Ален Бомбар



жүктеу 2.98 Mb.
бет24/27
Дата05.09.2018
өлшемі2.98 Mb.
түріРассказ
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   27

"АРАКАКА". ПРИБЫТИЕ


Чудо произошло опять в среду! В то утро, помню, мне было очень трудно

встать, Я просыпался обычно с восходом солнца, но последнее время уже не

спешил окинуть взглядом горизонт, так как был уверен, что он пуст, как

всегда. Поэтому я выжидал лежа, словно ночь еще не кончилась, пока солнце не

поднимется выше и его лучи не начнут жечь мне лицо. И на этот раз, часов в

10, я начал неторопливо осматриваться, как вдруг подскочил, словно меня

ударило током, и воскликнул:

- Корабль!

Действительно, справа по борту в двух с половиной милях от меня,

пересекая мой курс, шел корабль. Это было крупное грузовое судно

водоизмещением примерно в 7000 тонн. Оно двигалось на небольшой скорости.

Меня, по-видимому, не заметили. Я бросился к гелиографу, чтобы обратить на

себя внимание отраженным лучом солнца, как дети, пускающие зайчики в глаза

прохожим.

Через некоторое время, которое мне показалось вечностью, меня заметили,

и судно, изменив курс, направилось в мою сторону.

Настроение мое мгновенно улучшилось. Я почему-то сразу подумал, что это

судно идет в один из портов Антильских островов и что земля, следовательно,

близко. Быстро поднимаю мой маленький трехцветный флаг, укрепленный на

конце, весла. Какова же была моя гордость, когда я увидел, как на

приближающемся судне трижды приподнялся и приспустился флаг "Юнион Джек":

так приветствуют только военные суда, встреченные в открытом море. Отвечаю,

размахивая своим флажком. Но вот судно поравнялось со мной, и капитан

поднимает рупор.

- Нужна помощь? - спрашивает он по-английски.

Я отвечаю:

- Скажите, пожалуйста, точное время и точную долготу.

- 49o50'.

Разница по сравнению с моими расчетами составляла ровно 10o,

иначе говоря 600 миль.

Оглушенный этим известием, словно ударом молота по голове, в полнейшем

отчаянии, я схватился за весла и начал подгребать к борту судна, лихорадочно

твердя: "Тем хуже! Я вынес 53 дня! Хватит!"

Капитан спросил:

- Хотите подняться на борт?

Я подумал: "Тем хуже, пусть берут на борт, опыт окончен. В конце концов

53 дня в океане - прекрасное доказательство".

Поднимаюсь на борт "Аракаки", большого грузо-пассажирского судна,

следующего из Ливерпуля. Меня встречает довольно полный и очень живой

человек небольшого роста. На вид ему лет пятьдесят. Это капитан Картер из

Ливерпуля. Он тотчас же предлагает:

- Мы вас доставим вместе с вашей лодкой в Британскую Гвиану, в

Джорджтаун.

Сначала я соглашаюсь, но тут же вспоминаю о случае с "Сиди Феррук".

Одновременно я представляю себе, как мои друзья, булонские моряки, скажут

мне:

- Эге! Ты все-таки не переплыл Атлантический океан!



И тогда 53 дня жестоких испытаний потеряют всякую цену. Несмотря на то

что моя теория получила достаточное подтверждение, для простых людей и

особенно для мореплавателей сам факт, что я добрался до берега не на лодке,

означал бы, что опыт не удался. Для того чтобы мой опыт мог спасать жизнь

людей, нужно было обязательно с честью довести его до конца. Какую надежду

породило бы среди моряков его успешное завершение! Поэтому я тотчас же взял

себя в руки и попросил у капитана некоторое время для размышлений. Он

предложил мне пока принять душ; я последовал его совету с благодарностью. Из

душевой кабинки я совершенно случайно услышал разговор двух офицеров: "От

этих французов никогда не знаешь, чего ждать!"

Итак, решение принято: буду продолжать плавание. Мысленно прикидываю -

при той же скорости мне потребуется еще недели три. Сегодня 10 декабря,

значит я буду на твердой земле числа 3 января; в таком случае для

определения координат мне нужно книгу "Морские эфемериды" на 1953 год.

Я еще моюсь под душем, когда ко мне приходит капитан и спрашивает:

- Вы согласитесь немножко перекусить?

Сначала отказываюсь, но он настаивает:

- Вы не можете отказаться от горячего завтрака.

Первый завтрак за 53 дня! О, я его хорошо запомнил: яйцо, совсем

крохотный кусочек говяжьей печенки, ложка капусты и немного фруктов. Этот

более чем скромный завтрак, который впоследствии кое-кто ставил мне в вину,

причинил моему желудку самые жестокие мучения за все время плавания.

После того как я позавтракал и отправил телеграмму жене, мне предложили

осмотреть корабль. Навсегда запомнилась мне ослепительная офицерская

кают-компания с кожаными креслами. Стол был накрыт для завтрака. Пассажиры

пользовались подлинно британским комфортом. Глядя на все это, я повторял про

себя: "Еще три недели, еще три недели!" Капитан провел меня в помещение, где

находились карты. Здесь он показал мне точное местонахождение и указал на

отклонения, которые необходимо будет учесть при приближении к суше. Он дал

мне морской альманах со всеми необходимыми данными на 1953 год и, кроме

того, подарил изумительное издание Британского адмиралтейства со своим

посвящением.

И вот, слегка покачиваясь, но все же еще довольно твердо ступая, я

направился к перилам. С борта уже свешивалась лестница, по которой я должен

был спуститься на "Еретик". Капитан был взволнован. Весь экипаж ободрял меня

и назначал мне свидание на суше. Когда я уже спускался по веревочной

лестнице, капитан спросил:

- Что я могу для вас сделать? Мне это просто необходимо! Что бы вам

доставило удовольствие, какие у вас желания?

Я вспомнил, что с самого начала пути не слышал Баха, и ответил, что мне

очень хотелось бы в рождественскую ночь послушать VI Бранденбургский

концерт.


- Если понадобится, я переверну весь мир, но даю вам слово, что в ночь

под рождество вы услышите этот концерт.

Буксирная веревка брошена. "Аракака" ждет, чтобы я отплыл от ее

страшного винта, который может затянуть мою лодку.

За это время поднялся небольшой ветер, и я поспешил им воспользоваться.

Поднимаю парус и иду на запад.

Все это продолжалось часа полтора. "Аракака" снова пускает в ход машины

и под оглушающий вой гудка медленно удаляется, трижды послав мне приветствие

своим флагом.

Милая "Аракака", я знаю, что буду жалеть о тебе и говорить: "Почему я

не воспользовался этим случаем, очевидно последним?.." Но для успеха моего

опыта было совершенно необходимо, чтобы я шел вперед, чтобы я продолжал

путь. По правде говоря, это было единственное, чем я впоследствии мог

гордиться.

Возвращаюсь к своему судовому журналу:

"Среда 10 декабря. В среду со мной почти всегда что-нибудь случается. Я

только что был на корабле, немного поел и плыву дальше. Но увы, я нахожусь

всего лишь на 50o и мне остается еще 600 миль, то есть при моей

скорости 15-20 дней пути. Больше мужества! Настроение улучшилось, но

специалистам я ничего не прощу!

Теперь я могу правильно определить свою долготу. Как я ухитрился

ошибиться и пометить время отъезда 12 часами 15 минутами, когда было не

меньше 13.

Жинетта знает, что я жив, путешествие продолжается.

Господь бог преисполнен доброты.

Это был грузовой пароход "Аракака", следующий из Ливерпуля в Гвиану.

Должен признаться, что я едва не остался на борту".

В самом деле, увидеть корабль в этой части океана - случай

исключительный, все говорило за то, что я мог бы плыть до самой земли, не

повстречавшись ни с кем. Если б так случилось, я, очевидно, скоро сошел бы с

ума. Убежденный, что земля совсем близко, я бы все больше времени проводил,

всматриваясь в горизонт, утомляя мозг и глаза, и с каждым днем все больше

падал духом. "Аракака", ты спасла меня не только тем, что успокоила мою

семью, ты спасла меня морально!.. Я знаю теперь, где нахожусь. Больше того,

я могу теперь определять свою долготу. Дело в том, что капитан показал мне

среди морских таблиц маленькую табличку, называемую уравнением времени. Она

давала ежедневную поправку, которую надо было отнимать от времени

прохождения солнца через меридиан. Следовательно, мне было достаточно знать

приблизительно час прохождения солнца через меридиан, чтобы определить с

точностью до 60 миль свое местонахождение. Теперь я мог, наконец, плыть как

полагается: часы мои были проверены и "Аракака" подарила мне новую батарею

для радиоприемника.

Откровенно говоря, ни в этот день, ни в последующие мне не хотелось

рыбы. А кроме рыбы, у меня ничего не было. Вот первые последствия завтрака,

который я съел на "Аракаке"...

Позднее, в Париже, один из крупных специалистов-диэтологов сказал мне:

"Если бы мы знали, что вы что-то поели на этом корабле, мы бы и гроша не

дали за вашу жизнь!"

Со мной произошло совершенно то же самое, что происходит с

политическими ссыльными и военнопленными после освобождения. Я перенес два

режима питания. До этого завтрака на 53-й день пути я питался ненормально. А

затем я просто недоедал, питался недостаточно, потому что рыба стала мне

противна. Это естественно: организм постепенно привыкает довольствоваться

гораздо меньшим количеством пищи, чем ему положено. Но как только ему снова

дают нормальное питание, как только он вспоминает, что это нормальное

питание существует, он сдается, как будто говоря: "Я вернулся в нормальные

условия и теперь могу немного распуститься". Он подобен спортсмену, который

остановился на полпути и не в состоянии бежать дальше. И вот тут желудок

приходит в отчаяние... Фотографии доказывают, что за последние 12 дней моего

плавания после встречи с "Аракакой" я похудел гораздо больше, чем за

предыдущие 53.

Я теперь точно знаю, что надо думать о книгах для потерпевших

кораблекрушение, о советах по навигации, о признаках приближения земли - обо

всех этих плывущих щепках, бабочках, паутинках, мухах и птицах. Не

прогневайтесь, авторы вышеупомянутых книг, но птица фрегат, которая,

возможно, и не проводит ночи в море, во всяком случае встречается за 1500

миль от земли. В ваших книгах также сказано, что фрегат не ловит рыбу для

собственного пропитания, а я своими глазами видел, как он хватал в воздухе

летучих рыб, которых золотые макрели выгоняли из моря.

Почему произошла ошибка в моих навигационных расчетах? В первый раз я

определил свое местонахождение, отъезжая от Канарских островов. Море было

очень неспокойно, и я принял гребень волны за линию горизонта. По счастливой

случайности я правильно нашел широту, но ошибся временем. Поэтому я решил,

что нахожусь на 15o западной долготы в 12 часов 15 минут, а на

самом деле я был там в час дня. Отсюда ошибка в поправке на 45 минут, то

есть на 10o. Отныне я отправлюсь в своих расчетах не от

60o западной долготы, а от 50, где я нахожусь в действительности.

Таким образом, мне остается пройти еще 700-800 километров.

Я хотел достичь французской земли, тем более, что именно на западном

побережье французских Антильских островов расположен единственный защищенный

порт. Следовательно, я должен был держаться широты Мартиники и только в

крайнем случае, если поднимется северный ветер, отклониться до Барбадоса. Я,

конечно, все-таки рисковал, что меня отнесет южнее этого английского острова

и что придется плыть еще 500 километров до самого континента.

Через три дня после встречи с "Аракакой" установилась какая-то нелепая

погода, самая нелепая со времени отплытия. С утра опять был полный штиль,

хотя мохнатые облака неслись почти над самой моей головой. Однако мое

суденышко не двигалось, и я целый день бесился, глядя, как быстро они летят

к берегам земли.

К счастью, в тот день я не был одинок: у меня появился спутник,

несколько стеснительный, но все же спутник. Началось с того, что я услышал

слева от лодки громкое сопение. Поворачиваю голову, и вижу, что ко мне

плывет крупный кит. Вначале я боялся, что этот славный гигант подойдет

слишком близко и, приласкав мою лодку хвостом, вызовет опасную аварию. Но

кит оказался умницей и не подходил ближе, чем на 3-4 метра, хотя и

маневрировал около меня целый день. Вечером он торжественно удалился, и

больше я его не видел.

Тем временем приближалась буря. В час ночи первые большие волны начали

играть моей скорлупкой. Океан не щадил меня в последние дни пути. До сих пор

я перенес в общей сложности двадцать штормовых дней, но за это время вода

лишь дважды наполняла мою лодку. А за оставшиеся двенадцать дней мне

пришлось "принять ванну" четыре раза. Хорошо еще, что я сумел улучшить

технику осушительных работ: как только лодка наполнялась, я начинал

вычерпывать воду шляпой, в которую входило 2-3 литра, а затем уже завершал

работу туфлей. Как известно, чаще всего именно самые простые средства

оказываются наиболее действенными в борьбе со стихиями...

С какой радостью я увидел, что парус, наконец, надулся так, словно

хотел лопнуть! Как приятно было вновь услышать характерный шум, говорящий,

что лодка идет с максимальной скоростью приблизительно в три узла. Лага у

меня не было, и скорость хода я определял по шуму воды за кормой.

Чем больше миль оставалось позади, тем больше я боялся, что

какая-нибудь глупость случится со мной у самой цели. Я постоянно помнил, что

достаточно лишь одной волны, чтобы меня погубить. Это было невыносимо! К

чему тогда все перенесенные страдания! На море никогда нельзя быть

совершенно спокойным. И тем не менее, в моих ушах до сих пор звучит

радостный клич, который я испустил, когда засвистел ветер!

Я спал счастливым сном, как вдруг проснулся с ощущением, что вокруг

творится что-то неладное. Вскакиваю и вижу: около самой лодки поверхность

моря бороздят сверкающие следы огромной рыбы. Кто это, рыба-меч или акула?

Не знаю. Чудовище ведет себя на этот раз необычно: оно бросается на меня и

проходит под самой лодкой, задевая за нее спиной. Такая игра продолжалась 6

часов. В отчаянии я уже хотел атаковать непрошеного гостя, но он вдруг

исчез, так же внезапно, как и появился.

На следующее утро, хотя в лодку за ночь не попало ни одной волны, я

проснулся промокшим. Стало очевидно, что лодка начала протекать. По-видимому

ночной гость исцарапал резиновое дно своей грубой, как наждачная бумага,

кожей. Нужно было как можно скорее кончать плавание: положение мое

становилось всерьез незавидным! Разумеется, бортовые поплавки остались

нетронутыми и воздух в них держался великолепно, но устранить просачивание

воды сквозь мельчайшие царапины в дне было совершенно невозможно. Я

предпочел бы настоящую дыру. Через каждые 5 часов, когда вода достигала

уровня деревянного настила, мне приходилось ее вычерпывать. Так продолжалось

десяток дней - последние дни пути.

Птиц становится все больше, их породы все разнообразнее. Наконец, 13

декабря, показалась первая чайка. Я почувствовал себя как дома.

В тот же день мне представился случай увидеть и заснять на кинопленку

фантастическую сцену. Много дней около меня летала одна из самых красивых

морских птиц - птица фрегат. Иногда она бросалась вниз, чтобы схватить в

воздухе летучую рыбу. Я часто спрашивал себя, каким образом фрегат угадывает

место, откуда его добыча должна взлететь в воздух? В тот день меня словно

осенило: фрегат ловил летучих рыб вместе с дорадами. В определенный момент

дорады бросались в самую гущу стаи. Летучие рыбы в испуге выскакивали из

воды, а дорады продолжали их преследовать, высоко подпрыгивая над волнами.

Как только фрегат видел, что охота началась, он падал вниз и всякий раз,

взмывая в небо, держал в клюве рыбу. Поднявшись на большую высоту, он вдруг

ронял свою добычу, затем стремительно пикировал, чтобы очутиться под ней, и

снова подхватывал рыбу прямо в широко раскрытый клюв. Так птица фрегат ест

свою добычу налету.

Но еще интереснее было наблюдать, как летучие рыбы и птицы мчатся в

воздухе параллельным курсом. С помощью киноаппарата я попытался запечатлеть

эту удивительную сцену.


Каталог: 2014
2014 -> Қазақстан Республикасы Білім және ғылым министрлігінің бұйрығы
2014 -> Біз Жалпыұлттық идеямыз – Мәңгілік Елді басты бағдар етіп, тәуелсіздігіміздің даму даңғылын Нұрлы Жолға айналдырдық. Қажырлы еңбекті қажет ететін, келешегі кемел Нұрлы Жолда бірлігімізді бекемдеп, аянбай тер төгуіміз керек
2014 -> Бағдарламасы қазақстан Республикасы Білім және ғылым министрлігі
2014 -> «Қостанай таңының» кітапханасы Сәлім меңдібаев
2014 -> Қрдсм «Оңтүстік Қазақстан мемлекеттік фармацевтика академиясы» шжқ рмк
2014 -> Ќазаќстан Республикасы Спорт жјне дене шыныќтыру
2014 -> Қазақстан республикасының


Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   27


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет