Книга 3 И. Медведева Ученичество Александра Медведева



жүктеу 4.18 Mb.
бет8/17
Дата02.04.2019
өлшемі4.18 Mb.
түріКнига
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   17
на память видение ее яркого халатика, прощально взметнув­шегося над длинными стройными ногами.

Я остался один в полуразгромленной комнате в полном смятении чувств. Несколько минут мне потребовалось, чтобы прийти в себя. и. опасаясь, что в любую минуту здесь может появиться Лена. я, преодолевая предательскую слабость в но­гах, поднялся и принялся наводить в комнате порядок. Затем я рухнул на кровать и заснул, как убитый.

На следующее утро все происшедшее показалось мне не­вероятным и чарующим сном. Мы так больше и не встрети­лись, но я навсегда запомнил волшебное ощущение мимолет­ной тайной связи, контакт сердец, когда я смотрел на свою вчерашнюю любовницу из переполненного концертного зала, Не зная, видит ли она меня, но когда она пела и танцевала на сцене, мне казалось, что ее песня обращена именно ко мне.

Наши глаза встречались, создавая неповторимое чувст­во, многократно усиленное связавшей нас навсегда общей тайной, тайной мимолетного, но столь насыщенного контак­та двух тел. тайной восхитительного и несравненного при­ключения.

Ради этих минут я. мысленно попросив прощения у Учителя, даже остался в Ялте еще на один день специально для тогo, чтобы побывать на концерте и увидеть выступление моей вчерашней возлюбленной.

Еще одна запомнившаяся мне связь случилась уже после

того, как Учитель уехал на Дальний Восток.

В то время я. оставив научную и преподавательскую ра­боту в сельхозинституте, устроился работать художником-макетчиком второго разряда. Это был достаточно решитель­ный, хотя в некоторой степени и вынужденный шаг. Мама уже много лет болела раком, ей делали операцию за операци­ей. было невозможно обойтись без традиционных подарков врачам и медсестрам и дорогостоящих лекарств. К сожале­нию, зарплаты младшего научного сотрудника нам катаст­рофически не хватало. Последней каплей, переполнившей чашу моего терпения оказалась продажа моим научным ру­ководителем написанной мною диссертации одному из кав­казских клиентов, заплатившему за нее более чем щедро. Го­товить новую диссертацию, которая тоже, возможно, пойдет в фонд помощи кавказским народам и нечистому на руку про­фессору, мне не хотелось, и я подал заявление об уходе.

Так я стал художником-макетчиком и уже несколько лет более или менее успешно подвизался на этом поприще. Для начала я попал в так называемую "дикую бригаду", руководи­тель которой за свое сходство с классиком марксизма-ленинизма получил кличку Карл Маркс. Это был очарова­тельный человек, одаренный прекрасным организаторским талантом и щедрой душой.

Он неизменно заботился о членах бригады, терпеливо опекая еще не успевших приобрести профессиональные на­выки новичков, одним из которых оказался я.

"Дикие бригады" занимались всем подряд - от изготовле­ния скульптур и памятников до отделки внутренних помеще­ний магазинов и лекционных залов.

Некоторое время спустя Карл Маркс устроил меня в ремонтно-строительное управление, в бригаду одного велико­лепного художника, исключительно веселого малого, обла­давшего к тому же уникальной способностью целиком, по са­мое запястье засовывать в рот собственный кулак. Он с азар­том проделывал на спор этот трюк, и, несмотря на то. что его рот в открытом состоянии производил неизгладимое впечат­ление. бригадир мог похвастаться вполне симпатичной внешностью.

Оказалось, что главный инженер организации, в которой я работал, в свое время был учеником Эльюнси Мухаммеда, о котором я уже упоминал в книге 'Тайное учение даосских воинов". По этой причине им заинтересовалось КГБ. и. по­скольку он был очень милым человеком, я оказал ему услугу, избавив от целого ряда неприятностей. В знак благодарности он начал выдвигать меня на должность одного из будущих руководителей нового, только создаваемого цеха по изготов­лению товаров народного потребления.

Поскольку последние годы застоя проходили под лозун­гом "Дать народу больше товаров хорошего качества", наше руководство поддержало почин, и меня вместе с Димой, пле­мянником одного из руководителей предприятия, направили В Закарпатье, где мы должны были научиться плести из лозы и кукурузного листа те самые столь необходимые народу то­вары хорошего качества.

Мне нравилось путешествовать. Ли говорил мне. что, уезжая из привычных мест обитания, покидая родной очаг, человек заставляет свой организм по-новому воспринимать мир. и его ощущения обостряются, становясь более насы­щенными и разнообразными.

Наше путешествие оказалось исключительно приятным. Для начала мы прибыли в Ужгород, где женщины местного облпотребсоюза встретили нас с распростертыми объятиями. Сытые и довольные, из ресторана мы отправились в гостини­цу. Нам объяснили, что завтра нам предстоит отправиться в Хуст, и что нас будут передавать по цепочке.

На следующий день мы приехали в Хуст и встретились с одним из руководителей предприятия по плетению. Это был очаровательный болгарин, который тут же пригласил нас в ресторан "Окунь", раскинувшийся над живописной рекой, в еще не полностью отравленных водах которой водились он­датры, утки и форель.

Фирменным блюдом ресторана "Окунь" была форель. Мы с удивлением и восхищением наблюдали, как наш новый зна­комый одну за другой ловко уничтожает покрытые золоти­стой корочкой рыбки, неустанно подзывая официанта и зака­зывая все новые и новые порции.

Я никогда не жаловался на плохой аппетит, но порции были поистине королевскими, и уже после третьей я понял, что неспособен к дальнейшим подвигам. Дима оказался еще слабее, и сошел с дистанции на второй порции.

Когда я с сожалением был вынужден признать, что уже не в силах съесть даже крошечный рыбий хвостик, мое внимание обратилось на болгарина, и только тут я оценил совершенство техники, с которой он уничтожал рыбок. Я не стал

бы даже и пытаться повторить этот трюк, поскольку природа не наделила меня специальным инструментом в виде огром­ной. как у джинна из арабских сказок, нижней губы. Мне пришло на ум выражение из 'Тысячи и одной ночи": "на одну губу лег, другой укрылся".

Болгарин аккуратно укладывал форель на свою нижнюю губу, делал ею неуловимое отточенное движение, сопровож­дающееся аппетитным причмокиванием - и аккуратно откла­дывал в сторону уже полностью очищенный от мяса рыбий скелет. Не прерывая этой захватывающей процедуры, он ухитрялся еще и говорить, хотя речь его при этом здорово на­поминала выступления Гайдара по телевидению.

- Вы знаете, чмок, - говорил он, - а ведь это трудное дело, чмок, доставить вас в Вышково, чмок, потому что, чмок, это приграничная зона, чмок, и пропуск вы должны были, чмок, заказать минимум за полгода, чмок.

Чертыхаясь про себя по поводу нашего бестолкового на­чальства, ухитрившегося отправить нас в закрытую зону без необходимых документов, мы принялись умолять местного джинна совершить чудо и оставить нас в этом райском краю. Мы уже настроились на полтора месяца развлечений, и воз­вращаться в Крым к изрядно поднадоевшим занятиям нам не хотелось.

В те годы большинство советских граждан, претерпев необходимые для выживания психологические мутации за время сталинских репрессий, выработали инстинктивное шестое чувство, которое я про себя называл "нюх на стука­чей".

При виде нашего неподдельного разочарования и ис­кренних реакций, болгарин понял, что, если он пойдет ради нас на нарушение закона, мы не помчимся закладывать его в ближайшее отделение Комитета.

- Ладно, чмок, - сказал он. - Придется, чмок. провезти вас. чмок, через контрольный пункт, чмок, в багажнике моей машины, чмок.

Поскольку багажник оказался слишком маленьким для нас двоих, наш добрый джинн вынужден был сделать две езд­ки, но так или иначе, мы в конце концов очутились в Вышко­во - небольшом уютном поселке рядом с венгерской границей. Там нас должны были посвятить в тонкости плетения из ку­курузного листа.

В поселке жило много венгров, и меня приятно удивили чистота и аккуратность крестьянских хозяйств, добротные. красивые и вылизанные до блеска, как снаружи, так и внут­ри, крестьянские дома и дворы.

По рекомендации болгарина мы сняли комнату в доме его знакомых, и хозяева приняли и накормили нас с такой те­плотой и радушием, что мы почувствовали себя как дома.

На следующий день нам предстояло идти на работу. Приятным сюрпризом оказалось то. что Вышково предпочи­тало жить по венгерскому времени, поскольку антенны их те­левизоров беспрепятственно ловили венгерские передачи, го­раздо более интересные, чем бесконечные фильмы в стиле соцреализма, идущие по советским каналам.

Венгерское время отставало на два часа, так что на рабо­ту мы пришли не в девять, как должны были, а в одинна­дцать. В первый же день, уже немного освоив изготовление из кукурузного листа сумочек на деревянных рамочках, мы при­обрели множество новых друзей, поскольку я, пользуясь ме­тодами, показанными мне Учителем, ухитрился снять голов­ную боль у одной из работниц цеха.

После этого наша жизнь превратилась в непрерывный праздник. Моя основная забота была вовремя появиться по очередному приглашению в гости. Мы перемещались из дома в дом, плотно закусывали под приятную беседу, а затем я ле­чил очередной недуг друзей, родственников и знакомых моих новых знакомых. Короче, мы попали в рай, и одной из очаро­вательных обитательниц этого рая оказалась Эржика. вели­колепная женщина с цветущими формами и пылающими здоровым румянцем щеками, дочь людей, в доме которых мы квартировали.

Я познакомился с Эржикой на третий день пребывания в Вышково. когда она зашла в гости навестить своих стариков. Уже в момент знакомства между нами возникло мимолетнее чувство обоюдного влечения. В тот же день она пригласила нас на шашлыки на знаменитую пограничную речку Тису.

Приятный разговор за благоухающим луком, лимоном и костром мясом на острых шампурах, неторопливая прогулка по берегу реки быстро и как-то незаметно сблизили нас, и к вечеру мы с Димой оказались дома у Эржики. где она позна­комила нас со своей подругой.

Прощаясь и уже собираясь идти домой, я, повинуясь вне­запному внутреннему импульсу, провел рукой по внутренней стороне ее ноги. от лодыжки к колену. По телу девушки про-

бежала дрожь, и ровным, будничным голосом она сказала:

- Если хочешь, ты можешь остаться.

Дима растерялся, но. поскольку покинуть даму в подоб­ной ситуации я не мог. ему, проводив подругу Эржики. при­шлось отправиться домой одному.

Моя новая подруга сказала, что она разведена. От брака у нее остались двое детей, мальчик и девочка, но сейчас они спали, и ничто не могло помешать захлестнувшей нас стра­сти.

Меня очаровало ее слегка полноватое цветущее тело, ис­ходящий от него волнующий и пряный запах. С первого дня в местных женщинах меня поразило обилие исключительно длинной растительности у них под мышками, вызывающее навязчивые ассоциации с животным царством, но у Эржики подмышки были гладко выбриты, и это добавляло ей допол­нительное очарование.

Так начался мой полуторамесячный роман с этой чудес­ной добродушной венгеркой. Дни летели, незаметно сменяя друг друга. С Димой и ее подругой мы вместе ездили по все­возможным историческим местам, в Рахов. в курортные мес­течки, к целебным источникам Закарпатья. Мы ели в не­больших уютных ресторанчиках, и в один прекрасный день нам с Димой даже удалось нелегально пересечь границу.

В тот день по случаю какого-то праздника граница была открыта для местных жителей. В Венгрии их ожидала ярмар­ка. национальные пляски и развлечения. Друзья облачили нас с Димой в национальные венгерские костюмы, а для большей конспирации всунули нам в руки бидоны не помню уж с чем, предназначавшимся для продажи на ярмарке.

Когда мы. принаряженные соответствующим образом. проходили мимо группы советских туристов, отдыхавших в закрытом санатории Закарпатья, кто-то из них громко ска­зал:

- Смотрите, какие рослые и красивые венгры! Хотя я и не был венгром, мне понравился ход их мысли. Пусть мне так и не удалось реализовать детскую мечту о карь­ере разведчика, в этот день я чувствовал себя почти настоя­щим шпионом, ухитрившимся, хотя и ненадолго, ускользнуть за пределы нашего столь бдительно охраняемого государства. Границу мы пересекли беспрепятственно, и я впервые в жиз­ни оказался на территории иностранного государства. Друзья ссудили мне немного венгерских денег, и я. сев на рейсовый автобус, уехал вглубь страны, с интересом рассматривая мелькающие за окном пейзажи.

Я успел вернуться к концу праздника и так же без при­ключений миновал пограничный пост и ступил на родную землю.

От природы одаренная чувственностью и ярким сексу­альным темпераментом. Эржика приятно удивила меня ис­кусством своей работы с интимными мышцами. Самое инте­ресное. что эта простая венгерская девушка, выросшая в глу­бокой провинции не имела не малейшего представления о техниках восточного секса и о даосских упражнениях по раз­витию интимных мышц. Она пришла к этому самостоятель­но, интуитивно выполняя упражнения по сжатию влагали­щем пальцев или других, вкладываемых в него предметов.

То, как влагалище Эржики охватывало мой член, каза­лось мне твердым, но сладостным пожатием влажной и теп­лой руки. которая, перебирая пальцами, массировала мой по­ловой орган снизу вверх и сверху вниз. Это напоминало мне Лин. хотя, конечно. Эржика не достигла высот интимных техник, которыми в совершенстве владеют азиатские прости­тутки высокого класса и женщины, практикующие их в рам­ках восточных эзотерических учений.

Лин ухитрялась работать интимными мышцами даже будучи совершенно неподвижной и расслабленной. Эржике же было необходимо подкреплять сокращения влагалища ритмичными движениями тела, но тем не менее секс с ней был просто великолепен. Женщины, обладающие подобным даром, способны привязать к себе мужчину навсегда.

По своей физической конституции и характеру Эржика была типичной женщиной земли. В ней удивительным обра­зом сочетались душевная щедрость, доброта и спокойствие. Она сама была подобна чистому убранному дому. домашнему очагу, в котором усталого путника всегда ждет накрытый стол и теплая постель.

К сожалению, жизнь с мужем, излишне склонным к вы­пивке, у нее не сложилась, и в течение довольно долгого вре­мени Эржике приходилось бороться с трудно переносимым женщинами земли одиночеством.

В какой-то мере она удовлетворяла свои потребности в контактах с партнером, экспериментируя с интимными мышцами, и интуитивно почувствовала, насколько подобные Упражнения, в том числе и с анальным отверстием, повыша-

ют ее жизненность и улучшают общее самочувствие.

Я уже упоминал в предыдущей книге, что упражнения с сексуальной энергией стимулирует деятельность желез внут­ренней секреции, активизируя и омолаживая организм. Час­то люди. более близкие к природе и не изуродованные ханже­ской моралью, интуитивно отыскивают правильные и целе­сообразные способы взаимодействия с собственной сексуаль­ностью. Это могут быть и сексуальные фантазии, и опреде­ленные упражнения, и манипуляции с половыми органами. Положительный эффект подобных действий можно заметить по его уравновешивающему воздействию на нервную систе­му, по увеличению энергетики организма, по живым, даю­щим ощущение волнения и радости сновидениям, не обяза­тельно связанным с сексуальными переживании, по полетам во сне. по увеличению трудоспособности и раскрытию твор­ческого потенциала и по многим другим признакам.

Однако я хотел бы предупредить тех, кто склонен к из­лишнему экспериментированию в этой области, что. к сожа­лению, у большинства современных людей естественная ин­туиция в отношении своего собственного организма не сраба­тывает, а неправильное выполнение упражнений или зло­употребление собственной сексуальностью могут вызвать столь же неприятные последствия, что и неумелое самолече­ние или употребление наркотиков.

Прощание с Эржикой было грустным и тяжелым для нас обоих. Вместе со своими детьми она приехала проводить меня в Хуст, откуда автобус должен был доставить нас с Димой в Ужгород.

Я смотрел из окна на ее наполненные тоской глаза до тех пор. пока автобус не набрал скорость. Мы оставляли позади навсегда потерянный закарпатский рай. В книге моей судьбы перевернулась еще одна страница...

ГЛАВА 8

Самые разные женщины привносят свой неповторимый аромат в жизнь мужчины, и, обычно, чем обширнее и разнонаправленнее круг его интересов, тем интереснее и своеоб­разнее оказываются женщины, встречающиеся на его пути.



Тамара была живым воплощением стихии воздуха. Она, несмотря на свой небольшой рост и хрупкое телосложение очаровывала с первого взгляда, и хотя женщины подобного типа были не в моем вкусе, я тоже легко поддался ее обаянию. Честно говоря, я даже и не пытался сопротивляться.

Особенностью Тамары было то, что она получала особое сексуальное удовольствие от демонстрации окружающим своих отношений с мужчинами. Эта деталь ее характера бы­ла, сама по себе, излишне волнующей и пикантной, да и сама Тамара была уникальной, относясь к достаточно редко встре­чающемуся типу женщин, не признающих никаких мораль­ных ограничений. Тамарина эксцентричность часто ставила меня в неловкое положение, но поскольку, следуя указаниям Учителя, я должен был на личном опыте изучать женские ти­пы и характеры, Тамара оказалась поистине бесценным объ­ектом исследования.

Трудно описать, что я испытывал, когда в переполнен­ном до отказа кинотеатре ее маленькая юркая ручка рассте­гивала мне молнию на штанах и начинала ласкать меня са­мым недвусмысленным образом.

Если бы не мое молчаливое, но упорное сопротивление. она без малейших угрызений совести могла бы раздеть меня Догола и заняться любовью прямо в кресле, толкая соседей локтями и коленями.

Наши регулярные совместные посещения кинотеатров оказались исключительно полезными для перестройки моего отношения к сексу, и я научился гораздо быстрее и эффективнее адаптироваться к нетривиальным ситуациям.

Я с интересом наблюдал, как приобретенные с детства установки о границе между пристойным и непристойным

яростно сопротивлялись тамариным потугам, порождая в мо­ем сознании острый конфликт, выражавшийся даже в психо­соматических реакциях. На фоне борьбы с установками моя слабая плоть воспламенялась все сильнее и сильнее, и, когда непримиримое противоборство убеждений и желаний дости­гало пика. оргазмические ощущения от этого так и не дово­димого до конца сексуального контакта окрашивались в ка­кие-то совершенно уникальные оттенки, не встречавшиеся в отношениях с другими женщинами.

Однажды Тамара чуть не вынудила меня заняться любо­вью в кинотеатре, благо что он был полупустой, и мы сидели на заднем ряду. вдали от остальных зрителей.

К моему ужасу и стыду, войдя в раж. она стала выражать свои чувства столь громкими и выразительными стонами и криками, что растревоженные зрители, перестав смотреть на экран, все как один повернули головы в нашу сторону. Мне оставался только один выход.

Использовав удушающий прием дзю-до. я передавил мо­ей страстной партнерше сонную артерию вместе с чересчур активными голосовыми связками, и она отключилась, уснув у меня в руках. Сгорая от стыда я за несколько минут до окон­чания фильма на руках вынес из зала все еще пребывающую в бессознательном состоянии Тамару, объяснив по пути лю­бопытной контролерше, что у моей беременной подруги ток­сикоз. и ей очень плохо.

Помню, как однажды, когда мы занимались любовью на балконе ее квартиры, в комнату неожиданно вошел ее отец. Из положения, в котором я находился, я не мог его увидеть, но Тамара, прекрасно осведомленная о присутствии папочки, продолжила наши развлечения с новой силой, проводя все­возможные манипуляции с моими половыми органами и до­ведя нас обоих до крайней степени экстаза.

Отец Тамары был врачом, и, возможно, в силу своей профессии, он более чем кто-либо другой был способен ми­риться со странными пристрастиями своей дочери.

Хотя я понимал, что столь откровенная жажда демонст­рации себя. своего обнаженного тела. своих сексуальных же­ланий близка к патологии, это меня не волновало. Во всем ос­тальном Тамара проявляла себя вполне нормальной, и ее че­ресчур вызывающее поведение лишь прибавляло ей дополни­тельный шарм, хотя я понимал, что более или менее нор­мального мужчину, не прошедшего, как я. школу даосской любви, ее навязчивые и напористые до непристойности при­ставания могли бы оттолкнуть, внушив даже чувство близкое к отвращению.

Другим тамариным пунктиком было заниматься любо­вью в машине, естественно, в присутствии водителя и других пассажиров.

Я спокойно относился к тому, что она приставала ко мне в машине моего товарища, Гоги Месиашвили. того самого о котором я упоминал в книге "Обучение у воды". В то время в душе Гоги еще не проснулась жажда мессии, и он. сам не страдая от недостатка любвеобильности, возможно в силу го­рячей грузинской крови, с пониманием относился к нашим манипуляциям на заднем сиденье, получая от этого искрен­нее удовольствие.

Когда за рулем сидели мои менее раскованные в сексу­альном плане друзья, мне приходилось прилагать немало усилий, чтобы руки Тамары не шарили в неподобающих для этого местах.

Одна из совместных поездок с Гогой за рулем и очеред­ной его подружкой на переднем сиденье неожиданно послу­жила толчком к новой трансформации сексуальных пристра­стий моей подружки.

Мы ехали из Симферополя в Алушту. Безоблачное летнее небо внезапно и неожиданно затянули тяжелые серые тучи. и разразился ливень, перешедший в нудный и продолжитель­ный дождь.

Я увидел, как грузовик начал обгонять едущий впереди троллейбус, и вдруг из-за грузовика, как чертик из бутылки, выскочил старенький "ушастый' запорожец и понесся прямо на нас, лоб в лоб.

Гога вывернул руль. чудом избежав лобового столкнове­ния, и удар пришелся слева и сзади. Я схватил Тамару за во­лосы, толкнув ее на пол между сиденьями и рухнул на нее. Мое сознание зафиксировало, как Гога. отчаянно ругаясь, изо всех сил выворачивает руль. чуть ли не выгибая его от на­пряжения. Как оказалось впоследствии, пытаясь совладать с Машиной, он действительно изогнул рулевую колонку.

Последовал второй удар. но. ожидая его, Гога и его под­руга успели наклониться друг к другу, и тоже, фактически. легли на сиденья.

Удар был настолько силен, что я на какие-то мгновения отключился, а. придя в себя. первым делом обратил внимание

на чрезвычайно сильный и устойчивый запах экскрементов.

- Это что, кто-то из нас? - отстраненно подумал я. но тут мой нюх. натренированный за годы учебы в институте на сельскохозяйственных практиках, сообщил мне, что запах не слишком напоминает человеческий.

Крыша целиком опустилась вниз. придавив нас к полу. и по узким полоскам света, пробивавшимся сверху было невоз­можно сориентироваться в окружающей обстановке.

К счастью, покореженные дверцы удалось довольно легко открыть, и мы, извиваясь, как перекормленные ужи, выполз­ли на свет божий.

К моему удивлению, ветровое стекло при ударе вылетело наружу и теперь лежало на асфальте, целое и невредимое. Из нас тоже никто не пострадал.

Машина, влетевшая под задние колеса грузовика, напо­минала бесформенную железную лепешку. Задний борт кузо­ва при ударе открылся, и на многострадальную гогину маши­ну неторопливо стекали буро-зеленые потоки предназначен­ного для родных полей навоза.

С тех пор к блестящему набору сексуальных наклонно­стей Тамары добавилась еще и жажда опасности. Теперь она желала отдаваться мне исключительно в автомобиле, мча­щемся на предельной скорости и желательно по извилистой горной дороге. Ощущение опасности, чувство того. что смерть близка и реальна, и может настигнуть ее в любой мо­мент, будоражило чувства Тамары, вызывая необычайно ост­рые сексуальные переживания. Я мысленно поздравил себя с тем, что обрушившиеся на нашу машину навозные горы не привили ей вкуса к любимому хобби Гитлера, обмазыванию экскрементами и поеданию их. К счастью, достаточно разви­тое эстетическое чувство предохранило Галю от копрофилии.2

Подобная тяга к опасности, замешанная на неправиль­ном функционировании сексуальной энергии, тесно связана с жаждой ощущений. В том случае, когда человек с подобными наклонностями имеет возможность регулярно снимать на­пряжение, разряжаясь в сексуальных контактах, или каких-либо специфических видах деятельности, связанных с риском и повышенной физической активностью, его потребность в ощущениях периодически удовлетворяется, и жажда ощуще­ний, стабилизируясь, остается на одном уровне, или, по мере



2 Копрофилия - манипуляции с калом.

растрачивания энергетических ресурсов организма, посте­пенно угасает, но не захватывает человека целиком.

Человек с чересчур активной сексуальной сферой, под­крепленной тягой к опасности, лишенный регулярной сексу­альной разрядки, не способен полноценно удовлетворить свою потребность в ощущениях, и жажда ощущений начина­ет нарастать, подчиняя себе все остальные потребности. Не­уклонно увеличивающаяся жажда ощущений требует удовле­творения, и для того. чтобы жаждущему получить необходи­мый приток острых оргазмических ощущений, ему, как нар­коману, каждый раз приходится увеличивать дозу опасности. Поскольку события обыденной жизни не могут даже отдален­но сравниться с ощущениями, испытанными им при своих рискованных экспериментах, подобные люди в некоторых случаях способны потерять вкус к жизни и к нормальным че­ловеческим взаимоотношениям, а, иногда, даже и саму жизнь.

В качестве иллюстрации того. к чему может привести жажда ощущений, мне хотелось бы рассказать историю чело­века, которого я лично не знал, но о котором мне известно достаточно много из рассказов близко знакомых с ним людей.

В жилах Игоря Вана текла редкая смесь китайской, ук­раинской и русской крови. Его отец. полковник КГБ. был чис­токровным китайцем. Когда-то он был разведчиком, и долгое время проработал в Китае. Не знаю, правда ли это, но гово­рят, что, будучи заброшенным в Китай и собирая ценные для Советского Союза сведения, он устроился помощником га­дальщика. В обязанности отца Игоря входило подслушивать и запоминать, о чем разговаривают люди в приемной, ожидая своей очереди попасть к знаменитому предсказателю судеб, а потом, перед приходом очередного клиента, передавать га­дальщику собранные о нем сведения. Подслушивая заодно и беседы клиентов с самим гадальщиком, наш разведчик узна­вал много интересной информации, пригодной для вербовки агентов и других целей.

Его характер вполне соответствовал выбранной им про­фессии. и отец Игоря был исключительно волевым, умным и Целеустремленным человеком,

Игорь был ребенком от второго брака своего отца с мяг­кой и добросердечной украинкой, посвятившей всю жизнь заботам о муже и сыне. Двое детей от первого брака тоже жи­ли вместе с отцом, и несмотря на родство, они были полной

противоположностью Игоря.

Видимо, они пошли в мать, и, унаследовав от нее высо­кий рост, к сожалению, не могли похвастаться глубоким ин­теллектом бывшего разведчика. Кажется, они так и не полу­чили высшего образования, и занимались то ли ремонтом машин, то ли чем-то, подобным этому.

Смуглый, низкорослый и черноглазый Игорь с детства отличался талантами во многих областях и обладал блестя­щим интеллектом. Обрадованный отец прочил ему блестящее будущее, внушая, что сын непременно должен стать акаде­миком. Игорь пытался его не разочаровать.

Блестяще закончив психологический факультет МГУ, он успел попробовать себя в самых разных областях: он играл на пианино и на гитаре, пел, рисовал, писал стихи и рассказы. изучал боевые искусства, интересовался эзотерическими науками и ставил эксперименты в области парапсихологии. Обладая ярким неординарным умом и несомненными задат­ками лидера, он неформально возглавил группу психологов-единомышленников. которые разделяли его интерес в облас­ти психотехник и эзотерических наук.

С типично китайским трудолюбием и упорством Игорь неизменно добивался успеха в поставленных перед собой за­дачах. но эти успехи, дававшиеся ему слишком легко, не при­носили удовлетворения.

С детства запрограммированный отцом на достижение небывалых высот как в социальной, так и в научной сфере. Игорь, несмотря на то. что его успехам и жизни могло бы по­завидовать подавляющее большинство советского населения. страдал от того. что ему никак не удавалось взобраться на четко не очерченный, но настойчиво напоминающий о себе из глубин подсознания высокий пьедестал, который должен был отделить его от унылого быта и нужд обычных людей.

Жажда доминирования и стремление к первенству во всем сделали его личность и модель мира жесткими и не при­знающими компромиссов, но жесткость, как известно, далеко не всегда способствует выживанию. Мне вспоминается прит­ча на эту тему, которую однажды рассказал мне Учитель, ко­гда мы очередной раз говорили о моделях мира. Она называ­лась: "Не твердый, не мягкий."

Случилось так. что старейшина клана "Ветви дерева" решил послать в дальнюю дорогу одного из своих воинов с от­ветственным поручением.

Позвал он к себе трех самых доверенных учеников и вме­сте с ними отправился на поклон к Священной Птице - Хра­нительнице Черного Камня, чтобы та помогла ему сделать окончательный выбор.

Выполнив положенный ритуал приветствия, старейши­на обратился к Птице со следующей речью:

- О. Хранительница Черного Камня, твоя мудрость поис­тине безгранична, и ты умеешь постигать суть вещей, людей и явлений. Перед тобой стоят три воина, и одному из них предстоит дальняя и опасная дорога. Скажи, кто из них смо­жет лучше преодолеть трудности, которые, возможно, встре­тятся на его пути?

Внимательно посмотрела на воинов Каменная Птица и сказала:

- Один из них слишком твердый, и его легко сломать. другой - слишком мягкий, и его легко согнуть. Зато третий может быть и мягким и твердым, а поэтому всегда настоит на своем.

- Спасибо за совет, Хранительница Черного Камня,- ска­зал старейшина. - Твой выбор совпал с моим, и я со спокой­ной душой отправляю лучшего в дальнюю дорогу.

Недаром мудрые говорили:

- Не ошибается тот. кто. избегая крайностей, всегда вы­бирает срединный путь...

- Модель мира человека можно сравнить с лезвием меча,-сказал Ли. комментируя притчу. - Слишком крепкая, но не­гибкая сталь сломается при ударе, гибкий, но непрочный ме­талл искорежится, не причинив существенного вреда. Секре­ты изготовления хорошей стали хранились в глубочайшей тайне, и лучшие мечи закаляли особым образом, так. чтобы в




Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   17


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет