Датировка Зодиака в поэме «Фиваида» Публия Папиния Стация



жүктеу 0.73 Mb.
бет4/5
Дата12.04.2019
өлшемі0.73 Mb.
түріКнига
1   2   3   4   5

Книга девятая.
В приведённых ниже поэтических фрагментах присутствуют фразы важные для описания Зодиака с датой, записанного в поэме «Фиваида», в которых:

Во-первых, главной темой этой книги является сражение у Фив, в реке Исмен и на её берегах. Упоминается бог Марс, богиня Беллона, Гиппомедонт - один из вождей штурмующих Фивы, оружие, доспехи (панцирь), щиты, шеломы.

Во-вторых, в этих же поэтических фрагментах, Стаций помещает фразы, логически связанные с войсками и сражением у Фив, в которых упоминается река Исмен протекающая через Фивы, божество которой принимает участие в сражении с Гиппомедонтом.

В-третьих, упоминается богиня Диана («Дева, Владычица рощ», «Тривия», «Диктина», «Латония»), её верная спутница Аталанта («грозная мать рассылателя стрел — младого Тегейца») и её сын Партенопей.

В-четвёртых, в этих же поэтических фрагментах, Стаций помещает фразы, логически связанные с Дианой и Аталантой, в которых упоминаются лук, стрелы и колчан (тул).
«Вышли к реке: в тот день по руслу полней, чем обычно

(знаменье бедствий!), Исмен катил водяную громаду.

Здесь — передышка на миг: рать робкая в беге усталом

с поля к потоку влеклась,— пред мужами чуждая битвам

гладь замерла и ярким зажглась отраженьем оружья.

230 Валится в воду толпа, осыпается с шумом великим



круча, и скрылись в пыли берега стороны супротивной.

Следом и Гиппомедонт огромным прыжком во враждебный

прянул поток па смятенных, совсем ослабив поводья,

в полном доспехе, и лишь в зелёную вбитые непашь

дроты на время стволу тополиному препоручает.

Духом упав, отдают одни добровольно оружье

жадной волне, другие шелом погружают и — сколько

сдерживать чаемый вдох под водой удается — позорно

прячутся; многие вплавь поток одолеть устремились,

240 только и поножи плыть не дают, и противится сбоку



перевязь, и в глубину увлекает панцырь промокший.



Так и герой разгонял метавшихся в водах потока,



шуйцей держа удила, десницей — оружье, а греблей

250 ног — помогая коню, у кого привыкшие к полю



легкие плыли, ища земли уходящей, копыта.

Хромий — Иона, его — Антифон, Гипсей — Антифона,

тот же Гипсей — Астиага сразил, и Лина сразил бы

близко от берега, но — рок не дал, заранее пряжей

смерть на земле назначив ему. Рать Фив утесняет

Гиппомедонт, асопов Гипсей отгоняет данайцев.

Оба потоку страшны, глубь оба красят густою

кровью, и ни одному из реки не судьба возвратиться.

Вот уж влекутся ко дну, крутясь, безобразные трупы,

260 и возвращаются к ним отсеченные длани и лица;



поверху тащит река щиты, и стрелы, и луки,

и оперенный шишак не дает погрузиться шеломам.

Всюду поверхность воды плывущим оружьем покрылась,

дно — мужами,— и там тела с погибелью спорят:

выдохнуть жизнь поток не дает, устремившийся в горло.



Слава богам, что в быстрый поток рукою кровавой



свергла Беллона войну: увлекает родимой пучиной

трусов вода,—и роптать одинокою тенью не будет

непогребенный Тидей близ ваших костров погребальных;

300 станете все вы морским чудовищам страшною пищей,



он же, несомый землей, такою же станет землею».



Что ж, а теперь и о том, чей труд в надувшихся водах



Гиппомедонта сломил, почему Исмен, разъярившись,

в битву вступил,— дозвольте узнать, премудрые сестры:

вы возвращаетесь вспять и доносите древних преданья.



Вся река — сражений черед, и все извергают



струи — злодейство, поверх и в глубинах воды убиенных

мечутся души, сводя туманами с берегом берег.



Именно так Тевмесский поток морскими волнами



Гиппомедонта разит, но тот выставляет навершье

слева, и пенистый вал через щит в пыланье зловещем

перелетает, ярясь, и, разбившись, отходит обратно.

Силы собрав, устремляется вновь и, громадою водной

не ограничась, несет берега размытые вместе

с чащей кустов, и стволы вековые, и крутит каменья,

вырвав со дна. Борьба неравна меж потоком и мужем,

470 но — к стыду божества — муж тыла не кажет, угрозы



не сокрушают его, и он во встречные волны

входит и выставленным щитом отражает перуны.



Вот уже грудь, вот шею вождя заливают потоки



мощные,— и, наконец побежденный, последнее слово

выкрикнул он: «О Марс, о позор, ужель ты утопишь

душу такую? И я в болоте и водах застойных

сгину, словно пастух, сметенный коварным потоком

вдруг накатившей реки? Ужели я столь недостоин

510 пасть от меча?».

570 А между тем смущенная сном, предвещающим горе,



грозная мать рассылателя стрел — младого Тегейца,

пряди волос распустив и — как полагалось — босая,

шла предрассветной порой к ледяному потоку Ладона,

чтобы живою водой очистить зловещую грезу.

Ибо в ночном забытьи, томимая гнетом заботы,

видела мать — и не раз — что в храме ею прибитый

падал доспех, и она меж гробниц незнакомых блуждала,

изгнанная из лесов народом дриад разъяренных.

Видела мать, как с войны отряд возвратился с триумфом,—

580 вооруженье, коня знакомого, спутников сына,



но — не его самого; и видела тул опустевший,

изображенье свое в огне и призрак знакомый.

Но исключительный страх последняя ночь предвещала

матери жалкой, ее до сердечных глубин растревожив.

Был в аркадских лесах плодородной прославленный мощью

дуб, который она посвятила Тривии, в рощах

выбрав средь многих дерев, и, преданно чтя его, богом

сделала: здесь оставляла свой лук, и усталые стрелы,

вепрей кривые клыки прибивала и полые шкуры

590 львов и оленьи рога, на лесную похожие чащу.



Ветви — почти не видны, настолько их загромождали

пашен дары, а зеленую тень блеск застил железный.

Мнилось ей, будто она с охоты в горах возвращалась

и эриманфской несла медведицы, ею добытой,

пасть,— вдруг видит: сей дуб, рассеченный огромною раной,

листья свои обронил, и лежат на земле, издыхая,

ветви в кровавой росе; а нимфа ей молвит, что в роще

сонм кровожадных менад и враждебный Лиэй бушевали.

Стонет она и в бесплотную грудь ударяет,— но очи

600 морок прервали ночной; вскочив с тревожного ложа,



хочет она одного, чтоб рыдания явью не стали.

Вот почему, в ток трижды власы погрузив и очистясь,

и утешающие в материнских тревожных заботах

речи присовокупив, к Дианы Воинственной храму

утренней мчится росой и знакомые с радостью видит

чащи лесные и дуб. Тогда, пред очи богини

став, обращается к ней — вотще! —с такими словами:

«Дева, Владычица рощ, чью грозную службу и знаки

небезопасные чту, свой немощный пол презирая,—

610 и не на греческий лад: ни племя живущих сурово



колхов не чтило тебя безупречнее, ни амазонки.

Если меня никогда не манили ни пляски, ни игры

буйных ночей и, даже на брак решась ненавистный,

ни оплетенных лозой не носила я тирсов, ни мягкой

пряжи, а с мужем сойдясь, не покинула сумрачной чащи,

и до сих пор — охотница я, и душою — безбрачна; —

я не стремилась свой грех сокрыть в потаенных пещерах,

по, показав младенца тебе, у твоих положила

ног, повинясь, дрожащий приплод, а он — благородной

620 крови — он к луку пополз моему нимало не медля,



дрот потребовал дать, как только словам научился; —

сына...—ведь мне по ночам тревожные сны угрожают —

сына, молю,—он ушел на войну, положившись чрезмерно,

горе, на дерзкий обет тебе — победителем в битве

дай мне узреть,—или просто узреть, коль это чрезмерно!

Дома оружьем твоим пусть бьется. Избавь от зловещих

снов, о богиня! Почто, дубравная Делия, в наших

рощах вражьи царят менады и боги фиванцев?

Горе мне! Но почему — пусть лживой пророчицей буду! —

630 но почему я считаю сей дуб великой приметой?



Если же бедственной мне сон верные шлет прорицапья,—

ради страданий моих материнских, Диктинна благая,

вещего брата почтив, пронзи злосчастное чрево

верной стрелой и дозволь, чтоб о гибели матери жалкой

первым сын услыхал!» — Промолвила и, разрыдавшись,

видит, что влажен и сам белокаменный образ Дианы.



Юноши гибель близка,— срок и сего не изменишь.



Чуждые обиняков прорицания брата неложны».—

«Да, но несчастному честь погребальную,— молвит смутившись,

Дева в ответ,— и утеху найти погибели горькой

должно,— так пусть возмездье падет на злодея, который

богопротивную длань осквернит неповинною кровью

отрока, пусть и мои возмогут свирепствовать стрелы!»



Жалость и скорбь наблюдавшей за ним Диане пронзили



сердце и, плача, она «Почто мне,— молвит,— богине

верной, почто мне искать для тебя избавленья от близкой

гибели? Разве не сам ты рвешься в сраженья, свирепый

и злополучный гонец? Увы, но незрелая доблесть

правит тобой, и зовет к отважной погибели слава.

Значит уже твоему беспокойному возрасту, мальчик,

Менала роща тесна и тропы меж логовищ зверя,—

720 те, что опасны тебе без матери, чей до сих пор ты,



дерзкий, не мог превзойти ни лук, ни охотничьи стрелы.



Но — да окажет ему последнюю почесть пред смертью —



в самую гущу боев идет, огражденная светлым

облаком; прежде всего похищает легкие стрелы

из-за спины храбреца и в колчан — небесные сыплет

730 жала, коих полет безошибочно жертву находит.



После его самого кропит амвросической влагой,

следом кропит и коня, чтобы тот из-за раны до срока

ноши не сверг, и священный напев с наговором мешает,

коему учит она колхидянок в тайных пещерах

ночью и дикие их наставляет разыскивать травы.

770 Верен каждый удар, ибо все божество опекает



стрелы, и нет для руки передышки: свист с первым сливает

посланный следом тростник. Кто может поверить, что это

лук — один, и одна свирепствует длань? То ударит

прямо, то в сторону ту, то в другую направит погибель,

то от напавших бежит, обернувшись единственно луком.



Тем исступленней с мечом обнаженным на Партенопея



мчит Амфион, но тогда Латония, на поле прянув,

к юноше стала лицом и его от врага заградила.



«Дай лишь его поразить, а о большем, Доркей мой вернейший,



я не прошу,— ибо дроты его моим не уступят,

схожи доспехи у нас и звенящие конские сбруи.

Сбрую себе я возьму, доспех над высоким порогом

Тривии вывешу, мать одарю захваченным тулом».

820 И улыбнулась в ответ Латония, слезы скрывая.



Так и в юноше вид неистовой мощи Дрианта

вызвал не ярость уже, но ужас — предвестника смерти.

Всё же оружье — к богам и Тривии тщетно взывая —

силится, бледный, поднять и целится луком безмолвным.

Он уж наставил стрелу и, между локтей изогнувшись,

свел наконечник и лук и коснулся груди тетивою.

Но аонийским вождем дрот скорый, запущенный мощно,

на супротивника мчит и гнутую скрепу певучей

рвет тетивы,— погибает удар, опускаются руки,

870 тщетная наземь стрела с распрямленного падает лука.»[4]


Проведённое исследование книги девятой поэмы «Фиваида» Публия Папиния Стация, с учётом Древнегреческой и Древнеримской мифологической и Зодиакальной символики, позволяет сделать предположение, что в ней могут быть записаны следующие астрономические составляющие Зодиака с датой. А именно, планета Марс может находиться в созвездии Водолей, Луна в созвездии Стрелец.
Учитывая проведённый анализ, окончательно можно предположить, что в книге девятой поэмы «Фиваида» записаны следующие астрономические составляющие Зодиака с датой, а именно. Планета Марс, символизируемая сражением на берегах и в реке Исмен протекающей через Фивы, может находиться в созвездии Водолей, символизируемом рекой Исмен и её божеством участвующем в сражении с Гиппомедонтом. Луна, символизируемая богиней Дианой, её спутницей Аталантой и её сыном Партенопеем, может находиться в созвездии Стрелец, символизируемом луком, стрелами и колчаном.
Книга десятая.
При исследовании книги десятой не выявлено фраз, содержащих астрономическую символику персонажей, необходимых для описания Зодиака с датой, записанного в поэме «Фиваида».
Книга одиннадцатая.
В приведённых ниже поэтических фрагментах присутствуют фразы важные для описания Зодиака с датой, записанного в поэме «Фиваида», в которых:

Во-первых, упоминается богини подземного царства мёртвых Тисифона и Мегера, а так же Тартар.

Во-вторых, в этих же поэтических фрагментах Стаций помещает фразы, логически связанные с описанной темой богини Тисифоны, в которых упоминаются братья Этеокл и Полиник, которых проклял на битву и смерть их отец Эдип. Кроме того богинь смерти в этой книги описано то же две Тисифона и Мегера и они сёстры. Мегера, стала подталкивать к братоубийственной схватке Полиника, а Тисифона Этеокла.

В-третьих, упоминается бог Юпитер («Громовержец», «всемогущий») и Этеокл царь Фив, диадема и скипетр – символы царской власти.

В-четвёртых, в этих же поэтических фрагментах, Стаций помещает фразы, логически связанные с богом Юпитером, в которых упоминается жертвенный бык («обетный бык»), рога.
«А властелинша злодейств Тисифона, обоих народов

кровью упившись, уже сраженье закончить стремится,

братьев сведя, но не верит, что ей толикая битва

60 может удасться одной, если с нею Мегера и змеи



единокровные в бой из бездн преисподней не выйдут.



Вышедшей длань оплетя, Тисифона суровая молвит:



«Вплоть до сих пор, о сестра, отца стигийского волю

грозную я выполнять могла, по приказу лютуя,

стоя одна на земле супротив враждебного мира;

вы же меж тем без труда элисийские тени смиряли.

80 Но оставаться внизу — позор да и труд невеликий.



То, что струятся поля и кровью застойною дышат,

то, что несметным толпам веселятся прибрежия Леты,-

это заслуга моя и удача моя. Но об этом

стоит ли? Сим пусть тешится Марс с Энио недалекой.

Видела ты — ибо он меж теней стигийских приметен —

мужа, чей кровью оскал осквернен, чьи черною жижей

влажны ланиты,— сей вождь ненасытный главу несчастливца

грыз, поднесенную мной. Или вспомни, как только что с неба

гром, прогремев, докатился до вас,— то меня сокрушала

90 буря священная, я в доспехах безумного мужа



силу богов осмеяла и гнев перуна великий.

Ныне же — не утаю, сестра — от долгих усилий

воля слабеет, рука закоснела; под небом подземный

тупится тис, и трудно дышать под звездами змеям.

А у тебя — и ярость цела, и грива ликует,

влагой Коцита свежа,— так соединим же усилья.

Мы не обычную брань и не мареовы войны готовим,—

братьев (и пусть восстают благотворная Вера и Правда

попусту!), братьев мечи для боя должны обнажиться.

100 Труд сей велик, но сами их гнев и распри оружье



сами направим. Итак, поспеши. Кого предпочтешь ты,—

выбери,— оба они — и готовы, и наши.

Тебе пусть изгой подчинится безбожный,



ты же в аргосцах раздуй нечестье, чтоб их не осилил

кроткий Адраст; и гляди: пусть лернейские люди не медлят.

Шествуй и вновь обратись, врагиня, к боям обоюдным!»

Так, разделясь, разошлись в противные стороны сестры.



Меж арголидских бойцов Эребом рожденная дева



рыщет уже по следам Полиника и вскоре находит

возле ворот: он не знал, сокрыться от бедствий толиких

смертью иль бегством, а взор блуждавший смущали предвестья.



Тирский правитель, спасен перуном, Юпитеру жертву



тщетно свершал, полагая, что днесь данайцы бессильны.

Но не эфирный отец и не боги иные, а злая

к тем алтарям подошла Тисифона и, меж трепетавших

став, их молитвенный пыл Громовержцу подземному слала:

210 «О всемогущий, тебе основаньем обязаны Фивы



(Аргос завидует пусть, и суровая злится Юнона)

с тех незапамятных пор, когда на прибрежье сидонском

ты в хороводы вступил, похититель, и нашу юницу

вез па спине и притворно мычал в волнах безмятежных.

И не пустая молва, что снова кадмейского брака

ты возжелал и в тирийский покой ворвался, непомерный.

И наконец, на зятьев и любезные стены взираешь

ты благосклонно, гремя в их защиту: как если бы в небе

твой был дворец осажден, так ты на высокие башни —

220 видели мы — облаками налег; и, ликуя, признали



добрый перун и огни, о которых слыхали от дедов.

Ныне прими сих овец и обильной смолы воскуренья

вкупе с обетным быком,— отблагодарить же достойно —

труд, увы, не людской; — пусть наши о том порадеют

Вакх и Алкид, для кого ты стены сии сохраняешь».

и Алкид, для кого ты стены сии сохраняешь».

Рек,— но черный огонь ему и в уста, и в ланиты

вдруг полыхнул и, похитив с чела, опалил диадему.

Ярый, до взмаха ножа обагрил святилище пеной

бык и, беснуясь, ушел от толпы, его обступившей,

230 чтоб удержать, и разил алтари обезумевшим рогом.



Мчатся прислужники прочь, и царя утешает гадатель,

тут же отважно велит принесть неудачную жертву

снова и в лживых устах великие страхи скрывает.

Ощетинился злобой глубокой



250 вспугнутый царь, но и в гневе самом он всё же доволен.

Так недавний вожак, заслышав краешком слуха

изгнанного быка неприязненный рев и угрозы

в нем распознав, пред стадом встает во гневе великом,

негодованье свое выдыхает с кипящею пеной,

грозный, то землю топча, то воздух рогами взрезая;

поле трепещет, и ждут сражения робкие долы.



Он же кричит: «Выхожу и о том лишь, что ты меня первым

390 вызвал, жалею. Прости промедление: мать задержала

меч. О родимый предел, о царях пребывавший в сомненье,—

днесь несомненно тебя победитель получит».— Тот столь же

круто: «Злодей, наконец, ты вспомнил про честь и на равных

выступил! Ставший мне вновь после долгого времени братом,

бейся: лишь этот закон, лишь этот союз нам остался!» —

Рек и глянул врагом на брата, а сердце сжигала

зависть, что спутников с тем — без числа, что шлем его — царский,

в пурпур одет звоикоступ, и желтый сверкает металлом

щит,— хотя он и сам был в оружье достойном, блистая

400 паллой нерядовой: исполнила эту работу



Аргия по образцу маонийскому, с вящим искусством

переплетя пурпурный уток со златою основой.

Вот уже в пыльный простор они но внушению Фурий

рвутся, и каждого в бой своя побуждает и гонит:

сами ведут коней ,в поводу, доспех и оружье

ясное ладят и змей в оперенье шеломов вплетают.

Единокровников бой преступный воздвигся, единым

чревом рожденных, сошлись под шеломами схожие лица.



Попусту дважды пути пропадают: благая ошибка

450 дважды коням не дала сшибиться,— и, кровью преступной

не осквернившись, летят мимо цели напрасные копья.



Так же братья сошлись. Покуда смертельных ударов



не было, но пролилась их кровь, и злодейство свершилось.

В Фуриях нужды уж нет: они поражаются только

и, восхищаясь, скорбят, что людского беспомощней гнев их.

Каждый из братьев, ярясь, чужой домогается крови,

540 не замечая своей; но вот— устремился изгнанник:



длань ободряя свою, чей неистовей гнев и нечестье

праведней,— меч глубоко вонзил родимому брату

в пах, где доспехов края ненадежной служили защитой.

Боли не чувствуя, тот — леденящим испуган железом —

тщится заслоном щита прикрыть пораженное тело.


Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет