Исторический факультет



жүктеу 3.63 Mb.
бет6/17
Дата04.09.2018
өлшемі3.63 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17

Примечания


1 Войтасик Леслав. Психология политической пропаганды. М., 1981. С. 44.

2 Скуленко М.И. Журналистика и пропаганда. Киев, 1987. С. 107.

3 КПСС о средствах массовой информации и пропаганды. М., 1987. С. 183.

4 КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций, пленумов ЦК (1898 – 1986). С. 274.

5 Там же. С. 344.

М.А. Телешева

Русская православная церковь и молодежь.

(Томская область. Конец 1980-х гг. – 2006 г.)
В течение долгого времени в СССР Русская православная церковь (РПЦ) не оказывала своего влияния на воспитание детей в семье. Связь поколений в передаче православных традиций была прервана. РПЦ не имела возможности участвовать в духовном воспитании молодежи и посредством широкой просветительско-миссионерской работы. Ее религиозная деятельность ограничивалась пределами храма. С конца 1980-х гг. положение церкви в государстве начало меняться. Новый правовой статус обеспечил РПЦ право свободно распространять свое вероучение. Важным направлением ее деятельности стало духовное воспитание молодежи. Об актуальности этой задачи не раз говорили представители РПЦ. В частности, патриарх Московский и Всея Руси Алексий II в интервью газете «Известия» заявлял: «На наш взгляд, сегодня как никогда важно спланировать и осуществить совместные конкретные меры, ставящие целью возвращение детей и молодежи к вечным нравственным ценностям»1.

В условиях светского государства РПЦ должна была самостоятельно решать проблему своего участия в духовно-нравственном воспитании подрастающего поколения на разных уровнях, в том числе региональном.

В деятельности томских священнослужителей можно выделить ряд направлений, одним из которых является православное просвещение в учебных заведениях. Наиболее распространенным видом катехизаторских учреждений РПЦ стали воскресные школы. Первая школа в Томске появилась в 1989 г. при Петропавловском храме2. Позднее подобные школы были открыты в Троицком храме, Петропавловской церкви в районе спичечной фабрики, церкви преподобного Сергия Радонежского в Томске, храме в Северске и др. С середины 1990-х гг. начала работу школа при храме Александра Невского. В 1999 г. здесь был открыт уникальный класс для детей трехлетнего возраста. К 2005 г. воскресная школа храма Александра Невского была самой многочисленной. Здесь обучалось около 140 человек в возрасте от 5 до 15 лет3. Преподавателями являлись прихожане и воспитанники Томской духовной семинарии (ТДС). Обучение включало как духовно-образовательный элемент (изучение Священного Писания, церковнославянского языка, иконопись и др.), так и внеклассную работу (подготовка концертов к праздникам Рождества, Пасхи, фотовыставки и т.д.). В других школах обучение строилось подобным образом.

Продолжением внеклассной работы воскресных школ стали православные лагеря. В частности, летние лагеря периодически проводились общиной храма Александра Невского4. С 2000 г. северский приход под руководством о. Михаила организовал лагерь «Вифлеемская звезда», в котором воспитательная работа осуществлялась с трудными подростками5.

Другим видом учебных заведений РПЦ в Томской области стала православная протогимназия, открытая приходом Петропавловской церкви Томска. Программа обучения в протогимназии включала как православные, так и общеобразовательные предметы. Обучение проходило полную учебную неделю. По словам директора Н.Г. Абрамова, главная цель данного учреждения – воспитание православного христианина. В соответствии с этой задачей был организован уклад жизни протогимназии, основанный на соблюдении церковных праздников, посещении храмов, участии в богослужениях, таинствах исповеди и причастия и др. Количество учеников составило порядка 60 человек6.

Учебные заведения, создаваемые РПЦ, отчасти решают проблему духовного воспитания подростков. Но они не рассчитаны на широкую аудиторию. Так, к 2004 г. в Томске реально действовали только три воскресные школы7. Православные общеобразовательные учреждения в регионе не получили массового распространения. Некоторые представители РПЦ вообще сомневаются в возможности влияния таких заведений на духовное развитие человека. В частности, ответственный секретарь Союза православных педагогов о. Сергий Рыбаков считает: «…нормальное воспитание и образование может дать только нормально организованное общество через государственную школу. Такое учреждение, как православная гимназия или церковноприходская школа, вырванное из общества, имеет совершенно неоднозначную педагогическую эффективность. Казалось бы, отсюда дети должны выйти очень хорошими по своим душевным качествам и обязательно православными, но часто этого не происходит, а возникает даже неприязнь к Церкви»8.

Все это приводит к тому, что РПЦ осваивает еще одно направление, внедряя религиозный элемент в структуру государственной общеобразовательной школы. Священники и православные активисты различных регионов страны пришли в средние школы в начале 1990-х гг. Так, в отчете Томского благочиния за 1993 г. отмечалось, что священники проводят занятия по Закону Божьему в четырех школах области9. В 1994 г. Министерство образования РФ издало приказ о запрете любых уроков религии. И священники ушли из школ. После принятия в 1997 г. закона «О свободе совести и вероисповедания», в котором отмечалась особая роль традиционных конфессий в истории России, начались дискуссии между сторонниками и противниками привилегий для РПЦ. На этой волне в средних школах различных регионов страны стали вводиться курсы обучения православной вере: «Основы и ценности православия» (Белгород), «Основы православной культуры» (Курск), факультатив по Закону Божьему (Воронеж, Калининград), «Основы православной культуры нравственности» (Новосибирск, Смоленск), «история Церкви» (Воронеж, Ростов-на-Дону), факультатив по основам православия (Кемерово) и т.д.

На территории Томской области с конца 1996 г. в школе села Поросино с благословения благочинного томских церквей о. Леонида Хараима было начато преподавание курса «Основы православия» для детей с 1-го по 9-й класс. Введению предмета предшествовали родительские собрания и индивидуальные беседы. Преподавателем стал семинарист А. Новиков. За основу курса была взята программа, разработанная Курским педагогическим университетом. В работе преподаватель использовал газету «Воскресная школа», которая выпускалась издательством «1 сентября», религиозную литературу и др. У школы завязались контакты с храмами Томска, Томской духовной семинарией. Изначально урок православия являлся обязательным для посещения, затем он был объявлен факультативным. В 1996 – 1997 гг. из 65 человек «Основы православия» посещало 70%. По словам директора школы В.И. Чирикова, данный предмет в анкетах ученики отмечали как самый познавательный и интересный. Но позднее, скорее всего в связи с активными протестами противников преподавания религии в школе, которые начались в стране, курс «Основы православия» в поросинской школе был прекращен, а вместо него введены занятия «Основы нравственности», проводившиеся только во время классных часов по желанию детей. Новый курс являлся культурологическим предметом и не предполагал изучение какой-либо одной религии.

Еще одной формой сотрудничества церкви со школами, в частности томской школой № 1, стали беседы священников с учениками на такие темы, как Пасха, зарождение славянской письменности и др.10 Но такие встречи в Томске не стали систематическими.

В целях решения проблемы духовно-нравственного воспитания школьников РПЦ налаживает контакты с преподавателями вузов, школ, а также студентами, с которыми обменивается опытом, участвует в совместном обсуждении данной темы на конференциях. Сотрудничество с учителями школ, как отмечают исследователи, также связано с тем, что в светском государстве внедрение православия в образовательные учреждения невозможно без содействия со стороны религиозно мотивированных представителей педагогических коллективов11.

В середине 1990-х гг. при Томском государственном педагогическом университете действовала лаборатория христианской педагогики, сотрудниками которой, в частности, являлись и студенты вуза. Ее целью было изучение опыта православной педагогики в России и теоретическая разработка возможности ее адаптации в практике современного образования. В 1996–1997 гг. Российский государственный научный фонд оказал грантовую поддержку деятельности лаборатории, что позволило провести всероссийскую конференцию «Современные образовательные стратегии и духовное развитие личности» в 1996 г. и молодежный аспирантско-студенческий семинар «Молодежь и духовность» в 1997 г., выпустить несколько сборников статей по этой проблеме, а также разработать спецкурс «Ценности христианской педагогики»12.

Тема духовно-нравственного воспитания молодого поколения также обсуждалась на Духовно-исторических чтениях 1996–1999 гг., организованных совместными усилиями Томской епархии, администрации области и вузами города. В чтениях участвовали как священнослужители и семинаристы, так и преподаватели, студенты вузов, учителя и директора школ. Здесь обсуждались проблемы работы педагогов по духовному воспитанию подростков в различных школах области, вопросы христианской педагогики, конфессиональной ориентации студентов ТУСУРа, преподавания православных предметов в протогимназии при Петропавловском храме Томска и др.

В целях подготовки кадров в 2001 г. при храме Александра Невского в Томске действовали трехгодичные богословские курсы для людей, желающих преподавать православные предметы в учебных заведениях. Количество учащихся здесь составило 47 человек13.

Участие РПЦ в духовном воспитании молодежи не ограничивается деятельностью в образовательной сфере. РПЦ стремится к участию в решении важных социальных проблем, которые касаются молодежи: работа с трудными подростками, осужденными, борьба с наркоманией и алкоголизмом. В решении этой проблемы церковь устанавливает контакты с государственными структурами. В 1994 г. о. Л. Хараим и начальник Томского областного управления внутренних дел генерал А.Г. Владимиров подписали договор о сотрудничестве МВД и РПЦ в деле оздоровления, воспитания лиц, находящихся в местах лишения свободы и предварительного заключения14. Этот документ стал продолжением договора о сотрудничестве, принятого патриархом Всея Руси Алексием II и главой МВД России. В Томской области студенты ТДС стали периодически посещать колонии области, беседовать с заключенными. Постепенно здесь начали появляться помещения для совершения религиозных обрядов. В апреле 2004 г. состоялась встреча архиепископа Томского и Асиновского Ростислава с главой Управления исполнения наказаний по Томской области А. Сальникова, на котором последний дал согласие на строительство православных храмов на территории воспитательных колоний15. В 2005 г. в двух колониях действовали храмы, в трех – молитвенные комнаты, еще в двух начали строиться церкви. Кроме того, в исправительной колонии №1 действовала библиотека, в которой была собрана религиозная литература16.

На Архиерейском соборе 2004 г. одной из главных задач церкви было названо противодействие наркомании. В апреле 2005 г. Госнаркоконтроль в лице генерал-майора В. Анохина и Архиепископа Томского и Асиновского Ростислава подписали совместное обращение, договор о сотрудничестве в этой области и программу действий. В частности, планировались организация совместных профилактических мероприятий и праздников, посвященных историческим датам и духовным традициям, создание совместного реабилитационного центра в Томской области и др.17

В последнее время Томская епархия осваивает еще одно направление – православное просвещение в специализированных СМИ. В 2006 г. специальный епархиальный отдел по работе с молодежью выпустил молодежный журнал «Обретение» и детское приложение к нему «Весточка». Первый номер «Весточки» вышел в количестве 500 экземпляров. В доступной и интересной форме здесь рассказывается о православных праздниках, святых и др. Наряду с коротенькими рассказами напечатаны кроссворды, творческие задания. «Весточка» привлекает своей красочностью и качеством бумаги.



Таким образом, задача духовного воспитания молодежи в Томской области нашла отражение в различных направлениях деятельности церкви. В решении этой проблемы РПЦ находит точки соприкосновения с вузами, общеобразовательными учреждениями, а также государственными структурами области.
Примечания

1 Известия. 2006. 18 апр.

2 Томский вестник. 1991. 20 дек.

3 Православные храмы Томска: (Альбом). Томск, 2005. С. 111.

4 Там же.

5 Буфф-сад: Прил. к газ. «Томский вестник». 2005. 7 июля.

6 Абрамов Н.Г., Классен А.Д. О преподавании Закона Божия в православной протогимназии // Православие и Россия: прошлое, настоящее, будущее / Под ред. протоиерея Л. Хараима, канд. филос. наук О.Т. Лойко. Томск, 1998. С. 249-251.

7 Томские епархиальные ведомости. 2004. № 2-3. С. 6.

8 Митрохин Н. РПЦ: современное состояние и актуальные проблемы. М., 2004. С. 342.

9 Томские православные ведомости. 1994. № 2-3. С. 1.

10 Томский вестник. 1993. 25 мая.

11 Митрохин Н. РПЦ: современное состояние и актуальные проблемы. М., 2004. С. 350.

12 Костюкова Т.А. О пользе изучения христианской педагогики // Православие и Россия: прошлое, настоящее, будущее / Под ред. протоиерея Л. Хараима, канд. филос. наук О.Т. Лойко. Томск, 1998. С. 273.

13 Православные храмы Томска… С. 111.

14 Томские православные ведомости. 1994. № 7-8. С. 1.

15 Томский вестник. 2004. 2 апр.

16 Южанин О.Н. Православное просвещение осужденных в местах лишения свободы // Вызовы времени и православные традиции: Материалы XV Духовно-исторических чтений в честь святых равноапостольных Кирилла и Мефодия / Под ред. игумена Силуана (Вьюрова), проф. Т.А. Костюковой. Томск, 2005. С. 222.

17 Комсомольская правда. 2005. 6 апр.


М.Е. Турукина

Женщины России на парламентских выборах 17 декабря 1995 года
В последние годы роль женщины в современном мире заметно возросла. Если в 1955 г. существовало 81 независимое государство и 61 парламент, и женщин, возглавляющих государство или парламент, не было совсем, то в 2000 г. насчитывалось около 190 независимых государств, 177 парламентов и 9 женщин являлись главами государств, а 32 возглавляли парламент1. Здесь, пожалуй, можно говорить о «тихой женской революции», которая стала одним из итогов XX в. В ее результате женщины добились не просто представительства в структурах власти, но также смогли изменить содержание и приоритеты самой политики. К тому же опыт различных стран, обобщенный ООН, свидетельствует, что только паритетное участие мужчин и женщин в структурах государственной власти гарантирует принятие ответственных решений и обеспечивает устойчивое развитие любой страны. Это колоссальный шаг вперед, но, к сожалению, в России в последнее время наблюдаются обратные тенденции.

Если говорить о степени изученности данной проблемы, то стоит отметить, что относительно периода функционирования Государственной Думы первого созыва она не затрагивалась ни одним исследователем, с чем связана трудность получения максимально полной картины по проблеме участия женщин в выборах в Государственную Думу и их представительства в ней. Этого нельзя сказать о Государственной Думе второго созыва, поскольку тенденцией последнего времени стал поиск новых подходов освещения уже устоявшихся проблем, в данном случае парламентских выборов и деятельности Государственной Думы. Появление в России гендерных исследований – еще одно тому подтверждение. Исходя из этих соображений, можно выделить работу С. Айвазовой и Г. Кертмана, в которой достаточно емко проведен гендерный анализ избирательных кампаний 1999 и 2000 гг. в России2. В. Кулик же подошла к этой проблеме с позиций ретроспективного анализа, показав возможность гендерного подхода к изучению российской многопартийности3. И. Медведева остановилась на изучении дискриминации женщин в реализации их избирательных прав4. В данном случае стоит также отметить выступления


Т.В. Ярыгиной, заместителя Сопредседателя Межпарламентской группы Российской Федерации, на встрече женщин-депутатов с представительницами дипломатического корпуса и на Международном форуме женщин-парламентариев5.

Итак, в соответствии с отечественным законодательством женщины обладают всей полнотой избирательных прав. Тем не менее доля женщин в представительных органах власти и среди глав администраций разного уровня остается низкой, в особенности в сравнении с показателями европейских стран. С каждым годом все меньше женщин приходит во властные структуры. Так, в Государственную Думу 1995–1999 гг. прошли лишь 49 женщин, они получили на 12 мандатов меньше, чем в 1993 г. Таким образом, представительство женщин сократилось на 3,9 % по сравнению с показателями 1993 г.

В качестве одной из причин данной тенденции может быть назван тот факт, что на парламентских выборах 17 декабря 1995 г. ни одно избирательное движение с «женским лицом» не добилось успеха. Не преодолело пятипроцентный барьер и политическое движение «Женщины России», депутаты которого составляли заметное большинство среди женщин, прошедших в нижнюю палату Федерального собрания Российской Федерации на парламентских выборах 12 декабря 1993 г. Возможно, это стало следствием, с одной стороны, завышенной оценки партией степени своей популярности и авторитета среди избирателей, а в связи с этим ошибки в выборе тактики на период предвыборной кампании, а с другой – ее пропрезидентской направленности в Государственной Думе первого созыва, и как результат – 4,7% голосов избирателей на выборах.

Итак, как уже было отмечено выше, по результатам парламентских выборов 17 декабря 1995 г. в нижнюю палату Федерального собрания Российской Федерации прошли 49 женщин от различных политических партий и объединений, которые уже в составе Государственной Думы вошли в следующие фракции и депутатские группы: 13 женщин-депутатов, вошли в состав фракции КПРФ; 6 – во фракцию «Наш дом – Россия»; 5 – во фракцию «РДП – Яблоко»; 1 – во фракцию ЛДПР; 8 – в депутатскую группу «Российские регионы»; 6 – в депутатскую группу «Народовластие»; 2 – в Аграрную депутатскую группу; 8 женщин-депутатов не вошли в какие-либо политические объединения.

Данная статистика отражает общую тенденцию, наблюдающуюся в Государственной Думе второго созыва – Коммунистическая партия Российской Федерации представлена заметным большинством депутатов от общего состава Государственной Думы.

Однако лишь 19 женщин из 49 прошли в Государственную Думу РФ по результатам выборов по партийным спискам, остальные же 30 получили свои мандаты в результате предпочтений электората в одномандатных округах. На парламентских выборах 17 декабря 1995 года в числе кандидатов была выдвинута 251 женщина. И в зависимости от того, кто выдвигал эти кандидатуры, их можно разделить на несколько групп: кандидаты, выдвинутые политическими партиями и объединениями – 173; выдвинутые избирателями – 71; зарегистрированные в результате самовыдвижения – 7.

По итогам же выборов из 30 женщин-депутатов, прошедших в Государственную Думу от избирательных округов, 10 являлись «независимыми» кандидатами, остальные же принадлежали к различным политическим партиям и объединениям. Наиболее успешными выборы оказались для Коммунистической партии Российской Федерации – 8 депутатов из 30; остальные же партии, представительницы которых стали депутатами Государственной Думы, получили меньшее количество мандатов: Яблоко – 4, «Женщины России» – 3, «Наш дом Россия» – 2, «Власть народу!» – 2, блок «Памфилова – Гуров – Лысенко» – 1, «Общее дело» – 1) 6, не прошла в нижнюю палату Федерального собрания Российской Федерации ни одна женщина, зарегистрировавшая свою кандидатуру в результате самовыдвижения.

Эти данные свидетельствуют о том, что наиболее успешными парламентские выборы 17 декабря 1995 г. оказались для женщин-депутатов, которые были выдвинуты различными политическими силами, менее удачными – для «независимых» кандидатов, самовыдвиженцы же оказались в составе политических аутсайдеров. Это может быть объяснено тем, что кандидаты от партий имели на выборах больше возможностей в связи с авторитетом этих политических объединений в электоральной среде, их организаторскими способностями и, безусловно, материальной поддержкой, которая играет немаловажную роль в ходе предвыборной кампании.

Стоит также отметить, что в 77 избирательных округах из 225 женщины вовсе не были представлены на парламентских выборах. Это говорит, скорее всего, о недооценке женщин как самостоятельной политической силы, причем не только в сознании мужской части электората и политической элиты, но и в сознании самой женской половины населения нашей страны. Ведь в данных избирательных округах не было отмечено выдвижение женщин-кандидатов не только политическими партиями и объединениями, но и избирателями, не было также и случаев самовыдвижения.

Что касается качественного состава женщин, прошедших в Государственную Думу 1995 г., то из их общего числа 15 женщин (7,35%) являлись депутатами Государственной Думы 1993 года


(А.В. Апарина, Т.В. Злотникова, Н.В. Кривельская, Е.Ф. Лахова, Э.А. Памфилова, И.М. Хакамада, Т.В. Ярыгина и др.).

Причем 6 женщин из вышеперечисленных входили в состав тех же комитетов, что и в Думе первого созыва. Этот факт может свидетельствовать о том, что их работа в составе этих комитетов была, скорее всего, более чем просто удовлетворительной. В некоторых же случаях наблюдалось даже повышение статуса. Так, например, Т. В. Злотникова, являясь заместителем председателя комитета Государственной Думы по экологии в 1993–1995 гг., в Государственной Думе 1995–1999 гг., была назначена председателем этого же комитета.

Из 49 женщин руководящие посты занимали лишь 12, в том числе 2 председателя: А.В. Апарина – председатель комитета Государственной Думы по делам женщин, семьи и молодежи, Т.В. Злотникова – председатель комитета Государственной Думы по экологии.

Однако если сравнить эти данные с положением дел в Государственной Думе первого созыва, то мы увидим, что в «женском ведении» появились новые комитеты, которые играли далеко не последнюю роль в управлении страной. Так, С.Н. Гвоздева и Н.В. Кривельская являлись заместителями председателя комитета Государственной Думы по экономической политике, Е.Б. Мизулина – по законодательству и судебно-правовой реформе, а Л.В. Олейник – по вопросам местного самоуправления. Стоит также особо отметить статус С.П. Горячевой, которая являлась заместителем председателя Государственной Думы от фракции Коммунистической партии Российской Федерации. Подобной ситуации в Государственной Думе 1993-1995 гг. не наблюдалось вовсе.

Помимо этого женщины были представлены в таких важных комитетах, как, Комитет Государственной Думы по информационной политике и связи; по бюджету, налогам, банкам и финансам; по труду и социальной поддержке и некоторых других. Не говоря уже о том, что женщинам-депутатам, как и в Государственной Думе первого созыва, в 1995-1999 гг. предоставлялось их «женское» поле деятельности – дела женщин, семьи и молодежи, культура, образование и наука, охрана здоровья и т.д.

Таким образом, несмотря на сокращение представительства женщин в составе депутатов Государственной Думы, можно все-таки говорить о повышении их статуса с точки зрения их представительства в комитетах нижней палаты Федерального собрания Российской Федерации. Но, однако, не стоит и преувеличивать этот факт, поскольку в России на данном этапе все же наблюдалось отчуждение женщин от власти. В то время, как «есть такой незыблемый закон, что пока женщин меньше 20 процентов в парламенте, не отстраивается и не работает законодательство, защищающее права детей; а до тех пор, пока меньше 30 процентов, - права женщин» 7. Немаловажным является и тот факт, что в России женщины составляют более 50% населения, а в Государственной Думе, которая по идее должна защищать интересы именно населения страны, представительство женщин ограничивается 10,1%, что порождает явный дисбаланс, который негативно влияет на все процессы.

Без осознанного и активного вхождения женщин в политику невозможно строительство гражданского демократического общества, к которому так стремится Россия. Ведь женщины, участвующие в политике, – это явный показатель перехода от традиционного уклада к современному, либерально-демократическому.


Каталог: Students


Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет