Очерки колонизации павлодарского прииртышья царской россией



жүктеу 3.14 Mb.
бет5/18
Дата27.06.2018
өлшемі3.14 Mb.
түріУчебно-методическое пособие
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18

2.3 Формирование Сибирского казачьего войска

2.3.1 Состав и численность Сибирского казачьего войска

Армия Российской империи в XVII- начала ХХ вв. делилась на регулярные и иррегулярные войска.

Под регулярными (средне-век. лат. regularis «правильный») войсками понимаются постоянные армии, имеющие штатную организацию, форму обмундирования, установленный законом и уставами порядок комплектования и прохождения службы [36, с.69].

Иррегулярные (средне-век. лат. irregularis «неправильный») войска не имели единой и постоянной организации, отличались от регулярных войск системой комплектования, прохождения службы. В России это были казачьи войска [36, с.108].

Сибирское казачье войско отличалось от других тем, что оно образовалось не на добровольном формировании казачьей общины (как, например, Донское казачество), а оно создавалось «сверху», иногда даже на принудительной основе.

В начале XIX века сибирское линейное казачество выполняло функции вспомогательных иррегулярных частей в составе войск Сибирской инспекции, где главную роль играли регулярные полки. По данным на декабрь 1800 года, на линиях несли службу 2884 казака, а в случае начала военных действий их штатная численность должна была увеличиться до 5944 человека. Однако, по мнению инспектировавших линию штатных чинов, боевая и строевая подготовка казачьих частей являлась «малоудовлетворительной», оружие было признано «ветхим и невыгодным», а большая часть строевых казачьих лошадей – неприспособленной к службе. Созданное еще в 60-х годах XVIII века, линейное казачество до сих пор не имело законодательно утвержденного статуса [59, с.5].

Казачьи войска и команды подчинялись местному военному начальству. Функции войскового атамана были весьма ограниченными. Служба до старости, «доколе в силах». В связи с дефицитом людей верстали не на свободные штатные вакансии, а по достижении совершеннолетия. Из-за обременения служебными нарядами роль жалованья возрастала, а побочных хозяйственных промыслов – падала. Казак самоснаряжался на службу за счет жалования. На Сибирской линии в 1801 году было 6051 человек, размещавшихся в 124 крепостях и селениях. Характерно, что никаких «законодательных постановлений об организации порядка управления казаками Сибирской линии не было» [58, с.132].

1808 года Августа 19. Войско, по новому положению об его образовании, названо «Линейное Сибирское казачье войско» и впервые получило правильное военное устройство в составе: 10-ти отделов мирного времени, которые в военное время преобразовывались в 10 - Сибирских линейных казачьих конных полков № 1-го - № 10-го, и двух конно-артиллерийских рот [28, с.271].

В 1797 году был издан указ, согласно которому казачьи дети должны были верстаться на службу. Таким образом, центральная и местная власти, принимая меры к устройству казачьей семьи, накладывали заранее руку на ее мужское потомство. С другой стороны, этот указ закладывал основы казачьей сословной касты, вступить в которую мог любой мужчина, годный к несению воинской службы, но порвать с нею он не имел права. Этот указ был подтвержден Высочайше утвержденным положением 19 августа 1807 года о Сибирском линейном казачьем войске и новым положением 5 декабря 1846 года, где было сказано, что «поступивший в казачье сословие остается в нем на вечно с потомством своим». Этот указ распространялся не только на рядовых казаков, но и офицеров казачьего происхождения и их детей, а также на переводчиков и толмачей, окончивших Омское азиатское училище, даже если они в данный момент находились на гражданской службе [41, с.110].

Формирование сибирского казачества, ядром которого стали казаки Сибирских пограничных линий, происходило путем его естественного и механического прироста, хотя соотношение этих источников не было постоянным. До середины 1840-х годов преобладал естественный прирост, не превышавший 1% в год. Дополнительным источником «приумножения» войска по Положению 1808 года являлось добровольное зачисление в его состав казахов и калмыков. Обязательным условием их обращения в казаки было не только крещение, но и «неприписанность ни в какой род жизни», то есть в крестьянское или мещанское сословие. Несмотря на заинтересованность в увеличении численности линейного казачества, войсковое начальство нередко отказывало желающим вступить в казачье сословие, и, в первую очередь, представителям податного населения, так как закон не предусматривал подобных перечислений. Исключения были крайне редки и допускались только с Высочайшего повеления. В эти годы принудительное обращение в казаки происходило лишь дважды: в 1813-1814 гг. и в 1831-1834 гг., когда на основании Высочайших повелений войско пополнилось несколькими сотнями военнопленных поляков. Накануне реформы войска 1846 года численность сибирского линейного казачества составляла около 48 тыс. человек.

Со второй половины 1840-х годов резко возрастает роль «искусственного увеличения численности казачьего населения за счет массовых, как добровольных, так и принудительных зачислений, которое в отдельные годы становилось главным источником пополнения сибирского казачества. Если в основе первого массового зачисления крестьян в Сибирское войско (1946 г.) лежало стремление местных властей несколько ослабить напряженность службы и создать единый массив войсковых земель, то в дальнейшем (1849-1851, 1856, 1858-1860 гг.) подобные мероприятия проводились, главным образом, с целью военно-хозяйственной колонизации Казахской степи. К 1861 году численность казачьего населения Сибирского войска достигла 93 тыс. человек, более ¼ из них составляли бывшие государственные крестьяне.

Последний случай принудительного зачисления в сибирское казачество произошел в 1861 году в ходе неудачной попытки включения в войско западно-сибирских городовых казаков. Этой мерой генерал-губернатор Западной Сибири Г.Х. Гасфорд пытался решить проблему комплектования городовых казачьих полков и наделения их землей. В войсковое сословие вошли также крестьяне Канонировской волости Семипалатинского уезда. Темпы естественного прироста в эти годы оставались невысокими (в среднем 1,24%), что было связано с высоким уровнем смертности, особенно детской. К концу 1866 года численность сибирского казачества увеличилась до 109 тыс. чел.



Образование из части сибирских казаков Семиреченского войска (1867 г.), упразднение бывших городовых казаков (1868 г.), исключение из войскового сословия бывших крестьян Канонировской волости (1871 г.) уменьшили численность сибирского казачества почти на 25 тыс. чел. С 1872 года естественный прирост вновь стал доминирующим. В 1870-е гг. при среднегодовом общем приросте в 1,63% он составлял 1,58%. Однако войско нуждалось в более высоких темпах роста казачьего населения: вскоре после принятия нового закона о военной службе (1880 г.) выяснилось, что для укомплектования частей по штатам военного времени не хватало более 1800 казаков строевого разряда. Но лишь немногие из переселенцев в Казахскую степь соглашались вступить в казачье войско. В 1880-х – первой половине 1890-х гг. механического прироста сибирского казачества не наблюдалось вовсе. Напротив, число покидавших войсковое сословие превышало число зачислявшихся в него, что было связано с жестокими неурожаями и появлением у некоторых категорий казаков возможности легально выходить из войска. При увеличении естественного прироста казачьего населения до 1,7 % его общий прирост в 1880-е гг., составил лишь 1,52%.
Таблица 1 - Население в Сибирском казачьем войске


Год

Количество жителей

войскового сословия

других сословий

всех сословий

всего

из них в казахской степи

всего

мужчин

женщин

1835

43541

2764

2175

589

2630

46171

1846

47779

6052

3841

2221

2578

50357

1856

84208

34862

18201

16661

1943

86151

1866

108793

58903

31213

27690

4345

113138

1868

124988

58903

31213

27690

10768

135756

Таблица 2 - Размещение населения Сибирского казачьего войска

в конце 60-х годов в XIX века


Места размещения жителей

Количество

станиц

дворов

жителей войскового сословия

жителей всех сословий

Горькая линия

57

5860

32656

357156

Иртышская линия

54

4658

23553

27975

Бухтарминская линия

12

566

3337

3561

Бийская линия

20

1267

6539

8108

Область сибирских казахов и Семипалатинская область

25

3956

58903

60956

Итого

168

16307

124988

135756

В 1890-е годы, с началом массового переселения в Степной край, количество желавших вступить в ряды сибирского казачества заметно возросло. Пока в войске сохранялось относительное многоземелье, в его состав зачислялись целые группы переселенцев. Но с начала XX века войсковая администрация уже не имела возможности обеспечить полными 30-десятинными наделами даже своих казаков, и потому в большинстве случаев была вынуждена отказывать потенциальным переселенцам.

В 1900-1915 гг. среднегодовой общий прирост сибирских казаков вырос до 2,33%. Темпы их естественного прироста составляли 2,13% и по-прежнему сдерживались высокой смертностью, связанной с неурожаями, отсутствием в станицах необходимых санитарных условий, низким уровнем медицинского обслуживания. К 1916 году численность сибирского казачества достигла почти 172 тыс. человек (примерно 3,9% от общего числа казаков Российской империи) [3, с.15-16].

В 1822 году в первом казачьем полку, к которому относились редуты Сибирский, Песчаный, Крутоярский, крепость Кабанья, редут Екатеринский, насчитывалось 3317 казаков мужского и женского пола.

Во втором казачьем полку – редут Островной, крепость Пресновская, редуты Новорыбинский, Кладбинский, Сенжарский, крепость Становая, редут Гагарий – проживало 3403 казаков обоего пола.

В третьем – редуты Новокаменский, Кривозерный, крепость Петропавловская, редуты Новобишкульский, Плоский, Камышловский, крепость Полуденная – 3235 казаков обоего пола.

В четвертом – редуты Гангкный, Медвежий, Чистый, крепость Лебяжья, редут Лосев, редут Соленоозреный, крепость Николаевская, редут Волчий, крепость Покровская, редут Курганский – проживало 3135 казаков обоего пола.

В пятом – редуты Степной, Мельничный, крепость Омская, редуты Черемуховский, Усть-Зоостровский, форпост Ачаирский, редуты Покровский, Изылбашский, Соляной, Елизаветенский, форпост Черлаковский, редут Атмасский – проживало 3503 казака обоего пола.

В шестом – редуты Татарский, Урлютюрбский, Башмачный, крепость Железинская, редуты Пяторыжский, Бобровский, форпосты Осьмерыжский, редуты Качировский, Песчаный, Пресный, форпост Чернорецкий, редут Черноярский, форпост Коряковский, редут Григорьевский – проживало 2923 казаков обоего пола.

В седьмом – редуты Подстепной, Егорьевский, крепость Ямышевская, редут Черный, форпост Лебяжий, редуты Подпускной, Кривой, редут Семиярский, редуты Грачевский, Известковый, Черемуховский, Глуховский, Старосемипалатинский, крепость Семипалатинская, редут Озерный – проживало 2519 казаков обоего пола.

В восьмом – редуты Ульбинский, Талицкий, форпост Шульбинский, редут Пьяноярский, форпост Ябинский, редут Барашевский, редут Уваровский, крепость Усть-Каменогорская, форпосты Феклистовый, Красноярский, редуты Северный, Александровский, Березовский, крепость Бухтарминская, редуты Вороний, Черемшанский, Малонарымский – проживало 2529 казаков обоего пола [52, с.83-84].

Сибирское казачество, как и казачество других войск, не было этнически однородным. Кроме восточнославянского компонента (русских, украинцев, белорусов) в его состав входили тюрки (татары, казахи), мордва и другие.

До середины 1840-х годов сибирское линейное казачество было почти исключительно русским: немногочисленные казахи, калмыки, поляки, входившие в войсковое сословие отдельными или небольшими группами, достаточно быстро ассимилировались в русской этнокультурной среде. Этническая структура казачьего населения войска стала более сложной в результате массовых зачислений крестьян (1846-1851 гг.). К концу 1870-х гг. русские составляли более чем 84% сибирских казаков (78871 чел.) В Омском, Атбасарском, Акмолинском, Усть-Каменогорском, Каркаралинском уездах, Зайсанском приставстве, на Бийской линии казачье население было исключительно русским. В других уездах русские среди казаков составляли абсолютное большинство (Петропавловский – 94,5%, Павлодарский – 99,8%, Семипалатинский – 99,5%). Лишь в Кокчетавском уезде это большинство было относительным – 1/3 [3, с.17].

В декабре 1808 года генерал Глазенап приказал войсковому атаману Телятникову принять меры по привлечению казахского населения, проживающего с внешней стороны линии, на внутреннюю сторону для образования оседлых поселений имея в виду их последующее заселение и зачисление в состав войска. Привлечению казахов к службе в войске уделялось серьезное внимание. Объяснялось это не только недостатком людей, но и политическими мотивами. Положение 1846 года вновь подтвердило что войску дозволяется принимать в свое сословие «киргизов Сибирского ведомства».

Другим из источников пополнения сибирского казачества было так называемое необязательное зачисление в казаки. По положению 1846 года казахам и разночинцам было запрещено селиться в казачьих станицах. Если же они хотели остаться в поселке, то должны были зачислиться в казачье сословие [35, с.110].

На первый взгляд действительно кажется, что численность казахов в сибирском казачьем войске была незначительной. Однако Г.И. Успеньев считает, что официальная статистика сильно занижала их численность. Так, из 3460 человек, значившихся в формулярных списках за 1831 год, у 61 человека в графе «из какого сословия» написано «из новокрещенных киргиз», что составляет примерно 2% от общего числа казаков. В этих же списках указаны имена детей крещенных казахов, находившихся на службе. У этих детей в графе о сословии стоит одинаковая со всеми запись «из казачьих детей». Следовательно, считает Г.И. Успеньев, количество казахов в составе Сибирского казачьего войска надо увеличить, по меньшей мере, вдвое [10]. Он же отмечает, что «принятие христианства, русских фамилий и имен, женитьба на русских женщинах, жизнь среди русского населения… приводили к тому, что казахи в составе Сибирского казачьего войска теряли национальную специфику культуры и быта, постепенно сливались с русским казачьим населением. Вот почему уже к концу XIX века их почти и не числилось в войске» [65].

Однако были казахи, не входившие в казачье сословие, но которые числились в Сибирском казачьем войске и имели чины. Например, Секербай Малкелдіұлы - глава Жанғозы-Айдабольской и Айдабольской волостей, заседатель Баянаульского приказа, с 1833 года служил есаулом, хорунжим, сотником в Баянаульском внешнем округе [62, с.123]. Аға султан Баянаульского внешнего округа Мұса Шорманұлы (1818-1884 гг.) 14 октября 1853 года получил чин хорунжего, 31 августа 1854 года – чин сотника [62, с.147]. Также, заседатель приказа в Баянаульском округе Нөгербек (Нөке) Қазанғапұлы (1812-1882 гг.) 12 апреля 1859 года получил чин хорунжего [62, с.174].

В образованной в 1854 году Семипалатинской области (правобережная часть Иртыша) казачье войско в середине 50 - 60-х гг. XIX века составило соответственно 19468 человек и 42157 человек.

Всего в середине 50 - 60-х гг. XIX века на территории численность сибирских казаков на территории Среднего жуза составила приблизительно 34862 человека [44, с.267].
2.3.2 Структура и служба Сибирского казачьего войска

Сибирское казачество подразделялось на городовых, станичных, приписных и линейных казаков.



Городовые казаки. В первой четверти XVIII века городовые казаки Сибири оставались единственной реальной силой за Уралом.

Городовые казаки всегда находились в составе местной полиции, и потому служба, отправляемая ими по гражданской части, была многосторонняя: они содержали караулы при запасных хлебных магазинах, находились при губернских и уездных властях на посылках, удовлетворяли надобности городских и земских полиций относительно благоустройства хозяйства в городах и по уездам, понуждали рассеянных всюду инородцев ко взносу ясака, содержали караулы при тюремных острогах, имели надзор за ссыльными при казенных работах, сопровождали казенные транспорты, употреблялись в разные должности при винокуренных заводах, при соляных озерах и заводах и исправляли разные другие поручения.

В 1822 году была проведена реформа управления сибирскими землями. В связи с реформой Александра I утвердил несколько Уставов «для управления Сибирских губерний», в том числе и «Устав о Сибирских городовых казаках» (22 июля 1822 г.).

Первым параграфом устава определялось место городовых казаков в губернской инфраструктуре: «Сибирские городовые казаки принадлежат к составу Губернской и окружной полиции и находятся в гражданском управлении». Казаки делились на две группы: 1) полковые, получавшие казенное жалованье и 2) станичные, «…кои имеют прочное домообзаводство и временно отправляя службу в местах их жительства не токмо не получают казенного довольствия, но подсобствуют еще жителям отправлении внутренних повинностей».

По Уставу 1822 году городовые казаки имели широкий круг обязанностей. По делам полицейским в их обязанности входили: 1) ночные полицейские разъезда по городам; 2) поимка беглых в городах и заводах; 3) конвой казенных транспортов; 4) пикеты и разъезда около заводов, фабрик и на частных приисках, в предупреждение побегов ссыльных; 5) препровождение ссыльных на большую дорогу; 6) составление конной стражи на этапах; 7) исправление особенных поручений и разных посылок при лице чиновников, начиная от заседателя земского суда до генерал-губернатора; 8) охрана соляных озер; 9) побуждение к платежу податей, взносов, недоимок и исправлению повинностей; 10) наблюдение за благочинием сельских и инородческих ярмарках; 11) отправление должностей квартальных надзирателей в городах; 12) наблюдение за тишиной в казенных поселениях и на действующих частных золотых приисках для поддержания дисциплины рабочих и прочее.

По хозяйственным делам им поручалось: 1) развозка, хранение и продажа от казны предметов продовольствия в отдаленных горных местах по установленным правилам; 2) сбор податей с инородцев; 3) разные поручения при казенных заготовлениях; 4) разные поручения на заводах, фабриках, на казенных и на частных промыслах по части землемерной и строительной.

Городовые казаки назначались: 1) в пограничные караулы и разъезды, где не устроено особой пограничной стражи; 2) в караулы при казенном имуществе, где не видится или не достаточно внешних команд; 3) вместо почтальонов в случае их недостатка в отдаленных малолюдных краях; 4) в счетчики по казначейству при их недостатке; 5) в тягу лодок по рекам в известных случаях; 6) по особым распоряжениям главного управления употребления в замене воинских команд по обязанностям внутренней стражи.

Численность и функции городовых казаков Сибири менялись в соответствии с меняющейся внутренней и внешней обстановкой. По данным Н.Ф. Емельянова (1991), после 1725 года социальный состав некрестьянского населения Сибири резко изменился, многие служилые люди и их потомки влились в сословие государственных крестьян, а другая их часть вместе с посадскими людьми составила население городов. Оставив в городах казаков как «уездных полицейских чинов», правительство не гарантировало существование их семей за счет жалованья, хотя задержка его выплаты могла поставить казака на грань нищеты. С ликвидацией внешней опасности правительство заметно сократило состав городовых казаков, узнав по штатам 1737 года гарнизоны до минимума. На службе остались лишь те, кто использовался для посылки по уездам, для караулов, в суде и на других службах. В течение XVIII века их численность продолжала сокращаться. В течение 50-х годов XVIII века это сокращение связано с переводом значительной части их на Сибирские укрепленные линии [36, с.110-113].



Беломестные казаки – служилые, специально поселенные при южносибирских слободах и острогах для их военного прикрытия в случае нападения кочевников. Сословие беломестных возникло не в Сибири. Белопомесцы упоминаются в Уложении царя Алексея Михайловича от 1649 года (гл. 19, ст. 39): «А которые тяглые люди белопомесцом тяглые свои дворы, а пишут вместо купчих закладные, и дворы просрочивают, а те люди, кому обеливают…»

В отличие от подавляющего большинства категорий сибирских ратных людей беломестынм казакам не полагалось всех видов жалованья, круг их обязанностей был не так широк, но «за службу» они освобождались - «обеливались» (отсюда и название) от государственных налогов и повинностей и обязательно (причем довольно щедро) наделялись землей.

П.А. Словцов (1886) отмечал, что беломестные казаки служили поочередно в городах и острогах, в свободную неделю жили на участках земли, отводимых им за хлебное жалованье, с лугами для покосов, если желающие этого отвода были из числа конных. П.И. Небольсин (1850) добавляет, что не просившие земель бессемейные (холостые) казаки получали натурой по 24 пуда годового хлебного жалованья [36, с.123].

В Уставе о городовых казаках от 22 июля 1822 года упоминаются станичные казаки, «… кои имеют прочное домообзаводство и временно отправляя службу в местах их жительства не токмо не получают казенного довольствия, но подсобствуют еще жителям в отправлении внутренних повинностей». Такое положение станичных казаков в системе городовых казаков позволяет видеть в них традиционно Беломестных [36, с.125].




Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет