Система терминов родства в албанском говоре с



жүктеу 0.73 Mb.
бет4/8
Дата29.08.2018
өлшемі0.73 Mb.
түріКурсовая
1   2   3   4   5   6   7   8

Анализ единиц из списка Малого диалектологического атласа балканских языков


Для перевода общего названия «род» (ряд поколений, происходящих от одного предка) 5.001: было получено несколько вариантов ответов.

1. Во-первых, в говоре существует лексема для обозначения понятия «род»: rënë,-a: rĭn‌‌‌/ё,-i, jon’ë1 rĭnё (наш род). Можно было бы связать данную лексему с rënë − причастием от bie 'падать' в современном литературном языке, т.е. rënë означало бы «павшие». С другой стороны, возможно соотнесение с тоск. rëndë «семя» (ср. подобное употребление слова farë «семя»).

При записи текстов на заданную тему получено следующее словосочетание2: jona rëne a t’imótëšm’i (наш род древний).

2. Во-вторых, был получен описательный перевод общего названия «род»: tantё botë (наши люди). Следует отметить, что данная конструкция мест.+сущ. является словосочетанием, т.к. возможно употребление единиц по отдельности, например: Un(ë) zëra botë (Я нанял людей).

В современном литературном языке находим соответствие botë со значением ‘мир’.

3. В отличие от первых двух вариантов, известных всем носителям данного говора и часто используемых в спонтанной речи, лексема sёnsёle «род» является малоупотребительной. Находим следующие соответствия единицам тюрских языков: тур. silsile; гагаузск. сенселä «род», «родство», «родословная».

Данная лексема использовалась и для перевода понятия «родственник» (тот, кто находится в кровном родстве с кем-либо) 5.005, зафиксированы следующие варианты: sansal’e, γa sansal’e (наш род), n’i sansal’e (один род).

«Родство кровное» (отношения между людьми, создаваемые наличием общих предков) 5.002 переводится в говоре следующими конструкциями: na të vetëut ga gjaku3 (наши родственники по крови); jun'i g’aku (n’i) (наша кровь одна), d'aku jun'i n'i. Аналогичные образования имеются в албанских говорах, т.е. можно сделать предположение об относительной универсальности лексической нейтрализации „кровь“ ~ „кровное родство“. Находим следующие соответствия между единицами говора села Георгиевка и единицами, представленными в МДАБЯ: 5.002 Muhurr: l'idhje gjxh'aku; Leshnjë: l'idhje gj'aku.

Некоторым общим названиям в говоре соответствуют местоимения или сочетания с местоимениями: vëtëut (зафиксированы и другие произнесенные варианты: tĭwatĭ(w)ut, tëwatëvut, iwatëwut) «родной» (находящийся в кровном родстве по прямой линии) 5.004; tantё të wëtëut (другие варианты: tantё tĭwatĭ(w)ut, jun’i iwatĭut; tĭwatĭut) «родственник» (тот, кто находится в кровном родстве с кем-либо) 5.005; tantё tĭwatĭ(w)ut «родня (родственники)» 5.007.

Статус единицы të vëtëut спорен. С одной стороны, в говоре имеется (или, по крайней мере, имелось) возвратное местоимение vete, «образованное от древнеалбаснкого sve м суффикса –të» и соответственные несклоняемые притяжательные местоимения i/a vetiut «свой», të vetiut «свои», представляющие генитив местоимения vete (отмечается у Демко 1972) (ср. лит i/e vet). С другой стороны, возможны сочетания типа tantё të wëtëut «наши» + «свои», что свидетельствует о том, что единица të vëtëut лексикализована.

Подобная картина наблюдается и относительно ряда других единиц, с этимологической точки зрения, несомненно, являющихся местоимениями: tё tat’ur’it botë («с их людей») «потомок» (человек по отношению к тому, от кого он ведет свой род) 5.014. (tat’ur’it – прит мест.); tëmit (прит. мест. «мои») «родитель, родители» 5.025; γas tantĭ «родной» 5.004.

Специальная единица для обозначения терминов «свойство» и «свойственник» в говоре отсутствует. Были предложены следующие варианты: tantë të watĭwut, svatos sansal’e «свойственник (тот, кто находится в свойстве с кем-либо)» 5.006.

Для понятий «родня со стороны отца/ матери» информанты предлагали описательные переводы – предложные конструкции:

5.008. Родня со стороны отца: ge tatës ana (‘со папиной стороны’) (ср. лит. anë,-а)

5.009. Родня со стороны матери: ge mamos anu (‘со маминой стороны’).

При переводе единицы «поколение» 5.010 была получена те же единица, что и при переводе единицы «род»: sënsël’e, также зафиксирована единица лексема soj. Находим следующие соответствия единице soj в греческих и арумынском пунктах МДАБЯ: Εράτυρα: soj, Καστέλλι: soj, Κρανιά / Turia: s'o.i.

Для понятия «потомство» 5.015 (молодое, новое поколение по отношению к старшему, к родителям) были получены следующие переводы: k’o jon’ё besё, tantë tëwatĭwut. Что касается первого варианта, можно предположить контаминацию алб. besë «клятва, вера» и bres, -zi «поколение».

Для ТР «семья» 5.018 в говоре существует единица славянского происхождения, входящая в группу общеупотребительной лексики: s’im’est’ë,-a (также варианты: s’im’est’ja, s’im’est’ë). В говоре отсутствует отдельная лексема для обозначения понятия «большая семья», которое было важным для албанцев раньше 5.019. Информанты предлагали описательный перевод γort a mala/ĭ s’im’est’ja1. Единица славянского происхождения s’im’est’jë,-a обнаруживает ряд соответствий с данными МДАБЯ: Гега: se'meisvo „семья“; gul'emo sem'eisvo „большая семья“, Гела: səm'eistvo „семья“, Равна: s’im'eistvo „семья“. Интересно, что в албанских пунктах МДАБЯ имеется лексема, соответвующая литературной норме: Muhurr: fam'ilj/e, -a, Leshnje: fam'ilj/e, -a „семья“; fam'ilje e m'adhe „большая семья“.

Единица fam'il’ë,-a в говоре не имеет значения «семья», один информант вспомнил это слово для обозначения понятия «ребенок» (остальные используют d’al’ë,-i ‘мальчик, ребенок’).

В говоре имеется единица, обозначающая понятие «глава семьи» 5.020 çёrbodzhi (также «хозяин») (čёrbodžijkë,-a (хозяйка)), обнаруживающая следующие соответствия: болг. чорбаджия «богач, хозяин, господин» (чорба «похлебка, суп»); Равна: čorbΛaž’iiΛ. Также был получен описательный перевод: i mat së tërë s’im’estë (м.р.?) (mat/θ «голова»); tatë (нейтрализация: глава семьи ~ отец).

В с. Leshnje был получен вариант: pl'aku shtep'ise. В говоре с. Георгиевка также имеется единица štep’i, обозначающая «дом» и деривационное образование shtëpër «члены семьи, домочадцы» 5.020a.

Лексема славянского происхождения «отец» 5.021 имеет в говоре ряд дублетных форм: tate, tatĭ/u, и tatu с определенной формой tatui. Форма tate используется в качестве обращения к отцу и к свекру (система обращений будет рассмотрена ниже). Соответствующие единицы имеются в славянских пунктах МДАБЯ (как и в большинстве славянских языков): Завала: tata; Пештани: t'atko; Гега: t'atko.

Лексема mamo,-u также обозначает как ТР «мать» 5.022, так и обращение к матери и к свекрови (Ср.: Гела: m’amΛ; Равна: m’amΛ).

В говоре общепринятым обращением к свекру и свекрови являются tate и mamo/u, в то время как к теще и тестю – dedo и babo. Эта асимметрия осознается носителями.

«Отчим» и «мачеха» переводятся в говоре описательными сочетаниями: ĭ dĭjtё tatĭ (второй отец), i dujtë tatu «отчим» 5.023, a dĭjtё mamo,-u a dujtë mamo «мачеха» 5.024. Соответствующую модель имеем в пункте МДАБЯ: Равна: ft'or’i bΛšt'a // t'atko, poft'or’en bΛšt'a // t'atko (модель „второй, повторный отец“).

Для понятия «ребенок» 5.026 в говоре используется лексема d’al’ë,-i «мальчик», «ребенок» (ср.: лит. яз. djalë).

Слово famil’e, соответствующеe современному литературному варианту и единицам албанских пунктов МДАБЯ (Muhurr: fem'aj // fmaj // fmij, -a ед.ч., fem'aj, -t мн.ч.; Leshnje: fem'ij/e, -a ед.ч., fem'ijte мн.ч.), «помнит» только один информант (Мельничук, см. список информантов).

Все дети (собир.), рожденные в одном браке 5.027, обозначаются лексемой dëm,-tё (pl. tantum) (ср. лит. яз. djem «мальчики»).

Для следующих сочетаний в говоре также не сохранилось отдельного понятия, информанты предлагали переводные эквиваленты: первый ребенок (мальчик) 5.028: i parĭ d’(j)al’i; первый ребенок (девочка) 5.029: a parĭ čupa (čupë,-a) (ср. соответсвующие модели: Leshnje: c'uni i p'are „первый ребенок (мальчик)“; c'upa e p'are „первый ребенок (девочка)“). Эти единицы являются свободными словосочетаниями.

Были предложены следующие переводные варианты: i p’ёštajm’i d’al’i «последний ребенок» 5.030, n’i d’jal(ka) (один ребенок), n’i d’al’ «единственный ребенок» 5.031.

Для понятия «внебрачный ребенок» 5.032 было получено два варианты: ga i γuj narĭ (от чужого мужика) и p’ič, (побег, «нагуленный ребенок», метафорический перенос), предложенный одним информантом.

Лексема, являющаяся малоупотребительной, is’uz1 «сирота» (также варианты: jĭt’iz, jat’iz) обнаруживает следующие соответствия в тюрских языках: тур. öksüz; гагаузск. ÿÿcÿc «сирота».

Понятие «двойня» 5.036. переводилось описательно: dy dëm, d’u čupat.

В говоре имеются следующие ТР: b’ir,-i «сын» (ср. лит. bir), b’ilë,-a «дочь» (ср. лит. bije), vla,-u «брат» (ср. лит. vella), motёr,-tra «сестра» (ср. лит. motër) (прим.: обычно и/е корень > ‘мать’).



Arеlik «приемный сын, приемная дочь» является единицей тюркского происхождения (ср.: Равна: ΛrΛtl'ik „приемный ребенок (сын, дочь)“ - тюркизм). Это слово вспомнил только один информант.

Слово dedu/o, d’edu «дед, старик» обозначает следующие ТР: «дед по отцу» (отец отца), «дед по матери» (отец матери), «прадед», также используется как обращение к деду и тестю.

Противопоставление патрилинейное/ матрилинейное родство важно для ТР «бабка». Слово babo обозначает следующие ТР: «бабка по матери» (мать матери), «прабабка» (так же mal’e pl’aka, вариант с русской приставкой pramal’a), также используется как обращение к бабушке и теще.

Для обозначения ТР «бабка по отцу» (мать отца) используется mal’e. Данная единица известна практически всем жителям села, в том числе и некоторым маленьким детям, т.е. данное понятие является и сейчас важным для данной общности.

Интересно, что эти слова осознаются информантами как албанские: «Вот по линии матери – babo, по-албански, наверное… не знаю. А по линии отца – mal’e, а дедушка, по-моему, и того, и того – d’ed’I – называли, получается да, по-албански.»
В говоре отсутствуют отдельные слова для обозначения ТР «внук» и «племянник»: используется либо русское vnuk, либо описательные сочетания, напр., b’il’a a totës ga mamos anu «сын дяди по матери», b’ir’ё i motёrsĭ ge tatosĭ anu «сын тети по отцу», b’ir’ё i totës ga mamos anu «сын тети по матери».

Тетя по матери или по отцу обозначается одним ТР toto, totë, для названия ТР «тетин муж» имеется единица tatën,-i.

Противопоставление патрилинейное/ матрилинейное родство важно для ТР «дядя»: имеется çiçe,-i, čiko,-u «дядя по отцу» (брат отца) 5.087 (ср.: болг. чичо (дядя, брат отца), болг. диал. чичка и učo,-u «дядя по матери» 5.095 (ср.: болг. вуйчо, уйко, уйчо). Существует отдельный ТР с первым значением «дядина жена» – bulë,a (ср. Гела b'uLA (тюрк. bul’a), болг. буля «невестка (жена брата)», «невеста»).

Обратимся к рассмотрению ТР свойства.

Для обозначения различных понятий, связанных с заключением брачного союза, существуют слова с албанским корнем -mart- (ср. лит. martoj): u martojtë (поженились) atmartonёn (поженятся), un(ë) i martúrë (я женат), ato tё marturĭ (женаты) и др. (см. приложение).

ТР «муж» narë,-u и «жена» gru,-ja соответствуют единицам литературного языка: njeri «человек» и grua «жена». К древнему индоевропейскому пласту относится и слово lëndër,-i «жених до свадьбы, зять» (ср. лит. dhender).

Для перевода «холостяк» 5.133 получены следющие ответы: trëm (парень) (ср. лит. trim «храбрец», «парень»); i wetĭ/ëšm’i narĭ (живущий сам/ pr. partic., 3, sg.). Не существует в говоре и отдельного слова для обозначения понятия «незамужняя женщина» 5.134: nok ši a martura gru (не была замужем), nok ši amarët (не замужем); pl’aka čupa (старая дева).

В говоре есть отдельные единицы dul «вдовец» и dul’kë,-a «вдова» – тюркизмы (ср. тур. dul «вдова», «вдовец»). Также были получены другие эквиваленты: narĭ/ë i wetĭšm’i gru a vdekur (живущий сам/ PRES. PART, 3 sg. + умершая жена/ PAST. PART., 3 sg); narĭ i vdekur (умерший муж), a ndarë (разведенная), grúja a wétëšm’i (andára; narë ivdékur).



V’ihër,-ri «свекор, свекровь» (зафиксированный фонетический вариант – wiγr) соответствует лит. vjeherr, относящемуся к индоевропейскому пласту. Аналогична ситуация со словом nusё,-a «невестка (жена сына)» (ср. лит. nuse).

Единица тюркского происхождения badženakë обозначает «мужья сестер между собой» (ср.: тур. bacanak, baldiz; гагаузск. бажанак «свояк», балдыска «своячница» Muhurr: bazhan'ak, -et мн.ч., Leshnje: baxhan'ake, -t мн.ч.). Эта единица является распрострененными балканизмом. В говоре слово не употребляется в функции обращения.

СТР кумовства слабо представлена в говоре. Имеется nun,-i «крестный отец, мать» (ср. молд. нуна, лат. nonnus, пункты МДАБЯ: Εράτυρα: nun'os, Καστέλλι: nun"os, Κρανιά / Turia: nun, nun’). Данную лексему, по-видимому, нужно признать латинским заимствованием. «Кум» (крестный отец по отношению к родителям крестника и к крестной матери) 5.159 переводился как nunë или kumё (ср. Muhurr kum’ar,-a «свадебный персонаж, в день свадьбы забирающий невесту из дома родителей»). Скорее всего, здесь имеет место смешение разных единиц. Была получена единица латинского происхождения «кума» (крестная мать по отношению к родителям крестника и к крестной матери) 5.160 (n)drëklë,-a (ср. Muhurr nr’ekull,-a «жена kum’ar, в день свадьбы сопровождающая невесту в новом доме»; лит. ndrikull «та, кто дает ребенку имя; мать по отношению к крестному ее ребенка»). Эту единицу возможно соотнести с лат. nūtrīcula «кормилица» или mā trīcula «та, кто дает ребенку имя; мать по отношению к крестному ее ребенка».
Система обращений, заимствованная из болгарского, представляет собой маркированный пласт лексики. В то время как в литературном албанском данная система является ущербной, в говоре она представлена достаточно полно.

Важным моментом является то, что некоторые слова-обращения (kako, bate), наряду со словами male, çupa (девочка) иногда играют в общности роль этнического маркера. Эти слова известны практически всем жителям села, часто даже детям. На просьбу сказать что-либо по-албански, человек, не владеющий языком, с большой вероятностью отвечает одним из этих слов. К тому же, эти слова употребляются при обращении большинством жителей села.



Bate,-i ‘обращение к старшему брату, старшему брату мужа’, «старший брат», «старший брат мужа» (деверь), ‘обращение к человеку, старшему по возрасту’ (ср. болг. бате, бачо «обращение к старшему брату»; гагаузск. батю «старший брат»).

Kako,-u; kaka ‘обращение к старшей сестре, старшей сестре мужа/ брата’, «старшая сестра», «старшая сестра мужа/ брата», обращение к женщине, старшей по возрасту (ср.: болг. кака «старшая сестра», како «обращение к старшей сестре, старшей женщине»; Гела: k'akA, Равна: обращение k'akΛ).

Что касается противопоставленным bate и kako единицам, их, скорее, нужно признать ТР. ТР b’isha «младший брат мужа/ жены», ‘обращение к младшему брату мужа/ жены’ редко используется в функции обращения. Как отмечают почти все информанты, младших братьев мужа или жены обычно называют по имени.



K'iraco «младшая сестра мужа/ жены» ‘обращение к младшей сестре мужа’, (ср.: гагаузск. кираца «золовка, младшая сестра мужа») употребляется как термин и как обращение.

Частыми являются следующие модели обращения: kako+имя (к старшей), bate+имя (к старшему) («соседку тоже называю kaku Katarĭnku, ее сын меня называет bate Van’a»); по имени – к детям и младшим родственникам («мама всех по имени, или b’il’e malĭ/ b’il’e jogl’ĭ»).

Важно отметить, что, как и в других языках, ТР в говоре могут употребляться в апеллятивной функции (напр., см. Решетов, 1995) . Такие ТР, в основном (за исключением, nusë,-a), являются заимствованиями из болгарского. Болгарские заимствования получают албанское грамматическое оформление, иногда происходит контаминация под более поздним славянским влиянием.

Разница между ТР и специальными словами-обращениями иногда осознается информантами: «Старшая сестра – можно motër, а можно kaku, и kaku говорят, и motër. Вот если обращаюсь, то kaku. А если рассказываю за сестру – motra, motër».

Супруги друг к другу обращаются либо по имени, либо по модели babo+имя, dedo+имя (соответственно, у старшего поколения). По сведениям информантов, раньше супруги обращались друг к другу словом «ei». В настоящее время еще употреблятся специальное слово mare – обращение к женщине (по мнению одних информантов, только женщины к женщине, другие – вообще к женщине или к женщине одного возраста). Мало кто помнит аналогичносе обращение к мужщине – we.

Таким образом, единицы СТР противопоставляются по поколению и полу (типичная индоевропейская модель (см. Szemerényi 1977)), также имеется противопоставление патрилинейное/ матрилинейяное родство и относительная возрастная оппозиция (напр., старшая сестра мужа – младшая сестра мужа).






Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет