Эволюционная эпистемология и логика социальных наук



жүктеу 8.38 Mb.
бет20/33
Дата04.09.2018
өлшемі8.38 Mb.
түріСтатья
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   33

Фримен и Сколимовский

о пирсовских предвосхищениях

Поппера*

Карл Р. Поппер

Ответ профессору Ю. Фримену

Профессор Юджин Фримен правильно оценивает мой более радикальный — по сравнению с Пирсом — фаллибилизм как «одно из фундаментальных расхождений между Пирсом и Поппером». Пирс полагает (хотя бы только иногда), что «природа истины такова, что она наткнется на нас рано или поздно, дайте только срок. Поппер же решительно отрицает это» (см. текст Фримена к его прим. 3). Это очень справедливое замечание, но в чем причина столь существенного расхождения? — В эйнштейновской революции. Пирс писал до того, как Эйнштейн разбил нашу веру в высшей степени замечательную и в высшей степени успешную теорию Ньютона. Правда, теорию Ньютона критиковал Мах, но его философские аргументы, первоначально высказанные Беркли [1 (125)], произвели впечатление мало на кого из физиков, тем более что Беркли и Мах справедливо считали теорию Ньютона лучшей из существующих. Быть в те дни фаллибилистом само по себе было немалым достижением, и то, что Пирс был одним из них, делает ему большую честь. Мой же фаллибилизм, идущий дальше, является прямым результатом эйнштейновской революции.

Фримен указывает и на другое существенное различие: Пирс «признает эмпирическую аксиому, что в интеллекте не может быть ничего, что не было бы прежде познано через органы чувств, откуда следует, что если общность не дана в восприятии, она вообще не может быть познана». Фримен, как и я, не считает, что универсалии даны в восприятии. Однако мое несогласие с Пирсом еще глубже: я думаю, что ничего не «познается сначала через органы чувств». Чувства сами интерпретируют и теоретизируют, они погрешимы: они в буквальном смысле только щупальца центральной нервной системы, которая является решателем проблем. Вместе с тем пропасть между Пирсом и мной сужается благодаря »замечанию Фримена о том, что «перцептивное суждение» («суждение восприятия») «с точки зрения Пирса... до некоторой степени представляет собой интерпретацию со стороны субъекта». Но это также «процесс, которым [мы] совершенно неспособны управлять и следовательно... неспособны критиковать» (здесь Фримен цитирует Пирса —

* Popper Karl R. Freeman and Skolimovski on Peirce's Anticipations of Popper. Replies to My Critics // The Philosophy of Karl Popper / Ed. by Schilpp P.A. The Library of Living Philisophers, vol.XIV, book II. Open Court Publishing Co., La Salle, Illinois, 1974, pp. 1065-1072.



Фрымен и Сколимовский о пирсовских предвосхищениях Поппера 281

СР, 5. 157). С этим я не согласен. Как только суждение (термин, который я редко употребляю) сформулировано в языке, оно становится частью мира 3 и его можно критиковать. Быть может, «суждение» Пирса представляет собой несформулированное «впечатление» или «убеждение (belief)», которые (согласно моим взглядам) действительно суть части меня самого и находятся вне моего критического контроля, так же как ожидания животного находятся вне его контроля. Однако я этого не думаю, поскольку Пирс (в СР, 5. 157, процитировано Фрименом) указывает, что перцептивное суждение, хотя и не выводится «из какой-либо предпосылки», похоже на одну из тех вещей, которые могут выводиться. Если это так, то это расширяет пропасть между его тезисом «никакого контроля» и моим тезисом о нашем критическом контроле объектов мира 3.

Еще одно большое расхождение между Пирсом и мной связано с его тезисом (цитируемым Фрименом), что «всякое рассуждение диаграмматично», тогда как я склонен был бы сказать, что «всякое рассуждение критично». (По этому поводу см. статью П. Бернайса и мой ответ на нее1.)

Отсюда естественно перейти к великодушным — слишком великодушным — замечаниям Фримена по поводу моего принципа фальсифицируемо-сти. Я очень обязан Фримену за его оценку того нового, что вносится моей негативной формулировкой этого принципа. Я мог бы лишь пожелать, чтобы он подчеркнул, что мой критерий, хотя его и можно назвать «прагматическим критерием объективности» (как он его называет), является критерием демаркации; он может быть и критерием «смысла (meaning)» в пирсовском понимании, однако это не критерий «осмысленности» в понимании позитивистов. Далее проф. Фримен цитирует слова Пирса (СР, 1. 120), что «самая лучшая гипотеза, т. е. наиболее привлекательная для исследователя, — это та, которую легче всего опровергнуть, если она ложна».

Одно из последних сравнений, проводимых проф. Фрименом, между взглядами Пирса и моими, посвящено пирсовскому «тихизму», который на самом деле гораздо ближе подходит, чем это мог бы знать Фримен, к «Метафизическому эпилогу», который я написал пятнадцать лет назад как заключительную главу моего все еще не опубликованного «Postscript to the Logic of Scientific Discovery»2. Что же касается сходства и различий между

Статья П. Бернайса и ответ на нее К. Поппера опубликованы в настоящем сборнике — см. с i 54-175. — Прим, перев, и ред.

Книга К. Поппера «Postscript to the Logic of Scientific Discovery» была впервые опубликована u î 982-1983 гг. в трех томах - каждый том имеет свое название - под редакцией Уильяма Уоррена Бартли III (без указания нумерации томов, однако в каждом томе отмечается, что он является частью большого сочинения К. Поппера под названием «From the Postscript of the Logic of Scientific Discovery»).

В предисловии редактора, которое публикуется в каждом томе, указывается следующая последовательность томов этого сочинения К. Поппера:



Popper Karl R. Realism and the Aim of Science / Ed. by Hartley W. W. Ill London and New York: Routledge 1983, 1985 (paperback), reprinted in 1992, 1994.

Popper Karl R. The Open Universe. An Argument for Indeterminism. London and New York' Routledge 1982, 1988 (paperback), reprinted in 1991, 1992.

Popper Karl R. Quantum Theory and Schism in Physics. London: Unwin Hyman, 1982; London and New Vork: Routledge, 1992. (Русский перевод большей части тома 3: Поппер Карл Р. Квантовая теория и раскол в физике / Под ред. Печенкина А. А. М.: Логос, 1998.)

282


Карл Р. Поппер

реалистической позицией Пирса и моей собственной теорией мира 3, — то я хотел бы лишь подчеркнуть, что мой реализм (в отличие от платоновского) не является реализмом сущностей — понятий или «природ вещей», не требующих и не допускающих никакого дальнейшего объяснения; не все обитатели моего мира 3 созданы человеком — таковы, как правило, теории и ошибки мира 3, но не его проблемы, которые порождаются внутри этого мира и впоследствии, возможно, открываются [человеком].

Ответ профессору Г. Сколимовскому

Статья профессора Генрика Сколимовского удивила меня степенью понимания того, что так часто понималось неправильно.

В своем прекрасном первом разделе («Попперовская проблема»), где Сколимовский дает изложение моих основных интересов, он выдвигает предположение, которое я должен поправить, поскольку оно не соответствует историческим фактам. Это предположение о том, с какими оппонентами я боролся в тот период, который он называет моим «метафизическим периодом». Предположение Сколимовского остроумно, но ошибочно. Ответственность за это надо возложить, в основном, на то, что я так и не опубликовал до сих пор мой Postscript. Этот Postscript, который был закончен в 1956 г., с февраля 1957 г. лежит в виде корректурных оттисков и, как я надеюсь, вскоре будет опубликован3. В нем Сколимовский найдет, в качестве последней главы, «Метафизический эпилог», на близость которого к пирсовскому «тихизму» я только что указал. В нем я дал очерк того, что Сколимовский называет «более общими концептуальными каркасами», а я — «метафизическими исследовательскими программами». По-моему, до сих пор из этой книги был опубликован, кроме «The Aim of Science» [2 (126)], только один отрывок из указанной заключительной главы, процитированный проф. Имре Лакато-сом в книге [3 (127)], у которого уже много лет есть экземпляр упомянутых оттисков.

Предположение Сколимовского состоит в том, что мой «метафизический период» был реакцией на книги «Personal Knowledge» Майкла Полани и «The Structure of Scientific Revolutions» Томаса Куна4. Однако книга Полани была опубликована в 1958 г., а книга Куна еще позднее, в 1962 г. Нет, моя борьба за объективность (я бы так определил то, что Сколимовский называет моим метафизическим периодом) началась гораздо раньше. Она началась с моего интереса к квантовой механике и индетерминизму (см. мои работы

«Метафизический эпилог», который упоминает здесь К. Поппер, опубликован в третьем томе — Popper Karl R. Quantum Theory and Schism in Physics. London: Unwin Hyman, 1982; London and New York: Routledge, 1992, pp. 159-211. (Русский перевод: Поппер Карл Р. Квантовая теория и раскол в физике / Под ред. Печенкина A.A. М.: Логос, 1998, с. 113-165.) — Прим. перев. и ред.

3 См. предыдущую сноску. — Прим. перев. и ред.

4 Русские переводы: Полани М. Личностное знание. На пути к посткритической философии. М.: Прогресс, 1985; Кун Т. Структура научных революций. М.: Прогресс, 1975; 2-е изд., 1977. — Прим. перев. и ред.

фримен и Сколимовский о пирсовскых предвосхищениях Поппера 283

11950(Ь) и (с)])5 и привела меня к интерпретации вероятности как предрасположенности, над которой я работал несколько лет, прежде чем опубликовал первую свою работу по этой теме [1957(е)]. Вместе с тем я с готовностью признаю, что когда в 1959 г. я опубликовал первое английское издание моей «Логики научного исследования» («The Logic of Scientific Discovery»), конец моего «Предисловия к английскому изданию» (в котором я говорил о «гюстрационалистической и посткритической эпохе») представлял собой критическое упоминание о «Personal Knowledge» Полани (Полани и сам называл свою философию «посткритической»). Однако я видел в этом всего лишь симптом гораздо более серьезной болезни — растворения (dissolution) самой объективной из наук — физики [4 (128)].

Я думаю, приведенные исторические уточнения оправдают (will bear out) мое утверждение, что остроумное предположение Сколимовского неправильно, и объяснят, почему я не упоминал в своих работах ни Полани, ни Куна, но упомянул Нильса Бора, работами которого я интересовался еще с начала 1920-х гг. Вместе с тем догадка Сколимовского, несмотря на ее ошибочность — хорошая догадка, потому что во всех указанных мною местах я аргументировал против тех взглядов, которые позднее развивались двумя упомянутыми Сколимовским мыслителями — Полани и Куном.

II

Таблица, приводимая Сколимовским в разделе 2 его статьи, также дает удивительно хорошее резюме моего «методологического периода» (анализу которого и посвящен раздел 2) и моего отношения к логическому позитивизму. Я могу рекомендовать ее всем, интересующимся этим вопросом; она в высшей степени информативна и очень проста. Мой единственный критический комментарий состоит в том, что Сколимовский мог бы прибавить к таблице еще одну строчку:



Вопрос

Логические позитивисты

Поппер

Что можно сделать с метафизикой?

Это просто бессмыслица. Уничтожьте ее

Мы все метафизики, и наука исторически происходит из метафизики

Такое добавление обеспечило бы, кстати, переход оттого, что Сколимовский называет моим первым (методологическим) периодом, ко второму — метафизическому. Это просто исторический факт, что после интерлюдии с «Открытым обществом» и «Нищетой историцизма» я обратился к другим вопросам: сначала к логике (логика натурального вывода), а затем к истории рационализма и грозящим ему опасностям [5 (129)].

Лишь немного позднее, в 1950 г., я начал обсуждать проблему тела и духа (body-mind problem) — парадигматическую метафизическую проблему,

Расшифровка сокращенных обозначений работ К. Поппера, упоминаемых в этой статье, дана в конце статьи перед «Примечаниями» (см. также прим. на с. 162). — Прим. перев. и ред.

284


Карл Р. Поппер

которая давно уже занимала меня, — в двух небольших работах [6 (130)]. Эти статьи очень кратки, но я разбирал эту проблему и ее историю в своих лекциях еще за некоторое время до того. Если бы я говорил о метафизическом периоде моих интересов, я бы поставил в его центр две тесно связанные проблемы: борьбу с субъективизмом в квантовой механике и в других областях и проблему тела и духа, в которой моя теория «мира 3» играет столь существенную роль. (На эту тему существует еще далеко не законченная книга6, основанная на моих лекциях, прочитанных в 1969 г. в университете Эмори (Атланта, США); ее прочитал и о некоторых ее частях упоминал сэр ДжонЭкклз[7(131)]7.)

Сколимовский, конечно, прав, когда говорит (в своем разделе 2), что одним из основных моих интересов была «борьба с угрозой субъективизма» и что в ходе этой борьбы я «приобрел новых оппонентов». Я мог бы указать, что приобрел их только по ходу дела и что за исключением Нильса Бора я не мог отнестись ни к ним, ни к их теориям слишком серьезно. Таким образом в этой связи я апеллировал только к Нильсу Бору. Сколимовский говорит (в своем разделе 2), что «...в 60-х гг. в... [попперовской] концепции объективности произошли радикальные перемены»: что эти перемены были радикальными, я очень сильно сомневаюсь (см., например, мою книгу «Logik der Forschung» («Логику научного открытия»), раздел 8, 10, 27)8, но я согласен со Сколимовским, что перемены действительно были. Он утверждает далее (раздел 2), что по аналогичным причинам «центр тяжести [работы Поппера] переместился на более общие проблемы». С этим утверждением я менее склонен согласиться, поскольку я с самого начала всегда стремился рассматривать проблемы в их «большей общности»; поэтому для объяснения любого возможного моего сдвига в этом направлении не требуется ссылок ни на какие внешние воздействия. В этой связи мне, пожалуй, следует прокомментировать замечание Сколимовского (в его разделе 2), что «наиболее интересные и новаторские идеи в философии науки за последнее десятиление исходят от приверженцев динамической концепции знания... Они в некотором смысле продолжили и развили различные аспекты попперовской динамической программы». За исключением Полани, перечисленные Сколимовским философы либо были моими учениками, либо отмечали по разным поводам, что испытали мое влияние. Говоря о них, Сколимовский тут же продолжает: «Вместе с тем иногда они заходили в развитии некоторых аспектов этой концепции так далеко, так радикализировали ряд ее положений, что Поппер счел необходимым защитить себя от других динамических концепций науки».

6 Эта книга была опубликована только в 1994 г. — см. Popper Karl R. Knowledge and the Body-Mind Problem. In Defence of Interaction / Ed.'by Notturno M. A. London and New York: Routledge, 1994, 1996. ~ Прим. перев. и ред.

1 Сэр Джон Экклз (Sir John Eccles), 1903-1998, австралийский нейрофизиолог, лауреат Нобелевской премии 1963 г., совместно с К. Поппером опубликовал в 1977 г. книгу — Popper Karl R., Eccles John C. The Seifand its Brain. Berlin, Heidelberg, London, New York: Springer-Verlag, 1977; неоднократно публиковалась издательством Routledge — в 1983, 1986, 1990 и 1993 гг. — Прим, перев. и ред.

8 Русский перевод большей части книги за исключением глав VIII и IX и практически всех Приложений в: Поппер К. Р. Логика и рост научного знания / Под ред. Садовского В. H. M.: Прогресс, 1983; далее цитируется как ЛиРНЗ. — Прим. перев. и ред.

фримен и Сколимовский о пирсовских предвосхищениях Поппера 285

Я вполне могу поверить, что так выглядит дело извне, однако мне все это представляется несколько иначе.

Я всегда подталкивал своих учеников к критике моих идей, и некоторые из них в том или ином случае делали это вполне успешно. (Я, конечно, не отношу к разряду успешной критики те атаки на меня, в которых против меня использовались аргументы, почерпнутые из моих собственных писаний или лекций.) Вместе с тем я призываю профессора Сколимовского привести хотя бы один пример из любой моей предшествовавшей настоящему сборнику работы — помимо моей краткой критики некоторых аспектов теории Куна [8 (132)], — который показывал бы, что «Поппер счел необходимым защитить себя от других динамических концепций науки». И я думаю, что даже в этой очень краткой полемике с Куном вряд ли проявился дух моей самозащиты. Что же касается моего бывшего ученика Пола Фейерабенда, я не могу припомнить ни одной своей работы, в которой я обратил бы какое-то внимание на какую-либо из его работ. Другое дело Имре Лакатос. Он поначалу работал в области истории и философии математики, и я в разных местах признавал, что научился чему-то у него, так же как и он неоднократно признавал, что научился кое-чему у меня. Позднее он обратился к методологии. Однако за исключением единственного примечания в одной из моих работ [9 (133)], опубликованного через год после того, как до меня дошла статья проф. Сколимовского, я до сих пор ничего об этом не говорил [10 (134)]. Я не могу припомнить ни одной своей публикации, о которой можно было бы сказать, что она имеет характер самозащиты, тем более защиты от чересчур радикального развития моей динамической концепции науки.

Я говорю это только для того, чтобы предотвратить возникновение еще одной попперовской легенды, а не в качестве критики Сколимовского, выдвинувшего остроумное историческое предположение. Дело могло бы обстоять так, как он думает, но на самом деле было не так.

Данное Сколимовским резюме моего «методологического периода» тоже кажется мне превосходным. Верно, что — особенно начиная с 1958 или 1960 г. — «на кон оказалась поставлена сама рациональность и объективность науки, закономерность различения науки и ненауки». Верно и то, что некоторые из перечисленных Сколимовским людей теперь, как кажется, оказались среди тех, кто выступает против этого различения, но хотя все это укрепило меня в убеждении, что моя борьба за рациональность и объективность отнюдь не борьба с ветряными мельницами, ничто из этого не оказало большого влияния ни на мою философию, ни на мои писания. Это только подкрепило взгляд, который я высказал в первом разделе моей работы «Three Views Concerning Human Knowledge» («Три точки зрения на человеческое познание» [I956(f)], теперь глава 3 [1963(а), pp. 97-100]; русский перевод см. в ЛиРНЗ, с. 290-294) о том, что галилеевой науке снова угрожает иррационализм.

Раздел 3 статьи Сколимовского, посвященный моему «метафизическому периоду», исключительно хорош, как и предшествующие ему разделы, но некоторые его моменты требуют уточнения.

286 Карл Р. Поппер

В пункте 1 своего раздела 3 Сколимовский высказывает предположение, что «парадигмы» Куна — единицы по необходимости более крупные, чем мои «предположения». Однако я никогда не устанавливал ни верхнего, ни нижнего предела масштабу того, что я назвал «предположениями». Они могут охватывать целую религию; они могут относиться к следу ноги на песке. То, что Кун называет «парадигмой», я мог бы назвать, в зависимости от ее характера, преобладающей теорией или господствующей модой (a dominant theory or a ruling fashion). Если же «парадигмы» настолько крупнее, чем «предположения», как об этом думает Сколимовский, то сам этот факт опасным образом сближает их с гегелевским «духом времени» (Zeitgeist), а от него, я надеюсь, мои «предположения» достаточно далеки. Я (в своих лекциях, начиная с 1940 г., а также и в печати [11 (135)]) привлекал внимание к тому факту, что представление о том, что является, а что не является приемлемым научным объяснением, со временем меняется, и в своем Postscript я описал эти «большие перемены» как «метафизические исследовательские программы» для науки. Таким образом, я вовсе не спорю со взглядом, что есть «большие» регулятивные идеи для науки и что они могут меняться.

Поэтому, когда Сколимовский пишет (в разделе 3), что «[для того], чтобы противостоять Куну, Поппер должен был подняться еще выше», он рассказывает «захватывающую» повесть (story), как он сам ее называет, но это не реальная история (history).

Из своей повести Сколимовский делает вывод, что «мы относительно свободны выбирать каркас, который считаем наилучшим»; и двигаясь отсюда далее, он приходит к следствию, которое (со ссылкой на моего покойного друга Казимира Айдукевича) называет радикальным конвенционализмом. Он забывает, что «радикальный конвенционализм» Айдукевича безусловно принадлежит к «статическому», а не к «динамическому» типу метафизики. Еще важнее, однако, то, что я хотел бы сделать совершенно ясным, — я не конвенционалист. Я считаю, что хотя мы сами строим наши собственные системы и каркасы, мы делаем все, что в наших силах, чтобы дать «природе» сделать выбор между ними [12 (136)].

IV

В разделе 4 своей статьи Сколимовский пробует создать путеводитель по моим трем мирам: миру 1 (физических процессов), миру 2 (ментальных процессов) и миру 3 (проблем, теорий и решений, включая ошибочные решения). Сколимовский дает довольно удачное описание моей теории, которое заканчивается, однако, словами: «Хотя [Поппер] и старался изо всех сил... "объективизировать" второй мир, ...успеха он не добился».



Мне кажется, что, начиная с этого места, Сколимовский полностью (utterly) перестает давать объективное изображение моей теории.

Он цитирует (в своем разделе 4) отрывок из одного моего доклада [13 (137)], а именно его вводную часть, разбросанные в которой различные намеки, которые Сколимовский считает неудовлетворительными (выделяя их курсивом), в дальнейшем более подробно разъясняются в этой же самой работе. Комментируя эту цитату, Сколимовский пишет (курсив опять его): «Все трудности Поппера в этом вопросе, на мой взгляд, проистекают из одного



фримен и Сколимовский о пирсовских предвосхищениях Поппера 287

источника, а именно из того, что Поппер упорствует в своем мнении, что нет ни малейшего сходства "ни на каком уровне проблем между содержанием и соответствующим процессом", то есть между сущностями второго и третьего мира».

В этом ключевом отрывке Сколимовский не дает никаких ссылок на мои работы: ни для выделенного курсивом выражения ни малейшего, ни для того, что — благодаря кавычкам — выглядит как цитата из моего доклада; но он говорит: «Он неоднократно подчеркивает это». Я не могу припомнить ни одного случая, когда это «высказывалось», тем более «подчеркнуто высказывалось» в том смысле, который имеет в виду Сколимовский. И я не могу усмотреть из текста Сколимовского, что он понимает под «всеми трудностями Поппера». А Сколимовский, в других местах щедрый на цитаты и отсылки, в этом месте не дает мне никакой помощи, хотя и считает его ключевым. (Конечно, далеко не так важно, употребил ли я слова, цитируемые Сколимовским, как то, высказывал ли я когда-нибудь их содержание.}

В конце раздела Сколимовский объявляет (курсивом) свою собственную программу преодоления моих трудностей, и она, как мне кажется, представляет собой просто резюме всех приводившихся мною пространных описаний и примеров. В частности он пишет: «процессы мышления отдельного разума.,, осуществляются посредством структурных единиц третьего мира» (я опустил, как указано многоточием, несколько слов, под которыми не могу полностью подписаться, поскольку они, как мне кажется, сводят данный отрывок к определению слова «познавательный»: опущены слова «становятся познавательными, если и только если они»). Можно процитировать довольно похожий мой собственный отрывок: «Я признаю, что это субъективное или диспозициональное состояние понимания принадлежит второму миру. Но я утверждаю... что почти все важные вещи, которые мы можем сказать об этом [т. е. о нашем принадлежащем второму миру понимании или усвоении третьего мира] состоят в указании на его отношение к объектам третьего мира» [14 (138)].

Я признаю, что только что процитированный отрывок, взятый вне контекста, звучит не слишком ясно. Я привел его только потому, что именно с него я начинаю свой анализ отношений разума (mind) к усваиваемым им объектам третьего мира; и мне представляется, что этот анализ не только совершенно отличен от того, что, как намекает Сколимовский, является моей центральной ошибкой, но и дает лучшее, по сравнению с тем, которое предложено Сколимовским, решение «попперовских трудностей».

V

Раздел 5 статьи Сколимовского озаглавлен «Язык и разум», а его раздел 6 называется «О понятии лингвистического разума». Оба раздела в большей мере посвящены Ноаму Хомскому, нежели мне. Хотя я недостаточно знаю о Хомском, я не согласен с доктриной, которую Сколимовский развивает в этих разделах, и мне, вероятно, следует отметить, что он совсем не принимает во внимание то, что я говорил по обсуждаемым им вопросам.



Речь идет о том, что Сколимовский называет (в своем резюме в разделе 7) «идеей Хомского о врожденности». Если судить по критике Хомского

288 Карл Р. Поппер

Сколимовским, в этом случае я склонен в значительной степени согласиться с Хомским.

Я предполагаю, что животные и люди обладают тем, что можно называть «врожденным знанием» или, точнее, «врожденным ожиданием» и «врожденными предрасположениями (dispositions)» [15 (139)]. Мне бы не очень понравилось говорить о «врожденных идеях» (как, насколько я понимаю, говорит Хомский), но это незначительный и в основном терминологический вопрос. Освоение ребенком членораздельного дескриптивного и аргумента-тивного языка основано, предполагаю я, на врожденных предрасположениях; оно имеет генетическую основу. Эта генетическая основа включает предрасположение высказываться, описывать, соглашаться или не соглашаться с описанием; спорить, критически относиться к высказываниям и еще многое другое. Всему этому, конечно, ребенок должен обучиться в ходе его развития, но возможность обучения врождена ему в форме врожденных предрасположений и врожденных ожиданий.

Поскольку я недостаточно хорошо знаю работы Хомского, чтобы утверждать или отрицать, что мы с ним согласны по этому вопросу, кажется безопаснее предположить, что мы с ним согласны; и в соответствующем разделе у Сколимовского нет ничего, что опровергло бы это предположение. Сам Сколимовский не согласен с доктриной Хомского о врожденных идеях, но поскольку он не ссылается на мое обсуждение проблемы врожденных предрасположений и ожиданий, я не знаю, распространяется ли его несогласие на мою собственную доктрину. Мне кажется, что на всю критику Хомского Сколимовским легко ответить, если мы согласимся употреблять термин «идея» в таком широком смысле, который включал бы также и предрасположения и ожидания.

VI

Последний раздел статьи Сколимовского озаглавлен «Концептуальная сеть науки и концептуальная структура разума». Этот раздел кажется мне слабым. Сколимовский оперирует метафорой «шаблон мышления» так, что я начинаю сомневаться, вполне ли он оценивает метафорический характер этого выражения. Но он употребляет эту метафору — как и не менее метафорическую идею «сходства» между этими шаблонами объектов мира 3, — чтобы решить все «трудности Поппера» — трудности, которые мне с самого начала было трудно идентифицировать и локализовать.



Эти последние три раздела статьи Сколимовского кажутся мне наименее поучительными (instructuve). Однако этому не следует удивляться, поскольку в них, в очень сжатом объеме, рассматривается действительно трудная проблема: проблема отношений мира 1, мира 2 и мира 3. Я подозреваю, что в этой проблеме есть такие составные части, которые — если они вообще будут решены — будут решены не раньше, чем мы узнаем гораздо больше о человеческом мозге и человеческом разуме, чем мы знаем сейчас.

Вместе с тем за исключением этих разделов очерк Сколимовского в высшей степени поучителен и заслуживает самого внимательного прочтения.



Фримен ы Сколимовский о пирсовских предвосхищениях Поппера 289

Ответ профессорам Ю. Фримену и Г. Сколимовскому

К третьей части, написанной совместно профессорами Фрименом и Ско-лимовским, у меня практически нет комментариев. Я хотел бы только выразить мою благодарность им за приведенные ими и на многое проливающие свет отрывки из Пирса, которые показывают, до какой степени Пирс предвосхитил некоторые из моих основных идей.

Список сокращенных обозначений работ К. Поппера, упоминаемых в настоящей статье

Ï949(b) Towards a Rational Theory of Tradition // The Rationalist Annual for the Year 1949 / Ed. by Warn Frederick. London: Watts & Co., 1949, pp. 36-55. Также опубликовано в 1963(а).

Î949(d) Naturgesetze und theoretische Systeme // Gesetz und Wirklichkeit (4. Internationale Hochschulwochen des Österreichischen College, Alpbach, Tirol, 21. August-9. September, 1948) / Ed. by Moser Simon. Innsbruk, Vienna: Tyrolia Verlag, 1949, pp. 43-60.

!950(b) Indeterminism in Quantum Physics and in Classical Physics. Part I // The British Journal for the Philosophy of Science (Edinburgh), vol.1 (1950-1951), №2 (August, 1950), pp. 117-133.

!950(c) Indeterminism in Quantum Physics and in Classical Physics. Part II // The British Journal for the Philosophy of Science (Edinburgh), vol.1 (1950-1951), №3 (November, 1950), pp. 173-195. Обе части этой работы опубликованы также в 1974(а).

!952(b) Humanism and Reason // The Philosophical Quaterly (St. Andrews), vol.2, (1952), №7 (April, 1952), pp. 166-171. Полностью опубликовано в 1963(а).

I952(c) The Nature of Philosophical Problems and their Roots in Science // The British Journal for the Philosophy of Science (Edinburg), vol.3, 1952-1953, №10 (August 1952), pp. 124-156. Также опубликовано в 1963(a) и 1971 (v).

1953(a) Language and Body-Mind Problem // Proceedings of the Xlth International Congress of Philosophy (Brussels, August 20-26, 1953), vol.7: Philosophical Psychology. Amsterdam, North-Holland Publishing Company, Louvain, Edition E. Nauwelaerts, 1953, pp. 101-107. Также опубликовано в 1963(а).

1953(d) A Note on Berkeley as Precursor of Mach // The British Journal for the Philosophy of Science (Edinburgh), vol.4, 1953-1954, №13 (May, 1953), pp.26-36. Также опубликовано в 1963(а).

1955(c) A Note on the Body-Mind Problem. Reply to Professor Wilfrid Sellars // Analysis (Oxford), New Series, №48, vol.15 (1954-1955), №6 (June, 1955), pp. 131-135. Также опубликовано в 1963 (a).

1956(f) Three Views Concerning Human Knowledge // Contemporary British Philosophy: Personal Statements, Third Series / Ed. by Lewis H.D. (The Muirhead Library of Philosophy / Ed. by Lewis H.D.). London: George Allen & Unwin; New York: Macmillan Company, 1956, (pp.xiv, 501) pp. [355]—388. Также опубликовано в 1963(а).

I957(a) Philosophy of Science: A Personal Report // British Philosophy in the Mid-Century: A Cambridge Symposium / Ed. by Mace C.A. London: George Allen and Unwin, 1957. Также опубликовано в 1963(а) под названием Science: Conjectures and Refutations.

1957(i) The Aim of Science // Ratio (Oxford), vol.1 (1957-1958), №1 (December, 1957), pp. 24-35. Пересмотренное издание: 1969(k). Также опубликовано в 1972(а).

i957(e) The Propensity Interpretation of the Calculus of Probability, and the Quantum Theory // Observation and Interpretation. A Symposium of Philosophers and Physicists. Proceedings of the Ninth Symposium of the Colston Research Society held in the University of Bristol, April 1-4, 1957 / Ed. by Kömer S. in collaboration with Pryce M. H.L. Vol.9 of the Colston Papers. London: Butterworths Scientific Publications, 1957, pp. 65-70, 88-89. Также опубликовано в 1974(а).

1957(1) Probability Magic or Knowledge out of Ignorance // Dialectica (Neuchatel), vol. 11, 1957, №3/4, pp. 354-372.

1958(e) Back to the Pre-Socratics // Proceedings of the Aristotelian Society, New Series, vol. LIX, 1958-1959, London: Harrison and Sons, Ltd., 1959, pp. 1-24. Также опубликовано в 1963(а).

1971 (v) The Nature of Philosophical Problems and their Roots in Science // Plato's Menon: Text and Essays / Ed. by Brown Malcolm. Indianopolis, New York: The Bobbs-Merrill Company, Inc., 1971, pp. 128-179. Также опубликовано в The British Journal for the Philosophy of Science (Edinburgh), vol.3 (1952-1953), №10, August 1952, pp. 124-156, и в 1963(а).

290

Карл Р. Поппер

1963(a) Conjectures and Refutations: The Growth of Scientific Knowledge. London: Routledge and Kegan Paul; New York: Basic Books, Inc., 1963. 2-е изд. (исправленное и дополненное): 1965 (репринт: 1968). 3-е изд. (исправленное и дополненное): 1969 (репринт: 1969). 4-е изд. (исправленное и дополненное): 1972.

1968(г) On the Theory of the Objective Mind // Akten des XIV. Internationaler Kongresses für Philosophie. Proceedings of the XIVth International Congress of Philosophy (Vienna, September 2-9, 1968), Band I / Ed. by Gabriel Leo. Vienna: University of Vienna, Verlag Herder, 1968, pp. [25]-53. Также опубликовано в 1972(а).

1969(k) The Aim of Science // Contemporary Philosophy: A Survey / Ed. by Klibansky Raymond. Ill: Metaphysics, Phenomenology, Language and Structure (La Philosophie Contemporaine: Chroniques, III: Métaphysique, Phénoménologie, Langage et Structure). Firenze: La Nuova Italia Editrice, 1969, pp. [129]-142. Пересмотренное издание 1957(i). Также опубликовано в 1972(а).

1970(w) Normal Science and Its Dangers // Proceedings of the Internatinal Colloqium in the Philosophy of Science. London, July 11-17, 1965, vol.4: Criticism and the Growth of Knowledge / Ed. by Lakatos Imre and Musgrave Alan. London: Cambridge University Press, 1970, pp. 51-58. Также опубликовано в 1974(а).

1971 (i) Conjectural Knowledge: My Solution of the Problem of Induction // Revue Internationale de Philosophie (Brussels), №95-96 (1971), fasc. 1-2, pp. [167]—197. Также опубликовано в 1972(а).

1972(a) Objective Knowledge. An Evolutionary Approach. Oxford: Clarendon Press, 1972.

1974(a) Philosophy and Physics: Essay in Defence of the Objectivity of Physical Science. Oxford: Clarendon Press, 1974.

1974(e) The Philosophy of Karl Popper / Ed. by Schupp P.A. The Library of Living Philosophers, vol.XIV, books I-II. Open Court Publishing Co., La Salle, Illinois, 1974.

Примечания

1. (125). См. мою работу [1953(d)], теперь гл.6 [1963(a)j.

2. (126). [1957(i)|, [1969(k)], теперь гл.5 [1972(a)J.

3. (127). См. Lakatos Imre and Musgrave Alan, eds. Criticism and the Growth of Knowledge, p. 183, note 3. Есть также моя работа [1957(1)], представляющая собой реферат одной из глав Postscript.

4. (128). См. также мои работы «Towards a Rational Theory of Tradition» («К рациональной теории традиций») [1949(b)J и «Three View Concerning Human Knowledge» («Три точки зрения на человеческое познание») [1956(f)], теперь гл.4 и 3 книги Popper Karl R. Conjectures and Refutations. The Growth of Scientific Knowledge. London: Routledge and Kegan Paul; New York: Basic Books, Inc., 1963 [1963(a)]. (Русский перевод последней работы - в ЛиРНЗ, с. 290-325.)

5. (129). См. работы автора [1949(Ь) и (d)]; [1952(b) и (с)] и другие. ([1949(d)] — лекция, прочитанная в Альпбахе, позднее была переведена на английский язык под названием «The Bucket and the Searchlight: Two Theories of Knowledge» и включена как «Приложение 1» в мою книгу «Objective Knowledge: An Evolutionary Approach» (Oxford: Clarendon Press, 1972) [1972(a)]).

6. (130). (1953(a)] и [1955(c)J.

7. (131). В его книге «Facing Reality» (см. Eccles J.C. Facing Reality, Philosophical Adventures by a Brain Scientist. New York, Heidelberg and Berlin: Springer-Verlag, 1970. — Прим. перев. и ред.

8. (132). В [1970(w)J.

9. (133). В [1971(i)j.

10. (134). См. мой ответ И.Лакатосу в [1974(е), book II, pp.999-1012].

11. (135). См. в особенности «The Aim of Science» («Цель науки») [1957(01, [1969(k>], гл.5 в [1972(а)1 («Objective Knowledge»), а также мою работу [1949(d)], позднее переведенную на английский язык как «Приложение 1» к «Objective Knowledge» [1972(a)].

12. (136). См. мой ответ Дж.Агасси в [1974(е), book II, pp. 1114-1117].

13. (137). [1968(г)1; гл. 4 в [1972£а)].

14. (138). [1968(г), р. 31]. С тех пор я несколько расширил этот текст в [1972(а)] («Objective Knowledge», см. с. 163).

15. См. мою работу [1957(а), paM.Vj, а также [1963(a)J, pp.46f. (Русский перевод в [ЛиРНЗ, с. 260-264]. — Прим. ред. и перев.}




Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   33


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет