Дмитрий Васильевич



жүктеу 11.08 Mb.
бет22/52
Дата21.04.2019
өлшемі11.08 Mb.
1   ...   18   19   20   21   22   23   24   25   ...   52

В конце I в. после упадка Иерусалимской Церкви, которую называют «матерью Церквей» нового иерархического центра, единого для всех Церквей, больше не возникло, но жизненный центр христианского мира, которым прежде была Антиохия, переместился в Ефес – столицу Малой Азии. Ефесская Церковь, основанная ап.Павлом, а затем долгие годы служившая местом пребывания ап.Иоанна Богослова, в доме которого, по преданию, жила Пресвятая Богородица после кончины великого старца с начала II в. стала постепенно уступать свое влияние Риму. В V в. Ефесская Церковь, окормлявшая малоазийских христиан, влилась в состав Константинопольского Патриархата. Особое влияние малоазийской и в целом восточной традиции еще в течение многих веков сказывалось на Западе – в Галльской Церкви (основана учеником ап.Павла, св.Крискентом, - «апостолом Галлии»). Во II в. ее знаменитым предстоятелем был св.Ириней Лионский – ученик св.Поликарпа Смирнского, рукоположенного ап.Иоанном Богословом.

Римские архиепископы (папы), в сравнении с предстоятелями других Поместных Церквей имели внутри своей митрополии наибольшие властные полномочия, о чем можно судить уже по свидетельствам II в. Характерными чертами Римской Церкви были строжайшая дисциплина и особенно высокое материальное благосостояние, которое позволяло ей оказывать щедрую помощь нуждающимся христианам со всех концов империи. Свт.Игнатий Антиохийский (II в.) называет Римскую Церковь «первенствующей в любви». В то время Рим не высказывал претензий на верховную власть в Церкви, являясь средоточием вселенского согласия. Римский епископ был первым среди равных, возглавляя Церковь, пользовавшуюся особым духовным авторитетом не только потому, что Рим являлся столицей империи, но и как Церковь, в которой просияло особенно много мучеников. Это «первенство в любви» никто не оспаривал, но уже с конца II в. появились признаки зарождающегося «римского самосознания».

Первоначально Римская Церковь состояла в основном не из римлян, а из выходцев с востока империи, в большинстве своем - рабов и была грекоязычной. Ее постепенный переход на латинский язык начался лишь при папе Корнилии, в середине III в. В конце II в. среди членов Римской Церкви стало возрастать число свободных граждан, часто происходивших из высших сословий. Тогда же впервые появился папа латинского происхождения, - Виктор (189 – 199 гг.), на примере которого видно, что у пап к этому времени возникли претензии на вселенскую власть. В 190 – 192 гг. Виктор в ультимативной форме потребовал отмечать Пасху во всех восточных Церквях в одно время с западными - в первое воскресение после иудейской Пасхи, тогда как в Малой Азии еще сохранялась восходящая к первохристианской общине традиция празднования Пасхи одновременно с иудеями, т.е. 14-ого числа лунного месяца нисан (отсюда – прозвание «четыренадесятников», которое римляне дали малоазийцам). В этот день древние христиане ожидали Второго Пришествия Спасителя, а иудеи – прихода Мессии. Требование папы встретило протест Ефесской и других малоазийских Церквей, за что они были отлучены от общения с Римом, которое полностью восстановилось лишь после I Вселенского Собора 325 г.

В качестве обоснования своих притязаний папы выдвигали специфическое римское предание о «престоле апостола Петра». Слова Христа из Мф.16,18-19 Римские архиепископы стали относить исключительно к себе, считая ап.Петра основателем и первым епископом Римской Церкви. Бесспорно, что Петр был первым главой иерусалимской иудео-христианской общины, но его роль в Римской Церкви остается неясной, т.к. неизвестно, бывал ли он в Риме до 60-ых гг., когда Церковь там уже существовала. Кроме того, еще до возникновения Римского предания каждая Поместная Церковь в равной мере считалась наследницей ап.Петра и иерусалимской первообщины. Отцы Церкви, как восточные, так и западные понимали первенство Петра среди апостолов как первенство его веры и называли его «прообразом Церкви», а не «начальником апостолов». Александрийская и Антиохийская Церкви, как и Римская возводят цепочку своего апостольского преемства к Петру (первая – через его ученика, евангелиста Марка, а вторая считает ап.Петра своим первым епископом), но никогда не имели духовных и властных претензий, подобных римским. Для оправдания папизма римо-католики используют высказывания западных Отцов – блаж.Августина, св.Иринея Лионского и др., которые называют Римскую кафедру «апостольским престолом» и высоко ставят ее авторитет лишь по той причине, что Римская Церковь – это единственная из Поместных Церквей Запада, непосредственно связанная с деятельностью пострадавших в Риме апостолов Петра и Павла. Часто такие высказывания являются не более, чем риторическими оборотами. В последующие века притязания пап усиливались, нередко сталкиваясь с амбициями восточных патриархов, что в конечном итоге, стало одной из причин раскола в Церкви в 1054 г.

Второй по влиянию после Рима апостольской кафедрой к концу II в. стала Александрия, где начало христианству, по преданию, было положено евангелистом Марком. На востоке империи Александрийский епископ, который, подобно Римскому, именуется папой имел первенствующее значение. В середине III в. свт.Дионисий Александрийский явился первым епископом этой Церкви, власть которого распространилась на весь Египет. Третьей по влиянию кафедрой во II – III вв. стала Антиохийская, так же, как и Римская, тесно связанная с деятельностью апостолов Петра и Павла. Кроме того, поддержанию ее авторитета способствовала великая личность свт.Игнатия Антиохийского (Богоносца). К Антиохии тяготели и постепенно вошли в ее подчинение христанские общины Сирии, Месопотамии, Палестины (в т.ч. города Элии, как со 135 г. стал называться Иерусалим), Кипра, востока Малой Азии, а позже – Грузии и Армении, что делало эту Церковь крупнейшей из всех Поместных Церквей по территории и количеству паствы.
№3. Гонение на христиан со стороны язычников.

Мученичество
Сначала римские власти не отличали христиан от иудеев, религия которых разрешалась законом, как и все древние культы, распространенные в империи. Благодаря этому, в первые десятилетия своего существования Церковь смогла окрепнуть и значительно увеличить число и размеры общин в разных частях Ойкумены. Массовые гонения происходили, в основном, со стороны иудеев, особенно в 135 г. во время восстания Бар-Кохбы, когда по приказу лжемессии были казнены многие палестинские христиане.

Предпосылкой гонений со стороны язычников стала неприязнь к христианам в обществе, от которого они дистанцировались, не соблюдая общепринятые обычаи. В простонародье христиан называли безбожниками, т.к. они не почитали языческих богов, считая их демонами или простыми истуканами. Отсюда следовало обвинение христиан во всех происходивших бедствиях, вызванных «прогневлением богов». Интеллигенция относилась к христианам не менее враждебно, т.к. они отрицали языческую греко-римскую культуру со всеми ее ценностями. Ходили слухи, что христианские Вечери любви представляют собой оргии, которые сопровождаются каннибализмом (так истолковывали вкушение Тела и Крови Христовых). Возможно, повод к подобным слухам подавали секты либертинистов, которые откололись от Церкви и предавались нравственной распущенности, оправдывая себя тем, что Христос уничтожил власть греха (об одной из таких сект – николаитах упоминается еще в Апокалипсисе). Кроме того, христианство принимали за один из мистериальных культов, распространенных в то время. Характерными чертами некоторых из этих культов были разврат и ритуальный каннибализм, который осуждался и запрещался властями.

Юридически обоснованной причиной гонений явился отказ христиан участвовать в государственных культах императоров и отечественных богов, что требовалось от всех граждан как необходимая формальность для подтверждения своей благонадежности. При этом, одновременно позволялось исповедовать любую другую религию. Не приносить жертвы идолам разрешалось, в виде исключения, лишь иудеям, с которых в качестве откупа взимался особый налог. Отдавая «кесарю кесарево», христиане во всех отношениях были законопослушными гражданами, но когда дело касалось идолопоклонства, то они категорически отказывались в нем участвовать, предпочитая смерть за Христа поклонению «иным богам», пусть даже неискреннему. Поняв, что христианство вовсе не является иудейской сектой, римские власти стали рассматривать его как антигосударственное религиозное движение. Таинственная закрытость христанских собраний, часто проходивших в ночное время, давала повод к подозрению христиан в подготовке неких заговоров. Один тот факт, что христиане почитают как Бога «преступника», казненного законным римским прокуратором, уже вызывал к ним недвусмысленное отношение. Но, при этом, христиане могли быть осуждены лишь при наличии обвинителя, а т.к. анонимные доносы не принимались, то преследования в большинстве случаев носили ограниченный характер. Инициатива гонений, за исключением массовых расправ при императорах Декии, Валериане, Диоклетиане и Галерии исходила не от правительства, а от провинциальных наместников, имевших большие полномочия. Императоры издавали указы, защищавшие христиан от черни и ограничивавшие масштабы судебных преследований, напр., Траян запретил специально разыскивать христиан и судить их, если они не подают к тому повода, а Марк Аврелий признал, что принадлежность к христианам еще не является причиной для подозрений в нарушении закона, в т.ч. о почитании богов и императора, что должно быть доказано обвинителем.

Начало гонений ознаменовано пожаром Рима в 64 г., когда в поджоге обвинили христиан. По приказу императора Нерона многие из них были сожжены, распяты и брошены на растерзание зверям на арене цирка. Избиения 64 г. ограничились Римом. Затем в течение нескольких десятилетий происходили гонения периодического и ограниченного характера в разных частях империи. С начала II в. наступили «золотые годы» Рима – период правления династии Антонинов. В царствование виднейших ее представителей – легендарных Марка Аврелия и Траяна гонения на христиан усиливались, т.к. законы против них, благодаря эффективности государственной власти, неукоснительно соблюдались по всей империи. Правление бездарных и непопулярных императоров, напротив, оборачивалось для христиан благом, т.к. о них попросту забывали. Так, при Коммоде - преемнике Марка Аврелия христиане жили относительно спокойно, т.к. император не интересовался ничем, кроме гладиаторских игр, в которых и сам принимал участие. Коммод даже вернул из ссылок и рудников всех христиан, сосланных его предшественниками, будучи склонен к этому своей наложницей христианкой Маркией (императорские наложницы почти приравнивались к женам и имели большое влияние в государстве). В течение II и III вв. гонения то затихали, то вновь становились массовыми, как, напр., в Смирне в 155 г. или в Лионе в 167 г.



Церковь видит смысл мученичества в том, что христианин умирает и воскресает вместе с Христом, Который победил смерть. Свт.Кирилл Иерусалимский пишет: «Спаситель, искупая вселенную крестом и быв пронзен в ребро, извел из него кровь и воду, дабы одни во времена мира крестились водою, другие – во время гонений крестились собственной кровью». Известно множество случаев, когда прежние язычники, объявившие себя христианами, но не успевшие принять Таинство Крещения, шли на мученическую смерть и были причислены Церковью к лику святых. «Крещение кровью» также рассматривается св.Отцами как «второе крещение» и сравнивается с «крещением слезами», т.е. покаянием, достигающим своего наиболее полного выражения в подвиге монашества – «бескровном мученичестве». Мученичество – это лучшее свидетельсво христианской истины. Слово «мученик» является переводом греческого «мартис», т.е. «свидетель». Жестокие пытки при допросе преступников и рабов были нормой римского судопроизводства. Истинными признавались лишь те показания, которые давались под пыткой. Поэтому, христиане являлись истинными свидетелями в пользу своей веры, подтверждая ее ужасными страданиями и смертью. Тех, кто оставались в живых после истязаний называли исповедниками («омологес», - «совместно славящие», греч.). Согласно «Апостольскому Преданию» св.Ипполита Римского (II в.), исповедники имели право совершать диаконское и пресвитерское служение без рукоположения епископа, которое требовалось лишь для их посвящения в епископский сан. В житиях святых говорится, что мученики и исповедники, осененные действием благодати Божией, часто не ощущали боли и оставались невредимыми, несмотря на все ухищрения палачей или получали чудесное исцеление от ран, что давало повод к дополнительному обвинению христиан в магии, которая преследовалась законом. Воодушевленные словами Христа «Претерпевшие до конца спасутся», мученики безбоязненно шли на смерть с Его именем на устах. В своем «Гимне любви» ап.Павел говорит, что если бы мы были преданы на сожжение, не имея, при этом, любви к ближнему, то не получили бы никакой пользы. Безграничная любовь к Богу и ко всем людям, в т.ч. к самим истязателям – это главный признак, отличающий христианское мученичество от проявлений любого религиозного фанатизма. Церковь чтит мученичество как наивысший вид христианского подвига. Во время древних Богослужений наряду со Св.Писанием и посланиями св.Отцов зачитывались мученические акты, составленные свидетелями или самими римскими судами. Каждая община имела список своих мучеников, память которых приурочивалась к определенным календарным датам. Многие из них позже стали почитаться всей Церковью.

К наиболее чтимым мученикам, жившим в эпоху гонений, относятся: ученики ап.Иоанна Богослова епископы Поликарп Смирнский, Игнатий Антиохийский (Богоносец) (см. №7) и Антипа Пергамский (казнен в преклонном возрасте, будучи брошен в раскаленного медного быка в капище Артемиды); папа Климент I Римский, апостол от 70-и (см. №7; мучениками также стали более половины Римских пап 300-летнего периода гонений: Лин, апостол от 70-и, первый папа; Анаклет, Александр I, Телесфор, Виктор I, Урван I, Понтиан, Антер, Фабиан, Корнилий, Стефан I, Сикст II, Феликс I, Маркеллин и Маркелл I); Вера, Надежда, Любовь и София (три отроковицы, казненные в Риме в 137 г. на глазах своей матери Софии, которая скончалась на их могиле); Флор и Лавр (родные братья-каменотесы; выстроив здание, предназначенное для языческого капища, посвятили его Истинному Богу, за что были подвергнуты мучениям, брошены в колодец и засыпаны землей, во II в.); Иустин Философ, епископы Ириней Лионский и Ипполит Римский (антипапа) (о них см. № 6 и 7); Татиана (знатная римлянка, принявшая обет девства и ставшая диакониссой, усердно заботилась о больных и бедных; в 225 г. за отказ принести жертву Аполлону претерпела ужасные мучения, во время которых из ее ран вместо крови чудесным образом текло молоко, а затем была обезглавлена); Трифон (с отроческого возраста имел дар исцелений и пользовался им для проповеди христианства, был жестоко мучим и обезглавлен в Никее, в 250 г.); епископ Киприан Карфагенский (см. №6); Параскева-Пятница (проповедовала Христа в малоазийском городе Иконии, заботилась о нищих и странниках; за отказ принести жертву богам после мучений была обезглавлена, в III в.); 20000 христиан были в 302 г. сожжены в Никомидии, в т.ч. в храме, во время рождественского Богослужения, когда отказались принести жертву богам на жертвеннике, установленном у дверей храма; Георгий Победоносец (воин иудейского происхождения, приближенный к императорскому двору, открыто объявил себя христианином и обличал в нечестии царя-язычника, за что претерпел в 303 г. великие мучения – колесование, был брошен в яму с известью и пр., оставшись невредимым и был обезглавлен; потрясенная верой Георгия, царица Александра уверовала во Христа и тоже была казнена; св.великомученик Георгий Победоносец почитается как покровитель государства и нации в Грузии, Эфиопии, Англии и Португалии); Анастасия Узорешительница (богатая римлянка, утешала заключенных в темнице христиан, лечила их раны и за выкуп освобождала, затем сама претерпела за веру Христову великие мучения, во время которых скончалась, в 304 г.), Пантелеимон-Целитель (врач из Никомидии, лечил не столько лекарствами, сколько силой Божией и не брал за это денег, по приказу царя был мучим, но остался невредим, пока его не усекли мечем, в 305 г.), Димитрий Солунский, Мироточивый (воин и градоначальник Фессалоник, за проповедь Христа среди жителей города претерпел великие мучения и был заколот копьями, в 306 г.; от его мощей истекает благовонное целебное миро; особенно почитается южными и восточными славянами; русское войско по молитве к св.Димитрию одержало победу на Куликовом поле, в связи с чем было установлено празднование Димитриевской родительской субботы, в память о всех погибших русских воинах); Феодор Тирон (воин-христианин, сжег капище Кибелы в малоазийском городе Амасии, за что после мучений был сожжен, в 306 г.); Варвара (претерпела мучения от своего отца-язычника – богатого жителя финикийского города Илиополя, который, не добившись отречения от Христа, собственноручно ее обезглавил, в 306 г.); Екатерина (из знатного рода Александрии, дивной красоты и блестяще образованная, приняла обет девства, чудесно получив от Христа перстень; обличала в языческом капище императорского наместника Максимина и обратила ко Христу его жену Августу, за что подверглась жестоким мучениям и была обезглавлена, в 307 г.; Августа также была казнена вместе с уверовавшими при виде мучений Екатерины двухстами воинами; глава и рука св.Екатерины были, по преданию, перенесены Ангелами на гору Синай, где их в VI в. обрели монахи обители, носящей ее имя).
№4. Возникновение христианского Богослужения и

иконописи
Христианское Богослужение вобрало в себя элементы как иудейского, так и языческих культов, наполнив их новым содержанием. Чем глубже христианство входило в ткань общества, тем больше оно использовало все лучшие достижения античной культуры. Развивались церковное пение, поэзия, живопись и архитектура. На обрядовую сторону христианского Богослужения повлияли культ Иерусалимского Храма и чин праздничной иудейской трапезы, а на его строй – синагогальные собрания, во время которых иудеи сообща молились, читали Св.Писание и слушали проповеди о прочитанном. Первые иудео-христиане посещали синагоги параллельно с христианскими собраниями, которые проходили по домам по образцу праздничных киддушей и синагогальной службы. В I в. наряду с христианскими молитвами, главной из которых была «Отче Наш» еще использовались некоторые иудейские молитвы, напр., «Шма», а также Псалмы Давида. Древнехристианское Богослужение носило харизматический, во многом спонтанный характер и не имело строго установленных канонов, которые начали складываться лишь в III в. Во время молитвенных собраний действием внезапного наития Святого Духа происходили многочисленные сверхъестественные явления. Произносились пророчества и звучали речи на «иных», т.е. существующих и несуществующих языках («глоссолалия»), которые в одних случаях имели четко определенный смысл, как, напр., во время апостольской проповеди в день Пятидесятницы, а в других – являлись своеобразной экстатической формой славословия Бога – «неизреченными глаголами», подражавшими неведомому языку Ангелов. (К глоссолалии восходит, напр., пение за Богослужением «Аллилуия», - «Хвалите Бога», евр.)

Христиане собирались два раза в день – утром и вечером. Второе собрание часто являлось Агапой (Вечерей любви), т.е. совмещало Богослужение с совместной трапезой, в центре которой были хлеб и вино, - по образу Тайной Вечери. В I – II вв. Агапы, начинавшиеся вечером накануне Воскресеий, праздников и дней памяти мучеников, длились в течение всей ночи и переходили в Евхаристию. В Римской и Карфагенской Церквях Евхаристия была ежедневной и не всегда соединялась с Агапой, но также совершалась вечером или ночью. Хлеб и вино, подававшиеся на Агапах вместе с другими угощениями, никогда не отождествлялись со Святыми Дарами, а Агапы всегда отличались от Литургий, независимо от того, следовали ли эти службы одна за другой или совершались в разное время. По форме Агапы напоминали как иудейские праздничные трапезы, так и благотворительные угощения для бедных, которые регулярно устраивались римскими властями. На Вечере любви, как и на Литургии обязательно присутствовал епископ, священнодействовавший и наставлявший собрание в Слове Божием, звучали молитвословия и псалмы, совершались особые обряды, напр., внос светильников. Оглашенных на эти службы не допускали, но им посылались благословленные хлеб и вино. Элемент Агапы включала в себя древняя крещальная Литургия, которая служилась на Пасху. По свидетельству «Апостольского предания» св.Ипполита Римского, новокрещеные после причащения Телом Христовым испивали из трех чаш, которые в течение Богослужения стояли на престоле: с водой – в знак обновления «внутреннего человека», с молоком, смешанным с медом, что означало духовную сладость пребывания в Царстве Христовом (ветхозаветный символ Земли Обетованной) и со Святой Кровью. К Агапе восходит «Чин о Панагии», который по сей день совершается за трапезой в некоторых монастырях: после торжественного внесения в трапезную Богородичной просфоры, оставшейся после Литургии, читаются псалмы и молитвословия, а по окончании трапезы монахи вкушают просфору (в остальных случаях просфора и антидор потребляются натощак). С Агапой также связаны вкушение хлебов, смоченных вином, которые освящаются на Всенощном бдении и приношения прихожан для поминальных трапез в родительские субботы. К III в. чин Агапы достиг пика своего развития. Вечери любви стали совершаться после Евхаристии, т.к. распространился обычай поститься перед причащением. Затем Литургия обособилась от Агапы и стала вместо вечера служиться после Утрени. (В Египте Литургию с предшествовавшей ей Агапой продолжали служить вечером до V в.) В конце III в. Агапы окончательно утратили свое значение и постепенно превратились в благотворительные трапезы, которые устраивались по праздничным вечерам.

Наиболее древние из дошедших до нас литургических молитв содержатся в «Учении 12 Апостолов», а наиболее древняя Анафора в ее полном виде – в творениях св.Ипполита Римского (II в.). Основным центром, решающим образом влиявшим на литургические традиции восточного христианства, была Антиохия. Практиковавшийся в Антиохии и всей Западной Сирии чин Литургии, происходивший из Палестины и называвшийся именем Иакова, брата Господня, а также Анафора 12-и Апостолов в IV в. легли в основу современных Литургий Василия Великого и Иоанна Златоуста. На Западе доминирующими были две основные литургические традиции, сформировавшиеся к V в.: Римская, утвердившаяся в Италии и Северной (Латинской) Африке и Галликанская, с ответвлениями в Испании и кельтских странах. Начиная с III в., христианское Богослужение стало быстро развиваться. Сформировался первоначальный чин Литургии и второй после нее по значимости службы – Утрени, заменившей в этом качестве Агапу. Утвердилась общецерковная практика совершения христианами келейных (домашних) молитв, восходящих к молитвам 3-его, 6-ого и 9-ого часов в Иерусалимском Храме и примерно соответствовавших нынешним службам Часов, Повечерия и Полунощницы, но их чин тогда еще не сложился. В основу этих служб легли Молитва Господня, Псалтирь и чтение книг Новго и Ветхого Завета. Получили развитие церковное пение и гимнография, чаще всего опиравшаяся на библейский материал. Среди немногих дошедших до нас песнопений III в. – «Свете Тихий» и «Великое Славословие», авторы которых неизвестны.

Христианский праздник Пасхи в I – II вв. совмещал в себе воспоминания о Страстях и Воскресении Спасителя и являлся постным днем, хотя последующий период до Пятидесятницы был наполнен духовным ликованием. В III в. пост распространился на всю Страстную Седмицу, а Пасха приобрела радостный характер, оставаясь постным днем лишь в Египте и Северной Африке. В некоторых местах появился обычай, вероятно, палестинского происхождения, поститься в течение Четыредесятницы вместе с оглашенными, который в IV в. стал общецерковной практикой. Кроме того, уже в I в. было повсеместно принято поститься в среду и пятницу, по аналогии с иудейским постом в понедельник и четверг – дни молитвенных собраний в эпоху Второго Храма, которые приурочивались к ярморочным дням (эти посты не были обязательными и соблюдались, в основном, фарисеями). Пост у древних христиан, как и у иудеев, состоял в полном воздержании от пищи. В III в. к Пасхе и Пятидесятнице добавился третий церковный праздник – Богоявление, посвященный явлению Сына Божия во Плоти. В его воспоминаниях объединялись Рождество и Крещение Спасителя, брак в Кане Галилейской и чудесное умножение хлебов. Празднование в один день Крещения и Рождества Христова было связано с преданием, по которому Спаситель пришел креститься на Иордан к Иоанну Предтече в день Своего тридцатилетия. Богоявление впервые стало праздноваться в Египте, где Церковь в миссионерских целях определила для него дату 6-ого января, в которую отмечался день рождения языческого бога Осириса.

Первоначально христиане собирались на дому друг у друга, не видя необходимости в строительстве специальных храмов, т.к. считали освященным любое место молитвы. Кроме того, такому строительству препятствовала бы постоянная угроза гонений. Первые храмы-базилики начали появляться на рубеже II и III вв., когда не было крупных гонений на христиан, а для сильно разросшихся общин стали требоваться просторные молитвенные помещения. В Риме и некоторых других городах местами для Богослужений являлись катакомбы, в которых христиане укрывались от язычников, испытывавших суеверный страх перед подземельями. Там же они хоронили и своих усопших, в т.ч. мучеников, гробницы которых служили престолами для совершения Литургии. В катакомбах зародилась древняя церковная живопись в виде фресок и мозаик, от которых, главным образом, ведет происхождение иконопись. Эти изображения были чисто символическими и создавались на тему сюжетов, связанных с Таинствами Крещения и Евхаристии, а также со Священной историей. Катакомбная живопись не являлась предметом почитания, т.к. в ней были важны не сами образы, а их функции, напр., Добрый Пастырь, Авель, убиваемый Каином, жертвоприношение Авраама, Даниил во рву и т.п. Подобное же значение имели и древнейшие иконы, свидетельства о которых относятся, по крайней мере, к III в. До IV в. христиане обычно воздерживались от изображения своего главного символа – Креста Христова, благоговейно скрывая его от глумления со стороны язычников, но некоторые из них, наоборот, изображали крест у себя на лбу или на груди, таким образом, безбоязненно исповедуя Христа (у коптов сохранилась традиция делать татуировку креста на большом пальце руки). Крестное знамение также использовалось ограниченно: им было принято осенять по отдельности части тела и предметы обихода. Самым распространенным символом у древних христиан являлась рыба, которая означала Христа и Таинство Евхаристии (греческое слово «ихтус», - «рыба» по буквам расшифровывается как «Иисус Христос, Сын Божий, Спаситель»). Было также распространено изображение Христа в виде агнца (запрещено в VII в.), Святой Троицы в виде треугольника и т.п.

С IV в. иконы и изображения креста вошли во всеобщее употребление в христианских храмах и домах. Многие иконы не были написаны художниками, но явились чудесным образом, как, напр., Спас Нерукотворный, считающийся первой иконой. Согласно преданию, это изображение является отпечатком на ткани, которую Спаситель приложил к Своему Лику и послал с Фаддеем, апостолом от 70-и в Эдессу (современный турецкий город Урфа) к князю Авгарю (Абгару), желавшему, чтобы Иисус Сам пришел к нему и исцелил его от проказы. Приложившись к образу, Авгарь получил исцеление и принял Крещение вместе со всем городом. Спустя многие годы, язычники решили уничтожить образ, и епископ Эдессы по откровению свыше скрыл его в городской стене. В VI в. при императоре Иустиниане Эдесса была осаждена персами, когда произошло чудесное обретение в стене образа Нерукотворного Спаса, который был обнесен вокруг города, и персидские войска в неизъяснимом ужасе бежали от Эдессы. В Х в. икона была выкуплена у арабов, которым тогда принадлежала Эдесса и доставлена в Константинополь, откуда ее в 1204 г. вывезли крестоносцы. Хранящийся в Генуе дрений образ Нерукотворного Спаса, возможно, является тем самым вывезенным на Запад подлинником. Изображенный на нем Лик Христа ничем не отличается от отпечатка на Туринской Плащанице.

Первым иконописцем считается евангелист Лука, авторству которого предание приписыает около 70 чудотворных икон Пресвятой Богородицы. Сейчас таких икон насчитывается около 30. Среди них наиболее известны: Владимирская, Тихвинская, Феодоровская, Смоленская, Иверская, Филермская, Влахернская, Цареградская, Милостивая-Киккская, Иерусалимская, Сайднайская, Корсунская, Минская, Холмская, Ченстоховская, Хахульская. Предание об авторстве св.Луки следует понимать в том смысле, что указанные иконы являются списками с одного или нескольких изображений Божией Матери, сделанных евангелистом и, очевидно, утраченных. Православные христиане поклоняются не самим иконам, а через образ воздают почитание Первообразу. На христианском Западе на иконы никогда не молились и не прикладывались к ним. Западная иконопись, в отличие от восточной, не подчинена строго установленным канонам и напоминает светскую живопись, хотя в древности западный, особенно галльский иконописный стиль мало отличался от восточного. (Иконы в Римо-Католической Церкви продолжают выполнять роль катакомбной живописи, хотя формально там исповедуется тот же догмат об иконопочитании, что и в Православии. В Средние века в западных храмах появились статуи Христа, Девы Марии и святых, которые стали почитать, подобно иконам на Востоке. Эти объемные и часто ярко раскрашенные изображения соответствуют чувственному характеру латинской духовности.)

№5. Начало формирования канона Св.Писания



Нового Завета в полемике Церкви с

псевдохристианскими учениями. Гностицизм.

Манихейство

Еще ап.Павел назыал проповедь о Христе «соблазном для иудеев и безумием для эллинов». Философы с Ареопага прервали его речь, когда она зашла о воскресении мертвых. Христианство как продолжение религии Ветхонго Завета было гораздо ближе сознанию иудеев, хотя Распятый Мессия и являлся для них соблазном. Для эллинского сознания истинную ценность представлял лишь мир идей, что выразилось в философии платонизма и древнегреческом искусстве, прославлявшем идеальные формы. Материальный мир представлялся грубым и низменным, а тело именовалось «темницей души», освобождение из которой приносит смерть. Поэтому, воскресение мертвых виделось эллинам абсурдным. Такое мировоззрение характерно и для восточных религий. Эллинской мысли было чуждо понятие истории, и она не могла воспринять пришествие Христа как центральный момент исторического процесса. Взаимоотношения человека и Божественной Личности, целью которых являются преображение и обожение человеческого естества и всей твари были непонятны для греков, т.к. их жизненные стремления сводились к растворению личности в гармонии идеального бытия. Аристотель, в отличие от других древнегреческих философов, учил о нераздельности в человеке души и тела: душа является формой тела и не может перевоплощаться, а существование человека ограничивается его земной жизнью. Такие воззрения близки к христианской и ветхозаветной антропологии, но также не допускают воскресения мертвых. Долгое время два несовместимых полюса – Афины и Иерусалим боролись между собой, пока эллинизм полностью не воцерковился, в результате чего греческая философия стала формой выражения для христианской догматики и богословия.

Гностицизм (греч. «гносис», - «познание»), с которым Церковь боролась в течение II в. явился попыткой перетолковать христианство в духе эллинистического мировоззрения, соединявшего в себе учения греческих философов и восточных религий, в т.ч. мистериальных. Горделивое желание познать последние истины бытия заставляло гностиков искать некое «тайное знание», а псевдорелигиозная чувственность мистерий подменяла у них подлинную духовность. Для гностика спасение заключалось не в Слове, ставшем Плотью, а в «тайном знании», которое, якобы, передано от Самого Христа и «сокрыто» в Св.Писании. Слова Спасителя «ищите и найдете», относящиеся к Царству Небесному, они толковали как призыв к поиску «сокровенного смысла» Евангелия.

В каноническом послании свт.Василия Великого было введено ставшее общепринятым деление отколовшихся от Церкви сообществ на «еретиков», «раскольников» и «самочинные сборища». Слово «ересь» происходит от греческого «эресис», т.е. «выбор», «выбранный образ мыслей» и означает сознательное уклонение от истин христианского вероучения, которое в еретическом истолковании становится ущербным или обессмысливается. Свт.Игнатий Брянчанинов пишет, что ересь происходит от греха богохульства и вдохновляется диаволом. Появление нового лжеучения часто сопровождается отделением от Церкви группы его последователей. Раскол также является обособлением от Церкви определенной части верующих, но не связан с их уклонением в лжеучение, хотя сами раскольники, пребывая в заблуждении относительно второстепенных вопросов церковной жизни, нередко обвиняют Церковь в ереси. Т.н. «самочинные сборища» объединяют последователей самозваных проповедников, не имеющих священного сана или лишенных его, но претендующих на главенство в христианской общине и дерзающих священнодействовать. По словам свт.Иоанна Златоуста, грех ереси и раскола не смывается даже мученической кровью. Этот смертный грех врачуется лишь искренним и решительным произнесением анафемы на еретическое учение и его проповедников. Ересью не являются непреднамеренные ошибки в догматическом учении. Частные мнения, противоречащие Преданию и неточно выраженные мысли встречаются даже в творениях св.Отцов, особенно в первые три века христианства, когда имела место большая свобода мнений в области богословия и еще не существовало четких вероопределений, принятых Церковью на Вселенских и Поместных Соборах.

По мнению древних христианских писателей, родоначальником гностицизма и всех ересей в Церкви был самарянин Симон Волхв (Деян.8,9-24). Желая получить дары Святого Духа для своих колдовских целей, Симон предлагал апостолам деньги и просил поделиться с ним их «секретами», но был строго обличен и отвергнут ап.Петром (отсюда – понятие «симонии», - греха продажи и покупки священного сана). За деньги, отвергнутые апостолами, Симон Волхв выкупил в городе Тире из блудилища женщину по имени Елена и объявил ее «творческой Мыслью верховного Божества», родившего через нее архангелов и ангелов – творцов вселенной. Самого себя он выдавал за этого «Бога», явившегося в лице «Бога-Отца». Как «Сын» «Бог» (т.е. Симон) явился в лице Иисуса, которого оставил перед распятием, а как «Св.Дух» будет просвещать всю Вселенную. О нераздельной с ним «Мысли Божией» Симон рассказывал, что созданные ею духи, движимые властолюбием и неведением, не захотели признавать верховнства Мысли и, заключив ее в оковы чувственного бытия, заставляли перевоплощаться из одного женского тела в другое, пока она не стала блудницей Еленой, которую освободил Симон Волхв – «добрый пастырь». Основанная им секта симониан просуществовала до III в.

Другим известным представителем раннего гностицизма был Керинф, учение которого, не называя его по имени, опровергает в своих Соборных Посланиях ап.Иоанн Богослов. Керинф, живший в I в. в Малой Азии, получил философское образование в Александрии. Он учил, что мир сотворен не Богом, а некой «евангельской силой». Иисуса Керинф считал обычным человеком, на которого Христос – Сын Божий сошел в виде голубя при крещении в Иордане и вновь отлетел во время распятия. К предшественникам гностицизма следует отнести и либертинистов-николаитов, упоминаемых во 2-ой главе Апокалипсиса. Относясь с презрением к материальному миру, они стремились доказать его бессилие и освободиться от зла через познание «глубин сатанинских», т.е. предание себя плотским грехам. Все это связывалось с тем, что грех, побежденный Христом в Искуплении, больше не имеет власти над человеком.



Гностики делились на два направления: египетское – Валентин, Василид, Карпократ, египетские офиты и др., тяготевшее к платонизму (учение Василида – к аристотелизму) и сирийское – Сатурнил, Вардесан, Кердон, сирийские офиты (нахашены) и др., тяготевшее к зороастризму и другим восточным воззрениям. Другое отличие между этими направлениями состояло в том, что египетские гностики были либертинистами, т.е. сторонниками нравственной распущенности (особенно – последователи Карпократа, который учил, что пока человек не совершит всех грехов, его душа будет бесконечно перевоплощаться и не сможет освободиться из плена материи), а сирийские, кроме офитов – строгими аскетами.

Валентин – крупнейший представитель египетского гностицизма сначала был христианским священником и видным проповедником в Александрии, откуда перебрался в Рим. Благодаря своему высокому авторитету, он в 140 г. имел все шансы стать Римским папой, но тогда был предпочтен Пий. Затем Валентин основал свою секту и переселился на Кипр. Из всех гностических систем его учение отличается особенной сложностью и изложено наиболее последовательно, в виде блестящей по форме поэмы. Валентин оказал сильное влияние на весь современный ему и последующий гнозис. В основе его системы – общегностическая идея абсолютной Полноты (Плеромы) вечного бытия или мира эонов, из которого все происходит и куда все возвращается. В самой высшей сфере Плеромы предвечно пребывает совершенный эон – Праотец (Глубина). Будучи выше всякого бытия, этот первоэон имеет в себе потенцию любого определенного бытия как мысль и радость. Праотец производит второе начало – Ум, называемый Отцом всего, а также Истину – соотносительную ему идеальную объективацию. Ум и Истина, оплодотворяя друг друга, производят Смысл (Логос) и Жизнь, а те, в свою очередь, порождают идеальных Человека и Церковь. От этих эонов рождаются остальные – мужские и женские эоны, количество которых достигает тридцати. Последний женский эон – София возгарается желанием непосредственно созерцать Праотца, что доступно только Уму. Необузданно устремившись в бездну несказанной сущности, София в состоянии страха, печали и изумления производит Ахамот – безвидную и страдательную сущность. Выйдя из порядка Плеромы, София разрешилась бы во всеобщую субстанцию, если бы не встретила Предела (Ороса), приводящего бытие в должный порядок и называемого также Крестом. Орос исключил из Плеромы Ахамот – объективированное страстное желание Софии, а Софию восстановил на своем месте в Плероме. Положительным результатом происшедшего беспорядка явилось произведение Умом двух эонов – Христа и Св.Духа. Первый научил все эоны различать в Праотце его непостижимое от постижимого, а также сообщил им закон последовательности и сочетания эонов. Св.Дух открыл эонам их существенное тождество, в силу которого – все в каждом и каждый во всех. Утешенные и обрадованные, эоны произвели в дар Праотцу совокупный плод Плеромы – эон Иисуса. Он же как от всех происшедший называется Все (Пан). Христос сжалился над Ахамот, томившейся во мраке и вложил в нее бессознательную идею Плеромы, чтобы она чувствовала вместе со скорбью разлуки светлое предощущение вечной жизни. Ахамот устремилась за Христом в Плерому, но была удержана Пределом и впала в смятение более сильное, чем прежде ее мать София. Страсти Ахамот материализовались в виде всей тварной материи, демонов, Демиурга (космического ума) и прочих душевных существ. Во всем этом Ахамот помогал посланный Христом по ее мольбе из Плеромы Св.Дух. Он отделил Ахамот от ее низших порождений и пробудил в ней сознание, а она от созерцания ангелов, сопровождавших Св.Духа, произвела свое высшее порождение – духовное начало в материальном мире, семя будущих духовных людей, т.е. гностиков. Демиург, направленный Ахамот, стал созидать видимый мир и, прежде всего, семь небес, т.е. планетных сфер, включая Солнце и Луну. В конце зиждительного процесса Демиург творит человека, в которого Ахамот вложила духовное начало, порожденное ею от Св.Духа. В одних людях реализуется лишь материальное начало, что указывает на их предопределенность к вечной погибели; в других – душевное начало, полученное от Демиурга, что делает их способными выбирать между добром и злом, и в случае выбора добра они могут спастись верой и делами, но неспособны достигнуть высшего совершенства и блаженства; третий разряд людей – пневматики (гностики), которые будучи духовными чадами Софии-Ахамот, не нуждаются в вере и делах, т.к. обладают гнозисом – высшим знанием. Цель мирового процесса состоит в том, чтобы семя гнозиса развилось и раскрылось через познание душевных и чувственных предметов, а цель пришествия на землю Христа – в том, чтобы собрать всех, имеющих в себе «семя жены», т.е. Софии-Ахамот и из бессознательных пневматиков превратить их в сознательных гностиков. Но Христос воспринял от Демиурга также и «душевного человека», чтобы спасти праведников из душевных людей. Материального начала в Христе не было, т.к. материя не подлежит спасению, и тело его было кажущимся (т.н. докетизм, от «докео», - «казаться», греч. – свойственное гностикам представление о Христе). Когда все гностики познают себя и разовьют свое духовное семя, наступит конец мира. София-Ахамот окончательно соединится с Христом и войдет в Плерому вместе с духами гностиков, которые приняв женский характер, сочетаются с ангелами. Демиург и «душевные» праведники утвердятся навеки в «среднем месте» - своем небесном царстве, а материальный мир с плотскими людьми и демонами сгорят и превратятся в ничто.

Офиты («братство змия») – наиболее древнее направление гностицизма, возникшее, по всей вероятности, на иудейской почве. Они состояли из нескольких разрозненных сект, которых объединяло поклонение змее – образу небесного эона Премудрости (Софии), явившегося в виде ветхозаветного змия, который дал Адаму и всему человечеству сокрытое Демиургом «тайное знание». Во время своих собраний офиты выпускали змею на стол, покрытый хлебами, которые потом употребляли для «евхаристической трапезы». В нравственном отношении они были либертинистами. На примере офитов отчетливо видна склонность гностиков к сатанизму, который в данном случае представлен почти в чистом виде. Возможно, офиты существовали еще до появления христианства и видоизменились под его воздействием. Последние офиты сохранялись до VI в.



Особняком среди проповедников гностицизма стоит Маркион – родом ивериец из малоазийского города Синопа, ученик сирийского гностика Кердона. Во время царствования Антонина Пия он занимал видное место в Римской Церкви, порвав с которой, основал свое учение. Маркион считал Бога Израилева злым и несовершенным божеством – Демиургом, от которого пришел избавить человечество Христос – Бог добра. Ветхий Завет и Закон Моисеев он называл торжеством материи, след., греха, а ветхозаветные пророчества о Христе относил к иудейскому Мессии (антихристу), которого Демиург пошлет в конце времен. Отрицательное отношение к иудейству, характерное для всех гностиков, у Маркиона было доведено до крайнего выражения. Его дуалистический взгляд на мир восходит к зороастрийскому учению (см. ниже). Единственным авторитетом в христианстве для Маркиона был ап.Павел, которому он приписывал полное отрицание Ветхого Завета. Из всего Нового Завета Маркион признавал лишь Евангелие от Луки и десять Посланий ап.Павла, но и эти книги он переработал на свой лад, исключив из них учение о Боговоплощении, реальности Страданий Христа и воскресении мертвых, а также прибавил свои «Антитезы» - комментарии к Новому Завету. Таким образом, Маркион явился первым составителем канона Книг Нового Завета, невольно побудив к тому же и саму Церковь. Маркион практиковал суровейший аскетизм – отрицал брак, добавлял новые посты и т.п. Обрядика и структура его секты были близки к церковным: существовала трехчинная иерархия, практиковались крещение водой, помазание елеем и т.п. Организационно маркиониты оказались самой крепкой из всех гностических сект. Их учение, по сравнению с другими системами гностицизма, было наиболее доступным для понимания и стояло особенно близко к христианству, что делало его и особенно опасным. (У Маркиона отсутствовало общегностическое учение об эонах, а маркионовский дуализм, напротив, отсутствовал у гностиков, в связи с чем можно говорить о самостоятельности маркионизма от гностицизма, с которым его роднит лишь негативное отношение к чувственной материи и, след., докетизм.) Маркиониты представляли влиятельную силу до IV в., а их остатки сохранились вплоть до VII в.

Учения Маркиона, Василида, елкезаитов (иудео-гностиков), мандеев (гностиков-иоаннитов), а также языческие верования Вавилона, зороастризм и буддизм явились источниками для возникшей в начале III в. новой религии – манихейства, которое вместе с неоплатонизмом пришло на смену терявшим свое влияние гностическим системам. Основоположник этой религии персидский «пророк» Мани (Манес) (вероятно, бывший христианский священник) много путешествовал по странам Востока, в т.ч. в Индии и Китае, распространяя свое учение и заимствуя для него элементы из других религиозных систем. Вернувшись в Персию, он после публичного диспута с магами был распят по приказу шаха. Вероятно, манихейство явилось реакцией на реформу внутри зороастризма – государственной религии Персии, который, начиная с III в., стал возвращаться к своим истокам, т.е. более строгому монотеизму. Зороастризм возник на рубеже I и II тысячелетий до Р.Х., благодаря проповеди реформатора древней иранской религии Зороастра (перс. Заратуштры), которая была принята правителем Бактрии (северо-запад современного Афганистана), а позже распространилась по всей Персии. Согласно этому учению, которое изложено в священной книге Авесте (сам Заратуштра считается автором древнейшей ее части – Ясны), мир создан Ахура-Маздой (Ормуздом) – единственным несотворенным и благим богом-вседержителем. От него происходят шесть эманаций – «бессмертных святых» и Анхра-Майнью (Ахриман) – «злая мысль», - дух, создавший демонов и «нечистых» животных, смешавший добро со злом и стремящийся превратить в небытие творение Ахура-Мазды. Падение первых людей – Мартья и Мартьянаг состояло в том, что они объявили Анхра-Майнью творцом Вселенной. Поклоняясь священному огню – образу Ахура-Мазды, зороастристы ожидали наступления его царства, которому должны предшествовать явление Саошьянта (мессии) – потомка по плоти пророка Заратуштры, очищение мира от зла посредством огня и воскресение мертвых в преображенных телах (ср. с христианской эсхатологией). После смерти Заратуштры его последователи вернулись к прежнему многобожию. Ахура-Мазда стал восприниматься как глава пантеона богов, а Анхра-Майнью – как совечное, хотя и неравноценное ему злое начало. Усилия персидских шахов в период с III по VI вв. были направлены на очищение зороастризма от подобных искажений и систематизацию Авесты (до настоящего времени сохранилась лишь четверть ее первоначального объема). Учение Мани, гораздо ближе стоящее к гностическим воззрениям, чем к зороастризму, напротив, резко дуалистично. В сложной космогонической системе, красочно изложенной в «Книге гигантов», «Основном послании» и других сочинениях Мани, доброе и злое начала – «древо жизни» и «древо смерти», каждое из которых представляет собой совокупность пяти эонов рассматриваются как божественные и совечные друг другу космические организмы. Материальный мир, в отличие от зороастрийского учения, является порождением «древа смерти», эоны которого вторглись в область света, в результате чего сущность светлого божества, разлитая в пределах Вселенной, оказалась в плену у материи. Задача человека состоит в освобождении от уз материи находящейся в нем божественной сущности, для чего необходимо с помощью воздержания и самоотречения сохранять душу от телесной скверны. На помощь людям светлое божество воздвигало пророков и учителей, в т.ч. Адама, Ноя, Авраама, Иисуса Навина и величайшего из них – Мани. Иисус является одним из эонов и не имеет никакого отношения к историческому Христу. Манихеи видели в страданиях Христа скорби божества, разлитого в природе и повседневно рождающегося, страдающего и умирающего. Оно распинается в каждом куске дерева и мяса, в поедаемых плодах и т.п. Подобно гностикам, манихеи имели особую касту посвященных, практиковавших аскетизм и обладавших «тайным знанием», но, в отличие от них, не считали себя христианами. Последователи Мани принялись активно заниматься миссионерством, стремясь сделать манихейство мировой религией, тогда как гностики замыкались внутри своих сект, осознавая себя избранной «духовной элитой». Манихейство быстро распространилось по всей империи. Прежде остальных к нему примыкали гностики, последователи культа Митры и христиане. Отрицательное отношение манихеев к идолопоклонству и их антисоциальная направленность вызвали против них карательные меры со стороны государства, особенно при Диоклетиане. В дальнейшем, христианские императоры также боролись с манихейством, от которого произошли секты павликиан (сплав манихеев с остатками маркионитов) и богомилов – на Востоке (с VIII в.) и катаров – на Западе (с ХII в.).

Результатом борьбы Церкви с гностицизмом стали формирование учения о священной иерархии и апостольском преемстве и соборное утверждение первоначального канона Св.Писания (181 – 190 гг.), хотя окончательно каноны Ветхого и Нового Заветов были утверждены на Поместных Соборах Западной Церкви в IV в., а позже – и на Востоке, где еще иногда были в употреблении ветхозаветные книги Еноха (до VIII в.) и Юбилеев (до V в.), а также имелись расхождения относительно состава Книг Нового Завета. В первые века христианства к числу новозаветных книг относились: «Пастырь Ерма», «Учение 12-и Апостолов», «Послание Ап.Варнавы», «1-ое Послание к Коринфянам Климента Римского» и апокрифический «Апокалипсис Петра». В то же время, нередко ставились под сомнение подлинность и Богодухновенность Послания Ап.Павла к Евреям, Соборных Посланий Ап.Иакова, Петра и Иуды, 2-ого и 3-его Посланий и Откровения Ап.Иоанна Богослова. Кроме того, имели хождение апокрифы – подложные книги, авторы которых выдавали себя за апостолов, приводя устное предание либо собственные фантазии. Многие апокрифы были написаны гностиками, которые использовали в своих интересах неоформленность раннехристианского канона, ссылаясь на некую традицию, восходящую к Христу и апостолам. К апокрифическим книгам относились: около пятидесяти «Евангелий», в т.ч. «Протоевангелие Иакова» (вышло из среды иудео-христианской секты эвионитов; начинается с благовестия Иоакиму и Анне и кончается Вифлеемским избиением), «Евангелия» Никодима, Детства (цитируется в Коране), Петра, Павла, Фомы, Андрея, Варфоломея и даже Иуды Искариотского, «Деяния» Петра и Павла, Андрея, Варнавы, Иоанна, Фомы и других апостолов, а также «Переписка Ап.Павла с философом Сенекой» и «Апокалипсисы» Павла, Варфоломея, Фомы, Стефана и др.

Главный аргумент Церкви против гностиков был выдвинут в учении об апостольском преемстве, которое подробно раскрыл в своих творениях св.Ириней Лионский. Под апостольским преемством следует понимать гораздо больше, чем только преемственность священной иерархии через рукоположение. Церковь едина во времени и пространстве (т.е. кафолична), и Св.Писание, истинность которого подтверждается при действии Святого Духа сохраняется в Церкви без изменений и прибавлений. Епископ – «свидетель» этого единства, проявляющегося в действенности Таинств. Св.Предание, как в Ветхозаветной, так и в Новозаветной Церкви - общедоступно, в отличие от «тайного знания» гностиков, т.к. Господь желает спасения каждого человека, а не членов некой «духовной элиты».
№6. Монтанизм. Монархианские ереси. Ослабление

гонений с конца II до середины III вв.

Раскол новациан. Гонения III – начала IV вв.
Для первохристианского «малого стада» был характерен постоянно высокий духовный подъем, сохранению которого способствовали распространенные в Церкви I – II вв. харизматические служения апостольства, пророчества и учительства. Кроме того, постоянная угроза гонений заставляла христиан со всей тщательностью относиться к образу своей жизни, пребывая в постоянной молитве, духовном трезвении и братском общении. Когда после пришествия Христа прошло почти двести лет, и число христиан значительно возросло, дух братской любви и благочестия в Церкви постепенно стал ослабевать. Уменьшились и эсхатологические ожидания, т.к. уже не осталось их главных вдохновителей – непосредственных преемников св.апостолов. Во II в. появилась практика «второго покаяния» в тяжких грехах, которое принимал епископ, тогда как прежде считалось, что после смытия грехов Крещением человек уже не может серьезно грешить. (Хотя покаяние и связанная с ним исповедь в той или иной форме всегда существовало в Церкви, в I – начале II вв. оно не распространялось на серьезные грехи.) Многие христиане не могли смириться с мыслью о малейшем пересмотре идеалов Древней Церкви, считая, что «второе покаяние» невозможно и стремились при помощи асктических подвигов сохранять постоянное духовное трезвение в ожидании наступления судного дня.

На фоне этих настроений возникли древние ереси, в первую очередь – монтанизм. Секта была основана во фригийском городке Пепуза христианским священником Монтаном, который до принятия крещения был жрецом Кибелы. Около 150 г. в сопровождении двух «пророчиц», Максимиллы и Прискиллы он начал возвещать «пришествие Святого Духа (Утешителя)», обещанного Христом. Монтан утверждал, что одного пришествия Сына недостаточно для спасения, которое завершается в откровении Святого Духа через него, Монтана и «пророчиц». Он не признавал священную иерархию и считал, что Церковью должны управлять пророки. (Апостолы, пророки и учители I – II вв. при всем своем авторитете никогда не противопоставляли свое харизматическое служение законной церковной иерархии.) От своих последователей Монтан требовал безбрачия и строжайшего аскетизма ввиду скорого Второго Пришествия Христа, место которого указывалось в Пепузе, объявленной «Новым Иерусалимом». Монтанистами (пепузианами) стало большинство христиан Фригии, в т.ч. все население городка Фиатиры. Своих последователей новое учение находило в разных частях империи, как на Востоке, так и на Западе.

В восточных Церквях сектанты вызвали резкое неприятие как одержимые нечистыми духами. Во время своих собраний монтанисты, находясь в состоянии сильного нервного возбуждения, выкрикивали, подобно современным протестантам-«харизматам» и пятидесятникам, бессмысленные звукосочетания, что не имело ничего общего с еще существовавшей в Церкви глоссолалией. Говорили, что Монтан и Максимилла в экстатическом порыве удавились, но точно об этом неизвестно. Бросалась в глаза странность самих монтанистских обрядов: употребление для Евхаристии хлеба и сыра, прикладывание большого пальца к носу во время молитвы и т.п. Поместный Иконийский Собор постановил принимать раскаявшихся монтанистов в общение с Церковью лишь через перекрещивание (христиане при переходе в эту секту также перекрещивались). На Западе, наряду с осуждением, наблюдалось и значительное сочувствие монтанистам, вызванное не столько их учением, сколько изначальной причиной его появления, т.е. стремлением вернуться к благочестию первохристиан. Один из Римских пап – либо Елевферий (175 – 189 гг.), либо Виктор (189 – 199 гг.) даже собирался отправить во Фригию послание о признании «нового пророчества», но его от этого отговорили. Симпатии к еретикам наблюдались и в Галльской Церкви. Даже св.Ириней Лионский долгое время защищал монтанистов, не замечая их сектантской сущности. Крупнейший апологет христианства Тертуллиан (см. №7) полностью принял монтанизм и стал считать, что Церковь не должна прощать грехов, т.к. грех несовместим со святостью. Так, Тертуллиан, всю жизнь защищавший Церковь, стал с ней бороться. Последние упоминания о монтанистах относятся к IX в., когда их остатки соединились с павликианами. Отвергнув «новое пророчество» и сходную с ним апокалиптическую литературу, Церковь стала с большой осторожностью относиться вообще к любым пророчествам, дар которого был в то время еще распространенным явлением среди христиан. Для устранения возможных соблазнов из общецерковного употребления были изъяты такие популярные книги, как «Пастырь Ерма», «Апокалипсис Петра» и все апокрифы. Даже Апокалипсис Иоанна Богослова до IX в. на Востоке часто не признавался канонической книгой и никак не отражен в православном Богослужении.

Другой своеобразной реакцией на монтанизм стало возникновение новых еретических сект, первой из которых были алоги (т.е. «отрицающие логос») – также фригийцы. Они отрицали Евангелие от Иоанна, т.к. в нем содержится обетование Утешителя, ставшее обоснованием проповеди монтанистов. Утверждая, что Евангелие от Иоанна неподлинно, т.к., якобы, противоречит другим Евангелиям алоги отрицали учение ап.Иоанна о Боге-Слове и не признавали Божество Сына. Подобные же ереси проповедовались монархианами, которых объединяла приверженность утверждение единоначалия («монархии») Бога за счет отрицания Его Троичности. Монархиан принято разделять на динамистов и модалистов.

Главным представителем динамистов на Западе был Феодот, отрекшийся от Христа во время гонений. Для успокоения совести он стал проповедовать, что отрекся не от Бога, а от человека. Его учение, нашедшее своих сторонников, было осуждено папой Виктором. На Востоке динамистов возглавил Павел, епископ Самосатский (с 260 г. – Антиохийский), занимавший высокий государственный пост у царицы Зиновии – покровительницы христиан, правившей в Пальмире, которая в то время отложилась от империи. Павел Самосатский учил, что Логос и Святой Дух безличны и не существовали до Боговоплощения, которое понимал как сосуществование обычного человека Христа и Логоса-Премудрости Божией. Кроме еретического учения Павел Самосатский был известен своей безнравственной жизнью. Его осуждение и низложение состоялось на Поместном Соборе в 268 г.

Крупнейшим представителем модалистов был римский пресвитер Савеллий, который учил, что Отец, Сын и Святой Дух – это лишь наименования одного и того же безличностного Бога-Отца, соответствующие Его разным проявлениям. Единство Отца и Сына Савеллий обозначал выражением «Сыно-Отец». С обличением этой ереси выступил св.Ипполит Римский (см. также №7) – известный пресвитер и духовный писатель, в полемике с Савеллием склонившийся к противоположной крайности – субординатизму, – утверждению, что Отец больше Сына, а Сын больше Святого Духа. Папа Каллист (217 – 222 гг.), пытаясь примирить Савеллия и Ипполита, выдвинул компромиссное определение, по сути – модалистское, которое не удовлетворило ни одну из сторон. Тогда папа отлучил как Савеллия, так и Ипполита, которого обвинил в «двубожии». Ипполит не признал этого отлучения и был посвящен своими сторонниками в епископский сан, став первым в истории антипапой. Каллиста он обвинил в ереси и либеральном отношении к церковной дисциплине – в общении с еретиками, допуске браков с язычниками и др., которое связывал с личной небезупречностью папы. Именно Каллист ввел в Римской Церкви практику «второго покаяния» в грехах вероотступничества, убийства и прелюбодеяния, которые прежде считались непростительными. Св.Ипполиту удалось собрать вокруг себя лишь небольшую общину, которая просуществовала около десяти лет. При папе Понтиане он примирился с Церковью и в 235 г. был вместе с папой отправлен властями в рудники на остров Сардинию, где они вскоре скончались. Савеллианство, кроме Рима имело некоторое распространение в Ливии, где просуществовало до IV в.

Снижение уровня духовной жизни среди христиан во многом было связано и с ослаблением гонений. От смерти Марка Аврелия (185 г.) до середины III в. Церковь жила в относительной безопасности. Гонения возобновлялись лишь в 202 г. и с 235 по 238 гг. Во время правления в Риме сиро-финикийской династии Северов мода на все восточное при императорском дворе распространилась и на христианство. Все представители этой династии, за исключением ее основателя Септимия известны как дурные и эксцентричные правители. Император Каракалла (211 – 217 гг.) с детства был очень близок к иудейству, а возможно – и к христианству. При нем гонения на христиан полностью прекратились. Гелиогабал (218 – 222 гг.) до того, как стать императором был жрецом сирийского бога Габала. Он вынашивал планы сделать культ Габала государственной религией империи и запретить поклонение всем другим богам, почему-то ожидая найти поддержку у христиан и иудеев. Александр Север (222 – 235 гг.) был по воззрениям эклектиком и признавал все существующие религии. Мать императора, под сильным влиянием которой он находился была покровительницей христиан и слушательницей знаменитого Оригена. Александр поместил статую Христа в своей молельне рядом со статуей Авраама и собирался принять Христа в пантеон римских богов, но не сделал этого из опасения, что тогда христианство станет господствующей религией. Филиппа Аравийца (243 – 249 гг.) блаж.Иероним даже называет «первым христианским императором», т.к. он, якобы, тайно принял Крещение.

В то время, когда казалось, что угроза Церкви со стороны государства полностью миновала, неожиданно разразилось страшное гонение императора Декия (249 – 251 гг.). Перед лицом усиления грозного врага – Персии Декий решил укрепить государство, в т.ч. государственные культы. Цель гонения состояла не в наказании христиан за исповедание незаконной религии, а в насильственном принуждении их к идолопоклонству. Мученики умирали не от казней, а от продолжительных пыток, и число исповедников было больше, чем мучеников. При этом, впервые возникла проблема массового отступничества христиан, которые успели отвыкнуть от преследований и нередко с легкостью соглашались принести жертвы идолам и статуям императора и отказаться от своей веры. По окончании гонения множество отпавших начали возвращаться в Церковь с просьбой о прощении, в связи с чем возник вопрос о самой возможности их приема, т.к. в то время Церковь знала лишь «второе покаяние» в смертных грехах, приносимое публично перед епископом и сопровождавшееся тяжелой епитимией, причем практика «второго покаяния» принималась далеко не всеми.

Раскол по поводу принятия падших начался в Карфагенской Церкви (развалины Карфагена находятся в окрестностях современного Туниса), имевшей самые строгие традиции из всех Поместных Церквей. Св.Киприан, епископ Карфагенский – ученик Тертуллиана выступил за принятие отступников, т.к., во-первых, Христос заповедал всегда прощать грехи, сколько бы раз согрешившие не просили прощения, а во-вторых, в противном случае число христиан слишком сильно бы сократилось. Несогласные со св.Киприаном настаивали на необходимости повторного Крещения для покаявшихся отступников, причем исповедь у них должны принимать только исповедники, т.е. те, кто пострадали при последнем гонении. Св.Киприана раскольники обвиняли в малодушии и считали недостойным принимать отпавших, т.к. он во время гонения скрывался. В борьбе с раскольниками св.Киприан Карфагенский написал свои лучшие произведения – «О единстве Церкви» и «О падших», которые по стилю и содержанию близки к сочинениям Тертуллиана. Проявляя снисхождение к падшим, св.Киприан настаивал на необходимости перекрещивания всех раскаявшихся еретиков и раскольников – как принявших еретическое крещение, будучи язычниками, так и отпавших от Церкви. Для св.Киприана канонические и сакраментальные границы Церкви полностью совпадают («вне Церкви нет спасения»), а таинства, совершаемые еретиками и раскольниками, недействительны и лишь оскверняют участвующих в них. (В отношении присоединения к Православию бывших еретиков и раскольников в дальнейшем стал применяться принцип икономии, когда Церковь воздерживается от безусловного признания недействительными таинств, совершаемых в определенных еретических и раскольнических сообществах. Перекрещивание обязательно требуется лишь в тех случаях, когда крещение было совершено не во имя Святой Троицы либо в вероучении данной секты отрицаются основные христианские догматы. Присоединение к Церкви бывших еретиков и раскольников осуществляется, согласно правилам Трулльского Собора, - см. №16.)

Точка зрения св.Киприана относительно принятия падших возобладала во всей Церкви: они стали приниматься в общение через возложение рук епископа (аналог Миропомазания) и Причащение. Крайние ригористы, отлученные св.Киприаном, распространили свой раскол из Северной Африки сначала на Римскую Церковь, представитель которой, Новациан был незаконно провозглашен папой. (Новациан известен как автор толкований на Св.Писание и трактата «О Троице», православность которых не вызывает сомнения.) Вскоре по всей империи стали возникать секты новациан, которые называли себя «кафарами», т.е. «чистыми», в противоположность «церкви падших». Во Фригии к ним примкнули многие монтанисты. Карфагенская Церковь объединилась вокруг св.Киприана, а Римская – вокруг законного папы Корнилия, который отлучил новациан за непослушание и немилосердие. Остатки новациан после VIII в. соединились с монтанистами.

Единство Церкви вновь запечатлелось кровью мучеников в 258 г., когда были казнены св.Киприан и Римский папа Сикст II со своим диаконом Лаврентием. Это гонение было начато в 257 г. императором Валерианом (253 – 260 гг.), который первоначально не причинял христианам никакого вреда, но по неизвестным причинам резко изменил к ним отношение. Преследованиям в основном подверглось духовенство, которому под страхом смерти было запрещено совершать Богослужения. Следующим императором стал Галлиен (260 – 268 гг.) – талантливый поэт и художник, обладавший очень мягким характером, но совершенно бездарный правитель. Он прекратил гонения на христиан, отменив эдикты, изданные против них его отцом Валерианом и Декием. При преемниках Галлиена в течение тридцати пяти лет христиане жили в безопасности. Их число значительно возросло, и христианство заняло прочное место в обществе, хотя формально продолжало оставаться вне закона. Именно в этот период по всей империи стали возникать христианские храмы, которые никто не пытался разрушить.

Доникейский период истории Церкви завершился крупнейшим гонением императоров Диоклетиана и Галерия, целью которого было полное уничтожение христианства. Диоклетиан (284 – 305 гг.) для более удобного управления огромной империей разделил ее на западную и восточную части, сам поселившись на востоке – в малоазийском городе Никомидии, а в Риме поставил соправителем Максимиана. Своим преемником на востоке он назначил приближенного к себе военачальника Галерия. В течение двадцати лет Диоклетиан относился к христианам с терпимостью, но по внушениям ненавидевшего их Галерия неожиданно объявил гонение, начавшееся с чистки в римской армии от христианского элемента. На западе преследования в основном этим и ограничились (в Латинской Африке, кроме того, закрывали и разрушали храмы и сжигали христианские книги) и продлились до 305 г., когда вместо Максимиана воцарился Константин, а затем – узурпатор Максенций, прекратившие гонение. Но на востоке, где еще при живом Диоклетиане власть все более переходила к Галерию, который в 305 г. воцарился в Никомидии гонение было как никогда лютым. Христиан подвергали настолько жестоким пыткам, что впервые в истории среди них отмечались случаи самоубийств от страха предстоящих мучений. Во Фригии был сожжен целый город, населенный преимущественно христианами. Особенными зверствами отличались избиения в Египте и Сирии, подвластных наместнику (кесарю) Максимину, где палачи не щадили даже грудных детей. В Египте, где христиане составляли большинство населения количество мучеников было самым значительным и исчислялось десятками тысяч. Гонение завершилось казнью в 311 г. свт.Петра Александрийского, которого принято называть «печатью мучеников». В том же году перед своей смертью Галерий издал эдикт о прекращении гонения ввиду его неэффективности, а также признающий право на существование христианства как уже достаточно древней религии и повелевающий христианам молиться об императоре. При этом, оставался в действии закон, запрещавший язычникам принимать христианство. Таким образом, Церковь одержала победу в последней схватке с языческим миром.


№7. Ранние Отцы Церкви
Святоотеческое предание ведет свое начало от посланий «мужей апостольских» – непосредственных учеников апостолов и их ближайших преемников. Они являются драгоценными свидетельствами о жизни первохристиан и содержат доходчивые и бесхитростные наставления и увещания. По форме, содержанию и особой одухотворенности эти писания близко стоят к Посланиям св.апостолов. Св.Климент Римский был апостолом от 70-и, учеником ап.Петра и Римским папой (88 – 97 гг.). В своем «Послании к Коринфянам» он впервые сформулировал понятие «апостольского преемства» священной иерархии, говоря об установлении ап.Петром престола Римских первоиерархов. В гонение императора Траяна он был сослан в каменоломни Крыма и утоплен в 101 г. Св.Игнатий Богоносец, епископ Антиохийский (69 – 110 гг.) – автор семи посланий, был учеником ап.Иоанна Богослова, язык и образ мысли которого оказали влияние на его творения. Св.Игнатий был первым крупным христианским писателем нееврейского происхождения. В его «Послании к Смирнянам» впервые встречаются понятия «парикия» и «Кафолическая Церковь». В правление Траяна его конвоировали в Рим и отдали на растерзание зверям на арене цирка. По пути в Рим Игнатий Богоносец написал важнейшее из своих произведений – «Послание к Римлянам», исполненное благодатного предощущения скорого упокоения в блаженстве Небесного Царства. Мученик просит римских христиан ничего не предпринимать для его освобождения, с радостью ожидая предстоящие ему страдания. Прозвание «Богоносец» связано с преданием о том, что св.Игнатий был одним из детей, которых держал на руках Христос. Согласно другому преданию, св.Игнатию в видении предстали хоры Ангелов, поочередно славословящие Бога, после чего он ввел в Антиохии антифонное (т.е. попеременное) пение, распространившееся во всей Церкви. Св.Поликарп Смирнский, автор «Послания к Филиппийцам» был епископом малоазийского города Смирны, учеником ап.Иоанна Богослова и другом св.Игнатия Богоносца, «Послания» которого он собрал. В 156 г. св.Поликарп – духоносный старец, глубоко чтимый всеми христианами Малой Азии был сожжен по приказу властей. «Мученичество Поликарпа» - первое произведение подобного рода, свидетельствующее о почитании мучеников в Древней Церкви. Еще одним известным учеником ап.Иоанна Богослова и другом св.Поликарпа был св.Папий Иерапольский. Из его сочинений («Пять книг изъяснений Господних речений» и др.) сохранились лишь небольшие отрывки.

Из писаний «мужей апостольских» также следует отметить «Учение 12-и Апостолов» и «Пастыря Ерма», авторы которых неизвестны. До оформления канона Книг Нового Завета эти произведения имели среди древних христиан широкое хождение наряду с Евангелиями и Посланиями св.апостолов. «Учение 12-и Апостолов» (греч. «Дидахэ», т.е. «12») было написано в конце I в. в Палестине или Сирии. Оно содержит краткие наставления относительно церковной жизни общин и отдельных христиан, а также древнейший образец Евхаристической молитвы. Книга «Пастырь» написана во II в. в Римской Церкви неким Ермом, который часто отождествлялся с одноименным апостолом от 70-и, упоминавшимся в Посланиях ап.Павла. Она представляет собой Апокалипсис, состоящий из трех частей: «Видения», «Заповеди» и «Притчи». В первых четырех видениях Ерму является Церковь в образе старой женщины. В пятом видении перед ним предстал Ангел Покаяния в виде пастуха (отсюда – название «Пастырь»), который произнес 12 заповедей и 10 притчей. В книге красочным символическим языком описываются картины грядущего Страшного Суда и воздаяния праведникам и грешникам, а также даются наставления относительно повседневной жизни христианина.

С 20-ых годов II в. на смену «мужам апостольским» пришли христианские апологеты, сочинения которых оказали большое влияние на формирование догматического учения Церкви. В отличие от «мужей апостольских» – людей простых и неученых, апологеты, многие из которых до своего обращения в христианство изучали философию и современные им науки были хорошо знакомы с наследием греко-римской культуры. Задача апологетов состояла в защите христиан от нападений со стороны языческого общества, иудеев, а также еретиков, считавших себя христианами. Обличая заблуждения язычников, апологеты пытались, при этом, выделить положительные моменты в воззрениях эллинских философов. Св.Иустин Философ до принятия христианства увлекался учениями Платона и стоиков. Крестившись, он продолжал жизнь странствующего философа, но во время диспутов стал с помощью привычных приемов диалектики и риторики защищать и проповедовать христианские истины. Св.Иустин – автор двух «Апологий», адресованных императору Антонину Пию и Римскому Сенату, а также «Разговора с Трифоном Иудеем» - апологии против иудеев на основании ветхозаветных пророчеств о Христе. Авторству Иустина Философа иногда приписывают небольшое анонимное «Послание к Диогнету» - замечательное произведение апологетического жанра. Св.Иустин Философ был обезглавлен в Риме в 60-ых годах II в.

Татиан Ассириец – ученик св.Иустина Философа, автор апологии «Против эллинов», написанной в резком, саркастическом тоне. Ему также принадлежит составление Диатессарона (Четвероевангелия) – единого текста на основании четырех Евангелий, из которого исключены родословия Христа и все упоминания о Его происхождении от Давида. Книга начинается с пролога Евангелия от Иоанна. Диатессарон получил широкое распространение, особенно в Сирии, и вскоре именно эти четыре Евангелия были признаны Церковью каноническими. Впоследствии Татиан отошел от Церкви и примкнул к маркионитам, а затем основал свою секту того же окологностического направления.

Св.Ириней Лионский – крупнейший ранний богослов. По времени и направлению деятельности он относился к эпохе апологетов, а по глубине и значимости мысли – к Отцам Церкви. Св.Ириней родился в Малой Азии, где в юные годы был учеником св.Поликарпа Смирнского, а затем учился в Риме у св.Иустина Философа, стал епископом в Лугдуне (Лионе) и был казнен в 167 г. вместе с 19000 галльских христиан. Его главный труд – «Против ересей» раскрывает в пяти книгах христианское учение в полемике с гностиками, известия о которых черпаются в основном из этого сочинения. Центральная мысль св.Иринея Лионского, которая опровергает все основные постулаты гностицизма заключается в том, что спасение и обожение человека обретается лишь в единении со Христом и Его Церковью. Искупление, совершенное Сыном Божиим – это творческий акт, приводящий в исполнение тот Божественный план, который изначально лежал в основе творения, но был нарушен грехопадением Адама и его потомства.

Учеником св.Иринея был св.Ипполит Римский (см. №6) – апологет христианства против иудейства, язычества и ересей, толкователь Св.Писания и ревностный блюститель церковной дисциплины. Его авторству принадлежат многие произведения, важнейшее из которых – «Против всех ересей» («Философумены»). Св.Феофил, епископ Антиохийский (169 – 170 гг.) – автор апологии «Три книги к Автолику», представляющей собой беседы с его другом-язычником. Говоря об Отце, Сыне и Святом Духе, св.Феофил первым из христианских писателей употребил слово «Троица», заимствованное у греческих философов. На середину II в. также приходится деятельность св.равноапостольного Аверкия (




Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   18   19   20   21   22   23   24   25   ...   52


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет