Шымкентская мафия



жүктеу 2.55 Mb.
бет16/27
Дата26.08.2018
өлшемі2.55 Mb.
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   27

КАК Я ПЕРЕСТАЛ БЫТЬ ДЕПУТАТОМ

Я вернулся в Шымкент с победой, оправданный Верховным судом, но меня ожидали еще более грозные битвы. Несправедливость многолика, и содержание ее неисчерпаемо. Добиться справедливости нашему гражданину очень даже нелегко. По приезду в Шымкент я стоял перед дилеммой. Или на основании решения суда восстановиться на прежней работе, или восстановиться в звании депутата. Расскажу о том, как я был лишен депутатского статуса.

Команда Турысбекова сразу же после начала судебного преследования задалась целью убрать меня из состава депутатского корпуса. Они предвидели, что я еще могу вернуться и буду добиваться справедливости. Я мог быть оправдан, а они этого очень боялись. Значит, меня во что бы то ни стало надо лишить депутатского мандата. Это называется «бить лежачего», а иначе разве можно представить себе, что такая одиозная фигура, как Сабир, в 1994 году был избран депутатом в областной маслихат? Это тот Сабир, который заступился за Парзуова С. Самое удивительное, что Сабир был избран депутатом, находясь в заключении! Вопрос о депутатских полномочиях уголовника Сабира даже не рассматривался. Создавалось впечатление, что у нас в области можно баллотироваться в депутаты, даже сидя в тюрьме. Наши руководители, ораторствующие о судьбе народа, о соблюдении законов, не обращали внимания на такие «мелочи». А как только на меня завели дело, даже не дожидаясь приговора суда, Зауытбек и его шайка стали лихорадочно искать способы изгнать меня из депутатов. О том, что с законностью в области дело обстояло из рук вон плохо, что порядок превратился в полный

беспредел, можно судить по моим злоключениям. Такого безобразия и беззакония, наверное, не бывало ни в одной стране, но Зауытбек оставался чистым, как стеклышко.


Когда я лежал в больнице в Алма-Ате, из Шымкента пришло очередное невеселое известие. 25 июля 1995 года состоялась сессия областного маслихата, в повестке дня стоял вопрос о досрочном прекращении моих депутатских полномочий. Узнав об этом, я написал обращение к депутатам.

В то время секретарем областного маслихата был Куаныш Бультаев. Потом он стал сенатором. Я и с Бультаевым разговаривал. Этот человек дал мне обещание прочесть мое письмо перед всеми депутатами маслихата. Но на душе у меня было неспокойно. Я не ошибся. Мое обращение и текст моего не озвученного выступления по неизвестным причинам исчезли из протокола и утеряны. Это на совести сенатора Бультаева К. Опять я пошел в газету «Караван». Когда беседовал с главным редактором, тот сказал удивленно:

— Какая странная история! Но мы дадим Вам журналиста, идите с ним на сессию.

Выехали мы из Алма-Аты на машине. В дороге много беседовали, составили план действий. Советы журналиста пришлись мне по душе. Геннадий Бендицкий, узнав, что мой вопрос будет рассматриваться после перерыва, посоветовал:

— В таком случае Вы не показывайтесь на глаза народу, могут возникнуть самые неожиданные обстоятельства. Пусть они даже не подозревают о Вашем участии в сессии. А после перерыва Вы сойдете к ним, как с неба.

Он оказался провидцем.


Мы приехали на рассвете. Немного отдохнув, я стал выяснять обстановку. Но эти тоже готовились основательно. В правоохранительные органы были спущены строгие распоряжения: «Если появится Тлеупесов, задерживайте!» На улицах расставлены посты. Я тоже принял меры предосторожности. Послал Геннадия вперед, а сам тайком проник в город. Орлы генерала Жениса Султанова даже не заметили, как я миновал их посты. Однако не дожидаясь перерыва, я пришел на сессию, Было лето, все двери областного аки-мата были распахнуты настежь. Когда я вошел в зал, то поднялся невероятный шум. Потом все стихло. Как будто огромная морская волна прокатилась от дверей до президиума. Все обернулись и уставились на меня. Я, ни на кого не обращая внимания, занял место среди депутатов. Шепот и разговоры усиливались. А мой журналист представился секретарю облмаслихата Бультаеву К. и объяснил, зачем он приехал. Прибытие журналиста из «Каравана» перепугало сторонников Зауытбека, и они приняли было решение не зачитывать моего обращения к депутатам. В президиуме сидит Ю.Кирюхин, редактор газеты «Южный Казахстан» (этот субъект был отъявленным подхалимом, шовинистом, дубиной в руках партийных боссов, от этой психологии он не избавился до сих пор). Рядом с ним сидят Зауытбек и Бултаев. Окружающие ведут себя по-разному, некоторые здороваются, другие, боясь гнева Зауытбека, прячут глаза, отворачиваются. Я привез с собой несколько экземпляров газеты «Караван». На руках у меня документы, красноречиво говорящие о проделках Зауытбека и Толеметова.

Я планировал выступить перед депутатами с разоблачениями Зауытбека и его прихвостней, хотел рассказать о преступлениях, которые творят эти лица, хотел хорошенько отхлестать их перед депутатами. С этими намерениями заранее написал на бумаге текст своего выступления. Я прихватил записи на пленке, неопровержимые улики их преступлений, документы о незаконных махинациях с бензином — все у меня с собой. «Мне дадут слово, и я тут все выскажу», —думал я. Но мне слова не дали. Не дав последнего слова, меня лишили депутатских полномочий. Большинство депутатов не понимали, что лежит в подоплеке действий Зауытбека и его прихвостней. Многие не понимают этого и по сей день.

После моего появления, не прошло и десяти минут, сидящие в президиуме пошушукались и объявили перерыв. Зная, что от этих подонков всего можно ожидать, я не выходил из зала. Если хотят схватить, то пусть хватают здесь в зале. Перерыв против обыкновенная затянулся на двадцать минут. Наконец, началось второе отделение заседания.

Как потом выяснилось, они в перерыве собирали авторитетных людей поодиночке. С ними проводили разъяснительную работу влиятельные чиновники Мардан Сапарбаев, Омирзак Мелдеханов, Манап Отебаев. Все сагитированные люди выразили готовность выступить, чтобы не дать мне слово.

Как и задумано было, второе отделение сессии началось с моего вопроса. И тут я попросил слово. Кирюхин мне его не дает. В этот момент Манап Отебаев и Омирзак Мелдеханов по очереди встают и заявляют, что нет необходимости слушать меня, не нужно зря время тратить. Все идет по сценарию. Все это я записываю на диктофон. Меня очень огорчило, что они не дали возможность выступить. Я бы

перед коллегами реабилитировал себя. Депутаты не знали истинной сути происходящего, не понимали каверз Зауытбека. Даже приговоренный к расстрелу преступник получает последнее слово. А мне слова не дали. Мне было неловко перед коллегами. Такого состояния не передать словами. Мне не дали даже возможность попрощаться с депутатами - коллегами. Так боялись, что раскроются подлые махинации Зауытбека. Целый депутатский корпус пляшет под дудочку Зауытбека. 40-50 избранных представителей народа сидят, словно в рот воды набрали. Мне они показались совершенно беспомощными, не способными отстаивать интересы народа. И сидящие здесь, носящие звание «депутат», оказались жалкими людишками, думающими только о своем благополучии, о своих маленьких интересах. Так оно было на самом деле.

Такой позор, угнетавший меня, привел меня в алма-атинскую больницу. Вот так я перестал быть депутатом. Подготовленный текст выступления я отдал прилюдно во время сессии секретарю Бультаеву (ныне сенатор Парламента РК). Не прозвучавший текст выступления забрал Турысбеков и не вернул, таким образом текст не был приложен к протоколу сессии.



Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   27


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет