Павел Николаевич Малянтович



жүктеу 93.67 Kb.
Дата07.04.2019
өлшемі93.67 Kb.

П

авел Николаевич Малянтович



Павел Николаевич Малянтович (1870–1940 гг.) известен как последний министр юстиции Временного правительства России, арестованный вместе с другими «временными» в ночь исторического штурма Зимнего дворца. Но к тому времени, когда он стал министром (25 сентября 1917 г.), в его активе была уже яркая карьера и высокая репутация адвоката.

Малянтович родился в Витебске, гимназию окончил в Смоленске, а затем стал студентом юридического факультета Московского университета, но в 1889 г. за участие в студенческих волнениях, по указу московского генерал-губернатора кн. В. А. Долгорукова был исключен из университета и выслан из Москвы с воспрещением жительства в Москве и Московской губернии1. Диплом юриста он получил уже в Дерптском университете, после чего – в 1893 г., когда ему было разрешено вернуться в Москву, – вступил в московскую адвокатуру помощником присяжного поверенного (с 1898 г. – присяжный поверенный при Московской судебной палате)2.

Как адвокат Малянтович составил себе громкое имя главным образом на политических процессах. Уже в 1899 г. он выступил защитником на крупном процессе в Москве по делу о «сопротивлении властям» рабочих ткацкой фабрики Викулы Морозова. Здесь он впервые проявил свой талант юриста-аналитика, тонко опровергнув самый подход обвинения к делам о рабочих или крестьянских «беспорядках»: «участие в толпе по смыслу 269-I ст. [Уложения о наказаниях]3 рассматривается как простое физическое нахождение в ней, и тогда на счет такого «участника» относится все, что натворила толпа»; между тем, «уголовное право не знает толпы как субъекта преступления»4.

Вместе с Малянтовичем на «Морозовском процессе» выступали в качестве защитников Н. К. Муравьев, В. А. Маклаков, Н. В. Тесленко и М. Ф. Ходасевич. Именно эта пятерка положила начало организации т.н. «молодой адвокатуры»5, создав – в 1895-1896 гг. – первый в России кружок политических защитников6. Участники кружка – среди них и будущие кадеты Маклаков, Тесленко, М. Л. Ман­дель­штам, и большевики В. Л. Шанцер (Марат), Д. И. Курский (впоследствии нарком юстиции РСФСР, первый советский генеральный прокурор), и эсер П. С. Ширский, – были едины как защитники права и противники самодержавного произвола и лишь в горниле революции 1905–1907 гг. «разбрелись по партиям, начиная от правых кадетов и кончая большевиками»7.

До 1905 г. Малянтович вместе с другими кружковцами объездил пол-России, участвуя в коллективных защитах на политических процессах по делам о революционных демонстрациях в Сормове8 и Нижнем Новгороде (1902 г.), о рабочих «беспорядках» и «сопротивлении властям» на фабрике Хлудовых в Рязанской губернии и в станице Тихорецкой на Кубани (1903), был в числе защитников по делу Н. Э. Баумана, Е. Д. Стасовой и других членов РСДРП (1904–1905).

В каждом из этих дел Малянтович искусно разоблачал юридические натяжки обвинения, вроде интерпретации возгласов «Долой самодержавие!» как «публичных речей» (в сормовском деле), а надписи «Долой самодержавие!» – как «составления и распространения сочинений» (в деле нижегородском)9. Смело «разбивал [он] постановку обвинения» в нашумевшем на всю Россию Тихорецком деле о расправе царских карателей с мирным протестом рабочих, когда пятеро протестантов были убиты и 20 тяжело ранены (в числе раненых был 9-летний мальчик; «одна женщина поднесла его к Хелмицкому (царскому полковнику. – Н. Т.) с криком: «На, ешь, руби на котлеты!»)10.

В то же время Малянтович и его товарищи по кружку политзащиты не боялись поддержать антиправительственные убеждения своих подзащитных. «Те, кого мы называем политическими защитниками, не были просто адвокатами на политических процессах, – вспоминал Малянтович много лет спустя. – Они сознательно поддерживали революцию»11. Сам Павел Николаевич накануне революции 1905–1907 гг., по данным царской охранки, выступал на собраниях адвокатов с речами «радикального направления» и под возгласы «Долой самодержавие!» предлагал резолюции с требованиями «пред­ставительного образа правления, свободы личности, мысли, слова, печати, вероисповеданий, собраний, союзов»12.

В последующие годы, уже после того, как участники первого кружка политических защитников «разбрелись по партиям», Малянтович, оставаясь беспартийным, продолжал выступать защитником на политических процессах. Среди них были выдающиеся дела Петербургского совета рабочих депутатов и восставших против самодержавия моряков крейсера «Память «Азова» (1906 г.), Московского комитета РСДРП (1909), а в числе подзащитных Малянтовича – такие известные революционеры, как Л. Д. Троцкий, В. В. Воров­ский, Н. А. Рожков.

Смолоду «крайне левый» по взглядам, Малянтович до осени 1917 г. не вступал ни в какие партии, хотя сочувствовал и содействовал всякой оппозиции против самодержавия. В 1905 г. его квартира в Москве служила явкой для Московского комитета РСДРП и охранялась революционными дружинниками13. Сам Малянтович участвовал вместе с Л. Б. Красиным и А. М. Горьким в литературно-финансовой секции этого комитета. Адвоката-большевика В. А. Вос­ходова он познакомил с корифеем русской оперы Л. В. Собиновым, от которого Восходов получил «дар в 1000 руб. для партии»14. Именно Малянтович выиграл по суду у наследников фабриканта С. Т. Морозова 100 тыс. рублей, которые Морозов завещал М. Ф. Ан­дреевой для партии большевиков15. С видным большевиком В. Л. Шан­цером (Маратом) Малянтович был в дружеских отношениях: устроил Шанцера к себе помощником присяжного поверенного, помогал ему материально, когда тот был и на воле, и в сибирской ссылке, а после гибели Шанцера много лет поддерживал его семью, взял на воспитание двух его детей16. Не случайно такие разные люди, как большевик Ф. Ф. Раскольников и меньшевик О. А. Ер­ман­ский считали Малянтовича до 1917 г. большевиком17. В действительности же он всегда оставался беспартийным и, только принимая должность министра юстиции, вступил в партию меньшевиков (как полагает А. И. Ваксберг, по совету министра внутренних дел А. М. Ни­китина18 – своего давнего знакомого, в прошлом тоже адвоката).

Как министр юстиции и одновременно Верховный прокурор России Малянтович, следуя букве тогдашних законов, в октябре 1917 г. подписал приказ об аресте В. И. Ленина «в качестве обвиняемого по делу о вооруженном выступлении 3–5 июля в Петрограде». Среди тех, кто заботился тогда об исполнении этого приказа, был председатель Якиманской районной управы в Москве, тоже меньшевик Андрей Януарьевич Вышинский, которого летом 1915 г. преуспевающий Малянтович вызволил из нужды, взяв его, безработного, неприкаянного, к себе в помощники19. Вышинскому этот факт сталинские опричники не напоминали. Малянтовичу же – много лет спустя – припомнили.

Сам Ленин, конечно же, осведомленный о заслугах Малянтовича – адвоката перед партией и революцией, не поставил в вину министру Малянтовичу его октябрьскую служебную акцию. Напротив, как только Малянтович вместе с другими министрами Временного правительства был арестован, Ленин предложил Петроградскому совету немедленно освободить Малянтовича из тюрьмы, что и было сделано20. После освобождения Малянтович получил от наркома юстиции Д. И. Курского и наркома просвещения А. В. Луначарского «мандаты, гарантирующие неприкосновенность личности», а «три года спустя Ленин распорядился привлечь его к работе в Главполитпросвете»21. С 1921 г. Малянтович служил юрисконсультом в Президиуме ВСНХ под непосредственным руководством Ф. Э. Дзер­жинского, участвовал в организации советской адвокатуры и был избран в первый состав президиума Всероссийской коллегии адвокатов22. Словом, первое время после октября 1917 г. он не мог жаловаться на свою судьбу. Писатель И. А. Бунин, крайне враждебно воспринявший Октябрьскую революцию, оставил в дневнике за 12 мар­та 1918 г. такую запись о встрече с Малянтовичем: «И таким до сих пор праздник, с них все как с гуся вода. Розовый, оживленный»23. Но в 30-е годы Малянтович стал жертвой сталинских репрессий.

Гром над головой Малянтовича грянул в страшном 1937 году. 1 но­ября он был арестован, и только теперь, благодаря разысканиям А. И. Ваксберга, мы узнаем, как он провел последние, воистину трагические годы своей жизни. «Его бросили на Лубянку, оттуда в камеру пыток Лефортовской тюрьмы, потом в Бутырку. Было намерение объявить его руководителем «заговора» в московской адвока­туре <…> Тяжелобольной, 68-летний арестант героически выдержал все пытки и ни в чем виновным себя не признал. Его истязали более двух лет – и все напрасно»24. А. И. Ваксберг приводит следующую выдержку из протокола допроса Малянтовича в НКВД от 14 января 1939 г.:

«Следователь Миронович. Намерены ли вы сегодня дать показания о своей контрреволюционной деятельности?

Малянтович. Я намерен сегодня сказать то же, что скажу завтра и послезавтра, – что никогда контрреволюционной деятельностью не занимался, ни в каких контрреволюционных организациях не состоял и ими не руководил»25.

Что давало тогда силы Малянтовичу? Должно быть, сознание своей невиновности и надежда профессионального юриста на правовые гарантии Советской власти, которой он честно служил, а также на помощь со стороны А. Я. Вышинского. «Малянтович верил в то, что его бывший помощник, человек, которого он вытащил из беды, ставший, как некогда и он, во главе прокуратуры страны, не даст свершиться расправе. Писал Вышинскому он сам – из тюрьмы. Писала жена – ослепшая и прикованная к постели Анжелика Павловна Кранихфельд-Малянтович26<…> Писала дочь Галли Павловна Малянтович-Шелковникова. Прокурор СССР А. Я. Вышинский повелел не отвечать на эти письма <…> 22 января 1940 г. после 15-минутного рассмотрения дела Малянтовича расстреляли. Вместе с ним погибли два его сына, брат (известный адвокат Всеволод Николаевич Малянтович. – Н. Т.) и семья брата»27.



После смерти Сталина ряд старых большевиков и юристов (В. П. Ан­тонов-Саратовский, П. И. Воеводин, А. Н. Трайнин), Е. П. Пеш­кова, С. Я. Маршак вместе с Г. П. Шелковниковой долго боролись за восстановление доброго имени П. Н. Малянтовича (Вышинский участвовать в этом не пожелал). В 1959 г. Малянтович был формально реабилитирован, но до сих пор имя его замалчивается. Нельзя не согласиться с А. И. Ваксбергом в том, что вся вообще судьба Малянтовича – это «готовая документальная драма с поразительными зигзагами, на которые была способна наша эпоха»28.


1 По данным, которые любезно сообщила мне дочь П. Н. Малянтовича Галли Павловна Шелковникова (19081981).

2 См.: Список присяжных поверенных округа Московской судебной палаты и их помощников к 15 ноября 1916 г. М., 1917. С. 121.

3 Т. е. «участие в публичном скопище, учинившем соединенными силами насилие» (в данном случае над лицами из фабричной администрации и полиции): Морозовское дело // Судебные драмы. 1901. № 3 / прил. 6 / С. 8.

4 Там же. С. 53.

5 Подробно о кружках «молодой адвокатуры» (московском, петербургском, периферийных) см.: История русской адвокатуры. М., 1914. Т. 1. Ч. 6. Гл. 27.

6 См.: Там же. С. 382387; ГАРФ. Ф. 533. Оп. 1. Д. 284. Л. 41 (свидетельство П. Н. Малянтовича). Н. К. Муравьев датировал образование московского круж­ка политзащиты одним 1896 г. (Л. Н. Толстой и его близкие. М., 1986. С. 298), что, может быть, точнее, поскольку Муравьев лишь осенью 1896 г. стал помощником присяжного поверенного (Там же. С. 297).

7 Мандельштам М. Л. 1905 год в политических процессах. Записки защитника. М., 1931. С. 52, 57.

8 Защищать сормовских демонстрантов пригласил Малянтовича, Муравьева, Тесленко и Маклакова А. М. Горький (Заломов П. А. Запрещенные люди. М., 1985. С. 330).

9 Право. 1903. № 8. С. 546.

10 Тихорецкое дело // Революционная Россия. 1903. № 23. С. 10.

11 ГАРФ. Ф.533. Оп. 1. Д. 274. Л. 25 об.

12 Там же. Ф. 102. Особый отдел. 1904. Д. 1250. Л. 98, 237.

13 По данным Г. П. Шелковниковой.

14 Леонид Витальевич Собинов. М., 1970. Т. 1: Письма. С. 719. Малянтович был другом Собинова (см. его письмо к Собинову от 20 февраля 1907 г.: РГАЛИ. Ф. 864. Оп. 1. Д. 600).

15 См.: Андреева М. Ф. Переписка. Воспоминания. Статьи. Документы. 3-е изд. М., 1968. С. 134, 611.

16 См.: Виноградов С. Ф. Его звали Маратом. 2-е изд. М., 1980. С. 67.

17 Ерманский О. А. Из пережитого (18871921). М.; Л. , 1927. С. 117; Раскольников Ф. Ф. О времени и о себе. Л., 1989. С. 269.

18 Ваксберг А. И. Царица доказательств. Вышинский и его жертвы. М., 1992. С. 28.

19 Там же. С. 2627. Документально засвидетельствована точная дата, когда Вышинский оформился помощником присяжного поверенного Малянтовича: 8 ию­ля 1915 г. (См.: Список присяжных поверенных округа Московской судебной палаты и их помощников к 15 ноября 1916 г. С. 121).

20 Ваксберг А. И. Указ. соч. С. 2930. Об аресте министров Временного правительства см.: Малянтович П. Н. В Зимнем дворце 2526 октября 1917 г. // Былое. 1918. № 12.

21 Ваксберг А. И. Указ. соч. С. 30.

22 По данным Г. П. Шелковниковой.

23 Бунин И. А. Окаянные дни. М., 1991. С. 38.

24 Ваксберг А. И. Указ. соч. С. 30.

25 Там же.

26 А. П. Кранихфельд-Малянтович (урожденная Дара, гречанка) в первом бра­ке была замужем за публицистом, либеральным народником и легальным марксистом В. П. Кранихфельдом (18651918). См. о ней: Меньщиков Л. П. Охрана и революция. М., 1925. Ч. 1. С. 409; Дмитриева В. И. Так было. М., 1930. С. 312.

27 Ваксберг А. И. Указ. соч. С. 3031.

28 Там же. С. 29.

Каталог: archive -> old.sgu.ru -> files -> nodes -> 19210
nodes -> Геоурбанистика
nodes -> География населения с основами демографии
nodes -> Вводная лекция. Средневековье и его историческое значение средневековая цивилизация Запада Тема Эпоха Великих миграций и зарождение средневековой Европы
nodes -> Языковые и культурные контакты
nodes -> Лауреаты исполнительских конкурсов учащиеся школ эстетической направленности в номинации «Сольное исполнение. Фортепиано»
nodes -> Методика сравнительно-типологического анализа на уроках литературы в средней школе
19210 -> Владимир Николаевич Герард
19210 -> Луарсаб Николаевич Андроников
19210 -> Николай Константинович Муравьев
19210 -> Николай Платонович Карабчевский


Достарыңызбен бөлісу:


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет