Карл Саган



жүктеу 4.37 Mb.
бет20/31
Дата20.04.2019
өлшемі4.37 Mb.
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   31

- Ш-ш-ш! Я думаю, - отвечал Валериан. - Это просто способ подавления шумов. Я пытаюсь свести к минимуму визуальные помехи, а теперь вы вводите дополнительные шумы в аудиоспектре. Вы желаете спросить, почему для этого нельзя воспользоваться листком белой бумаги? Дело в том, что листок слишком мал. А думаю я вот о чем. Почему мы продолжаем принимать одно и то же: Гитлера, Олимпийские игры и прочее? Ведь прошли уже годы. Они там должны были принять телепередачу об инаугурации Британского короля. Так почему мы не видим ни скипетра, ни державы, ни пурпура, не слышим слов "коронуется Георг VI, милостью Божьей король Англии и Северной Ирландии, император Индии"?

- А вы уверены, что Вега стояла над Англией в момент передачи? - спросила Элли.

- Да, мы проверили это сразу, как только приняли сообщение об Олимпийских играх. И сигнал был сильней, чем передача о Гитлере. Нет, я уверен, на Веге должны были принять трансляцию с коронации.

- Вас пугает, что они стремятся утаить часть того, что им известно о нас? - спросила она.

- Они торопятся, - отвечал Валериан. Подобные пророчества иногда срывались с его уст.

- Просто хотят, чтобы мы не забыли, что им известно о Гитлере, - возразила Элли.

- Это не существенно отличается от моих слов, - парировал Валериан.

- Ну хорошо. Только зачем тратить время на эти фантазии? - простонал Драмлин. Всякие выяснения причин, которыми руководствуются инопланетяне, всегда тяготили его. Гадать - значит попусту терять время, утверждал он, скоро мы и так все узнаем. И порекомендовал всем вдумчиво изучать Послание, его совершенство, полноту и избыточность информации, не допускающие двойного толкования.

- Пора вернуться к реальности. Почему бы нам не пройти в сборочный цех? Там, наверное, уже устанавливают эрбиевые шпонки.

Общий геометрический облик Машины был очень прост. Только все детали были до крайности сложными. Внутри додекаэдра, в его выпуклой середине, уже были установлены пять кресел, предназначенных для экипажа. Никаких приспособлений для сна, еды и отправления прочих потребностей человеческого организма веганцы не предусмотрели; похоже, путешествие на борту Машины продлится недолго, если только оно состоится, конечно. Некоторые находили в этом свидетельство того, что где-нибудь в пространстве возле Земли находится межзвездный корабль и после включения Машина быстро соединится с ним. Правда, самая тщательная радиолокация и оптические исследования не позволяли обнаружить даже косвенного намека на существование подобного тела в ближнем космосе. С другой стороны, трудно было предположить, что внеземляне способны забыть об элементарных физиологических потребностях людей. А если Машина никуда не отправится? Быть может, она проделает что-то над экипажем? Никаких приборов в кабине не было... штурвалов, ключей зажигания тоже, лишь пять кресел друг с друга, чтобы каждый член экипажа мог видеть всех, не входя со своего места. Общий вес экипажа и его пожитков веганцы строго ограничили. На практике это давало преимущество "миниатюрным" претендентам.

Полости в сужающихся частях додекаэдра под кабиной и над ней были уже заполнены органическим веществом, до сих пор озадачивавшим всех своей сложной структурой. Эту часть додекаэдра на первый взгляд случайным образом пронизывали шпонки из эрбия. Снаружи додекаэдр охватывали три концентрические сферические оболочки, по одной на пространственное измерение. Оболочки покоились на магнитном подвесе; инструкции предусматривали наличие мощного генератора магнитного поля, в пространстве между додекаэдром и оболочками должен был выдерживаться высокий вакуум.

В Послании не было никаких названий всему, что входило в состав Машины. Эрбий определялся просто как атом с 68 протонами и 99 нейтронами. Отдельным частям Машины присваивались номера: например, узел 31. Инженеры называли вращающиеся концентрические сферы бензелями по предложению чешского специалиста в области техники, помнившего, что в 1870 году Густав Бензель изобрел карусель.

Конструкция Машины и ее назначение направляли инженерную мысль к бездонным глубинам, приходилось по ходу дела пересматривать все техническое оснащение человечества. Но все-таки Машина состояла из материи, и чертежи ее были доступны любому - пресса разнесла разрезы сборок по всему миру. Уже на глаз было видно, что близится завершение работ. И мир пребывал в состоянии технологического оптимизма.

Драмлин, Валериан и Эрроуэй миновали пропускной пульт: личность входящего устанавливалась по пропуску, отпечаткам пальцев и сонограмме. Лишь после этого их пропустили в просторное сборочное помещение. Мостовой кран на третьем этаже подавал эрбиевую шпонку. На высоком рельсовом транспортере висели пятиугольные пластины, предназначенные для внутренней части додекаэдра. Было известно, что Советы столкнулись со значительными проблемами, но все изготовленные в США подсистемы прошли испытания, и уже начинал проступать внешний облик Машины. Как хорошо все складывается, думала Элли. После завершения всех работ Машина станет похожей на одну из армиллярных сфер астрономов Ренессанса. Что стал бы с ней делать Иоганн Кеплер?

Пол и круговые мостики, на различной высоте охватывающие сборочный зал, были полны народа, инженеров, правительственных чиновников, представителей консорциума "Машина". Наблюдая за происходящим, Валериан заметил, что президент прислала письмо его жене, которая даже не сообщила ему содержание послания, объявив, что вправе иметь личную переписку.

Почти все шпонки были уже размещены, и сегодня в цехе впервые собирались начать сборку основных систем. Кое-кто полагал, что устройство, рекомендованное веганцами для проверки новой операции, представляет собой гравитационный телескоп... И когда эксперимент начался, все трое как раз обходили опору, чтобы лучше видеть.

Вдруг Драмлин как бы взлетел на воздух. И все вокруг тоже. Элли успела представить себе торнадо, занесшее Дороти в Страну Оз. Вытянув руки вперед, Драмлин словно при замедленной съемке налетел на нее и грубо подмял под себя. Неужели решил-таки приступить к ней с намерениями после всех лет знакомства, промелькнуло в голове Элли? Как же его до сих пор не научили вежливому обхождению?

Кто это сделал, впоследствии так и не удалось выяснить. Ответственность, не стесняясь, приписывали себе Первоземляне, отряды Красной Армии, Исламский Джихад, подпольная ныне Организация термоядерщиков, Сикхские сепаратисты, Сверкающий путь, Кхмер Верт, Афганский Ренессанс, радикальное крыло организации "Матери против Машины", Реюнифицированная церковь Реюнификации, Омега Семь, хилиасты Судного дня (Билли Джо Ренкин отрекался от всяческой связи с ними и уверял, что подобным названием могли воспользоваться лишь нечестивцы, стремящиеся скомпрометировать Господа), Broederbond [Братский союз (гол.)], El Catorce de Febrero [Четырнадцатое февраля (исп.)], подпольная армия Гоминдана, Сионистская лига. Партия Бога и недавно воскресший Симбионезийский фронт освобождения. В большинстве своем эти организации даже не имели возможности совершить подобную диверсию; этот список свидетельствовал лишь о всеобщем характере оппозиции.

Ку-клукс-клан, Американская нацистская партия, Демократическая национал-социалистическая партия и ряд аналогичным образом настроенных организаций сдержанно промолчали. Небольшая, но влиятельная группа их членов была уверена, что Послание отправил сам Гитлер. Согласно одной из версий, он вознесся с Земли на ракете германского производства в мае 1945 года, а с тех пор нацистам удалось добиться кое-каких успехов.

- Не знаю, куда бы отправилась Машина, - заявила президент спустя несколько месяцев, - но если она изготовлена столь же небрежно, как и все на этой планете, едва ли стоило затевать путешествие.

Как установила следственная комиссия, взрыв разломил одну из эрбиевых шпонок на два плоских обломка, что обрушились вниз с высоты в двадцать метров со значительной скоростью в боковом направлении. Они повредили несущую перегородку, деформировавшуюся под ударом. Было убито одиннадцать человек, ранено сорок восемь. Погибла часть крупных узлов и блоков, но, поскольку стойкость и воздействие взрыва не значились в предусмотренном веганцами перечне испытаний, взрыв погубил и уцелевшие компоненты. Когда ничего не знаешь, приходится действовать с особенной осторожностью.

Несмотря на поток признаний от организаций, претендовавших на сомнительную честь, подозрение Соединенных Штатов пало на две стороны, вовсе не старавшиеся оказаться в списке диверсантов: внеземлян и русских. Вновь послышались речи о "машине Судного дня". Она и должна была взорваться сразу же после сборки, утверждал кое-кто, к счастью, мы несколько поторопились и сработала только часть всего заряда - так сказать, детонатор "машины Судного дня". Они настаивали на немедленном прекращении работ и советовали, пока не поздно, захоронить уцелевшие детали в одной из разбросанных повсюду соляных копей.

Но следственная комиссия быстро обнаружила доказательства земных причин преступления. Посреди каждой шпонки располагалась эллиптическая полость неизвестного предназначения, стенки которой были покрыты сложной сеткой из тонкой гадолиниевой проволоки. В полость взорвавшейся шпонки и было помещено пластиковое взрывчатое вещество с часовым механизмом - эти ингредиенты в Послании не предусматривались. Шпонки с полостью и гадолиниевая сетка были изготовлены, собраны, испытаны и опечатаны на заводе "Хадден кибернетикс" в Терре-Хоте, штат Индиана. Гадолиниевая намотка была слишком сложна для ручной работы, поэтому для ее изготовления потребовались специальные сервороботы. Чтобы их изготовить, в свою очередь пришлось соорудить целую фабрику. Расходы взяла на себя "Хадден кибернетикс", имея в виду и другие, более выгодные применения.

Проверили еще три эрбиевые шпонки из этой же партии, но пластиковой взрывчатки не обнаружили. Когда на советском и японском предприятиях стало известно о взрыве, каждую шпонку сперва подвергли дистанционной проверке и только потом на всякий случай вскрыли. Оказалось, что заряд вместе с таймером поместили в полость шпонки перед окончанием сборки на заводе в Терре-Хоте. До Вайоминга минированная шпонка ехала вместе со всеми остальными на специальном поезде под вооруженной охраной. Время взрыва и характер диверсии свидетельствовали, что к делу причастны лица, знакомые с конструкцией Машины... орудовали свои.

Но расследование не дало заметных результатов. Рискнуть могли несколько дюжин сотрудников: инженеры, контролеры, инспекторы, готовившие деталь к транспортировке, но ни у одного из них не было ни средств для диверсии, ни причин для нее. У тех, кто дрогнул на детекторе лжи, оказалось железное алиби. Никто из подозревавшихся не обмолвился по пьянке в ближайшем баре, никто не позволял себе необъяснимых расходов. На допросе тоже никто не сломался. И хотя службы, обеспечивающие выполнение закона, усердствовали, тайна так и осталась нераскрытой.

Желавшие видеть во всем происшедшем вину Советов указывали, что у русских были и мотивы - не допустить, чтобы Америка опередила их, - и все технические средства для совершения подобной диверсии. Они обладали и необходимыми познаниями о Машине и методах работы, принятых по обе стороны Атлантического океана. Но Анатолий Гольдман, бывший студент Луначарского, подвизавшийся в Вайоминге в качестве резидента советской разведки, связался с Москвой немедленно после несчастного случая, и порекомендовал провести предварительную проверку всех шпонок перед сборкой. В обычном порядке перехваченная Советом национальной безопасности информация на первый взгляд доказывала, что русские не имеют никакого отношения к диверсии, но тонкие знатоки предполагали, что радиограмма предназначалась, чтобы отвести подозрения от Союза... или же Гольдмана просто не предупредили о диверсии. За оба этих аргумента с восторгом ухватились те, кому не давало покоя недавнее ослабление напряженности в отношениях между обеими ядерными сверхдержавами. Узнав о подобных подозрениях, Москва по понятным причинам была крайне возмущена. Дело в том, что при создании Машины Советы сталкивались с большими затруднениями, чем это было известно на Западе. Действуя в соответствии с инструкциями Послания, Министерство среднего и тяжелого машиностроения сумело добиться заметных успехов в обогащении руд, в металлургии и аналогичных областях. Но в современной микроэлектронике и кибернетике возникали серьезные трудности. Большая часть деталей по контрактам была изготовлена в Европе и Японии. Еще более сложную задачу для промышленности Союза представляли органические компоненты, для изготовления которых требовался основательный опыт в молекулярной биологии.

В 30-е годы Сталин нанес едва не оказавшийся смертельным удар по советской генетике, решив, что менделизм идейно не отвечает марксистской идеологии. Тогда общепризнанной стала доктрина умудренного в политических интригах агронома Трофима Лысенко. В результате целых два поколения талантливых советских студентов практически ничего не знали о наследственности. Даже теперь, шестьдесят лет спустя, советская молекулярная биология и генная инженерия плелись в хвосте современной науки, и лишь немногие из главных открытий принадлежали советским ученым. Сходный факт имел место и в Соединенных Штатах, где по указке теологов долгое время запрещали преподавать теорию эволюции, одну из основных идей нынешней биологии. О ней старались даже не упоминать, поскольку традиционное истолкование Библии считалось не совместимым с процессом эволюции. К счастью для американской молекулярной биологии, религиозный фундаментализм в Штатах обладал куда меньшим влиянием, чем Сталин в Советском Союзе.

В заключении, представленном президенту по данному поводу, указывалось, что нет никаких свидетельств, подтверждавших участие русских в диверсии. Напротив, имея равное представительство со Штатами в экипаже, русские скорее заинтересованы в американской Машине. "Если ваша технология соответствует уровню три, - пояснял директор Центрального разведывательного управления, - а ваш потенциальный противник опережает вас и находится на уровне четыре и с небес на вас валится техника пятнадцатого уровня, вы будете просто торжествовать, получив доступ к достижениям и ресурсам бывшего соперника". Сторонников другой версии в американском правительстве почти не нашлось, и президент неоднократно делала публичные заявления о том, что Советы тут ни при чем, но устоявшаяся привычка отмирала с трудом.

- Никакая кучка безумцев и заговорщиков, никакая тайная организация не заставят человечество отказаться от осуществления поставленной исторической цели, - заверяла президент.

Но на практике достичь консенсуса в масштабах страны теперь было гораздо труднее. Диверсия дала новую жизнь прежним предубеждениям против Машины, как разумным, так и дурацким. Но русские могли первыми закончить свою Машину - это соображение только и поддерживало существование американского проекта.

Жена Драмлина хотела, чтобы похороны мужа остались семейным делом, но и в данном случае ее благим намерениям не суждено было осуществиться. Физики, дельтапланеристы, правительственные чиновники, аквалангисты, радиоастрономы, ныряльщики, аквапланеристы, все мировое сообщество исследователей внеземного разума стремились присутствовать на похоронах. Некоторое время даже думали, что придется прибегнуть к услугам Нью-йоркского кафедрального собора Иоанна Евангелиста - в стране не нашлось другого храма нужной величины. Но жена Драмлина одержала небольшую победу, и всю траурную церемонию совершили под открытым небом родной Мизулы в штате Монтана. Власти согласились, поскольку это упрощало работу служб безопасности.

Хотя Валериан не избежал серьезных травм и врач рекомендовал ему не посещать похорон, тем не менее он произнес свой панегирик, сидя в кресле-каталке. Гений Драмлина, по словам Валериана, особенно проявлялся в том, что покойный умел задавать вопросы. К проблемам ПВЦ он подходил критически, но ведь скептицизм - сердце науки. И едва стало понятно, что наконец со звезд получено Послание, Драмлин обратился к его исследованию с рвением и пылом истинного ученого.

Заместитель министра обороны, Майкл Китц, от имени президента подчеркнул личные достоинства покойного: душевную теплоту, заботу о людях, блестящий интеллект и выдающиеся атлетические способности. И если бы не трагическая и подлая диверсия, Драмлин вошел бы в историю в качестве первого американца, отправившегося к звездам.

Элли предупредила дер Хиира, чтобы ее не включали в список выступающих. И никаких интервью, разве что несколько фотографий - необходимость этого она понимала. Она просто не верила, что сумеет сказать все правильно, хотя и умела выступать перед большой аудиторией, ведь столько лет она делала доклады и о ПВЦ, и об "Аргусе", а потом о Послании и Машине. Но сейчас было иначе. Все это следовало еще пережить.

Ей было ясно, что Драмлин погиб, спасая ее жизнь. Он успел заметить неладное раньше других, и рефлексы спортсмена позволили ему оттолкнуть Элли назад за стойку, едва он заметил падающую на них сверху эрбиевую деталь массой в несколько сотен килограммов.

Дер Хиир, которому она рассказала о своем предположении, возразил:

- Ну знаешь, скорее всего Драмлин хотел спасти собственную шкуру, а ты просто оказалась у него на пути. - В голосе Кена явно слышалась преднамеренная неблагодарность. - Или же, - продолжил дер Хиир, ощутив ее недовольство, - возможно, Драмлина подбросило в воздух, когда эрбиевая деталь ударила о помост.

Но Элли была абсолютно уверена. Она же видела все собственными глазами. Драмлин хотел спасти ее жизнь. И спас. За исключением нескольких царапин, Элли не получила практически никаких повреждений. Прикрытому стенкой Валериану обрушившаяся перегородка переломила обе ноги. Ей повезло и в остальном: она даже не потеряла сознания.

Но первая ее мысль - едва она поняла, что произошло, - была не скорбь о своем учителе, Дэвиде Драмлине, раздавленном у нее на глазах, не удивление, не благодарность - ведь Драмлин отдал за нее жизнь, - и не беспокойство о недостроенной Машине. Колоссальным звоном в голове отдавались слова: "_Теперь лечу я, теперь им придется послать меня, больше некого, я лечу_!".

Она мгновенно осадила себя, но слишком поздно. Эгоизм и самовлюбленность, неуместные в столь трагический миг, поразили ее. Неважно, что Драмлин иногда вел себя не лучшим образом. Элли с ужасом поняла, пусть и на мгновение, что в ее душе - только суета, планы, работа и никого, кроме себя самой. Но хуже всего было то, что весь этот эгоизм уже не осознавался, она ощутила отвращение к себе. Ее эго не чувствовало за собой вины - только хотело пользоваться правами... Это было ужасно. Элли понимала, что вырвать с корнями подобный жуткий эгоизм не удастся. Придется потрудиться над собой, решила она, пристыдить, даже припугнуть.

Когда явились следователи, она не была расположена к разговорам.

- Боюсь, я не смогу вам сообщить много. Мы шли втроем, и вдруг произошел взрыв... все взлетело на воздух. Сожалею, я не сумею помочь вам. Право, мне бы очень хотелось.

Коллегам Элли сказала, что не желает даже разговаривать о случившемся, и надолго заперлась в собственной квартире; им пришлось послать целый отряд разведчиков, чтобы узнать о ее самочувствии. Она пыталась припомнить каждый нюанс: содержание разговора перед тем, как они вошли в сборочный цех; их беседу с Драмлином по пути в Мизулу и каким был Драмлин, когда она познакомилась с ним в самом начале научной карьеры. Постепенно она поняла, что некоторой своей частичной, не осознавая того, желала Драмлину смерти... еще до этого соперничества за место в экипаже. Она ненавидела Драмлина за то, что он унижал ее перед другими студентами, за его борьбу против "Аргуса"... и за те слова, которые он произнес, увидев изображение Гитлера. Она хотела его смерти. И он _умер_. Так что в известной мере она считала себя виновной в его смерти, хотя в целом эта мысль казалась ей неискренней и притянутой за уши.

А попал бы он сюда, не будь ее на свете? Конечно. Послание все равно обнаружили бы, и Драмлин не смог бы оставаться в стороне. Да, так. Но стал бы Драмлин глубоко интересоваться Машиной, если бы не... ее научная беззаботность? Шаг за шагом перебирала она все возможности. Неприятные старалась обдумать тщательнее: за ними что-то таилось. Элли вспомнила о мужчинах, которые по тем или иным причинам восхищали ее. Драмлин, Валериан, дер Хиир, Хадден... Джосс, Джесси... Стогтон?.. Ее отец.

- Доктор Эрроуэй?

Размышления Элли, пожалуй к ее собственному удовольствию, нарушила плотная блондинка средних лет в платье с голубым узором. Опознавательный ярлычок на обширной груди гласил: "Х.Борк. Гетеборг".

- Доктор Эрроуэй, у вас... у нас такая потеря. Дэвид мне рассказывал о вас.

Конечно же! Легендарная Хельга Борк, напарница Драмлина в подводных экскурсиях, которую не одно поколение учеников Драмлина знало по диапозитивам. Кто же, впервые подумала Элли, фотографировал их? Какой фотограф сопровождал эту парочку на подводные свидания?

- Он говорил мне, что вы были очень близки...

Что она хочет этим сказать? Или же Драмлин и ей успел наговорить всякого?.. На глазах Элли выступили слезы.

- Извините, доктор Борк, я себя еще не очень хорошо чувствую.

Опустив голову, Элли поспешно отошла в сторону.

На похороны прибыли многие из тех, с кем ей хотелось бы повстречаться: ВГ, Архангельский, Готридзе, Баруда, Юй, Си, Деви. И Абоннема Эда, в котором все чаще видели пятого члена экипажа - если у представителей участвующих стран хватит ума поддержать его кандидатуру, думала она, и если эту Машину суждено наконец построить. Взрыв разнес в клочья ее выносливость, на долгие собрания и речи не было сил. Она не хотела выступать, потому что не знала, в какой мере ее слова могут послужить благу проекта, а не собственным амбициям. Все вокруг выражали сочувствие и понимание. В конце концов именно она оказалась ближе всех к Драмлину, когда эрбиевая шпонка расплющила его тело.


µ16. ОЗОНСКИЕ МУДРЕЦЫ§


Бог, которого признает наука, должен быть Владыкой

всеобщих законов - и только. Такой Бог занят общими

делами, а не мелкими подробностями. Ему некогда

приспосабливаться к отдельным личностям.

Уильям Джеймс. "Разнообразие религиозного опыта" (1902)
С высоты в несколько сотен километров Земля заполняет полнеба, и синева, протянувшаяся от филиппинского острова Минданао до Бомбея, которую нетрудно охватить одним взглядом, может разорвать сердце своей красотой. Дом, думаешь ты. Дом. Вот мой мир. Я родом отсюда. И все, что я видела и слышала, родилось там, под этой безжалостной и роскошной синевой.

И ты мчишься на восток к убегающему горизонту от зари до зари, облетая планету за полтора часа. А потом уже начинаешь различать подробности на ее поверхности. Невооруженным глазом можно столько увидеть. Вот-вот внизу вновь появится Флорида. Успел ли тот тропический ураган, что бушевал на просторах Карибского моря, добраться до Форт-Лодердейла? Интересно, хоть одна вершина в Гиндукуше освободилась этим летом от снега? И потом ты восхищаешься аквамаринами рифов в Коралловом море. Или глядишь на ледяную шапку Западной Антарктиды и думаешь: неужели, если она растает, потоп и в самом деле погубит все прибрежные города планеты?

Впрочем, днем отсюда трудно заметить следы человеческой деятельности. Но в ночное время, за исключением полярных сияний, все, что мигает, моргает и светится на Земле, - дело рук человека. Вот залитая светом Северная Америка, световое пятно протянулось от Бостона до Вашингтона, образуя на деле, не по названию, огромный мегаполис. Вот факелы природного газа над ливийской пустыней. Ясные огоньки флотилии японских ловцов креветок в Южно-Китайском море. На каждом витке Земля открывает перед тобой новую повесть. И ты видишь столб дыма над одним из Камчатских вулканов, унесенное бурей с просторов Сахары песчаное облако возле берегов Бразилии, не ко времени охватившие Новую Зеландию холода. И вся Земля предстает перед тобой живым и единым телом. И о ней хочется беспокоиться, ухаживать за ней... делать ей только добро. Границы между странами невидимы - словно параллели и меридианы, как тропики Рака и Козерога. Но границы эти произвольны. А реальна - планета.

Потому-то космические полеты и подрывают устои. Все побывавшие на орбите счастливцы после недолгих раздумий приходят к одинаковым мыслям. Государства создавали космические аппараты ради своего престижа, так что есть некая ирония судьбы в том, что вступившему в космос Земля кажется единым миром.




Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   31


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет