Художественная природа и функция гротеска в «Петербургских повестях» Гоголя



жүктеу 222.65 Kb.
Дата18.04.2019
өлшемі222.65 Kb.


Муниципальное общеобразовательное учреждение

« Средняя общеобразовательная школа г. Бирюча»



Художественная природа и функция гротеска

в «Петербургских повестях» Гоголя

Автор: Стрилецкая

Анастасия Александровна,

ученица 9 «Б» класса

МОУ «СОШ г. Бирюча»

Учитель русского языка и

литературы Бычкова

Светлана Александровна

Бирюч-2009

Оглавление
Введение……………………………………………………………………………………3

Основная часть……………………………………………………………………………..4

1. О писателе. Гоголь – сатирик ……………………………………………………...5-6

2. История создания «Петербургских повестей» Н. В. Гоголя……………………7-10

3. Художественная природа и функция гротеска в «Петербургских повестях»

Н. В. Гоголя………………………………………………………………………….11-13

Заключение………………………………………………………………………………..14

Список литературы……………………………… ……………………………………….15



Введение
Данная тема актуальна в наше время. Для того чтобы лучше понять смысл «Петербургских повестей» Н. В.Гоголя, нужно непременно знать, что такое «гротеск» и в чём его своеобразие в данном цикле повестей.

Сатирическое творчество Н. В. Гоголя – одно из значительных явлений в русской литературе. Оно поражает меня своей многогранностью. Нет такой тёмной силы, которая укрылась бы от его проницательного взора и не вызвала бы гневного негодования. Он нападал на сословные претензии дворян, на новую «буржуазию», на покорность и терпение мелких чиновников, простых людей. От его внимательного взгляда художника не ускользнула ни пошлость и тунеядство помещиков, ни подлость и ничтожество обывателей.

В «Петербургских повестях» мы наблюдаем особый художественный язык, который нужно уметь разгадать.

Язык произведений писателя-сатирика – это язык аллегорий, иносказаний, иначе говоря – «эзопов язык», как называют его по имени легендарного древнегреческого баснописца.

Значительное место в художественной системе писателя занимает такой литературный приём, как гротеск. Какова же художественная природа и функция гротеска в «Петербургских повестях» Н. В. Гоголя?

Объект исследования: «Петербургские повести» Н. В. Гоголя.

Цель работы: исследовать художественную природу и функцию гротеска в «Петербургских повестях» Н. В. Гоголя.

Для достижения поставленной цели я выдвинула следующие задачи:

– обобщить и систематизировать знания о гротеске;

– изучить подробно историю создания «Петербургских повестей» Н. В. Гоголя;

– проанализировать содержание «Петербургских повестей» Н. В. Гоголя;

– выявить своеобразие гротеска в «Петербургских повестях» Н. В. Гоголя.



ОСНОВНАЯ ЧАСТЬ

1. О писателе. Н. В. Гоголь – сатирик

Гоголь не пишет, а рисует, его изображения дышат

живыми красками действительности. Видишь и слышишь их. Каждое слово, каждая фраза резко,

определённо, рельефно выражает у него мысль, и тщетно

хотели бы вы придумать другое слово или другую фразу

для выражения этой мысли.
В. Белинский

Николай Васильевич Гоголь родился на Украине, в Полтавской губернии, в семье помещиков. В1818 году родители отдали его в Полтавское уездное училище, в 1821 году – в Нежинскую гимназию высших наук для продолжения образования. С юношеских лет Гоголь полон стремления принести пользу государству на гражданской службе, внушать молодому поколению высокие истины в качестве учителя или с театральных подмостков.

Юриспруденцию он считал решающим фактором в государстве. Юный Гоголь полагал, что только в столице империи Петербурге он сможет полно и успешно проявить себя на государственной ниве. Однако Петербург встретил его неласково, карьера не сложилась, но Гоголь не падал духом. Ему открылось писательское поприще, которое зависело только от него самого, от его таланта и упорства. Гоголь издал начатую ещё в гимназии

романтическую поэму, но она успеха не получила, и он, удручённый автор, скупил и уничтожил тираж.

Петербург представлялся ему городом обмана, скуки, наживы, а родная Украина по контрасту со столицей – весёлой, полной задора, песен, легенд страной, где царят воля, удаль, душевное здоровье. В столице каждый живёт для себя и стремится казаться не тем, что он есть, а значительно крупнее. Там, на Украине, в большинстве своём люди – товарищи. У них общие интересы, общие заботы, общие чувства, а если кто-то обособляется от соседей, то его сразу распознают и нередко он несёт наказание.

Украина живёт народной стихийной жизнью. Почва бытия её жителей – народные сказки, песни, легенды, народная фантазия. Молодой литератор вдохновенно пишет повести «Вечера на хуторе близ Диканьки», которые вышли в двух частях. Все знаменитые в те годы писатели встретили их восторженно. Сам Пушкин отметил «Вечера…» как одно из примечательных литературных явлений. Гоголь вошёл в круг петербургских, а затем и

московских литераторов. С помощью Жуковского он становится преподавателем Педагогического института, затем занимает должность профессора в Петербургском университете по кафедре всеобщей истории.

С 1832 по 1834 год Николай Васильевич готовит сборник «Миргород», выстраивая его по контрасту: с одной стороны, героическая историческая повесть «Тарас Бульба», где оживают традиции вольного казачества, идеи и чувства товарищества и братства, с другой – гротеск («Как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем»), комическая и грустная идиллия («Старосветские помещики»). Особняком стоит насыщенная фантастикой демоническая повесть («Вий») о пагубной красоте, которой отдал душу молодой парубок.

После «Миргорода» Гоголь написал произведения, вошедшие в цикл «Петербургские повести», комедию «Ревизор», начал работу над поэмой «Мёртвые души».

В 1842 году он путешествовал по Германии, Швейцарии, Франции, Италии. В Париже с

глубокой печалью узнаёт о смерти Пушкина. В 1841 году писатель ненадолго приехал в Россию, затем поселился в Италии. В Риме он завершил первый том «Мёртвых душ». Для

издания писатель возвратился в Россию, после чего снова уехал в Италию, где редактирует для переизданий свои произведения, создаёт новые – сборник «Петербургские повести», посвящённый жизни северной столицы. Сюда вошла и повесть

«Шинель».

В 1842 году вышли в свет «Мёртвые души», первый том – лишь одна часть огромного замысла, образцом которого послужила поэма итальянского поэта Данте «Божественная комедия», состоящая из трёх частей («Ад», «Чистилище», «Рай»). Гоголь предполагал

показать идейных русских людей, которые нравственно очистились, пройдя испытания страданием.

Работа над вторым томом «Мёртвых душ» привела Гоголя к глубокому духовному кризису: отрицательные герои дались ему куда лучше положительных. Художник понимал, что поэма требует живых картин, которые бы убеждали читателя конкретностью, точностью и силой изображения. Он обвинил себя в том, что оклеветал

Россию, населив «Мёртвые души» уродами и не сумев превратить их в положительных героев. Болезненно переживал неудачи со вторым и третьим томами, пытался найти выход, просил милости у Бога, написал книгу «Выбранные места из переписки с друзьями», основная мысль которой – религиозное покаяние и страстный призыв к вере.

Та же идея пронизывает и «Авторскую исповедь». Измученный душевной борьбой, Гоголь в 1852 году сжёг второй том «Мёртвых душ».

Вскоре, буквально через несколько дней, он умер, изнурённый страданиями и не найдя примирения с собой.

Вся Москва хоронила своего гениального сына, чьё влияние на дух России, на её культуру, на её искусство слова неоценимо.



2. История создания «Петербургских повестей» Н. В. Гоголя

Осенью 1833 года был написан пушкинский «Медный всадник»; поэма имела подзаголовок: «петербургская повесть». И в это же время начал свои «петербургские повести» Гоголь.

Пушкин и Гоголь одновременно в поэзии и в прозе открывали большую петербургскую тему в нашей литературе (продолженную за ними Некрасовым, Достоевским, Блоком); эта тема даже произвела у наших писателей особый жанр «петербургских» повестей.

Николай Васильевич Гоголь работал над «Петербургскими повестями» с 1835 по 1842 год. «Петербургские повести» – третий цикл произведений Гоголя, объединённых общим идейным замыслом. Через все повести проходит образ столицы русского государства. Эта

тема не являлась в 1830-е годы чем-то новым и неожиданным. Петербург как символ могущества России и её неувядаемой славы был воспет ещё поэтами XVIII и первой половины XIX века.

В поэме «Медный всадник» Пушкин изобразил Петербург как город русской славы и одновременно как город социальных контрастов. Тема Петербурга, наметившаяся в творчестве Пушкина, была расширена и углублена Гоголем.

Молодым человеком Гоголь приехал в 1828 году из родной Малороссии в Петербург и за короткое время успел на собственном опыте познакомиться с жизнью столичных чиновников и петербургских художников – будущих своих персонажей. Писатель Н. В. Гоголь словно повторил этот маршрут, перенеся «мир» своего творчества из Диканьки и Запорожской Сечи на Невский проспект. Впоследствии третьей «географической областью» гоголевского творчества станет глубокая Россия «Ревизора» и «Мёртвых душ». И герои Гоголя путешествуют в этих же направлениях, связывая,

таким образом, разные периоды и «миры» его творчества между собой: кузнец Вакула из «Вечеров на хуторе близ Диканьки» верхом на черте летит в Петербург, Хлестаков из столицы является ревизором в уездную глушь.

«Трудно схватить общее выражение Петербурга, – писал Н. В. Гоголь в статье «Петербургские записки 1836 года», – потому, что в городе этом царит разобщение: «как

будто бы приехал в трактир огромный дилижанс, в котором каждый пассажир сидел,

во всю дорогу закрывшись, и вошёл в общую залу потому только, что не было другого места». Столица словно большой постоялый двор, где каждый сам по себе и никто не знаком хорошо друг с другом. Как отличается этот образ от «общего выражения» малороссийского хутора или ярмарки гоголевских «Вечеров»!

Читая Гоголя, мы замечаем, как часто встречаются у него обширные обобщения: «всё» или « всё что ни есть». Можно сказать, что это понятие было формулой его идеала,

вмещавшей его представление о неком всеобъемлющем согласованном целом. В идеальном народном мире «Вечеров» и «Тараса Бульбы» это гоголевское «всё что ни есть» звучит патетически – здесь оно охватывает как бы единую грандиозную личность

целого коллектива.

Первые замыслы и наброски «Невского проспекта» относятся к 1831 году, ко времени работы Н. В. Гоголя над «Вечерами на хуторе близ Диканьки». К созданию «Портрета»,

«Записок сумасшедшего» и «Носа» он приступает во второй половине 1833 года. Самая значительная из повестей петербургского цикла «Шинель» – была окончательно завершена

в 1841 году и напечатана в третьем томе «Сочинений Николая Гоголя» в 1842 году. В этот же том писатель включил все «петербургские повести», созданные им на протяжении десяти лет, подчеркнув этим их идейную и тематическую целостность.

«Печать Петербурга видна на большей части его произведений, – писал Белинский, – не

в том, конечно, смысле, чтоб он Петербургу обязан был своею манерою писать, но в том смысле, что он Петербургу обязан многими типами созданных им характеров. Такие пьесы, как «Невский проспект», «Записки сумасшедшего», «Нос», «Шинель», «Женить ба», могли быть написаны не только человеком с огромным талантом и гениальным взглядом на вещи, но и человеком, который при этом знает Петербург не понаслышке».

Почти все герои «петербургских повестей» жили в той части города и в тех же домах,

где некогда обитал Гоголь – бедный департаментский чиновник. Это был район Сенного рынка, Гороховой и Мещанской улиц, Столярного переулка и Вознесенского проспекта.

Здесь жили мелкие ремесленники, канцелярские чиновники, чьим уделом являлось беспросветное прозябание, холод и голод.

В Мещанской улице проживал жестяных дел мастер немец Шиллер – муж той самой «преглупой блондинки», которая приглянулась на Невском проспекте поручику Пирогову – одному из героев повести «Невский проспект». Друг Шиллера – сапожник Гофман держал мастерскую на Офицерской, где некогда снимал квартиру и Гоголь. По Мещанской спешил на свидание с блондинкой поручик Пирогов и, возможно, не раз встречал бедного чиновника Поприщина, бродившего по тем же Мещанской и Гороховой улицам, Столярному переулку. Кутаясь в рваную шинелишку, отвергнутый, брошенный на произвол судьбы, душевнобольной Поприщин брезгливо бормотал: «Я теперь не люблю капусты, запах которой валит из всех молочных лавок в Мещанской; к тому же из-под ворот каждого дома несёт такой ад, что я, заткнув нос, бежал во всю прыть. Да и подлые ремесленники напускают копоти и дыму из своих мастерских такое множество,

что человеку благородному решительно невозможно здесь прогуливаться».

На Садовой, рядом с Сенным рынком, обитал тщеславный майор Ковалёв, злополучные похождения которого за собственным носом описал Гоголь в повести «Нос». А его цирюльник Иван Яковлевич, что хотел утопить майорский нос в Неве, держал свою парикмахерскую у Вознесенского моста.

Поздними зимними вечерами на этих пустынных улицах одинокому беззащитному человеку вообще было небезопасно появляться. Среди обитателей петербургских окраин

ходили упорные слухи, что у Калинкина моста с некоторых пор стал появляться мертвец,

очень похожий на недавно умершего чиновника для переписывания бумаг Башмачкина. Оживший мертвец разыскивал украденную у него шинель…. А где-то в глухом районе Петербурга – Коломне, недалеко от Мещанских улиц, жил наводивший страх на обывателей жестокий и жадный ростовщик Петромихали, с которым злой рок свёл художника Чарткова – героя повести «Портрет».

Но стоило только пройти по Мещанской улице до Казанского собора, и мы попадаем на Невский проспект –« всеобщую коммуникацию столицы». «Нет ничего лучше Невского проспекта, – восклицал Гоголь в одноимённой повести, – по крайней мере, в Петербурге;

для него он составляет всё. Чем не блестит эта улица – красавица нашей столицы!»

Но внешняя парадность Невского не могла скрыть нищету, пошлость, продажность, трагическую безысходность маленьких людей, попавших в водоворот меркантильного города, где «всё обман, всё мечта, всё не то, чем, кажется. «Он лжёт во всякое время, этот Невский проспект, но более всего тогда, когда ночь сгущённою массою наляжет на него… когда весь город превратится в гром и блеск… когда сам демон зажигает лампы для того только, чтобы показать всё в настоящем виде».

На мгновение поверил в обманчивый блеск Невского проспекта художник Пискарёв – человек возвышенной, благородной души. Потрясённый чудовищной ложью, крушением мечты о чистой, прекрасной любви, он погиб. Но остался жить и был весьма предоволен своей судьбой наглый пошляк поручик Пирогов. Что ему «секуция» (порка), устроенная пьяными ремесленниками, что ему до стыда, до офицерской чести, когда вечером его ждали новые развлечения и удовольствия!

На Невский проспект из бедной лачужки с 15-й линии Васильевского острова переехал

некогда обездоленный, но неожиданно разбогатевший художник Чартков. Он становится

модным живописцем и, забыв о благородном долге художника служить высокому искусству, продаёт свой талант и душу чванливым толстосумам. Он думал, что достиг своего: славы, богатства, но всё оказалось призрачным и фальшивым. Неумолимая действительность безжалостно растоптала его. Искусство выше денег и меркантильных расчётов. Там, где оно становится предметом купли и продажи, там, где вместо таланта

властвует золотой телец, там оно гибнет. Такова основная идея гоголевской повести «Портрет».

Ещё более трагичной была судьба забитого петербургского чиновника Акакия Акакиевича Башмачкина, на которого «нестерпимо обрушилось» несчастье. «Какие-то люди с усами» отняли у него новую шинель – единственную радость в печальной одинокой жизни. В поисках справедливости Акакий Акакиевич решился пойти к «значительному лицу» и поведать ему о своём горе.

«Что, что, что? – сказало значительное лицо… – Знаете ли вы, кому это говорите? понимаете ли вы это, понимаете ли это? я вас спрашиваю». Тут он топнул ногою,

Возведя голос до такой сильной ноты, что даже и не Акакию Акакиевичу сделалось бы страшно. Акакий Акакиевич так и обмер, пошатнулся, затрясся всем телом…»

Как вышел от «значительного лица», «как сошёл с лестницы, как вышел на улицу, ничего уж этого не помнил Акакий Акакиевич. Он не слышал ни рук, ни ног…. Шёл по вьюге, свистевшей на улицах, разинув рот, сбиваясь с тротуаров…. Вмиг надуло ему в голову жабу, и добрался он домой, не в силах… сказать ни одного слова; весь распух и лёг в постель».

«И Петербург остался без Акакия Акакиевича, как будто бы в нём его никогда не было.

Исчезло и скрылось существо никем не защищённое, никому не дорогое… даже не обратившее на себя внимание… существо…без всякого чрезвычайного дела сошедшее в могилу». Такова была страшная правда жизни. Страдали и гибли маленькие, униженные люди, ненавидели и сходили с ума оскорблённые. Но глухим, безучастным ко всему оставался холодный, как зимняя ночь, надменный Петербург.

В то же самое время в одной из столичных канцелярий, может быть, даже той, где служил Башмачкин, с утра до вечера скрипел пером никому не ведомый в Петербурге «испанский король» по имени Поприщин. Жалкий титулярный советник не выдержал. Чудовищная несправедливость, унижения свели его с ума. Скорбью, безысходностью, болью за человека, за его поруганную, оплёванную душу веет от трагического образа героя повести «Записки сумасшедшего». Но каким гневом, ненавистью к генералам, камер-юнкерам и «чиновным отцам», «что юлят во все стороны и лезут ко двору, и говорят,

что они патриоты…. Мать, отца, бога продадут за деньги, честолюбцы, христопродавцы!..

Что я сделал им? За что они мучат меня? Чего хотят от меня, бедного?..» Нет, это уже не бред сумасшедшего. Страстный голос протеста социальной несправедливости звучал со страниц повести Н. В. Гоголя.

Нужно было обладать большим гражданским мужеством, силой убеждённого гуманиста,

чтобы в условиях самодержавия так смело выступить с обличением чиновных генералов,

беззакония и надругательства над человеческой личностью. «Добро, – говорил Чернышевский, – невозможно без оскорбления зла… Он [Гоголь] встал во главе тех, которые отрицали злое и пошлое».

К «петербургским повестям» принадлежит и повесть «Нос». Посылая её в редакцию «Московского наблюдателя», Гоголь писал 18 марта 1835 года М. П. Погодину: «Если в случае ваша глупая цензура привяжется к тому, что нос не может быть в Казанской церкви, то, пожалуй, можно его перевести в католическую. Впрочем, я не думаю, что она до такой степени уж выжила из ума». Но редакция «Московского наблюдателя» отказалась печатать «Нос», найдя повесть слишком «грязной» для «чистых» устремлений журнала. Подобного Гоголь не ожидал от своих «московских друзей», предложивших ему сотрудничать в их издании. «Нос» был напечатан позже в «Современнике» со следующим примечанием Пушкина: «Н. В. Гоголь долго не соглашался на напечатание этой шутки; но мы нашли в ней много неожиданного, фантастического, весёлого, оригинального, что

уговорили его позволить нам поделиться с публикою удовольствием, которое доставила нам его рукопись».

Петербургская жизнь 30-х годов была настолько уродлива и пошла, а мир чиновничьей

иерархии так несуразен с точки зрения здравого смысла, что при всей своей фантастичности повесть Гоголя доподлинно отразила в причудливом сюжете истинную сущность и всю несообразность российской действительности.

Главным персонажем повести является искатель чинов и званий майор Ковалёв,

о котором Белинский писал: «Вы знакомы с майором Ковалёвым? Отчего он так заинтересовал вас, отчего так смешит он вас несбыточным происшествием со своим злополучным носом? – Оттого, что он есть не майор Ковалёв, а майоры Ковалёвы, так, что, после знакомства с ним, хотя бы вы зараз встретили целую сотню Ковалёвых, тотчас узнаете их, отличите среди тысячей».

Белинский утверждал, что Ковалёв – это мастерски нарисованный Гоголем коллективный портрет всего человечества с присущими ему типическими чертами.

«Петербургские повести» во многом определили дальнейшее развитие русской реалистической литературы. Они оказали огромное влияние на творчество Достоевского, Некрасова, Салтыкова-Щедрина и многих других. «Читайте повести из народного быта Григоровича и Тургенева со всеми их подражателями, – писал Чернышевский, – всё это насквозь пропитано запахом «шинели» Акакия Акакиевича».



3.Художественная природа и функция гротеска в «Петербургских

повестях» Н. В. Гоголя

Слово гротеск исконно восходит к итальянскому, которое в переводе значит «грот, подземелье». Именно в пещерах, подземельях Рима была обнаружена настенная живопись, в которой причудливо совмещались изображения людей и животных. Гротеск – это предельное преувеличение, придающее образу фантастический характер. Гротеск – это особый тип изображения жизни, когда реальное и вымышленное, фантастическое перемешиваются, возникает мир ненормальный, странный, искажённый. Гротескные элементы встречаются в народном творчестве и в сатирической литературе – например,

в известном всем с детства «Путешествии Гулливера» английского писателя-сатирика Дж. Свифта. «Настоящий гротеск – это внешнее, наиболее яркое, смелое оправдание огромного, всё исчерпывающего до преувеличенности внутреннего содержания», – так

писал о гротеске известный режиссёр К. С. Станиславский. Именно таков гротеск в произведениях Н. В. Гоголя. Гротеск часто строится на соединении гиперболы и фантастики. Возникает преувеличенно фантастическая картина. Художественный приём,

состоящий в нарушении пропорций изображаемого мира, в соединении фантастического с реальным, обыкновенного с бытовым. В гротеске могут соединяться явления, несоединимые в реальной жизни, так же как самостоятельная часть.

Проанализировав ранее изученный исторический отрезок времени, где жил и творил

Н. В. Гоголь, рассмотрев ещё раз его биографию, творчество, изучив подробно историю создания «Петербургских повестей», исследовав содержание самих повестей, хочу отметить в них своеобразие гротеска, высказать своё собственное мнение по этому вопросу.

Соединяя несоединимое, Гоголь позволяет свежим взглядом посмотреть на ставшие привычными проявления жизни и заметить в них скрытые за застывшей формой особенности. Гротескные образы отличаются резкой карикатурностью, преувеличением,

контрастностью, потому они и разрушают гармоническое восприятие жизни, вносят тревогу, ожидание нового, заставляют нас, учеников, задуматься над их смыслом, раскрыть их тайну, а не просто всласть посмеяться над абсурдным положением персонажей Гоголя в таком же, как и их положение, абсурдном мире.

Вообще если говорить о гротеске в творчестве Николая Васильевича Гоголя, можно отметить что мы впервые встречаемся с этим элементом в одном из первых его произведений «Вечера на хуторе близ Диканьки». Волшебно-сказочная фантастика отображается Гоголем, как правило, не мистически, а согласно народным представлениям,

более или менее очеловечено. Чертям, ведьмам, русалкам придаются вполне реальные, конкретные человеческие свойства.

Глубоко отрицательные впечатления и горестные размышления, вызванные жизнью Гоголя в Петербурге, в значительной мере сказались в «Петербургских повестях». Все повести связаны общностью проблематики (власть чинов и денег), единством основного героя (разночинца, «маленького» человека), целостностью ведущего пафоса (развращающая сила денег, разоблачение несправедливости общественной системы).

Они правдиво воссоздают обобщённую картину Петербурга 30-х годов XIX века, отражающую концентрированно социальные противоречия, свойственные всей стране.

Все эти повести, различные по сюжету, тематике, героям, объединены местом действия – Петербургом. С ним в творчество писателя входит тема большого города и жизни в нём.

Но для писателя Петербург – это не просто географическое пространство. Он создал яркий образ-символ города, одновременно реального и призрачного, фантастического.

В судьбах героев, в заурядных и невероятных происшествиях их жизни, в молве, слухах и легендах, которыми насыщен сам воздух города, Гоголь находит зеркальное отражение петербургской «фантасмагории». В Петербурге реальность и фантастика легко меняются местами. Повседневная жизнь и судьбы обитателей города – на грани правдоподобного и чудесного. Невероятное вдруг становится настолько реальным, что человек не выдерживает этого – он сходит с ума, заболевает и даже умирает.

Петербург Гоголя – город невероятных происшествий, призрачно-абсурдной жизни,

фантастических событий и идеалов. В нём возможны любые метаморфозы. Живое превращается в вещь, марионетку (таковы обитатели аристократического Невского проспекта). Вещь, предмет или часть тела становится «лицом», важной персоной, иногда даже с высоким чином (например, нос, пропавший у коллежского асессора Ковалёва, имеет чин статского советника). Город обезличивает людей, искажает добрые их качества, выпячивает дурное, до неузнаваемости меняя их облик.

В «Невском проспекте» Гоголь показал шумную, суетливую толпу людей самых разных сословий, разлад между возвышенной мечтой (Пискарёв) и пошлой действительностью,

противоречия между безумной роскошью меньшинства и ужасающей бедностью большинства, торжество эгоистичности, «кипящей меркантильности» (Пирогов) столичного города.

«Петербургские повести» обнаруживают явную эволюцию от социально-бытовой сатиры («Невский проспект») к гротесковой социально-политической памфлетности («Записки сумасшедшего»), от органического взаимодействия романтизма при преобладающей роли второго («Невский проспект») к всё более последовательному реализму («Шинель»).

В повестях «Нос» и «Шинель» изображены два полюса петербургской жизни: абсурдная фантасмагория и будничная реальность. Эти полюса, однако, не столь далеки друг от друга, как может показаться на первый взгляд. В основе сюжета «Носа» лежит самая фантастическая из всех городских «историй». Гоголевская фантастика в этом произведении принципиально отличается от народно-поэтической фантастики в «Вечерах…». Здесь нет источника фантастического: нос – часть петербургской мифологии, возникшей без вмешательства потусторонних сил. Это мифология особая – бюрократическая, порождённая всесильным невидимкой – «электричеством» чина.

Нос ведёт себя так, как подобает «значительному лицу», имеющему чин статского советника: молится в Казанском соборе, прогуливается по Невскому проспекту, заезжает в департамент, делает визиты, собирается по чужому паспорту ехать в Ригу. Откуда он взялся, никого, в том числе и автора, не интересует. Можно даже предположить, что он «с луны упал», ведь по мнению Поприщина, безумца из «Записок сумасшедшего», «луна ведь обыкновенно делается в Гамбурге», а населена носами. Любое даже самое бредовое

предположение не исключается. Главное в другом – в «двуликости» носа. По одним признакам, это точно реальный нос майора Ковалёва, но второй «лик» носа – социальный,

который по чину стоит выше своего хозяина, потому что чин видят, а человека – нет.

Фантастика в «Носе» – тайна, которой нет нигде и которая везде. Это странная ирреальность петербургской жизни, в которой любое бредовое видение неотличимо от реальности.

В этой повести рисуется чудовищная власть чиномании и чинопочитания. Углубляя показ нелепости человеческих взаимоотношений в условиях деспотическо-бюрократической субординации, когда личность, как таковая, теряет всякое значение, Гоголь искусно использует гротеск.

В повести же «Шинель» запуганный, забитый Башмачкин проявляет своё недовольство значительными лицами, грубо его принижавшими и оскорблявшими, в состоянии беспамятства, в бреду. Но автор, будучи на стороне героя, защищая его, осуществляет протест в фантастическом продолжении повести. Этот «маленький человек», вечный титулярный советник» Акакий Акакиевич Башмачкин становится частью петербургской мифологии, приведением, фантастическим мстителем, который наводит ужас на «значительных лиц». Казалось бы, вполне обычная, бытовая история – о том, как была украдена новая шинель, – вырастает не только в ярко социальную повесть о взаимоотношениях в бюрократической системе петербургской жизни «маленького человека» и «значительного лица», но перерастает в произведение-загадку, ставящее вопрос: что такое человек, как и зачем он живёт, с чем сталкивается в окружающем его мире.

Вопрос этот остаётся открытым, как и фантастический финал повести. Гоголь наметил в фантастическом завершении повести реальную мотивировку. Значительное лицо, смертельно напугавшее Акакия Акакиевича, ехало по неосвещённой улице после выпитого у приятеля на вечере шампанского, и ему, в страхе, вор мог показаться кем угодно, даже мертвецом.

Кто же такой этот призрак, наконец, нашедший «своего» генерала и навсегда исчезнувший после того, как сорвал с него шинель? Это мертвец, мстящий за обиду живого человека; больная совесть генерала, создающая в своём мозгу образ обиженного им, погибшего в результате этого человека? А может, это только художественный приём, «причудливый парадокс», как считал Владимир Набоков, утверждая, что «человек, которого приняли за бесшинельный призрак Акакия Акакиевича – ведь это человек, укравший у него шинель»?

Как бы то ни было, вместе с усатым приведением в темноту города уходит и весь фантастический гротеск, разрешаясь в смехе. Но остаётся реальный и очень серьёзный вопрос: как в этом абсурдном мире, мире алогизма, причудливых сплетений, фантастических историй, претендующих быть вполне реальными ситуациями обычной жизни, как в этом мире человек может отстоять своё подлинное лицо, сохранить живую душу? Ответ на этот вопрос Гоголь будет искать до конца своей жизни, используя для этого уже совсем иные средства.

Обобщая реализм, достижениями романтизма, создавая в своём творчестве сплав сатиры и лирики, анализа действительности и мечты в прекрасном человеке и будущем страны, он поднял критический реализм на новую, высшую ступень по сравнению со своими предшественниками.

Но хочется отметить, что гоголевская фантастика навсегда стала достоянием не только русской, но и мировой литературы, вошла в её золотой фонд. Современное искусство открыто признаёт Гоголя своим наставником. Ёмкость, разящая сила смеха парадоксально соединены в его творчестве с трагическим потрясением. Гоголь как бы обнаружил общий корень трагического и комического. Эхо Гоголя в искусстве слышится и в романах Булгакова, и в пьесах Маяковского, и в фантасмагориях Кафки. Пройдут годы, но загадка гоголевского смеха останется для новых поколений его читателей и последователей.

Заключение

В 1852 году после смерти Н. В. Гоголя Н. А. Некрасов написал прекрасное стихотворение, которое может быть эпиграфом ко всему творчеству Гоголя:

Питая ненавистью грудь,

Уста вооружив сатирой,

Проходит он тернистый путь

С своей карающею лирой.

В этих строках, кажется, дано точное определение сатиры Николая Васильевича Гоголя,

ведь сатира – это злое, саркастическое высмеивание не просто общечеловеческих недостатков, но и социальных пороков.

Исследовав содержание, художественный язык «Петербургских повестей»

Н. В. Гоголя, я пришла к следующим выводам:

– художественный язык «Петербургских повестей» богат различными языковыми средствами: аллегориями, иносказаниями, но значительное место Гоголь отводит гротеску;

– я согласна с мнением известного режиссёра К. С. Станиславского, что «настоящий гротеск – это внешнее, наиболее яркое, смелое оправдание огромного, всё исчерпывающего до преувеличенности внутреннего содержания», именно таков гротеск

в «Петербургских повестях» Н. В. Гоголя;

– ярко этот приём прослеживается в повестях «Невский проспект» (живое превращается в вещь, марионетку, таковы обитатели аристократического Невского проспекта), «Нос» (нос, пропавший у коллежского асессора Ковалёва, имеет чин статского советника и действует самостоятельно), «Шинель» (фантастический финал повести с усатым приведением, которое приводит в ужас значительных лиц города);

– писатель-сатирик не стремится к изображению в «Петербургских повестях» исключительных, редких или красивых предметов, он имеет своей целью не эффект, а правду;

– Гоголь не мог ограничиться простым «срисовыванием с натуры» – он заострял,

преувеличивал, создавал фантастические и гротескные образы, ставя своей целью потрясти читателя, вывести его из состояния равнодушия, передать ему свою боль за судьбу русского народа;

– приём гротеска служит у писателя мощным средством сатирического изображения жизни. Преувеличивая и заостряя жизненные явления, автор делает свои образы особенно убедительными и наглядными, придаёт им силу литературного обобщения.

Гоголь стал одним из классиков сатирического жанра. Традиции, созданные им, используют в своих сочинениях писатели XX века – от Е. Замятина и М. Булгакова до наших современников.

Считаю, что в своей работе реализовала выдвинутые задачи и достигла поставленной цели.



Список литературы
1. Айхенвальд Ю. И. Гоголь. М., 1994.

2.Вересаев В. В. Гоголь в жизни. М., 1990.

3. Манн Ю. В. Поэтика Гоголя. М., 1998.

4.Набоков В. Николай Гоголь // Новый мир. 1987, № 4.

5. Эйхенбаум Б. М. Как сделаны «Шинель», «Нос». М., 1961.

6.Беленький Г. И. Литература. 9 класс. М., 2006.

7. http: // az.lib.ru /a/ annenskij_i _f/text_0360.shtml

8. http: // az.lib.ru /a/annenskij_i_f/text_ 0370.shtml



9. http: //www.opojaz.ru/manifests/kaksdelana.html


Каталог: vneklass
vneklass -> Квн по произведениям А. Волкова «Волшебник изумрудного города» и др. Цель
vneklass -> Сценарий внеклассного мероприятия. «Широко распростирает химия, руки свои в дела человеческие…»
vneklass -> Конспект урока в 10 классе по внеклассному чтению
vneklass -> Конспект внеклассного мероприятия по информатике для 5-6 классов мбоу «Гимназия №4» г. Чебоксары учитель информатики Абашина Н. В. Игра «Логические острова»
vneklass -> Ток-шоу "Большая перемена". Мероприятие по профилактике спида и наркомании
vneklass -> Внеклассное мероприятие по теме: «Устное народное творчество». «Приглашаем на посиделки»
vneklass -> Занятие «Слово о словах» Цели: Научиться лучше передавать словом мысли и чувства
vneklass -> Конкурса «Самый классный классный 2013»
vneklass -> Много времени и труда отдал Тимирязев разработке важнейшего вопроса биологии: какова роль солнечного луча в создании зеленым растением органического вещества
vneklass -> Внеклассное мероприятие по социально-бытовой ориентировке «Рецепты русской кухни»


Достарыңызбен бөлісу:


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет