Руководство к изучению Священного Писания Нового Завета Четвероевангелие Holy Trinity Orthodox School, 2001



жүктеу 4.47 Mb.
бет79/83
Дата07.02.2019
өлшемі4.47 Mb.
түріРуководство
1   ...   75   76   77   78   79   80   81   82   83

Явление при Тивериадском море

(Иоанна 21:1-14)


Еще до Своих страданий Господь предупреждал Своих учеников, что по воскресении Своем Он явится им в Галилее. Это же сказали и ангелы, находившиеся у гроба Господня, женам-мироносицам (Матф. 26:32 и 28:7). Пробыв полностью все восемь дней праздника Пасхи во Иерусалиме, апостолы отправились в Галилею, где, вполне естественно, занялись опять своим прежним ремеслом — ловлей рыбы на Геннисаретском озере, что давало им пропитание.

Здесь "опять явился Иисус ученикам Своим при море Тивериадском". Это было, по счету св. Иоанна, третье явление Господа Своим ученикам, собранным вместе. На этот раз их было семеро: Симон Петр, Фома, Нафанаил, сыны Зеведеевы, то есть Иаков и Иоанн, и еще двое, которые не поименованы. По смирению, св. Иоанн ставит себя с братом, при этом перечислении, на последнем месте, не указывая и имен их, в то время как всюду в других Евангелиях они ставятся обычно после Андрея и Петра. Целую ночь трудились апостолы, ловя рыбу, но ничего не поймали. Это, несомненно, должно было напомнить им ту ночь, которая, по сказанию св. Луки (5:5 и д.), три года тому назад предшествовала их избранию на апостольское служение. И в этот раз опять повторилось нечто подобное.



"А когда уже настало утро, Иисус стоял на берегу; но ученики не узнали, что это Иисус" — выражение внезапного явления. Ученики Его не узнали, быть может, потому, что и в этот раз Он явился, как и Луке с Клеопой, "иным образом", или же просто потому, что еще не рассеялся вполне мрак ночи или утренний туман. "Дети! Есть ли у вас какая пища?" обратился к ним Господь, разумея под "Пищей", как видно из дальнейшего, рыбу. В ответ на их отрицание Господь предложил им закинуть сеть "По правую сторону лодки", и вновь повторилось уже пережитое ими три года тому назад чудо: они не были в состоянии вытащить сеть из-за множества попавшейся рыбы. Это чудо, как и первое, несомненно, должно было прообразовать собой их будущую плодоносную апостольскую деятельность, в которой они, трудясь сами, должны были вместе с тем во всем руководствоваться указаниями Господа.

"Тогда ученик, которого любил Иисус", то есть Иоанн, как он не раз называет себя, пораженный этой чудесной ловлей, сразу почувствовал своим сердцем, Кто этот таинственный незнакомец, стоявший на берегу, и сообщил свою догадку Петру: "Это Господь!" Не дерзая предстать перед Господом обнаженным, Петр опоясался "одеждой", то есть верхней одеждой, чтобы одеть ее на себя при выходе из воды, и бросился в море, дабы выйти на берег к Господу. Из этого мы видим особенности характеров этих двух Апостолов: Иоанн — возвышеннее, Петр — пламеннее, Иоанн более способен к созерцанию, Петр — решительнее в действии, "Иоанн проницательнее", — говорит бл. Феофилакт, — "Петр пламеннее; Иоанн первый узнал Господа, а Петр первый поспешил к Нему".

Другие ученики тем временем приплыли на лодке, таща сеть с рыбой, которой было так много, что они не решались втащить сеть в лодку, чтобы она не опрокинулась под тяжестью пойманной рыбы, а потому тащили сеть к берегу, где удобнее было вытащить ее, безо всякого риска.



"Когда же вышли на землю, видят разложенный огнь и на нем лежащую рыбу и хлеб", — Господь опять чудесно приготовил им, голодным, пищу, но желая, чтобы они вместе с тем вкусили и от плодов рук своих, сказал: "Принесите рыбы, которую вы теперь поймали". Симон Петр возвратился к лодке и, вероятно, с помощью других учеников вытащил на берег сеть, в которой оказалось сто пятьдесят три рыбы. Видимо, чудесным было и то, что при таком количестве сеть не порвалась. Во всяком случае, надо полагать, что эта чудесная ловля произвела сильнейшее впечатление на Иоанна, если он даже запомнил на всю жизнь количество пойманной рыбы. Должно быть, из особого благоговения, пораженные всем происшедшим, апостолы стояли в некотором почтительном отдалении от Господа, почему Он и пригласил их подойти ближе и начать трапезу словами: "Приидите, обедайте". Должно быть и Сам Иисус находился в некотором отдалении, потому что дальше сказано: "Прииде же Иисус". Как хозяин, Он стал угощать апостолов, давая им вкушать приготовленный хлеб и рыбу. "Из учеников же никто не смел спросить Его: ‘Кто Ты?’ зная, что это Господь" — нечто необычайное видели ученики в явившемся Господе: Он не был, очевидно, вполне похож на такого, каким они всегда привыкли Его видеть, как тело Его по воскресении было особенным, прославленным, исполненным особого величия и Божественности, но они знали, что это, несомненно, Он.

Восстановление апостола Петра

(Иоан. 21:15-25)


"Когда же они обедали, Иисус говорит Симону Петру: Симон Ионин! Любишь ли ты Меня больше, нежели они?"— Симон больше всех обещал Господу, перед Его страданиями, свою верность: "Если и все соблазнятся о Тебе, я никогда не соблазнюсь" (Матф. 26:33); "Я душу мою положу за Тебя" (Иоан. 13:37); "Хотя бы мне надлежало и умереть с Тобою, не отрекусь от Тебя" (Марк. 14:31); "С Тобою я готов и в темницу и на смерть идти" (Луки 22:33). Несмотря на все эти горячие уверения, Петр трижды отрекся от Господа и этим, конечно, лишился своего апостольского звания и апостольских прав — перестал быть апостолом. Это отмечает, несомненно, со слов ап. Петра, и Евангелист Марк, который повествует, что ангел, явившийся женам-мироносицам, говорит: "Но идите, скажите ученикам Его и Петру…", выделяет Петра, как отпавшего чрез отречение от лика апостольского, ставя его на последнее место, после остальных апостолов.

За искреннее и глубокое покаяние Господь милостиво восстановляет Петра в его апостольском достоинстве. Трижды Петр отрекся, трижды же Господь заставляет его на вопрос: "Любишь ли Меня?" ответить: "Так, Господи! Ты знаешь, что я люблю Тебя" и после каждого уверения поручает ему, как апостолу, пасти агнцев Его, пасти овец Его. "Говорит ему в третий раз: любишь ли ты Меня? Петр опечалился, что в третий спросил его: "Любишь ли Меня? — Ты знаешь, что я люблю Тебя", (поется поэтому в службе 29 июня на день памяти свв. первоверховных апостолов Петра и Павла стихира на "Славу" на "Господи, воззвах")

Совершенно напрасно и неосновательно хотят римо-католики видеть в этом даровании ап. Петру каких-то особенных прав и преимуществ, по сравнению с другими апостолами. "Агнцы", которых поручает Господь Петру пасти, это самые молодые, новорожденные, так сказать, члены Церкви Христовой, нуждающиеся в особенной заботливости пастыря, а "овцы" — обыкновенные, уже духовнозрелые члены Церкви, не требующие уже такого, особенно тщательного ухода и заботы. Весьма характерно, что в первый раз Господь спрашивает Петра: "Симон Ионин, любишь ли ты Меня больше, нежели они?" как бы намекая на то, что Петр обещал Господу большую верность и преданность, чем другие ученики. Характерно и то, что Он называет Петра его прежним именем — "Симон", — а не Петром, ибо отрекшись, обнаруживши неустойчивость, отсутствие твердости духа, он тем самым перестал быть "Петром", то есть —"камнем". Смиренно сознавая глубину своего падения, Петр уже не сравнивает свою любовь к Господу с любовью прочих учеников, и даже вообще не смеет заверять Господа в своей любви к Нему, а только ссылается на Его всеведение: "Ты знаешь, что я люблю Тебя". Мало того, по смирению, вместо слова "любить" — "агапан", употребленного в вопросе Господа и означающего любовь полную и совершенную, Петр употребляет другое слово — "филин", означающее личную сердечную привязанность и преданность. Спрашивая Петра в третий раз, Господь употребляет это же самое слово "филин". Это опечалило Петра, что Господь как бы подвергает сомнению его личную привязанность к Нему, и поэтому в третий раз он с особенной силой исповедует Ему свою любовь, ссылаясь на всеведение Господа. Как в третий раз он с особенной силой, с клятвой и божбой отрекся от Господа, так Господь принуждает его в третий раз с особенной силой исповедать свою любовь к Нему.

С восстановлением Петра в его апостольском звании Господь соединяет предречение о предстоящей ему к концу его апостольства мученической кончине, к которой приведет его эта засвидетельствованная им только что любовь к Господу. "Когда ты был молод, то препоясался сам и ходил, куда хотел; а когда состаришься, то прострешь руки твои, и другой препояшет тебя и поведет, куда не хочешь" — насильственную мученическую смерть Господь символически представляет здесь под видом бессилия старца, с которым, против его воли, делают, что хотят. Св. Ап. Петр действительно был распят в Риме на кресте при имп. Нероне в 68 г. "Иди за Мной"— это последнее решительное слово восстановления падшего Петра в апостольском чине.

После сих слов Иисус пошел, а ученики, видимо, последовали за Ним. Видя возлюбленного ученика Господа Иоанна, Петр возгорелся желанием знать, какова будет его участь, ожидает ли и его мученическая кончина за Христа. Но Господу не было угодно открыть образ кончины возлюбленного ученика Своего. Он ответил Петру, что знать это — не его дело: "Что тебе до того? Ты иди за Мною". Здесь опять опровержение римо-католического лжеучения о том, что Петру поручены Господом другие ученики, что он был поставлен "князем" их. Если бы Господь поручил Петру, как Своему наместнику, других учеников, то, конечно, Петр был вправе спрашивать об Иоанне, и Господь не дал бы ему такого ответа: "что тебе до того?"

Об Иоанне же Господь произнес слова, которые дали повод думать, что он не умрет, а будет жить до самого второго пришествия Христова: "Если Я хочу, чтобы он пребыл, пока приду, что тебе до того?" Сам Евангелист, однако, такое мнение опровергает, подчеркивая, что речь Господа была условная: "Если Я хочу, чтобы он пребыл…"



Повествование свое об этом, а вместе с тем и все свое Евангелие св. Иоанн заканчивает уверением: "Сей ученик и свидетельствует о сем и написал сие; и знаем, что истинно свидетельство его". Этим удостоверяется принадлежность Евангелия св. Иоанну Богослову и истинность всего им сообщаемого в Евангелии. В заключение св. Иоанн опять повторяет, что в Евангелиях многое не записано из того, "что сотворил Иисус", ибо, если бы писать обо всем подробно, то "думаю, и самому миру не вместить бы написанных книг". Это может показаться преувеличением, гиперболическим выражением, но речь тут идет именно о необъятности дел Христовых, значения которых не в состоянии вместить этот ограниченный мир. Некоторые полагают, что эти два последних стиха 24 и 25 приписаны к Евангелию от Иоанна впоследствии древнейшими читателями его, желавшими на вечные времена удостоверять подлинность этого Евангелия.



Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   75   76   77   78   79   80   81   82   83


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет