М. Орбини. Историография народа славянского. 1722 год Исторический клуб



жүктеу 5.72 Mb.
бет21/40
Дата03.04.2019
өлшемі5.72 Mb.
түріКнига
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   40
Почти в то же время ушел в мир иной болгарский государь Петр, престол которого находился в Преславе. Константинопольский император, пользуясь этим обстоятельством для захвата болгарского царства, собрал большое войско и покорил почти все упомянутое царство, после чего, оставив там войско, вернулся в Константинополь. Упомянутое войско, не будучи в состоянии пребывать в покое, вторглось в Рашку и захватило ее. Ван Рашки, лишившись своей вотчины, бежал со своими сыновьями Пиней (Pigna) и Радиградом и дочерью Прехвалой в Оногошт к королю Предимиру и нашел его в Оногоштской жупании. Прекрасная дочь бана пленила сердце короля, и он через своих слуг велел передать ее отцу), что, если тот соизволит отдать ее ему в жены, то он постарается отвоевать Рашку, которую после этого передаст ему и его потомкам в наследственное владение, при условии, однако, что они добровольно признают власть короля над Рашкой и присягнут ему в верности. Бан несказанно обрадовался этому предложению и сразу же дал свое согласие. Король, получив руку его дочери, отпраздновал пышную свадьбу, а своего шурина Радиграда сделал князем Оногошта. Когда же вскоре после этого скончался константинопольский император, то Предимир со своим тестем баном подали знак рашанам, чтобы те без всякого снисхождения изгоняли и избивали всех живших у них греков. Посему в один из дней все греки были перебиты рашанами. Предимир, вступив в Рашку со своим тестем, отдал ее во владение ему и его потомкам, оставив за собой только королевскую власть над ней. После этого у Предимира от его жены Прехвалы родилось четыре сына: Хвалимир, Болеслав, Драгислав и Свевлад. Отец их, желая, чтобы сыновья жили в мире и дружбе, еще при своей жизни назначил каждому свой удел королевства: Хвалимиру он дал Зету (Zenta) со всеми ее княжествами (Contadi), а именно Лушским (Lusca), Подлужским (Podlugia), Горским (Gorska), Купелницким (Cepelnia), Обликским (Obliqua), Прапратненским (Prapratnas), Црмницким (Cemerniza), Будовским (Budua) вместе с Цуцево (Cucieva) и Грбали (Gripuli). Болеславу он назначил Требинье (Trebine) с княжествами Любомирским (Gliubomir), Фатницким (Vetniza), Рудинским (Rudine), Крушевицким (Crusceuiza), Врмским (Упnо), Ризанским (Risano), Драчевицким (Oraceuiza), Конавлянским (Canale) и Жрновицким (Gemouniza). Драгиславу он дал Хумскую землю (Chernania) с жупаниями Стонской (Stantania), Поповской (Рараиа), Ябской (Iambsco), Лукской (Luca), Великогорской (Velicagor), Имотской (Imota), Вечеричской (Vecerigorie), Дубравской (Oubraua) и Дабарской (Oebra). Свевладу же он дал область, которую латиняне именуют Sottomontana, а славяне ¬ Подгорье (Podgorie), с жупаниями Оногоштской (Onogoste), Морачской (Morauia), Комарницкой (Comerniza), Пивской (Piua), Гацкой (Gaza), Невесиньской (Netussigne), Вишевской (Guijsceuo), Комской (Cora), Идбарской (Oebrecia), Нерентвлянской (Nerenta) и Рамской (Rama).
Упомянутые уделы своих сыновей он назвал тетрархиями, то есть четвертями королевства. После этого Предимир прожил еще много лет и переселился в лучший мир, успев увидеть внуков. Сыновья похоронили его с великими почестями в церкви Св. Петра в Рашке.
У его брата Крешимира родился сын, названный Стефаном, который после смерти отца стал править Боснией и Белой Хорватией. Это же делали и его потомки. У упомянутого Стефана от одной наложницы родился сын, хромой на обе ноги, который был назван Легетом (Leget). После смерти своего отца он был отвезен к своему двоюродному брату Болеславу в Требинье. Живя у него, он влюбился в девушку по имени Ловица (Louiza), которую Болеслав дал ему в услужение. Женившись на ней, он имел от нее семь сыновей. Возмужав, они сделались отважными воинами. Сыновья же Предимира стали жестоко притеснять своих подданных, которые отвечали им лютой ненавистью. Посему они обратились к сыновьям Легета и их отцу с просьбой изгнать сыновей Предимира и взять власть в свои руки. Сыновья Легета, посоветовавшись с отцом и вельможами (principali) королевства, восстали против потомков Предимира и, возмутив весь народ, истребили всех его потомков, кроме одного Сильвестра, едва успевшего найти убежище со своей матерью в Лавсии, откуда она была родом. Сыновья Легета, совершив упомянутое избиение, стали править землями своих сородичей. Их отец построил себе в Которской бухте крепость в селении под названием Траект (Traietto) и сделал ее своей резиденцией. Однако всемогущий Господь, которому отнюдь не по нраву подобные злодеяния, вскоре поразил Легета и его сыновей, и всех унесла чума и другие болезни. Видя это, народ, побудивший их совершить упомянутые злодеяния, пришел в смятение и стал опасаться, что гнев Господень не минует и его. Посему по общему совету было решено призвать в короли Сильвестра, единственного (как было сказано выше) из оставшихся в живых потомков Предимира, который нашел убежище в Лавсии. Так Сильвестр, покинув Лавсий, стал править отчим королевством, и на его веку все дела шли ладно. Будучи богобоязненным, он вершил над всеми суд по долгу справедливости. Оставив после себя сына по имени Тугемир, он скончался. Тугемир, наследовав отцу в управлении королевством, женился и имел единственного сына по имени Хвалимир. Ничего другого достойного упоминания за свою жизнь он не совершил. При Тугемире царем Болгарии стал некий Самуил, который, сражаясь с угнетавшими Болгарию греками, в конце концов, изгнал их из страны, внушив такой страх, что ни разу на его веку греки не осмелились приблизиться к пределам Болгарии. После смерти Тугемира власть перешла к его сыну Хвалимиру. Женившись, он имел трех сыновей: Петрислава, Драгимира и Мирослава. Петриславу он дал в управление Зету, Драгимиру - Требинье и Хум (Chleuna), а Мирославу - Подгорье (Podgorie).
Дожив до преклонных лет, он скончался. Через некоторое время Мирослав, отправившись навестить своего брата Петрислава, был застигнут бурей посреди озера (Balta) и погиб вместе со всей свитой, не оставив после себя сыновей. Поэтому его земли отошли к Петриславу. Последний, имея единственного сына по имени Владимир, скончался и был погребен в церкви Святой Марии в Крайине (Gazeni). Владимир, приняв на себя управление королевством в юных летах, по мере возмужания, помимо телесной красоты, которой наградил его Пресвятой Господь, умножал свою мудрость и благочестие. При нем вышеупомянутый болгарский царь Самуил с сильным войском вторгся в Далмацию и принялся опустошать владения короля Владимира. Последний, не желая по своей доброте и простодушию подвергать опасности жизнь своих подданных, не стал вступать в войну и предпринимать ответные действия, но, поднявшись на очень высокую гору под названием Облик (Obliquo), стал жить там со своими людьми. Болгарин, видя, что не может причинить королю Владимиру никакого вреда, пока тот там находится, оставил часть своего войска у подножия упомянутой горы, и сам повел остальных на захват Улциня (Olchinio). В те времена на горе, где пребывал со своими людьми Владимир, водилось немало ядовитых змей, от укусов которых гибли и люди, и скот. Владимир, видя беды, которые терпели от упомянутых тварей его люди, обратился к Господу с благоговейной просьбой освободить их от этой напасти. Господь внял его словам, и с тех пор не только никто из его людей не был укушен змеей, но и до сего дня змеи и другие ядовитые твари тех мест безвредны для людей. Самуил, видя (как было сказано), что захватить короля Владимира с помощью силы нет никакой возможности, попытался через послов уговорить его спуститься с горы, обещая не причинять никакого вреда. Владимир ответил отказом.
Тогда один из его [Владимира] жупанов вступил в тайные сношения с Самуилом и обещал за хорошее вознаграждение от Болгарина предать ему Владимира со всеми его людьми. Самуил обещал золотые горы, и тогда упомянутый жупан принялся уговаривать короля Владимира сдаться Болгарину, уверяя, что тот не должен причинить ему никакого зла; более того, даже если Болгарин и обойдется плохо с ним лично, то [его подданным] не будет обиды. Король Владимир, страдая и печалясь в большей мере за своих подданных, чем за себя самого, поскольку (как мы сказали) был мужем святым, дал своему жупану себя убедить. Собрав сходку, он обратился к народу с такими словами: «Любезные братья мои! Наше положение вынуждает меня (по моему разумению) поступить теперь по евангельскому изречению, гласящему: "Пастырь добрый полагает душу свою за спасение овец своих. Болгарин обещает ныне отпустить вас всех без обиды, если¬ я сойду вниз и переговорю с ним. Если же я не сделаю этого, он грозится не сойти с этого места до тех пор, пока все мы не погибнем от голода. Посему лучше мне сдаться на его милость, чем обречь вас всех на великие страдания». Произнеся эти слова, он попрощался со всеми и пошел к Самуилу, который, едва Владимир оказался у него в руках, сослал его в Охрид в место под названием Преспа (Presla), где находилась его резиденция. После этого он со всей своей ратью осадил Улцинь. Не сумев захватить его, он прошел с набегом по Далмации вплоть до Задара. В Далмации (помимо прочих бед, причиненных всей упомянутой области) им были сожжены Лавсий и Котор. Земли Боснии и Рашки также подверглись жестокому разорению. Наконец, не оставив камня на камне, он вернулся в Болгарию.
Пока происходили указанные события, Владимир находился в заточении и, невзирая на дурное обращение, выносил все с великим терпением. Изнуряя свою плоть постами, он неустанно молил Господа ниспослать ему помощь и свою божественную благодать. И вот в одну из ночей Владимиру явился во сне ангел Господень, который ободрил его и объявил обо всем, что должно с ним произойти: что Господь освободит его из этой темницы, а затем через мученический венец сделает насельником царства Небесного. Тогда блаженный Владимир, укрепленный этим видением, стал с еще большим усердием предаваться молитвам и прочим умерщвлениям плоти.
Однажды случилось так, что Косара, дочь упомянутого Самуила, пришла к отцу и попросила у него позволения посетить заключенных и из любви к Богу омыть их. Легко получив согласие отца, она отправилась в темницу, и среди тех, кого она омыла, оказался и король Владимир. Сраженная его миловидностью, а более всего скромностью, рассудительностью и нежностью речей, Косара вернулась к отцу и, бросившись перед ним на колени, стала умолять его освободить Владимира из темницы и дать ей в мужья.
Отец, рассудив, что Владимир происходит из древнего королевского рода и наделен всеми манерами и качествами, приличествующими мужам подобного звания, охотно согласился исполнить просьбу своей дочери. Освободив Владимира из темницы, он одел его в царское платье и, женив на упомянутой дочери, устроил царский пир, на котором присутствовали все Магнаты его царства. Наконец, он вернул Владимиру королевство его отца, присовокупив к нему Драч со всей его территорией. Не ограничившись этим, он и Драгимиру, дяде упомянутого Владимира, вернул Требинье и все то, что прежде у него отнял. Владимир, введя в дом жену, стал жить с ней с большим благочестием и править своим королевством при полном довольстве всего народа.
Вскоре Самуил Болгарин скончался, и ему наследовал его сын Радомир. В результате непрерывных войн с греками он захватил все их владения вплоть до Константинополя. Тогда император Василий, опасаясь лишиться всей империи, отправил тайного посланца к двоюродному брату Радомира Владиславу, увещевая последнего отомстить за смерть своего отца, убитого вместе с другим своим братом Самуилом, и обещая пожаловать ему за это все области, которыми когда-либо владел Радомир. Владислав, соблазненный посулами императора, не стал долго ждать и однажды во время охоты убил Радомира. Понимая, однако, что не сможет спокойно владеть своим королевством, пока жив зять Радомира Владимир, он стал под предлогом дружбы зазывать его к себе. Косара, жена Владимира, узнав об этом и опасаясь, что ее мужа может постигнуть участь ее брата Радомира, удержала его дома и отправилась к Владиславу сама, надеясь выведать его намерения. Владислав, выйдя с большой свитой навстречу, принял ее со всеми почестями. Затем он вновь послал своих людей, дав им золотой крест и присягнув на нем в том, что не только не причинит Владимиру никакого зла, но сделает много доброго, а затем с великим почетом и при полном его довольстве отпустит вместе с женой обратно. Владимир, который был мужем благочестивым и простодушным, поверил его словам и согласился приехать, при условии, однако, что вместо золотого креста тот пришлет ему деревянный, на котором был распят Христос. Получив такой ответ, Владислав немедленно отправил к нему двух епископов и отшельника с деревянным крестом, о котором тот просил; наказав им передать Владимиру, присягнув на кресте, что он не причинит ему никакого вреда. Епископы и отшельник, прибыв к Владимиру, исполнили свое поручение, и он с небольшой свитой отправился в путь.
И хотя Владислав устроил ему на дороге засаду, полагая таким способом избавиться от принесенной клятвы, Владимир избежал смерти ¬ Bceмогущий Господь не позволил осуществиться замыслу Владислава, и те, кто были им посланы, чтобы предать смерти Владимира, увидали его в окружении множества ратников, и каждый из них был крылат и вооружен копьем. Признав в них ангелов Божьих, все они разбежались. Так Владимир благополучно добрался до Преслава (Preslaua), где находился царский престол Владислава, и направился прямиком в палаты царя, который в то время собирался обедать. Царь был крайне раздосадован его появлением, так как намеревался покончить с Владимиром до его прибытия, дабы не сложилось мнения, что он послужил причиной его гибели.
Однако, замыслив во что бы то ни стало лишить его жизни, он тут же приказал отрубить ему голову. Владимир, услышав это, оборотился к епископам и сказал: «Добрые люди за что вы предали меня? Что понудило вас присягать на кресте Господнем, который вы принесли с собой, что мне не причинят никакого вреда? Может ли Бог попустить подобное злодейство?» Не смея от стыда ничего ему ответить, стояли они безмолвные и подавленные, опустив очи долу. Перед казнью Владимир пожелал причаститься Пресвятого Тела Христова. Смиренно причастившись, он поцеловал крест и произнес: «Сей достопочтенный крест да будет мне свидетелем вместе со всеми вами в День господень, что умираю я без вины».
Сказав это, он вышел из церкви и отдал себя в руки тех, которые должны были его казнить. Так, в 22-й день месяца мая он был принародно обезглавлен перед упомянутой церковью. Епископы, забрав тело, погребли его в церкви, и на его могиле немало слабых и больных обрели исцеление.
Этим посмертным даром Бог желал показать, что он ушел из жизни невинным и воистину принял мученический венец. Видевшего это Владислава охватил великий страх. Посему он позволил его жене, денно и нощно оплакивавшей своего мужа, забрать его останки и похоронить там, где она пожелает. Та перенесла их в Крайину (Creani), где прежде находилась его королевская резиденция, и предала погребению в церкви Святой Марии. Там его мощи по сию пору пребывают в целости, источая нежное благоухание, в руках же он держит тот самый крест, который ему был прислан болгарским царем. Каждый год в день его праздника туда стекается множество народа, и до сего времени благодаря заступничеству блаженного Владимира в упомянутой церкви происходит множество чудес.
Жена его, презрев мирскую жизнь, постриглась в монахини той же церкви и, прожив остаток своих дней в святости, там и отдала Богу душу.
Владислав же, пока мощи блаженного Владимира переносились к месту их погребения, собрав большую рать, захватил все его владения. Помимо этого, за упомянутые убийства он получил от греческого императора обещанный ему город Драч. Однако Бог не оставил подобные злодеяния безнаказанными, и однажды, когда Владислав ужинал в Драче, пред ним предстал муж с мечом, ликом схожий с Владимиром. Охваченный ужасом, тот стал звать на помощь своих воинов, но посланный Богом ангел поразил его, и он упал замертво. Увидев это, воины его в ужасе разбежались. Так этот прескверный муж, прервавший некогда свой обед, чтобы предать смерти блаженного Владимира, сам был предан смерти за ужином рукой ангела Господня.
Посему дядя Владимира Драгимир, узнав об этом, решил вернуть себе королевство своих предков и, собрав большое войско, прибыл в Которскую бухту. Жители Котора вышли ему навстречу и, вынеся снедь, стали просить его отобедать на острове, носящем имя святого Гавриила, чтобы успеть тем временем должным образом подготовить город к достойному приему столь высокого гостя. Драгимир принял приглашение которцев и с небольшой свитой переправился на лодке на остров. Распорядившись о приготовлении трапезы, которцы (а их собралось там немало) стали вести такие речи: «Самуил и Владислав, прежние цари упомянутых областей мертвы, и не осталось никого из рода древних королей, кроме Драгимира. Если он останется в живых и станет обращаться с нами так же, как его предки, дела наши будут плохи. Так давайте же убьем его и сбросим ярмо рабства во имя нашего счастья и [счастья] наших детей!» Сговорившись сообща об убийстве короля, они, когда пришло время обеда, с довольным видом сели вкушать пищу вместе с ним. Распалив себя с помощью вина, они всем скопом неожиданно набросились на короля, но он успел вскочить на ноги и укрыться в стоявшей поблизости церкви. Обнажив меч, он преградил нападавшим вход в упомянутую церковь. Которцы, видя, что дверной проем церкви слишком узок, взобрались на крышу, проломили ее и, проникнув внутрь, убили короля - отражать одновременно наседавших на дверь и проникавших через крышу было выше его сил. Совершив это злодеяние, они разбежались. Войско, узнав о гибели своего короля, разбрелось по домам.
Жена Драгимира, узнав о гибели мужа, решила вернуться в Рашку к своему отцу Лютомиру, великому жупану Рашки. Не застав его в живых, она отправилась со своей матерью и двумя дочерями в Боснию к своим дядьям по материнской линии. В дороге, проезжая через Дринское княжество (Contado di Drina), в селении под названием Брусна (Brusno) она разрешилась сыном и нарекла его Доброславом (Dobroslauo). В течение некоторого времени она жила с ним в Боснии, но затем, опасаясь вражеских козней, отвезла в Рагузу. Там он взял в жены внучку (nipote) прежнего болгарского царя Самуила, прекрасную девушку, и имел от нее пятерых сыновей: Михайло (Michaglia), Гойислава (Goislauo), Caгaнeкa (Sagance), Радослава (Radoslauo) и Предимира (Predemir).
Греческий император Василий, узнав о смерти болгарского царя Владислава, собрал большое войско и захватил всю Болгарию, Рашку и Боснию. Одновременно с этим он, снарядив мощный флот, покорил всю Далмацию до самых ее крайних пределов. Управлять упомянутыми областями Василий поставил чиновников из греков, от алчности которых местному населению приходилось терпеть немало горя. Доброслав, видя это, решил воспользоваться этим и вернуть себе владения своих предков. Посему он стал, с ОДНОИ стороны, льстить греческим чиновникам, превознося их правление и рассудительность, с которой они вершили правосудие; с другой же ¬ указывать народу на жестокое рабство, которое его угнетало, напоминая о неправедном суде, ежедневно чинимом греками, об обесчещенных ими женах и поруганных дочерях-девственницах. Такого, говорил он, его предки не делали никогда. Следуя такой политике в течение некоторого времени, [он добился того, что] народ стал относиться к нему с любовью, а к грекам ¬ с ненавистью, и стал думать о том, каким образом избавиться от их тяжелого гнета. Так составился заговор, и однажды народ, восстав, перебил всех императорских чиновников и греческих вельмож, которые в ту пору находились в Далмации. Доброслав же был призван принять власть над королевством. Тот немедля прибыл со своими сыновьями, юношами, подававшими большие надежды, и взял власть в свои руки. Сражаясь с греками, он захватил все земли вплоть до Полицы (Apliza). Император, услышав об этом, пришел в негодование и, вызвав к себе одного из своих полководцев по имени Арменопул (Armenopolo), повелел ему собрать войско и подавить [восстание] Доброслава и его сыновей. Арменопул, подготовив все необходимое для ведения войны, отбыл с войском и прибыл в Зету. Однако и Доброслав с сыновьями не бездействовал, собирая повсюду войска. Силы свои он разделил на две части: одну из них он вверил четырем своим сыновьям, приказав им двигаться на восток, дойти до места под названием Вранье (Vurania) и ожидать там исхода битвы; другую же часть оставил за собой и своим сыном Радославом. Напав на греков, он разбил их и обратил в бегство. В этой битве его сын Радослав проявил великую доблесть: в числе сраженных его рукой неприятелей оказался сам греческии полководец.
Это и послужило главной причиной поражения греков. Те же, кто смогли спастись и думали, что ускользнули от неприятеля, наткнулись на сыновей Доброслава, занявших восточную сторону, и были ими почти полностью истреблены. Благодаря этой победе король не только вернул себе свои владения, но и присоединил к ним земли, отнятые у неприятеля. Сыну же Радославу, проявившему в упомянутой битве доблесть истинного полководца, он дал Гацкую жупанию (Giupania di Kezka).
Греческий император, получив известие о гибели своего войска, впал в глубокое уныние. Опасаясь худшего, он отправил послов с множеством дорогих подарков к государям, правившим в Иллирике: главным образом к жупану Рашки, бану Боснии и князю Хума (signore di Chelmo). Он настоятельно призывал их пойти войной на Доброслава и постараться победить его; в противном же случае, советовал им хорошенько остерегаться гордого и надменного ума Доброслава и его сыновей. Посему жупан Рашки и бан Боснии, собрав большое войско, обратились к князю Хума Лютовиду, мужу искусному и опытному в делах войны, с просьбой, собрав свое воинство, стать во главе объединенной рати. Лютовид принял предложение и, присоединив своих воинов к остальным, составил могучую рать и разбил лагерь в Требинье. греческий император, собрав войска больше, чем когда-либо прежде, поставил над ним наместника Драча топарха Курсилия. Тот, собрав всех годных к военной службе на равнине под Скадаром, снял лагерь и, переправившись через Дрину, стал на территории Бара. Доброслав же со своими отрядами находился в Црмнице. Зная об огромных силах своих противников, он понимал, что дело его проиграно, если, переправившись через Которскую бухту, они соединят свои войска. Посему, созвав сыновей и всех других начальников своего войска, он обратился к ним с такой речью: «Вы, мои любезные сыны, и вы, мои доблестные воины, видите, что силы наших врагов очень велики. Их натиску с такими малыми силами противостоять невозможно, если, однако, до того, как они соединятся, мы не проявим геройства. Посему, по моему разумению, следует сделать так: мои сыновья Михайло, Предимир и Саганек с одной частью имеющихся у нас сил пойдут и тайком займут горы, находящиеся в тылу у неприятеля; я же с остальными сыновьями, Гойиславом и другой частью останусь тут и посреди ночи под звуки труб, рогов и прочих военных инструментов атакую Курсилия. Как только сыновья, которые займут горы, услышат эти звуки, то пусть немедля поднимаются и, спускаясь с упомянутых гор в боевом порядке, смело атакуют врага. Если мы проявим мужество, то этой ночью с Божьей помощью победа будет за нами». Эта речь была встречена единогласным одобрением, и три вышеупомянутых сына (согласно приказу отца) заняли названные горы, ожидая сигнала к атаке на неприятеля. Тем временем один житель Бара, который с юных лет поддерживал Доброслава, не без воли Всевышнего, проявлявшего свое покровительство упомянутому королю, пришел в греческий лагерь и во всеуслышание предупредил Курсилия о грозящей ему опасности со стороны Доброслава и его сыновей, окруживших его со всех сторон. Когда стараниями упомянутого жителя Бара слух об окружении разнесся по всему лагерю, возникло немалое замешательство, посеявшее среди воинов чувство страха. Курсилий, видя это, приказал всем немедленно взять оружие и приготовиться к бою, выставив в надлежащих местах караулы. Доброслав же, выждав подходящий момент, поднял войско и, атаковав караулы греческого лагеря, частью их перебил, частью обратил в бегство, а затем под звуки труб и оглушительные крики своих воинов стремительно двинулся вперед. Услышав эти звуки, сыновья короля, занявшие горы в тылу у неприятеля, также без промедления с криком под звуки труб и других военных инструментов ринулись вниз. Греки, слыша грохот и думая, что все сказанное упомянутым жителем Бара оказалось правдой, ничего не различая в ночной темноте, перепугались и, не дожидаясь подхода противника, обратились в бегство. Доброслав и его сыновья, увидев это, со всей стремительностью, на какую были способны, бросились вслед за ними и, перебив большую их часть, преследовали остальных до реки Дрина, захватив немало пленников. Греческий полководец Курсилий, получив ранение, едва сумел спастись бегством и, находясь на территории Скадара, скончался. Во время этого сражения случилось так, что Гойислав, преследуя врага, наткнулся в роще близ реки, протекающей по Прапратне, на собственного отца и, не признав в ночной темноте, напал на него, сбросил с коня и хотел уже лишить жизни. Тогда Доброслав завопил во весь голос: «Помилуй, Боже, помилуй, Боже!» (Pomilvi Вохе, pomilvi Вохе).



Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   40


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет