Курсовая работа студентки 2-го курса очной формы обучения


Глава 1. Особенности живописи Ван Гога в контексте его идей



бет5/12
Дата13.01.2022
өлшемі228.5 Kb.
#60983
түріКурсовая
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12
Глава 1. Особенности живописи Ван Гога в контексте его идей
1.1. Анализ контекста идей Ван Гога и сюжетов его картин

В данном параграфе будут проанализированы причины, по которым сюжеты, выбранные Ван Гогом для написания картин, можно трактовать с семиотической точки зрения.

В отличие от импрессионистов, В.Ван Гог стремился передать не только впечатление от увиденного пейзажа, сцены или человека, но использовал цвет намного более произвольно для полного выражения своего замысла. Тут он ссылался на Камиля Писсарро, призывавшего увеличивать колористические эффекты, создаваемые контрастом и гармонией цветов12 и на японских мастеров, которые изображают не то, что видят, а то, что чувствуют и думают13. Согласно Ван Гогу, характер изображаемой вещи должен находиться в полном соответствии и являться единым целым с манерой её изображения. Именно это, по мнению художника, создаёт произведение искусства14.

Это суждение Винсента15 даёт нам возможность говорить о символических смыслах его работ; о том, что они содержат в себе намного больше, чем лежит на поверхности, и любая выбранная им тема в живописи совершенно не случайна, хоть и продиктована натурой.

Особую роль в понимании идейного содержания творчества Ван Гога играет интерес к сценам из крестьянской жизни. Ван Гог как художник начинается именно с интереса к людям труда, первые его эскизы в Боринаже — это шахтёры, потом он много пишет крестьян в Дренде и Нюэне. Идея единой мастерской художников рождается в Антверпене, и цель её — рисовать гравюры и литографии, которыми любой труженик может украсить свои жилища. Само его искусство создавалось для простых людей, таким, чтобы его мог понять каждый, не лишённый глаз16, - по словам самого художника.

Это неравнодушие к судьбам, жизни крестьян и рабочих Винсент впервые обнаруживает в шахтёрском посёлке, куда отправляется проповедовать и находит там ужасающие условия для жизни людей. Как проповедник он немногого добился, но помог многим, раздав свои деньги, одежду, отказывая себе в еде в пользу рабочих, их жён и детей.

И этот искренний интерес к проблемам простых людей он находил и в литературе, и в живописи. При этом иногда ему было важно именно внимание к простым людям, а не художественная ценность самих произведений. Так, он мог с восторгом говорить одновременно и о Делакруа, и о каком-нибудь третьесортном художнике, рисующем пасторали, просто потому, что на этих пасторалях изображались крестьяне17.

Этот ранний христианский порыв помощи простым людям потом не угас и оказался созвучен со многим произведениями Бичер-Стоу, Диккенса, Золя (которого он очень ценил), Доде, Мопассана, Достоевского и Толстого. Однако, из произведений Толстого Винсент читал только притчи, рассказы (к примеру, «Сколько земли человеку нужно»18) и публицистическую работу «В чем моя вера»19. Больше всего его вдохновляла сама история жизни Льва Николаевича20 — графа, отказавшегося от власти, развлечений, светской жизни и пришедшего к жизни простого человека, в деревне, рядом с крестьянами и очень много пишущего, в том числе, и для них. Подобные взгляды были характерны и для Винсента – крестьяне присутствуют очень во многих его работах как в качестве основного и наиболее значимого элемента («Красные виноградники в Арле» (1888 г., ГМИИ), «Сеятель» (1888 г., Музей Винсента ван Гога, Амстердам), «Едоки картофеля» (1885 г., Музей Винсента ван Гога, Амстердам) и др.), так и в качестве изобразительного дополнения к основной идее композиции (к примеру, небольшая фигурка работающего крестьянина в «Пейзаже в Овере после дождя» (1890 г., ГМИИ)).

Одним из значимых идейных начинаний самого Ван Гога по переустройству жизни является идея о создании единой мастерской художников, которая в литературе получила название «Мастерская Юга», так как её традиционно связывают с арльским периодом творчества художника. Однако замысел подобного братства рождается не в Арле, а берёт своё начало в гаагском одиночестве художника. Изначально подобное объединение задумывалось как ассоциация голландских художников, которые бы «создавали, печатали и распространяли рисунки, предназначенные для жилищ рабочих и крестьян, одним словом, для каждого человека труда, определённые люди должны объединиться и взять на себя обязательство не жалеть сил для выполнения этой задачи»21.

Но истоки этого проекта, этой идеи совместной работы и жизни для художников вытекает из самого мировоззрения художника и берёт корни в его юношеском увлечении религией — в ранних письмах он очень часто цитирует Библию: «В поте лица твоего будешь добывать хлеб твой»22 [Быт. 3: 7–24]. И сам продолжает эту мысль в позднейших письмах: «хорошо чувствует себя тот, кто работая целый день, довольствуется куском хлеба <...>, кто, несмотря на все лишения, способен чувствовать, что наверху над нами раскинулся бесконечный звёздный простор»23. Очень часто рядом со стремлением к простой жизни, неустанному труду звучат мысли о мучительном одиночестве: «Человек несёт в душе своей яркое пламя, но никто не хочет погреться около него; прохожие замечают лишь дымок, уходящий через трубу, и проходят своей дорогой. Так что же делать? Таить это пламя в душе, терпеливо и в то же время с таким нетерпением ожидать того часа, когда кто-нибудь придёт и сядет около твоего огня?». И в том же письме24 есть и ответ на эти, в общем-то, отчаянно риторические вопросы: «А знаешь ли ты, что может разрушить тюрьму? Любая глубокая и серьёзная привязанность. Дружба, братство, любовь — вот верховная сила, вот могущественные чары, отворяющие дверь темницы»25.

Таким образом, мастерская Юга задумывалась не столько как коммерческий проект, который мог бы облегчить жизнь самим художникам и Тео Ван Гогу, как одному из немногих их продавцов26, но и как братство неравнодушных людей, соединённых искренней дружбой и готовых помогать друг другу и, что очень важно, относящихся друг к другу как братья.

Можно предположить, что в формировании этой, в каком-то смысле утопической, мысли немалую роль сыграла любовь Ван Гога к литературе. Начиная с Евангелия, к которому художник часто обращался вне зависимости от собственного разочарования в религии27, до произведений Золя, Диккенса и Бичер-Стоу, которые писали о рабстве (социальном, духовном, о рабстве в прямом смысле этого слова) и о возможности избавиться от него путём действия и человечного отношения к людям. В Арле же Винсент читает Достоевского, «Записки из Мёртвого дома», где Фёдор Михайлович описывает свою жизнь на каторге: ему пришлось жить бок о бок с серийными убийцами, грабителями, насильниками - отбросами общества. Но в каждом из этих людей сохраняется что-то человеческое, «искра Божья» и, выходя с каторги, главный герой отказывается от всех своих предыдущих стремлений — о переустройстве общества - и видит цель своей жизни в изменении отношений между людьми на основе христианской любви.

Даже после разочарования в догматической религии Ван Гог сохраняет любовь и интерес к творчеству Ф.М.Достоевского и находит в его произведениях нечто близкое своим собственным убеждениям. В первую очередь – это интерес к обычным людям (в русской литературной традиции получивший название «маленького человека»), умение видеть в них чувства и мысли, сопереживать им. Таким образом, существует некое, парадоксальное на первый взгляд, единство идей Ван Гога и классиков русской литературы. Может, речь идет о духовной близости гениев конца ХIХ века или о своеобразном «духе времени»?

Е. Мурина, например, говоря о мировосприятии Ван Гога, приводит цитату А.В. Михайлова: «Очевидно, что романтизм — это исчерпывание религиозности, которая в романтизме является как бы единством и слитностью двух полюсов: трансцендентной религии и безбожия... И притом романтизм имплицирует атеизм именно постольку, поскольку его религиозность преодолевает сама себя — углубляясь и возрастая в такой мере (а также приобретая оттенок эстетизма), что она превосходит всякие исторические формы религии, выхолащивается внутренне при предельной самонасыщенности — насыщенности именно самою собой»28. Эта цитата, на мой взгляд, практически идеально описывает литературные воззрения Винсента (хотя они во многом и далеки от романтизма как такового29) и объясняет нам в полной мере выбор им книг для собственного чтения и сюжетов для собственных картин. Основной мотив творчества Ван Гога - это некое христианство без церкви, атеизм, сохраняющий и превозносящий все евангельские ценности и проповедующий любовь к людям. Сам Ван Гог пишет об этом так: «... ты знаешь, что чем больше я над этим задумываюсь, тем глубже убеждаюсь, что нет ничего более подлинно художественного, чем любить людей»30.

Из этих взглядов логично вытекает идея Винсента создать объединение художников, которые бы вместе добивались единой цели — при этом он далёк от проповедей и даже от притч, которые увлекали его в Боринаже, Амстердаме и Гааге. Но его восприятие искусства сохраняется, и цель своего искусства он видит, по меткому выражению Лео Янсена31, в утешении. И это не только личная цель — это то, что он ищет и находит в живописных полотнах старых мастеров и своих современников. Ван Гог бесконечно задается вопросом: почему же люди, работающие так по-разному, но, в конечном счёте, с одной и той же целью, не могут помогать друг другу?

Ответа на этот вопрос художник так и не находит. Он отворачивается от идеи совместной коммуны художников в Овере, хотя был так увлечён ей в Арле. Позднее подобное объединение пытался создать Гоген, но так же безуспешно32. Прокофьев связывает неудачи этой идеи с отсутствием практической необходимости в создании подобного объединения. Для импрессионистов было жизненно необходимо держаться вместе, так как их работы долгое время не принимал Салон, и целью их объединения было как раз создание выставок, в которых мог бы участвовать любой художник. И к 1880-м годам такие выставочные пространства существовали — это салон Независимых, выставка двадцати и т.д. Так что постимпрессионистам не нужно было столь же яростно пробивать себе дорогу, несмотря на длительное неприятие их работ буржуазным обществом того времени.

В связи с этим следует перейти к еще одной теме творчества Ван Гога – теме одиночества. Эта тема присутствует во всех периодах творчества художника, но ярче всего она проявляется в Арле.

Ван Гог уезжает в Арль после двух лет жизни в Париже. Писем парижского периода сохранилось всего четыре, и поэтому реконструкция того периода жизни Винсента крайне усложнена (хотя, может быть, просто не привычно легка — обо всех остальных мы знаем из подробнейших, чуть ли не ежедневных писем). Дж. Ревальд пишет, что во время пребывания в Париже Ван Гог общался с огромным количеством современных художников: Сёра, Сезанн, Писсарро, Тулуз-Лотрек, Гийомен, Бернар, Гоген, Ренуар33. Обсуждал с ними современное искусство, обменивался картинами, спорил о полотнах Сезанна, устраивал совместные выставки в ресторанах и кафе, сам поучаствовал в четырёх небольших выставках, в результате близкого знакомства с Камилем Писсарро увлёкся теорией дивизионизма.

И после этого огромного количества общения, рассуждений об искусстве и разговоров только об искусстве, Ван Гог сам сбегает в Арль — как он пишет, ему нужно было отдохнуть от суеты Парижа и осмыслить все новшества, которые он оттуда вынес.

Видимо, ему была абсолютно необходима эта передышка от жарких споров (по-другому он спорить не очень умел, судя по воспоминаниям современников34) и огромного количества теорий искусства, которые обрушились на него так внезапно. В одном из первых писем из Арля он пишет следующее: «... тем не менее, я уже написал три этюда, что в это время года мне едва ли удалось сделать в Париже...»35. И спустя несколько месяцев: «Я чувствую, как меня покидает то, чему я научился в Париже, и как я возвращаюсь к тем мыслям, которые пришли мне в голову, когда я жил в деревне и не знал импрессионистов»36.

В первые месяцы в Арле Ван Гог радуется этой передышке, этой возможности переосмыслить новые для него идеи, отдохнуть от бешеного темпа жизни в Париже, где «создать что-нибудь может лишь тот, кто наполовину мертв»37.

Но через месяц с небольшим Ван Гогу станет не хватать споров, разговоров об искусстве с понимающим его собеседником. В Арле не жил никто из художников: точнее, в первые дни по приезде к нему пришли знакомиться двое местных художников, — один из них — бакалейщик, торгующий заодно и материалами для живописи, другой — мировой судья38. Очевидно, это были не те люди, с которыми Винсент мог на равных обсуждать произведения Петрарки, Джотто или Мопассана. Ещё в Арле Винсент одно время работал вместе с зуавом, полк которого квартировался поблизости. Это общество воспринимало Ван Гога как человека не очень нормального, о чем свидетельствуют бесхитростные воспоминания Милье о Ван Гоге, записанные журналистом Пьером Вейлером в 1955 году: «У этого парня были и вкус, и талант к рисованию, но когда он брался за кисть, то делался ненормальным... Писал он чересчур широко, не обращал никакого внимания на детали, не делал подготовительного рисунка на холсте — как вам это!.. И потом, его цвета... Перенасыщенные, ненормальные, недопустимые...»39.

Очевидно, что, в отсутствие живого общения, все настоящие, волнующие его до глубины души, мысли о живописи и литературе вылились в письма к брату, Бернару, Гогену, Тулуз-Лотреку, даже сестре Вил. Но этого опосредованного письмами, пусть и очень насыщенного, общения Винсенту не хватало. Не то, чтобы он находился в полной изоляции от людей — он общался с почтальоном Руленом, его семьёй, тем же Милье… Но вот что он пишет брату о своём окружении: «Сказать тебе всю правду? Тогда добавлю, что зуавы, публичные дома, очаровательные арлезианочки, идущие к первому причастию, священник в стихаре, похожий на сердитого носорога, и любители абсента также представляются мне существами из иного мира»40. И ему очень не хватало человека из одного с ним мира. Возможно, именно поэтому он так ждал приезда Гогена — ведь после этого ему будет с кем перемолвиться словом хоть раз в день41.

В Овере - втором исследуемом нами периоде, тема одиночества не столь ярка (если не касаться самых последних его работ). Возможно, свою позитивную роль играет присутствие доктора Гаше, разбирающегося в искусстве, знакомого со многими современными художниками и чем-то близкого Ван Гогу по духу42.

Таким образом, мотив одиночества (с различной интенсивностью) проявляется в обоих периодах – в Арле с большей интенсивностью, в Овере – с меньшей.




Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12




©kzref.org 2022
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет