Панюта Светлана Игоревна Аспирантка Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова, Москва, Россия Назидательная сказка



жүктеу 20.47 Kb.
Дата04.04.2019
өлшемі20.47 Kb.
түріСказка

Аббат Вуазенон как автор назидательной сказки

Панюта Светлана Игоревна

Аспирантка Московского государственного университета имени М.В.Ломоносова, Москва, Россия
Назидательная сказка (conte moral) возникает во Франции во второй половине XVIII века – в 1755-1759 гг. в свет выходят «Нравоучительные рассказы» (« Contes moraux ») Ж.-Ф. Мармонтеля, а вслед за ними появляются и другие произведения этого жанра. Однако сам термин можно встретить и раньше: еще в 1742 г. К. Кребийон определяет жанр своей «Софы» как «нравоучительную сказку» («Le Sopha, conte moral»), хотя здесь речь идет скорее о попытке замаскировать гривуазное содержание данного произведения или даже об иронии по отношению к повествуемой истории, нежели о настоящей «нравоучительной сказке».

Появление данного жанра таким, каким его видел Мармонтель, можно рассматривать как реакцию на популярность гривуазной сказки, которая часто кроме пародии на восточный колорит «Тысячи и одной ночи» содержала недвусмысленные сцены соблазнения. В этом также можно увидеть своеобразное «возвращение к истокам», к принципу «развлекая, поучать», которым руководствовался Шарль Перро еще в XVII веке. Именно он впервые стал снабжать свои сказки моралите (moralités), которые одним своим названием отсылали к «моральной», назидательной составляющей сказочного жанра. Во второй половине XVIII века эта составляющая выходит на первый план и влечет за собой частичный или полный отказ от чудесного – все повествование оказывается целиком подчинено нравственно-дидактической проблематике. И хотя назидательной сказке как жанру довольно сложно дать точное определение (это отмечали многие исследователи, например Ж. Сгар или А. Куле, да и сам Мармонтель), можно выделить несколько ее составляющих: в первую очередь, схематичность персонажей, присущая сказке в целом, некоторая искусственность, обобщенный характер изображаемых ситуаций, а также подчинение сюжета определенной моральной сентенции, которая либо вынесена в начало, либо завершает повествование. Этот прием сближает назидательную сказку с философской повестью.



Нравоучительный пафос оказывается не чужд и аббату Клоду Анри де Вуазенону (1708-1775): он просматривается даже в его пародийных (и одновременно гривуазных) сказках, таких, как, например, «Зюльми и Зельмаида» (« Zulmis et Zelmaïde ») или «Султан Мизапуф» (« Le Sultan Misapouf et la Princesse Grisemine, ou les Métamorphoses »). Вуазенон пишет и назидательные сказки: « Ni trop, ni trop peu », « Il eut tort », « Il eut raison », к этому же жанру можно отнести и его «Историю Блаженства» (« Histoire de la Félicité »). Однако в них читатель встречает все тот же ироничный стиль, остроумную игру слов и комичные ситуации, в которые попадают герои. Таким образом, Вуазенон, как и его современники, играет с жанровым подзаголовком «назидательная сказка», представляя читателю не столько моральный и нравственный урок, сколько карикатуру на определенные модели поведения в современном ему обществе. Так в творчестве Вуазенона преломляется новый виток моды на сказку в XVIII веке – на этот раз, назидательную.

Достарыңызбен бөлісу:


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет