Проблемы-с88 игры, в которые играют люди 2



жүктеу 5.05 Mb.
бет1/30
Дата03.04.2019
өлшемі5.05 Mb.
түріРеферат
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   30

Проблемы-с88


ИГРЫ, В КОТОРЫЕ ИГРАЮТ ЛЮДИ 2

Введение 2

Часть первая АНАЛИЗ ИГР 8

ТРАНСАКЦИОННЫЙ АНАЛИЗ 12

Часть вторая ТЕЗАУРУС1 ИГР 38

СУПРУЖЕСКИЕ ИГРЫ 55

ИГРЫ В КОМПАНИЯХ 69

СЕКСУАЛЬНЫЕ ИГРЫ 80

ИГРЫ ПРЕСТУПНОГО МИРА 86

ИГРЫ НА ПРИЕМЕ У ПСИХОТЕРАПЕВТА 93

ХОРОШИЕ ИГРЫ 111

Часть третья ЗА ПРЕДЕЛАМИ ИГР 116

ЛЮДИ, КОТОРЫЕ ИГРАЮТ В ИГРЫ 124

Часть первая ОБЩИЕ СООБРАЖЕНИЯ 124

ПРИНЦИПЫ ТРАНСАКЦИОННОГО АНАЛИЗА 128

Часть вторая РОДИТЕЛЬСКОЕ ПРОГРАММИРОВАНИЕ 136

ВЛИЯНИЕ ПРЕДКОВ 151

РАЗВИТИЕ В ДЕТСКИЕ ГОДЫ 160

ПЛАСТИЧНЫЕ ГОДЫ 169

СЦЕНАРНЫЙ АППАРАТ 178

ТРУДНОСТИ, ВОЗНИКАЮЩИЕ ЕЩЕ В ДЕТСТВЕ 194

ЮНОСТЬ 208

ЗРЕЛОСТЬ И СТАРОСТЬ 217

Часть третья СЦЕНАРИЙ В ДЕЙСТВИИ 228

ТИПЫ СЦЕНАРИЕВ 228

«Часовое» и «целевое» время 233

ПЕРЕДАЧА СЦЕНАРИЯ 272

Часть четвертая НАУЧНЫЙ ПОДХОД К СЦЕНАРНОЙ ТЕОРИИ 283

ПРОБЛЕМЫ МЕТОДОЛОГИИ 291

СЦЕНАРНЫЙ ВОПРОСНИК 298

Послесловие 310

Содержание 322


Eric BERNE



Games People Play

THE PSYCHOLOGY OF HUMAN RELATIONSHIPS



What Do You Say After You Say Hello!!

THE PSYCHOLOGY OF HUMAN DESTINY

Penguin Books Corgi Books
КЛАССИКИ ЗАРУБЕЖНОЙ ПСИХОЛОГИИ

Эрик БЕРН



Игры, в которые играют люди

ПСИХОЛОГИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ



Люди, которые играют в игры

ПСИХОЛОГИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ СУДЬБЫ



Перевод с английского

Общая редакция доктора философских наук М. С. Мацковского

«УНИВЕРСИТЕТСКАЯ КНИГА» ACT

Санкт-Петербург — Москва 1998

В книге освещаются психологические проблемы человеческих взаимоотношений в соответствии с оригинальной концепцией автора, лежащей в русле психоаналитического направления. Не­смотря на спорность концепции Э. Берна, многие идеи и наблю­дения, основанные на его богатом опыте психотерапевта, могут быть полезными для широкого круга читателей, особенно при разрешении конфликтов, возникающих в процессе общения.

Послесловие докторов философских наук Л. Г. Ионина и М. С. Московского Переводчики А. В. Ярхо (первая книга) и Л. Г. Ионин (вторая книга)

ISBN 5-7841-0226-5

© «Университетская книга», 1996

От автора

Настоящее издание первоначально было задумано как продолжение моей книги «Трансакционный анализ в психотерапии». Однако я предполагаю, что новое изда­ние можно понять независимо от знакомства с предыду­щей публикацией.

На моих лекциях слушатели часто обращались с просьбой дать им более подробные описания игр, кото­рые позволили бы осмыслить общие принципы трансакционного анализа. Это убедило меня в необходимости написать настоящую книгу. Я признателен всем студен­там и слушателям, обратившим мое внимание на новые игры. Они высказали мне много интересных мыслей, например, об умении человека слушать собеседника и о том, какую ценность представляет это качество для всех людей.

Необходимо сделать несколько замечаний о стиле изложения материала. Из соображений компактности игры описываются в основном от лица мужчины, если, конечно, они не являются чисто женскими. Поэтому главный игрок в книге обычно обозначается словом «он». В этом, безусловно, нет какого-либо намерения умалить достоинства женщин, так как ту же самую ситуацию можно с тем же успехом описать, используя местоиме­ние «она». Если роль женщины в том или ином примере существенно отличается от роли мужчины, то описание игры дается раздельно. Точно так же, ничего не желая подчеркнуть, мы называем психотерапевта «он».

Терминология и точка зрения автора в основном ориентированы на восприятие читателя, знакомого с психологией и психиатрией. Однако, я надеюсь, книга будет интересна и полезна представителям различных профессий.

ИГРЫ, В КОТОРЫЕ ИГРАЮТ ЛЮДИ


ПСИХОЛОГИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ

Введение


ПРОЦЕСС ОБЩЕНИЯ

Процесс общения между людьми мы предлагаем очень крат­ко рассмотреть в следующем направлении.

Известно, что младенцы, лишенные в течение длительного времени физического контакта с людьми, деградируют и, в конце концов, погибают. Следовательно, отсутствие эмоцио­нальных связей может иметь для человека фатальный исход. Эти наблюдения подтверждают мысль о существовании сенсор­ного голода и о необходимости в жизни ребенка стимулов, которые обеспечивают ему физический контакт. К этому выво­ду весьма нетрудно прийти и на основе повседневного опыта.

Подобный феномен можно наблюдать и у взрослых людей в условиях сенсорной депривации. Имеются экспериментальные данные, показывающие, что сенсорная депривация может вы­звать у человека временный психоз или стать причиной вре­менных психических нарушений. Замечено, что социальная и сенсорная депривации столь же пагубно влияют на людей, приговоренных к длительному одиночному заключению, кото­рое вызывает ужас даже у человека с пониженной чувствитель­ностью к физическим наказаниям.

Вполне вероятно, что в биологическом плане эмоциональ­ная и сенсорная депривации чаще всего приводят к органиче­ским изменениям или создают условия для их возникновения. Недостаточная стимуляция активирующей ретикулярной ткани мозга может привести, даже косвенно, к дегенеративным изме­нениям в нервных клетках. Разумеется, это явление может быть и результатом недостаточного питания. Однако недоста­точное питание в свою очередь может быть вызвано апатией, например как это бывает у младенцев в результате крайнего истощения или после длительной болезни.

Можно предположить, что существует биологическая це­почка, ведущая от эмоциональной и сенсорной депривации через апатию к дегенеративным изменениям и смерти. В этом смысле ощущение сенсорного голода следует считать важней­шим состоянием для жизни человеческого организма, по сути так же, как и ощущение пищевого голода.

У сенсорного голода очень много общего с пищевым голо­дом, причем не только в биологическом, а и в психологическом и социальном плане. Такие термины, как «недоедание», «насы­щение», «гурман», «человек с причудами в еде», «аскет», мож­но легко перенести из области питания в область ощущений. Переедание — это в каком-то смысле то же самое, что и чрезмерная стимуляция. В обеих областях при обычных усло­виях и большом разнообразии выбора предпочтение в основном зависит от индивидуальных склонностей и вкусов. Вполне возможно, что индивидуальные особенности человека предо­пределены конституциональными особенностями организма. Но это не имеет отношения к обсуждаемым проблемам. Вер­немся к их освещению.

Для психолога и психотерапевта, изучающих проблемы сен­сорного голода, представляет интерес то, что происходит, когда в процессе нормального роста ребенок постепенно отдаляется от матери. После того как период близости с матерью завершен, индивид всю остальную жизнь стоит перед выбором, который в дальнейшем будет определять его судьбу. С одной стороны, он постоянно будет сталкиваться с социальными, физиологически­ми и биологическими факторами, препятствующими продолжи­тельной физической близости того типа, какую он испытывал, будучи младенцем. С другой стороны, человек постоянно стре­мится к такой близости. Чаще всего ему приходится идти на компромисс. Он учится довольствоваться едва уловимыми, иногда только символическими формами физической близости, поэтому даже простой намек на узнавание в какой-то мере может удовлетворить его, хотя исходное стремление к физиче­скому контакту сохранит первоначальную остроту.

Компромисс этот можно называть по-разному, но, как бы мы его ни называли, результатом является частичное преобра­зование младенческого сенсорного голода в нечто, что можно назвать потребностью в признании1. По мере того как усложня­ется путь к достижению этого компромисса, люди все больше отличаются друг от друга в своем стремлении получить призна­ние. Эти отличия делают столь разнообразным социальное взаимодействие и в какой-то степени определяют судьбу каж­дого человека. Киноактеру, например, бывают необходимы пос­тоянные восторги и похвалы (назовем их «поглаживаниями») от даже неизвестных ему поклонников. В то же время научный

1По-английски этот термин звучит recognition-hunger (голод по призна­нию) и вместе с тремя другими терминами — сенсорный голод, пищевой голод и структурный голод — образует систему параллельных терминов.— Здесь и далее прим. ред.
работник может пребывать в прекрасном моральном и физи­ческом состоянии, получая лишь одно «поглаживание» в год от уважаемого им коллеги.

«Поглаживание» — это лишь наиболее общий термин, который мы используем для обозначения интимного физиче­ского контакта. На практике он может принимать самые раз­ные формы. Иногда ребенка действительно поглаживают, обни­мают или похлопывают, а порой шутливо щиплют или слегка щелкают по лбу. Все эти способы общения имеют свои аналоги в разговорной речи. Поэтому по интонации и употребляемым словам можно предсказать, как человек будет общаться с ребенком. Расширив значение этого термина, мы будем назы­вать «поглаживанием» любой акт, предполагающий признание присутствия другого человека. Таким образом, «поглаживание» будет у нас одной из основных единиц социального действия. Обмен «поглаживаниями» составляет трансакцию, которую в свою очередь мы определяем как единицу общения.

Основной принцип теории игр состоит в следующем: любое общение (по сравнению с его отсутствием) полезно и выгодно для людей. Этот факт был подтвержден экспериментами на крысах: было показано, что физический контакт благоприятно влиял не только на физическое и эмоциональное развитие, но также на биохимию мозга и даже на сопротивляемость при лейкемии. Существенным обстоятельством явилось то, что лас­ковое обращение и болезненный электрошок оказались одина­ково эффективным средством поддержания здоровья крыс.



СТРУКТУРИРОВАНИЕ ВРЕМЕНИ

Наши исследования позволяют сделать вывод о том, что физический контакт при уходе за детьми и его символический эквивалент для взрослых людей — «признание» — имеют большое значение в жизни человека. В связи с этим мы задаем вопрос: «Как ведут себя люди после обмена приветствиями, независимо от того, было ли это молодежное „Привет!" или многочасовой ритуал встречи, принятый на Востоке?» В ре­зультате мы пришли к выводу, что наряду с сенсорным голодом и потребностью в признании существует также и потребность в структурировании времени, которую мы назвали структур­ный голод.

Хорошо известна проблема, часто встречающаяся у под­ростков после первой встречи: «Ну и о чем мы потом с ней

10

(с ним) будем говорить?» Этот вопрос возникает нередко и у взрослых людей. Для этого достаточно вспомнить трудно пере­носимую ситуацию, когда вдруг возникает пауза в общении и появляется период времени, не заполненный разговором, при­чем никто из присутствующих не в состоянии придумать ни одного уместного замечания, чтобы не дать разговору замереть.



Люди постоянно озабочены тем, как структурировать свое время. Мы считаем, что одна из функций жизни в обществе состоит в том, чтобы оказывать друг другу взаимопомощь и в этом вопросе. Операциональный аспект процесса структуриро­вания времени можно назвать планированием. Оно имеет три стороны: материальную, социальную и индивидуальную1.

Наиболее обычным практическим методом структурирова­ния времени является взаимодействие в первую очередь с материальной стороной внешней реальности: то, что обычно называют работой. Такой процесс взаимодействия мы назовем деятельностью.



Материальное планирование возникает как реакция на различного рода неожиданности, с которыми мы сталкиваемся при взаимодействии с внешней реальностью. В нашем исследо­вании оно интересно лишь в той мере, в которой подобная деятельность порождает основу «поглаживаний», признания и других, более сложных форм общения. Материальное планиро­вание не является социальной проблемой, оно базируется толь­ко на обработке данных. Результатом социального плани­рования являются ритуальные или полуритуальные способы общения. Его основной критерий — социальная приемлемость, то есть то, что принято называть хорошими манерами. Во всем мире родители учат детей хорошим манерам, учат их произно­сить при встрече приветствия, обучают ритуалам еды, ухажи­вания, траура, а также умению вести разговоры на определен­ные темы, поддерживая необходимый уровень критичности и доброжелательности. Последнее умение как раз и называют тактом или искусством дипломатии, причем некоторые приемы имеют чисто местное значение, а другие универсальны. Напри­мер, стиль поведения за столом во время еды или обычай осведомляться о здоровье жены может поощряться или запре­щаться местными традициями. Причем приемлемость этих кон­кретных трансакций находится чаще всего в обратной взаимо

­1терминология предложена автором. Смысловая нагрузка терминов рас­сматривается только с точки зрения различных форм общения между людьми.

11

связи: обычно там, где не следят за манерами во время еды, там и не справляются о здоровье женщин. И, наоборот, в местностях, где принято интересоваться здоровьем женщин, рекомендуется выдержанный стиль поведения за столом. Как правило, формальные ритуалы во время встреч предшествуют полуритуальным беседам на определенные темы; по отношению к последним мы будем применять термин «времяпрепровож­дение».



Чем больше люди узнают друг друга, тем больше места в их взаимоотношениях начинает занимать индивидуальное пла­нирование, которое может привести к инцидентам. И хотя эти инциденты на первый взгляд кажутся случайными (именно такими чаще всего они представляются участникам), все же внимательный взгляд может обнаружить, что они следуют определенным схемам, поддающимся классификации. Мы счи­таем, что вся последовательность трансакции происходит по несформулированным правилам и обладает рядом закономер­ностей. Пока дружеские или враждебные отношения развива­ются, эти закономерности чаще всего остаются скрытыми. Однако они дают себя знать, как только один из участников сделает ход не по правилам, вызвав тем самым символический или настоящий выкрик: «Нечестно!» Такие последовательности трансакций, основанные, в отличие от времяпрепровождения, не на социальном, а на индивидуальном планировании, мы называем играми. Различные варианты одной и той же игры могут на протяжении нескольких лет лежать в основе семей­ной и супружеской жизни или отношений внутри различных групп.

Утверждая, что общественная жизнь по большей части состоит из игр, мы совсем не хотим этим сказать, будто они очень забавны и их участники не относятся к ним серьезно. С одной стороны, например, футбол или другие спортивные игры могут быть совсем незабавными, а их участники — весьма серьезными людьми. Кроме того, такие игры бывают порой очень опасными, а иногда даже чреваты фатальным исходом. С другой стороны, некоторые исследователи включали в число игр вполне серьезные ситуации, например каннибальские пир­шества. Поэтому употребление термина «игра» по отношению даже к таким трагическим формам поведения, как самоубий­ства, алкоголизм, наркомания, преступность, шизофрения, не является безответственностью и легкомыслием.

12

Существенной чертой игр людей мы считаем не проявление неискреннего характера эмоций, а их управляемость. Это ста­новится очевидным особенно в тех случаях, когда необуздан­ное проявление эмоций влечет за собой наказание. Игра может быть опасной для ее участников. Однако только нарушение ее правил чревато социальным осуждением.



Времяпрепровождения и игры — это, на наш взгляд, толь­ко суррогат истинной близости. В этой связи их можно рас­сматривать скорее как предварительные соглашения, чем как союзы. Именно поэтому их можно характеризовать как острые формы взаимоотношений. Настоящая близость начинается тогда, когда индивидуальное (обычно инстинктивное) планирование становится интенсивнее, а социальные схемы, скрытые мотивы и ограничения отходят на задний план. Только человеческая близость может полностью удовлетворить сенсорный и струк­турный голод и потребность в признании. Прототипом такой близости является акт любовных, интимных отношений.

Структурный голод столь же важен для жизни, как и сенсорный голод. Ощущение сенсорного голода и потребность в признании связаны с необходимостью избегать острого дефи­цита сенсорных и эмоциональных стимулов, так как такой дефицит ведет к биологическому вырождению. Структурный голод связан с необходимостью избегать скуки. С. Кьеркегор1 описал различные бедствия, проистекающие от неумения или нежелания структурировать время. Если скука, тоска длятся достаточно долгое время, то они становятся синонимом эмо­ционального голода и могут иметь те же последствия.

Обособленный от общества человек может структурировать время двумя способами: с помощью деятельности или фантазии.

Известно, что человек может быть «обособлен» от других даже в присутствии большого числа людей. Для участника социальной группы из двух или более членов имеется несколь­ко способов структурирования времени. Мы определяем их последовательно, от более простых к более сложным: 1) ритуа­лы; 2) времяпрепровождение; 3) игры; 4) близость; 5) деятель­ность. Причем последний способ может быть основой для всех остальных. Каждый из членов группы стремится получить наибольшее удовлетворение от трансакций с другими членами группы.



1Кьеркегор Серен (1813—1855) — датский философ.

13

Человек получает тем большее удовлетворение, чем более доступен он для контактов. При этом планирование его соци­альных контактов происходит почти автоматически. Однако некоторые из этих «удовольствий» вряд ли могут быть так названы (например, акт саморазрушения). Поэтому мы заменя­ем терминологию и используем нейтральные слова: «выигрыш» или «вознаграждение».



В основе «вознаграждений», полученных в результате соци­ального контакта, лежит поддержание соматического и психи­ческого равновесия. Оно связано со следующими факторами: 1) снятие напряжения; 2) избегание психологически опасных ситуаций; 3) получение «поглаживаний»; 4) сохранение достиг­нутого равновесия. Все эти факторы неоднократно изучались и подробно обсуждались физиологами, психологами и психоана­литиками. В переводе на язык социальной психиатрии их можно назвать так: 1) первичные внутренние «вознаграждения»; 2) первичные внешние «вознаграждения»; 3) вторичные «воз­награждения»; 4) экзистенциальные1 «вознаграждения». Пер­вые три аналогичны преимуществам, полученным в результате психического заболевания, которые подробно описаны у Фрей­да2. Мы убедились на опыте, что гораздо полезнее и поучитель­нее анализировать социальные трансакции с точки зрения получаемого «вознаграждения», чем рассматривать их как за­щитные механизмы. Во-первых, наилучший способ защиты — вообще не участвовать в трансакциях. Во-вторых, понятие «защита» только частично покрывает первые два типа «возна­граждений», а все остальное, включая сюда третий и четвертый типы, при таком подходе теряется.

Независимо от того, входят ли игры и близость в матрицу деятельности, они являются наиболее благодарной формой со­циального контакта. Длительная близость, встречаясь не так уж часто, представляет собой в основном сугубо частное дело. А вот важные социальные контакты чаще всего протекают как игры. Именно они и являются предметом нашего исследования.


1Экзистенциальный (позднелат. exsistentia существование) — употреб­ляя этот термин, автор имеет в виду жизненную позицию пациента.

2Фрейд, Зигмунд (1856—1939) — австрийский врач-психиатр и психо­лог — основатель психоанализа.

14




Достарыңызбен бөлісу:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   30


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет