Категория «социального» в современной педагогике и психологии



жүктеу 11.73 Mb.
бет47/58
Дата15.02.2019
өлшемі11.73 Mb.
түріСборник
1   ...   43   44   45   46   47   48   49   50   ...   58

© 2014


Yu.S. Surzhikova, instructor of the department of English and its methodology

Uman State Pavlo Tychina Pedagogical University, Uman (Ukraine), julietta1791@mail.ru

УДК 130.123.4:37.0



ТРАНСФОРМАЦИЯ ДУХОВНИХ ЦЕННОСТЕЙ ЧЕЛОВЕКА В ДИНАМИКЕ СОЦИАЛЬНОЙ РЕАЛЬНОСТИ: ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЙ АСПЕКТ

© 2014


О.В. Твердовская, кандидат философских наук, ведущий научный сотрудник

Институт одаренного ребенка НАПН Украины, Киев (Украина), ollvia@ukr.net
Современная система образования в своих основных стратегиях направлена на воспитание и развитие разносторонне осведомленного, общеознакомленого с наработками фундаментальных дисциплин человека, способного к выявлению аналогии полученного теоретического знания с реальностью. Кроме этого, все больше пропагандируются такие образовательные подходы, которые были бы способны обеспечить условия формирования так называемого «успешного» человека, который может осуществиться и реализоваться в обществе. В рамках становления такого типа человека исследователи обращают внимание на неотъемлемую и определяющую роль развития его аксиологического потенциала, значения духовных ценностей. Сегодня же, к сожалению, наблюдается дефицит внимания относительно воспитания духовного стержня человека, ведь фокус приходится на формирование человека «массового», среднего, общеобразовательного типа. «Безнравственность сейчас стала стандартом, и кто только не щеголяет ею», писал Х. Ортега-и-Гассет [11, с. 162].

Усиленное внимание к роли и значению духовных ценностей в процессе приобретения образованности обусловлена не только развитием способности к самореализации, но и другими проблемами современности. В частности, такими проблемами являются: угроза прекращения будущего существования человечества, сохранение мира на земле и обеспечение бытия частного мира личности. С. Крымский и Ю. Павленко в книге «Цивилизационное развитие человечества» отмечают, что «мощное развитие науки порождает угрозу термоядерного уничтожения, античная любовь к истине была скомпрометирована цинизмом знания, ориентированном на выработку оружия массового уничтожения, то есть лишено моральных горизонтов» [8, с. 274].

Важной задачей является выработка таких ориентиров отношения и способов взаимодействия человека и мира, которые бы сделали возможным их гармоничное дальнейшее сосуществование. «Несмотря на впечатляющие достижения человеческого рода в различных отраслях, вряд ли приходится говорить о его заметном нравственном восхождении», пишет Г. Киселев [6, с. 3-4]. Образование и наука, которые не является ценностно-ориентированными, являются опасными. Именно поэтому необходимо не только обращение образования к сфере духовности, но и изменение парадигмы мироотношения, принципов образовательной системы, формирование духовно-богатой личности. Ведь образовательная деятельность, наполненная духовным и нравственным содержанием, является необходимым источником прогресса и развития личности, культуры, науки.

Диспозиция аксиологических и когнитивных компонентов содержания образовательного процесса обусловливает девальвацию духовных составляющих. Реальность лишает прежние ценности их значения, переориентирует человека на другие смыслы бытия. Х. Арендт пишет, что ценности «потеряли то свойство, которое первоначально присуще всем объектам культуры, свойство приковывать наше внимание и волновать нас. Когда это произошло, люди начали говорить о «девальвации ценностей», а завершение всего процесса настало с «распродажей ценностей» [1, с. 212]. «Массовое общество, вместе с тем, стремится не к культуре, а к развлечениям, а те продукты, которые предлагает индустрия развлечений, фактически потребляются обществом точно так же, как и другие товары широкого потребления. Продукты, необходимые для развлечений, служат для удовлетворения жизненных интересов общества, хотя могут быть и не такими необходимыми для жизни, как хлеб и мясо. Они служат для того, чтобы, как говорят, помочь убить время...» [1, с. 213-214].

Прогресс современного общества сопровождает обострение ряда противоречий. Характерной чертой является изменение характера межличностных отношений, которые оказываются все менее устойчивыми. Ускоренная трансформация и девальвация ценностных систем повышает вероятность существования различий индивидуальных и групповых ценностных ориентаций. Современное общество характеризуется потерей согласия, неспособностью прийти к единому стандарту поведения, общим правилам, языка и т.п. Такая мозаика ценностных ориентаций порождает резкий рост субкультур, увеличивает степень конфликтогенности общества.

В. Ильин отмечает, что «по мере развития хозяйственной системы, наполнение жизни товарами, торгово-экономическими услугами, демократизацией общественной жизни, смягчением социального напряжения, переходом от личной зависимости к зависимости только вещественной, экономической происходили изменения в оппозиции материального и духовного. Антиматериальные ценности утратили способность вносить смысл и смыслообразующий порядок в жизни человека и общества» [5, с. 476-477]. Ценности становятся такими, которые рассчитаны не на индивида (целостного, динамично устойчивого), а на «дивида» (не гармоничного, замкнутого), не в инициатора, а на конформиста, не в создателя, а на потребителя и т.д.

Вместе с тем, говорить об отсутствии ценностей, «бездуховность» некорректно. В. Ильин отмечает, что «постчеловек духовен такой же степенью, как и человек эпохи Просвещения. Только духовность у нее другая-рациональная, техническая, прагматичная, «денежная» [5, с. 498]. «Невозможно сегодня сохранить былую духовность («нематериальность»), так как это означает, помимо всего другого, отказ от современного материального благосостояния, комфорта, удовольствий, тепла, чистоты, удобства, сытости, разнообразия услуг, уюта» [5, с. 479]. П. Козловски заметил, что в современном обществе, основанном на обмене, возникает нравственная проблема: индивиды хотят пользоваться преимуществами нравственного состояния, но при этом не участвовать в расходах на него, заключающихся в ограничении неэтичных побуждений. Чем больше и безличностнее общество, тем сильнее стимул для индивида нарушать правила за счет других [7, с. 39]. По мнению автора, этика тематизирует единство жизненного мира по отношению к дифференцированным целям и оценкам деятельности с точки зрения образовательных, деятельностных, экономических и других ценностей и принципов.

Действительно, аксиологические горизонты нового гуманизма представлены ценностями конструктивного и продуктивного развития индивидов. «Опьяненные прогрессом теоретического познания и практики, наблюдаемым в наше время, мы забыли позаботиться о прогрессе духовности человека», отмечает А. Швейцер [16, с. 234]. Тем не менее, попытки восстановить роль и значение духовных ценностей в процессе приобретения индивидом образованности сегодня не лишены смысла. В контексте современности показатель образованности (как следствие приобретения определенной системы знаний) должен включать духовные качества человека, основы формирования ценностно-ориентированной личности. Ведь культурные достижения в обществе зависят, прежде всего, от духовных качеств человека.

Приобретение образованности в данном случае выступает как склонность или способность личности к постоянной инициативной активности по самосовершенствованию собственных компетенций. Образованность оказывается как открытая диссипативная система, которая обменивается информацией со средой, претерпевает постоянные трансформации. Основными духовными ценностями, которые являются необходимым условием становления и осуществления личности в контексте динамики образованности являются: совесть, воля, доверие, ответственность, обязанность, психологический климат, компетентность, настойчивость, целеустремленность, самосовершенствование, «сродный» труд и т.п.

Духовная ценность «совесть» – это одна из ведущих категорий этики, наиболее сложное структурно-функциональное образование нравственного самосознания личности и инструмент общественной оценки. Совесть характеризует способность личности осуществлять нравственный самоконтроль, самостоятельно формулировать для себя нравственные обязательства, требовать от себя их выполнения и производить самооценку собственной деятельности. Достаточно сложным вопросом в этике всегда был вопрос о природе совести, ее возникновении, разнообразии ее проявлений, ведь совесть регулирует такие действия человека, о которых известно только ему самому, только совесть оказывается единственным моральным судьей человека, безличной, но беспощадной силой самоанализа и самоконтроля личности. Совесть проявляется как в форме рационального осознания нравственного значения совершаемых действий, так и в форме эмоциональных переживаний (раскаяние, стыд и т.д.). Нехватка совести человека в любой деятельности утверждает вседозволенность, пренебрежение ориентирами других субъектов и их деятельностью.

Духовной ценностью, которая является способностью личности достигать поставленные цели в условиях преодоления препятствий, возникает самодисциплина или воля. Воля – это феномен регуляции собственной деятельности и поведения, который обеспечивает формулирование целей и концентрацию внутренних усилий на их достижение. Человек, который осуществляет волевые действия, противостоит импульсивным, сиюминутным желаниям; реализует дисциплину, настойчивость, самоконтроль. За счет этого контроля приобретается возможность действовать вопреки мощной мотивации или игнорировать сильные эмоциональные переживания. Волевые качества не даны человеку от рождения, они формируются в результате жизненного опыта под влиянием воспитания и образования. Развитие воли у ребенка, начиная с раннего детства, осуществляется за счет осознанного контроля над конкретными поступками при усвоении определенных правил поведения. Положительные качества воли, выявления ее силы способствуют успешной и эффективной жизнедеятельности личности. К волевым качествам часто относят мужество, настойчивость, решительность, самостоятельность, самоконтроль и т.д. Воля является основой самовоспитания, самосовершенствования и самореализации личности.

Ф. Фукуяма в работе «Доверие» отмечает, что любое общественное образование и степень его развития в значительной степени зависят от такой духовной ценности как взаимное доверие, которое, в свою очередь, обусловлена существующей культурой. Доверие – это ожидание, которое возникает у членов общества, что другие участники будут вести себя более или менее предсказуемо, честно и с вниманием к окружающим, в соответствии с некоторыми общими нормами [15, с. 52]. Общество, где царит доверие, способно организовать жизнедеятельность людей эффективнее и в более гибком режиме, приобретает кроме других, экономические преимущества. Отсутствие доверия может ограничивать общественный прогресс, ведь люди в таких условиях могут работать только в пределах определенных правил и регламентаций. «Не уменьшая роли договора и эгоистического интереса, надо сказать, что наиболее действенные организации имеют иную основу – коллектив, объединенный общими этическими ценностями. Членам таких коллективов не нужна подробная контрактно-правовая регламентация их отношений, так как существующий между ними моральный консенсус является базисом их взаимного доверия» [15, с. 53]. Таким образом, доверие между членами общества способствует реализации прогрессивных форм общественного развития, появлению различных типов социальных контактов.

К. Мацусита отмечает, что «завоевание доверия требует времени, потерять же его можно в один миг» [10, с. 30]. Ф. Фукуяма утверждает, что уровень доверия в конкретном общественном образовании имеет культурные корни и влияет на уровень развития общества. Чем шире круг доверия, тем выше развитие общества. Автор проводит параллель между ролью семьи в обществе и способностью к созданию крупных и устойчивых социальных структур. Культуры, в которых базовым институтом социализации является семья, менее подвержены сложным образованиям и требуют в этом активной помощи государства. Напротив, культуры, способствующие добровольным объединениям, могут самостоятельно, без государственной поддержки, создавать большие и устойчивые социальные структуры. На этом примере Ф. Фукуяма показывает, что чем больше масштаб доверия, тем эффективнее общественный прогресс.

В рамках приобретения образованности, общественного прогресса как такового, одной из определяющих духовных ценностей является ответственность. Ответственность – это специфическая для зрелой личности форма саморегуляции и самодетерминации, выражающаяся в осознании себя как причины совершаемых поступков и их последствий, в понимании и контроле своей способности выступать причиной изменений (или противодействием изменений) в окружающем мире и в собственной жизни. Ответственность выступает как конкретное фундаментальное требование, которое деятельностный человек должен признавать как значимую и необходимую предпосылку для любой аргументации в реальной социальной общности. Эта духовная ценность, в макроетическом контексте, делает возможным дальнейшее существование человечества, преодоление угрозы катастроф планетарного масштаба. Ответственная деятельность должна исходить не из субъективных позиций и преимуществ, а с формулирования и реализации общего фундаментального требования моральной ответственности за всю предыдущую, современную и будущую человеческую деятельность.

Х. Йонас отмечает, что «императив, который отвечал бы новому типу человеческой деятельности и был бы направлен на новый тип субъекта действия, должен звучать так: «Поступай так, чтобы последствия твоей деятельности согласовывались с продолжением аутентичной человеческой жизни на земле», или, если это выразить в отрицательной форме: «Поступай так, чтобы последствия твоей деятельности не были разрушительными для будущей возможности жизни как таковой»...» [4, с. 27-28]. Значимым является осознание субъектом обучения, что принимая определенное решение относительно деятельности человек должен учесть позицию всего идеального коммуникативного общества и возможное влияние на него. Идеальное коммуникативное общество представляет собой трансисторическое единство всех реально и потенциально существующих людей, которые признаются равноправными. Возможность конвенции действует как регулятивный принцип, как идеал для общества, определяет понимание в реальном коммуникативном обществе. Реальное коммуникативное общество должно постулировать, как образец, идеальное коммуникативное общество, руководствоваться принципами макроетики. Макроетические принципы воплощены в открытой дискуссии для достижения консенсуса, для поиска оптимального решения касательно дискуссионных социально важных вопросов. Процесс достижения консенсуса должен базироваться на принципе публичности, решения должны приниматься не кулуарно, а путем всестороннего и всеобщего обсуждения. Макроетика может показаться утопией, ведь человек не захочет взять на себя ответственность за непредвиденные последствия современного индустриального общества, каждый вычисляет только выгоду собственной деятельности. Однако в условиях угрозы существованию человечества макроетика является необходимой и всеобщей, ведь нередко одна общественная группа выиграет от определенного вида деятельности, а на другие ложится бремя последствий.

Обязанность трактуется как общественная необходимость и является совокупностью моральных обязательств человека перед обществом. Она выступает как нормативная категория, регламентирующая социальные обязательства, которые должен выполнять индивид в силу общественной необходимости. А. Швейцер справедливо отмечал, что «чем шире сфера деятельности человека, тем чаще ему приходится приносить свои чувства в жертву общественному долгу» [16, с. 226]. Проблема долга является проблемой соотношения личного и общественного интереса. «Массовый человек просто лишен морали, поскольку суть его – всегда в подчинении чему-то, в осознании служения и долга», писал Х. Ортега-и-Гассет [11, с. 163]. Хотя обязанность как таковая детерминирует, даже ограничивает деятельность человека, вместе с тем, такая регламентация активности делает возможным порядок сожительства людей в обществе.

П. Друкер в работе «Эффективный руководитель» подчеркивает определяющую роль в бытии человека такой духовной ценности как психологический климат. Если группе людей, которые занимаются образовательной деятельностью, удалось создать непринужденный психологический климат, то таким образом они создали основу для продуктивного образовательного процесса. Другими словами – эффективность деятельности зависит от психологического климата, сложившегося в коллективе. Поддержание благоприятного психологического климата предусматривает следующие составляющие: коммуникацию, коллективную деятельность, саморазвитие и развитие других. Коммуникация, будучи процессом взаимопонимания в общении между людьми, часто является усложненной, ведь обусловлена статусом человека. Различные статусы делают невозможным вести коммуникативный процесс на равных. Так, у учителя всегда есть выбор: занимать доминирующую, руководящую, требовательную роль или рекомендательную, координирующую позицию по отношению к ученикам.

Основной задачей участников коммуникативного процесса является предоставление определяющей роли не статусу, а оперированию достаточными рациональными основаниями аргументации. Примером эффективного координирования учебно-воспитательного процесса является эвристический диалог. Эвристический диалог (от греч. «нахожу», «изобретаю») – это метод обучения, который предусматривает, что учитель целесообразно поставленными вопросами и сформулированными посылками стимулирует учащихся к формулировке самостоятельных выводов, новых вопросов, закономерных правил, используя имеющиеся аргументы, знания, наблюдения и т.п. Это синергетический метод творческого взаимодействия преподавателя и учащихся, имеющий целью разрешение проблемной задачи с помощью определенных вопросов поискового характера для активизации учащихся к самостоятельному поиску истины.

Сфокусированность на вкладе в общее дело ведет к появлению коммуникативного процесса и делает возможным коллективную деятельность. Эффективная коллективная деятельность предполагает совместную деятельность группы людей, обладающих различными знаниями и навыками, на добровольной основе, согласно логике ситуации, а не в силу формальной регламентации или субординации. Коллективная деятельность возможна при условии профессионального и ответственного отношения к конкретному делу каждого субъекта. Индивидуальное саморазвитие, самосовершенствование в значительной мере зависит от сосредоточенности на вкладе в общее дело. Ведь ребенку интересно до тех пор, пока интересно учителю. Человек, сконцентрированный на личном вкладе, стимулирует развитие других. Итак, поддержка непринужденного психологического климата способствует повышению эффективности и совершенствованию образовательного процесса.

Эффективность понимается П. Друкером как умение во всем достигать оптимального результата: «... эффективность – это привычка, навык, то есть определенная совокупность методов труда. А методам, как известно, можно научиться» [2, с. 250]. Эффективность возможна и действительна при следующих условиях: контроль за рабочим временем, направленность на конечный результат деятельности, ориентация на сильные и надежные субъективные и объективные преимущества, определение приоритетов, последовательность в деятельности и т.п. По П. Друкеру, «без эффективности вы не достигнете высоких показателей деятельности, сколько бы знаний и усилий не вкладывали в нее и сколько бы времени она не занимала. Эффективный руководитель быстро становится важным ресурсом общества...» [3, с. 10]. Эффективным руководителем в данном случае выступает учитель, наставник. Саморазвитие успешного руководителя – определяющая потребность развития любой организации.

Компетентность как значимая духовная ценность образованного человека является как насущное требование современности. К сожалению, проблема некомпетентности, непрофессионализма в конкретной отрасли характерна для современного общества. Компетентность – это владение и умение оперировать достаточным количеством знаний и информации для решения определенной задачи. Конечно, нельзя быть компетентным во всем. «Знание, когда речь идет о его практическом применении, может быть эффективным только в случае, когда оно специализированное. По сути, чем более специализированнее знание, тем оно эффективнее», отмечает П. Друкер [2, с. 369]. Отличный специалист узкого сегмента человеческой деятельности всегда более оценен, чем человек, который знает все, но поверхностно.

Несмотря на это, современная система образования, в основном, ориентирует ученика на получение объема общеобразовательных постулатов, получение багажа разнородной информации, которое невозможно оформить в целостную когнитивную систему. Нелинейная динамика развития реальности и общества приводит к фрагментарности представлений и знаний человека. У субъекта обучения снижается способность устанавливать причинно-следственные связи между отдельными элементами реальности, разрозненным информационным материалом и знаниями по различным дисциплинам. Одна из определяющих особенностей синергетического подхода к анализу образовательного процесса – это возможность создания единой, целостной, динамично устойчивой картины мира. Синергетика, как наука, изучающая динамические системы как целостные, открытые, диссипативные образования, является важным методологическим основанием в контексте образовательного процесса, освоения соответствия тождества бытия и мышления.

Значительную роль в получении компетентности человека имеют духовные ценности, настойчивость и целеустремленность как способности и умения системно направлять собственные усилия на реализацию определенной цели. «Умение и труд все перетрут», утверждает народная мудрость. Настойчивость и целеустремленность предусматривают, что способности человека приобретают целесообразность, а, следовательно, определенный вектор бытия. Однако, следует отметить, что ни одна, даже наилучшим образом спланированная, целесообразность не может исключать ошибки, выбор ложных путей реализации желаемой цели. Ведь, «не ошибается тот, кто ничего не делает». Однако, «умеешь ошибиться, умей и исправиться». В случае предположения ошибки человек приобретает собственный опыт, знания, совершенствует пути реализации запланированного. К. Мацусита отмечает, что «учитывая свои слабости, вы сможете найти наилучший путь для приложения усилий» [10, с. 91]. Настойчивость, целеустремленность, стремление избежать ошибок предусматривают внутреннюю установку человека на постоянное самосовершенствование и самореализацию.

Предположение ошибки в контексте синергетической парадигмы можно толковать как обретение системой (субъектом обучения) состояния динамического хаоса. Хаос (потеря равновесия, динамической устойчивости) играет конструктивную роль в образовательном процессе, ведь утверждает необходимость борьбы вариативности, настойчивости в учебе, усилий в получении знаний, выбора стратегий, в результате которых возникает другое целостное, диссипативное, упорядоченное представление о действительности. Ученик рассматривается как система, которая непрерывно развивается, совершенствуется, осуществляет выбор собственного вектора с вариативного бытия, многофакторной среды. Такое становление личности возможно и действительно вследствие открытости, дисипативности, приобретения творческой энергии.

Поиск человеком собственной профессиональной направленности связан с определением пути его развития, дальнейших жизненных ориентиров, ведь профессиональная деятельность занимает существенную часть человеческой жизни. Богатым, свободным, социально значимым является человек, который способен гармонично соединить любимую работу и получение достаточного вознаграждения за труд. Главным средством достижения подобной гармонии служит поиск «сродного» каждому индивиду средства жизнедеятельности. Только в «сродном» труде (деятельности, соответствующей природе каждого отдельного человека и общественно полезной) человек в состоянии раскрыть свою натуру, «особство», писал Г. Сковорода [12, с. 323]. Всепобеждающую силу «сродного» труда философ образно сравнивал с силами природы, которые ломают все на своем пути. Любая деятельность не может приносить только удовольствие, ведь требует усилий, но если человек избрал «сродный» труд, то он способен приложить волю, настойчивость и целеустремленность, чтобы найти потенциал для самосовершенствования. К. Мацусита замечает, что «если вы хотите жить правильно, то, что вы думаете должно быть согласовано с тем, что вы делаете» [10, с. 92]. В такой профессиональной деятельности разворачиваются сущностные силы человека, его духовность, открываются новые горизонты реальности и жизненных возможностей.

«Человек благоразумный, деятельностный, справедливый, твердый, трезвый представляется счастливым, спокойным и наиболее способным осчастливить окружающих его людей. Безрассудный, дерзкий, ленивый, разнеженный, распутный человек всегда дает вред самому себе и делает несчастными всех, кто приближается к нему», – учил А. Смит [13, с. 187]. А. Маслоу отмечает, что «опыт последних лет наглядно продемонстрировал нам, что материальный достаток (т.е. удовлетворение потребностей низших уровней) может служить предпосылкой возникновения таких патологических явлений как скука, эгоизм, чувство элитарности, «заслуженного» превосходства, остановка личностного роста. Очевидно, что пребывание на низших уровнях мотивационной жизни, жизни посвященной удовлетворению потребностей материального плана, не может надолго удовлетворить человека» [9, с. 122].

Доминирование материальных, стандартизированных, потребительских апелляций к бытийному развитию дискредитирует духовные порывы, в частности способность человека к творчеству. Вместе с тем, потребность в активном развитии творческого, интеллектуального потенциала каждого человека, нации, общества в целом является особенно актуальной. В реализации этой задачи ведущая роль принадлежит образованию, обучению, воспитанию, ведь творческая личность – это целостный комплекс определенного масштаба знаний, умений и навыков, непрерывного процесса самосовершенствования и кропотливого труда. Однако практика показывает, что процесс обучения творчества еще не стал нормой в образовательных учреждениях. Это означает, что человековедческим аспектам обучения и воспитания, к сожалению, не всегда отводится должное место.

Итак, образованность, как результат и процесс освоения конкретной, открытой, динамично устойчивой, диссипативной системы знаний, неразрывно связан с формированием духовных качеств и ценностей человека. Приобретение образованности, сам образовательный процесс с необходимостью должен включать в себя аксиологический смысл, ведь формирование личности в пределах нивелирования ценностных ориентиров демонстрирует ограниченность, закрытость, примитивность человеческого мышления и потенциала. Э. Фромм отмечает, что перспектива бытия «больного общества» заключается в преобразовании его на принципах самосовершенствования и реализации духовного, творческого потенциала человека на основе доминирования жизнелюбия [14, с. 31]. Формирование духовно-богатой, ценностно-ориентированной личности, которая является совестливой, волевой, ответственной, компетентной, упорной, целеустремленной, пользуется доверием, обязанностью, находит «сродный» труд, комфортный психологический климат, совершенствует, переориентирует человека на рациональное использование собственных сущностных сил, жизненного пространства, на совершенствование форм и видов деятельности, на бережное отношение ко всем формам живого.




Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   43   44   45   46   47   48   49   50   ...   58


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет