Приключения ленина



жүктеу 433.56 Kb.
бет1/3
Дата19.03.2019
өлшемі433.56 Kb.
  1   2   3

Номинация «Пьесы»

Владимир Лидский



ПРИКЛЮЧЕНИЯ ЛЕНИНА

Фарс-гиньоль

Одно действие, двенадцать картин

Действующие лица:

Владимир Ильич Ленин

Первый полицейский

Второй полицейский

Начальник опорного пункта полиции

Проститутка Маша

Проститутка Лена

Проститутка Зина

Мамочка, хозяйка дома свиданий

Девушки из дома свиданий

Левинсон, учёный, будущий нобелевский лауреат

Первый бандит

Второй бандит

Босс бандитов

Командир ОМОНовцев

Куратор Спецучреждения

Силантий Авдеич Сюканов, лидер КПЦР

Двойник Ленина

Диктор

Первый часовой



Второй часовой

Клиенты дома свиданий

Девушки из дома свиданий

Корреспонденты

ОМОНовцы

Голоса


Очень близкое будущее, которое с течением лет будет отодвигаться года на два, на три; историческая суть, думается мне, с течением лет не будет сильно меняться, ну, может только имена со временем будут другие, впрочем, любые совпадения имён и фамилий прошу считать случайными и непреднамеренными.

Картина первая

Красная площадь в Москве. Мавзолей Ленина. Торжественная смена караула. Часовые чеканят шаг, приближаясь ко входу в Мавзолей. Старая смена покидает место вахты, новая — заступает. По Красной площади прогуливаются туристы, фотографируются в обнимку с двойником Ленина. Из дверей Мавзолея выходит Владимир Ильич Ленин.

ЛЕНИН (часовым). Чё, парни, караул устал?

Часовые молчат, вытянувшись в струнку и недоумённо уставившись на Ленина.

ЛЕНИН. Так и будем в молчанку играть? Устал, говорю, караул-то? (Хлопает по плечу одного из часовых). Отомри, бля!

Выходит на Красную площадь.

ЧАСОВОЙ (догоняет). Владимир Ильич, Владимир Ильич! Это… нельзя же, Владимир Ильич! Вы ж там (указывает на Мавзолей) должны!..

ЛЕНИН (сочувственно). Эк тебя перекосило-то, батенька! (Неожиданно злобно). Отвянь, сынок!

Идёт по площади, натыкается на своего двойника.

ЛЕНИН. Это чё за рожа?

ДВОЙНИК. Ты сам рожа!

ЛЕНИН. Ты чё здесь торчишь? Я щас коменданта Кремля вызову!

ДВОЙНИК. Да ты кто такой? Это моя территория! И комендант с неё бабло получает, и менты! Кому надо, всем отстёгиваю! Вали на свой пятачок!

ЛЕНИН. Сука, ты меня свиньёй назвал! Я тебе покажу — пятачок! Я тебе самому пятачок начищу! (Замахивается).

ДВОЙНИК. Ага, давай! (Бьёт).

Ленин падает. Поднявшись, берёт со штатива фотокамеру и с чувством грохает ею о булыжник площади. Вокруг собираются зеваки.

ДВОЙНИК. Ах, ты…

ЛЕНИН. Самозванец! Буржуйское отродье!

Хватает пёстрый китайский зонтик, под которым стоял штатив с фотокамерой, лупит им Двойника, тот падает.

ЛЕНИН. Сволочь! Иуда! Ты мне ещё за девятьсот пятый год ответишь!

ГОЛОСА. Мочи его, Ильич! На святом наживается! Мочи! Зонтик ему в задницу! Достали коммуняки! Это кто здесь на комунистов тянет?

Среди зевак начинается свалка. Слышны звуки ударов, ругательства, вопли. Иностранцы фотографируют. Ленин обыскивает поверженного Двойника, достаёт из его карманов деньги, забирает. В это время становится слышен полицейский свисток, приближающийся издалека. Перед полицейскими расступаются.

ПЕРВЫЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ. Оппа! Картина маслом - Ленин Ленина месит… Дай-ка ему как следует, Ильич!

ВТОРОЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ. Плюнь на него, Ильич!

ПЕРВЫЙ. По сопатке ему!

ВТОРОЙ. В глаз, в глаз ему! По зубам!

ПЕРВЫЙ. Яйца разбей ему, Ильич! Глазунью ему из двух яиц!

Ленин добросовестно исполняет пожелания.

ВТОРОЙ. А теперь встал, быстро!

ПЕРВЫЙ. Чё, не понял, старый? Встал, тебе сказали!

ВТОРОЙ. Документы давай!

ЛЕНИН (показывает на Мавзолей). У меня там документы.

Полицейские смеются.

ПЕРВЫЙ. Ну, ты гонишь, дед! Приморил!

ВТОРОЙ. Бич, наверное. Давай возьмём его… это… попрессуем, а то скукотища сёдни чё-то…

ПЕРВЫЙ. Ага… курвам его отдадим, нехай понасилят старичка…

ВТОРОЙ. Руки дал, быстро! (Защёлкивает наручники).

Ленина уводят. Толпа с сожалением расходится.

Картина вторая.

Опорный пункт полиции.

НАЧАЛЬНИК. Ну чё, попался, дедуха? Как разводить будем?

ЛЕНИН. Разводить — потом. Сначала необходимо взять почту, телеграф, телефон. А потом уж и мосты разводить.

ПЕРВЫЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ. Ты чё чернуху гонишь? Бабки давай!

ЛЕНИН. У меня одна тока. Надежда Константиновна. Но она в Кремле.

ВТОРОЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ. Ты, ему в дурку надо. На хер мы его взяли?

ПЕРВЫЙ. Ну чё, попинаем малехо…

ВТОРОЙ. Чё надо, старый? Чё залупаешься? Зубы лишние есть? Закурить давай!

ПЕРВЫЙ. Закурить быстро дал! Чё, глухой?

ЛЕНИН. У меня нету… не курю я… Это у Феликса Эдмундовича надо…

НАЧАЛЬНИК. Ты чё, на крышу намекаешь? Кто это — Феликс Эдмундович? Кругом евреи, бля! Да мне на твою крышу… У меня-то крыша покруче будет! Закопаем тебя на хер! Чё, не понял? Закурить быстро дал!

ЛЕНИН (испуганно). Говорю же — не курю я…

ВТОРОЙ. Ты чё, блатной? Чё ты мне здесь пальцы гнёшь? Борзый, да? Не курит он! Меня это не дерёт! Дал быстро закурить!

Легонько бьёт Ленина по щеке.

ЛЕНИН. Вы что, товарищ?

ВТОРОЙ. Тамбовский волк тебе товарищ. Мы для тебя, что ли, сука, в семнадцатом году революцию делали? Чтобы ты, зассыха, по вокзалам побирался? Чтобы политуру под забором хавал? Чтобы ты нам коммунистическую партию позорил? И «Единую Россию»? И ЛДПР тоже?

ЛЕНИН. А я за единую Россию! Мы и Финляндию ещё вернём, и Монголию присоединим!

ПЕРВЫЙ. Ты чё пургу несёшь, обсос? У нас своих нищих хватает! Тебе киргизов-таджиков мало?

ЛЕНИН. Мы политику национального размежевания модернизируем! Мы будем разделять и властвовать! Да здравствует курс на социалистическую индустриализацию!

ВТОРОЙ (начальнику). Он бредит, товарищ капитан, гляньте на его рожу шизанутую… Обдолбанный, как пить дать.

НАЧАЛЬНИК. Обшмонайте его. У него, наверное, ханка по карманам. Мы щас на него показательное дело заведём. Сбыт в особо крупном размере.

ПЕРВЫЙ. Вот голова, товарищ капитан. Голова — ума палата. А то чё-то премии давно не получали. Ну-ка, встал, дрочок!

ЛЕНИН. Ты сам дурачок! Я Председатель Совета Народных комиссаров!

ПЕРВЫЙ. Я-я-я-ть твою мать! Ты гонишь! А не президент Соединённых Штатов?

ВТОРОЙ (смеётся). Э, хватил! Тот – смугленький…

ПЕРВЫЙ. Короче, достал уже! Выворачивай карманы, ханку давай!

Ленин выворачивает карманы, оттуда выпадают деньги.

НАЧАЛЬНИК. Оба-на!

Первый и Второй собирают мятые купюры, уважительно кладут на стол перед Начальником.

НАЧАЛЬНИК. Т-а-а-к… он ещё и ограбил кого-то. Говори, сука, какой банк бомбил? С кем был? Кто наводчик? Где подельники? Где бабки зарыл? Колись, мразь! (Изо всех сил бьёт Ленина кулаком). Колись! «Слоника» захотел? «Ласточку»? (Полицейским). Мочите его на хер!

Первый и второй сбивают Ленина с ног, увлечённо бьют.

ЛЕНИН. Дзержинского ко мне, Троцкого, Зиновьева!

ПЕРВЫЙ. Ай, напужал! А мы уже здесь! Я — Троцкий, а вот он (кивает на Второго) — Зиновьев.

НАЧАЛЬНИК. А я — Дзержинский. Мочите его, парни, как Феликс Эдмундович завещал!

Полицейские бьют.

ВТОРОЙ. Вася, по башке ему ногой!

НАЧАЛЬНИК. Рёбра, рёбра ломай!

ПЕРВЫЙ. Петя, глаз выбей-ка ему!

ВТОРОЙ. Ща, погоди я ему руку хочу сначала сломать… О-о! Кровь пошла! Топчи его на хер!

НАЧАЛЬНИК. Меси! Будет знать, как народное достояние из банков тырить! Цинизм какой, а? А потом бабло… это … на ханку спускать! Юные поколения наши портить. Мы тут поставлены, чтобы зло искоренять, а вы… твари, мрази… вы нам всю страну засрали ханкой своей, бухлом палёным… вы что ж творите… генофонд нам портить! Заманал, наркоман палёный! Мочи его!

ЛЕНИН (успевая сказать напоследок). Есть условия, при которых насилие и необходимо и полезно, но есть условия, при которых насилие не может дать никаких результатов… 

Полицейские набрасываются на него. Ленин жалобно скулит, полицейские бьют с настоящим остервенением.

ПЕРВЫЙ. Всё, сдохни, бля… Ленин… Петя, кто это вообще – Ленин?

Затемнение.

Картина третья

Избитый, окровавленный Ленин в «обезьяннике» с тремя проститутками.

ЗИНА. Бедненький… за что же они тебя так … отшиздили? Чё ты им сделал-то? Грубил, наверное?

Ленин мычит.

МАША. От звери-то… Волки позорные! Рази ж можно так живого человека-то? Ты чей будешь, горемыка?

ЛЕНИН (с трудом). Ленин… Ленин я…

МАША. Слышь, Ленка, — твой, говорит… У тебя ж вроде помоложе был… Неужто его менты так рихтанули? (Сокрушённо, по-бабьи качает головой). Бе-е-дный… (Причитает) …и волосья-то подёргали-и… и сопатку-то разбили-и… и фингалов-то наставили-и…

ЛЕНА. Не, эт не мой… не мой говорю…

ЛЕНИН. Ты сама немая. Я могу разговаривать! Я знаешь, как могу разговаривать? Я такие речуги толкал! На Финляндском вокзале, с броневика! С дворца Кшесинской… прикинь… с балкона! За мной люди шли! Меня сознательные массы слушали! Я всё взял, всё — и телефон, и телеграф, и почту! А на почте письма — все мне! От трудящихся, крестьян, солдат! (Достаёт из кармана мятую бумажку, читает). Дорогой, любимый наш Владимир Ильич! Возьми всё! Не тушуйся, бери! Грабь награбленное! Заманали уже помещики и капиталисты, еды нет, питья нет, всё забрали у бедного хрестьянина да у бедного рабочего… А куды хрестьянину да рабочему податься? Помещики пришли — грабють! Капиталисты пришли — грабють! Тупин и Ведмедев пришли — грабють! Мочи нету уже! Ой, что это… мочи нету уже… Фу, ты, перепугался за народ… коли уж мочи нет, значит пить совсем не дают… Изверги… а ведь могли… слава Богу, дают ещё… Ну, я знаю, дают, дают, горькая ж никогда не переведётся на Руси, нашему народцу, пожалуй, и есть не нужно, лишь бы пить было… (плачет)…просрали народ… а какой народ! Да чё там! Так ему и надо! Быдло, темнота, грязь! Всех их к ногтю! И новую породу выводить! А этих, в позументиках которые, тех ваще керосином на хрен полить и поджечь! Где, где народ мой, где светоч коммунизма? (Плачет).

ЗИНА. Бедненький, плачет… Жалко же его…

ЛЕНИН. Эх, девки! Я такое замутил! Айда к нам в партию большевиков!

МАША. Да у нас разные бывают. Мы любой можем поднять — и большевиковский, и меньшевиковский, и средненький. Щас, правда, мужик всё больше с меньшевиковским пошёл — стрессы там, жена, типа, мозг выносит, на службе неприятности… А то баррикады там… белоленточники … слыхал же - площадь Сахарова, Болотная… Это ж всё переживания, у кого хочешь упадёт…

ЛЕНИН. А мы с «болотом» просто — чик-чак и нету никого! И бундовцев так же, и меньшевиков. Не сахар, конечно, с ними было дело иметь, это ты верно говоришь…

МАША. Чего несёт? Слышьте, девки, он, кажись, убогонький… Ему менты, кажись, мозг сдвинули с правильной оси. Они ж, твари, завсегда, перво-наперво кумпол повреждают, чтоб клиент, как выйдет из ментуры, ничего б не помнил… Твари ментовские — выключают тебя ногами по башке, а потом шмонают и все тугрики счищают… А нашу сестру! Бедная, бедная наша сестра!

ЛЕНИН (встревоженно). А чего с сестрой-то? Болеет? Умерла?

МАША. Если бы болела, было б лучше! Знаешь эти суки как венерических боятся! А нам это нельзя, у нас это работа. Мы с триппером не можем даже работать, к нам же иностранцы ходят…А мусорня пользуется на халяву. Специально облавы устраивают. Загонят нас в «обезьянник» и выдёргивают всю ночь по одной, как морковку с грядки. Заманали уже… да ещё немытые на работу ходят… ты как думаешь, приятно в немытую дудочку свистеть?

ЛЕНИН (изумлённо). В дудочку?

МАША. Тяжко, тяжко нашей сестре… А то ещё «субботники» устраивают. Забирают с «точки» и весь день трясут нас на халяву. Которым на дежурство уходить, — тем «скоренький два-ноль» давай, а которые «на хате», — «кругосветку» требуют… прикинь, щизанутые ваще, это ж денег стоит!

ЛЕНИН. Да, да, и деньги забрали… потом пинали меня по голове, а ведь у меня мозга уже мало, врачи говорили, половина мозга высохла, мол, насовсем (плачет).

ЗИНА. Бедненький, ой, бедненький… Слышь, Машка, может, пожалеем его?

МАША. Ты чё, дура, что ли? С дуба рухнула? Да он и не заберётся на тебя. Маинький такой. А на тебя взобраться чтобы, альпинистское снаряжение нужно покупать. Ты ж как Эверест у нас. И ваще — с какого хрена? У него ж менты бабло свинтили.

ЗИНА. Я его за так пожалею. Щупленький такой… а плачет-то как жалобно…

МАША. Ну, дура!

ЗИНА. Идите ко мне, старичок хороший, хотите, я вам дойку дам?

Затемнение.

Картина четвёртая

Дежурная часть опорного пункта полиции.

НАЧАЛЬНИК. Так, воины… Наливай! Зырьте, скока у бомжа бабла свинтили… Может, позовём его? Пускай выпьет с нами. Он бухой прикольный будет. Потом прессанём его, а то скукота тут…

ПЕРВЫЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ. Не, Петрович, давай потом его…

ВТОРОЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ. Ладно, наливай!

Наливают.

НАЧАЛЬНИК. Ну чё, вздрогнули?

Пьют.

ПЕРВЫЙ. Жирный сёдни клиент попался. А то бичи вечно какие-то нищие.

ВТОРОЙ. Так ты по вокзалам их собираешь, а нужно же места знать! Я вот, для примера, возле ресторанов фрайерков дожидаюсь. Прикинь, выходит такой жирняга, ну, торгаш там, типа частный предприниматель, пока до такси дойдёт, как раз в сугроб рылом ткнётся… И всё, шмонай его до нитки…

НАЧАЛЬНИК. Это чё, примитив… Я вот когда в ДПСэ работал, нехилую такую подставу делал: идёшь, это, на вокзал, цепляешь там лохов с Казахстана, ну, с Таджикистана там… паспорт, мол, ваш, а где регистрация? Лошок давай крутиться как уж на сковородке, типа, я тока приехал, какая регистрация? А я ему: ты чё, чурка, оборзел совсем? Закрой хлебало, дескать, воздух-то в Москве морозный, не ровён час простуду схватишь. Так… паспорт я ваш забираю, получите в опорном пункте завтра, адрес такой-то, милости просим во столько-то… Всё… лошок приходит утром, типа, гражданин начальник, можно паспорт? Я ему: можно козу на возу или Машку на сене… А паспорт нужно так: разрешите, пожалуйста, штрафик заплатить, я больше так не буду, говори, даун, — «я больше так не буду»… И штраф с тебя — пятьсот долларов за нарушение правил регистрации в столице нашей родины. Ну чё ты? Наливай, ёптыть!

Снова пьют.

НАЧАЛЬНИК. Ну, вот… Он блажить давай, — нету у меня, мол, таких денег, да где я возьму… А я говорю: меня не дерёт, где хочешь, там и возьми, хоть банк ограбь… И чё? Бежит выполнять…плачет, а бежит. И приносит… А куда он на хер денется?

ПЕРВЫЙ. А я вот тоже лохов разводил. Пишу маляву, дескать, нарушение правил торговли, ну, там обвесили или лучше диск продали нелецинзионный, ищу мазу, вызываю там директора… хозяина, ну, бежит на цирлах такой «алёша», хавло озабоченное, что случилось, мол, гражданин начальник? А я ему — раз! Ксиву под шнобель! А потом ещё — раз! Предьяву! К ногтю его! Он выкручивается, верещит, да разве выкрутится? Заворачиваю ему ласты и в дежурку… И вежливо его так воспитываю: типа, ай-я-яй, гражданин, как же так-то? Он очкует, мнётся, а я его закрыл такой на ключик и ушёл. Потом сменщика посылаю к нему, — иди, прессуй. Тот заходит с демократизатором в руках и как давай на него орать дурниной! Типа, плохой следователь… Всё! Попал ты! Закроем на хер! «Алёша», глядишь, и обоссытся со страху… А ночью я уже сам прихожу, он устал, жрать хочет, на парашу мы его не выпускаем, ну и плывёт, ясен пень… Я ему пою: чё, голубь, делать-то будем, а? А он уже на всё согласный, я же вижу… Всё… пропихиваю ему: штраф, мол, заплати за нарушение правил торговли и шиздуй отсюда на хер! Правда, если с собой у него нету, приходится домой везти, но за это я обычно соточку накидываю — это ж не такси тебе, овёс нынче дорог!.. Вот как надо…понял, да? Это тебе не жопников по автобусам ловить!

НАЧАЛЬНИК. Э-э, блин! Согрелась! Наливай давай!

Наливают, пьют. Уже сильно пьяны.

ВТОРОЙ. Давай Ильича сюда! Поссым на него!

ПЕРВЫЙ. Ну ты чё, дурак, в натуре? А убирать кто будет?

ВТОРОЙ. Дырки уберут!

ПЕРВЫЙ. Хорош, а?

ВТОРОЙ. А чё? Пускай убирают! Моя маманя убирала парашу на вокзале, пока я в школке парился! И несло от неё, знаешь как?

ПЕРВЫЙ. Ты, ну на хера? Мы их лучше по назначению употребим!

ВТОРОЙ (плаксиво). Ага… а чего же маманя моя? Пускай они тоже парашу почистят! (Внезапно звереет). Языком пускай, суки, парашу вылижут!..

НАЧАЛЬНИК. Э, остынь, а? Тащи лучше Ленина до нас!

Второй идёт к «обезьяннику», отпирает его. Проститутки дремлют, Ленин спит, пытаясь обхватить необъятную Зину. Полицейский за шиворот поднимает Ленина и тащит его в дежурку.

ЛЕНИН. Товарищи! Социалистическое отечество в опасности! Всем Советам и революционным организациям вменяется в обязанность защищять каждую позицию до последней капли крови!

Второй, забыв запереть решётку «обезьянника», тащит упирающегося Ленина.

ЛЕНИН. Товарищи! Не поддавайтесь на провокации! Неприятельских агентов, спекулянтов, громил, хулиганов, контрреволюционных агитаторов, германских шпионов и проклятых ментов приказываю расстреливать на месте преступления! Без суда и следствия! Беспощадно! Невзирая на чины и звания! Смерть мусорам! Выжечь эту плесень с цветущей земли нашей социалистической отчизны!

ЗИНА (просыпается). Во даёт!

МАША. Во отжигает!

ЛЕНА. Шандец ему!

НАЧАЛЬНИК. Ну-ка давай его сюда. Щас мы ему тут гестапо устроим!

ПЕРВЫЙ. Ты чё, колдырь помоечный? Зубы лишние?

Бьёт Ленина по зубам.

ВТОРОЙ. Посади-ка его.

Ленина усаживают на стул, вливают ему в рот водку из бутылки. Он вначале бьётся, потом затихает.

НАЧАЛЬНИК (отдышавшись). Тихо, парни, тихо… Буйный, бля… Нехай сидит, оклемается малехо, мы с него чистуху-то и выбьем… Сдаётся мне, он рецидивист какой-то… Кажись, я его ещё в девятом годе рихтовал… Это же убийца, насильник и грабитель… Я вспомнил, я его однажды со жмурика снимал… а потом он мне ещё на гоп-стопе попадался… Мы, короче, сёдни премии срубили, такого матёрого волчару упаковали… Ну-ка давайте, вмажем за удачу!

Пьют.

ВТОРОЙ. Нам нужна удача. Нам нужна премия. А то бабла чё-то мало. Прикинь, мы когда с маманей в Череповце куковали, у нас бабла тоже напостоянку не водилось. Батяня наш давно уж где-то сгинул, мне года три, наверно, было. В школе я доходной был, потому что хавки не хватало. Бывало в доме гречка да соль-сахар. Вот маманя вечером гречку на воде сварганит, а утром, перед школкой, кусок хлеба даст… хлеб маслом подсолнечным политый, сверху посолит и чаю нальёт. Иду в школу, а масло подсолнечное из нутра наружу лезет. А там на переменке пацаны пирожки в буфете покупают… прикинь, суки, — начинку выжрут, а потом остатками кидаются … а если кто на столе оставит, так я подойду потихоньку да и сьем… А потом учителка домой припёрлась, говорит, падла: ой, как же вы живёте? И мне тогда обеды бесплатные назначили, слышь ты, уважаемый? (Поворачивается к Ленину). Прихожу в буфет, даю талон такой бумажный, мне по нему раз – борща тарелку, потом раз — котлету с картофельным пюре, а потом раз — компот ещё… Я ем сижу, а мне, бля, стыдно, красный весь такой сижу давлюсь… а все секут… Мне ещё кликуху дали — Голод… Я и в армейке за пайку бился, деды ж нас объедали… Мне два зуба за сахар да за масло выбили… А я, это… борзый был, махался с ними, так меня на взлётке скока раз сапогами месили… Это уж потом я, как с армейки свинтился, в Москву приехал, а тут в ментуру блатуют, форму дают, общагу, жрачку…А ты чё? (Легонько бьёт Ленина по щеке). По помойкам рылся? Объедки на халяву хавал? Бормотуху жрал? Шайбу сворачивал в подъезде? Синяк грёбанный! Вставай давай!

ПЕРВЫЙ. Ты, не тронь его, в натуре… Глянь, и начальник наш завял…

Начальник дремлет, посапывая на стуле.

ПЕРВЫЙ (продолжает). А я тоже — сам. У меня родаки — суки министерские. «Ты такой талантливый, Петя»… прикинь, в художественную школу меня определили, а по вечерам ещё к профессору английскому водили… а ещё шахматный кружок был, а потом ещё бассейн… во достали (проводит ладонью по шее)… ну, я рисую, рисую… всякую херню рисовал, а маманя мне — скушай, сыночка, вот это, скушай, сыночка вот то… а яблочко, а конфетку, а пироженку… ах, Петенька, шапку не забудь надеть, не дай Бог мозг простудишь, менингит начнётся, вот и станешь дурачком как раз… думаю, заманали, чёртовы шнурки! Я уже по клубам тусил, на марцефаль подсел… ага… мне себя ужасно жаль, я подсел на марцефаль, и теперь брожу один, пожирая эфедрин… ты начальнику только не говори, а то вдруг ему это не понравится… деньги у них тырил, а им чё — им по фигу! У них и так их полный зоб. Папец по командировкам вечно, а мамахен мужиков водит… А мне-то чё? Я зависну в клубняке, нюхну там чёнить и мне по кайфу… В общем, я их в девятом классе послал уже на хрен, пришёл на хату, у меня там мольберт стоял, нарисовал им напоследок член такой реальный да свалил… Погулял малехо. А потом военком меня захомутал… я бегал от него, посылал военкоматских всех на буквы, ох, злые они были на меня… Ну, и понятно, недолго фраер танцевал… Прикинь, в Заполярье меня заткнули, на край географии… Махался я там тоже с дедами… а если бы не махался, замёрз бы к чёрту. Там знаешь как: ссышь на морозе, а струя тут же замерзает…ага… и яйца как камушки друг об друга — стук-стук… А вернулся, так сразу в Гагры, греться… денег нету ни хрена, ну, я там почистил одного, а менты на следующий день меня и хлопнули… начальник говорит: ты, ну чё ты, реальный такой парень, на фига тебя сажать, давай лучше к нам! Я говорю: у меня московская прописка. Так ещё лучше, езжай, мол, домой и иди туда-то. Адрес дал, записку… клёвый был майор, уважуха ему… Э, Вася, да ты спишь, тушканчик …

Вздыхая, наливает себе.

ПЕРВЫЙ (продолжает). Эх… ну чё вы заснули все, в натуре! А гестапо Ленину кто хотел устроить? Скучно с вами, бля…

Пьёт, снова пьёт, бормочет что-то себе под нос и в конце концов тоже засыпает.



Достарыңызбен бөлісу:
  1   2   3


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет