Theatrical paintings: актеры в шекспировских ролях в английской живописи XVIII века



жүктеу 138.48 Kb.
Дата10.04.2019
өлшемі138.48 Kb.

Электронное научное издание «Труды МГТА: электронный журнал»


Иорданская Дарья Алексеевна,

учитель, г. Москва

THEATRICAL PAINTINGS: актеры в шекспировских ролях в английской живописи XVIII века


В статье рассматривается одна из ведущих во второй половине XVIII столетия тем “theatrical paintings” – портреты актеров и актрис в шекспировских ролях. В этом жанре работали выдающиеся художник своего времени – У. Хогарт, Т. Гейнсборо, И. Зоффани, Ричард Вестал и др. Эта тема до настоящего времени остается недостаточно изученной не только в отечественной, но и англоязычной литературе.

Ключевые слова: английская живопись XVIII века, английский театр XVIII века, актеры в ролях, Уильям Шекспир

В XVII – XVIII веке в Англии получает распространение совершенно особый, практически не имеющий аналогов в Европе жанр живописи: “theatrical paintings” – живопись на театральные сюжеты. Сюда входили как изображение сцен из театральных постановок, так и портреты известных актеров в ролях. Связано это было, по всей видимости, с существенно возросшим интересом к вновь открывшимся в 1660 году театрам. Основная масса произведений второй половины XVII века дошла до нас благодаря гравюрам, и неизвестно, существовали ли когда-либо полноценные живописные полотна.

Одним из первых к теме шекспировских пьес обратился У. Хогарт, известный своим увлечением как театром, так и прочими лондонскими зрелищами. «Я решил создать на полотне картины, подобные театральным представлениям… Я старался разрабатывать свои сюжеты как драматург. Моя картина была для меня сценой, мужчины и женщины – моими актерами, которые с помощью определенных поз и жестов разыгрывают пантомиму…», - пи сал художник в своей биографии, словно подтверждает известное изречение Шекспира «Весь мир - театр».

Всего на театральные сюжеты Хогартом созданы три большие картины и несколько портретов, главным образом друга художника Д. Гаррика. Две картины посвящены сюжетам из Шекспира: «Фальстаф, осматривающий рекрутов» (1730, в советское литературе ранее датировался 1728) и «Сцена из «Бури» (ок. 1735) , а третье изображает сцену из «Оперы Нищего» Джона Гея (1726-28).

Вторым художником, сделавшим себе имя на изображении театральных сцен, стал Фрэнсис Хайман (1708-1776). Он занимался монументально-декоративной живописью, а также создавал декорации к спектаклям Друри-Лэйн. Среди наиболее известных и часто публикуемых его картин «Спрэнджер Барри и миссис Мэри Элми в «Гамлете» (ок. 1755-60), «Сцена поединка из «Как вам это понравится» (ок. 1740-42), «Дэвид Гарик в роли Рэнджера и миссис Причард в роли Кларинды в «The Suspicious Husband» (1752) и др.

Часто к театральным сюжетам обращался и Иоганн Зоффании (1734-1810). Наиболее известными его полотнами на шекспировские сюжеты являются «Дэвид Гаррик в роли Макбета и Ханна Причард в роли леди Макбет» (ок. 1768 г.), а также бесспорно одна из лучших его картин: «Чарльз Маклин в роли Шейлока» (ок. 1768 г.).

Во второй половине XVIII века большую известность как авторы «театральной картины» получают будущие художники Бойделловской галереи У. Гамильтон и Ф. Уитли. Джеймс Норткот также не обходит эту тему своим вниманием и создает портрет Мастера Бетти в роли Гамлета (ок. 1805). Обращаются к этой теме и такие знаменитые портретисты, как Дж. Рейнольдс, Т. Гейнсборо и Т. Лоуренс. Пожалуй, наибольшее место Шекспир и шекспировские постановки занимают в творчестве Г. Фюзли. Как отмечал Ф. Дзери «Фюзли никогда не писал пейзажей и натюрмортов, его интересовали история и трагедия». И то и другое художник находил в творчестве У. Шекспира. В своих «Афоризмах» Фюзли писал: «Ключевой момент, момент предвкушения и коренного перелома – именно он имеет решающее значение, он впитывает в себя прошлое и предопределяет будущее». Таким образом, Г.Фюзли декларирует принцип, роднящий живописца с драматургом или режиссером, ставший основой его творчества.

Отдельную нишу в “theatrical paintings” занимали портреты актеров в ролях, получившие широкое распространение с середины XVIII столетия. Актерами эти полотна, воспроизводимые в гравюре, часто использовались в качестве рекламы. Гаррик в своем письме брату из Парижа 20 ноября 1764 года просил: «Я так нуждаюсь здесь в моих гравюрах, вернее говоря, в изображающих меня гравюрах; и хочу, чтобы ты выслал мне шесть гравюр с картины Рейнольдса… Ты можешь также выслать мне «Короля Лира» Уилсона, его же «Гамлета»…»1. Самого Гаррика неоднократно называли «живописцем жизни» и «Рафаэлем игры», так что его глубокая связь с живописью неудивительна.

Начало этому своеобразному жанру, несомненно, положил У. Хогарт, неоднократно изображавший кумира своего времени Дэвида Гаррика. Один из самых известных портретов Гаррика изображает актера в роли Ричарда III, заглавного героя самой популярной из всех Шекспировских хроник, неоднократно ставившейся в течении XVIII века2. Хогарт изобразил Гаррика-Ричарда в тот момент, когда он пробуждается от кошмаров накануне битвы при Босворте. Мы видим поднимающегося с ложа мужчину, чье лицо искажено гримасой. Некоторая гипертрофированность этого «ужаса» заставляет вспомнить слова ученика Гаррика Джона Баннистера, что актер «тренировал выражение лица по Ле Бруну».3

У. Хогарт. «Дэвид Гаррик в роли Ричарда III».

Ок. 1745 г.

Холст, масло. 190,5х250,1

Художественная галерея Уолкера, Ливерпуль
Не менее примечателен и другой портрет Д. Гаррика в прославившей его роли, принадлежащий кисти Натаниэля Денса.4 Художник запечатлевает Ричарда воинственного, энергичного, охваченного куражом сражения, в тот самый момент, когда он восклицает:

«Мне кажется, шесть Ричмондов здесь в поле!

Убил я пятерых, но цел единый.

Коня, коня! Венец мой за коня!»5

Десмонд Шоуэ-Тейлор в своих комментариях к этой картине пишет, что художник «нашел подходящую героическую позу в Trattato della Pittura Леонардо да Винчи»6. Тем не менее, это нисколько не умаляет несомненных достоинств портрета: его энергичности, великолепной передачи характера героя и всего эпизода в целом.
Н. Дэнс. «Дэвид Гаррик в роли Ричарда III».До 1771 г.

Холст, масло. 243,8х152,4

Стрэдфордская ратуша, Стрэдворд-на-Эйвоне
Следующим этапом в развитии театрального портрета стало сотрудничество актера Чарльза Маклина и живописца Иоганна Зоффани. Маклину принадлежит бесспорная заслуга в превращении Шейлока из фигуры комической в трагическую. Как отмечает Десмонд Шоуэ-Тейлор, «Маклин одел его [Шейлока. - Д. И.] в современное еврейское платье, сделал его правдоподобным, злобным и пугающим, но вместе с тем вызывающим неожиданную симпатию»7. Зоффани избрал один из самых выразительных эпизодов пьесы: момент, когда Шейлок почти одновременно узнает о том, что корабль Антонио с богатым грузом потерпел крушение, и о том, что его сбежавшая дочь обменяла памятное кольцо с бирюзой на обезьянку (акт III, сцена 1)8. Сам Маклин отмечал, что «контраст между радостью от потерь купца и горечью от тайного бегства Джессики открывает обширное поле для актерских возможностей»9. Не исключено также, что Зоффани изображает Маклина в момент прочувствованного монолога о человеческом мясе «Чтобы рыбу на него ловить».

Иоганн Зоффанию «Чарльз Маклин в роли Шейлока. Ок. 1768 г.

Холст, масло. 81,3х71,1

Моэмовская коллекция в Королевском Национальном театре, Лондон


В отличие от богатого на детали фона хогартовского портрета полотно Зоффани почти лишено заднего плана. Мы видим лишь самую скромную декорацию, призванную изображать место действия – венецианскую улицу. Мягкие, коричневые и песочные тона, разбавленные лишь фрагментом голубого неба с облаками в левой части, не отвлекают нас от энергичной черной фигуры актера, похожего на взведенную пружину. Три светлых пятна: лицо с белым воротничком под ним и сжатые в кулаки руки, акцентируют наши внимание на главных средствах выразительности. Как вспоминал Георг Кристиан, видевший Маклина на сцене: «обе его руки были стиснуты в кулаки, движения резки и конвульсивны»10. На лице актера написана своеобразная смесь недоброй радости и муки, передающая всю противоречивость характера, за которую так хвалили Маклина.

Изображение актрис в ролях встречается значительно реже, хотя самих их портретировали едва ли не чаще актеров-мужчин. Однако, на большинстве портретов актрисы предстают вне какого либо сценического образа. Ранние портреты, как мы видим по серии изображений Нелл Гвинн, словно призваны доказать зрителю, что перед ним действительно женщина, модели на них полуобнажены, подчеркнуто демонстрируя грудь. На других полотнах актрисы предстают с атрибутами своего искусства, но не в сценическом образе. Здесь можно назвать потрет Лавинии Фентон с маской, на которую она к тому же указывает правой рукой.11 Джон Хопнер изображает Элизабет Биллингтон с нотами.12 Часто встречаются портреты актрис с музыкальными инструментами — почти идентичны Элизабет Баннистер и Дороти Джордан кисти Д. Рассела (ПА, 90). Их обеих художник изображает вполоборота, Баннистер держит в руках гитару, Джорда – мандолину, и на этом различия заканчивается. Встречаются портреты-аллегории, к таким можно отнести «Дороти Джордан в образе Музы Комедии» кисти Джона Хоппнера13, а также два портрета Сары Сиддонс, речь о которых пойдет ниже. В остальном же портреты актрис на протяжении почти всего XVIII века мало чем отличаются от портретов обычных женщин. В частности Т. Гейнсборо изображает Элизабет Линли (позднее Элизабет Шеридан, жену знаменитого драматурга), не как прославленную певицу, а как знатную даму, сидящую на лоне природы14. Таким образом, до конца восьмидесятых годов XVIII века портреты актрис в ролях являются большой редкостью.

Идентификация портретов актрис как портретов в ролях усложняется тем, что женский сценический костюм менялся значительно медленнее мужского. К тому времени, когда Гаррик и Маклин уже стремились приблизить свой образ к эпохе, в которую разворачивается действие, женщины еще играли в платьях с фижмами, с длинными шлейфами и в пудреных париках. Кроме всего прочего, почти до конца XVIII века актеры и актрисы играли на сцене в собственных костюмах, а также выходили в свет в сценических, что полностью стирало грань между ними.15

Пример подробных трудностей являет серия портретов знаменитой актрисы Мэри Робинсон, обычно подписанных, как «Мэри Робинсон - Пердита». Известно, что «Пердита» (по роли в «Зимней сказке», в которой она предстала перед королевской семьей 3 декабря 1778 года и была замечена принцем Уэльским, будущем Георгом IV16) было прозвищем актрисы. На портретах, как правило, нет дополнительных указаний на то, изображение ли это М. Робинсон в сценическом образе, или же простой портрет. В англоязычной литературе начиная с XIX века она обычно указывается, как “Mary Robinson – Perdita”, в то время, как говоря об актерах в ролях, обычно употребляют оборот «as Perdita». В. Луков пишет о портрете актрисы кисти Т. Гейнсоборо: «…на нем изображена известная в то время актриса в роли Утраты – героини «Зимней сказки» Шекспира. Условный костюм, даже отдаленно не напоминающий пастушеский, пышная причёска, чопорная осанка и холодный взгляд, как и соседство (вполне в духе аристократических портретов) ухоженного белого шпица, хотя и не имеют никакого отношения к шекспировской героине, но и не противоречат духу шекспировских спектаклей в XVIII веке…».17 В книге иллюстрация не приводится, но, по всей видимости, имеется в виду портрет, написанный в 1781-82 годах.



Т. Гейнсборою «Мэри «Пердита» Робинсон». 1781-1782 гг.

Холст, масло. Уоллас Коллекшн, Лондон
На нем мы видим молодую женщину в модном платье, которое ничем не выделяет ее среди других героинь портретов Гейнсоборо, таких как Элизабет Хэллет («Утренняя прогулка. Портрет Уильяма и Элизабет Хэллет», 1785), сестер Линли («Портрет Элизабет и Мэри Линли», 1772), более позднего портрета Элизабет Линли-Шеридан (1783) и др. Взгляд актрисы направлен чуть вверх, она надменно-задумчива, и вместе с тем словно демонстрирует зрителю медальон с миниатюрой, который держит в руки. Подле нее в правой части картины сидит крупная белая собака. Пейзажный фон вполне традиционен для портретов Т. Гейнсборо. Позволим себе возразить В. Лукову, что с большей степенью вероятности это портрет актрисы Мэри Робинсон вне какого-либо образа, один из многих, по укоренившейся традиции подписанный ее прозвищем. Более того, нам известен композиционно близкий портрет известной певицы Элизабет Шеридан, урожденной Линли (1783 г.). портреты М. Робинсон и Э. Шеридан различаются лишь направлением взгляда, незначительными деталями пейзажного фона и наличием на первом из них собаки.

Среди достоверно известных нам портретов актрис в ролях, можно выделить «Дороти Джордан в роли Розалинды» У. Бичи, написанный в 1878 году.18 Художник изображает в традиционной для портрета второй половины XVIII века манере молодую женщину в светлом мужском костюме. Кроме костюма ничто не указывает нам на то, что перед нами сцена из спектакля: фон картины чрезвычайно условен, и в нем в равной мере угадывается и морское побережье, и Арденнский лес.

Говоря о портретах актрис в ролях, нам приходится обращаться прежде всего к Саре Сиддонс, сестре прославленного Ч. Кембла, представительнице одного из самых многочисленных и даровитых актерских кланов Англии. В конце XVIII - первой четверти XIX века (актриса не покидала сцену до 1819 г.) она была кумиром зрителей и любимой моделью многих художников. По мнению современников, она была непревзойденной трагической актрисой, прославившейся своими ролями Гертруды, Офелии и, главным образом, леди Макбет. Помимо несомненного таланта, Сара Сиддонс обладала выразительной внешностью и редким чувством собственного достоинства, делающего ее королевой среди актрис.

Существует большое количество портретов Сары Сиддонс (только в каталоге выставки Национальной портретной галереи «First Actresses» фигурируют шесть). Особенно примечательны два полотна: «Сара Сиддонс в образе музы Трагедии» сэра Джошуа Рэйнольдса19 и «Сара Сиддонс с эмблемами трагедии» сэра Уильяма Бичи20. На первом, достаточно хорошо известном, актриса предстает в образе монументальной, почти мифологической фигуры, восседающей на троне среди туч – несомненный романтический образ.


Дж Рейнольдс (мастерская)

«Сара Сиддонс в образе Музы Трагедии». 1784

Холст, масло. 238х146

Коллекция Кобба, Хэтчлендс парк
Вторая картина изображает Сару Сиддонс в некоем театрализованном лесу, в руках у нее трагическая маска и кинжал – отсылка к леди Макбет. Слева изображено символическое надгробие Шекспира, украшенное его портретом и мраморной скульптурой Психеи.

Среди «портретов в ролях» несомненно выделяется «Сара Сиддонс в роли леди Макбет-сомнамбулы» Джорджа Генри Харлоу21. Актриса играла эту роль в течение многих лет, и в постановках 80-90 годов XVIII века вывела леди Макбет на первый план, сделав более мощной фигурой, доминирующей над самим Макбетом. В этих же постановках она и Ч. Кембл отказались от традиционных для английской трагедии помпезных нарядов, приблизив костюмы к средневековью. Сняв парик, плюмаж и пышное платье со шлейфом, непременным атрибутом трагической героини, Сара Сиддонс предстает перед нами с головы до пят закутанная в белое одеяние. Шлейф, впрочем, остался, но он придал движениям необходимую медлительность. Мягкие очертания фигуры, выступающей из темноты, делают ее похожей на призрака. Вся ее фигура, лишенная какой-либо резкости, говорит нам о плавности движений сомнамбулы. Пожалуй, этот портрет лучше прочих помогает нам восстановить облик сценического действа.

В точности ту же композицию мы обнаруживаем среди гравюр «Бойделловской Шекспировской галереи» на сюжет «Макбета» с оригинала Р. Уэсталла22, созданного в 1797 г. Этот портрет создан на семнадцать лет раньше, но на нем представлена та же мизансцена. На фоне весьма условных декораций медленно движется леди Макбет, ее внешнее сходство с Сарой Сиддонс несомненно. Как и актриса на картине Харлоу, она облачена в длинные белые одежды, лежащие тяжелыми складками и четко выделяющиеся на более темном фоне. Леди Макбет изображена в пол оборота к нам, и хорошо виден тянущийся за ней шлейф: здесь он уже не исполняет роль некоего символа трагической героини, как это было в ранних постановках, а придает фигуре все ту же медлительность и сомнамбуличность. Интересный контраст с леди Макбет составляют энергично повернувшиеся ей вслед врач и придворная дама – на картине Харлоу они намечены, кажется, всего несколькими мазками. При том, что полотно Харлоу несомненно является актерским портретом, а известная нам по гравюре картина Уэсталла – более детальным воспроизведением сцены из пьесы или спектакля, несомненно, обе они вдохновлены одним и тем же представлением с Сарой Сиддонс в главной роли.







Дж. Г. Харлоу «Сара Сиддонс в роли

леди Макбет-сомнамбулы», 1814.

Холст, масло. 64х39, 4.

Гаррик-клуб, Лондон



Р. Уэстал. «Леди Макбет – сомнамбула». 1797 г.

Бумага, акварель. 26,2 x 19,2

Фолджеровская библиотека, Вашитнгтон

Следует также упомянуть еще один тип театрализованного портрета, изображающего модель в некоем «образе». Это ни в коем случае не запечатление реального сценического действия, более того, ни одна из моделей не имеет отношение к театру вообще. Однако, художник предлагает ей сыграть определенную роль, создать определенный образ. Здесь следует упомянуть прежде всего портрет Джонатана Баттла кисти Гейнсборо, чаще называемый «Голубым мальчиком» (ок. 1770), на котором перед нами предстает молодой человек в костюме XVII века, а также картину Дэниэла Гарднера «Три ведьмы из Макбета», запечатлевшую Элизабет, виконтессу Мульбурнскую, Джорджиану, герцогиню Девонширскую и известного скульптора Энн Сеймур Дамер в образе, несколько романтизированном и безусловно приукрашенном, шекспировских героинь.



До настоящих дней английская театральная живопись в широком смысле этого слова, включающая такой своеобразный жанр английского портрета, как «костюмированный портрет» недостаточно осмыслена и освещена не только в отечественной, но и в англоязычной научной литературе, что поражает множество ошибок даже у уважаемых и признанных авторов. Точная атрибуция и интерпретация большого пласта произведений английской живописи XVIII – начала XIX века возможна только на основе их комплексного изучения, включающего наряду с искусствоведческим анализом глубокое освоение различных областей культуры и быта того времени – истории театрального дела, мемуаристики, изучения особенностей городской жизни и т.д.

1 Цит. по “Shakespeare in Art», Merrell, London, New York, 2003. p. 115

2 Как мы уже отмечали, только за 19 театральных сезонов 1786-1805 года она была поставлена 17 раз

3 Цит. по “Shakespeare in Art», Merrell, London, New York, 2003. p. 116

4 Н. Дэнс «Гарик в роли Ричарда III», ок. 1771. Холст, масло. 243,8х152,4. Стрэдфордская ратуша, Стрэдфорд-на-Эйвоне

5 У. Шекспир «Ричард III», пер.А. Радловой. Цит по. У. Шекспир, Полное собрание сочинений в восьми томах. М., Искусство, 1957. Том 1, с. 577

6 Цит. по “Shakespeare in Art», Merrell, London, New York, 2003. p. 130

7 “Shakespeare in Art», Merrell, London, New York, 2003. p. 126

8 Иоганн Зоффани «Чарльз Маклин в роли Шейлока», ок. 1768 г. Холст, масло. 81,3х71,1. Коллекция Могама в Национальном Королевском Театре, Лондон

9 Цит. по “Shakespeare in Art», Merrell, London, New York, 2003. p. 126

10 Цит. по “Shakespeare in Art», Merrell, London, New York, 2003. p. 126

11 «Портрет Лавинии Фэнтон», автор неизвестен (вероятно Джордж Кнэптон), ок. 1739 г. Первые актрисы,83

12 Портрет Элизабет Биллингтон, Д. Хопер, ок. 1801 г. ПА, 89

13 Дж. Хопнер «Дороти Джордан в образе музы Комедии», 1786. Холст, масло. 238,8х146,1. Королевская коллекция

14 Т. Гейнсборо «Элизабет Линли (Элизабет Энн Шеридан)», ок. 1785-1787 гг. Холст, масло. 220х154. Национальная Художественная галерея, Вашингтон

15 И. Ступников «Английский театр. Конец XVII – начало XVIII века». Искусство, ленинградское отделение. 1986 г. с. 276

16 J. Fyvie “Comedy Queens of Georgian Era”, NY, 1907. P.497

17 В. А. Луков «Предромантизм», М. Наука, 2006. С. 407

18 Сэр Уильям Бичи «Дорети Джордан в роли Розалинды», 1787. Холст, масло. 76,2х63,4. Частная коллекция

19 Дж. Рейнольдс «Сара Сиддонс в образе музы Трагедии», 1784. Холст, масло. 238х146. Коллекция Кобба, Хэтчлэндс Парк

20 У. Бичи «Сара Сиддонс с эмблемами Трагедии», 1793. Холст, масло. 245,6х153,7. Национальная портретная галерея, Лондон

21 Дж. Г. Харлоу «Сара Сиддонс в роли леди Макбет-сомнамбулы», 1814. Холст, масло. 64х39, 4. Гаррик-клуб, Лондон

22 Фолджеровская библиотека, Вашингтон; ART Box W522 no.2



Иорданская Д.А. THEATRICAL PAINTINGS: актеры в шекспировских ролях в английской живописи XVIII века




Достарыңызбен бөлісу:


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет