уровне мелодики, особенностей гармонического и полифонического письма, методов музыкального развития.

Концертам Глазунова присущи элементы камерности, проявляющиеся в особенностях инструментовки. Оркестровые партии, как правило, выдерживаются в легких, прозрачных тонах и не противопоставляются партиям солирующих инструментов.

К характерным особенностям творческой работы композитора относится его стремление учитывать исполнительскую специфику. Это проявилось в выборе удобных тональностей с учетом строя для каждого из солирующих инструментов (в Концерте для саксофона с оркестром тональность Es-dur соответствует строю солирующего S.A.). В процессе творческой работы над Концертом для саксофона Глазунов неоднократно консультировался с саксофонистом Сигурдом Рашером, по просьбе которого этот Концерт был написан и которому он посвящен.

Предметом второго раздела служит переписка Глазунова с немецким саксофонистом-виртуозом Сигурдом Манфредом Рашером (1907-2001). В процессе сочинения Глазунов неоднократно советовался с Рашером относительно удобства исполнения, организации музыкальных фраз, расстановки дыхания, возможных ограничений в тесситуре и исполнения штрихов. Признательный Глазунову за создание выдающегося произведения, Рашер постоянно включал его в программы своих выступлений и информировал композитора о состоявшихся и предстоящих его исполнениях. Концепция Рашера на долгие десятилетия стала эталоном исполнения Концерта для саксофона с оркестром и положила начало утверждению этого произведения в репертуаре саксофонистов.

В материалах Мюнхенского архива хранится обширная переписка композитора с саксофонистом, представленная 11-ю письмами и 11-ю почтовыми карточками С. Рашера к А.К. Глазунову на немецком языке (ГИК 22061/483 – 502). Переписка охватывает временной отрезок с 25 марта 1934 по 16 ноября 1935 года, т. е. время работы Глазунова над этим сочинением и первых его исполнений, и указывает на факты неоднократных встреч композитора с исполнителем. К сожалению, в материалах архива отсутствуют копии писем Глазунова к этому выдающемуся исполнителю, но можно предположить, что их сотрудничество в целом было удачным. В письмах на родину Глазунов сообщает: «Концерт для саксофона войдет в программу многих концертов в Англии и Скандинавии. Играть будет датский саксофонист Рашер, очень хороший, с громадной техникой» [Глазунов 1960].

Предметом третьего раздела 2-й главы являются особенности формы и стиля Концерта для саксофона с оркестром. Оригинальная лаконичная форма в Концерте возможна за счет избегания реприз и сопутствующих тому обстоятельств – виртуозной технике варьирования, интонационному единству всего материала Концерта и непрерывности поэмно-одночастной композиции. Стиль Концерта для саксофона с оркестром итоговый и обобщающий. Орнаментальная мелодика, контрапунктическая взаимосвязь голосов, плотная фактура (октавные удвоения и утроения, многозвучные аккордовые вертикали), неквадратные периоды, полиритмия и полиметрия, тематическое единство цикла – все свидетельствует о привычно глазуновском богатстве, даже расточительности выражения. И, тем не менее, заметна лаконизация всех средств и приемов. «Поздний стиль», хотя и по-глазуновски умеренно выраженный, заметно проступает в последнем Концерте композитора.

В четвертом разделе 2-й главы изложен текстологический анализ автографов Концерта. В материалах Мюнхенского архива композитора представлены 6 нотных автографов Концерта для саксофона с оркестром (4 наброска, 1 эскиз и полная рукопись всего сочинения).

Немногочисленные черновики Концерта свидетельствуют о зрелом мастерстве Глазунова. Они отражают преимущественно варианты полифонических соединений – разделы, предшествующие фугато и непосредственно следующие за ним, записи начального раздела, а также каденции солирующего инструмента. Внимание к этим разделам формы характерно для творческой работы композитора в целом. В набросках Глазунов первоначально намечал основные темы в партии солирующего саксофона и набрасывал гармоническую основу аккомпанемента, а затем в ходе оформления окончательной версии выстраивал голосоведение, добавлял регистровые переклички и подголоски, уточнял движение мелодических линий и ритмический рисунок музыкальной ткани. Целью авторской правки были также подвижность голосов и плотность аккордовых вертикалей. Кроме того, материалы набросков свидетельствуют о работе композитора над фразировкой, артикуляцией, темпами.

Черновая работа, как и в случае с Квартетом для саксофонов, была минимальной. Кардинального пересмотра первоначальных решений не было, фрагменты существенно переписанные встречаются в виде исключения. В целом, поправки в черновой рукописи Концерта отражают сложившийся стиль работы Глазунова. Уточнения, касающиеся партии солиста, соотношений звучания сольного инструмента и оркестра, свидетельствуют о новизне творческой задачи, поскольку композитор одним из первых в мировой музыкальной практике поставил саксофон на один уровень с другими солирующими инструментами и в процессе работы открывал для себя его тембровые и акустические особенности.

В пятом разделе прослеживается исполнительская «судьба» Концерта для саксофона с оркестром и предлагается анализ его особенностей с практических позиций саксофониста-исполнителя.

Первые исполнения Концерта для саксофона С. Рашером были успешными и вызвали отклик представителей музыкально-артистических кругов. Впоследствии произведение неоднократно исполнялось также М. Мюлем и вскоре стало жемчужиной репертуара практически всех крупных зарубежных саксофонистов. В нашей стране Концерт впервые прозвучал в 1948 году в исполнении Н. Бурова и струнной группы Большого симфонического оркестра Всесоюзного радио и телевидения под управлением Г. Каца; позднее в Ленинграде в 1957 году (солист Ю.П. Журенков и оркестр Ленинградской филармонии под управлением Н.С. Рабиновича). Впоследствии он вошел в репертуар и других отечественных саксофонистов – Л. Михайлова, М. Шапошниковой и др. И все же, вплоть до настоящего времени, в нашей стране Концерт, к сожалению, незаслуженно относится к числу редко исполняемых, ввиду серьезности требований к технической подготовке и музыкальной культуре саксофониста-исполнителя. В числе основных трудностей отметим:

- высокие требования к качеству артикуляции, в том числе при исполнении мордентов на переходных, так называемых «глухих» нотах, трудно берущихся на саксофоне;

- безупречность владения исполнительским дыханием при исполнении протяженных звуков с разнообразным ритмическим оформлением при игре на piano;

- тонкость фразировки и высокая культура исполнения штрихов, предполагающая особую четкость работы языка и пальцев в их тесном взаимодействии;

- безупречность владения всеми регистрами инструмента, особенно при исполнении восходящих и нисходящих октавных скачков ровными восьмыми штрихом staccato в динамике mp.

Своеобразие Концерта составляют также особенности ритмической организации партии солиста при взаимодействии с оркестровой партией (совмещение размеров 12/8 в партии солиста и 4/4 в партии оркестра).

Чрезвычайно важно в процессе исполнения сохранить общую драматургическую цельность произведения, по своим художественным достоинствам стоящего не ниже других инструментальных концертов Глазунова, и по красоте мелодики, четкости формы, содержательности, обаянию и свежести музыки находящегося в ряду лучших сочинений композитора.

В Заключении диссертации намечены возможные пути продолжения в изучении саксофоновых циклов Глазунова.

Обращение Глазунова к саксофону в поздний, парижский период жизни и творчества накладывает особый отпечаток на Квартет и Концерт. В этой связи возникает вопрос о стилевых и жанровых истоках глазуновских произведений для саксофона. Что в них могла «отложить» из услышанного в саксофоновом репертуаре слуховая память композитора, отличавшегося выраженным реминисцентным слухом, вспоминающим и воспроизводящим? Очевидно, поиски ответа требуют сосредоточиться, прежде всего, на французской музыке.

Трудно предположить, что Квартет и Концерт Глазунова не дали больших или меньших отголосков – и, прежде всего, также за пределами России, в творчестве западных композиторов. На это предположение наталкивает переписка Глазунова с Рашером. Кроме того, интересно было бы выяснить резонанс саксофоновых сочинений Глазунова в творчестве советских композиторов начиная с конца 1940-х годов, когда эта музыка становится известна и на родине композитора.

В Приложении 1 помещены полные варианты авторской правки черновых рукописей Квартета для четырех саксофонов и Концерта для саксофона-альта и струнного оркестра, а в Приложении 2 – тексты писем артистов Квартета Республиканской гвардии и Сигурда Рашера Глазунову с переводами.



Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях автора.

Публикации в изданиях ВАК:

1. Актисов В.Г. Саксофон в творчестве А.К. Глазунова // Музыкальная академия. 2011. – № 3. – С. 166-169.

2. Актисов В.Г. А.К. Глазунов и С. Рашер: история Концерта для саксофона с оркестром // Музыковедение. 2011. – № 11.– С. 23-29.

Другие публикации:

3. Актисов В.Г. Квартет для четырех саксофонов B-dur А.К. Глазунова: опыт текстологического исследования // Musicus: Вестник Санкт-Петербургской государственной консерватории им. Н.А. Римского-Корсакова, 2009. – № 3 (16). – С. 21-26.

4. Актисов В.Г. О работе А.К. Глазунова над Концертом для саксофона-альта и струнного оркестра Es-dur (по автографам из архива Санкт-Петербургского музея театрального и музыкального искусства) // Musicus: Вестник Санкт-Петербургской государственной консерватории им. Н.А. Римского-Корсакова, 2009. – № 6 (19). – С. 32-37.

5. Актисов В.Г. Квартет для четырех саксофонов B-dur А.К. Глазунова: история создания и исполнения // Исполнительское искусство и музыковедение. Параллели и взаимодействия. Сб. ст. по мат. Межд. науч. конф. 6-9 апреля 2009 года / Под общ. и науч. ред. В.Р. Ириной-Коган. Авт. проекта и ред.-сост. Г.Р. Консон. Ред. колл.: Г.Р. Консон, Я.И. Сушкова-Ирина, А.М. Федорова-Гальберштам. Ред. А.М. Рябуха. Тех. ред. и комп. верст. И.В. Филимонов. – М.: Человек, 2010. – С. 266-277.

6. Актисов В.Г. Концерт для саксофона-альта и струнного оркестра Es-dur А.К. Глазунова: история создания и особенности исполнения // Серебряные звуки 2010: Сборник статей научно-практической конференции по проблемам духового исполнительства. – Петрозаводск, 2010. – С. 5-12.

7. Актисов В.Г. А.К. Глазунов и Квартет артистов Республиканской гвардии: история одной переписки // Исследования молодых музыковедов: Сборник трудов по материалам конф. 15 апр. 2010 / РАМ им. Гнесиных. – М.: ИМЛИ, 2010. – С. 30-36.



1 Автор выражает глубокую признательность Санкт-Петербургскому государственному музею театрального и музыкального искусства за предоставление доступа к материалам Мюнхенского архива А.К. Глазунова.



Достарыңызбен бөлісу:


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет