Интервью записано 29 июня 2012 года заставка 00. 05 00. 15


Как вы считаете, почему гимн Глинки не сохранился как государственный после ухода Бориса Ельцина в отставку?



жүктеу 0.84 Mb.
бет4/5
Дата21.04.2019
өлшемі0.84 Mb.
түріИнтервью
1   2   3   4   5

Как вы считаете, почему гимн Глинки не сохранился как государственный после ухода Бориса Ельцина в отставку?


«Патриотическая песня» Михаила Глинки была официальным гимном РФ с 1991 г. по 2000 г. Гимн исполнялся без слов

Гимн России

[Патриотическая песня Глинки]



А хотели? И он хотел. Поэтому первое, вот какой был на новом, когда Бориса Николаевича спрашивали, всем согласен, он был вот не согласен с тем, что вернулся этот… Но со временем он тоже где-то, и я думаю, в душе, по крайней мере, я понимаю, для чего это сделано было и для чего, может быть, мы и вернемся к нему когда-нибудь. Но на данном этапе для сплочения, чтоб не было раздрая, не было лишних, я думаю, что это тоже какую-то положительную роль сыграло. Хотя, конечно, вот эти реверансы в сторону, что, может быть, будет лучше, они не всегда оправданны. Но это другое дело. Это нужно опять с исторической точки смотреть, и как нас оценит в данном случае поколение, которое будет после нас. Конечно, хорошо бы, чтобы ставить точки именно в период, пока живы те, кто это знают. И не фантазировать то, что сейчас можно найти в раскопках пирамиды Хеопса. Что можно доказать обратное.

03.04



Титр на черном поле:
Обеспечение безопасности во время визитов — это одна из самых сложных задач?

Безопасность во время визитов

[Михаил Горбачев, Борис Ельцин]



Да. Ну вот, я еще раз говорю, это самая, одна из самых сложных задач, потому что, ну, э-э… В любой стране предостаточно сумасшедших, я просто так скажу. Предостаточно. И ждать, особенно из толпы, притом вот с тем, с той экстравагантностью, как делалось это при первых выходах, они просто с ума сходили, американцы, когда вот Горбачев выходил к толпе, особенно в Америке. Вот в Европе это как-то воспринималось более спокойнее, вот. Они, конечно, сходили с ума. И здесь напряжение это сильное. Ну, по крайней мере, остановка две-три минуты давала охране приблизительно по два-три килограмма сброса веса.

04.06


Титр на черном поле:
Ельцин часто стремился пообщаться с людьми на улице во время поездок?



Общение Ельцина с людьми

[Борис Ельцин, Билл Клинтон]



Ну, нет, это обязательный вариант. Значит, у него было две просьбы. Во-первых, когда, значит, кто-то просился, он к охране обращался: «А ну-ка, ребят, пропустите». Но когда толпа начинала давить, у него было классное выражение: «Так, или вы заканчиваете давить, давить, или я уйду». Ну, действительно. Он вот толпы не боялся. Он нет, в этом плане он, ну, тем более у себя, в России, это… Он очень строго относился к этому. Хотя я должен сказать, что вот многие вещи было вот так несогласованность в нелюбви, может быть, к охране со стороны президента американского, что они тоже там переигрывали. Клинтон, я тоже замечал, делал им замечания довольно часто, что попроще, попроще-то работать, чего это держать.

04.59


Титр на черном поле:
Что чаще всего люди хотели сказать Борису Ельцину?

Обращения во время поездок к президенту

[Анатолий Корабельщиков, Борис Ельцин]



Ну, видите, в чем дело. Здесь… Если брать зарубежье, там в основном это была поддержка, это была, конечно, поддержка. Спасибо, вот, за Россию, за это, то-то-то, что вы открыли, что вы это сделали… Здесь, конечно, в стране: Борис Николаевич, обратите внимание, дом культуры там, условно, разваливается, работать негде, того-то нет, это все записывалось, пока по внутренним поездкам у нас Корабельщиков Анатолий был помощник, он это все записывал, потом это выносилось в поручения, давалось правительству и контролировалось. Это, в основном, были, конечно… Конечно, были «спасибо», поддержка там присутствовала, я никогда не видел вариантов, ну, где-то, может быть, издалека какой-то один раз крикнули, значит, ну, неприятный лозунг. А так, в основном, это было вот… Такого плана.


06.07

06.22



Титр на черном поле:

Как Ельцин относился к строгим правилам протокола?

Книга Владимира Шевченко «Протокол Российской Федерации» вышла в свет в 2000 г. В 2004 г. Владимир Шевченко опубликовал книгу «Повседневная жизнь Кремля при президентах»


Отношение Бориса Ельцина к правилам протокола

[«Протокол Российской Федерации», Борис Ельцин]



Он протокол просто любил. Мне повезло, я еще раз говорю, что он, он протокольный человек. Ему нравилось, что вот я уже, значит, там, издал тогда книгу «Протокол Российской Федерации», где сделал ее как инструкции, это пошло везде, это появились протокольные службы в министерствах, ведомствах, корпорациях. Пошло. Потому что не было в России, вот, ну, в смысле в Советском Союзе, не было. Даже вот, ну, приемом там кого-то встретить. У нас было чего — ну, райком партии. У райкома партии есть идеологический отдел. Вот, как правило, их возглавляли, второй секретарь была женщина. Вот она отвечала за прием, за улыбки… Подарки там, вот. Вот как все это было. На самом деле не было такого строгого… Со стороны государства, конечно, государственный протокол МИДа это все осуществлял, подсказывал, потому что с подарками, с закуской, всем что угодно можно было влипнуть так, что потом мама милая не покажется. Поэтому это все моменты учитывались и в то время, а он, понимаете, он вникал. Он вникал в это дело, он любил, чтобы был порядок, чтобы если идет прием, чтобы всех на приеме присутствовать, чтоб были все прилично одеты, чтоб прошли эту… так называемый ручеек рукопожатия. Он так глазами искал… Он смотрел, кого приглашаем. Отделы предлагают, а министерства, ведомства там предлагают того-то, того-то, МИД предлагает пригласить. «Ага… А чего это там пустые места?» Выяснил — ну, мне-то выяснять не надо было. Я сразу смотрел, потому что у меня рассадка на руках. Рассадку-то делал я. Вот, вот такой… «Значит так. Владимир Николаевич. Еще раз — не приглашайте больше». У него был ответ короткий. Раз он не уважает, чего тогда его приглашать. Вы разберитесь, если он не заболел, а ведь, может быть, вас не было, он вашему заму позвонил, что он не может. А если нет, в следующий раз не приглашайте. И я считаю, что этот принцип правильный.


08.08

10.08



Титр на черном поле:

Как состояние здоровья Бориса Ельцина влияло на соблюдение протокола?


Джордж Герберт Уокер Буш — президент США (1989 – 1993)

Здоровье Бориса Ельцина

[Борис Ельцин, Владимир Путин, Рональд Рейган, Джордж Буш-старший]



Не, ну, здесь, понимаете, здесь все… Набирался… Где-то, может быть, мы его перегружали. Потому что, ну, во-первых, он перегружал сам себя. Если ему сделаешь график довольно такой, мягкий, он, особенно вот начиная с 96-го года, он начинал: «Чего-то мало мне тут, а вон там не были». Он же проездил все наши области. Мы сделали 57 визитов. Это тоже, извините меня. А если добавить СНГ и плюс еще визиты в само СНГ, это будет уже приближаться чуть ли не к сотне. Вот разделите на этих там отведенных ему восемь лет, когда он был, ну, полноправный… Не полноправный, а человек, который сидел в Кремле уже. И вот посчитайте, сколько это приходится на год. Это плюс это. Конечно, нагрузка большая. Сейчас тут тоже нагрузки, сейчас у наших, у Владимира Владимировича — он, конечно, бьет рекорды, я просто… Это вот его последние поездки — это просто чудо. Загруженность колоссальная. Первое время у нас тоже там получалось. А потом здоровье стало сдавать, конечно, может быть, мы виноваты в этом, что где-то перезагружали его, можно было и послабже делать. Конечно, если б были условия, как сейчас: можно поработать в резиденции и там кого-то принять, то, может быть, это меньше переездов, меньше суда. Там все-таки, на воздухе, есть свои преимущества. Почему многие… Белый дом – это жилье? Это же жилье, чуть что не так — пошел наверх, на кроватку… Вот, и график составляешь на субботу-воскресенье в Кемп-Дэвид уезжал. Например, тот же Рейган. И Буш-старший тем более любил. А он все время вот, вот накручивал. Конечно, здоровье до этого накапливалось, накапливалось… Но главное, конечно, это переживание вот здесь. Это переживание за обстановку в стране. Это переживание за войну в Чечне. Это переживание за то, что вот он говорил, я никогда не забуду. Господи, говорит, как бы это, чтоб побыстрее выйти… Вот у него была пенсия, вот эта вот, 120 рублей была в Советском Союзе, а тот, кто проработал нормально, на 10% больше получал — 132. Он говорит, хоть этого уровня бы добиться. Он об этом думал, но не все получалось. Не все получалось.

10.44

11.49


11.54



Титр на черном поле:
Как принималось решение о начале военной кампании в Чечне в 1994 г.?

Шамиль — предводитель кавказских горцев, в 1834 г. стал имамом религиозного государства Северо-Кавказский имамат, вел многолетнюю борьбу против Российской империи
Джохар Дудаев — президент самопровозглашенной Чеченской республики Ичкерия (1991 – 1996)

Первая чеченская кампания

[Борис Ельцин, Шамиль, Джохар Дудаев]



Ну почему, я не прям… Военные принимают… Понимаете, я не могу, опять же, возвращаясь к тому, что я не специалист этого дела и никогда не лез в это дело. Но я видел, что происходит то, что не должно и то, что он говорил, как он, какие, с какими лицами выходили от него чины военные. Самого высокого ранга. Как он сам, когда с инспекторской поездкой мы полетели, чем он был очень недоволен — это я все видел. Но ему, наверное, еще в какой-то степени военные и временами не все в свое время докладывали. У меня такое впечатление складывается. Потому что, зная его, он, конечно… Ну, Чечня — это уже отдельная история, это отдельная графа, это отдельная тема для будущих исследователей — с чего начиналась, может быть, и с Шамиля надо начинать, как говорится, тех времен и идти сюда, сюда, все ближе, ближе, ближе к Дудаеву, и сама обида Дудаева на… И потом еще много моментов, это все надо очень скоропалительно… В Чечне нельзя допускать ни в коем случае каких-то вот, ну, скоропалительных моментов. Особенно обижающих. Потому что надо понять их переживания в период войны, почему Сталин, откуда вот эта злость была у Сталина к чеченцам. И выселение их в Казахстан и дальше вот. И как возвращение обратно, это тоже очень сложная вещь. И вот это вот, вариант… сталинской, может быть, нелюбви даже вот именно к этому, он же с каким-то небольшим презрением относился к абхазам. А абхазы и чеченцы — они очень близки, вот. Здесь тоже есть момент, много, я вел Грузию, я знаю, что это такое, связан был с Кавказом долгие годы, поэтому Кавказ — это очень-очень тоненькая-тоненькая пленочка, и к ней нужно очень-очень осторожно относиться. Если ты будешь относиться с осторожностью, тогда можешь требовать и от них. И они пойдут. Не будет этого — будет постоянно. Он будет с тобой, зная, что ты старший по званию и старший по возможностям, он будет с тобой соглашаться, но внутри у него будет все гореть. А добиваться нужно обратного. Тогда… Сама по себе психология очень интересная.

13.31
13.44

Титр на черном поле:
Чем был недоволен Борис Ельцин во время поездки в Чечню?


Борис Ельцин посетил Чечню 28 мая 1996 г.

Поездка в Чечню в 1996 г.

А как может быть доволен, когда разбомбили, этого спрашивает, почему это нельзя было бы — нет, нельзя было бы обойтись. Он встречается с этими. Аксакал, а что же вы делали? Борис Николаевич, вот-де вас не послушали, потому что принимаются не всегда правильные решения. Наверное, надо было еще до войны многие вещи смотреть. Давай с… Думать по… Но там сошлись интересы многих, дорогие мои. Вы не забывайте грозненскую нефть. И почему рвался в… на Грозный и Баку Гитлер. И как бы это могло вообще… Если бы Баку, не дай бог, это нефтяная жила очень интересная сама по себе, по составу. Мягк… легкой так называемой нефти. Это… Много вещей, которые еще исследовать и исследовать. Но исследовать нужно уже сегодня. Чтоб не допускать ошибок прошлого.

00.00



ВИДЕО №7

Титр на черном поле:


Насколько трудно дались Борису Ельцину президентские выборы 1996 г.?

Предвыборная кампания 1996 г.

[Борис Ельцин]

Да, мы, значит, в то время ни много ни мало у нас было за особенно… У нас за второй период, у нас там получалось чуть ли не по 20 поездок в месяц. Каждый день новый город. Это была колоссальная нагрузка, потому что неслучайно после этого у него и был инфаркт. Это и было бы удивление, если бы этого не случилось. У него была цель. А раз у него была цель, то что там творилось, никто не знал. Но он, конечно, был… Он поставил цель — он любой ценой. Ценой, там, своей жизни, я не знаю, чего, он бы ее добивал… Добивался и делал так, как… Если сказали да — да, нет — нет, значит, нам должно быть «да». И он клал все свои, он ни с чем не считался в данном случае. Может, можно было бы и меньше танцевать и плясать, но это уже вопрос к тем, кто готовил эти вещи. Нет, они, конечно, эффективны, конечно, они работали, потому что народу собрал, я еще раз говорю, собирались толпы. Вот, пуговицы летели, к нему все шли, не было нигде, как говорится, чтобы там кричали «Вон!» или там, или кого там, или Зюганов — ничего этого не было. Ведь он своими глазами, он, что он в этих вещах, он просто сам себя проверял. Правильно он делает или неправильно, или лучше ему уйти. Если б он, если, я просто представляю, если бы в одном, другом месте — свист, гам, помидоры, я не знаю там, огурцы, арбузы полетели бы… Он бы мог сказать: «Нет, ребят, я не пойду». Нет, работало действительно. Работало, система эта отрабатывалась штабом. Это работал штаб по выборам. Это… Это был немножко, взять даже вариант какого-то, ну… американских шоу. Вот это, действительно, люди, там деньги не платились, чтобы там говорили, что там вот этим артистам. Артисты работали бесплатно, потому что всегда прекрасно понимали, что проиграет Борис Николаевич — все начнется в обратную. Вы знаете, кто у нас в то время был. Конечно, сейчас не сравнишь 96-й год и тех же вождей того времени с сегодняшним, они уже многое поняли, но к тому времени это могло кончиться довольно плохо. И это люди понимали.




02.34


Титр на черном поле:
Как проходила инаугурация Бориса Ельцина в 1996 г.?



Инаугурация президента 1996 г.

[Борис Ельцин]




Конечно, ну, во-первых, ну, на грани, здоровье — на грани. Чувства, чувства, конечно, никуда. Самочувствие. Отменять — ничего не отменишь. И конечно, она была сокращена. Конечно, это… На его мужестве. Потому что сразу после, когда это закончилось, он сел: «Ребят, неужели я выдержал?» Это было да, это было, было, было тяжело. Ничего не сделать, да. Потому что вот, ну, может быть, там же сроки есть инаугурации. И ты под них подстраиваешься, должен подстраиваться. Перенести инаугурацию — это опять поднять шум, что, ну, президент недееспособен, понимаете? У нас же… Со временем, может быть, придем. Когда просто выходят и говорят: «Вы знаете, у него ангина, он сегодня не может выступать». А если б мы сказали, что у него ангина, нам сказали бы: «Ну все, опять не то». У нас нет недо… У нас нет доверия. К сказанному. И в этом отношении вот это недоверие к сказанному воспитывается через наши прессы. У нас пресса, она не отвечает ни за что. Вот захотел — и сказал. Вот он такой. И потом мучайся, отмывайся. Мне как-то один сказал, я не буду называть. Я, говорит, из вас, говорит, могу за 20 минут сделать героя, и все будут вам аплодировать, а за одну минуту вы будете врагом номер один и придурком. Вот к чему пришли технологии сегодняшние, понимаете. Борис Николаевич — он был, почему он всегда говорил: открытость прессы. «Нам надо воспитывать их ответственность за сказанное. Судиться я с ними не буду, пусть они там сами разбираются, вот, время покажет». Ну, не все ж так вот. Другие в бой идут, начинают там, значит, что-то… И вот здесь вот есть моменты, которые, вот, ну… Ну, не научились мы отвечать за свои слова, не научились еще. Нет ответственности. Да, мне так кажется, как один заявляет. А я говорю: «Кажется, знаешь, у нас была хорошая поговорка: “Кажется — крестись”».

04.53

05.22


Титр на черном поле:
Вам приходилось учитывать в работе состояние здоровья Бориса Ельцина?


5 ноября 1996 г. кардиохирург Ринат Акчурин провел Борису Ельцину операцию по коронарному шунтированию в Центральной клинической больнице

Операции Бориса Ельцина на сердце

[Борис Ельцин, Михаил Горбачев]



Ну, для работы для моей особенно, ну, как вы ска… как вам сказать. Здесь врачи уже, как говорится, вставили, возможности, как говорится, организации, а так я ждал, самое главное, его выздоровления, и с учетом, что там уже сделано шунтирование, конечно, мы уже, вот о чем я говорю. Если мы планировали, нам говорят там: час. Мы говорим: нет, стоп, ребята. Час не будет. Будет полчаса. Обязательно, конечно, с медициной мы советовались и учитывали эти моменты и в составлении его графика, и советовались с ним. Но вы, вы себе не представляете этого человека. Это человек, который, я не знаю, я… да больше таких не видел. Вот заходишь — все. Вот он… «Борис Николаевич. Через пять минут начинаем». Он перевоплощался, собирался. Я представляю, сколько это ему стоило. Но я знал, что он мне говорил: «Владимир Николаевич, 15 минут». Через 15 минут он выходил, он был почти полумертвый. Но он свое дело сделал от начала до конца. От начала до конца. Вот умение собраться в критический момент — это просто какая-то, не знаю, нечеловеческий… Я бы, например бы, ну, даже не представляю, если б у меня вот так было, я, наверное, никогда б этого не смог сделать. Наверное, вот его. Это он. Если мы назначали встречу, мы советовались… Я советовался с врачами, там, если нужно было, а временами даже я этого не делал. Борис Николаевич сам говорил: «Владимир Николаевич. Давай попытаемся за 20 минут это все провести». Все. «Не планируй мне длинных» — значит, не планировали длинных. Ему хватало, потому что он… Опять же, он исходил из конкретики. Он как-то, мы уже, когда уже, уже работали мы с ним долго, о многом интересном разговаривали, он говорит: а чего, говорит, сидеть балабонить? Да — да, нет — нет, ну, чего говорил. У него был подход такой. Не сидеть, не… Не философствовать. У Михаила Сергеевича был момент: он любил, ну, заговорить, как говорится. А там, смотришь — на что-нибудь выползем. У этого — нет.


07.17

07.27


08.06
08.10


Титр на черном поле:

Считается, что во время второго президентского срока ряд людей имел на Ельцина большое влияние, что Борис Березовский, например, мог повлиять на решения, которые принимал президент...

Борис Березовский бизнесмен, один из инициаторов создания избирательного штаба Бориса Ельцина, который весной 1996 г. возглавил Анатолий Чубайс, заместитель секретаря Совета безопасности РФ (1996 – 1997), исполнительный секретарь СНГ (1998 – 1999)
«Семья» — в СМИ второй половины 90-х гг. так часто называли ближайшее окружение Бориса Ельцина

Татьяна Юмашева (Дьяченко) — младшая дочь Бориса Ельцина, советник президента РФ (1996 – 1999)



Влияние на Бориса Ельцина ближайшего окружения

[Борис Ельцин, Борис Березовский, «Семья», Наина Ельцина, Татьяна Юмашева]



Значит, так… Значит, давайте так. Березовского забудем на веки вечные. Березовский с ним встречался, ну, в лучшем случае два раза. И то, что там Боря пишет сегодня, особенно там в английском суде мелькает, что он там влиял на то-то, на то-то — пускай он, ради бога, помолчит. Когда он обретал всех и когда ему было доверено работать ответственным этим секретарем СНГ, вот… С какой болью Борис Николаевич думал об этом, но назначил. А что он сделал — он ничего не сделал. Он ничего не сделал. Он только, значит, вот разводчик колоссальный, а хвастался, что Бориса Николаевича, на Бориса Николаевича влиял. Не знаю. Не знаю. Говорят много там, что там, «семья» там... Да упаси меня бог. Татьяна Борисовна — ну, она могла, может быть, сказать ему как советник, она была, но она в основном занималась, занималась имиджем, и она ушла после 96-го… Не знаю, я не верю в это, чтобы на нем, на него было можно повлиять. Может быть, под каким-то давлением, в плане того, что… Да вот это вот будет лучше того… И то я… Она около меня бродит, но я не допускаю, чтобы им можно было руководить. Да, он мог прислушаться к какому-то мнению, какому-то… Но это не глобальное. Это, извините меня. А если говорить, то там на кадры менял, все, так вы возьмите. Влиял, так вы возьмите, посмотрите, в какой период-то он кадров-то больше сменил? Когда на него никто не влиял? С 92-го по 96-й. Или с 96-го по 99-й. Посмотрите. И самим станет ясно. Он был в поиске. Он был постоянно в поиске, его кто-то абсолютно не устраивал. А вот младореформаторы могут на него обижаться, что он в какой-то степени… Но они не смогли ему, значит, доказать свою правоту. Он должен был идти на какие-то компромиссы, чтобы держать страну, чтобы она не развалилась. Это, а куда ты денешься. Это сейчас хорошо сидеть опять на кухне и рассуждать, что вот, там, Ельцин не прав… Я его не защищаю. Я не защищаю. Да, он мог временами быть резок, он мог не, не, не слушать, он был упрямый, вот я хочу и все. «Борис Николаевич, невозможно». — «Нет, будет». Я говорю: «Борис Николаевич». Я, вот… Умер… Этот… Йеменский, наш руководитель. «Я поеду». В больнице находимся. «Заказывай самолет, завтра вылетаем». А время — 20 часов. А вылет на шесть утра. Завтра похороны будут. Я говорю: «Борис Николаевич, ну, мы же вас привезем, ну… Вы ж поймите: ну, здоровье, все. Врачи, все…» «И ты, Брут, продался», — он на меня. Ну, что делать — пошли. Полетели. Но он же… Вот он даже не знал, что это будет. А там приехало три бывших президента Соединенных Штатов Америки. Вот он уловил этот момент, понимаете. Вот уловил и все. Мы очень коротко там пробыли и уехали. Поднялись в самолет — он говорит: «Не могу». Как ему это далось, я не знаю. Но он сделал. Он сделал свое присутствие. Понимаете. Это вот, это характер. И никто его остановить не мог — это упрямство. Но он рисковал. Он рисковал собой. Он рисковал до какой-то степени, может быть, и имиджем. Но ничего, никто не мог ему… Да, был упрямый. Могло случаться и такое, что ему с одной стороны один говорил одно, а другой — другое, а он о своем — ба-бах, и все. Но он принимал решения вот… Он не тянул с решением. Если он намечал что-то сделать, он делал. Другое дело, что, может быть, где-то спешил. Где-то, может быть, немножко был, ну, жестковат в принятии решения. Это другой разговор. Но давить на него, чтобы я мог вот так вот видеть, что там вот к нему кто-то зашел, и потом он выходит оттуда и говорит: «Ну, вот, я договорился, все, все будем делать так, как…» Я чего-то не помню такого.


11.45


Титр на черном поле:



Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет