Книга Затмение Пролог Ноябрь 1916 года. Россия



жүктеу 6.69 Mb.
бет9/40
Дата08.05.2019
өлшемі6.69 Mb.
түріКнига
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   40

Когда накал страстей достиг своего апогея, неожиданно пришел в себя, забытый дерущимися фон Криг. Он уже решил, что сделает в этой ситуации. Хрипя и судорожно держась за разодранное, окровавленное горло, Вальтер пополз к выходу и быстро закрыл дверь. Повернув четыре раза по часовой стрелке колесо, установленное на двери, он с удовлетворением услышал знакомое шипение заполняющего камеру газа. Это уже был уже не газ Х, а смертоносный газ, который после применят для подавления восстаний.

Минута и возня в боксе прекратилась. Фон Криг решил пожертвовать не только заключенными, но и своими коллегами, спасение которых, как посчитал профессор, было уже бесполезным занятием: большинство уже были мертвы, остальных же было невозможно вырвать из клещей напавших.

- Нужно доработать формулу, – это всё, что только и сказал фон Криг, только этим сейчас и был занят его мозг.


52.
Сережа Громов с грустью сидел у распахнутого окна. В доме было на удивление тихо. В этот день, день его рождения, все разбрелись по своим делам, чему мальчик был несказанно рад, ведь здесь он был совершенно не нужен.

Шура, сестра матери, с брезгливостью посматривала на парнишку, и только еще дотлевавшие человеческие чувства долга и родства, еще вынуждали женщину оставлять племянника в доме, но темная сторона ее души заставляла измываться над ним, как над виновником всех бед. Супруг Шуры, Семен и вовсе возненавидел Сережку, который до боли напоминал ему его собственного отца и в особенности, бабушку, таких кротких, таких кристально честных и порядочных, а порядочность Семен на дух не выносил, так как сам таковым не являлся. Нейтральную позицию заняла Светка, избалованная до нельзя, но в принципе, не плохая девчушка, которая при хорошей воспитании могла бы стать вполне сносным человеком, но пока имела лишь негативные примеры перед глазами, которым старалась соответствовать.

С одной стороны Светке было жаль двоюродного младшего брата, с другой… какое ей дело до чувств какого-то мальчишки, без которого они итак жили нормально. Нормально… но не хорошо.

Вот почему Сережа в этот час наслаждался тишиной и покоем. Ближе к ночи должны были прийти все: Шура с завода, уставшая и озлобленная, Семен от друзей, как всегда пьяный и дурной, Светка от подружек, в последнее время такая задумчивая и скрытная.

- Эх, была не была, пойду по городу пройдусь. Чего мне тут сидеть то! – решил для себя Сережа и, быстро одевшись, выбежал во двор.

На улице стоял чудный зимний день. Снег еле слышно похрустывал под ногами. Легкий морозец несильно щипал лицо. Укрыв быстро озябшие руки в рукава потертой курточки, которая уже стала изрядно мала, Сережка поспешил вперед. Эту улицу он уже знал хорошо и поэтому мог смело брать новые высоты, осваивать новые горизонты. Но не успел мальчик выйти за поворот, как ему на дороге попалась их соседка с первого этажа, молодая учительница, Анна Сергеевна. Девушка сурово посмотрела на одинокого ребенка и спросила:

- А почему же ты один по улицам гуляешь? Неужели никто из взрослых не следит за тобой, не заботится о тебе? И куртка на распашку! Так ведь и заболеть не долго! А ну, пойдем ко мне, я тебя покормлю, как раз моя мама что-то приготовить должна была.

Сережа задумался. Он был голоден, как волк, с позавчерашнего утра ничего не ел: в стране был голод. Мальчик, еще раз взглянув исподлобья на эту такую необыкновенную красивую рыжеволосую девушку, похожую на добрую волшебницу из сказки и утвердительно кивнул головой.

- Ну, вот это правильно, - улыбнулась Анна Сергеевна: - а у меня сегодня день рожденья.

- Да вы что! А у меня тоже!

- О, поздравляю.

- Я вас тоже поздравляю! Мне 7 лет исполнилось. А сколько вам?

Анна немножко запнулась, цифра 24 пугала ее, казалось, что жизнь уже прошла мимо, а радости, долгожданного счастья и любви, почему-то и не было в ней.

- Да, сколько бы ни было, все мои, - шуткой ответила Анна и, потрепав задумавшегося мальчишку по загривку, повела его домой.

В небольшой, но аккуратно обставленной квартирке вкусно пахло чем-то печеным. Мама Анны, Валентина Григорьевна, чуть ли не весь год копила деньжат, чтобы сейчас побаловать свою дорогую дочку и всех ее друзей, которые вот-вот должны были прийти большой компанией, чем-нибудь съедобным, что было еще возможно достать по этому такому страшному, неспокойному, тяжелому, голодному времени.

- Мама, а вот и первый гость, знакомься, это наш маленький сосед сверху. Он сегодня тоже именинник.

Валентина Григорьевна быстро вышла из кухни. Помахивая хлопчатобумажным полотенцем, вся разрумяненная и какая-то, просветленная, она улыбалась, глядя на скромно вставшего посреди прихожей мальчика.

- Ну, заходи, раз пожаловал, будь, как дома.

Сережа осторожно, боясь, как бы расстеленный старенький ковер не укусил его, сделал шаг в комнату. Потом также осторожно присел на краешек дивана. Пока он делал эти передвижения, бабушка уже накрыла на стол, и теперь перед ним лежала маленькая плоская тарелочка с аккуратными, миниатюрными лепешками, но она в тот момент показалась Сереже огромным, бесконечным, чудесным блюдом.

Стол был скромен, даже очень, но та забота, искренность и доброта, которой была пропитана вся атмосфера этой квартиры, восполняла недостаток яств. Впервые за долгое время Сережа почувствовал себя дома. Вспомнились родители. На душе стало тоскливо. Несколько дней назад Сережа случайно подслушал разговор Шуры и Степана, в котором она с брезгливостью рассказывала о судьбе, постигшей деревню Покровку, в том числе и его родителей. Тогда мальчик проплакал целую неделю, не выходя из комнаты. После с большим трудом он попытался свыкнуться с горем, но невосполнимая брешь была нанесена в его сердце. А сейчас что-то теплое, уже забытое, снова пробиралось в его озябшую детскую душу.

- Это всё мне? – удивился он.

- Ну, конечно! А то вон, какой тощий.

Валентина Григорьевна не стала слушать протестов застеснявшегося мальчишки и упорхнула вновь на кухню. Потихоньку стали подходить гости, друзья Анны.
53.
День прошел на удивление шумно и весело. Но вечер, подкравшийся незаметно, принес с собой тяжесть усталости и безнадежной меланхолии. В последнее время Анна все чаще стала впадать в какое-то пространное, апатичное состояние. На людях она старалась всегда быть веселой, всем заинтересованной, кроткой и милой, да такой она и была на самом деле.

Но, когда оставалась одна, наедине со своим одиночеством, то беззаботная улыбка покидала ее красивое, точеное лицо, и вселенская грусть оживала в глазах. Так она сидела у окна часами, сама не замечая, как проходит время. И всё думала, думала, думала. О прошлом, о настоящем, о будущем. Иногда это будущее рисовалось в радужных красках, всё же оптимизм молодости вселял надежду, что не может быть всегда плохо, после зимы ведь приходит весна, а после ночи утро. Но чаще это будущее, причем как всей страны, так и ее личное, отражалось в кривых зеркалах, и там девушка не видела ничего хорошего. Стал теряться смысл жизни, смысл всего.

Любви на Земле Анна не нашла, и, быть может, поэтому теперь теряла всяческий интерес к земному. Вроде бы и друзей много, и людей на планете много, а найти одного, своего, настолько сложно, что порой кажется, и вовсе невыполнимой задачей, особенно, если ищешь нечто настоящее, чтобы на всю жизнь, чтобы не как говорят в народе, «стерпится, слюбится», а сердце билось в бешеном ритме, чтобы говорить об одном, дышать об одном, чтобы даже молчание не становилось тягостным, а выражало мысли и чувства каждого, чтобы никогда и ни на кого, ни ей, ни ему и смотреть не хотелось, чтобы… Да что говорить! Всё равно ничего этого не было. А то, что было рядом – всё не то. Уже который год за Анной ухаживал неплохой паренек, он тоже мечтал посвятить свою жизнь педагогике. Но его девушка воспринимала только, как друга, и не более того. Он понимал это, и обижался, но сделать что-либо, изменить что-либо и заставить Анну посмотреть на него другими глазами, не мог. И уйти от нее не мог тоже.

Часы пробили полночь. Из-за темных туч выглянула бледная полнолицая луна. Всмотревшись в этот удивительный лик, Анна все же заставила себя лечь и уснуть. Завтра нужно было рано вставать, на работу. Всю ночь Анне снились кошмары. Некто пытался задушить ее длинными, костлявыми руками. Внешности палача Анна не видела, но запомнила диковинный, дорогой перстень в виде змеи на его указательном пальце.

Утро Анна встретила измотанной донельзя. Сил начинать день не было совершенно, но, превозмогая себя, девушка поднялась с постели, привела себя в порядок и пошла на работу, в школу, которая прежде функционировала в обычном порядке, а сейчас становилась, то плацдармом для политических дебатов большевиков, то концертным залом, где проводились агитационные мероприятия, то еще чем угодно, но только не школой. В перерывах между этими многочисленными событиями, учителя пытались научить чему-то оголодавших, одичавших детей. В таких нечеловеческих условиях выполнить эту задачу было практически невозможно.

- Мама, я ушла, - предупредила Анна Валентину Григорьевну, которая тоже собиралась на работу, она трудилась на зернохранилище, кладовщицей.

- Давай, доченька, до вечера.

Анна вышла на улицу. Утро было на удивление морозным, аж дыхание перехватывало. Спустя пару секунд девушка поняла, что безнадежно замерзла, руки, без рукавичек превратились в две закоченевшие ледышки, лицо раскраснелось и стало неприятно щипать. Но девушка привыкла ко всем тяготам этой жизни, поэтому только ускорила шаг, надеясь в быстрой ходьбе как-то, пусть если и не согреться, то хотя бы, не замерзнуть.

Она мотала километры по-мужски размашистым шагом, до школы оставалось совсем ничего, только дорогу перейти. Обычно такая тихая, особенно по утрам, дорога не являлась для девушки препятствием, и Анна, не посмотрев по сторонам, пошла напролом. Но именно в этот момент, из-за угла выворачивал на приличной для тех лет скорости автомобиль. Такая редкость для этого города, он выделялся, как белая ворона среди темноты леса. Водитель, полусонный, полупьяный, тоже надеялся, что дорога будет пуста, и не сразу заметил девушку. Визг тормозов, крик испуга и боли, удар. Анна упала, оглушенная столкновением.

- Идиот! – крикнул пассажир перепуганному до полусмерти водителю. – Ты когда на дорогу смотреть будешь?!

Водитель и разгневанный человек выбежали из машины. Водитель, молодой еще парнишка, лет девятнадцати-двадцати, с добродушным круглым лицом, сейчас походил на маленького, затравленного сурка.

Вжавшись в тоненькую курточку, он всеми мыслимыми и немыслимыми способами пытался привести в чувство пострадавшую. Подоспевший вскоре пассажир, высокий мужчина лет тридцати со светлыми, зачесанными назад, немного удлиненными волосами, сурово созерцал эту картину. В итоге поняв, что от парнишки толка нет, он грубо оттолкнул его и склонился над девушкой, проверить, насколько серьезны повреждения. В его быстрых движениях прослеживалось что-то нечеловеческое, со стороны, глядя на этого молодого мужчину можно было подумать, что это робот, идеально красивый и отпугивающий одновременно, вежливый и холодный, заботливый и безразличный ко всему на свете.

Анна открыла глаза. Обморок был вызван скорее испугом, неожиданностью, нежели сотрясением или другими повреждениями. Вот только правая нога болела нещадно. Девушка попыталась подняться и не смогла. Сморщившись от боли, она вновь осела на землю.

- Либо вывих, либо перелом, – констатировал факт мужчина-робот. – Нужно срочно госпитализировать.

- Какой там госпитализировать, - возмутилась Анна, - мне на работу надо. Да и кто в наше время будет лечит какую-то бедную девушку с какой-то ногой? Вон, люди миллионами гибнут, никто к ним не подходит, а тут… Справлюсь сама. Сама виновата, нужно было смотреть по сторонам.

На мгновение ее взгляд встретился с орлиным, немного прищуренным взглядом мужчины, отчего девушка, сама не зная отчего, впала в какой-то ступор. Всегда такая смелая, энергичная, спокойная, она чувствовала себя крохотной мышкой перед удавом. Не в силах отвести взор, Анна всматривалась в сверкающие необъяснимым огоньком серые глаза незнакомца.

- Вы думаете, мы оставим вас, вот так, на дороге, ждать своей участи? Ничего подобного. Это наша вина в первую очередь, поэтому я беру на себя всю ответственность за ваше здоровье. А с вашей работой мы разберемся, можете не переживать.

Анна растерялась. Идти самостоятельно она теперь действительно не могла, но и принимать помощь от неизвестных ей людей, тоже не хотелось. Что же делать?

Но не успела девушка принять решение, как этот странный мужчина подхватил ее на руки, словно пушинку и бережно, будто хрустальную вазу, уложил на заднее кресло автомобиля.

- Как звать вас хоть? – пытаясь разрядить атмосферу, спросила Анна.

- Зовите меня просто, Вальтер.

54.
Франция. Март-апрель 1920 г.


После странного вторжения неизвестных в дом Жан Поля, профессор стал еще более задумчивым и замкнутым. Все чаще он хватался за сердце и пил безостановочно прописанные врачом капли, только вот они не помогали совершенно.

Жан Поль понимал, что после первого нападение будет второе, еще более серьезное, и нужно в срочном порядке что-то решать, придумывать, уезжать, скорее всего, как можно дальше от города, из страны, чтобы затерялись его следы и его дочери, и так переждать необходимое время, пока не станет вновь спокойно. Только вот…будет ли когда еще в мире спокойно? Вот в чем вопрос.

Тех негодяев, которых обезвредил Дмитрий, после забрал отряд вызванных Жан Полем жандармов. Их посадили за шпионство на долгий срок, но получить какую-либо информацию от них жандармам так и не удалось. Методами советского террора французы все-таки не пользовались, и, поняв это, шпионы почувствовали себя вне опасности.

У себя на родине, за провал задания их ждал бы, по меньшей степени, расстрел. По большей… смерть долгая и мучительная. А здесь они даже чувствовали себя вполне сносно, не комфортно, конечно, но и не как лагерники советских Соловков, которые уже поглотили тысячи тысяч безвинных людей.

Дмитрий более в доме профессора не появлялся, понимал, что его пока не смогут принять, ни Мишель, ни ее отец. Зато снова стал приходить Люк, окрепший после полученного ранения.

Мишель, узнав о произошедшем, сразу же кинулась искать своего друга по всему городу. Она рассказала всё его отцу, профессору Шору, и уже все вместе они начали розыск Люка. Только спустя два дня, подключив всю жандармерию города, им удалось найти адрес тех людей, которые спасли его жизнь. Люк как раз едва пришел в сознание и был несказанно обрадован, когда услышал знакомый и такой родной голос Мишель. Он еще не мог вставать с постели, так как только недавно миновал кризис, но любовь творит чудеса.

Уже на следующий день, мужчина чувствовал себя практически здоровым и смог покинуть дом своих благодетелей, которые настолько прикипели душой к этому такому улыбчивому, искреннему французу, что и отпускать его не хотели. У пожилой супружеской пары не было детей, и в Люке они видели, если не сына, то родного по духу человека. Расстались они друзьями, и спустя годы, Люк еще не раз поможет им во многом.

Люк не стал рассказывать Мишель подробности драки и ту фразу, которую Дмитрий бросил ему в конце, и хоть Мишель, растревоженная закидывала его сотнями вопросов, он уводил тему в другую сторону. Любимая девушка была рядом, он по-прежнему жив, живы все, кого он любит – чего еще желать?

Утро начиналось несказанно хорошо. Встав пораньше, чтобы привести все дела в порядок и разобраться с новыми чертежами до того, как настанет час видеться с Мишель, Люк сидел в высоком плетеном кресле на веранде, перебирая толстую папку с бумагами. Теплый апрельский ветерок шаловливо растрепывал его черные, как смоль, волосы, но молодой человек не замечал этого, настолько погрузился он в работу. Вокруг расцветал дивный яблоневый сад, и сладкий аромат, исходящий от цветов, кружил голову, опьяняя, чаруя. Воздух, кажется, сотканный из самой жизни, вливал в легкие энергию, радость, надежду, а птицы, с радостным щебетом и переливами, встречающие весну, пробуждали в душе что-то новое, чистое, прекрасное. Но не эти звуки апреля вывели Люка из забвения, а громкий окрик до боли знакомого, но уже подзабытого голоса.

- Эй, привет! Мой друг дорогой!

Мужчина встрепенулся. В столь ранний час он уж точно не рассчитывал, что кто-то потревожит его покой. Люк поднял взор и аж подпрыгнул от изумления. Перед ним стояла Паула, знойная брюнетка, девушка, с которой он познакомился во время поездки в Италию.

Слишком энергичная, эмоциональная, неординарная, она в начале их знакомства привлекла его внимание, но вскоре отпугнула этими же качествами. В умеренной дозе экспрессия характера – это интересно, но в передозировке – это катастрофа в юбке. К сожалению, Люк понял, что они слишком разные, не сразу, где-то через месяц, за который успел наговорить сгоряча множество разных глупостей, которые для него самого не значили ровным счетом ничего, а для итальянской красавицы, привыкшей к повышенному вниманию к ней со стороны представителей мужского пола, значило многое.

Она была уверена, что ей, знаменитой на всю страну певице нельзя говорить о любви, так, мимоходом, чтобы выгнать из души мысли о другой. А именно так и обстояло дело. Люк, озлобившийся на дерзкие выходки Мишель, сначала пытался найти утешение в работе, потом в спиртном, но зеленого змия мужчина победил быстро. После он с еще большей страстью бросился в учебу и работу, в момент, когда ему было особенно одиноко и тоскливо, на его пути встретилась Паула.

Тогда она показалась молодому человеку лучиком света в темной царстве. Веселая, позитивная, всегда имеющая в своей голове массу безумных задумок, которые превращают обыденную жизнь в феерию красок, в праздник, Паула увлекла Люка и заставила его посмотреть на жизнь с другой, более оптимистичной стороны. Она вернула его к жизни, но теперь…. Теперь он был благодарен Пауле за всё, только вот видеть ее у себя дома совсем не хотел. Скоро должна была прийти Мишель, Люк с отцом ждали ее в гости…

- Здравствуй, Паула, - смущенно поднялся со своего места Люк, - какими судьбами? Хорошо выглядишь.

- Спасибо, - кокетливо поправляя длинные локоны, проворковала девушка, - а приехала я по очень понятной причине...

Паула многозначительно посмотрела на своего друга. На мгновение повисла тяжелая пауза, за которую в голове Люка пронеслась сотня самых нереальных мыслей, которые он всеми способами старался отогнать подальше.

- Ты не понимаешь, почему я приехала к тебе, в другую страну, бросив все свои дела, работу, друзей, дом?

- Прости, но нет…

- Тогда, мой милый, раз ты такой недогадливый, мне придется объяснить более доходчиво, - Паула дерзко вздернула точеный носик и бросила, - у нас будет малыш…

Эта фраза ударила Люка, как плетью. Уж чего-чего, а такого не ожидал точно. Сначала он хотел запротестовать, уверенный, что это глупая ложь, розыгрыш или еще что-то, но после вспомнил один из безумных вечеров, проведенных с Паулой в то время, когда он чувствовал себя всеми брошенным, одиноким, никому не нужным, и тогда в этой девушке он увидел единственную родственную душу, с которой планировал пройти по жизни до конца. Но после молодые люди решили остановиться на том, что они просто друзья, и идти рука об руку им не суждено, так как слишком уж они разные. Эта инициатива исходила от Люка, Паула же закусив губку, просто промолчала, сделав вид, что ей все равно.

На веранду вышел отец Люка, профессор Шор. Он удивился, увидев яркую незнакомку в своем дворе, дверь в который всегда была открыта, и еще более удивился, когда заметил выражение полного смятения и отчаяния на лице у своего сына.

- Добрый день, очаровательная барышня, - поклонился он Пауле, - всё нормально, сын? А то ты, что-то сам не свой.

- Да, да, - пролепетал Люк, желая самому себе провалиться под землю.

- А вы, как я понимаю, многоуважаемый профессор Жозеф Шор?

- Да, мадмуазель.

- О, вы скоро станете дедом! – выпалила Паула и встала в нападающую стойку амазонки.

Жозеф впал в еще больший ступор, чем его сын. Он уже размечтался о том, что Люк женится на Мишель, такой милой, доброй, нежной, скромной, к тому же, дочери его лучшего друга. А тут такая неожиданность.

Стоит сказать, что вызывающее поведение и нагловатый тон Паулы ему совсем не понравился, будучи хорошо наученным жизнью человеком, он увидел в этой девушке опасность, понимал, что она еще задаст жару. Но делать нечего, он никогда не был подлецом, и сыну не позволит пасть так низко, поэтому, собрав все свои эмоции в кулак, ответил со всей любезностью, на которую только был способен:

- Ну, раз так, тогда добро пожаловать в наш дом, дорогая. Теперь это и твой дом тоже, - обернувшись к Люку, строго: - поднимись ко мне в кабинет, сын.

Пока Паула с помощью Марты вносила свои чемоданы в дом, Люк уныло поплелся на второй этаж, на ковер к отцу. Разговор состоялся очень тяжелый и долгий.
55.
Жан Поль чувствовал себя с каждым днем всё хуже. И Мишель уже не знала, куда кинуться, к кому обратиться, что сделать, чтобы помочь ему. На состояние профессора оказывал губительное влияние только один фактор – страх. И, чтобы избавиться от него, он решил уезжать через неделю из страны в Америку, где бывал и не раз, и где успел обзавестись добрыми знакомыми. Неделю Жан Поль взял, чтобы завершить пару важных проектов.

Отец и дочь уже собрали вещи, выплатили зарплату экономке и жили эти дни на чемоданах в ожидании неизвестности. Люк, зная обо всем, обещал в скором времени присоединиться к семейству, его срочно вызывали в Португалию по какому-то важному вопросу, и он, поручившись, как можно скорее расправиться со всеми делами, собирался присоединиться к беглецам.

Совсем недавно Люк сделал предложение руки и сердца Мишель в присутствии Жан Поля и отца, Жозефа, и пребывал на седьмом небе от счастья. Пребывал… пока его не сбросила с этих высот ошеломительная новость Паулы. Теперь он не знал, как дальше быть, как жить, как объясниться с Мишель. В голове то и дело проносилась безумная мысль: не говорить любимой ничего и сбежать с ней просто, так, трусливо. Но, разум и совесть не позволяли поступить так.

В три часа дня, как и договаривались, в дом Шоров пришла Мишель. Сегодня она была еще обворожительней, чем обычно. В легком, белоснежном платье, украшенном ненавязчивыми кружевами и затейливой вышивкой, с косой, в которую были вплетены некрупные бусинки, она напоминала добрую фею, прекрасную волшебницу из самой чудесной сказки на свете. Люк засмотрелся на эту диву, и от того сердце кольнуло еще больнее. Эту красоту он теперь должен был потерять из-за собственной глупости. Как же так!

Мишель впервые за долгое время улыбалась. Жан Полю вроде бы стало значительно лучше, и у девушки на сердце стало светлее, легче, появилась надежда, что, быть может, еще всё будет хорошо, и все горести уже позади. Ах, если бы так оно было и вправду…

- Здравствуй, Марта, - радостно пропела Мишель, влетая на порог дома, - как твое настроение сегодня? Погода просто чудо. Не так ли?

В ответ Марта ответила долгим, тяжелым, полным печали и боли взглядом. Она любила эти две семьи, как своих родных людей. У профессора Шора женщина работала уже двадцать лет, и за эти годы настолько привязалась и к нему, и к Люку, и теперь, к очаровательной Мишель, что теперь, когда в доме произошла такая драма, ей самой было очень грустно.

- Да, погода действительно, хорошая. Ветрено только, – только и смогла произнести Марта, и поспешила скрыться в просторах кухни.

Мишель прошла в зал и присела на мягкий диванчик, взяв в руки забытую профессором Шором газету. На первой полосе повествовалось о событиях в России. Проглядев эти унылые сводки, девушка поспешила закрыть газету. Портить столько радужное настроение сейчас ей совсем не хотелось.

Марта пошла за профессором Шором и его сыном, объявить о приходе гостьи. Но в эти секунды Паула, услышавшая из своей комнаты, что кто-то объявился в доме, поторопилась высказать девушке свое «почтенье».

Она резким, по-солдатски размашистым шагом вошла в залу. Воинственным жестом, откинув выбившуюся прядь, Паула представилась:


Каталог: media -> file
file -> «Қазақстан Республикасының аудандық маңызы бар қалалары, ауылдық округтері, ауылдық округтің құрамына кірмейтін кенттері мен ауылдары әкімдерінің сайлауын өткізудің кейбір мәселелері туралы»
file -> 1998 жылғы 20 қаңтардағы №3827 Жарлығына өзгеріс пен толықтыру енгізу туралы
file -> Бюджеттік бағдарламаларды (кіші бағдарламаларды) әзірлеу
file -> Бекітілген мемлекеттік қызметшілердің ант беру
file -> Вена 2016: имперская и современная
file -> Программа XIII международного бизнес-форума на дону г. Ростов-на-Дону, пр. М. Нагибина, 30


Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   40


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет