Мураддин Мусаевич Ольмезов. Тахир и Зухра



жүктеу 180.21 Kb.
Дата07.05.2019
өлшемі180.21 Kb.

Мураддин Мусаевич Ольмезов.

Тахир и Зухра.

Тахир бла Зухра.

Трагедия.

Перевод с балкарского Ладо Местича.

Действующие лица:

Зухра.

Тахир.


Царица Нур-Султане.

Койшаяк — злой дух.

Джады — ведьма, его мать.

Мать Зухры.

Прислужницы Нур-Султане:

Софье.


Гюльназ.

Райме.
Незгет — евнух.

Моряк.

Персиянин.



Нищие, старики и купцы.

Пролог.


Ущелье, поросшее колючим кустарником. Догорает костер.

Ведьма Джады стоит и машет платком.

Койшаяк ( скатываясь со склона). Что тебе нужно, матушка?

Джады. Полно тебе, Койшаяк, носиться без дела по ущелью. Солнце заходит. Пора к людям.

Койшаяк. Зачем, матушка? Мне хорошо у тебя. Сладко пахнут твои волшебные травы. Весело мне носиться по ущелью. Хочешь, я добегу до вершины скорее, чем синий дым твоего костра.

Джады. Солнце заходит, Койшаяк! Пора к людям.

Койшаяк. Устал я от них, матушка!

Джады. Без людей — чем мы жить будем! Они нас кормят и поят. Для них я и сад насадила. Посмотри: горькая полынь выше дерева, красные маки больше подсолнечников.

Как уродился в этом году колючий репейник,— а какая у меня крапива, она жжет, как горящие уголья!

Койшаяк. Что же из твоего сада ты пошлешь сегодня людям, матушка? Хочешь, я отнесу им полынь,— горек будет им завтрашний хлеб, или колючий репейник, чтобы поссорились братья, или молодую крапиву, чтобы муж замучил жену, или хочешь — я отнесу старой матери красный мак, и она никогда больше не увидит своего сына?

Джады. Нет, Койшаяк, сегодня в ночь под пятницу в моем саду распустилось редкое растение. Целую неделю я ждала его. Понеси его к людям. Сегодня — в ночь под пятницу — девушки у пенджерэ ждут своих возлюбленных. Поди к той, которая любит сильнее других, и оцарапай ей губы разлучной колючкой. Сейчас между нею и милым только решетка пенджерэ, завтра между ними будет море!

Койшаяк. Но ведь море, матушка, можно переплыть на корабле!

Джады. Тогда между ними ляжет пустыня!

Койшаяк. Пустыню можно проскакать на быстром коне!

Джады. Тогда в их сердцах будет сомнение. Не соединятся они при встрече, не будут вместе и после смерти. Вырастет на их могиле разлучная колючка!

Койшаяк. Хорошо, хорошо, матушка! Давай ее сюда! Понесу я людям твою разлучную колючку. Сам оцарапаю губы девушки, сам уведу от нее милого, будут с ним до его смерти.

Джады. Отнеси, милый сын. Посмотрим, что вернее — цвет любви или моя разлучная колючка!

Койшаяк. Кто сильнее тебя, матушка! На земле растут мелкие цветы. Твои травы быстро глушат их. Кому велишь отнести разлучную колючку?

Джады ( указывая вперед). Девушку, которой ты отнесешь эту колючку, зовут Зухра. Она ждет у пенджерэ своего милого. Его зовут Тахир.

Действие 1.

Сумерки. Сакля матери Зухры. Зухра стоит у окна с резной решеткой (пенджерэ). Мать разматывает шерсть. С улицы доносится шум.

Мать. Зухра, джаным ( дорогая, милая), что там на улице?

Зухра. Верблюды идут, целый караван идет к морю.

Мать. Это верблюды царицы Нур-Султане. Завтра царица отправится в хадж — поклониться могиле Пророка.

Зухра. А далеко могила Пророка?

Мать. Далеко, Зухра. Много дней надо плыть морем, потом идти пустыней, а пустыня еще шире моря.

Зухра. Должно быть, страшно ехать так далеко.

Мать. Царицу охраняют сто всадников, с ней мудрый Незгет и много верных прислужниц. На ее фелюгах прочные паруса зеленого шелка, ее верблюды быстрее птиц.

Зухра. Видела я сегодня прислужниц Нур-Султане. На них золотые феридже ( фараджии), а папучи у них расшиты бирюзой. Ай, какая бирюза!

Мать. Мне говорила Софье царицы, что одна из прислужниц заболела. Вот почему Нур-Султане не уехала сегодня. Она ищет для себя новую прислужницу у нас, в Капсихоре.

Зухра. Кого то из девушек выберет Нур Султанэ? Должно быть маленькую Земинэ. Она красивее других, ее все называют красавицей.

Мать. Кто скажет, какая из звезд ярче: сейчас одна стоит выше, a к утру взойдет другая.

На улице с минарета кричит муэдзин: « Ла иллаха иль Алла Магомед Разу ль Алла» ( « Нет бога, кроме Бога, и Мухаммед – Пророк Его»).

Настало время молитвы. Кричит муэдзин. Завтра пятница. Побудь одна, моя джаным. Я знаю, сегодня вечером тебе не будет скучно без твоей старой матери! (Уходит).

Зухра (одна). Старики ушли на молитву. Девушки у пенджерэ ищут своих милых. А где же мой Тахир?

Пауза. Тахир появляется в окне и передает Зухре зеркальную коробочку с мастикой и платок со сластями. Они целуются.

Тахир.

В сад возлюбленной моей



Я пришел в седьмую ночь.

Сад возлюбленной моей

Сторожил я шесть ночей.

Зухра.


Розы ждут в моем саду

Сладкой песни соловья,

А над розами в саду

Я тебя, вздыхая, жду.

Тахир.

Если весь богатый Крым



За тебя отдаст мне хан,

Я скажу; возьми свой Крым

И оставь мою джаным!

Зухра.


Редкий жемчуг наших встреч

Крепко свяжет нить любви,

Если жемчуг наших встреч

Будем в сердце мы беречь.

Тахир.

В Книге Вечности Аллах



Две души связал в одну.

Две судьбы свяжи, Аллах,

На земле и в небесах!

Целуются. В саду слышны шаги. Тахир скрывается. Над окном появляется Койшаяк и зовет Зухра голосом Тахира.

Койшаяк. Зухра, Зухра!

Зухра. Тахир, ты вернулся?

Койшаяк колет ей губы колючкой и исчезает.

Зухра. Ах, что то оцарапало мне губы. На них кровь... Как больно сжалось сердце! За окном Тахира нет. А я ясно слышала его голос. Пойду, посмотрю, нет ли его в саду (Уходит).

За сценой нарастающий шум, топот лошадей, крики.

Зухра (возвращается с виноградной лозой в руке). Никого нет. На улице шум. Соседка говорит, что пришел ханский отряд, берет молодых джигитов в набег. Неужели возьмут Тахира? Как сильно я оцарапала губы. Все еще больно.

Входит мать.

Мать. Зухра, Зухра, ханский отряд пришел! Наших джигитов берут в набег на русских. Всех взяли, ни одного не оставили.

Зухра. А Тахира ты не видела?

Мать. Его взяли у нашего дома.

Зухра. Я побегу за ним! (Бежит к дверям).

Мать. Куда ты пойдешь, глупая? Разве девушки ходят ночью. Не плачь, Зухра, не плачь. Вернется Тахир, русских ограбит, богатые подарки привезет.

Зухра. Не нужно мне подарков, был бы жив Тахир! Недаром я оцарапала губы, недобрый это был знак... (Плачет).

Мать. Не плачь, Зухра. На то Тахир и джигит, чтобы ходить в набеги. А судьба в руках Аллаха!

Зухра (поднимает виноградную лозу и плачет). Сорвала Зухра в винограднике чараз, каплет с него виноградный сок. Плачет Зухра, плачет чараз. Чараз аглай. Выпей слезы, чараз, выпей слезы, Зухра. Забудь о Тахире. Только как забыть? Тахир, если скажут тебе: возьми ханский табун, возьми все вселенские сады, не люби Зухру. Как ты ответишь? Я знаю Тахира — отвернется он. Одна душа у Тахира, и в душе его живет одна Зухра! (Плачет).

Слышен стук в дверь. Мать подходит к двери, открывает и кланяется.

Мать. Мир тебе, госпожа моя! Поклонись гостье, Зухра. К нам пришла госпожа Софье, любимая прислужница царицы.

Зухра кланяется.

Софье. Мир вам. О чем плачет девушка?

Мать. Девичьи слезы — утренний туман. Не заметишь, как он разойдется.

Софье. Зухра не должна плакать, Зухра должна радоваться. За ней прислала царица Нур-Султане. Она избрала Зухру своей прислужницей и повезет ее с собой поклониться могиле Пророка. Завтра утром будь у царицы, Зухра!

Мать. Великая честь нашему дому! Кланяйся, Зухра, и благодари госпожу Софье за добрую весть.

Софье. Ты будешь ходить в золотом изаре и красных папучах. Чадра будет у тебя из брусского газа. А дороже золотого изара и шелковой чадры милость и ласка великой царицы. Мудрее ее нет никого на свете. Слова ее, как мед с душистых роз. Великая честь — служить царице Нур-Султане.

Мать. Великая честь служить царице, великая честь нашему дому! Поклонись, Зухра!

Зухра прижимает руки к сердцу и низко кланяется.

Занавес.


Действие 2.

Картина 1.

Берег моря в Крыму. Скала, на ней дерево-карагач, за ним Койшаяк. На скале сидит Тахир, у берега парус фелюги. На берегу лежит турок-моряк.

Тахир. Вернулся Тахир в Капсихор, не нашел Зухры дома. Родная деревня не родной стала!

Койшаяк (из-за дерева). Зачем спешил, Тахир, домой? Зачем старался залечить свои раны? Если все залечишь, одной не залечишь, хотя бы все лекаря мира пришли к тебе на совет. Тоска любви — рана глубже всех!

Тахир. Тоска любви — рана глубже всех! Взяла царица Нур-Султане мою Зухра для услуг. Собралась в далекий хадж, увезла с собой Зухру. Когда вернется?

Койшаяк. Когда вернется? Разве можно ответить, если впереди море и пески пустыни горячее огня. На фелюгах царицы прочные паруса, а верблюды царицы быстрее птиц. Как догнать Зухру, как найти ее?

Тахир. Белый след корабля скажет Тахиру, куда увезли Зухру. Подует попутный ветер, понесет мой корабль в погоню. Ласкай, ветер, лицо, люби, Зухра, своего Тахира! Догонит Тахир караван, откроет Нур-Султане свое сердце. Улыбнется царица, позовет Зухру...

Койшаяк. Позовет царица Зухру... Легкий брусский газ не укроет огня черных очей, в золотом изаре стан так красив, в драгоценных камнях алые папучи... Только как догнать Зухра? Смотри, Тахир, парус твоей фелюги полощется в воде, нет попутного ветра.

Тахир. Нет попутного ветра! Не догнать мне Зухру... Зухра, звезда неба моего, где ты?

Койшаяк. Не дождалась Зухра Тахира. Прельстилась дорогими нарядами и почестями, забыла своего милого...

Тахир. Нет, не забыла Зухра Тахира! Не забыла, как мы встречались у пенджерэ, не могла забыть! А если и забыла, догоню ее, напомню ей прежние клятвы, спрошу, где мои подарки, где моя зеркальная коробочка и шелковый платок!

Койшаяк. Разбила Зухра зеркальную коробочку, потеряла шелковый платок. Подарила ей царица коробочку, усыпанную бирюзой, есть у нее платки, вышитые золотом. Зачем ей подарки Тахира?

Тахир. Забыла подарки Тахира? Не могла забыть! Вот подует попутный ветер, понесет мой корабль в погоню. Догоню я Зухру, спрошу ее, помнит ли меня, а если не помнит, не оставлю Зухры в живых, убью Зухру — даже если настигну ее у могилы Пророка...

Койшаяк. Даже у могилы Пророка! Спеши в путь, Тахир! Смотри: подул попутный ветер, качается карагач, поднялся парус!

Моряк (поднимаясь). Эй, спеши, джигит! Дует попутный ветер, поднялся парус. А я не думал, что сегодня отчалим. Видно, ты благочестивый человек и спешишь поклониться могиле Пророка!

Занавес.

Картина 2.

Берег моря около Стамбула. Султанский минарет, синие кипарисы, караванный путь.

Зухра сидит на берегу, к ней подходит Гульназ.

Гюльназ. Отчего ты печалишься, Зухра?

Зухра. Сейчас отойдет наш караван в пустыню. Жаль мне расстаться с родным морем.

Гюльназ. Неужели море не надоело тебе во время пути. Целые дни мы видели только синюю воду и синее небо. А ты и теперь все смотришь на море.

Зухра. Смотрю, не покажется ли парус, не из Крыма ли корабль.

Гюльназ. Лучше бы ты посмотрела вокруг. Погляди на цветной минарет султанской мечети, погляди, как много кипарисов. А разве тебе не нравится твое шелковое платье и турецкая бирюза на твоих запястьях!

Зухра; Зачем мне наряды, если нет Тахира! Зеркальная коробочка — подарок Тахира — милее мне, чем вся турецкая бирюза.

Гюльназ. Какая ты глупая, Зухра! По целым дням ты любуешься своей зеркальной коробочкой; будто дороже ее нет ничего на свете. (Смеется).

Зухра. Вы все надо мной смеетесь, когда я говорю о Тахире. А как мне скрыть мою любовь?

Гюльназ. От нас скрывать и не надо, только берегись, чтобы не заметила царица. Мы идем в Мекку, и должны быть в пути скромными и благочестивыми.

Появляется Нур-Султане, Незгет и прислужницы.

Нур-Султане (Незгету). Прикажи, Незгет, нашему отряду готовиться в путь. Слишком долго отдыхали мы в Стамбуле. Нельзя медлить, исполняя святой обет. Все ли готово к пути?

Незгет. Царице известно, что Незгет обо всем заботится. Куплены лучшие верблюды, есть запасы муки, сладких фиников, спелых маслин и пресной воды. Люди отдохнули и рады ехать дальше.

Нур-Султане. Пусть же собираются.

Незгет уходит.

Готовьтесь в путь и вы, девушки.

Гюльназ. Мы давно, царица, ждем твоего приказания. Какое счастье идти вместе с тобой в Мекку! (Убегает).

Нур-Султане. А ты, Зухра, разве не рада ехать со мною дальше?

Зухра. Я рада быть с тобою, царица!

Нур-Султане. Отчего-же ты печалишься?

Зухра молчит.

Нур-Султане. О ком тоскуешь?

Зухра (плача). Прости меня, царица, не хочется мне в пустыню. Легче догнать ветер, чем найти караван в пустыне...

Нур-Султане. Не плачь, Зухра, если любит, найдет.

Зухра. Видно правду говорят про тебя, царица, что ты мудрая и умеешь читать в душе человека. Крепко любит меня Тахир,—значит, он найдет меня и в пустыне. Коснулся бальзам твоих слов моего сердца. Весело мне стало.

Нур-Султане. Будь всегда веселой, Зухра. Верь своему сердцу. В чистом сердце обман не живет, чистое сердце всегда правду скажет. (Уходит).

Зухра. Улыбнулась царица, легко стало мне. Если любит, найдет... Брошу я жребий в море. Если упадет кость золотой стороной, близок мой Тахир! (Бросает кость в море).

Ашик аттым денизэ.

Мой жребий упал в поток

Золотой стороной, — Алла!

Мой друг от меня далек,

Но он будет со мной, — Алла!

Ашик аттым денизэ...

(Задумывается).

Вбегает отряд, шум. Пляска. Входит Незгет.

Незгет. С помощью Аллаха, по приказанию царицы Нур-Султане наш караван отходит в путь к святой могиле Пророка!

Занавес.


Картина 3.

Та же обстановка. Под кипарисами сидят старики в чалмах.

1-ый старик. Много лет живу я на свете, а не слыхал, чтобы женщины отправлялись в хадж. Долго будут помнить правоверные крымскую царицу Нур-Султане.

2-ой старик. Долго будут рассказывать о ее чудесном караване, о ее белых верблюдах. С таким великолепием путешествовала по пустыне только царица Савская.

3-тий старик. При таком богатстве не трудно и путешествовать. Если бы у меня был отряд в сто человек и столько же верблюдов с поклажей, как у царицы, я бы тоже отправился в хадж! (Смеется).

Появляется Койшаяк.

Койшаяк. Аллах дает каждому, что ему надлежит: одному — быстрые ноги верблюда, другому — красавицу жену, третьему — первое место на совете мулл. Ну, а кому ничего не дает, значит, тот ничего и не стоит!

Старики смеются. Вбегает Тахир.

Тахир. Где остановился караван крымской царицы Нурсултана?

1-ый старик. Вчера утром вышел караван из Стамбула.

Тахир. Куда ушел караван?

1-ый старик. В ту сторону — в пустыню Арабчолари.

Койшаяк. Тахир, ушла от тебя Зухра. Не упросила она царицу подождать еще день.

Тахир. Скажите, старики, где достать коня — такого, чтобы в три дня проскакал через всю пустыню?

1-ый старик. Нет, о таком коне мы не слыхали.

Тахир. Мне нужен такой конь! Должен я догнать караван Нур-Султана.

Старики качают головами. Койшаяк за спиной Тахира хлопает в ладоши. Появляется персиянин в высокой шапке и пестром халате.

Персиянин (Тахиру). У меня есть белый арабский конь! Несется он по пустыне, как знойный ветер. Не догнать его и самому шайтану,

1-ый старик (подойдя к Тахиру, вполголоса). Не покупай коня у этого персиянина. Он злой человек, и я боюсь, что конь у него заговоренный! Нехорошо на таком коне ехать в Мекку.

Койшаяк. Купи коня, Тахир, купи коня!

Тахир (персиянину). Приведи своего коня! Не медлит в пути Зухра, и мне нельзя медлить. Догоню я Зухру!

Персиянин исчезает. Койшаяк смеется. Тахир садится на камень, на котором в предыдущей картине сидела Зухра.

Тахир.

В небесах —одна луна,



У людей судьба одна,

Не уйти от смерти черной,

Если гибель суждена.

Караван ушел к востоку

И Зухру мою увез,

Принесет он в дар Пророку

Розу лучшую из роз...

Все края и царства мира

Шлют дары тебе, Пророк,

А у бедного Тахира

Был единственный цветок.

В небесах одна луна,

Жизнь одна и смерть одна,

Не уйти от смерти черной,

Если гибель суждена!

Койшаяк.


Я повсюду за тобой —

В море, в схватке боевой,

Ты Зухру свою догонишь

Завтра, мертвый иль живой!

1-ый старик (подойдя к Тахиру). Нехорошее дело ты задумал. Не послушал ты меня. Но прими мой совет: когда сядешь на своего коня, вспомни свою дуа ( здесь: клятву), скажи чистое слово!

Койшаяк. Не вспомнит Тахир своей дуа, не скажет чистого слова!

Тахир, растерянный, молчит.

Занавес.


Действие 3.

Оазис в пустыне. Источник, несколько пальм. Шатер царицы Нур-Султане. На сцене Зухра и Райме.

Зухра (прислушивается). Слышу я топот в пустыне! Не Тахир ли скачет?

Райме. Три дня мы уже в пути, Зухра, и все тебе слышится топот. Это от того, что ты все время прислушиваешься. Нехорошо прислушиваться в пустыне: можно услыхать голоса джинов. Верить им нельзя.

Зухра. Не джинов я слышу, Райме, сердце свое слышу. Едет за мной Тахир.

Райме. Как догнал бы Тахир наш быстрый караван? До сих пор нас никто еще не обогнал. Будь терпелива в разлуке, Зухра.

Зухра. Сковалась печаль пустыни с моей печалью. Высохли от солнца пески пустыни, скоро иссохнет в них Зухра. (Задумывается).

Райме. Жалко мне тебя, Зухра. Не нужно было тебе идти в хадж.

Зухра. Сама царица Нур-Султане приказала мне идти.

Райме. Должно быть, она не знала тогда о твоей любви. А теперь мы все видим, что ты таешь с каждым днем.

Из шатра выходят Нур-Султане. Девушки встают и кланяются.

Нур-Султане. Хорошо, Райме, что ты не оставляешь свою подругу в печали. А теперь пойди — я побуду с ней.

Райме уходит.

Нур-Султане (усаживает Зухру и садится рядом с ней). Что ты слышишь, Зухра?

Зухра. Слышу топот в пустыне. Не Тахир ли едет?

Нур-Султане. В любящем сердце обман не живет. Ты знаешь лучше меня, близко или далеко твой милый?

Зухра (шёпотом). Он совсем близко!

Нур-Султане. Вижу я, как велика твоя любовь. Не мелкий она цветок земли, не заглушат ее злые травы. Если так же любит тебя Тахир, если нет в нем сомнения,— найдет он тебя!

Зухра. Не может сомневаться, Тахир. Чистое у него сердце.

Нур-Султане. Сердце должно быть и крепким.

Зухра. А у меня оно слишком слабое, царица. Тяжела для меня разлука. (Плачет).

Нур-Султане. Подыми голову, Зухра, вытри слезы. Ты счастливее своей госпожи.

Зухра. Как я могу быть счастливее тебя, царица?

Нур-Султане Ты несешь в Мекку подарки дороже моих. В твоих руках жемчужина Аллаха.

Зухра. Какая жемчужина?

Нур-Султане. Жемчужина, о которой поют у нас в Крыму. Разве ты не знаешь старой песни?

Зухра. Не знаю царица. Какая это песня?

Нур-Султане. Я спою тебе ее. Тебе нужно знать эту песню.

(поет)

Слову Господа покорный,

Божий ангел Джабраил,

На дорогу жемчуг черный

Полной горстью уронил.

Бросил ангел горсть жемчужин —

Будто жемчуг стал не нужен.

И одна из них упала

У шатра в песок равнин,

Вправил в золото кинжала

Черный жемчуг бедуин.

И жемчужиной украшен

С той поры его кинжал,

Стал врагам Пророка страшен,

Прямо в сердце поражал.

Бросил ангел горсть жемчужин,

Для войны ли жемчуг нужен?

Юный хан Бахчисарая

Ждал невесту во дворец,

И жемчужина вторая

Ей украсила венец.

Хороша была царица,

Но в короне золотой

С ней никто не мог сравняться

Лучезарной красотой!

Бросил ангел горсть жемчужин,

Для венца ли жемчуг нужен?

В колее дороги торной

Третья пряталась в пыли,

И нежданно жемчуг черный

Двое любящих нашли.

Им жемчужины не надо.

Нищий брошенному рад.

Не найти дороже клада,

Чем сердец заветный клад.

Но не должен одиноко

Дар небес лежать в пыли,

И они на гроб Пророка

Черный жемчуг понесли.

Силой духа чудотворной,

После долгих скорбных лет,

Мертвый жемчуг —жемчуг черный

Вновь обрел свой белый цвет.

Бросил ангел горсть жемчужин,

Белый жемчуг Богу нужен!

Зухра (после некоторого молчания, встает и прислушивается). Я слышу топот в пустыне. Это — Тахир!

Слышен шум за сценой.

Незгет (входя). Нас нагнали купцы из Алеппо. Они привезли раненого. Да позволит царица положить его подле источника. Здесь прохладнее, а он изнемог от боли и жажды.

Нур-Султане. Пусть принесут. Да свершится воля Аллаха!

Нур-Султане и Зухра закрываются чадрами. Купцы из Алеппо вносят Тахира и кладут его подле источника. Лицо его закрыто. За носилками следует Койшаяк.

Нур-Султане. Скажите, купцы, где вы нашли раненого?

1-ый купец. Этот человек мчался по пустыне на белом коне. Он обогнал нас, но ненадолго. За бугром его ждали бедуины. Вынес бы его конь, если бы захотел, но не суждено было путнику спастись. Сбросил его конь у самого бугра и словно пропал в пустыне. А когда мы подъехали, лежал этот человек на дороге раненый. Мы подняли и привезли его сюда, к источнику.

Тахир. Дайте каплю воды... Не надо воды, если нет Зухры!

Зухра. Я здесь, Тахир! (Подает воду). Открой глаза, выпей воды из рук Зухры.

Тахир слегка приподымается и падает.

1-ый купец (наклоняясь к Тахиру). Ему больше не надо воды.

Купцы (нараспев). Пусть мир облечется в траур одежд своих и раздерет ворот своего платья. Покорствуя священному гласу, вернись. Он скончался.

Зухра падает.

Нур-Султане (наклоняясь над ней). Побледнев, Зухра не дышит. Оборвалось у нее сердце.

1-ый купец. Без волн моря не бывает, без любви красавица не живет. Мы и не знали, что несем его к невесте.

Нур-Султане. Умер Тахир, умерла Зухра. Не дойдя до Мекки совершили они свой хадж. Стала белой в их руках черная жемчужина. Похороните их вместе под пальмой и посадите над ними два куста тамарикса. Когда кусты вырастут — они сплетутся ветвями.

Койшаяк (срывает лист пальмы). Из листа пальмы я совью колючку, чтобы и после смерти разлучить их. Не сплетутся ветвями кусты. Упадет между ними разлучная колючка (Бросает колючку на тело).

Слышен вздох.

1-ый купец. Кто это вздохнул?

Другие купцы. И мы слышали чей-то вздох. Кто это вздохнул?

Занавес.


Эпилог.

Та же обстановка. Два куста тамарикса, между ними седая разлучная колючка. У источника сидят нищие путники.

1-ый нищий. Слава Аллаху, дающему странникам отдых у источника.

2-ой нищий. В этой тени я рад бы прожить целый месяц. Если бы еще сюда пришел богатый караван и благочестивые путники досыта накормили бы нас, я бы назвал это место раем Пророка... Мне кажется, я слышу звонки верблюдов! (Прислушивается).

1-ый нищий. Не мы должны заботиться о своем пропитании. Аллах накормит нас. Надо терпеливо ждать и благодарить Пророка за то, что он привел нас сюда. Сотни лет путники, проходящие в Мекку, утоляют жажду из этого источника и отдыхают под этой сенью.

2-ой нищий. Кто похоронен здесь под пальмами? Прошлый раз, когда мы проходили в Мекку, здесь не было этих могил.

1-ый нищий. Должно быть, это могилы двух благочестивых странников. Правоверные почтили их память и посадили над ними два куста тамарикса.

Слышен шум приближающегося каравана.

2-ой нищий. Не обманул меня слух. Пришел караван из Мекки.

На сцену выходят Незгет и слуги с тюками и корзинами и расстилают у источника ковры.

Для кого расстилаете вы эти богатые ковры?

Незгет. Крымская царица Нур-Султана возвращается из Мекки домой. Здесь отдохнет она до наступления вечерней прохлады.

Нищие встают и кланяются.

1-ый нищий. От Стамбула до Мекки все правоверные изумляются благочестию женщины, совершившей хадж. Да поможет ей Аллах с миром возвратиться в родную страну.

2-ой путник. В пути мы много слышали о великолепии и щедрости Крымской царицы. Да не оставит она и нас своей щедростью. (Кланяется и, приветствуя царицу, говорит нараспев). Мир тебе, благочестивая царица. Аллах ведет счет каждой горсти олив, поданной нищему путнику и платит за нее сторицей.

Нур-Султане (входя). Мир вам, странники. Прикажи, Незгет, накормить их и дать им в дорогу столько хлеба и плодов, чтобы им хватило до самой Мекки. Дай им щедрую милостыню в память Тахира и Зухры.

Незгет. Приказание твое, царица, будет исполнено. Пойдемте за мной, странники.

2-ой нищий. А кто это Тахир и Зухра?

Нур-Султане. Они спят под этими пальмами. Молитесь за ним с Пророком, когда будете в Мекке.

Незгет и нищие уходят.

Нур-Султане (девушкам). Идите, Райме и Гюльназ, сорвите себе по цветку с могилы Тахира и Зухра. Это принесет вам счастье в любви!

Гюльназ (подойдя к тамариксам). Как разрослись кусты! Как много на них душистых цветов! (Срывает цветок).

Райме. Ах, царица! Между кустами выросла страшная колючка! Посмотри: она мешает кустам переплестись между собой.

Нур-Султане (подходит к кустам). Эту колючку нельзя оставить на могиле. Это — разлучная колючка. Не дам ей расти, сломаю ее! (Наклоняется).

Гюльназ. Не трогай ее, царица, исколешь свои белые руки.

Нур-Султане. Лучше, Гюльназ, изранить пальцы, чем оставить колючку расти на могиле. Не дает она покоя Тахиру и Зухре и после их смерти. Вырву я ее и дам завет: помнить могилы, вырывать разлучную колючку, если взойдет. Пусть пролетит вещая птица Хумай — прикроет крылом мои слова. (Вырывает колючку).

Слышен легкий вздох.

Райме. Кто это вздохнул?

Нур-Султане. Это Тахир и Зухра нашли вечное успокоение. Посмотрите: переплелись кусты тамарикса. Кончен мой хадж... (Подходит к рампе — к зрителям). Слушай, прохожий, если твой караван пойдет когда-нибудь в Мекку этим путем, сойди с верблюда у могил. Вспомни Тахира и Зухру, вырви колючку, если взошла. Сделай так ради своего сердца, которое может любить, сделай так во имя Аллаха, Владыки дня суда и возмездия!

Занавес.


2003 г.


Достарыңызбен бөлісу:


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет