Яндекс. Маркет очерки мордвы



жүктеу 1.11 Mb.
бет3/8
Дата12.02.2019
өлшемі1.11 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8

Когда патриарх Никон принял в свое управление русскую церковь, он с известною, ничем неудержимою ревностью стал заботиться о церковных исправлениях. Обращение язычников в христианство сильно его озабочивало. Особенно же заботился он о крещении и обрусении Мордвы. Никон сам был мордовского происхождения, сын обруселого мордвина Мины, крестьянина села Вельдеманова. Он лучше других понимал, что обращение в православную веру его родичей может и должно сделать из них совершенно русских людей. С этою целью "собинный друг" царя Алексея Михайловича, еще будучи новгородским митрополитом, уговаривал царя назначить известного ему иеромонаха новгородского Деревяницкого монастыря, Мисаила, рязанским архиепископом, с тем, чтоб он обращал Мордву племени мокшан, менее эрдзядов обрусевшую, в христианство. В 1651 году, апреля 13-го, Мисаил был рукоположен в рязанские архиереи и немедленно принялся за обращение Мордвы-мокшан, а также татар в христианство. В три года он в Шацком и Тамбовском уездах окрестил 4.200 человек и после того просил у Никона разрешения вновь отправиться в мордовский край и к касимовским татарам, чтоб окрестить и остальных. Никон благословил его, а может быть, и разрешил истреблять почитаемые Мордвой за святые их заветные дубравы и кладбища. Переезжая из места в место, Мисаил в начале 1655 года крестил Мордву, заставляя рубить их священные рощи и сожигая срубы на их кладбищах. Столь решительные меры рязанского архиерея увенчались было успехом: в одном месте он за один раз окрестил более трехсот человек. На Страстной неделе 1655 года, уже возвращаясь в Рязань к празднику Пасхи, он остановился в деревне Ямбиревой (ныне село Конобеево, Шацкого уезда) и, надев архиерейскую мантию, начал убеждать местных жителей к принятию св. крещения. В это время огромная толпа окрестной Мордвы окружила архиепископа, гоня его и окружавших его из деревни. Началась драка. Вооруженная луками Мордва стала стрелять, и Мисаил упал смертельно раненый. Это было 10-го апреля, во вторник на Страстной неделе; 19-го апреля, в четверг на Пасху, Мисаил умер. Через год тело его было перевезено из деревни Ямбиревой и погребено в рязанском Архангельском соборе. До сих пор под его гробницею сохраняется архиерейская мантия, пробитая стрелами и с заметными пятнами крови.

После трагической кончины Мисаила, обращение Мордвы в христианство производилось с большею умеренностью. Вскоре настало время возмущения Стеньки Разина. Инородцы восточной России, как и во времена самозванцев, тотчас пристали к бунтовщику. От Арзамаса до Шацка и до Симбирска вся Мордва заволновалась и открыто восстала против русских. В сентябрь 1671 года Мордва с татарами, чувашами и черемисами пошла было на Симбирск, чтобы присоединиться к толпам Разина, но воевода князь Барятинский в одну неделю (23-29-го сентября) пять раз разбил инородцев: под сельцом Куланчи, на реке Карле, под татарскою деревней Крысадаки, под мордовскою деревней Поклоуш и под городком Тагаем; много было побитых, много захвачено в плен и тут же повешено. Октября 1-го князь Барятинский разбил под Симбирском самого Разина, едва успевшего спастись бегством, и рассеял бывших у него инородцев. Другие толпы Мордвы в то же время (16-го сентября), в сообществе с казаками и русскими крестьянами, осадили Алатырь, пошли на город приступом, зажгли одну из башен острога, ворвались в город и разорили его. В октябре Мордва с казаками разорила Верхний и Нижний Ломов, а в декабре собралась в огромном числе в селе Андреевке (в нынешнем Краснослободском уезде, Пензенской губернии), чтобы идти на Арзамас и Нижний, но знаменитый воевода, князь Юрий Алексеевич Долгоруков, разогнал все "воровския шайки".

Мордва была приведена к шерти, то есть к присяге; подавленное возмущение прекратилось, но еще несколько лет инородцев нельзя было считать совершенно покойными. Мордва, не только оставшаяся в язычестве, но и принявшая христианство, часто сходилась в лесах на совещания о том, как бы грабить русские деревни, и нередко действительно грабила их. По усмирении бунта Разина правительство обратило особенное внимание на инородцев. Неоднократный опыт показал, что, как скоро возникнет внутренняя смута, инородцы немедленно пристают к ней и тем увеличивают государственную опасность. С крайнею осторожностью стали смотреть в XVII столетии на Мордву и всеми способами заботиться о наибольшем усилении русского населения между инородцами. В то же время запрещено было продавать им оружие и всякие военные принадлежности, не позволялось в мордовских деревнях заводить кузницы, и даже земледельческие орудия и другие металлические вещи, необходимые в домашнем быту, дозволялось покупать только в городах и притом в самом ограниченном количеств. По усмирении же бунта Разина меры предосторожности против Мордвы были усилены: у неё отбирали оружие, запрещали иметь даже луки и стрелы, запретили звериную охоту. В то же время приняты деятельнейшие меры к распространению между ними христианства, а главное, к утверждению их в истинной вере и к возможно большему обрусению. В 1686 году последовал указ царей Иоанна и Петра Алексеевичей из приказа Большого дворца, чтоб епархиальные архиереи и монастырские власти обращали особенное внимание на новокрещенную Мордву, "которые в христианской вере не тверды, в церкви Божьи не приходят и отцов духовных у себя не имеют". Этим указом повелевалось составить именные списки новокрещенных, жены и дети которых оставались в язычестве, и всех таких брать в архиерейские дома или в монастыри для наставления и утверждения в христианстве. Но более всего на обрусение Мордвы и на обращение её в христианство подействовала правительственная мера, принятая в конце XVII столетия, согласно которой в деревнях мордовских стали селить русских, а также и Мордву переселять в русские деревни. Этот способ был употребляем преимущественно в тех местах, где жили терюхане. Вся Терюшевская волость, населенная терюханами, а также Лысковская, населенная русскими, были пожалованы в 1690 году Арчиле, царю Имеретинскому, пришедшему с женою и детьми из разоренной турками и персиянами Грузии в Россию, под покровительство единоверных государей. Он умер в Москве, в 1713 году и в двадцать три года владения терюханами, конечно, не сам лично, а посредством своих управителей, успел многое сделать для обрусения пожалованной ему Мордвы. Под видом лучшего устройства хозяйственных дел в обширных вотчинах царя Имеретинского, его управители переселили множество русских из Лысковской волости в Терюшевскую и еще более Мордвы из Терюшевской в Лысковскую. Посредством браков мордовское население слилось с русским, стало забывать свой язык или говорить каким-то особым языком, в котором чуть не наполовину слов было русских. Обрусение терюхан пошло так сильно, что даже остававшиеся в язычестве, при совершении религиозных обрядов, в молитвах и пениях мешали русские слова с мордовскими и с именами своих божеств соединяли имена истинного Бога (напр., Саваоф) и христианских святых.

Представив сжатый перечень исторических фактов о Мордве до XVIII столетия, мы в следующих очерках изложим основания мордовской веры и её культа, коснемся нравов и обычаев Мордвы, теперь с каждым годом более и более исчезающих под влиянием сильного обрусения, и наконец, по неизвестным еще документам, расскажем о событиях, сопровождавших окончательное приведение Мордвы в христианство.

III.

Мордовские божества.

Совершенно несправедливо некрещеную Мордву называют идолопоклонниками. Никогда не имела она ни идолов ни каких других изображений божества. Правда, она почитала священные деревья, под которыми приносила жертвы, но никогда не признавала их божествами. Правда, она обращалась иногда с моленьями к солнцу и луне, но всегда считала их созданиями Божьими.

Они веровали в единого верховного бога, от которого зависит весь видимый и невидимый мир. Эрдзяды, терюхане и каратаи называют его Пас, или Чам-Пас (верховный бог), - мокшане - Шкай.

Вот такие понятия имела Мордва об этом высшем существе: он не имеет ни начала, не будет иметь и конца; видеть его нельзя не только людям, но и богам, подчиненным ему; он живет на небе, а как он живет, того никто знать не может; он господствует и на земле; и земля, и небо, и светила небесные, и боги (бесплотные добрые духи), и люди, и животные, и самые злые духи, все от него имеют свое начало; он творец всего видимого и невидимого мира, промыслитель, управляющий всем посредством подчиненных богов и богинь. Чам-Пас любит свои создания, и от него происходит одно только добро, но, чтобы люди не забывались, он попустил Шайтану сотворить злых духов и посадил их в болотах и омутах. Если человек сделает что-нибудь противное Чам-Пасу, он дозволяет злому духу сделать вред тому человеку, но когда человек обратится к нему с мольбой избавить его от зла, он запрещает злому духу и велит ему сидеть в воде. Но одной частной молитвы недостаточно для умилостивления разгневанного верховного бога: необходимы общественные и домашние моления подчиненным ему божествам, а еще необходимее добрая жизнь.

Обыкновенная молитва к верховному богу у мокшан коротка: "Шкай! оцю Шкай, верду Шкай, ванымыст! Боже, верховный боже, начальный боже, помилуй нас!" Эрдзяды и терюхане обращаются к нему с молитвой: "Чам-пас, вел Пас, помилуй нас!", то есть: "верховный боже, боже мира (в смысле общества), помилуй нас!" К этому верховному богу Мордва обращалась в начале каждой молитвы, к какому бы божеству она ни относилась. Но самому Чам-Пасу ни особых праздников ни особых жертвоприношений не отправлялось.

Кроме единого вечного бога, Мордва признаёт созданных им добрых и злых духов. По их понятиям, эти духи, как и люди, плодятся, и их в мире множество. Везде, на всяком месте, невидимо присутствует какое-нибудь божество, исполняющее повеление верховного бога или назначенное им для управления какой-либо части вселенной. Этому одинаково веровали все племена мордовские, но верования эрдзяд и мокшан, относившиеся до богов второстепенных и до участия каждого из них в управлении миром, различны.

По понятиям эрдзядов и терюхан (о богах племени Каратаи, к сожалению, мы не имеем сведений), Чам-Пас, приняв намерение сотворить мир, прежде всего создал во всем почти подобного себе духа, с тем, чтобы он помогал ему в сотворении и в управлении миром. Этот дух был Шайтан. Вот рассказ о сотворении шайтана, записанный в 1853 году священником Федором Шаверским в селе Вечкамове (Бугурусланского уезда, Самарской губернии):

"Однажды, когда ничего еще не было на свете, кроме одной воды, плыл Чам-Пас на камне по морю-океану и размышлял сам с собою, как сотворить видимый мир и как управлять им. Тут он сказал: "Нет у меня ни брата ни товарища, с кем бы мог я посоветоваться об этом деле", и при этих словах плюнул с досады в море и поплыл далее. Отплыв некоторое расстояние, Чам-Пас оглянулся и увидел, что слюна его обратилась в огромный бугор и плывет за ним следом. Чтоб уничтожить бугор, Чам-Пас ударил по нем жезлом; тотчас из него выскочил Шайтан и сказал: "Ты жалеешь, господи, что у тебя нет ни брата ни товарища, с кем бы тебе подумать да посоветоваться о сотворении мира; я, пожалуй, рад быть твоим братом". Чам-Пас обрадовался и сказал: "Ну, хорошо, будь мне хоть не братом, а товарищем. Давай творить землю. Из чего же мы ее сделаем? Ведь кроме воды нет ничего". Шайтан молчит, не знает, из чего землю сделать. "Нырни, товарищ, в море-океан, - сказал ему Чам-Пас: - на дне есть песок, принеси его немного, из него и сделаем землю". - "А я только что хотел это самое сказать, братец", - перебил Шайтан, потому что не хотел показать Чам-Пасу, что тот выше его и знает больше, и все называл его братом, хотя Чам-Пас взял его только в товарищи. "Так ступай же на дно, принеси песку, - сказал Чам-Пас: - да смотри же, товарищ, как станешь брать песок, помяни имя мое". Шайтан погрузился на дно. Там, по гордости своей, не захотел он помянуть имя Чам-Паса, а помянул свое. Оттого и не мог взять ни единой песчинки: из-под дна морского вышло пламя и обожгло Шайтана. Обожженный вынырнул он на поверхность моря. "Не могу, братец,- говорить Чам-Пасу: - ни единой песчинки взять, потому что там пламя изо дна морского выходит, оно меня совсем было спалило". - "Ступай, товарищ, опять на дно морское,-сказал ему Чам-Пас:- пламя тебя не тронет, только помяни имя мое". Шайтан во второй раз опустился на дно морское, но гордость опять не допустила его помянуть имя Чам-Паса, опять помянул он свое, и пламя опять опалило его. Выплыл он на поверхность моря и вдругорядь явился к Чам-Пасу без песку. "Что же, товарищ, принес ли песку?" - спросил его Чам-Пас. - "Не принес, братец, пламя опять опалило меня пуще прежнего". - "Да помянул ли ты, товарищ, имя мое?" - спросил Чам-Пас. Шайтан, делать нечего, сознался, что не поминал имени Чам-Паса. "Чье же ты имя помянул, товарищ?" - "Свое, братец", - отвечал Шайтан. - "Слушай же, товарищ,-сказал тогда Чам-Пас:-ступай ты в третий раз на дно моря-океана и возьми там песку, помянув имя мое. Только помни, товарищ, что, если ты не помянешь моего имени, огонь тебя совсем попалит, и не останется от тебя ничего". Шайтан в третий раз опустился на дно и, боясь, чтобы пламя совсем его не спалило, помянул имя Чам-Паса и без всякой помехи набрал полон рот песку. Вынырнув на поверхность моря, он отдал песок Чам-Пасу, но не весь, часть его утаил у себя за щекой. Думает он себе: "Пусть его брат мой творит свою землю, а я сотворю свою" Чам-Пас стал разбрасывать по морю песок, и он, увеличиваясь, делался землей. Но по мере того, как песчинки на море вырастали, вырастали и те, что остались за щекой у Шайтана; оттого голова у него разрослась в огромную гору. Почувствовав от того нестерпимую боль, Шайтан заревел страшным голосом. "Что кричишь, товарищ?"-спросил его Чам-Пас. Шайтану делать нечего, покаялся. "Не всю, братец, говорит, землю я выплюнул, и она растет у меня в голове, и мне от того нестерпимое мученье". Чам-Пас ударил Шайтана жезлом по голове и сказал: "Выплюнь песок, товарищ, и исцелей от болезни". Шайтан стал выплевывать песок изо рта, но так сильно, что жидкая, еще не окрепшая земля от того поколебалась, отчего произошли ямы, овраги и долины, а из того песку, который он выплюнул, образовались бугры, холмы и горы. Когда Шайтан освободился от болезни, Чам-Пас сказал ему: "Нет, не можешь ты быть мне, товарищем, ты зол, а я добр; будь же ты проклят и ступай под дно морское, в преисподнюю, в тот самый огонь, что палил тебя за то, что, по гордости, не хотел ты помянуть имени творца своего. Сиди там и мучься на веки веков".

В Симбирской и Пензенской губерниях Мордва к этому сказанию о Шайтане прибавляет еще следующее: Шайтан возгордился перед творцом своим и сказал ему: "Чам-Пас! Ты уже стар, тебе пора на покой, а я молод; так сиди ты на своем месте и спи, а я один буду управлять миром, который мы сотворим". Чам-Пас проклял за то Шайтана, а этот так озлобился на него, что навеки остался самым злым существом и ненавистником всякого добра. За то Чам-Пас и прогнал его в темную пропасть. Есть и другие варианты о противлении Шайтана Чам-Пасу при сотворении мира. Один из них, записанный в селе Сырежеве, Алатырского уезда, Симбирской губернии, приводится ниже.

После того Чам-Пас сотворил богиню Анге-Патяй (слово в слово: мать-богиня). Она источник жизни, чадородия и плодородия земли. Таким образом непосредственно от верховного Чам-Паса произошли только два божества: доброе - Анге-Патяй и злое - Шайтан. Эти два божества равносильны. Если Шайтан не может равняться могуществом с сотворившим его Чам-Пасом и потому не ведет с ним прямой борьбы, то он вечно противодействует доброй Анге-Патяй, которая сама, и через произведенных ею богов и богинь, ведет постоянную борьбу с злым началом, охраняя жизнь и благоденствие всякого создания.

Анге-Патяй родила четырех богов и четырех богинь.

Старший сын её, Нишки-Пас, бог неба, солнца, огня и света. Он же главный покровитель пчел. У него в небе есть множество домов, в которых живут души добрых людей. Как пчелы вьются вокруг матки, так души добрых людей вьются вокруг Нишки-Паса. Поэтому он и называется Нишки-Пас (нишки или нишке по-мордовски значит пчельник). Он еще называется Шиза-Пас, или Ши-Пас, то есть солнце-бог. Ему, как первенцу богини Анге-Патяй, присваивается именование сына божья, Иниче-Пас.

Второй сын матери богов Анге-Патяй был Свет-Верешки-Велен-Пас, обладатель земли и устроитель человеческих обществ (велен, сокращенно вел - мир, в смысле общества), которые устроены по подобию небесного пчельника его брата Нишки-Паса. Отсюда и название его Верешки (верь-нишки земной, - собственно лесной, пчельник).

Третий сын верховной богини-Назаром-Пас, бог зимы, ночи, луны. Он принимает в свое царство (назаром-нишки-темный пчельник) души всех умирающих: хороших, добрых отсылает к старшему своему брату Нишки-Пасу, а дурных, злых прогоняет в области Шайтана.

Четвертый сын матери богов Волцы-Пас - есть высший бог всего живого, кроме человека. Он покровительствует людям при звериной охоте, при стрелянии птиц, при рыболовстве.

Из рожденных матерью богов богинь (Патяй) старшая называлась Нишкинде-Тевтярь (сестра Нишки-Паса, слово в слово: "девка Нишки"). Она также имеет свой пчельник (нишке) на земле, это пчельник настоящих пчел; она покровительница пчеловодства, которое исстари составляло любимое занятие Мордвы. Нишкинде-Тевтярь вместе с тем и богиня судьбы. Когда родится человек, её мать Анге-Патяй приказывает ей составить судьбу новорожденного. Эта богиня родила сына Пургине-Паса, который также называется Мел-казо (Верги-Мучки-Мельказо, то есть на землю сходящий дух сына Громова). Этому Мельказо, как скажем впоследствии, особенно веровал последний мордовский пророк, будто бы принимавший его внушения, Кузька-бог, явившийся между терюханами в 1808 году.

Вторая дочь матери богов-Норрова-Апаручи, богиня земледелия, родила Мастыр-Паса (земля-бог), сидящего внутри земли и дающего ей силу произращать все растения, особенно же хлеб и огородные овощи.

Третья дочь верховной богини - Пакся-Патяй, покровительница полей, лугов и огородов, родила бога Вед-Паса. (вода-бог) или Вед-Мастыр-Паса (воды на земле текущей бог), управляющего морями, реками, озерами, родниками и колодцами.

Четвертая дочь матери богов - Верья-Патяй, богиня лесов, рощ и деревьев. Её сын Варма-Пас, бог ветра и воздуха.

Народив этих детей, Анге-Патяй пожелала как можно скорее наполнить весь мир добрыми божествами, чтобы, не говоря уже о людях, при каждом деревце, при каждой травке, при каждой былинке присутствовал добрый дух, который бы охранял создания Чам-Паса от козней Шайтана. Она обратилась с просьбой об этом к отцу своему и верховному миродержателю. Чам-Пас дал ей огниво, а сын её, Нишки-Пас, принес ей кремней. Анге-Патяй стада ударять огниво о кремень, и сколько при этом вышло искр, столько явилось добрых духов oзаисов. Шайтан увидал, что делает Анге-Патяй, взял из земли два кремня (огнива ему негде было взять, ибо оно матерью богов было получено с неба от самого Чам-Паса) и также стал высекать из них огонь. Сколько вылетело искр, столько произошло и злых духов. И до сих пор Анге-Патяй и Шайтан высекают огонь, и оттого с каждым днем умножаются как добрые, так и злые духи, сообразно тому, как размножаются люди, животные и растения.

Таким образом главные божества мордовские были следующие:

1) Чам-Пас, 2) Анге-Патяй, дочь его, мать богов; 3) Нишки-Пас, 4) Свет-Верешки-Велен-Пас, 5) Волцы-Пас, 6) Назаром-Пас, 7) Нишкинде-Тевтярь, 8) Наррова-Апаручи, 9) Пакся-Патяй, 10) Верья-Патяй, 11) Пургине-Пас, 12)Мастыр-Пас, 13)Вед-Мастыр-Пас и 14) Варма-Пас.

Кроме этих божеств, от высекания богиней Анге-Патяй огня из кремней, посредством небесного огнива, произошло неисчислимое множество добрых духов, которые вообще назывались у эрдзядов и терюхан oзаис, у мокшан озкс. Этими же словами означали и праздники, отправляемые в честь того или другого божества.

Прежде всего Анге-Патяй высекла искры, произведшие охранительниц детей, богинь Анге-oзаис, помогающих женщинам при родах и охраняющих малолетних детей от болезней и всяких несчастий. При каждом ребенке находится такая охранительница, наблюдающая за его здоровьем. В каждом доме из искр, высеченных богиней Анге-Патяй, явился свой "Кардас-Сярко-oзаис", оберегатель от всякого зла живущих в доме людей и животных, сохраняющий в семействах мир, тишину, согласие и заботящийся об изобилии в охраняемом им доме. Он имеет пребывание среди двора, в яме, под камнем, который по имени его называется "кардо-сярко". Этому божеству помогают: Юрта-oзаис, добрый дух, охраняющий всю усадьбу домохозяина: Кёляда-oзаис (собственно значит березовый бог), охраняющий домашний скот, в особенности же животных, любимых богиней Анге-Патяй: овец, свиней, кур. От кёлядов-oзаисов зависели боги, происшедшие также от искр, высеченные матерью богов: Ангар-oзаис - бог жеребцов, Лишман-oзаис - богиня кобыл и жеребят, Таунсяй или Таунь-oзаис - бог свиней и Рев-oзаис - богиня овец. Последние два божества были в особенности любимы богиней Анге-Патяй, так как свиньи и овцы были любимейшими её животными.

Из искр, высеченных верховною богиней, вышли для каждого хозяйства людей: непосредственно подчиненные богине Нишкинде-Тевтярь, покровительнице пчельников и бортей, Нишки-oзаисы - охраняющие пчельники, пасеки и. борти, а также подчиненные богине Наррове-Апаручи добрые духи: Суавтума-oзаис - покровитель пашен, Паст-oзаис - охраняющей посевы от червей, кобылки, саранчи и других вредных насекомых, Керет-oзаис - бог земледельческих орудий. Из тех же искр, высеченных богиней Анге-Патяй, произошли: подчиненные Вед-Пасу или водяному богу Ак-Шакал-oзаис (белая рыба - дух, покровительствующий рыболовству) и подчиненные Верья-Патяй, покровительнице лесов, Кёлу-oзаис, дух, покровительствующий березе (полное имя его Вечки-Кёз-Кёльдиго), Тумо-oзаис - покровитель дуба, Пекше-oзаис - липы, Пиче-oзаис - сосны, Шоть-рань-oзаис - божество бревен, Керень-oзаис - божество лубьев, и т. д. Словом, по понятиям эрдзядов и терюхан, божества находятся повсюду. Каждое из них охраняет вверенное попечению его создание верховного бога, Чам-Паса. Поддерживая в нем жизнь, производя за него постоянную борьбу с злыми духами, творениями Шайтана, добрые oзаисы исполняют веления матери богов и всего доброго в сем мире Анге-Патяй, а ей повелевает сам Чам-Пас.

Сверх того Мордва поклонялась предкам - атят. Умершие люди, поселившиеся в "небесном пчельнике" Нишки-Паса, заботясь каждый о своем роде и помогая своим потомкам во всех нуждах и в хороших делах, воздерживают их от дурных и предостерегают, в случае надобности, то сонными видениями, то иными предвещаниями. Отсюда произошли разные приметы, которых у Мордвы едва ли не больше, чем у русских. Предкам молились и приносили жертвы как в домах, так и на кладбищах.

Созданные Шайтаном злые духи наносят болезни на людей и скот, насылают на поля червь, саранчу, убивают пчел, обратясь в медведя, истребляют ульи, наносят зловредные ветры, вредящие посевам, научают людей злым делам и пр. Но добрые божества с ними борются, и эта борьба вечна.

По понятиям мокшан, верховный, безначальный творец мира Шкай также прежде всего создал Шайтана себе в помощники, но Шайтан вооружился против своего создателя и за то был свергнуть им из верховного жилища, находящегося над небесами. Тогда Шкай создал вместо него новое божество, Солтана, который называется также Солтан-Керямят, и еще Мастыр-Кирди, то есть миродержатель, управляющий миром вещественным, а не духовным, землей, а не небом. Это единственный бог мокшан, все остальные божества - женского пола. Азарава (то есть верховная богиня) то же самое, что Анге-Патяй у эрдзядов, - богиня жизни, чадородия и плодородия. Она во всем равна с Солтаном, ибо создана самим Шкаем. От Солтана и Азаравы произошли богини: Юртазарава - богиня над усадебным местом, где стоит дом, Кудазарава - богиня самого дома и домашнего скота, Банязарава - богиня бани, Авын-азарава - богиня овина, Паксязарава - богиня полей и лугов, Вирьязарава - лесная богиня, Ведьязарава - богиня рек и озер. Этих второстепенных богинь множество: в каждом доме есть своя Кудазарава, на каждом поле своя Паксязарава и т.д.


Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8


©kzref.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет