Йзъ быта стщнтовъ старой невской ащши



жүктеу 0.95 Mb.
бет3/4
Дата03.04.2019
өлшемі0.95 Mb.
1   2   3   4

46

Такимъ образомъ, первая попытка Еоцѣнскаго придраться къ студентамъ не удалась... Онъ дѣлаетъ другую. Бывшую въ шволѣ жалкую мебель (,,посудъ“) забираетъ въ свой домъ и въ одинъ вечеръ посылаетъ троихъ школьниковъ ночевать въ школѣ на столахъ, чтобы такимъ образомъ лишить студентовъ послѣд- няго ложа. Самъ же, предполагая, что студенты съ дракой станутъ прогонять расположишихся на ночлегъ школьниковъ, васѣлъ въ сосѣдней коморкѣ... Позднимъ вечеромъ въ школу пришелъ Люткевичъ и, видя, что его ложе (столъ!) занято, принимается будить спавшаго хлопца. Хлопецъ подымаетъ страш­ный крикъ!... Только этого и ожидавшій Коцѣнскій выскаки- ваетъ ивъ своей засады и съ матерною бранью и со сжатыми кулаками бросается на Люткевича... Затѣмъ со школьниками идетъ къ ктитору Булавинцу жаловаться на студентовъ за ихъ разбой. Булавинецъ оставилъ школьниковъ ночевать у себя, а утромъ привелъ ихъ въ школу и началъ дѣлать выговоръ сту­дентамъ: „не добре дѣлаете! Мы знатимемъ какъ зъ вами по­ступить!"...

Студенты, видя, что ихъ положеніе въ школѣ съ каждымъ днемъ становится все хуже и хуже, 10-го ноября написали пре­фекту академіи Михаилу Козачинскому „доношеніеии, въ кото- ромъ изложили всѣ продѣлки надъ ними со стороны дьяка и поддячаго, ноддерживаемыхъ ктиторами и отцемъ Романомъ.

Это любопытное (и, вѣроятно, единственное въ своемъ родѣ) доношеніе студентовъ по пунктамъ разсказываетъ почти все то, о чемъ нами уже пересказано; поэтому, не приводя его въ полноиъ видѣ, отмѣтимъ только нѣкоторыя болѣе характерныя мѣста.

Високопревелебнѣйшому Господину Отцу Михаилу Коза­чинскому Префекту Академѣи Кіевской

Доношеніе.

Которіи пакости дѣлаются намъ отъ дява притиского въ школѣ и его подкоманднихъ, о томъ слѣдуютъ пункта.

Дявъ Хведоръ многажди музики завѣвши кажет ь играть и хлопцамъ спѣвать, и кричать на поруганіе намъ зачимъ сповою не имѣемъ до науки.
Миогокротне заводится съ пяницами, и пяніи съ многими ѵкоризиами и безчестіемъ ругаегъ, руками показуя: онъ-онъ студенти смогрѣте.

ІІоддячій пришолъ пяеій и сталъ сварится, и з сокирою поривался, сказуючи: я вамъ здѣлаю! ви плюшки—не студенти; и многажди ияніи нриходятъ оба з дякомъ и ругателними сло­вами укараютъ, криви дѣлаютъ, и протчая неприличная, кото- рихъ встидно сказать.

Въ пятокъ иомипалній Димитріевой субботи по панихидѣ отецъ Романъ на своей седмици дѣлилъ булки и ситу дяковѣ и протчіимъ въ церквѣ, тогда и нашъ хлопецъ пришолъ и сталъ таможди (иадѣючись что и на студентовъ дастъ, такъ якъ отецъ Іяковъ на своей седмици далъ). Егда же повидѣлъ послѣ всѣхъ нашего хлопца, онъ отецъ Романъ сказалъ: а ти зачимъ? сей же поклонився сказуя по обичаю своему: дайте добродѣю и студен­тамъ з ласки своей, а онъ отецъ Романъ крикнувъ зъ гнѣвомъ на всю церковъ: нехай трасцѣ зидятъ студенти, на панахидѣ не були, а когда хлонецъ сказалъ: добродѣю не застали не рано війшли зъ школь, тогда сказалъ на пономара такъ: дай имъ трохи.

О семъ доноеимъ 1741 года Ноября 10 дня.

Вашего Високопревелебія всепокорнѣйшіи слуги убогіи сту- дентн.

Іоаннъ Святковскій слигиателъ школи реторики.

Ѳеодоръ Краснокутскій школи поетики.

Михаилъ Люткевичъ ученикъ школи Інфѣми.

Василій Григориеиъ Богдановичъ школи аналогіи“.

Между тѣмъ въ этотъ же самый день, 10-го ноября, враги студентоі.ъ нашли и еще новодъ придраться къ нимъ.

Хлопцы, жившіе при школѣ, „мимо... вѣдома студентовъ и, конечно, пе безъ вліянія враговъ послѣднихъ, отправившись ночью на добычу („ночной добы пошедши“), утащили у ктитора Игната Цехмистра ,.хвортку“.

Ктиторъ (бі‘зъ сомпѣнія, заранѣе хорошо знавшій, куда дѣвалась его яхвортка“), на другой день явился на поиски въ школу и, взявши здѣсь изъ дровъ, на которыя уже была по­рублена его „хрортка“, одну палку, пошелъ съ нею, какъ съ вещественнымъ доказательствомъ, къ префекту академіи винить студентовъ въ воровствѣ.

Префектъ, зная враждебное настроеніе ктиторовъ противъ студентовъ, не принялъ на вѣру такого тяжелаго обвиненія ими студентовъ, а счелъ необходимымъ обстоятельно разобрать дѣло. Само собою понятно, обнаружилось, что студенты вовсе не при­частны воровству, произведенному школьными хлопцами... Ка­залось, на этомъ бы и дѣлу конецъ! Но нѣтъ! Префектъ при- казалъ Святковскому „хлопцамъ за ихъ воровство дать по пят- десятъ плягъ" въ присутствіи ктитора Игната... Ктиторы, разу- мѣется, не этого искали, а потому не только не позволили Свят­ковскому наказывать хлопцевъ, но и еще, чтобы снова какъ- нибудь прицѣпиться къ студентамъ, предупредили хлопцевъ о предстоящемъ имъ наказаніи, убѣдивши одного изъ нихъ убѣ- жать, а другого отречься отъ вины... Съ нослѣднимъ Святков- скій пошелъ къ префекту для обьасненія. Сюда же явился и ктиторъ Булавинецъ, чтобы, какъ говорилъ онъ префекту, взять этого хлопца для слѣдствія надъ нимъ за его воровство въ Гу­бернской канцеляріи. (На самомъ же дѣлѣ ктиторамъ онъ ну- женъ былъ, какъ орудіе противъ студентовъ). Префектъ, ни­чего не подозрѣвая, отпустилъ хлопцца, съ ктиторомъ.

По дорогѣ отъ префектка отпущенный бѣжалъ...

Мы и давно желали такой причины, за которую могли бъ васъ выгнать изъ школы!“ самодовольно восклицали сту­дентамъ ктиторы, увѣренные, что послѣ такого факта, кото- рымъ можно ясно доказать вредъ житья студентовъ въ школѣ (изъ за нихъ вынуждены бѣжать школьные хлопцы), они нако- нецъ-то добьются, что Притиская школа церестанетъ быть для нихъ пріютомъ...

Но увы!., надежда ктиторовъ была слишкомъ преждевре­менною: въ тотъ же самый день бѣжавшій хлопецъ, по рас- поряженію Козачинскаго, былъ пойманъ и приведенъ въ школу... Казалось, это обезоружило ктиторовъ въ ихъ планахъ... Нѣтъ!.. Ктиторы еще не остановились.

Они отправили за пойманнымъ сына ктитора Игната и, когда онъ явился (въ домъ Игната), уговорили его, чгобы онъ яна всѣхъ студентовъ жіючихъ въ школѣ Притиско-Николь- ской воровство пока8ивалъ“. Хлопецт», дѣйствительно, согла­сился сказать, что онъ вмѣстѣ съ Люткевичемъ утащилъ ру­баху у какого-то человѣка...

Между тѣмъ, узнавши о поимкѣ бѣглеца, Козачинскій послалъ къ свящ. Жураковскому двухъ философовъ изъ бурсы, прося его взять пойманнаго „до резолюціи на свои руки“. Жураковскій снарядилъ за нимъ къ Игнату Люткевича п Богдановича.

Се той, что рубаху зворовалъ!" закричалъ Игнатъ на Люткевича, и лишь только этотъ показался въ его домѣ, онъ схва- тилъ его и посадилъ у себя дома „подъ карауломъ“. Богдановича же вмѣстѣ съ своимъ сыномъ направилъ за Святковскимь, чтобы спросить у него, „праведно-лъ“ Люткевичъ требуетъ вы­дать хлопца.

Явился Святковскій.

Какъ бы предчувствуя что-то недоброе, онъ пришелъ не одинъ, а съ Богдановичеиъ и еще со студентомъ Яковомъ Дубовикомъ.

По чіему вы приказу студента содержите въ себе подъ карауломъ?" началъ онъ.

(У Игната сидѣлъ уже увѣдомленный имъ Булавинецъ— ктиторъ „съ сѣпаками ратушними бывшими зъ обухамы").

  • Вы всѣ воры!“ закричали ему ктиторы, а пьяные „сѣпаки... зъ обухамы" уже „стали прискакивать" къ нему.

  • Развѣ ти мене зазвалъ на тое, чтобъ зъ своимъ сы­номъ мене убить?" завопилъ перепуганный Святковскій.

Видячи, что онъ Святковскій не самъ, но зъ двомя сту­денти пришелъ", Игнатъ удержался отъ драки и лишь съ бранью прогналъ студентовъ изъ дому. („Сѣпаки... піяни зъ обухами выпроводили браня-жъ ихъ на (самую) улицу").

Остался одинъ Люткевичъ „подъ карауломъ". Эго была уже жертва для самыхъ безжалостныхъ издѣвательствъ. Сташно и вообразить, сколько мучательныхъ страданій онъ вынесъ здѣсь!.. Ему, напр., „сѣпаки ратушніи" завязали назадъ руки и, забывъ всякое состраданіе, били „колѣнками въ плечи",

I отд. 4

сколько имъ хотѣлось! Даже приказаніе райцы Балабухи ’) „Люткевичу до разсмотренія ничего не чинить" не освободило , невинной жертвы отъ звѣрства безжалостныхъ палачей. Оно лишь на малое время, на нѣсколько часовъ остановило ихъ расправу... Пришла ночь и снова настали мученія для Лютке­вича... „Сѣпаки“ связали его и въ такомъ положеніи, съ ,.не- щаднымъ“ боемъ таскали по улицамъ... Наконецъ, притащивши въ домъ Булавинца, заперли его ,,звязаннаго“ здѣсь ,,въ ко- мору“... Только на другой день, когда заблаговѣстили къ утрени, онъ былъ выпущенъ Бѵл&винцемъ на время въ церковь (и то— подъ наблюденіемъ, „дабы куда... незбѣжалъ“), а потомъ, послѣ богослуженія, отправленъ въ „ратушу“ 2).

ІІослѣ такой варварской продѣлки, какъ бы въ оправда- ніе себя, враги студентовъ спокойно говорили: ,,Ми ничего не хочемъ, толко дабы въ нашей школѣ студенти не жили“!.. Такъ говорилъ дьякъ Святковскому, такъ говорили и ктиторы пре­фекту академіи, увѣдомляя его о томъ, что Люткевичъ посаженъ ими въ „ратушу41. Очевидно, они (враги) уже готовы были тор­жествовать достиженіе своей цѣли...

Но горько обиженные студенты не могли простить во- піющей несправедливости: они обратились къ префекту акаде- міи съ жалобою на своихъ гонителей, изложивъ ему всѣ испы- танныя отъ нихъ невзгоды.

Префекта 16-го ноября „занеслъ тяжбу въ магистратъ" на ктиторовъ и подалъ „покорнѣйшое доношеиіе“ митр. Рафа­илу Заборовскому, прося его „учинить рѣшеніе, дабы впредь етаішхъ отъ дяки 3) дерзновеній не происходило

Дѣло такимъ образом’3 приняло серьезный оборота.

Началось слѣдствіе. 17-го ноября въ капцеляріи митро­полита былъ снятъ допросъ со студентовъ, жившихъ въ При-

тиской школѣ, съ дьяка Ѳедора Коцѣнскаго, и поддячаго Васи- лія Люстрицкаго *).

Враги студентовъ не дремлютъ... Они спѣшатъ теперь сбить студентовъ съ ихъ послѣднихъ позидій.

Дьякъ 18-го числа разогналъ изъ школы всѣхъ мѣщанскихъ дѣтей подъ тѣмъ предлогомъ, что имъ здѣсь „за студентами жить не можно а ктиторы, ухватившись за этотъ предлогъ, какъ за фактъ (требовавшій „горшое гоненіе" на студентовъ со стороны мѣщанъ), „цѣлую почти парохію Притискую двинули къ подпису, и подали отъ себе въ магистратъ кіевскій доноше- ніе въ той силѣ, даби въ Притиской школѣ студенти не жили". Это они мотивировали такими „резонами": 1) ,,въ школѣ от- давна студенти не живуть; 2) въ школѣ церковнихъ служите­лей якото дячковъ, паламаровъ <зя побоемъ студентовъ удержать немощно; 3) дѣтямъ славенскаго письма за студентами учитись не гіощно и 4) внасъ вѣчого не пропадало покамистъ студенти въ школѣ не жили".

Кіевскій войтъ Павелъ Войничъ 20 ноября увѣдомилъ чрезъ магистратская инстигатора Григорія Бѣлявскаго пре­фекта академіи о такомъ доношеніи ктиторовъ. Префектъ сей­часъ же на это дояошеніе „занеслъ протестъ въ магистрата" и затѣмъ 23-го ноября отнесся въ духовную консисторію съ пунктуальнымъ оироверженіемъ всѣхъ ктиторскихъ „резоновъ", какъ созданныхъ „по злобѣ и страти зъ завзятости".

Въ Притиской школѣ, писалъ Козачинскій въ консисторію, издавпа жили студенты. И самъ о. Романъ всего лѣтъ шесть тому назадъ, „когда ходилъ на реторику", жилъ тамъ. За это на него никто не писалъ доношеній и никто не подымалъ гоненій; и жилъ онъ, пока хотѣлъ.

Никакихъ побоевъ и ссорь студенты въ школѣ ее произ- водятъ. Правда, 16 сентября сего 1741 г. съ позволенія и вѣ- дома свящ. Жураковскаго студенти одному ,,пяницѣ пала- мару за досаду свою дали двадесятъ іілягъ канчукомъ“. Но, когда ктиторы пожаловались мнѣ на это, „я двохъ риторовъ и двохъ инфѣмѣстъ—чтирехъ человѣкъ за едного паламара— велѣлъ нещадно при ихъ самихъ ктиторахъ у двѣ барбары бить“. Другихъ подобныхъ случаевъ со стороны студентовъ не было. Между тѣмъ дьякъ „многажды" ругалъ студентовъ. „фѣги“ имъ ноказывалъ, ,,въ щоку бить поривался4', „хлопца своего... принуждалъ даби о воровствѣ лжесвидѣтельствовалъ“; поддячій „зъ сокѣрою до студентовъ кидался и какъ хотѣлъ ругалъ“... и студенты все терпѣливо переносили, зная, что ,,имъ поблажки нѣтъ“!.. Даже и то пропало, что „вакацѣями“ дьякъ поколо- тилъ студента—„поету“, а поддячій—ритора („сына нынѣш- няго пана лавника Ядрила“),—и все потому, что „не знать у кого сатисфакцѣи искать“: вездѣ „мѣшаются ктиторы, оставляя священниковъ въ пренебреженіи.

Несправедливо и то, что „дѣтямъ славенскаго письма за студентами учитись не мощно“ въ школѣ. Вѣдь всѣмь извѣстно, что въ Добро-Никольской, Покровской, Глѣбо-Борпской, Ду- ховской, Набережно - Никольской, Ильинской, Воскресенской, Рождественской, Царе-Константиновской, Васильевской и Вве­денской школахъ живутъ студенты, и тѣмъ не менѣе въ этихъ же школахъ „славенскаго письма дѣти учатся безпрепятствен- но“. Да и въ Притиской школѣ до сихъ поръ учились дѣти, несмотря на то, что тутъ жили студенты. Вотъ, когда „ста- лася акцѣя“, дѣтей уже въ школѣ не оказалось, потому что дьякъ ихъ „разпустилъ на ненго“. Не даромъ же о. Яковъ, не увидѣвши 18-го ноября въ школѣ дѣтей и спросивши у школь- наго „молодика“: „для чего не имѣется дѣтей въ школѣ?“, самъ отвѣтилъ: „да!., я вѣдаю, чтобъ то было, что на студен­товъ говорить'!

Наконецъ, нѣтъ никакихъ оспованій у ктиторовъ и къ обвиненію студентовъ въ воровствѣ. Въ самомъ дѣлѣ, раньше моего доношенія на ктиторовъ за ихъ расправу съ Люткеви- чемъ, они не заявляли о своей пропажѣ ни мнѣ, ни магистрату, ,,да и теперь же именно на студентовъ не показуютъ, но то- чію яодукривательствомъ во обществѣ, что пропало, пишутъ“. Очевидно, что такое обвинепіе создано ими съ цѣлыо „оправ- дитися“ за свои козаи противъ студентовъ. Для этого они „первѣе нѣякимись привилегіями фасталя, а теперь не будучи въ состояніи показать ихъ, уже „пенею и привязкою напрас­ною хотятъ оправдатися“... Напримѣръ, они говорятъ, что сту­денты уворовали рубашку „у писаря конверсарійскаго“ и ,,фортку“ у ктитора... На самомъ же дѣлѣ, это совершили не студенты, а „школяръ“. И странно: самъ писарь, выбросившій на дворъ негодную старую рубаху ,,не пнстигуетъ“ за пропажу, а ктиторы хлопочутъ!.. ,,Что (имъ) за дЬло напрасно судъ утруждать и народъ смущать цѣлую парохію?“ Обвиняютъ студентовъ еще въ похищеніи у поддячаго ,,хутра“ (тулупа).,. Но опять таки безъ улики: въ то вреня, когда случилась ука­занная пропажа, въ школѣ жилъ лишь одинъ студентъ и какъ разъ съ самимъ поддячимъ безвыходно стоялъ на богослуженіи въ церкви. Мало того, и у студента тогда же, одновременно, утащили кафтанъ изъ школы.

Въ заключеніе Козачинскій просилъ консисторію всему дѣлу ,,конецъ удѣлать“.

25-го ноября консисторія, заслушавъ все дѣло о Прити­ской школѣ, постановила: іерею Роману Антонову за его со- гласіе съ ктиторами изгнать студентовъ изъ Притиской школы, за его хвастовство какою-то неноказанною грамотою, за арестъ имъ студенческихъ вещей (съ 6 го по 13-е мая), словомъ „за его нераченіе и недоброхотство къ учащимся^—„быть на цепѣ въ катедральномъ Кіево-Софійскомъ монастырѣ, чрезъ цѣлую седмицу сѣять муку въ пекарнѣ“; дьяку Ѳедору Коцѣнскому за его ложное показаніе, будто бы его билъ Яковъ Дубовикъ, и за то, что „вакацѣями“ онъ самъ побилъ „поэту“, и поддячему Василію Люстрицкому за побой ритора Ядрила, и за всѣ со- вмѣстныя съ дьякомъ дѣйствія противъ студентовъ—,,учинить наказаніе плетми на цвентарѣ передъ школою Притискою, дабы таковыхъ предерзостен на учащихся и учителей не происхо- дило“. О возмездіи же ктиторамъ—Игнату Цехмистру и Ѳео- дору Булавинцу за то, что они „напрасно111 мучили Люткевича и „студентовъ живущихъ въ школѣ ворами и інними досадни- ми словами безвинно и пенадлежно поносили'1, было поручено префекту „въ магистратѣ требовать”, куда изъ консисторіи была отправлена обь этомъ ,,нромеморія“. Наконецъ студентамъ, живущимъ въ Притиской школѣ, было опредѣлепо, „жить и впредь въ оной же школѣ безпрепятственно1) и честное обходительное имѣтъ зъ дякомъ и прочими школьниками пребываніе, подъ опасе- ніемъ наказанія; аще же бы въ чемъ студенти виновны явились, сатисфакціи въ академіи кіевской у кого надлежптъ. Оніе жъ въ Притиской школѣ живущіе студенты до церкви въ тіи вре­мена коихъ оны отъ трудовъ школьнихъ волни будутъ и на кридосъ ходили бъ за что зъ собыраемыхъ на школу доходовъ по усмотренію тамошиихь священниковъ взимали бъ надлежа­щую часть съ протчіими ради препитанія и спабдѣнія въ нуж- днихъ“.

Священникъ Романъ Антонов* отбылъ свое наказаніе, ра?в- нымъ образомъ и дьякъ съ поддячимъ были безъ всякого, по- щадѣнія и поблажки наказаны плетми предъ Притискою шко­лою, въ присутствіи студентовъ, „опредѣленнихъ отъ превелѣб- нѣйшого отца префекта академіи“.

Наложилъ-ли магистратъ какое-либо наказаніе ктиторамъ, не знаемъ... Впрочемъ, это не столь интересно, какъ самая исторія гоненія студентовъ, показывающая, какія иногда не­взгоды должны были переживать студенты, искавшіе себѣ прію- та въ церковно-приходскихъ школахъ, изъ-за одного каприза нерасположенныхъ къ нимъ лицъ!..

Въ 1750 году академическое начальство, чтобы положить конецъ непригляднымъ столкновеніямъ между студентами, жив­шими по приходскимъ школамъ, и причтомъ, въ ближайшемъ

Бъ виду того, что въ обрѣтающейся при Академіи бурсѣ за скудость мѣс- та (тамъ въ цоябрѣ, по докладу Козачинекаго, „близъ 200“ человѣкъ было, да „и вновь мвогіи въ аБадемію прибуьаютъ".,.) всѣиъ ыѣститисі вевозиожпо“.вѣдѣніи котораго были эти школы, выдало особую письменную инструкцію ’), опредѣлявшую права и обязанности студентовъ, ютившихся по школамъ, и ихъ отношенія къ церковному причту.

Но и послѣ инструкціи, шідъ положеніемъ студентовъ въ приходскихъ школахъ продолжалъ во всей силѣ царить произ- волъ священниковъ, дьяковъ, ноддячихъ и ктиторовъ церквей, при которыхъ были школы.

Въ 1754 году, напр., студенты были даже изгнаны изъ Ва­сильевской школы по одному только капризу священника Ва­сильевской церкви Павла Лобко 5).

Дѣло было такъ.

1-го іюня о. Павелъ, получивши какой-то указъ, явился съ нимъ въ школу, чтобы здѣсь отдать его „ради перекопіевання" своему дьяку.

Дьяка въ ш ко л ѣ пе оказалось.

Гдѣ дякъ? Куда пошелъ?“ обратился о. Лобко къ зани­мавшимся въ школѣ студентамъ.

  • Не вѣдаемъ!^ отвѣчали они.

О. Павелъ былъ, вѣроятно, не въ духѣ и посыиалъ бранью на студентовъ... ЗатЬмъ, подалъ синтаксисту Михаилу Стахор- скому указъ, приказывая немедленно „перекопіевать“ его.

,,Я не вѣдаю, якъ его писать", сталъ отговариваться Стахорскій.

Но о. Павелъ, ничего не принимая въ резонъ, ударилъ его „въ щову“...

Обиженный Стахорскій сейчасъ же бросился съ жалобою къ своему сеніору-фидософу Стефану Григоровичу, жившему въ другой избѣ той же школы.

О. Павелъ за нимъ... и вытолкнулъ его ,,въ шію“ изъ се- ніорской избы, крича: „Якъ ти сукинъ и каналскій синъ, такъ и тотъ, кто тебе заступаетъ, каналія!“...

  • Не изволте, мосцѣ отче, хлопцовъ бить и бранить, по­неже якъ великихъ школъ ученики, такъ и малихъ, вамъ не подкомандны! А отъ отца префекта мнѣ приказъ: хлопцовъ въ дворъ на ваше партикулярное дѣло, по вашему насилію (развѣ съ прошеніемъ), не давать и не посылать!... началъ „склонно“ (вѣжливо) говорить о. Павлу Григоровичъ.

  • ,,А ти, каналіе, на чіемъ грунтѣ живешь?*... закричалъ ему на это о. Лобко... „Якій мнѣ съ васъ прибитокъ?“... и въ раздраженіи снялъ съ головы шляпу, ударилъ ею трижды „по лицу“ Григоровича, наконецъ, совсѣмъ вытолкнулъ его изъ ко- морки и выбросилъ оттуда вонъ всѣ его вещи, съ бѣшенствомъ говоря:

Чтобъ ваше имя студенское не слылося здѣсь! Вонъ всѣ съ школы! А якъ не війдешь заразъ, то плетей или кіевъ скушаешь!"...

Нечего дѣлать! Студенты должны были оставить свой кровъ...

О. Павелъ, въ пылу гнѣва, даже ,,коморки на горѣ, давно еще студенскими трудами и стараніемъ (толво жъ за его отца Лобко позволеніемъ) подѣланаіи, вибросивъ студепскіе вещи, поразоралъ и поразрубовалъ, да и комена мурованого трубу разбилъ, и окна въ школѣ оконницами позабивалъ“...

Лишившись, такимъ образомъ, ни за что-ни про что, своего убогаго пристанища, девять бѣдныхъ студентовъ (философы Сте­фанъ Григоровичъ, и Семеонъ Заставскій, ригоръ Игнатъ То- варницкій, піиты Георгій Судаквянскій и Георгій Василькевичъ, синтаксисты Петръ Заставскій и Кассіанъ Ягельскій и инфи- мисты Кириллъ Орловскій и Тихонъ Свидерскій) обратились 4-го іюня съ письменною жалобою на о. Лобко къ префекту Давиду Нащинскому.

Нащинскій въ тотъ же день адресовался въ консисторію, прося „снять сатисфакцію“ съ о. Лобко за изгнаніе студентовъ, при чемъ замѣчалъ, что о. Павелъ „и прежде сего доволно смя- тенія и утѣсненія бѣднимъ студентамъ здѣлалъ, и впредь дѣ- лать не перестанете, ежели ему то свободно оставптся“.

Консисторія препроводила 15-го іюня о. Павлу копію сту­денческой жалобы на него, требуя отъ него оправданія, но онъ

  1. го числа на такое тробованіе отвѣтилъ: „когда-бы отецъ префектъ на мене подалъ доношеніе, то би я противъ оиого отвѣтствовать моглъ, а противъ доношенія сихъ студентовъ, ко~ торыхъ я почти воспиталъ и пелешки ихъ было очищаю, от­ветствовать не хощу“... Послѣ этого, 6-го іюля, консисторія опредѣлила: „крестовую грамоту отъ Лобка отнять*), студен­тамъ же по прежнему въ Василіевской школѣ жить, и посту­пать имъ за силу академійской инструкціи, а ему Лобку надъ студентами никакой команда не імѣть; буди же бы оны студекти противъ оной академійской інструкціи въ чемъ поступили, то ему Лобку доносить на нихъ прежде учителю, въ которого вѣ- домствѣ кто состояти іметъ, потомъ префекту; а ежели бы онъ Лобко имъ студентамъ впредъ какіе обиди и разоренія началъ приключать, то имъ самимъ студентамъ его Лобка за вѣдомомъ префектовскимъ взявъ подъ караулъ представить того жъ вре­мени въ Духовную Консисторію“.

Выслушавъ такое опредѣленіе, о. Павелъ не давалъ благо- словенія изгнаннымъ имъ студентамъ на новый ихъ „входъ“ въ школу, говоря: ,,пусть студенти, що хотятъ дѣлаютъ: входягъ въ школу жить или не входятъ; не въ моей то волѣ, церковная земля, церковное и строеніе, ктиторы о томъ лучше знаютъ!“ Но студенты, и безъ его благогловенія, заняли свой преж- ній пріютъ, отнятый у нихъ на время просто по капризу о. Павла...

Д. Вншяевскій


Каталог: library
library -> Біз Жалпыұлттық идеямыз – Мәңгілік Елді басты бағдар етіп, тәуелсіздігіміздің даму даңғылын Нұрлы Жолға айналдырдық. Қажырлы еңбекті қажет ететін, келешегі кемел Нұрлы Жолда бірлігімізді бекемдеп, аянбай тер төгуіміз керек
library -> Ќазакстан Республикасы Білім жјне єылым министрлігініѕ Бїйрыєымен бекітілді 17 тамыз 2000 ж
library -> Ќазаќстан Республикасыныѕ Білім жјне єылым министрлігі
library -> Академик Ќ
library -> Жеңіс сәті – тарихта өшпес із қалдырған айрықша оқиға, ұлы мейрам
library -> Георг Зиммель
library -> Хелен сингер каплан
library -> Саяси партиялар және партиялық жүйелер


Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет