Богатый Папа, Бедный Папа



жүктеу 2.2 Mb.
бет5/11
Дата02.09.2018
өлшемі2.2 Mb.
түріДиплом
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Начните свое дело

Глава 4


В 1974 году Рэя Крока, основателя компании «Мак­дональдс», попросили выступить перед группой сту­дентов факультета менеджеров Техасского универси­тета в Остине. Среди этих студентов был один мой близкий друг, Кит Каннингем. После интересной и вдохновляющей беседы был объявлен перерыв и сту­денты пригласили Рэя выпить вместе с ними по круж­ке пива. Рэй любезно принял приглашение.

— Какой у меня бизнес? — спросил Рэй, когда у всех в руках оказалось по кружке.

«Все рассмеялись, — вспоминает Кит. — Почти все решили, что он просто шутит».

Никто не ответил, и Рэй повторил вопрос:

— Так какой, по-вашему, у меня бизнес? Студенты снова рассмеялись, и наконец один из тех, что посмелее, подал голос:

— Рэй, кто же не знает, что ваш бизнес — гамбургеры? Рэй усмехнулся.

— Приблизительно такого ответа я и ожидал. — Он немного помолчал и добавил: — Дамы и господа, мой бизнес — это не гамбургеры. Мой бизнес — недвижимость.

Кит рассказывает, как долго Рэй объяснял свою точ­ку зрения. Он прекрасно знал, что основная цель его бизнес-плана — продажа франшиз «Макдональдса» (права предоставлять услуги этого известного ресто­рана быстрого питания), но он никогда не забывал, где именно находится каждая торговая точка. Он знал, что недвижимость и ее местоположение — определяющий фактор успеха каждого ресторана.

Сегодня компания «Макдональдс» — крупнейший владелец недвижимости в мире, которому принадлежит даже больше недвижимости, чем католической церкви. В собственности этой компании — многие из самых ценных перекрестков и уличных поворотов в Америке, а также в других странах мира.

Кит говорит, что это было одним из важнейших уроков в его жизни. Сегодня Киту принадлежит сто автомобильных моек, но его бизнес — это недвижи­мость, которая скрывается за этими мойками.

В конце предыдущей главы вы видели схемы, кото­рые показывают, что большинство людей работают на кого угодно, кроме себя. В первую очередь они рабо­тают на владельцев компании, потом — на государ­ство, которое берет с них налоги, и наконец на банк, который снимает с них проценты за закладную.

Когда я был маленьким, у нас не было «Макдональ­дсов». Но мой богатый папа дал нам с Майком тот же урок, какой преподал Рэй Крок студентам Техасского университета. Это третий секрет богатых людей.

Его можно сформулировать так: «Имей свой биз­нес». Финансовые проблемы часто являются прямым следствием того, что люди всю жизнь работают на кого-то другого, и у многих после всех лет работы не остается практически ничего.

И снова картинка стоит тысячи слов. Вот схема, на которой наглядно представлен совет Рэя Крока (см. рисунок на стр. 116).

Современная образовательная система направ­лена на то, чтобы наша молодежь овладела научными знаниями и получила хорошую работу. Их жизнь бу­дет вращаться вокруг заработной платы, или колонки доходов, как уже было описано выше. После того как они овладеют научными знаниями, они отправятся в высшие учебные заведения и освоят профессию инже­нера, ученого, повара, полицейского, художника, писателя и т.п.


Эти профессиональные навыки сделают их частью рабочей силы страны, которая работает за деньги.

Ваша профессия и ваш бизнес — совершенно раз­ные вещи. Я часто спрашиваю людей: «Какой у вас бизнес?» Они отвечают: «Банковский». Я спрашиваю: «У вас есть собственный банк?» А они обычно отвеча­ют: «Нет, я там работаю».

В этом случае люди путают профессию с бизнесом. По профессии они могут быть банковскими служащи­ми, но им все-таки нужно иметь собственное дело. Рэй Крок совершенно четко разделял свою профессию и бизнес. Профессия у него всегда оставалась одной и той же. Он был торговцем. Когда-то он продавал мик­серы для молочных коктейлей, затем перешел на рестораны. Но, хотя его профессией оставалась торговля, его бизнесом было приобретение приносящей доход не­движимости.

Проблема с образованием заключается в том, что вы часто приобретаете ту профессию, которую изучае­те. То есть если вы изучаете, скажем, кулинарию, вы становитесь поваром. Если вы изучаете право, вам до­рога в адвокаты, а автодело неизбежно превращает вас в механика. К сожалению, слишком многие люди за­бывают о том, что нужно иметь свой собственный биз­нес. Они всю жизнь работают на кого-то другого и помогают ему делать деньги.

Чтобы упрочить свое финансовое положение, чело­веку нужно иметь собственное дело. Ваш бизнес свя­зан с колонкой активов, а не с колонкой доходов. Как упоминалось раньше, правило номер один — знать раз­ницу между активом и пассивом и приобретать акти­вы. Богатые люди сосредоточиваются на колонке ак­тивов, в то время как все остальные интересуются только колонкой доходов.

Вот поэтому мы так часто слышим: «Мне нужно по­лучать больше денег» или «Вот бы добиться повыше­ния по службе!», «Придется работать сверхурочно» или «Может, стоит пойти на вторую работу», «Нужно по­вышать квалификацию и искать работу получше» или «Я ухожу через две недели, потому что нашел место, где больше платят».

Многим эти фразы могут показаться вполне разум­ными. И все же, если прислушаться к словам Рэя Крока, у тех, кто так говорит, нет собственного дела. Все эти идеи сосредоточены на колонке доходов и помо­гут человеку улучшить свое финансовое состояние лишь в том случае, если дополнительные деньги пой­дут на покупку активов, приносящих доход. Основная причина, по которой большая часть пред­ставителей бедного и среднего класса консервативны в финансовом смысле (то есть говорят: «Я не могу по­зволить себе рисковать»), — то, что у них нет финан­совой базы. Они вынуждены цепляться за свою работу и избегать рискованных ситуаций.

Когда в моду вошли массовые сокращения, милли­оны работающих людей обнаружили, что их так назы­ваемое главное капиталовложение, то есть дом, — их погибель. Это «капиталовложение» каждый месяц тре­бует новых затрат. С машиной, еще одним «капитало­вложением», та же история. За клюшки для гольфа, ко­торые когда-то стоили тысячу долларов, никто уже столько не даст. Без стабильной работы людям боль­ше не на что опереться. То, что они считали удачным вложением капитала, не помогает во время финансо­вого кризиса.

Я думаю, большинству из нас доводилось писать заявление на получение кредита в банке на покупку дома или машины. Всегда очень интересно, что пишут в разделе «Стоимость имущества за вычетом обяза­тельств». Это позволяет увидеть, что банковские слу­жащие и бухгалтеры считают активами.

Однажды я хотел получить ссуду, но мое финансо­вое положение выглядело недостаточно внушительно. Тогда я добавил в колонку активов свои новые клюш­ки для гольфа, коллекцию произведений искусства, книги, стереосистему, телевизор, костюмы от Армани, наручные часы, туфли и другие предметы личного пользования. Ссуды мне, правда, все-таки не дали, по­тому что... у меня оказалось слишком много денег, вложенных в недвижимость. Комиссии не понравилось, что мои многоквартирные дома приносят мне такой большой доход. Они хотели знать, почему у меня нет нормальной работы и жалованья. Костюмы, клюшки для гольфа и произведения искусства не вызвали у них никакого возмущения. Да, иногда тем, кто не соответ­ствует «стандарту», приходится нелегко.

Я ёжусь каждый раз, когда слышу от кого-то: «Мое имущество стоит миллион долларов, или сто тысяч, или сколько-то там еще». Одна из основных причин, по ко­торой указанная цифра неточна, — это то, что, как только вы начнете продавать свои капиталовложения, вы должны будете заплатить налоги.

Поэтому многие люди, у которых уменьшается до­ход, оказываются в тяжелейшем финансовом положе­нии. Чтобы иметь наличные деньги, они продают свои капиталовложения. Но, во-первых, личное имущество чаще всего можно продать лишь за часть того, что за­писывается в балансовом отчете. Если же им и удается продать их выгодно, эта прибыль облагается налогом. Государство забирает эту часть денег, и человеку труд­нее вернуть свои долги. Поэтому я часто говорю: цена вашего «ценного» имущества куда меньше, чем вы ду­маете.

Начните свое собственное дело. Не обязательно бро­сать свою теперешнюю работу. Просто начните поку­пать настоящие активы, а не пассивы или личное иму­щество, которое обесценивается, когда вы приносите его к себе домой. Новая машина теряет в цене почти 25%, когда вы уводите ее со стоянки. Это нельзя счи­тать капиталовложением, даже если банк другого мне­ния. Мой новый титановый двигатель за четыреста дол­ларов упал в цене до ста пятидесяти, как только я тронулся с места.

Если вы взрослый человек, не увеличивайте сво­их расходов, уменьшите пассивы и старательно стройте фундамент из настоящих активов. Если вы молоды и еще живете у родителей, хорошо, если они научат вас, как отличать актив от пассива. Можно начинать строить колонку активов еще до того, как дети уйдут из дома, женятся, купят дом, заведут сво­их детей и намертво завязнут в долгах. Слишком много молодых пар, начиная работать, оказывают­ся практически в безвыходном положении на всю жизнь.

Многие родители, когда их дом покидает последний ребенок, понимают, что недостаточно хорошо подго­товились к пенсионному возрасту, и начинают откла­дывать деньги. Потом начинают болеть их собствен­ные родители, и у них появляются новые расходы.

Так какие активы я советую покупать вам или ва­шим детям? В мире, где я живу, настоящие активы де­лятся на несколько категорий:

1. Бизнес, который не требует присутствия владель­ца. Он принадлежит мне, но управляется други­ми людьми. Если я вынужден там работать, это уже не бизнес. Это моя работа.

2. Акции.

3. Облигации.

4. Взаимные фонды.

5. Недвижимость, приносящая доход.

6. Долговые расписки и векселя.

7. Гонорары за интеллектуальную собственность: музыку, сценарии, патенты.

8. Любая другая собственность, которая имеет цен­ность, приносит доход или растет в цене и легко продается.

Когда я был маленьким, мой образованный отец со­ветовал мне найти стабильную работу. Богатый же отец, с другой стороны, советовал начать приобретать активы, которые мне нравятся. «Ты не будешь делать того, чего не любишь». Я покупаю недвижимость про­сто потому, что мне нравятся здания и земля. Я обо­жаю искать и выбирать недвижимость. Я мог бы зани­маться этим день и ночь напролет. Если возникают проблемы, они не настолько существенны, чтобы по­колебать мою любовь к недвижимости. Если вы не ис­пытываете теплых чувств к недвижимости, вам не сле­дует ею заниматься.

Мне очень нравятся акции малых, особенно начи­нающих, компаний. Дело в том, что в душе я пред­приниматель, а не член корпорации. Мне доводилось работать в крупных компаниях, например, «Standard Oil» в Калифорнии, корпорации «Xerox», а также в такой солидной организации, как армия. Мне это нра­вилось, и я с удовольствием вспоминаю то время. Но в глубине души я знаю, что не люблю больших компаний. Мне нравится начинать бизнес, а не управлять им. Поэтому чаще всего я покупаю акции маленьких компаний, а иногда даже сам основываю их. Здесь можно заработать целое состояние, и я очень люблю эту игру. Многие люди боятся такого рода риска. Это действительно рискованно. Но риск уменьшается, если вам нравится то, во что вы вкладываете деньги, если понимаете, что делаете. Моя инвестиционная стратегия с мелкими компаниями — в течение года ис­черпать все средства. Когда же я имею дело с недви­жимостью, то начинаю с маленьких сумм и продол­жаю постепенно увеличивать их, меняя дешевые здания на более дорогие, а значит, откладывая необ­ходимость платить налоги за прибыль. Это позволя­ет прибыли резко увеличиваться. Обычно я владею какой-то недвижимостью не более семи лет.

Многие годы, даже пока я служил в армии или ра ботал в «Xerox», я следовал советам своего богатого папы. Я не оставлял работы, но имел и свой собствен­ный бизнес. Я, так сказать, активно действовал в ко­лонке активов. Я торговал недвижимостью и мелкими акциями. Богатый папа всегда подчеркивал, как важ­но быть финансово грамотным. Чем лучше я понимаю бухгалтерское дело и финансовые тонкости, тем луч­ше могу анализировать инвестиции, а в конце концов буду иметь возможность создать свою собственную компанию.

Я бы не советовал никому основывать компанию, если вы этого не хотите. Зная то, что я об этом знаю, я бы не пожелал этого вообще никому! Бывает, что че­ловек не может найти работу. Тогда собственная ком­пания становится дня него единственным выходом. Но шансы на успех очень малы. Девять из десяти компа­ний в течение пяти лет разваливаются. Из тех, кто вы­живает после первых пяти лет, девять из десяти тоже оказываются банкротами. Так что я могу посоветовать вам это лишь в том случае, если вы действительно ре­шили владеть своей компанией. В противном же слу­чае лучше не оставлять работу и в то же время иметь свое дело.

Когда я говорю о своем деле, я имею в виду под­держание и увеличение колонки активов. Если дол­лар туда попал, никогда не позволяйте ему уйти. Счи­тайте его своим работником. Лучшее достоинство денег — то, что они работают на вас двадцать четыре часа в сутки в течение поколений. Работайте как обыч­но, и даже усердно, но не забывайте про свою колон­ку активов.

По мере роста притока денег вы сможете позволить себе приобрести какие-то предметы роскоши. Бога­тые люди (и это очень важное отличие) покупают их в последнюю очередь, а бедный и средний класс — обычно в первую. Они покупают большие дома, брил­лианты, меха, яхты, потому что хотят выглядеть бога­тыми. Они этого добиваются, но на самом деле оказы­ваются в долгах. Богатые же сначала создают прочную колонку активов. Потом доход, который поступает из этой колонки, позволяет им покупать предметы рос­коши. Представители бедного и среднего класса по­купают это своим собственным потом и кровью, а также за счет наследства, которое они могли бы оста­вить детям.

Истинная роскошь — это награда за то, что вы вло­жили деньги в настоящий актив и приумножили его. Например, когда мы с женой получили лишние деньги от наших многоквартирных домов, она пошла и купи­ла себе «Мерседес». Это не потребовало лишних уси­лий или риска, потому что деньги «дал» многоквар­тирный дом. Конечно, ей пришлось подождать четыре года, пока ее инвестиции в недвижимость выросли и начали приносить доход. Но этот предмет роскоши стал действительно наградой, потому что она доказа­ла, что знает, как увеличить колонку активов. Теперь эта машина для нее значит больше, чем просто краси­вая игрушка. Это символ умелого использования фи­нансовой смекалки.

Большинство же людей под воздействием импуль­са покупают новый автомобиль или еще какой-то предмет роскоши в кредит. Возможно, им просто скуч­но и нужна новая игрушка. Покупка в кредит часто вызывает в человеке неприязнь к этому предмету рос­коши, потому что долг становится финансово обре­менительным.

Теперь, когда вы не поленились сделать инвестиции и завести собственное дело, вы готовы применить еще один волшебный рецепт — самый большой секрет бо­гатых. Именно благодаря этому секрету богатые на­столько богаты. Это награда, которая ждет вас в кон­це пути, после того как вы тщательно и терпеливо выстроите свой собственный бизнес.
Урок четвертый:

Как появились налоги и в чем преимущество корпораций?

Глава 5


Помню, как в школе мне рассказывали о Робине Гуде и его веселых товарищах. Учитель считал, что это замечательная история о романтическом герое вроде Кевина Костнера, который забирал деньги у богатых и раздавал их бедным. Мой богатый папа считал Ро­бина Гуда не героем, а разбойником.

Пусть Робина Гуда уже давно пег, но его последова­тели живы. Я очень часто слышу от других: «Почему бы богатым за это не заплатить?» или «Богатые должны пла­тить больше налогов, чтобы они доставались бедным».

Эта «робингудовская» идея забирать деньги у бога­тых и отдавать их бедным стала причиной наиболь­ших проблем для бедняков и среднего класса. Идеалы Робина Гуда — это та причина, по которой средний класс так страдает от налогового бремени. В действи­тельности налоги взимают не с богатых. Это средний класс платит за бедных, особенно образованная вер­хушка среднего класса.

Чтобы лучше понять этот механизм, нам опять-таки стоит рассмотреть все в исторической перспективе. Вспомним историю налогов. Мой высокообразован­ный отец был специалистом по истории образования, а богатый папа — по истории налогов.

Богатый папа объяснил нам с Майком, что изначаль­но в Англии и Америке не было налогов. Иногда про­водились временные сборы, чтобы оплатить войны. Ко­роль или президент обращался ко всем и просил внести свою лепту. С 1799 по 1816 год в Великобритании суще­ствовали налоги для войны с Наполеоном, а в Амери­ке — для Гражданской войны 1861 — 1865 годов.

В 1874 году Англия ввела постоянные налоги. В 1913 году в Америке приняли 16-ю поправку к Конституции, согласно которой подоходный налог стал постоянным. Когда-то американцы были настроены против налогов. Именно большой налог на чай привел к знаменитому инциденту с чаем в бостонской гавани, который стал одной из причин Войны за независимость.* Как Англии, так и Соединенным Штатам потребовалось около пя­тидесяти лет, чтобы убедить граждан в необходимости введения постоянного подоходного налога.

Эти исторические даты, впрочем, не показывают, что оба налога изначально взимались только с богатых. Имен­но на это хотел обратить наше внимание богатый папа. Он объяснил, что идея налогов стала популярной и была принята народом, потому что беднякам и среднему классу говорили: налоги создаются только для наказания бога­тых. Вот поэтому народ проголосовал за этот закон и сде­лал его конституционным. Хотя закон должен был быть направлен против богатых, в действительности он направ­лен против тех самых людей, которые за него проголосо­вали: бедных и представителей среднего класса.

— Когда государство начало получать деньги, его аппетиты возросли, — сказал богатый папа. — Мы с твоим отцом — полные противоположности. Он — государственный бюрократ, а я — капиталист. Мы получаем деньги и преуспеваем за счет противополож­ных линий поведения. Он получает деньги за то, что тратит деньги и нанимает новых людей. Чем больше он тратит и чем больше людей нанимает, тем крупнее делается его организация.

* Имеется ввиду так называемое «бостонское чаепитие» — эпи­зод борьбы английских колоний в Северной Америке за независи­мость. В знак протеста против беспошлинного ввоза англичанами чая в Северную Америку, что подрывало экономику колоний, в де­кабре 1773 года колонисты проникли на английские корабли в Бо­стонском порту и выбросили в море партию чая. — Прим. первя.

В государстве устроено так: чем крупнее его организация, тем большим он пользу­ется уважением. В моей же организации инвесторы ува­жают меня тем более, чем меньше людей я нанимаю и чем меньше денег я трачу. Вот почему я не люблю го­сударственных чиновников. Их цели совершенно от­личаются от целей большинства деловых людей. По мере роста государству требуются все новые и новые деньги, которые мы предоставляем в виде налогов.

Мой образованный отец искренне верил, что госу­дарство должно помогать людям. Он очень любил Джо­на Кеннеди и особенно его идею «Корпуса мира» (орга­низации, посылавшей американских добровольцев на работу в развивающиеся страны). Ему настолько нра­вилась эта идея, что он вместе с мамой вступил в «Кор­пус мира» и готовил добровольцев в Малайзию, Таи­ланд и Филиппины. Он всегда стремился получить для бюджета дополнительные гранты и средства, чтобы на­нять больше людей — как в отделе образования, так и в «Корпусе мира». В этом заключалась его работа.

Лет с десяти я начал слышать от богатого папы, что государственные чиновники — это ленивые воры, а от бедного, что богатые — это жадные мошенники, ко­торых нужно заставить платить больше налогов. В чем-то правы оба. Трудно было работать на одного из круп­нейших капиталистов города, а вечером возвращаться к отцу — общественному деятелю. Кому было верить?

И все-таки, если изучить историю налогов, просматри­вается интересная тенденция. Как я уже говорил, закон о налогах был принят только потому, что массы верили в «робингудовскую» теорию экономики: нужно забрать все у богатых и раздать это остальным. Но проблема оказа­лась в том, что аппетиты государства настолько возросли, что налоги вскоре пришлось взимать и со среднего класса, и по сей день эта граница все опускается. Богатые же, с другой стороны, тут же увидели для себя новые возможности. Они не играют по тем же пра­вилам. Как было сказано, богатые уже умели создавать корпорации. Эта форма собственности стала популяр­ной во время развития флота. Богатые люди создавали корпорации, чтобы уменьшить риск потери капиталов­ложений при каждом путешествии. Они объединяли свои деньги в корпорацию, чтобы финансировать пу­тешествие. Затем корпорация нанимала команду, ко­торая отправлялась в Новый Свет за сокровищами. Если корабль пропадал, команда гибла вместе с ним, а богатые теряли только деньги, которые они вложили в это конкретное плавание. На следующей схеме пока­зано, как корпорация выходит за рамки финансового отчета отдельного человека.

Именно знание юридических положительных сто­рон идеи корпорации дает богатым такое преимуще­ство перед бедными и средним классом. Меня воспи­тывали два отца: социалист и капиталист, — и я быстро понял, что философия капиталиста более разумна в фи­нансовом смысле. Я решил, что социалисты в конце концов сами себя наказывают, поскольку им не хвата­ет финансового образования. Что бы ни придумывали те, кто кричит: «Заберем всё у богатых!», богатые все­гда найдут способ их перехитрить. Вот поэтому налоги в конце концов распространились на средний класс. Богатые перехитрили интеллектуалов просто благода­ря знаниям о деньгах, которых не дают в школе.

Как же богачам удалось всех перехитрить? Когда был принят налог «Заберем всё у богатых!», в закро­ма государства потекли деньги. Сначала все были до­вольны. Деньги поступали государственным служа­щим и богачам. Служащие получали их в виде зарплат и пенсий, а богатые — через свои заводы и фабрики благодаря государственным контрактам. Государство стало владельцем большого количества денег, но воз­никли проблемы с фискальным управлением этими средствами. Оборот практически остановился. Дру­гими словами, государственная политика с точки зре­ния чиновника — избежать излишков денег. Если вам не удалось потратить отведенные вам средства, в сле­дующем бюджете вам может их и не достаться. И уж конечно, никто не похвалит вас за экономию. Бизнес­мены же, с другой стороны, радуются, когда у них по­является лишняя прибыль и работа производится бо­лее эффективно.

Государство тратило все больше, потребность в деньгах возрастала, и идея «Заберем всё у богатых!» начала распространяться на слои общества с более низким доходом, пока не дошла до тех, кто когда-то за нее проголосовал: бедных и среднего класса.

Настоящие капиталисты просто использовали свои финансовые знания и нашли выход. Они вернулись под защиту корпорации. Корпорация предназначена для защиты интересов богатых. Но многим людям, нико­гда не участвовавшим в создании корпорации, неизвест­но, что корпорация — это на самом деле, несуществую­щее явление. Это просто папка с несколькими бумагами, которая лежит в офисе какого-нибудь юриста, зареги­стрированная государственным агентством. Это не большое здание с вывеской, на которой написано на­звание корпорации. Это не фабрика и не группа лю­дей. Это всего лишь юридический документ, согласно которому создается юридическое тело без души. Как только были приняты законы о постоянном подоходном налоге, создание корпораций снова стало попу­лярным, потому-что с дохода корпораций взимается меньше налогов, чем с доходов отдельных людей. Кро­ме того, как уже говорилось выше, некоторые расходы можно оплачивать внутри корпорации еще до уплаты налогов. Богатые опять остались в выигрыше.

Эта война между имущими и неимущими продол­жается уже сотни лет. Толпа, кричащая «Заберем всё у богатых!», борется с богачами. Война идет каждый раз, когда создаются новые законы, итак будет вечно. Про­блема в том, что проигрывают всегда те, кто не имеет информации. Те, кто каждый день встает и идет на ра­боту, а потом платит налоги. Если бы они понимали, по каким правилам играют богатые, они тоже могли бы так играть. Тогда им удалось бы достичь финансо­вой независимости. Вот почему я каждый раз морщусь, если мне доводится слышать, как родители советуют детям учиться в школе, чтобы найти хорошую, стабильную работу. У служащего со стабильной работой и пол­ным отсутствием финансовой смекалки нет никакого выхода из порочного круга.

Сегодня средний американец работает на государ­ство пять — шесть месяцев, чтобы покрыть все налоги. Я считаю, что это очень большой срок. Чем усерднее человек трудится, тем больше он платит государству. Вот почему я считаю, что идея «Заберем всё у богатых!» обернулась против тех самых людей, которые за нее когда-то проголосовали.

Каждый раз, когда люди пытаются наказать бога­тых, те не подчиняются, а реагируют. У них есть и день­ги, и власть, и желание что-то изменить. Они не сидят сложа руки и не платят новые налоги добровольно. Они ищут способы свести уплату налогов к минимуму. Они нанимают хороших юристов и бухгалтеров, убеждают политиков изменять законы или создавать в них ла­зейки. У них есть на это средства.

Налоговый кодекс США позволяет экономить на налогах и другими способами. Почти все они доступ­ны любому человеку, но обычно ими интересуются только богатые, потому что имеют собственный биз­нес. Например, есть так называемый «раздел 1031» — раздел Кодекса о внутренних доходах, который позво­ляет продавцу отложить уплату налогов с прибыли от продажи недвижимости, которая меняется на более дорогую недвижимость. Торговля недвижимостью — один из способов, дающих большое преимущество при уплате налогов. Пока вы меняете недвижимость на более дорогую, с вашей прибыли не будут взиматься налоги. Люди, которые не используют легальных спо­собов уменьшить налоговое бремя, упускают большую возможность увеличить свою колонку активов.

У бедных и представителей среднего класса нет таких ресурсов. Они сидят и позволяют государству вставлять себе в вену иглу и высасывать всю кровь. Сегодня я постоянно сталкиваюсь с огромным коли­чеством людей, которые платят больше налогов про­сто потому, что боятся государства. Я знаю, как угро­жающе может вести себя государственный сборщик налогов. У некоторых из моих друзей закрыли ком­пании, хотя впоследствии обнаружилось, что это было сделано по ошибке. Я все это понимаю. Но работа на государство с января по середину мая — слишком вы­сокая цена за этот страх. Мой бедный отец никогда не восставал против этой ситуации. Богатый папа тоже этого не делал. Он просто играл в эту игру ум­нее, используя корпорации — самый главный козырь богатых.

Вспомните первый урок, который я получил от бо­гатого папы. Мне, девятилетнему мальчишке, при­шлось сидеть и дожидаться, пока он соизволит пого­ворить со мной. Я часто сидел так в его офисе и ждал, когда он «снизойдет» до меня. Он игнорировал меня не зря. Он хотел, чтобы я понял, что он обладает влас­тью, и сам захотел иметь такую же власть в будущем. Все годы, когда я учился у него, он напоминал мне, что знание — это сила. Деньги дают огромную силу, а удер­жать и приумножить ее можно только с помощью нуж­ного знания. Без этого знания мир просто играет вами как футбольным мячом. Богатый папа не уставал го­ворить нам с Майком, что наш главный враг — не хо­зяин и не начальник, а налоговый инспектор. Налого­вый инспектор всегда готов взять с вас больше, если вы ему это позволите.

Чтобы заставить деньги работать на себя, а не ра­ботать за них, прежде всего вы должны понять, кому принадлежит власть. Если вы работаете за деньги, вы отдаете власть работодателю. Если ваши деньги рабо­тают на вас, власть принадлежит вам.

Когда мы с Майком усвоили эту идею, богатый папа сказал нам, что мы должны иметь финансовые знания и не позволять другим помыкать собой. Нужно знать за­коны и всю систему функционирования денег. Несведу­щими людьми легко помыкать. А если вы знаете, о чем говорите, у вас есть шанс на успех. Вот почему он столько платил хорошим налоговым бухгалтерам и юристам. Это все равно дешевле, чем платить государству. Его лучшим уроком для меня стало следующее изречение: «Будь ум­нее, и тобой не будут помыкать». Он знал закон, потому что был законопослушным гражданином. Он знал закон, потому что его незнание обошлось бы ему слишком до­рого. «Если ты знаешь, что ты прав, ты не боишься дать отпор». Даже если ты выступаешь против Робина Гуда и его веселых разбойников.

Мой высокообразованный отец всегда советовал мне найти хорошее место в престижной корпорации. Он го­ворил о том, как хорошо «подниматься по служебной лестнице». Но он не понимал, что если я буду полагать­ся только на зарплату в корпорации, я стану всего лишь коровой, послушно позволяющий себя доить.

Когда я рассказал об этом совете своему богатому папе, тот хмыкнул и сказал только одно: «А почему бы не владеть этой лестницей?»

В детстве я не понимал, что имел в виду богатый папа, говоря, что корпорация должна принадлежать мне са­мому. Эта идея казалась совершенно невозможной и даже пугающей. Хотя меня она привлекала, но ребенку трудно представить себе, что однажды он будет владеть компанией и на него будут работать взрослые.

Дело в том, что если бы не богатый папа, я бы на­верняка последовал совету образованного. Если бы богатый папа не напоминал мне изредка об этой идее владения собственной корпорацией, я пошел бы по дру­гому пути. Но к пятнадцати — шестнадцати годам я уже знал, что не собираюсь идти по пути, который указы­вал мне образованный отец. Я еще не знал, что именно собираюсь делать, но был твердо настроен двигаться не в том направлении, в котором двигалось большин­ство моих одноклассников. Это решение изменило мою жизнь.

Только между двадцатью и тридцатью годами я на­чал по-настоящему понимать, что советует богатый папа. Я как раз закончил службу в армии и устроился на работу в компанию «Xerox». Я зарабатывал много денег, но каждый раз; взглянув на чек с зарплатой, чув­ствовал разочарование. Отчислений было очень мно­го, и чем больше я работал, тем быстрее они увеличи­вались. Постепенно начальники стали говорить о повышении в должности или надбавке к зарплате. Мне было лестно это слышать, но в голове постоянно раз­давался голос богатого папы: «На кого ты работаешь? Кого ты делаешь богатым?»

В 1974 году, все еще работая в «Xerox», я создал свою первую корпорацию и начал «собственное дело». В моей колонке активов уже было несколько пунктов, и теперь я намерился увеличить их количество. Эти от­числения из зарплаты действительно подтверждали, что все эти годы мой богатый папа говорил чистую правду. Я видел, что меня ждет, если я последую сове­ту образованного отца.

Многие работодатели считают, что советовать ра­ботникам Иметь собственный бизнес повредит их делу. Конечно, в некоторых случаях это совершенно спра­ведливо. Но когда я сосредоточился на своем собствен­ном деле и стал покупать активы, я начал работать еще лучше. Теперь у меня появилась цель. Я рано прихо­дил и усердно трудился, стараясь накопить как можно больше денег, чтобы начать вкладывать их в недвижи­мость. На Гавайях как раз начался бум, а значит, мож­но было сделать целое состояние. Чем лучше я это по­нимал, тем больше копировальных машин я продавал. Чем больше я их продавал, тем больше я зарабатывал и, конечно, тем больше вычитали из моей зарплаты. Это меня вдохновляло. Я так хотел вырваться из этой ловушки, что работал еще усерднее. К 1978 году я проч­но вошел в первую пятерку торговых агентов компа­нии и не раз занимал среди них первое место. Я мечтал вырваться с дорожки для «крысиных бегав».

Менее чем через три года я зарабатывал в своей соб­ственной маленькой корпорации, которая специализи­ровалась на недвижимости, больше, чем в «Xerox». A деньги, которые появлялись в колонке активов, из моей собственной корпорации, — это был результат рабо­ты денег на меня. Это не я стучал в двери и предлагал копировальные аппараты. Совет богатого папы на практике оказался еще разумнее. Вскоре приток денег от моей собственности настолько возрос, что это по­зволило мне купить первый «Порше». Коллеги из «Xerox» решили, что я трачу свою зарплату. Но это было не так. Моя зарплата уходила на активы.

Мои деньги продолжали усердно работать на меня. Каждый доллар в колонке активов стал работником, который стремился увеличить число «работников» и купить хозяину новый «Порше» на доллары, которые не облагаются налогами. Я начал работать на «Xerox» еще старательнее. План действовал, а моя новая ма­шина стала тому подтверждением.

С помощью уроков богатого папы я смог выйти с пресловутой дорожки для «крысиных бегов» не слишком поздно. Я смог сделать это благодаря прочным финансовым знаниям, полученным из этих уроков. Без этих знаний, которые я называю финансовым IQ, дорога к финансовой независимости была бы гораз­до сложнее. Теперь я учу других на семинарах в на­дежде, что смогу поделиться с ними этим знанием. Я не устаю напоминать им, что финансовый IQ — это совокупность знаний, относящихся к самым различ­ным сферам деятельности.




Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет