Карл Дениц Немецкие подводные лодки во Второй мировой войне


Критические месяцы 1939 года — перед началом войны



жүктеу 5.64 Mb.
бет4/20
Дата01.09.2018
өлшемі5.64 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

5. Критические месяцы 1939 года — перед началом войны

В предыдущем разделе была дана оценка военно-политической обстановки и вытекавших из нее стратегических задач подводных сил. В нем содержатся выводы в отношении боевой подготовки и дальнейшего строительства подводных сил.

Планы главного командования военно-морских сил стали известны мне лишь летом 1939 года, когда они уже были сформулированы.

В конце мая 1938 года Гитлер информировал главнокомандующего военно-морскими силами о том, что Англия является потенциальным противником Германии, однако конфликт с ней предстоит отнюдь не в ближайшее время. После этой информации, осенью 1938 года, главнокомандующий военно-морскими силами образовал комитет планирования, который должен был рассмотреть вставшие в этой связи перед военно-морскими силами новые задачи и установить, какие средства ведения войны на море необходимы для их решения.

В результате ряда исследований комитет планирования пришел к выводу, что стратегическая задача германского военно-морского флота состоит в уничтожении английского торгового судоходства. Для решения этой задачи командующий военно-морскими силами предложил Гитлеру начать строительство мощного, хорошо сбалансированного флота, который должен был действовать в составе боевых групп на британских коммуникациях в открытых районах Атлантического океана против торговых судов и сил их охранения. Была составлена долгосрочная программа строительства этого флота, оформленная в так называемом плане Z. Этот план предусматривал постройку до 1948 года следующих боевых кораблей:

1) 6 линейных кораблей водоизмещением по 50 000тонн (помимо "Бисмарка" и "Тирпица");

2) 8 (позже 12) броненосцев водоизмещением по 20 000 тонн;

3) 4 авианосца водоизмещением по 20 000 тонн;

4) значительное число легких крейсеров;

5) 233 подводные лодки.

В январе 1939 года Гитлер утвердил этот план и потребовал выполнить его в течение 6 лет.

Главнокомандующий военно-морскими силами издал приказ, согласно которому при осуществлении плана предпочтение следовало отдавать линейным кораблям и подводным лодкам. Строительство предусмотренных планом океанских подводных лодок должно было закончиться в 1943 году.

В целом в плане Z упор делался на строительство надводного флота.

Такое решение вопроса не соответствовало моим взглядам на обстановку и предложениям, в которых я излагал свое мнение. С моей точки зрения, план Z страдал следующими недостатками:

1. На осуществление его требовалось не менее 6 лет. В течение этого периода германский военно-морской флот не смог бы подготовиться к борьбе с Англией, несмотря на то что политическая обстановка была напряженной.

2. Если бы мы начали ускоренными темпами строить линейные корабли, крейсера и авианосцы, то противник, без сомнения, ответил бы тем же. Из этой гонки вооружений противник вышел бы победителем, особенно если учесть, что водоизмещение наших больших кораблей, вступивших бы в строй, далеко не достигало 35 процентов английского тоннажа, которые нам разрешено было иметь.

3. Германские базы и верфи были расположены в опасной близости от Англии. Поэтому находившиеся в них боевые группы флота могли легко подвергнуться воздушным атакам. Для подводных лодок мы могли построить укрытия, а для больших надводных кораблей — нет. В то же время английский флот мог укрыться от немецкой авиации в удаленных базах Северной Англии.

4. План не учитывал особенностей географического положения Германии. Жизненно важные артерии Англии находятся западнее Британских островов, на просторах Атлантики. И чтобы германские военно-морские силы могли действовать эффективно, они должны были совершить переход в эти районы и находиться там длительное время. Вот почему при планировании строительства кораблей чрезвычайно важно было учитывать, в какой степени отвечают они этому требованию.

Географическое положение Германии крайне неблагоприятно для выхода германских военно-морских сил в район Атлантики. По отношению к английским морским путям мы, образно выражаясь, живем на задворках. Перед Германией протянулась Великобритания, естественное географическое положение которой позволяет ей блокировать воды Северного моря. Противник без труда может обнаружить и атаковать германские военно-морские силы, пока они будут переходить через Северное море, направляясь в проход между Шетландскими островами и Норвегией (в военное время пролив Ла-Манш для германских сил недоступен). Так как германские боевые корабли вынуждены следовать вдоль побережья Британских островов с юга на север, то после их обнаружения они могут неоднократно подвергнуться атакам легких военно-морских сил и авиации Англии. Вследствие развития авиации условия прорыва на оперативный простор стали для нас еще более неблагоприятными, чем в первую мировую войну. Скрыть от противника выход кораблей из баз можно лишь при стечении особо благоприятных обстоятельств. Нахождение германских надводных сил в открытом море и ведение ими боевых действий осложняется еще и тем, что в результате повреждений и снижения боевой мощи они могут оказаться в гораздо большей опасности, чем противник. Поврежденным судам, направляющимся для ремонта в Германию, придется преодолевать длинный путь, подвергаясь атакам противника. Английский же флот имел базы для ремонта кораблей на западном побережье Великобритании, то есть вблизи района боевых действий.

Это неблагоприятное по сравнению с Англией стратегическое положение Германии давало себя знать еще в первую мировую войну.

В 1914 году мы предполагали решить все наши стратегические задачи на море одним решительным сражением и рассчитывали, что победа будет иметь чрезвычайно важные последствия в военной и политической областях и подорвет британское морское могущество. Однако стратегическое положение не вынуждало Англию искать такое морское сражение, пока германский флот не нарушал английских коммуникаций в Атлантике и не противодействовал блокаде Германии в Северном море. А для выполнения этих задач у германского флота не было достаточной операционной зоны. Далее. Из-за излишней осторожности мы не навязали Англии сражения в период, когда соотношение сил еще позволяло нам надеяться на благоприятный исход операции. Когда же соотношение сил изменилось, надежды на благоприятный результат сражения исчезли. Стало ясно, что германский флот, запертый в южной части Северного моря, не сможет в дальнейшем решать важные стратегические задачи. Последние перешли к германскому подводному флоту, который мог атаковать в Атлантике английские морские коммуникации. Действия германского "флота открытого моря", как это сформулировал после Ютландского сражения адмирал Шеер, ограничивались тем, что он держал открытыми подходы к германским базам подводных лодок, выполнявших эту задачу.

Отрицательные стороны нашего географического положения а значительно меньшей степени сказывались на действиях подводных лодок. Они скрытно преодолевали Северное море и выходили на жизненно важные для Англии пути в Атлантике, причем надводные силы противника были не в состоянии навязать им бой. Из-за этого, а также в силу большей по сравнению с надводными силами дальности плавания и автономности они в течение длительного времени могли находиться в назначенном стратегическом районе, несмотря на то что надводные силы противника господствовали там. Перечисленные факторы, не говоря уже о наступательных качествах, свойственных подводным лодкам, делали лодки самыми перспективными силами в смысле нанесения ударов по британским коммуникациям и достижения стратегических целей Германии на море.

Так в первую мировую войну подводная лодка едва не привела Англию к поражению.

Изучив уроки боевых действий на море в период первой мировой войны, я со временем пришел к мысли, что в один прекрасный день Англия так или иначе будет нашим противником и что для борьбы с ней наиболее подходящим средством ведения войны на море будут подводные силы. Разработав тактику групповых действий, эффективность которой доказали проведенные учения, я рассчитывал справиться с системой конвоев, которая в первую мировую войну спасла Англию от поражения. Таковы причины, заставлявшие наперекор плану Z требовать начиная с весны 1939 года максимально ускоренного строительства большого подводного флота. Предусмотренное планом Z строительство подводных лодок (общее число лодок — всего лишь 233 единицы), срок окончания которого откладывался до 1948 года (намечалось ускорение строительства океанских подводных лодок с артиллерийским вооружением), показывало, что главное командование отвергло предложения, касающиеся строительства подводного флота как в отношении типов и числа подводных лодок (300 активных лодок), так и в отношении темпов строительства. И я был не одинок, говоря о необходимости начиная с весны 1939 года вести ускоренными темпами строительство большого числа подводных лодок.

Последовало вступление в Чехословакию, а затем объявление Англией гарантий Польше. 26 апреля 1939 года Гитлер денонсировал англо-германское военно-морское соглашение 1935 года, что явилось чрезвычайно сильным политическим жестом. Денонсация недвусмысленно говорила о том, что политике, направленной на достижение соглашения с Англией, пришел конец и как в данный момент, так и в будущем Германия не рассчитывает на улучшение отношений с Англией.

Неожиданно стало ясно, что нельзя надеяться на длительный мир, который являлся необходимым условием выполнения рассчитанного на продолжительные сроки плана Z. В результате резкого обострения отношений между Германией и Англией, что нашло свое выражение в денонсации морского соглашения, никакое политическое руководство не могло поручиться за то, что это напряжение в любой момент не разрядится военным конфликтом. Поэтому главной задачей, вставшей перед германским военно-морским флотом, явилось ускоренное строительство подводных лодок. Эту точку зрения разделяли и другие инстанции военно-морских сил, которые, помимо ускорения строительства подводного флота, предлагали строить легкие надводные рейдеры. Считали, что они будут пригодны для непосредственного нападения на коммуникации противника в открытых районах Атлантики, причем риск потерять эти легкие, простые в постройке корабли был небольшой. На мой взгляд, эта концепция была вполне реальной, хотя прорыв из Северного моря в Атлантику оставался весьма проблематичным.

Разумеется, помимо наступательных сил, предназначенных для Атлантики, необходимо было строить корабли для обеспечения свободного выхода этих сил из германских территориальных вод (то есть эскадренные миноносцы, тральщики, прорыватели заграждений).

В июне 1939 года я доложил главнокомандующему военно-морскими силами о своем предположении, которое разделяли мои офицеры, что имелась опасность близкой войны с Англией. И хотя я был всего лишь капитаном 1 ранга и занимал сравнительно небольшую должность, я просил его изложить Гитлеру мою точку зрения: в надвигавшейся войне основная тяжесть ведения боевых операций на море ляжет на подводные силы, а последние ввиду своей малочисленности смогут наносить противнику лишь булавочные уколы. 22 июля 1939 года главнокомандующий от имени Гитлера сообщил собравшемуся на посыльном корабле "Грилле" офицерскому составу подводных сил, что войны с Англией не будет, так как это было бы равнозначно "Finis Germaniae".

Однако это заявление не рассеяло всех наших опасений. В этот же день я сказал своим офицерам:

— Уверен в одном: если дело когда-нибудь дойдет до войны, Англия будет стоять на стороне наших противников. К этому вы всегда должны быть готовы!

В тот же самый день я попросил главнокомандующего дать мне отпуск (мне необходимо было санаторное лечение). Мою просьбу удовлетворили. Но уже 15 августа меня отозвали из отпуска, так как ввиду крайнего обострения политической обстановки необходимо было в целях предосторожности занять районы сосредоточения, предусмотренные мобилизационным планом. В эти дни, когда опасность войны с Англией стала для всех очевидной, я решил, что имеет смысл еще раз изложить главнокомандующему в письменной форме свою точку зрения на обстановку и необходимость срочно развернуть широкое строительство подводных лодок.

В конце августа 1939 года во время совместного полета в Свинемюнде (Свиноуйсьце) я попросил главнокомандующего прочитать наброски моей докладной записки. Главнокомандующий был с ними согласен и предложил в кратчайший срок представить докладную записку о типах и числе необходимых подводных лодок.

Эта докладная записка под заголовком "Мысли о строительстве подводного флота" 28 августа 1939 года была отправлена главнокомандующему военно-морскими силами и командующему надводным флотом. В ней говорилось:

"Учитывая, что в настоящее время отношения Германии с Англией крайне напряжены и существует опасность возникновения войны между этими странами, я констатирую тот факт, что военно-морской флот, особенно подводные силы, в данный момент не в состоянии выполнить задачи, которые встанут перед ним с началом войны. Будем надеяться, что на этот раз война не возникнет. Однако имеются все основания полагать, что политические отношения между Англией и Германией не претерпят в ближайшие годы коренных изменений в сторону улучшения, даже при наличии в будущем периодов обоюдного сближения и успокоения. Наиболее эффективным средством борьбы, не требующим длительных сроков постройки (по сравнению с надводным флотом), является подводная лодка. Поэтому военно-морской флот должен немедленно развернуть строительство подводных сил и улучшить таким путем свои позиции в грядущих конфликтах с Англией".

В отношении числа и требующихся типов подводных лодок в докладной записке говорилось следующее:

"Оценивая результаты учений, проводившихся в 1938-1939 годах под моим руководством, я излагал свои взгляды следующим образом: основным типом, пригодным для действий в Атлантике, является подводная лодка с торпедным вооружением. Для этих целей пригодны имеющиеся у нас подводные лодки VII и IX серий. Для успешного проведения операций потребуется 100 подводных лодок, постоянно находящихся в состоянии боевой готовности. Всего необходимо будет по крайней мере 300 подводных лодок. Верхней границы для требуемого числа подводных лодок не существует. Соотношение между подводными лодками VIIb и VIIc серий и IX серии должно быть 3 : 1".

Изложив требования в отношении подводных лодок специальных типов, я резюмировал:

"Считаю, что для успешного ведения войны против Англии наличие всех этих подводных лодок необходимо".

Далее указывалось:

"...при том числе подводных лодок, которые находятся в настоящий момент в строю и запланированы к постройке, нельзя рассчитывать, что мы сможем оказать эффективный нажим на Англию путем решающих боевых действий против английского торгового флота; напротив, мы будем в состоянии нанести английскому торговому судоходству лишь булавочные уколы".

Отсюда вытекал вывод:

"Необходимо всеми возможными средствами, в том числе и выходящими за обычные рамки, довести численность подводных лодок до такого уровня, который позволит им во время войны решить их главную задачу — задачу сокрушения Англии".

При этом нужно идти следующим путем:

"а) Главное управление военно-морских сил должно определить, а главнокомандующий — решить, какие задачи можно отложить в интересах строительства подводных лодок; какие верфи высвободятся при этом для строительства подводных лодок и какие смогут расширить свое оборудование; какие заводы можно привлечь дополнительно при строительстве подводных лодок.

б) Составить программу-максимум для строительства подводных лодок, особо имея в виду лодки VIIb и IX серий.

в) Одновременно с разработкой этих вопросов и независимо от окончательного составления программы строительства следует приступить к решению следующих задач, возникающих вследствие ускоренного осуществления программы: строительство сторожевых кораблей, тральщиков, плавучих ремонтных баз, портов и баз; обеспечение боеприпасами, топливом и ремонтными мастерскими; обеспечение средствами связи; подготовка личного состава; организационные вопросы.

Эти вопросы могут быть решены лишь при условии, что другие потребности будут всецело подчиняться этой великой цели. Однако проведение решающих мероприятий возможно лишь при одном организационном условии, а именно: если все вопросы, связанные со строительством подводных сил, будут решаться единым центром, имеющим широкие полномочия и подчиненным непосредственно главнокомандующему военно-морскими силами".

Командующий флотом адмирал Бём решительно поддержал соображения, содержащиеся в моей докладной записке. Свой доклад, представленный главнокомандующему военно-морскими силами 3 сентября 1939 года (день объявления войны Англией), он закончил следующими словами:

"Необходимо сосредоточить все силы на выполнении решающей задачи и без колебаний отложить осуществление прочих планов строительства, которые не служат названной выше цели".

Вот так я рассматривал обстановку и задачи строительства военно-морского флота в критические месяцы 1939 года. Без сомнения, мне было легче выработать определенную точку зрения, чем находившемуся в Берлине главнокомандующему военно-морскими силами. Последний постоянно находился под влиянием Гитлера, политические установки которого были для него обязательными.

В 1939 году обсуждался также вопрос о том, какие действия последуют со стороны Англии, если после денонсации англо-германского морского соглашения Германия развернет, в соответствии с моими предложениями, строительство подводных лодок. Высказывались опасения, что, поскольку такое строительство нельзя сохранить в тайне, англичане начнут наращивать численность своих противолодочных кораблей.

И этот довод, по всей вероятности, был правильным. Однако строительство подводных лодок можно в значительной степени рассредоточить и замаскировать, что будет целесообразнее ведущегося у всех на виду строительства больших кораблей согласно плану Z. Но самое главное заключалось в том, что, даже создав большие противолодочные силы, невозможно добиться прекращения боевых действий подводных лодок, как это и показала позже боевая практика. Английское адмиралтейство, как уже отмечалось, в мирное время ограничивалось проблемой борьбы с подводными лодками, атакующими в подводном положении, переоценивало возможности асдика и недооценивало подводную опасность в целом.

Поэтому трудно было решить, насколько эффективные формы приняла бы реакция Англии на строительство Германией подводных лодок. Но так или иначе предположение, что "тогда англичане будут строить противолодочные корабли", не являлось причиной для отказа от постройки подводных лодок. Англичане не остались бы равнодушными и к постройке предусмотренных планом Z больших кораблей; наверняка началась бы гонка вооружений еще большего масштаба, по многим причинам очень невыгодная для нас.

Сегодня высказывается великое множество предположений по вопросу о том, как изменились бы взаимоотношения с Англией, если бы после расторжения морского соглашения Германия развернула широкое строительство подводных сил. Одни считали, что если бы Гитлер попытался решить вопрос с "польским коридором" не военными, а политическими средствами, то в этом случае у Англии было бы больше причин для войны с Германией, чем при медленном строительстве "сбалансированного флота". Другие утверждали, что, напротив, начав строительство большого подводного флота, мы получили бы крупный козырь, который очень пригодился бы нам, например, при переговорах с Англией.

По-видимому, оба предположения не имели под собой твердой почвы. После денонсации морского соглашения мы обязаны были как можно скорее готовиться к войне против Англии, независимо от того, возникнет она или нет. Это можно было осуществить, только форсируя строительство подводного флота. Несостоятельны утверждения, что германские верфи и германская промышленность до 1943 года были не в состоянии осуществить широкое строительство подводных сил. Даже во время войны вплоть до 1943 года мощность германской сталеплавильной промышленности была такой, что для производства вооружения военно-морского флота хватало менее пяти процентов производившейся в Германии стали. А для строительства подводных лодок пригодны не только морские, но и речные верфи. Таким образом, мощность сталеплавильной промышленности и верфей была достаточной.

Теперь перейдем к событиям конца августа 1939 года. 28 августа в докладной записке я выразил надежду, что после отмены нападения на Польшу, которое намечалось на 25 августа, война пока не возникнет. Однако мои надежды не оправдались. 1 сентября начались действия против Польши. 3 сентября Англия и Франция объявили войну Германии. Германский военно-морской флот выглядел крайне беспомощным. Подводные силы располагали лишь 46 подводными лодками, находившимися в состоянии боевой готовности. Всего же в строю было 56 подводных лодок. Но из этих 46 лодок только 22 подводные лодки были пригодны для действий в Атлантике. Остальные лодки (водоизмещением 250 тонн) из-за малой дальности плавания были пригодны для действий только в районе Северного моря. Таким образом, в Атлантике одновременно могли действовать пять — семь подводных лодок.

Однако надо было учитывать, что даже это небольшое число подводных лодок будет сокращаться. Ожидаемые потери не предполагали компенсации за счет новых подводных лодок. Мы были наказаны за нашу бездеятельность в 1936-1937 годах. Нам пришлось начинать войну, имея в строю всего 56 подводных лодок. Если бы мы использовали полученное в 1935 году право строить подводные лодки, общее водоизмещение которых составляло 45 процентов английского, то пригодных для действий в Атлантике подводных лодок было бы больше на 16 единиц. Помимо всего прочего, нас угнетала мысль, что число подводных лодок будет уменьшаться и быстро достигнет своего минимума. И события не заставили себя ждать. В феврале 1941 года в строю у нас осталось всего 22 подводные лодки.

По-видимому, редки случаи, когда целый род оружия вступает в войну, имея так мало боевых средств. С их помощью можно было наносить противнику лишь булавочные уколы. Подводных лодок было явно недостаточно, для того чтобы империя, одна из сильнейших морских держав, запросила мира.

Поэтому в 1939 голу надо было любой ценой избежать войны, хотя бы только из-за чрезвычайно низкого уровня наших морских вооружений. Могла ли Германия, которая наращивала свою мощь, избегать войны с Англией в течение длительного времени? Этого никто не мог сказать с уверенностью. Я этого не думаю. Если перед 1914 годом другая сторона не признавала даже малогерманского национального государства Бисмарка, то вряд ли она стала бы терпеть великогерманский рейх. Если конфликт с Англией был неизбежен, то следовало сделать решительные выводы в отношении германских вооружений на море. Германские государственные руководители не распознали истинного положения вещей.

Правда, главнокомандующий военно-морскими силами делал предостережения, однако сам он вынужден был придерживаться указаний государственного руководства. Возникла одна из наиболее трагических ситуаций за всю историю германского военно-морского флота.

Когда началась война, главнокомандующий военно-морскими силами немедленно отдал приказ прекратить строительство всех больших кораблей, еще не спущенных со стапелей, отменить строительство подводных лодок, предусмотренных планом Z, и ускорить передачу заказов на постройку подводных лодок в таком количестве и тех именно типов, которые я требовал в докладной записке после окончания учений 1938-1939 года и в докладной записке от 28 августа 1939 года.

Теперь для всех стало очевидным, что наша важнейшая задача — строительство больших подводных сил. И осуществить его следовало как можно скорее, причем с максимальной энергией, используя даже чрезвычайные меры и перенеся на него центр тяжести всего кораблестроения. Я решил оставить подводные силы, которые готовил и обучал с 1935 года. Именно теперь, когда они рвались в бой, я обратился к главнокомандующему с просьбой поручить мне руководство строительством больших подводных сил — важнейшую задачу, стоявшую перед военно-морским флотом.

9 сентября 1939 года я сделал в "Журнале боевых действий" следующую запись:

"Решение принято. Будет правильным, если я возьму на себя задачу строительства подводных сил в качестве начальника управления или в другой должности. В принципе было неправильным забирать у подводного флота боевого офицера, который с самого начала руководил его подготовкой, знает силы офицеров и экипажей и которого они хорошо знают, причем забирать в тот самый момент, когда результаты боевой подготовки проверяются на деле. Но в то же время боевые возможности еще имеющихся в наличии подводных лодок в ближайшем будущем могут иссякнуть, если не удастся быстро построить большой и эффективный подводный флот.

Поэтому строительство подводных лодок надо было рассматривать как важнейшую задачу командования подводных сил".

Я просил, чтобы мне дали соответствующее назначение. Однако вечером 5 сентября начальник штаба руководства войной на море контр-адмирал Шнивинд сообщил мне, что главнокомандующий военно-морскими силами отклонил мою просьбу: по его мнению, командующий подводными силами необходим на флоте. Предстояло создать управление подводными силами, которое главнокомандующий фактически рассчитывал подчинить командующему подводными силами. Последний должен был предъявлять свои требования непосредственно управлению, а управление обязано было беспрекословно выполнять их. Мне пришлось заявить, что такое руководство снизу вверх невозможно и что осуществлять энергичное и единое руководство можно только из центра, то есть из Берлина.

Ход строительства подводных лодок во время войны доказал правильность этой точки зрения: находясь на флоте, нельзя было оказывать должное влияние на главное командование в Берлине к отношении строительства подводного флота.

Несмотря на первостепенную важность строительства подводных лодок, решение главнокомандующего, отклонившего мою просьбу, как показала война, было совершенно правильным. Личное руководство со стороны старшего начальника, в данном случае со стороны командующего подводными силами, во время войны является одной из самых важных сторон военной службы.

Чем выше требования, тем больше потребность во взаимном доверии. Чем выше моральная сплоченность и чем сильнее самоотверженность войск, тем выше их боевая мощь. На войне одного военного искусства недостаточно. От солдата требуется самопожертвование. Это требование нуждается в каком-то противовесе, который, конечно, может быть лишь морального порядка.

Итак, главнокомандующий принял решение, которое возлагало на меня руководство подводной войной. Строительство подводных лодок оставалось прерогативой главного командования в Берлине.

Даже Нюрнбергский трибунал в своем приговоре снял с меня обвинения в планировании агрессивной войны. За развязывание войны меня не привлекли к ответственности даже в Нюрнберге. Однако вынесенный мне обвинительный приговор обосновывался тем, что "подводные лодки, которых тогда было немного, были полностью подготовлены к ведению войны".

Во все времена и у всех наций до сих пор не было обыкновения наказывать солдата за то, что в мирное время он подготовил свое войско к войне, поскольку это его первая и сама собой разумеющаяся обязанность перед правительством и народом. Итак, германские подводные силы были подготовлены к войне, насколько вообще возможно подготовить их в мирное время. Теперь им предстояло испытание в бою.



Каталог: u-bootbooks


Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет