Программа дисциплины Гражданское право для студентов третьего курса


Тема 50. Банковский вклад (депозит)



жүктеу 2.63 Mb.
бет9/23
Дата07.02.2019
өлшемі2.63 Mb.
түріПрограмма дисциплины
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   23
    Навигация по данной странице:
  • Задачи

Тема 50. Банковский вклад (депозит)


  1. Понятие договора банковского вклада. Виды вкладов. Правовое регулирование договора банковского вклада.

  2. Субъектный состав договора. Последствия принятия вклада лицом, не имеющим на это право. Форма договора, последствия ее несоблюдения. Правила оформления сберегательной книжкой, сберегательным (депозитным) сертификатом. Существенные условия договора. Начисление процентов на вклад и их выплаты. Вклады в пользу третьих лиц.

  3. Права вкладчиков-граждан. Права вкладчиков -юридических лиц.

  4. Ответственность банка. Способы обеспечения возврата вклада.


Вопросы:

  1. Каково понятие договора банковского вклада? Каковы виды вкладов? Каково правовое регулирование договора банковского вклада?

  2. Какие субъекты могут выступать в качестве сторон договора? Каковы последствия принятия вклада лицом, не имеющим на это право?

  3. В какой форме заключается договор? Какими ценными бумагами удостоверяется заключение договора?

  4. Какие условия являются существенными для договора банковского вклада?

  5. В каком порядке начисляются и выплачиваются проценты?

  6. Возможно ли внесение вклада в пользу третьих лиц? Могут ли на сумму вклада начисляться денежные суммы от третьих лиц?

  7. Какие права имеют вкладчики-граждане? Какие права имеют вкладчики – юридические лица? Могут ли вкладчики распоряжаться суммой вклада по своему усмотрению? Возможно ли досрочное расторжение договора банковского вклада?

  8. Каким образом обеспечивается возврат вклада? Какова ответственность банка за нарушение условий договора банковского вклада?



Задачи


1. 01 ноября 2007 г. О.Е. Цаплин (Вкладчик) заключил договор банковского вклада с банком "Крепкий орешек" сроком на шесть месяцев под 7 % годовых. Сумма вклада, согласно договору, определялась в долларах США. О.Е. Цаплин внес 10 000 долл. США. 25 марта 2008 г. О.Е. Цаплин потребовал выплатить всю сумму вклада с причитающимися ему процентами. Банк отказался выплатить сумму, указав на то, что по условиям договора, заключенного между Вкладчиком и банком, Вкладчик не имел права требовать досрочного расторжения договора и выплаты процентов в течение срока действия договора. 16 мая 2008 г. Цаплин обратился в суд с иском к банку о взыскании вкладов и процентов по вкладу в размере 7% годовых, процентов за просрочку выплаты вклада на основании ст. 395 ГК РФ, а также компенсации морального вреда в размере 5000 рублей на основании ст. 15 Закона о защите прав потребителей. Решением суда от 30.08.2008 г. исковые требования удовлетворены частично: взыскана сумма вклада и проценты на сумму вклада по процентной ставке на вклады до востребования, при чем со ссылкой на ст. 140 ГК РФ сумма вклада и проценты на сумму вклада взысканы в пользу Вкладчика в рублевом эквиваленте; во взыскании процентов по ст. 395 ГК РФ отказано, так как договором не предусматривалась неустойка за просрочку возврата вклада банком; во взыскании компенсации морального вреда отказано, так как по мнению суда, на данные правоотношения Закон о защите прав потребителей не распространяется, поскольку они связаны с извлечением прибыли.

Соответствуют ли условия договора требованию закона? Имел и право Вкладчик начислять на сумму вклада проценты из расчета 7% годовых при досрочном прекращении договора банковского вклада? Прав ли суд, рассчитав проценты исходя из процентной ставки на вклады до востребования? Мог ли Вкладчик начислять проценты за просрочку возврата суммы вклада и каким образом должны определяться эти проценты? С какой даты, по Вашему мнению, начинается просрочка исполнения со стороны банка? Прав ли суд взыскавший сумму вклада в рублевом эквиваленте?
2. 17 июня 1996 г. и 11 июля 1996 г. Э.В. Редькина заключила договоры банковского вклада на 6 млн. рублей и 5 млн. руб. соответственно с условием начисления 70% годовых с филиалом Сбербанка РФ. В последующем банк в одностороннем порядке снизил процент по вкладам до 9%. Э.В. Редькина обратилась в суд с иском к Сбербанку РФ и его филиалу о взыскании недоначисленных процентов по вкладу, компенсации морального вреда и применить правила ст. 395 ГК РФ и взыскать 24% за каждый день просрочки исполнения обязательства.

Решением суда от 20 марта 2000 г. заявленные требования удовлетворены частично, в пользу истицы взыскано 3065 руб. 80 коп. – недоначисленные проценты по договорам и 80 рублей компенсации морального вреда. В остальной части заявленных требований отказано. Суд сделал вывод о том, что требования ст. 395 ГК РФ на данные правоотношения не распространяются, поскольку отношения банковского вклада регулируются специальной главой 44 ГК, не предусматривающей применения норм Гражданского кодекса общего характера.

Э.В. Редькина обжаловала вынесенное решение суда.

Согласны ли Вы с решением суда? Правомерно ли суд отказал Э.В. Редькиной во взыскании процентов по ст. 395 ГК РФ? Может ли банк изменять проценты по договору банковского вклада в одностороннем порядке? В каком объеме банк отвечает перед вкладчиком за нарушение условий договора? Каким образом определяется размер процентов на сумму вклада, если их размер не указан в договоре? Возможно ли применение норм Гражданского кодекса, регулирующих отношения займа, в отношениям, возникающим из договора банковского вклада, в частности при определении процентов по договору?
3. 9 июня 1998 г. И.Г. Миронова заключила договор банковского вклада с отделением банка "Менатеп" на 5000 долларов США сроком на 3 месяца и 1 день с выплатой 16% годовых. По истечении указанного срока банк деньги по вкладам и причитающиеся проценты по вкладам не возвратил. 6 октября 1998 г. И.Г. Миронова обратилась в банк "Менатеп" с заявлениями о расторжении договоров вклада на условиях перевода денег в Сберегательный банк РФ без процентов по курсу, установленному Центральным банком РФ на 31 августа 1998 г. (9,3301 рубля за $1), поскольку в условиях всеобъемлющего финансового кризиса И.Г. Миронова не могла надеяться на получение хотя бы части своих средств иным путем. В последствии И.Г. Миронова сочла сделку крайне невыгодной, так как на 6 октября 1998 г. курс доллара США по курсу Московской межбанковской биржи составлял 15,7944 руб. за $1, а в декабре 1998 г., когда деньги были ей выплачены, превысил отметку 20 руб. за $1.

И.Г. Миронова обратилась в суд общей юрисдикции с иском к ОАО "Банк "Менатеп" о признании сделки от 06.10.98 г. недействительной, возмещении курсовой разницы и о взыскании суммы невыплаченных процентов по договорам банковского вклада. Исковые требования суд удовлетворил частично: взыскал невыплаченные проценты и проценты за пользование чужими денежными средствами, а в удовлетворении требования о возмещении курсовой разницы отказал, так как И.Г. Миронова добровольно обратилась в заявлением о расторжении договоров банковского вклада. По мнению суда, доводы И.Г. Мироновой о кабальности данной сделки и о наличии оснований для признания ее недействительной в соответствии со ст. 179 ГК РФ не были подтверждены соответствующими доказательствами. И.Г. Миронова не согласилась с решением суда, считая, что курсы валют являются общеизвестными фактами и что она не должна была доказывать очевидный факт крайне невыгодных условий соглашения с ответчиком о переводе вкладов в Сбербанк России с прекращением обязательств ответчика перед ней.



Как Вы считаете, правильно ли решение суда? Соблюдена ли форма соглашения о расторжении договора? Можно ли считать, что в описанной выше ситуации возникли отношения по переводу долга на Сберегательный банк?
4. 14 октября 1999 г. ЗАО "КБ "Золотая жила" и В.В. Ерофеев, являющийся частным предпринимателем, заключили договор кредита на сумму 70 000 долларов США на приобретение жилья под залог ценных бумаг на срок 360 дней. На передачу акций в залог согласие супруги В.В. Ерофеева – Нины – получено не было. Узнав о передаче в залог акций, являющихся общей совместной собственностью, Н. Ерофеева подала заявление в Правление Банка с угрозой, что она обратится в суд с иском о признании договора залога недействительным. в свою очередь, Банк отказался выдать В.В. Ерофееву кредит на том основании, что существует угроза утраты обеспечения договора кредита. В течение декабря 1999 г. и января 2000 г. В.В. Ерофеев заключил договоры поручительства за Банк по договорам банковского вклада с тремя вкладчиками Банка: О.В. Иванова – на сумму 25000 долларов США, П.П. Сидорова – на сумму 30 000 США и И.П. Обломатого – на сумму 15 000 США. После чего В.В. Ерофеев обратился в Банк с просьбой о расторжении договора залога. Банк расторгнуть договор залога отказался, но сумму кредита выдал. В феврале 2000 г. все три вкладчика одновременно обратились в Банк о досрочном расторжении договоров банковского вклада. Банк суммы вклада не выплатил, и тогда вкладчики обратились в марте 2000 г. к В.В. Ерофееву как к поручителю с требованием выплатить им суммы вкладов, что В.В. Ерофеев и сделал. 04 апреля 2000 г. В.В. Ерофеев заявил Банку о прекращении обязательств по договору кредита путем проведения зачета на основании ст. 410 ГК и потребовал освободить акции из-под залога. Банк отказался освободить акции из-под залога, так как не признал прекращение договора кредита, и напомнил В.В. Ерофееву, что по условиям договора кредита заемщик не может проводить взаимозачет с Банком.

В.В. Ерофеев обратился в суд с иском о признании условия договора кредита от 14 октября 1999 г. о запрете Заемщику проводить взаимозачеты с Банком недействительным на основании ст. 16 Закона о защите прав потребителей, о признании договора о залоге акций прекращенным в связи с прекращением договора кредита на основании взаимозачета. В свою очередь, Н. Ерофеева подала исковое заявление о признании договора залога акций недействительным, так как не было получено ее согласие на заключение этого договора. В отзыве на исковое заявление В.В. Ерофеева Банк указал, что В.В. Ерофеев является частным предпринимателем и на отношения с ним не может распространяться Закон о защите прав потребителей. Банк не признает прекращение договора кредита с В.В. Ерофеевым на том основании, что, во-первых, В.В. Ерофеев, не являясь банком и не имея специальной правоспособности на проведение банковских операций, не мог выступить поручителем за Банк по договору банковского вклада; во-вторых, договор кредита содержал условие о запрете проведения Заемщиком взаимозачета с Банком по любым основаниям; в-третьих, Банк не давал согласия ни на заключение договоров поручительства, ни на проведение взаимозачета, ни на досрочное расторжение договора кредита, ни на переход прав вкладчика по договору банковского вклада; в-четвертых, Банк не получил денежных средств в погашение суммы кредита, выданной В.В. Ерофееву. А в отзыве на исковое заявление супруги Банк утверждал, что акции – общая совместная собственность супругов, и согласно п. 2 ст. 253 ГК РФ согласие супруги презюмировалось, Банк не знал и не мог знать, что Н. Ерофеева против заключения договора залога акций, по этой причине договор залога не может быть признан недействительным.



Обсудите доводы сторон. Как Вы думаете, каким будет решение суда?



Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   23


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет