Жан -мишель Риб и Ролан Топор сражени я перевод с французского: Нины Севестр Морское сражение



жүктеу 475.5 Kb.
бет1/3
Дата14.04.2019
өлшемі475.5 Kb.
  1   2   3

Жан -Мишель Риб и Ролан Топор

С Р А Ж Е Н И Я


Перевод с французского: Нины Севестр

Морское сражение

Жан-Мишель Риб




Плот, состоящий из обломков палубы вероятно затонувшего теплохода, дрейфует в открытом море.

Плот разделён на две части: на левой стороне – остатки сильно повреждённой кабины класса люкс.

На нём возвышается плетёное кресло. Эта часть плота немного выше, чем правая, она преобладает.

Правая часть представляет из себя подобие пола, сделанного из разобщённых планок, сквозь которые сочится вода. Вероятно, часть корпуса, прилегающего к кабине также оторвана.

Феликс Бландеме, элегантный пятидесятилетний мужчина, одетый в остатки хорошо скроенного смокинга, очень занят. Он занимает кабину, высокую и богатую часть этого удачливого судна. Он пишет ручкой, с которой он обращается очень аккуратно. С его стороны – спасательный круг Нептуна ( название потонувшего судна), висящий на стене кабины и привязанный к канату . Несколько предметов,чемоданы, связки книг, и т.д.

Планта, которого мы замечаем в конце второй реплики, является тем, что называют у подобных Бландеме людей « человек из народа ». У него ничего нет кроме пустой бутылки из-под виски, которую он старательно запихнул за пояс. На нём лохмотья от костюма бармена; на правом плече догадываемся об остатках золотого эполета... Половина бабочки, четверь брюк и один целый ботинок.

Бландеме сидит в плетёном кресле. Он пишет. Он обращается к Планта не поднимая головы.

Бландеме: Вы тонете?... Планта?... Вы тонете? Я вас не слышу... Ответьте, Планта!
Планта, которого мы замечаем на правой части плота.
Планта: Я наблюдаю.

Бландеме: (замечая его) Вы могли бы предупредить, старик, в конце концов, это раздражает! Я бы бросил вам спасательный круг!

Планта: Это бесполезно, я наблюдаю!

Бландеме: Да, но как вы хотите, чтобы я знал, что вы наблюдаете, вы издаёте те же звуки, когда вы тонете... Ну, а я деру глотку, бросая вам по двадцать раз в день спасательный круг, потому что вы не способны продержаться на плоту более полу часа, чтобы не упасть в воду, и если ещё нужно его бросать, когда вы не упали!

Планта: Делаем как раньше.

Бландеме: Что мы делали раньше?

Планта: Когда я начинал сползать и чувствовал, что тону, я кричал: «  Помогите, помогите. »

Бландеме: (обезумевший). О, да, да, я припоминаю... это оранье было ужасно, эта суматоха... нет, больше никогда... нет, тоните в тишине... с другой стороны, если вы не наблюдаете более, чем два три раза в день...

Планта: Это примерно тот ритм, который мне необходим.

Бландеме: Прекрасно, в таком случае, когда вы наблюдаете, я вас попрошу кричать «  Помогите, помогите ».

Планта: Это отвлекает внимание, но если вы так хотите.

Бландеме: Да, вы очень добры, чтобы не перепутать, когда я услышу «  Помогите! Помогите! » я буду знать, что не нужно бросать спасательный круг.

Планта: (после паузы) На чём вы остановились?

Бландеме: Я заканчиваю... Надеюсь, что в этот раз вам подойдёт, считаю, что это совсем неплохо... но, вы знаете, так как это уже пятый вариант, я не осмеливаюсь ничего сказать: а вы?

Планта: Я, я наблюдаю.

Бландеме:Да, я заметил... это что-то новое... раньше я не замечал, чтобы вы наблюдали...

Планта: Так точно, я наблюдаю с сегодняшнего утра...

Бландеме: Хорошо, и что вы наблюдаете?

Планта: Горизонт.

Бландеме: Жаль.

Планта: Простите?

Бландеме: Я сказал жаль, потому что неожиданностей не будет.

Планта: На горизонте?

Бландеме: Да. Мы знаем теперь очень точно, что находится за горизонтом.

Планта: Нет!?!

Бландеме: Я вас уверяю.

Планта: И что за горизонтом?

Бландеме: Чаще всего ничего, а в остальное время – пираты, остатки судна, вражеский корабль, парусник и иногда – земля, точка, это всё.

Планта: Ничего другого?

Бландеме: Я это подтверждаю! Я вам, впрочем, советую обратиться к труду Бриндютье и Колассон Содержание горизонта, вы увидете, что от этого нечего больше ждать, вопрос исчерпан.

Планта: А, ну... но тогда... что вы мне советуете наблюдать?

Бландеме: Бесконечность, Планта.

Планта: Бесконечность?

Бландеме: Не колеблясь, она больше, выше, она повсюду, это не только шнурок, который делит небо и море надвое, это огромный ботинок, бесконечность, огромный башмак, где есть всё: сыр, женские расчёски, даже господь Бог... но , самое главное, надежда. Поверьте мне, Планта, бросьте горизонт и накиньтесь на бесконечность, стараясь заметить маленькую надежду... Это единственное, что может нас спасти.

Планта: А моя бутылка!

Бландеме: И, конечно, ваша бутылка!

Планта: У меня впечатление, что в мою бутылку вы верите меньше, да?

Бладеме: Я понимаю, что морские ветры вас отупили, Планта, что с каждым днём они немного ослабляют крохи вашего интеллекта, но не до такой степени, что я могу сказать, что не верю в вашу бутылку. (Он поднимается.) Вот уже три дня и три ночи мой зад приклеен к плетёному креслу, чтобы написать послание, которое мы должны засунуть в вашу бутылку.

Планта: Надеюсь, что оно будет не таким бестолковым, как последний раз... иначе не рассчитывайте на мою бутылку... На чём вы остановились сейчас, Бландеме?

Бландеме: Я вылизываю, закручиваю гайки, расставляю акценты, убираю запятые и ставлю точки.

Планта: Я бы хотел его прочесть...

Бландеме: Минуточку, Планта, пожалуйста, я заканчиваю... (Планта удаляется от Бландеме.) Что вы делаете?

Планта: Здесь?

Бландеме: Да.

Планта: Как всегда, я соскальзываю и очень скоро я упаду в воду, где начну тонуть, но вы мне бросите спасательный круг и я снова выкарабкаюсь...
Раздражённый Бландеме поднимается, чтобы идти за спасательным кругом.
Бландеме: Эта ваша мания приводит в отчаяние, при малейшем всплеске вы падаете в воду.

Планта: Это не мания...
Он падает в воду.
Бландеме: Да, это мания! У меня была тётя, которая лишь только видела вишню, тут же принималась варить из неё варенье, потом из сливы, потом из яблок, из каштанов, в конце жизни она засунула в банки своих трёх кошек. У нас это называется манией.
Он бросает ему спасательный круг.

Планта: Да, но у меня это не мания.

Бландеме: За исключением кошек, вишни и моей тёти, это очень похоже, Планта...

Планта: Говорю вам, что это не мания!
Он поднимается на плот, снимает спасательный круг, который отдаёт Бландеме.
Бландеме: Тогда что это за увлечение, по вашему, тонуть по двадцать раз в день, а?

Планта: (взрываясь) Это потому что у меня плохое место, Бландеме. Плохое место на этом плоту! Вы мне предоставили гнилую сторону, которая всё время разваливается, сторона, которая всё время на севере, которая опускается, которая черпает воду, бедная сторона, заброшенная, трущобы на этом плоту, на котором я как загипнотизированная медуза, а вы как гипнотизёр.

Бландеме: (поднимая тон).Простите! Простите! Простите! Планта, валяйте дурака как хотите, но не забывайтесь до такой степени! Я вам, Планта, напоминаю, что в ночь, когда Нептун взорвался, чудом выбросив меня и часть кабины на сотню метров от места, где он затонул со всеми потрохами, со всеми шестьюстами пассажирами, я вам напоминаю, что именно в это время вы приблизились к моему плоту, плывя стилем, похожим на брасс, вы тяжело дыша приблизились к моему удачливому плоту и попросили у меня приюта... Я вам честно ответил: квартира занята, осталась только лестница и я не уверен ни в её комфорте ни в её стабильности. Вы орали: « Мне наплевать! » Ну, вот, я протянул вам руку, сказав ... «  Добро пожаловать на борт ».

Планта: ... Госпожа баронесса... Катюша...

Бландеме: Что?

Планта: Вы мне протянули руку и вы мне сказали: «  Добро пожаловать на борт, госпожа баронесса... Катюша... »

Бландеме: Ну и что! Это не моя вина, что у вас та же сажень в плечах, тот же цвет кожи, тот же уровень погружения в воду, что и у баронессы Катрин фон Карпуцофф, плывшей в соседней со мной каюте!... в которую, правда, я был до сумашествия влюблён с самого начала нашего круиза... Но, Планта, скажите мне , у кого из нас двоих, в конечном счёте, больше оснований жаловаться с самого утра? У вас, живущего в комнате прислуги на плоту, но живого! или у меня, убеждённого, что я спас от ужасной смерти мою возлюбленную баронессу Катюшу фон Карпуцофф, которая обсохнув оказалась барменом салона второго класса! У кого больше оснований жаловаться, Планта? У влюблённого обманутого спасателя или у спасённого, не очень комфортабельно устроенного? У кого?

Планта: Займите моё место.

Бландеме: Неблагодарный, не считая доставленной мне досады, я мог бы, обнаружив вместо моей Кати её отвратительную карикатуру, я мог бы выбросить вас в море...

Планта: Нет, Бландеме, нет...

Бландеме: Да, и почему это? Вы думаете, что вы меня очаровали?

Планта: Нет. Но я создаю противовес, Бландеме! Я создаю противовес, вы хорошо это знаете. Если никого нет с этой стороны плота: всё опрокинется... вместе с вами... вы хорошо это знаете, Бландеме, иначе почему бы вы утруждались, бросая мне по двадцать раз в день спасательный круг, чтобы я не утонул? Этот спасательный круг вас тоже спасает.

Бландеме: Это не единственная причина...

Планта: Другой я не вижу, Бландеме...

Бландеме: ... у вас есть бутылка, Планта...

Планта: Совешенно верно! Я забыл... а у вас – ручка.

Бландеме: Которой вы не можете завладеть, не сбросив меня в воду... ибо я тоже ваш противовес, Планта...

Планта: (подумав немного) . Скажем, что экономически мы не в одинаковой ситуации, но стратегически мы стоим друг друга...

Бландеме: Это примерно так... вы думаете, что вы упадёте в воду в ближайшие пять, десять минут?

Планта: (выставив палец, чтобы определить откуда дует ветер) . Вообще-то нет.

Бландеме: В таком случае держите, я закончил. (Он протягивает ему лист, на котором он писал.)... Ну и?

Планта: Я считаю это слишком литературно.

Бландеме: Правда?

Планта: Да, временами напыщенно.

Бландеме: Напыщенно?

Планта: Если бы я читал это письмо так, вскользь, я бы ему не поверил.

Бландеме: Никто не просит вас читать его вскользь.

Планта: Но тот, кто его найдёт, если кто-то его найдёт, будет читать его вскользь! Поверьте мне, с вашим закрученным стилем у нас нет никаких шансов... никакого прогресса по сравнению с последним... Таже самая надушенная какашка...

Бландеме: Ну, тогда, Планта, если вы больше меня не выносите, я прошу вас мне это сразу же сказать.

Планта: Я этого не говорил...

Бландеме: Не играйте со словами, вот уже два дня как я чувствую, что я вас раздражаю, что я вас привожу в гнев...

Планта: Да нет же! но...

Бландеме: Вы отказываетесь от моих морских водорослей, вы даже не отворачиваетесь, когда я мочусь, вы начинаете делать заранее несогласованные вещи как «  наблюдать », вы беснуетесь с вашими профсоюзными штуками, касательно вашей части плота, и теперь вы мне говорите, что я пишу как курица лапой! Нет, Планта, нет! Настало время проколоть нарыв!

Планта: Бландеме, вот уже пятый раз я высказываю моё мнение по поводу этого текста, и я могу вас заверить, что я знаю...

Бландеме: (взрываясь) Ничего, Планта! Ничего вы не знаете! Кто это, Теодор де Без? Вокеля де ля Фресне? Арчинар? Префект Котанта? Префект Жиронды? Кто это, Суфрета де Брёй? Где находится Иллирия, Истрия, Хорватия, Македония, брюшина, Чичи Костенанго, набережная Луи-Блерио, набережная Орфевр? Кто открыл силикат перманганата? Ничего, Планта, вы даже не знаете название этой птицы, которая сейчас пролетает по небу. ( Он поднимает голову и указывает на неё в небе.) Это куврета из семейства кумулюс, птица, которая питается исключительно мукой и, которая осенью разгоняет над океаном облака... к счастью, это самка... если бы это был самец, была бы гроза. Ничего, ничего вы не знаете, вы слизняк, мушиная какашка, застрявшая между нулём и ничего, и вы осмеливаетесь говорить, что я пишу закрученно!

Планта: Осторожно, Бландеме, я выдержу всё, за исключением того, когда вы на коне...

Бландеме: Я далёк от того, чтобы быть на коне, Планта, очень далёк.

Планта: Тогда, пока вы ещё не в седле, перечитайте ещё раз, Бландеме!

Бландеме: Что там есть закрученного! ( Он читает послание, которое он написал.) «  Тот, кто нашёл эту бутылку, ещё вероятно, мокрую от воды, которая вынесла её на берег, знайте, что те, кто написали это – единственные , спасшиеся с утонувшего судна Нептун, мы дрейфуем вот уже несколько дней по Индийскому океану, неустойчиво балансируя на хрупком челноке, собраном из связанных досок. Позвоните, пожалуйста, по телефону , чтобы бригада храбрых спасателей приехала за нами. Ожидая вас увидеть, примите, господин, наши искренние ... и т.д. » Это ясно, точно, видно сразу с кем имеют дело!

Планта: Именно поэтому они не пошевелятся

Бландеме: Вы переходите все пределы, Планта! Что вы хотите? Классовую борьбу? Социальное противостояние?

Планта: Заметьте, что это письмо ко мне так же относится как и к вам, Бландеме! Я имею право сказать моё слово!

Бландеме: Вы похоронили мои двадцать фраз и высказываете одно слово взамен! Какое слово он предлагает! Боже мой! В какое время мы живём.... Давайте, говорите ваше слово...

Планта: Пишите: «  . S.O.S стоп S.O.S. Стоп. Плывём с востока на запад, стоп. Индийский океан, стоп. Вследствие потопления Нептуна стоп. S.O.S стоп , S.O.S. Стоп. »

Бландеме: Вы шутите?

Планта: Нет.

Бландеме: Но если вы им говорите каждый раз « стоп » как вы хотите, чтобы они нас нашли?!!

Планта: Это обычный код по радио.

Бландеме: Но мы не посылаем текст по радио, мы посылаем его в бутылке.

Планта: Это неизбежно, что моряк её найдёт, моряки привыкли к таким текстам.

Бландеме: Вы несёте чёрт знает что! Моряки больше привыкли к бутылке, чем к радио! Обратите внимание на потопление Нептуна .Если бы морской радист использовал бы так же часто радио, как он использовал бутылку, нас бы здесь не было!

Планта: Может быть... но если бы вы диктовали радисту сообщение о гибели Нептуна, мы были бы в этом же положении, но мне было бы ещё и стыдно...

Бландеме: Стыдно?

Планта: Что кто-то его получил.

Бландеме: Моё воспитание вас не устраивает, не так ли? Вы не переносите, когда тактично просят о помощи, изысканно, когда учтиво просят о помощи. Это вас раздражает, вам нужен рёв раненой касатки, от которого содрогнётся Ледовитый океан, это или ничего?

Планта: Мы не получим помощи с вашим проклятым письмом...

Бландеме: Да, а что?

Планта: О, разные вещи... полное собрание сочинений мадам де Савинье... коробку драже... карликового пуделя.

Бландеме: ( думает немного). Я был уверен, что вы – марксист.

Планта: Что?

Бландеме: ... Да... готово... я понял, я снова вас вижу, вашу злость, с которой вы готовили коктейль... этот взгляд, переполненный ненависти, который вы бросали на элегантную публику палубы номер 2, смешивая коктейль...( держась за голову двумя руками:) Я вас помню... я вас вижу снова, ваша манера сервировать печенье с ножом в зубах... вы были весь красный! Весь! Даже ваш пиджак!

Планта: Мой пиджак бармена!

Бландеме: ( хохоча). Ваш пиджак бармена! С двумя позолоченными эполетами! За кого вы меня принимаете? Это форма офицера КГБ.

Планта: Чего???

Бландеме: ( всё больше и больше возбуждаясь). Видите, вы даже этого не знали, это дополнительное доказательство, что вы сотрудник КГБ, сотрудникам КГБ никогда не говорят, что они сотрудники КГБ, для безопасности... неопровержимое доказательство, Планта...

Планта: Вы бредите Бландеме, это словесный понос.

Бландеме: Скажите мне всё...Планта, Нептун...авария, это вы?... Это была бомба?...

Планта: У вас глаза из орбит вылезают?

Бландеме: Поцелуйте меня!

Планта: Что?

Бландеме: Прежде чем мне перерезать горло... поцелуйте меня.

Планта: Я не могу...

Бландеме: Почему?

Планта: Я – противовес.

Бландеме: ... Дайте мне единственное, что осталось человеческого у советского человека: славянскую нежность!... Поцелуйте меня!! А, Катя фон Карпуцофф, любовь моя, почему ты тоже утонула... как вся аристократия.

Он падает плача.

Планта: Гитлер, Адольф Гитлер! Вы мне напоминаете Адольфа Гитлера в последние минуты в его бункере.

Бландеме: ( поднимаясь и зажимая Планта). Как вы знали бы это, если бы не были большевиком? Это они вошли первыми!

Планта: Вы – сумасшедший, Бландеме, сумасшедший!

Бландеме: Я вам не позволю.

Планта: Сумашедший... я должен был бы догадаться, когда вы мне рассказывали о вашей тётке, которая делала варенье из кошек... у вас те же гены.

Бландеме: Нет, не трогайте мою семью! Всё, что угодно, но не семью! Мы договорились, Планта...

Планта: О, простите, извините меня.

Бландеме: Ничего, но в следующий раз будьте осторожны.
Они пожимают руки и возвращаются на свои места.

Разрежим грушу надвое.



Планта: Это значит?

Бландеме:Вы пишете начало, а я конец.

Планта: Это даёт?

Бландеме: «  Стоп.Стоп.Стоп.! S.O.S. Стоп! Дрейфуем в Индийском океане, стоп, потоплен Нептун, стоп. Взываем о помощи у храбрых спасателей и примите нашу искреннюю признательность. Подпись Планта и Бландеме, который написал вторую часть послания »

Планта: Это смешно!

Бландеме: Кто вы, Планта? Даже Сталин согласился с Ялтой.

Планта: Перед ним не было двоюродного брата Марселя Пруста.

Бландеме:Не трогайте семью, Планта! Хватит! Мы только что об этом говорили...

Планта: Сожалею, я не знал, что Пруст – ваш двоюродный брат...

Бландеме:( опустив глаза). Он был двоюродным братом баронессы фон Карпуцофф...

Планта: Очень сожалею... Клянусь, я не знал.

Бландеме: Ничего...

Они пожимают руки. Слышатся раскаты грома.

Планта: Понимается ветер, самцы куверта летят по небу, Бландеме, быстро, ручку, дайте мне написать!

Бландеме: Никогда! У меня нет желания быть подобраным вашими и закончить дни в гулаге! Свобода! Милая свобода!
Ветер всё больше усиливается, плот раскачивается.

Планта: Быстро, Бландеме, это наш последний шанс.
Дует ветер.
Бландеме: Когда больше нет удачи, ещё есть надежда, давайте надеяться!
Ветер дует, плот раскачивается. Бландеме соскользнул к задней части плота.

Планта: Что вы делаете, Бландеме?

Бландеме: Я соскальзываю!
Он падает в воду. Планта с трудом добирается до спасательного круга около кресла Бландеме, его бутылка падает в воду. Он бросает спасательный круг Бландеме, который цепляется за него. Планта тащит и вытаскивает его из воды. Ужасная гроза, небо почернело. Когда все стихает и снова появляется солнце, мы видим на плоту Планта, сидящего на кресле Бландеме, с комфортабельной стороны плота, Бландеме сидит на разъехавшихся досках с повреждённлой стороны плота.
Планта: Вы наблюдаете?

Бландеме: Да, бесконечность...

Планта: Я вам не советую, можно там потеряться.

Бландеме: Вы всё-таки не будете меня учить наблюдать за горизонтом...!!

Планта: Да, это менее грандиозно, но мне достаточно... Корабль, парусник... Земля, это не так много, но мне достаточно... Если вы заметите что-то, кричите без колебаний, Бландеме.
Он сворачивается клубочком в кресле и засыпает.
Бландеме: ( на аварийной части плота, смотря на горизонт). Когда я думаю, что поехал на элегантном корабле в идиллическое путешествие в сопровождении моей возлюбленной, баронессы Карпуцофф и что я теперь в рванье, наблюдаю за горизонтом на гнилом плоту, руководимым материалистом, который к тому же двойник моей возлюбленной ( Он вздыханет.) но, в конце концов, может быть это – жизнь...
Плот удаляется в Индийский океан. Планта спит и Бландеме смотрит.
Конец.

П о с л е д н е е с р а ж е н и е
Жан-Мишель Риб

Сентябрьский день клонится к закату. Молодая женщина сидит. У неё на плечах шаль, в которую она кутается время от времени, чтобы защититься от вечерней свежести. Её лицо едва уловимо оживлено усталым раздражением, которое проявляется на лице того, кто слушает сотый раз одну и ту же историю. Через некоторое время мягким и решительным голосом женщины, которая хочет раз и навсегда с этим покончить без огласки, прерывает своего собеседника.
Молодая женщина: Ги... Ги... Нет, Ги... Ги, пожалуйста... Мне пора вернуться. Да. Все эти слова, все эти фразы не имеют больше смысла... Нет, Ги, я не жестокая, я только стараюсь... Что? Уйти тайком? О, Ги, я тебя умоляю, не будь таким бессовестным... Боже мой, почему всё так сложно!... Скажем так, что я не хочу портить воспоминания о счастливых моментах, проведённых вместе, одним провалом.... да, Ги, если мы так будем продолжать, кончится тем, что мы все испортим... это правда, я хочу, чтобы мы расстались достойным способом, достойным тебя, меня, нас... Ты это заслужил, я тоже... Что? Я не слышала?... Но я тебя слушаю, Ги, но ты всё больше и больше задыхаешься, иногда ты не говоришь, а мычишь, ты, может быть, не отдаёшь себе отчёта, но ты дышишь как бык, тебя не так легко понять... нет, Ги, я тебя не упрекаю, что ты дышишь как бык, я знаю, что ты в трудной ситуации, но, пойми, мне тоже не легко говорить, когда ты не хочешь понять, на этом балконе, вот уже три часа!... Да, я знаю, что мы не в одинаковый ситуации, я здесь сижу, а ты цепляешься руками за балюстраду, а ноги болтаются в пустоте... Что? Я это сказала... Да, я это сказала, ноги болтаются в пустоте... Я сказала точно так «  цепляешься руками, а ноги в пустоте »!! Но Ги, ты хорошо знаешь, что в паре, и ещё сильнее, когда люди хотят расстаться, редко, когда оба партнёра находятся на одном и том же уровне... ты это знаешь, Ги, ты не можешь меня упрекать в ситуации, которая характерна для человеческих существ... Ги, поверь мне, наш единственный выход, это отвага: Я возвращаюсь в комнату, ты отпускаешь руки... и больше об этом не говорим... Это ясно, чисто, похоже на нас .. Да, я знаю, что это больно, но не стоит ли с этим разом покончить, и потом всё, конец, чем расставаться постепенно, как гореть на медленном огне? Посмотри, Ги, в каком ты состоянии, ты – фиолетовый, твоя шея надулась, слюни текут, руки гноятся, правда, я тебя уверяю, это не ты, и руки, посмотри на твои руки... Что? Ты не можешь на них посмотреть? А я их вижу и могу тебе сказать, что так как ты цепляешься за цимент, они совсем совсем не красивые!... Ги, холодно, это неразумно, в конце концов, мы простудимся... Давай, будем взрослыми: отпускай! Что? Мне только надо войти? Ты это только что сказал? «  мне только надо войти »?!! Ну ты и нахал! А ты, в это время, ты останешься здесь! ( Она выходит из себя.) Ты хочешь, чтобы я работала, чтобы я ела, спала, читала с одной и той же мыслью в голове «  Ги висит на моём балконе » Этого ты хочешь? Испортить мою жизнь...( Она вскакивает.) О, прости, это твоя рука? Я наступила тебе на руку?... О, Ги, я тебя уверяю, это не мой стиль... я против такого поведения. Мы так долго говорим, уже наступает ночь, темно, я не видела твоей руки... где ты?... А, это левая.. Что? Левая ещё держится? Это на правую я наступила!...Я помогу тебе её зацепить там, где она была... да, да, я хочу... Я не хочу, чтобы ты меня принял за дикаря... дай её мне... спокойно... Хоп, внимание... не попал... да да, я знаю, что это не легко... ты сильно раскачиваешься... Что? Да, заметь, ветер, надо признать, на двенадцатом этаже... Хоп! Вот, всё, цепляйся за балкон... О,о,о! Обманщик, нет кованого железа, только цимент, на том же месте, что и раньше... вот. ( Она снова садиться.) Ты видишь, Ги, это маленькое происшествие, это хорошо, оно показывает, что мы – друзья, что между нами нет ничего пошлого, мелочного и, откровенно говоря, я думаю, что это подходящий момент, чтобы сказать прощай... Давай, Ги, каждый со своей стороны, честная игра, я вхожу... Ты отпускаешь!... О, нет, пожалей меня, не начинай сначала повторять, что я тебя бросила! Нет, Ги, я тебя не бросаю, я хочу, чтобы каждый продолжал свой путь, это всё...! Нет, не один и тот же путь, я знаю, я знаю, Ги, но я тебя спрашиваю КТО повис на балконе вчера вечером, угрожая, что спрыгнет?! Чтобы меня напугать? И хорошо, это мне открыло глаза, Ги, я благодарю тебя... Каменное сердце! Как ты можешь так говорить, Ги, от боли у тебя помутился разум... Если бы у меня было каменное сердце, ты думаешь, что ровно три года назад, когда ты приземлился на этом балконе, без ничего, только в брюках и условно чистой рубашке, ты тронул бы моё сердце? Ты думаешь, что с каменным сердцем я бы не устояла перед твоей уставшей мордашкой, висевшей два дня и две ночи на окне девушки сверху? Потаскушка с тринадцатого этажа, которая тебя вышвырнула в тот момент, когда ты хотел на ней жениться?... Нет, Ги, у меня не каменное сердце, у меня просто есть сердце, но теперь в нём нет тебя, я больше тебя не люблю, Ги... это всё... Ги? Ги? Ги, ты здесь? ... Ты отпустил руки? (Внезапно взволнованно:) Это всё-таки странно...( Она свешивается с балкона.) О, он упал на террасу мадам де Верла... Вот, она появляется со своим слугой, она предлагает ему шампанское... Она ведёт его к себе!!! В конце концов, мужчины – такие, они всегда компенсируют любовный крах социальным взлётом.
Конец.

С р а ж е н и е н а в е р ш и н е




Достарыңызбен бөлісу:
  1   2   3


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет