Узбекская государственность, её основы этапы развития. Опыт построения национального государства. План



жүктеу 173.18 Kb.
Дата20.02.2018
өлшемі173.18 Kb.

Узбекская государственность, её основы этапы развития. Опыт построения национального государства.
План:

1.Понятие государства. Самые древние государства в мире.

2.Возникновение государств в 8-7 веках до н.э. в Средней Азии:

а) Большой Хорезм б) Бактрийское царство.

3.Греко-Бактрия, Парфия, Кангюй, Давань, Паркфна, Чач, Точаристан.

4.Кушанская империя в 1-4 вв. Тюркский каганат.


Цель занятия: получить обширные данные о понятия «государство» и древние государств.
Ключевые слова: государство, империя, греков, Александр Македонский, военная демократия

1. Государство – организация политической власти. Задачи.

Причины – мощный толчок – разделение труда. Ранняя государственность на территории Средней Азии – на территории Сурхандарьи – Будущей Бактрии (городище Заман баба, Тазабагьябская культура) – 1 тыс. – 500 тыс. до н.э. Из Авесты – 9-8 вв. до н.э. знаем о существовании военно-политических объединений. 7-6 вв. до н.э. – образование и развитие Древнебактрийского и древнехорезмского государства. Сегодня ученые муссируют проблему большого и малого Хорезма. Древнехорезмское государства простиралось от среднего течения Амударьи до Аральского моря, включало территорий совр. К-к, Туркмении.

Древняя Бактрия включала и Маргиану и Согдиану, граничила с древнехорезмским государством. О древней Бактрии писал Ктесий Книтский.

Сурхандарьинская область - Ер-Курган в Каршинском оазисе 7 в. до н.э. Узун – кыр – в китабо – шахризабском оазисе Афросиаб – 2700 лет – связан с Самаркандом. Кузали – кыр – в Хорезме. В эпоху «бронзы» в С.А появляются первые государственные образования.

Государство – это организация политической власти, признаками которой являются: наличие единой территории и единой административной системы; наличие организующих властных структур (публичной власти, чиновничьего аппарата); появления права (свода законов); единая налоговая система; возможность защиты территории.

Особенностью среднеазиатской государственности является то обстоятельство, что государства здесь появились еще до возникновения классов и эксплуатации. Они как небольшие территориальных структурные единицы, представлявшие собой культурно-хозяйственные районы в древних земледельческих оазисах, размером в 5-10 квадратных километров. Между ними были незаселенные пространства. Необходимость организовываться в объединения была вызвана военными конфликтами за имущество общины. Самые древние государственные образования возникли в районах земледельческих оазисов. Ирригационные строительные работы требовали контроля. Это определяло у первых государств определенные функции: общественные (регулирование внутренних взаимоотношений), хозяйственные, торговые, военные, религиозные. Кто-то эти функции должен был выполнять. В дальнейшем эти должности передавались определенным лицам в качестве традиции, потом они стали наследственными, затем были закреплены в правовых канонах. Члены общины вынуждены были подчиняться им в силу необходимости.

Регион СА представляет собой один из очагов древневосточной цивилизации, для которой характерными и весьма устойчивыми являются следующие признаки:

1. Высокая степень зависимости человека от природы, что накладывало отпечаток на складывающееся мировоззрение, на тип хозяйства, на социальное и политическое устройство.

2. Чрезвычайная стабильность восточных цивилизаций (несмотря на все завоевания) проявлялась в стремлении к традиционности, высоко ценились опыт предков, культ предков, уважение к старшим.

3. Общественная жизнь строилась на принципах коллективизма с преобладанием общественных и государственных интересов над личным, общинность является одной из исторических закономерностей региона.

4. В организации политической жизни форма деспотии, т.е. ничем не ограниченной бесконтрольной самодержавной власти, является также исторической закономерностью Средней Азии.

5. В социальном этапе – это «пирамида», в основании которой находились зависимые люди и патриархальные рабы, над ними – земле-общинники общинники (они платили государству основные налоги, выполняли общественные работы). Далее шла сложная система государственной бюрократии (сборщиков налогов, надсмотрщиков, писцов, жрецов) и, наконец, обожествляемый правитель.

Характерной чертой такого общества было то, что существовавшие на низком уровне автономные и самоуправляемые общины не могли существовать без крепкой централизованной организующей власти. Перечисленные признаки вполне соответствовали функциям самых древних государственных образований в регионе. С конца 3 – середины 2 тысячелетия до н. э. в Сурхандарье (Саразм, Соппали-тепа, Джаркутан) возникли сложные организации самостоятельной регуляцией производства, распределения, обороны, развитием культурных традиций и земледельческой культуры. Самые древние города в регионе насчитывают большое количество лет: Кызыл-тепа в Сурхандарье и Афрасиаб под Самаркандом – 2700, Хива, Ташкент, Самарканд – по 2500 .

Со второй половины II тысячелетия до н.э. у скотоводческих племен в зоне степей на базе развития интенсивного скотоводства стали возникать первые эфемерные объединения с признаками государственности. Главным для них была защита скота. Отсюда, военно-демократические функции этих объединений (вожди выбирались, также, как и военачальники на время военных действий). Специфика исторических процессов в Средней Азии на долгие времена заключалась в постоянном взаимодействии этих двух типов зарождающейся государственности.

В эпоху поздней ”бронзы” и ”раннего железа” (начало I тысячелетия до н.э.) в регионе складываются большие общности в виде территориально-культурного единства. Это территория от северных границ современного Узбекистана до Сейстана (Афганистан) на юге и от Ферганской долины на востоке до западных границ современного Туркменистана. Эта территория упоминается в “Авесте” и “Шахноме” под географическими понятиями “Туран” и ”Иран”.

В эпоху «раннего железа» образуется Древнебактрийское царство. В него предположительно входили области: Бактрия, Согд, Маргиана и Парфия. В первой половине I тысячелетия до н.э. в этих областях появились уже города как столичные центры. Археологи считают, что атрибутами города являются:

- большая площадь (от 20 до 200 га, Афрасиаб – 220 га);

- обязательной является оборонительная стена;

- цитадель – укреплённое строение внутри городской стены;

- городская застройка (улицы, кварталы, площади);

- ремесленные мастерские, торговые ряды.

Город в то время мог быть центром либо оазиса, либо области, либо страны (дахью). Он мог быть также ремесленно–хозяйственно – культурным центром.

По последним данным археологии (открытие «куюсайской культуры»), а также Греко – Римским письменным источником, известно, что во второй трети I тысячелетия до н.э. в низовья Амударьи переместились племена хорасмии, позже там образовалось государство Большой Хорезм, представлявши собой конфедерацию племен. По свидетельству археологов, это государство включало в себя земли не только собственно Хорезма. Например, один из его центров располагался на месте городища Кюзилигыр. Вокруг центров Хорезма были расположены земледельческие дома – усадьбы, сады и поля. Изделия хорезмских ремесленников (гончаров, оружейников, ювелиров) были известны далеко за пределами Хорезма. Широко была развита торговля, в городах осуществлялось строительство.

Таким образом, территория современного Узбекистана была заселена с глубокой древности. Самое древнее коренное население (автохтонное население) по разным историческим источникам называлось: саки, масагеты, а местам расселения осёдлые земледельцы назывались: согдийцами, бактрийцами, пафянами, хорезмийцами и т.д.

Парфия и греко-бактрийское царство

1. Парфянская держава

Селевкидское царство, оказавшееся наследником восточных владений Александра, стало уменьшаться в размерах уже через несколько десятилетий после своего возникновения. Особенно ощутимой для Селевкидов была потеря двух самых дальних восточных областей — Бактрии (современный Северный Афганистан и частично правобережье р. Амударьи) и Парфии (горы Копетдаг и примыкающие к ним долины Юго-Западной Туркмении и Северо-Восточного Ирана). Они были утрачены в середине III в. до н. э. во время междоусобиц между двумя селевкидских царевичей — Селевка и Антиоха.

Парфянский период длился дольше, чем ахеменидский: на него приходится без малого пять веков — со второй половины III в. до н.э. (отложение Парфии от Селевкидов) по первую четверть III в. н.э. (возвышение и окончательная победа над последними парфянскими царями династии Сасанидов). Но позднейшая иранская историческая традиция (восходившая к Сасанидам) не сохранила об этом периоде почти никаких сведений. «Их корни и ветви были короткими, так что никто не может утверждать, что их прошлое было славным. Я не слышал ничего, кроме их имен, и не видел их в летописях царей». Такая память осталась о парфянах к X в. н.э., когда персидский поэт Фирдоуси писал свою «Книгу царей».

Парфяне вошли в мировую историю прежде всего как могущественные и коварные противники римских легионов, сражавшихся на Востоке. И до самого недавнего времени, не имея других источников, историкам поневоле приходилось смотреть на парфян глазами латинских и греческих авторов. Естественно, что взгляд их был недружелюбным и настороженным, а главное, беглым и весьма поверхностным. Так, из-за неполноты и односторонности источников возникло представление о «темных веках» в истории Ирана, когда эллинистическое наследие оказалось в руках варваров-эпигонов, а духовная культура находилась в упадке. Только в XX в. стали появляться новые материалы (в первую очередь археологические находки), позволившие взглянуть на историю Парфянской державы по-новому.

С разной степенью подробности исследованы в настоящее время десятки городов и поселений парфянского времени на всей обширной территории государства. Яркую картину жизни небольшого пограничного римско-парфянского города удалось воссоздать благодаря работам в Дура-Европос на среднем течении Евфрата. В 20—30 годы проводились наиболее крупных эллинистических городов в Месопотамии — Селевкии-на-Тигре. Менее детально исследованы парфянские слои Ктесифопа, одной из столиц Парфянской державы (тоже на Тигре). Проводились раскопки и ряда других городов — Ашшура, Хатры и др., начаты исследования одной из столиц — Гекатомпила, большие результаты дает исследование парфянских памятников в Южной Туркмении (т.е. в Парфии собственно), и в первую очередь многолетние раскопки остатков парфянского города Михрдаткерта (городища Старая и Новая Ниса в 16 км от Ашхабада). Здесь раскопало несколько храмов, зданий общественного назначения и некрополь. Из наиболее интересных находок в Нисе следует назвать памятники парфянского искусства (глиняная и каменная скульптура, резные роги для вина — ритоны из слоновой кости). Но особое место занимает находка хозяйственного парфянского архива — написанные тушью на остраках (глиняных черепках) документы, учитывающие поступления вина с окрестных виноградников в царские погреба Михрдаткерта, а также его выдачу. Всего архив из Нисы содержит более 2500 таких документов, относящихся к I в. до н.э.

Основателем Парфянского царства считается Аршак — «человек неизвестного происхождения, но большой доблести...» (пишет римский историк Юстин). Его имя дало название династии Аршакидов. Не исключено, что Аршак был выходцем из Бактрии. Но основной силой, на которую оп опирался, были северные соседи Парфии — кочевые племена парны (или дахи — название большого племенного союза, в который входили и парны).

Отложение Бактрии и Парфии от Селевкидов относят к серединс III в. до н.э., но захват власти Аршаком произошел несколько позже, вероятно в 238 г. до н.э. Первые десятилетия существования Парфянского царства были заполнены напряженной борьбой за расширение владений и отражением попыток Селевкидов вернуть себе власть над мятежной областью. В 228 г. до н.э., когда на парфянском престоле находился уже брат Аршака I Тиридат I, только помощь кочевых среднеазиатских племен спасла парфянского царя от поражения во время похода на Парфию Селевка II. В 209 г. до н. э. сын Тиридата I был вынужден, уступив часть владений, заключить мир с селевкидским царем Антиохом III, совершившим победоносный поход на восток.

К этому времени под властью Аршакидов уже находились богатая прикаспийская область Гаркания и частично Мидия. Но окончательное превращение Аршакидов из скромных владетелей сравнительно небольшой области в могущественных повелителей мировой державы — «Великой Парфии» — произошло только при Митридате I (171 —138 гг. до н.э.). К концу его царствования владения Аршакидов простирались от гор Гиндукуш до Евфрата, включая (кроме собственно Парфии и Гиркании) на востоке области, отвоеванные у Греко-Бактрии, а на западе — большинство областей Ирана и Месопотамию. Селевкиды пытались безуспешно противостоять напору Аршакидов: Мптридат I взял в плен и поселил в Гиркании Деметрия II Ннкатора, а сын и преемник Митридата I Фраат II (138—128-7 гг. до н.э.) упрочил завоевания парфян, нанеся в 129 г. до н.э. поражение Антиоху VII. Парфянская экспансия на запад временно приостановилась, когда державе Аршакидов с востока стала угрожать нахлынувшая из степей Центральной Азии волна кочевых племен (в китайских династийных хрониках это племенное объединение, в состав которого входило и племя кушан, носило название да-юэчжи; античные авторы называли их тохарами). В борьбе с этими племенами нашли свою смерть и Фраат II, и правивший после него Артабан I (128-27 — около 123 гг. до н.э.). Дальнейшее продвижение этих племен удалось остановить только Митридату II (около 123 — около 88 гг. до н. э.). Упрочив границы своего царства, Митридат II сумел «присоединить к Парфянскому царству многие страны». Особенно активной была его внешняя политика в Закавказье (в частности, в Армении).

В 92 г. до н.э. Митридат II, отправив посольство к Сулле, открыл совершенно новую страницу во внешней политике Парфянской державы — контакт с Римом. В последующем отношения между двумя государствами имели далеко не мирный характер. Парфия оказалась главной силой, препятствовавшей проникновению Рима на Восток.

Борьба, для которой находилось немало поводов, шла с переменным успехом в течение трех веков: закованных в цепи парфян разглядывали на нарядных улицах Рима во время очередного триумфа, а тысячи римских легионеров изведали тяготы плена в глубине Парфянской державы.

Самую яркую победу парфянам в этой борьбе принес 53 год до н.э., когда в битве при Каррах (Харране в Верхней Месопотамии) римское войско потерпело сокрушительное поражение (только убитыми римляне потеряли 20 тыс.).

В 52—50 гг. до н.э. парфянами была оккупирована вся Сирия, в 40 г. до н.э. парфянскую конницу видели у стен Иерусалима. В 39 и 38 гг. до н.э. успех был на стороне римлян, но в 36 г. до н.э. снова полной неудачей окончился большой поход римского войска против парфян. На этот раз римлян возглавлял Марк Антоний. Это произошло уже в царствование Фраата IV (38-37 — 3-2 гг. до н.э.), использовавшего победу для установления длительных мирных отношений с Римом.

В 20 г. до н.э. Фраат IV совершил важный дипломатический шаг, который произвел огромное впечатление в Риме,— возвратил пленных и штандарты римских легионов, захваченные после побед над армиями Красса и Антония. После этого крупных столкновений между Римом и Парфией не было более ста лет.

Но в 115 г. н.э., уже при императоре Траяне, Армения и Месопотамия были объявлены римскими провинциями. В 116 г. н.э. создается новая римская провинция — «Ассирия», а войска Траяна вступают в Селевкию и в парфянскую столицу Ктесифон, где захватывают «золотой трон» Аршакидов. Только смерть Траяна (117 г.) поправила дела парфян. Однако в 164 г. и. э. (при императоре Марке Аврелии) римляне снова вторглись в Месопотамию, сожгли Селевкию и разрушили царский дворец в Ктесифоне. В 198—199 гг. армия императора Септимия Севера нанесла новое сокрушительное поражение парфянам и захватила в Ктесифоне царские сокровищницы и 100 тыс. пленных. Победа последнего парфянского царя, Артабана V (213—227 гг.), над римлянами в 218 г. возвратила Аршакидам Месопотамию, но их трон уже сотрясался в это время под ударами внутреннего врага — возвысившейся в провинции Парс династии Сасанидов, которым предстояло не только поставить последнюю точку в истории Аршакидов, но и продолжить их борьбу с Римом.

Нельзя рассматривать парфянскую культуру как «арифметическую сумму» культур тех стран и народов, которые составляли аршакидскую державу. Не происходило и иранизации покоренных народов, насильственного навязывания им культуры завоевателей пли слияния культур с потерей облика каждой из них. Греки в Селевкии-на-Тигре продолжали приносить жертвы своим богам; в Парсе чтили Армазда (Ахурамазду) и Анахиту (особенно славился ее храм в Стахре), т.е. древних зороастрийскпх божеств, культ которых сохранялся здесь вместе с другими ахеменидскими традициями. В собственно Парфии и в ряде других областей были распространены культы, восходившие к учению Заратуштры, по претерпевшие очень сильные изменения. Несомненно, существовала н «Авеста» или ее важнейшие части, но неизвестно, в устном ли только исполнении магов или уже записанная (арамейскими буквами или как-нибудь иначе).

Очень высокого развития достигла парфянская архитектура: несмотря на явное преобладание в ней эллинистических приемов и традиций, «лицо» парфянской архитектуры определяет их сочетание с древневосточным архитектурным наследием (купольные своды особой конструкции, большое развитие открытых во двор помещений под сводом или на столбах — айванов).

Специфические парфянские черты в искусстве Аршакидского государства полнее всего проявляются в изображениях правителей. Именно в эту эпоху складываются те особенности иранского официального образа царя, которые достигают высшего расцвета в сасанидском искусстве III—IV вв.

Официальных письменных языков в державе Аршакидов было несколько. Широкое распространение имел греческий язык, служивший не только для составления различных документов, но и являвшийся языком монетных легенд. Это был, прежде всего, язык городов и торговли, но знали его и в собственно парфянской среде, где было распространено увлечение греческим театром. Важную роль в жизни Парфянского государства играли и семитические языки. Созданный на основе арамейского алфавита письменный язык парфянских канцелярий состоял более чем наполовину из арамейских слов, которые, однако, полагалось читать по-парфянски (таким способом записаны документы архива из Нисы и некоторые другие документы и надписи). Вряд ли у парфян существовала своя письменная литература. Однако к парфянскому времени относится расцвет искусства иранских певцов-сказителей (гошанов) и, вероятно, сложение восточно-иранского эпоса в той его форме, которая была записана позднее, при Сасан'идах, а до нас дошла в поэтической передаче Фирдоуси.



4. Греко-бактрийское царство.

Сведения о странах, лежавших на восточной окраине эллинистического мира (современные Афганистан, Средняя Азия, Пакистан и северо-западные районы Индии), весьма скудны и отрывочны. Далеко расположенные от цивилизаций с развитой письменной исторической традицией, эти страны лишь изредка попадали в поле зрения как греко-латинских историков и географов, так и придворных историографов китайских императоров. Собственная же историческая традиция в этих странах если и была, то нам пока неизвестна. Поэтому особенно велика ценность прямых исторических свидетельств, поставляемых археологией,— будь то хозяйственные документы или монетные находки, памятники искусства или предметы вооружения, остатки ирригационных сооружений или развалины древних зданий. Все это в особенности приходится учитывать, рассматривая историю Греко-Бактрийского царства.

В середине III в. до н.э. (между 256 и 245 гг. до н.э.) одновременно с Парфией от Селевкидов «отложился и Диодот, наместник тысячи городов бактрийских, и приказал, чтобы его величали царем; следуя этому примеру, пароды всего Востока отпали от македонян»,— пишет римский историк Юстин.

Ядро владений Диодота и его преемников составляла территория Северного Афганистана (столица Бактрии находилась около современного города Балха), однако точные границы царства определить трудно.

Стремление греко-бактрийских царей распространить свою власть на север, очевидно, наталкивалось на сопротивление обитавших там народов. Насколько грозной силой были эти северные соседи, показывает эпизод, рассказанный историком Полибием и относящийся к 208—206 гг. до н.э., когда селевкидский царь Антиох III осаждал греко-бактрийского царя в его столице. Осада продолжалась два года и была снята только после того, как греко-бактрийский царь передал через посредника Антиоху III, что «положение их обоих становится небезопасным. На границе стоят огромные полчища кочевников, угрожая обоим: если только варвары перейдут границу, то страна наверняка будет завоевана ими».

Экспансия на юг оказалась менее трудным делом: уже в первой четверти II в. до н.э. греко-бактрийский царь Деметрий перешел Гиндукуш и стал «завоевателем Индии». На его монетах в первые наряду с греческими появляются и индийские надписи, а с середины II в. до н.э. такие двуязычные монеты чеканят все последующие правители (по этому признаку их отличают как «греко-индийские» от более ранних, собственно «греко-бактрийских»).

В Греко-Бактрийском царстве поддерживалось четкое обособление греков от местного населения с сохранением всех эллинистических институтов и традиций в социальной жизни, греческого языка и большинства других элементов культуры. Один из греко-бактрийских городов, раскапывавшийся французскими археологами в Северном Афганистане (городище Ай-ханум у впадения р. Кокча в Амударью),— это типично эллинистический город с характерными для него акрополем и агорой, регулярной планировкой и общественными зданиями, пропилеями и портиками, колоннадами и фортификационными сооружениями, надежно охранявшими обитателей этого островка греческой культуры среди «варварского» окружения. Этот город был основан в последней четверти IV в. до н.э., а прекратил существование в конце II или в I в. до н.э.

Чисто греческий облик столь же характерен и для монетной чеканки греко-бактрийских царей — от титулатуры и имен царей до весовой системы. Именно здесь, в Бактрии, были отчеканены самые крупные в истории античного мира золотые (достоинством в 20 статеров — около 160 г) и серебряные (достоинством в 20 драхм — более 80 г) монеты. Портреты греко-бактрийских царей на монетах считаются одной из непревзойденных художественных вершин античного медальерного искусства. На оборотной стороне монет изображались греческие божества, покровительствующие царю, прототипом для которых служили лучшие каноны эллинистического времени.

В письменных источниках встречаются упоминания только о семи греко-бактрийских царях. Основателю Греко-Бактрийского царства Диодоту I наследовал (видимо, в 30-х годах III в. до н.э.) его сын Диодот II. В 20-х годах III в. до н.э. у власти уже находился царь Евтидем, выдержавший в 208—206 гг. двухлетнюю осаду Антиоха III. В самом конце III или в начале II в. до н.э. начал царствовать его сын Деметрий, прославившийся как завоеватель Индии. В 70—50-х годах II в. до н.э. Бактрией правит царь Евкратид, именующий себя па монетах «великим». Известно, что он был современником и, возможно, противником парфянского царя Митридата I; доблестно, но не всегда успешно вел многочисленные войны; совершил, как и Деметрий, поход в Индию. Погиб Евкратид от руки собственного сына, бросившего его труп без погребения и проехавшего по крови своего отца в колеснице. Ещё два царя — Менандр и Аполлодот — упоминаются в связи с проникновением греко-бактрийских царей в Индию, что находит подтверждение и в их монетном чекане.

Наибольшую известность на Востоке получил Менандр. Рожденный близ эллинистического города Александрия, недалеко от нынешнего Кабула, он распространил свои владения далеко в глубь Индии, по-видимому проникнув в долину Ганга. Если верить индийской традиции, Менандр воспринял учение буддизма.

На этом список греко-бактрийских царей, который можно составить по письменным источникам, оказывается исчерпанным. И здесь обнаруживается, насколько неполны сведения античных авторов о греко-бактрийских и греко-индийских царях: их монетами засвидетельствовано существование ещё не менее двадцати (часто, судя по титулам на монетах, тоже «великих») царей. Где они правили и когда — на эти вопросы исследователям пока приходится отвечать только гипотетически, исходя прежде всего из самих монет.

5. Тохары (Юэчжи).

Пришедшие из глубин Центральной Азии кочевники, которые в 20-х годах II в. до н.э. угрожали Парфянскому царству с востока, представляли еще более серьезную опасность для владений греко-бактрийских царей. Китайский историк Сыма Цянь рассказывает, что да-юэчжи двинулись на запад, потерпев в 70-х годах II в. до н.э. поражение от племен сюн-ну (гунпов). Очевидно, это была борьба за господство в степях Центральной Азии. Гунны помнили об этой победе и гордились ею; их вожди, сделав сосуд из черепа убитого предводителя тохаров, еще долго пользовались им в особо торжественных случаях (например, в 47 г. до н. э. вождь гуннов пил из него «клятвенное вино», заключая мир с послами китайского императора).

Пройдя через Давань (совр. Фергану), да-юэчжи вторглись в Среднюю Азию и подчинили себе значительную ее часть. В столкновении с Бактрией они, по словам китайского историка, одержали верх (возможно, это была одна из неудачных войн царя Евкратида) и «утвердили свое местопребывание на северной стороне реки Гуй-шуй» (Амударьи). Там их и застал в 128 г. до н.э. китайский путешественник Чжан Цянь, оставивший краткое описание Средней Азии и Бактрии.

По Чжан Цянго, западный сосед да-юэчжей — Парфия, южный — Бактрия, а границей между ними служит Амударья. У кочевников да-юэчжей в это время насчитывается «от 100 до 200 тыс. войска», но, «обитая в привольной стране, редко подверженной неприятельским набегам, они расположились вести мирную жизнь». В Бактрии, по словам Чжан Цяня, «народонаселение простирается до миллиона»: «Там ведут оседлый образ жизни; имеют города и дома; в обыкновениях сходствуют с даваньцами.

Не имеют верховного главы, а почти каждый город поставляет своего правителя. Войска их слабы, робки в сражениях. Жители искусны в торговле... столица называется Ланьгаи (Александрия?). В сем городе есть рынок с различными товарами... купцы их ходят торговать в Индию», где «большая жара» и «люди сражаются, сидя на слонах».

Почти ничего не добавляет к сведениям Чжан Цяня китайская хроника «История Старшей династии Хань» («Цянь Ханьшу»), в которой описываются события до 25 г. н. э. В ней только перечислены пять «домов», на которые разделялись да-юэчжи, и среди них «дом» кушан (гуйшуан).


Вопросы для укрепления данной темы:


  1. Что такое понятия «государство»?

  2. Причина возникновение государств…

  3. Экономический основы древние государств…

  4. Что такое управления военная демократия?

  5. Что вы знаете про Кушанская империя?


Литературы:

1.Аскаров А.А. История Узбекистана (с древнейших времён до V в.н.э.) -

Т.; Узбекистон, 1997.

2. Бабадясанова Т.И. По древним городам Узбекистана. — М,: Профиздат,



1988.

3. Березиков Е. Легенды и тайны Узбекистана. Т.: Изд. литераты и искус-



ства им. Г. Гуляма, 1991.

Достарыңызбен бөлісу:


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет