Эразм Роттердамский



бет16/23
Дата07.03.2018
өлшемі4.11 Mb.
#20192
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   23

                                       

 

==281

                                          

 

Ф и л е к о й.  Это действительно значит изменять виды вещей.



 

Л а л. Когда Бальбин стал торопить его с началом дела, тот говорит: "Разве ты не знаешь пословицы, что,  кто хорошо начал, тот уже половину дела сделал?  Важно хорошо  приготовить материал". Наконец, начали сооружать печь.  Тут опять понадобилось золото,  как бы приманка для будущего золота.  И понятно: как рыбы нельзя поймать без приманки,  так и золото у алхимиков не добывается,  если половины золота не примешаешь.  Тем временем Бальбин весь погрузился в подсчеты; он рассчитывал так: если унция дает пятнадцать,  сколько получится прибыли от двух тысяч унций, - столько он решил затратить. Алхимик и эти деньги прокутил в течение одного-двух месяцев,  тратя для виду много времени и труда на меха и уголь.  На  вопрос Бальбина, подвигается ли дело,  он сначала промолчал,  а когда тот стал настаивать, отвечал: "Так,  как это бывает с делами  важными: они  всегда трудны вначале".  Ссылался на то,  что сделал ошибку с покупкой угля: купил дубовый,  а нужен еловый или  ореховый.  На это  ушло сто  золотых он еще с большим жаром стал играть.  Даны новые деньги, куплен другой уголь.  Теперь за дело принялись усерднее прежнего, как бывает на войне с военными:  когда  они  потерпят  неудачу,  то поправляют ее доблестью.  В мастерской уже несколько месяцев  кипела работа, ожидался  золотой доход,  а в сосудах и крошки золота не было (даже и их все прокутил алхимик). Тогда придумана была другая отговорка: значит, стеклянная посуда была сделана не так,  как следовало бы.  И то правда: если Меркурия не из каждого

 

                                     



 

==282

                                        

 

дерева можно сделать, то и золота не всяким стеклом добудешь.  Чем больше было затрачено, тем меньше было желания бросить дело.



 

Ф и л е к о й. Так бывает и с игроками, точно не лучше только часть потерять, чем все.

 

Л а л.  Да. Алхимик клялся, что никогда еще он так не попадал впросак; но теперь,  раз ошибка установлена,  все будет верней верного,  и этот расход он покроет большим барышом. Переменили сосуды и в третий раз заново оборудовали мастерскую.  Алхимик посоветовал  послать несколько золотых богородице Марии,  почитаемой,  как ты знаешь, в Паралиях. наука святая, и без божественного покровительства дело на лад пойти не может.  Этот совет очень понравился Бальбину, человеку благочестивому,  не пропускавшему ни одной  обедни.  Алхимик  предпринял паломничество, - разумеется,  в ближайший городок, - и там прокутил эти обетные деньги в кабаках. Вернувшись домой,  он сообщает, что вполне надеется, что дело пойдет по их желанию, - до такой степени святая дева, как ему показалось,  благоволит к ним. Когда они уже много времени потрудились, а золота нигде и крошки не получилось, то на вопрос Бальбина он ответил, что никогда, при всех его частых научных опытах, ничего подобного с ним не случалось; даже и предположить он не может, в чем тут дело. После долгих догадок Бальбину, наконец, пришло в голову, не забыл ли он в какой-нибудь день прослушать обедню  или прочитать молитву: если забыть, то ничего не удается. Тут обманщик говорит: "Ты в самую  точку попал.



 

Несчастный я человек! Не раз это со мной случалось по забывчивости, и еще недавно, вставая из-за стола после затянувшегося пира, я забыл про-

                                     

 

==283

                                        

 

читать молитву деве Марии". Тогда Бальбин говорит: "He удивительно,  что такое важное дело не удается".  Хитрец  обещал  за  две пропущенных обедни выслушать двенадцать и за одну молитву прочесть десять.  Когда же расточительному алхимику опять стало не хватать денег и недоставало предлогов  их  выпрашивать,  то  он  выдумал, наконец,  такую махинацию - вернулся  домой до крайней степени испуганный и  заговорил жалобным голосом: "Я погиб,  Бальбин, совсем погиб, со мной покончено! " Бальбин изумился и полюбопытствовал узнать причину этого несчастья. "Пронюхали,  - говорит,  - придворные,  чем мы занимались,  и я теперь только того и жду,  что меня немедленно отведут в тюрьму".  При этих словах Бальбин совсем не на шутку побледнел.  Ты ведь знаешь,  что  занятия алхимией  без разрешения государя у нас считаются  уголовным преступлением.  Тот продолжает: "Не боюсь я смерти, пусть она мне  выпадет на  долю; я  боюсь кой-чего более жестокого". На вопрос, чего же - он отвечал: "Меня потащат куда-нибудь в большой замок и там заставят всю жизнь работать на тех,  на кого не хочется.  Можно ли какую угодно  смерть не предпочесть  подобному существованию?"  Тут они стали советоваться и обсуждать это  дело.  Так как Бальбин был силен в риторике, то он пустил в  ход  всевозможные  доводы,  доказывая,  что опасность можно устранить.  "Не можешь ли ты, говорит он,  - отрицать преступление? " - " Никоим  образом, - отвечал  тот, - слухи  об этом распространились  среди  королевских  телохранителей,  и у них есть неопровержимые доказательства.  Даже защищать это деяние нельзя было бы, так как закон слишком очевиден". Когда после



 

                                      

 

==284

                                          многих соображений ни в чем не нашлось прочной поддержки,  то,  наконец,  алхимик,  которому уже нужны были наличные деньги, сказал: "Мы, Бальбин,  тратим время  на длинные  совещания,  а между тем положение требует быстро  и сильно действующего средства. Я думаю, что вот-вот явятся люди и потащат меня в тюрьму". Но так как Бальбину ничего не  приходило в  голову,  то, наконец,  алхимик и говорит: " Мне тоже ничего в голову не приходит, остается только мужественно умереть,  но,  может быть, мы примем крайнюю меру, более полезную, чем честную, но ведь нужда - жестокое оружие.  Ты знаешь,  - говорит он, - что эта порода людей жадна до денег тем легче подкупить их,  чтобы они молчали. Как ни тяжело давать этим висельникам  деньги на мотовство,  однако при  теперешних обстоятельствах не вижу ничего лучшего".  К тому же мнению пришел и Бальбин и отсчитал тридцать золотых, чтобы купить их молчание.

 

Ф и л е к о й. Удивительно щедр, судя по твоему рассказу, Бальбин!



 

Л а л. Наоборот, в деле приличном у него скорее зуб можно было бы вырвать,  чем монету.  Так и выручен был алхимик,  которому никакой опасности не грозило,  кроме разве той, что ему нечего было давать своей любовнице.

 

Ф и л е к о й.  Удивительно, как мало нюха у Бальбина!



 

Л а л. Только на это дело у него нет нюха, а на другие - сколько хочешь.  Опять на новые деньги выстраивается печь, но предварительно отслужили молебен богородице-деве с просьбой оказать покровительство их начинанию.  Так прошел целый год; тот придумывал разные  отговорки,  работа

                                      

 

==285

                                         

 

производилась зря,  и расходы на нее пропадали                          даром.  Тем  временем  произошел  один смешной                          случай.



 

Ф и л е к о й. Какой же?

 

Л а л. У алхимика была тайная связь с женой одного  придворного; заподозривший  ее муж начал  за  нашим  молодцом  следить.  Наконец, когда ему дали знать,  что священник находится в спальне,  он неожиданно вернулся домой,  стучит в дверь.



 

Ф и л е к о й. Что же он намерен был с ним сделать?

 

Л а л. Разумеется,  ничего хорошего: либо убил бы его, либо оскопил бы.  Когда муж стал настойчиво грозить,  что силой выломает  дверь,  если жена не отопрет,  началась большая  суматоха в поисках какого-нибудь быстрого спасения.  Ничего другого не оставалось, как то,  на что сама обстановка указывала. Сбросил он с себя сутану и выбросился из узкого окна - не без опасности и поранений - и убежал. Сам знаешь, такие сплетни тут же распространяются.  Так дошел слух и до Бальбина.  Да и сам хитрец должен был это предвидеть.



 

Ф и л е к о й. Значит, он совсем попался.

 

Л а л.  Ну нет,  отсюда он счастливее выкарабкался,  чем из спальни.  Послушай,  что он придумал.  Бальбин не расспрашивал,  но угрюмым выражением лица давал понять,  что эти сплетни ему небезызвестны.  Но  тот  знал,  что  Бальбин человек благочестивый,  а в некоторых отношениях, можно сказать,  почти суеверный.  А  такие люди даже самые  большие прегрешения  легко прощают раскаивающимся.  И  вот  тот  нарочно намекает насчет успеха дела, жалуясь, что оно не так удается,



 

 

==286

как в другое время или как он хотел бы.

 

Тут Бальбин  случайно смягчился,  хотя,  вообще говоря,  он,  по-видимому,  решил  было молчать; впрочем,  и вообще он легко смягчался.  "He тайна, -  сказал  он, -  что мешает:  грехи мешают хорошо  идти тому  делу,  за  которое прилично приниматься людям с чистыми руками".  При этих словах хитрец пал на колени,  все время бил себя в грудь и с  жалобным лицом  жалобно сказал: "Сущая  правда,  Бальбин:  грехи, - я  это тоже повторяю, - мешают; но мои  грехи -  не твои; мне не стыдно перед тобой, как перед благочестивейшим священником,  покаяться в моем позоре.



 

Победила меня плотская немощь,  завлек меня сатана в свои сети.  Горе мне! Из священника я сделался прелюбодеем.  Все-таки не совсем пропал тот дар,  который мы послали деве-матери.  Я бы погиб наверняка,  если бы она не помогла.  Муж уже выламывал дверь,  окно было уже, чем мог бы я  вылезти,  -  в такой  неминуемой опасности вспомнил я про святую деву: бросился на колени с мольбой помочь мне,  если ей угоден мой дар.

 

Тотчас же опять бегу к окну, - к этому меня вынуждала крайность, - и вижу, что оно достаточно широко, чтобы выскочить".



 

Ф и л е к о й. И Бальбин этому поверил?

 

Л а л. Поверил? Этого мало, он даже простил и строго предостерег не оказываться неблагодарным по отношению к святой деве. Снова отсчитаны были деньги, причем тот дал слово, что с этого времени будет в чистоте обращаться со святым делом.



 

Ф и л е к о й. Какой же конец?

 

Л а л. Это - очень долгая история, но я расскажу ее покороче. Когда он подобными выдумками слишком уж долго водил за нос Бальбина и вытянул



                                       

 

==287

                                           

 

из него немало денег - наконец,  пришел сюда человек,  знавший этого шарлатана с детства. Без                          труда догадываясь,  что он делает у Бальбина то же,  что и  везде делал,  он тайно  видится с Бальбином,  объясняет,  какого мошенника он пригрел в своем доме,  советует,  как  можно скорее удалить этого молодца,  если только не предпочтет, чтобы тот когда-нибудь сам убежал, предварительно обобрав все сундуки.



 

Ф и л е к о й.  Что сделал Бальбин? Распорядился, конечно, отправить этого молодца в тюрьму?

 

Л а л. В тюрьму? Наоборот, отсчитал ему денег на дорогу,  заклиная его всеми святыми не болтать о том, что у них было.  И, по моему мнению,  с его стороны это было умнее, чем сделаться и на пирушках и на улице притчей во языцех,  а там и подвергнуться  опасности  конфискации  имущества.



 

Ведь  обманщику-то  не  было  никакого  риска: науку эту он знал так же мало,  как любой осел; и в этой области обман весьма удобен. Если бы Бальбин  предъявил к  нему обвинение  в воровстве, то от повешения его гарантировало помазание; да и никому нет охоты на свой счет кормить подобных молодцов в тюрьме.

 

Ф и л е к о й. Я пожалел бы Бальбина,  если бы он не  любил допускать,  чтобы его  водили за нос.



 

Л а л. Теперь я должен спешить во дворец.

 

В другое время расскажу вещи еще поглупее



 

этой.


 

Ф и л е к о й. Когда будет свободное время, я с удовольствием послушаю да и сам  за рассказ отплачу рассказом.

 

 

==288



 

   РАЗГОВОР НИЩЕНСТВУЮЩИХ

 

     Ирид. Мисопон.



 

И р и д. Что это за новая птица сюда прилетела? Узнаю лицо,  но одежда не та. Или я совсем брежу,  или это Мисопон.  Надо быть смелее. Обращусь к этому молодцу, хотя я весь в лохмотьях.

 

Здравствуй, Мисопон.



 

Мисопон. Это - Ирид.

 

И р и д. Здравствуй, Мисопон.



 

Мисопон. Молчи, говорю я.

 

Ирид.  Как? Ты не желаешь быть здоровым?



 

Мисопон. Пожалуйста,  только не это имя.

 

И р и д. Что же случилось? Разве ты не тот же, что был раньше? Или с одеждой меняется и имя?



 

Мисопон. Нет, но я принял прежнее.

 

Ирид. Кем же ты тогда был?



 

Мисопон. Апицием.

 

И р и д.  Не стыдись старого товарища, если твоя судьба переменилась к лучшему.  Ведь ты еще недавно принадлежал к нашему ордену.



 

М и с о п о н. Отойди,  пожалуйста, сюда,  и ты все услышишь.  Я не стыжусь вашего ордена,  но стыжусь своего первого звания.

 

Ирид.  О каком звании ты говоришь? Францисканцев?



 

Мисопон. Никоим образом, милейший, о звании мотов.

 

Ирид. Товарищей и этом смысле слова найдешь, сколько хочешь.



 

Мисопон. У меня были хорошие средства, я их тратил усердно; а когда деньги вышли, все перестали узнавать Апиция . Я бежал от стыда,

 

                                        



 

==289

 

 



обратился к вашему ордену; лучше было это, чем                            землю копать.

 

Ирид. Это было с твоей стороны умно. Но откуда же вдруг снова стало лосниться твое тело?



 

Перемене одежды я уже не так удивляюсь.

 

Мисопон. Почему?



 

Ирид. Потому, что богиня Лаверна многих

 

сразу обогащает.



 

М и с о п о н.  Ты, может быть, предполагаешь, что я нажил деньги воровством?

 

И р и д. Это, пожалуй, было бы большой трусостью. Может, грабежом?



 

М и с о п о н. Нет, клянусь вашей Пенией, ни воровством, ни грабежом. Но сначала я тебе скажу о том, что тебе кажется более удивительным, то есть о лоске моего тела.

 

И р и д. Ведь у нас ты был весь в ранах.



 

М и с о п о н. Разумеется,  я должен был воспользоваться врачебными услугами моего самого большого друга.

 

И р и д. Кто же это был?



 

М и с о п о н. Не кто иной,  как я сам; разве только, может быть, ты думаешь, что кто-нибудь больше меня самого друг мне?

 

И р и д. А я и не знал, что ты до того времени был искусен в медицине.



 

М и с о п о н. Весь тогдашний мой костюм я сам  облепил  красками,  ладаном,  серой,  смолой, лохмотьями,  кровью,  а  когда нашел  нужным,  то все наклеенное сорвал.

 

И р и д.  Обманщик! Ты тогда был как нельзя более жалок; ты мог бы в трагедии справиться с ролью Иова.



 

М и с о п о н. К этому тогда принуждала нищета; впрочем, судьба иногда и шкуру меняет.

 

                                        



 

К оглавлению

==290

                                           И р и д. Рассказывай теперь о судьбе. Нашел какой-нибудь клад?

 

М и с о п о н. Нет,  но нашел ремесло повыгоднее вашего.



 

И р и д.  Как же ты мог заняться ремеслом, если у тебя капиталов недоставало?

 

М и с о п о н.  Искусство всякая земля питает.



 

И р и д. Понимаю.  Ты говоришь об искусстве срезывать кошельки.

 

М и с о п о н. Боже избави! Я говорю об алхимии.



 

И р и д.  Пятнадцати дней нет, как ты нас оставил,  и уже усвоил себе искусство, которому

 

другие и во много лет едва выучиваются?



 

М и с о п о н. Я нашел сокращенный путь.

 

И р и д. Какой? Скажи, пожалуйста.



 

М и с о п о н. Ваше искусство дало мне еле-еле четыре золотых; по счастливой случайности я наткнулся на одного своего товарища,  тоже бездельника, который нисколько не удачнее меня распорядился своим  имуществом.  Мы  выпивали вместе; как водится,  он  начал рассказывать  о своем благополучии; я уславливаюсь с ним, что он будет пить на мой счет и за то познакомит меня со своим искусством.  Он добросовестно познакомил, и теперь оно стало для меня доходной статьей.

 

И р и д. Нельзя ли поучиться?



 

М и с о п о н. С тобой я даже задаром поделюсь из-за  нашего  прежнего  сотоварищества.  Ты знаешь,  что везде легко найти в очень большом количестве страстных любителей этого искусства.

 

И р и д. Слыхал и верю.



 

М и с о п о н. Вот я и пользуюсь всяким случаем, чтобы вкрасться в дружбу с ними. Хвалюсь искусством.  Как только замечу,  что птичка рот

                                       

 

==291

 

 

раскрыла, у меня уж и приманка наготове.



 

И р и д. Как так?

 

М и с о п о н. Я сам их предостерегаю не верить зря тем,  кто это искусство объявляет своей профессией,  что это по большей части обманщики, старающиеся  своими  фокусами  опустошить  кошельки неосторожных.



 

И р и д.  Такое предисловие мало удобно для такой деятельности.

 

М и с о п о н. Мало того: я еще прибавляю, чтобы и мне самому они ни в чем не верили, пока воочию не убедятся, что это дело верное.



 

И р и д. Удивительна твоя уверенность в своем искусстве.

 

М и с о п о н.  Я предлагаю им присутствовать при метаморфозе,  предлагаю  быть внимательными, а чтобы у них меньше оставалось  сомнения,  я советую им собственноручно все делать, а я буду только издали смотреть,  не шевеля ни пальцем: расплавленный материал я предлагаю  им очищать самим или же относить для очистки  к золотых дел мастеру; наперед говорю, сколько серебра или золота  должно  выплавиться; наконец,  то,  что выплавится,  я  советую  отнести  к нескольким мастерам  для  испытания  на  пробирном камне.



 

Они находят предсказанный вес,  находят совершенно очищенное золото или серебро - разницы тут нет, только,  пожалуй, на серебре мне не так рискованно производить опыты.

 

И р и д. Значит, в твоем искусстве нет решительно никакого обмана?



 

М и с о п о н. Наоборот,  это - чистейший обман.

 

И р и д. Я пока еще не вижу фокуса.



 

М и с о п о н. Сейчас увидишь. Прежде всего я

 

 

==292



                                         

 

уславливаюсь о вознаграждении;  но я требую выплаты его раньше производства опыта.  Передаю им порошок, делая вид, что от него-то все и зависит.  Но способа изготовить порошок не сообщаю иначе,  как за большую плату.  Требую при этом клятвы  не выдавать  в течение  шести месяцев тайны этого искусства никому из смертных  и бессмертных.



 

И р и д. Я все еще не слышу о фокусе.

 

М и с о п о н. Весь фокус состоит в одном угольке, приготовленном для этой цели. Я выдалбливаю уголек,  в него вкладываю расплавленное серебро в том количестве, которое я предсказываю.  Затем, всыпав порошок, я так устраиваю с уд,  чтобы он был окружен горящими углями не только снизу и с боков, но и сверху; убеждаю, что в этом-то и есть искусство.  К угольям,  накладываемым  сверху,  я примешиваю один,  который скрывает в себе серебро или золото.   Расплавившись от сильного жара, оно стекает в остальной  расплавляющийся материал,  например олово или медь;  после очистки находят мою примесь.



 

И р и д.  Искусство легкое; но каким же образом тебе удается обманывать, если работу производит другой своими собственными руками.

 

М и с о п о н. Когда тот, по моему предписанию,  исполнит работу,  то,  прежде чем ' снимут алхимический сосуд,  я подхожу и оглядываю, нет ли каких-либо упущений.  Говорю,  что мне кажется,  сверху недостает одного-двух угольков; незаметно подкладываю свой, делаю вид, что беру его из кучи остальных,  но беру его, предварительно так его положив,  чтобы его нельзя было узнать и чтобы он остался незамеченным для производящего опыта.



 

 

==293

                                         

 

И р и д. А если им без тебя опыт не удастся,                         что же ты тогда придумываешь?



 

М и с о п о н. Для меня нет никакого риска, раз деньги уже уплачены.  Что-нибудь выдумываю вроде того,  что сосуд был нечист, или что угли плохие,  или температура  огня не  была умело выдержана.  В конце концов мое искусство наполовину состоит в том,  чтобы не застревать подолгу в одном месте.

 

И р и д. Неужели прибыль от этого искусства так велика, что может кормить тебя?



 

М и с о п о н. И даже блестяще; теперь после этого и ты,  если умен,  оставишь вашу ничтожную  бедность и  присоединишься к  нашему ордену.

 

И р и д. Нет, я скорее буду о том стараться, чтобы тебя вернуть в наше сословие.



 

М и с о п о н. Как? Чтобы я добровольно вернулся к тому, от чего уже убежал, и чтобы оставил добро, которое нашел?

 

И р и д.  Б нашей профессии то хорошо, что она становится приятнее от привычки.  И вот,  в то время как многие отпадают от ордена св. Франциска или Бенедикта,  видел ли ты, чтобы хоть кто-нибудь, если он долго пробыл в нашем ордене, отпал? Ибо за столь немного месяцев ты даже и попробовать не успел настоящей нищеты.



 

М и с о п о н. Эта проба доказала мне, что эта нищета - дело самое бедственное.

 

И р и д. Почему же никто не отпадает?



 

М и с о п о н. Может быть потому, что они от природы несчастны.

 

И р и д. Эту бедную жизнь я не променял бы на участь царей.  Ибо ничто так не похоже на царство, как нищета.



 

                                      

 

==294

                                           М и с о п о н. Что я слышу? Ничто так не похоже на снег, как уголь?

 

И р и д. Скажи мне, чем преимущественно счастливы цари?



 

М и с о п о н. Тем, что они делают все,  что им вздумается.

 

И р и д.  А этой свободы,  приятнее которой ничего нет на свете, ни у кого из царей нет в большей степени,  чем у нас.  И я не сомневаюсь, что немало царей завидуют нам.  Война ли,  мир ли - мы живем в безопасности: не забирают нас на военную службу,  не зовут нас на службу государственную,  не берут с нас податей. В то время как народ обирают налогами,  никто не исследует нашей жизни; совершим ли мы  тяжелое преступление - кто счел бы для себя приличным привлекать  к  суду  нищего?  Даже если  мы побьем человека - стыдно сражаться с нищим.  Царям ни во время мира,  ни во время войны нельзя носить приятно,  и чем они выше,  тем  большего числа людей они боятся.  Нас,  точно посвященных богу, даже из какого-то религиозного страха простой народ боится оскорблять.



 

М и с о п о н.  А тем временем вы остаетесь в грязных лохмотьях и домишках.

 

И р и д.  Какое это имеет отношение к истинному счастью? То,  о чем ты говоришь,  лежит вне человека.  Этим  лохмотьям  мы  обязаны  своим счастьем.



 

М и с о п о н. Но я боюсь, что вскоре погибнет у вас добрая половина этого счастья.




Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   23




©kzref.org 2023
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет