Прогулки в чужие квартиры



жүктеу 2.01 Mb.
бет6/10
Дата02.09.2018
өлшемі2.01 Mb.
түріРассказ
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

ВСЕ ЗНАЮТ, ЧТО ОН УМНЫЙ
Ум подобен здоровью: тот, кто им обладает,

его не замечает.



Клод Адриан Гельвеций,

французский философ-материалист
Несколько лет назад, когда Интернет еще только начинал освоение российских просторов и не всегда можно было быстро узнать необходимую информацию, кликнув Википедию, я звонил «ходячей энциклопедии» – своему товарищу Валере и… через пару минут получал нужный ответ.

Свой вопрос я предварял волшебной фразой: «Иваныч, все знают: ты – человек умный», после чего был абсолютно уверен, что получу ответ на любой интересующий меня вопрос.

Мой товарищ Валерий Иванович Пупин – человек с разносторонними интересами. Хотя по образованию он архитектор, тем не менее хорошо знает математику, физику, астрономию и географию. Подробно расскажет о любой звездной системе или планете и может эффектно удивить собеседника, назвав без запинки столицы Гондураса, Мадагаскара или Буркина-Фасо – Тегусигальпа, Антананариву, Уагадугу.

– Я ленивый, – шутит Валерий Иванович, – не хочу тратить время на очередное изобретение велосипеда, поэтому активно использую опыт, который человечество уже накопило.

Обширные знания помогают ему профессионально установить сантехнику, починить электропроводку, получить богатый урожай на приусадебном участке.

Однажды он мне пожаловался:

– У меня на даче все ухожено, овощи и фрукты привлекают не только мой взгляд, но и окружающих. Вот и наведываются ко мне незваные гости: чуть зазевался – и все плоды мгновенно снимают. У соседей все травой заросло, к ним не лезут. Может, мне тоже ничего не делать, пусть все зарастает, глядишь, и воровать перестанут.

Родился Валерий Иванович в Пермской области, в таежном леспромхозовском поселке Вая. Там он жил среди лесов, лугов, рек, сохранив на всю жизнь любовь к природе и путешествиям. Еще будучи студентом, Валера сплавлялся по таежным рекам на плотах, изготовленных по собственным чертежам, спускался в пещеры, прошел с рюкзаком не одну сотню километров по Уралу и Дальнему Востоку.

Если Валерия Ивановича спрашивают, с какого времени он ходит в походы, то слышат в ответ: «С одного года».

Когда ему исполнился год, отец с родственниками поплыли в город чтобы окрестить сына. Лодка, в которой они находились, перевернулась. Годовалого ребенка понесло по течению, пока его каким-то чудом не выловили насмерть перепуганные родственники.

– С тех пор меня и влекут неизведанные места: леса, горы и реки, – шутит Валерий Иванович и продолжает удивлять родственников и друзей.

Помню, как все изумились, когда он в возрасте пятидесяти двух лет поехал покорять Эльбрус. После восхождения влюбился в горы и стал писать стихи. Теперь, когда моему товарищу невмоготу от разных проблем, он мечтательно произносит: «Нужно срочно еще одно восхождение, что-то я засиделся в городе».


БЕСЕДЫ С ЛИМОНАМИ
Сейчас главными увлечениями Валерия Ивановича являются занятия йогой и разведение комнатных растений, с которыми он регулярно беседует.

– Лимоны любят, когда с ними разговаривают, причем низким мужским голосом, – убежден Валерий Иванович. – После моих похвал они лучше цветут, а я чувствую себя среди них комфортно – уже долгие годы не болею простудными заболеваниями, – делится своими наблюдениями товарищ.

Его зеленые «подопечные» дают несколько урожаев в год и хорошо себя чувствуют в самых неприхотливых условиях. Видимо, похвала нравится и авокадо, которое уже выросло до потолка. Валерий Иванович никому не доверяет полив растений, и стоит ему попасть в больницу, как его комнатные «друзья» начинают болеть, а некоторые погибают. И это не вымысел. На мой день рождения он обязательно дарит растения, и я заметил, когда те неожиданно начинают сбрасывать листья и увядать – у Валерия что-то случается нехорошее.

Друзья и сослуживцы приносят Пупину семена и черенки различных экзотических растений, дарят цветы и приговаривают: «Валерий Иванович, посади, у тебя ведь все вырастает». Они знают: их «подарки» будут расти и плодоносить в его квартире на славу.

Свою методику Пупин успешно применяет не только дома, где у него более сорока растений, но и в саду, на даче. Радуют глаз яблони, груши, сливы, вишни, абрикосы, облепиха, смородина, крыжовник, малина, тархун, топинамбур, жимолость. Поражает обилие разных сортов помидоров, огурцов, всевозможных овощей и пряных трав. Пупин питается свежими фруктами и овощами, готовит из зелени необычные блюда. По его мнению, это помогает здоровью и занятиям йогой.

ххх


Более двадцати лет Валерий Иванович увлекается экстрасенсорикой. Я неоднократно был свидетелем его необычных способностей. Как-то с сослуживцами мы спрятали в кустах ключ и попросили Валерия его найти. Он взял рамки, несколько мгновений стоял сосредоточенно, словно бы к чему-то прислушивался, а потом пошел к тому месту, где лежал ключ.

Однажды я долго и упорно доказывал Валерию существование Бога. Но никакие мои аргументы на него не действовали. Тогда я мысленно воскликнул: «Господи, покажи ему, что Ты есть!» После этого я попросил Пупина «измерить» мое биополе. Он привычно взял рамки, сосредоточился и вдруг неожиданно заявил: «Нет, это не твое биополе, оно бесконечно, сознавайся, кого ты мне подключил».

Прежде чем рассказать о других необычных случаях, связанных с его способностью улавливать внеземные вибрации и энергии, я приведу еще один пример. В свое время я попросил Валерия меня подлечить – долго болела спина. Он провел рукой, как бы определяя диагноз, после чего сказал: «Здесь нужно потрудиться. Для этого мне придется подключить Вселенную. Я знаю, мне после этого будет наказание, но я тебе помогу. Правда, когда все пройдет, ты об этом забудешь и, как все другие, скажешь: это случайность, и так бы прошло».

После его энергетического массажа таких болей у меня уже нет несколько лет.

РАСКРАШЕННЫЕ СНЫ
Мы дружим уже много лет и бывали в различных жизненных ситуациях. Неудивительно, что Валерий откровенно рассказывает мне о многом, в том числе и о своих снах, и о странных до конца не изученных явлениях, свидетелем которых он неоднократно становился. Самое интересное, что Пупин в детстве снов почти не видел. Первый сон приснился ему года в четыре или в пять. Причем это был черно-белый сон, который начал постепенно окрашиваться: сначала трава стала зеленой, потом небо голубым и так до тех пор, пока «картинка» полностью не стала цветной. До пятнадцати лет Валерий видел всего четыре сна, поэтому принимал их за какую-то аномалию. Неудивительно, что каждое сновидение он хорошо запомнил.

С возрастом снов стало появляться все больше и больше. Сейчас он видит их часто – раз в две недели.

И еще: если его первые сны были черно-белыми, то печатные тексты он с детства почему-то всегда воспринимал в цвете. Глядя на разные слова, он неким внутренним зрением видел тот или иной цветовой спектр, в который эти слова были окрашены. И хотя эта необычная способность у Валерия осталась до сего дня, со временем она начала ослабевать.
ВСТРЕЧА В СВЕТЯЩЕМСЯ ДОМЕ
Тридцать пять лет назад, когда Валерий Пупин еще жил в Свердловске, ему приснился странный сон-видение. Он сидел за столом, на котором стояла настольная лампа с зеленым колпаком, и читал книгу. Вдруг все потемнело и его куда-то понесло. Потом чернота стала рассеиваться, и он оказался в пространстве, залитом светом. Валерий увидел, что стоит на дороге, на улице, где провел свое детство. К нему с двух сторон подошли два лучших друга (родственника) и сказали: «О, ты уже появился!» И, улыбаясь, добавили: «Пошли».

Они повели его к тому месту, где стоял дом, в котором Валерий когда-то жил. Когда он шел, то увидел большую лужу на дороге (ее в детстве всегда приходилось обходить) и маленький покосившийся домик старушки, которая жила неподалеку от их дома. В пространстве, где оказался Валерий, совсем не было солнца, но все заполнял белый с желтоватым оттенком (теплый) свет. Вместо привычного дома Валерий увидел большое светящееся сооружение белого цвета. Его завели туда и проводили в большой зал, стены которого тоже были белыми. В этом здании везде было светло, свет поступал неизвестно откуда, так как никаких ламп в здании не было. Очутившись в зале, Валерий увидел большую группу людей: основная масса присутствующих оказалась его родственниками. Они словно на дореволюционной фотографии кому-то театрально позировали: одни стояли, другие сидели, кто-то облокотился на стулья. Увидев пришедшего, все оживились, заулыбались и стали звать его к себе. Среди них он заметил своего деда, отца, двоюродных братьев, дядек, многочисленную родню и понял, что находится в другом, не физическом мире. Там вместе находились и умершие, и живые.

Но в этот момент кто-то сказал: «Тебе сюда еще рано». После чего все «выключилось» – Валерий почувствовал, что вылетает обратно, и проснулся.

Придя в себя, начал усиленно размышлять, что это было. Сразу же возникли смутные предположения, что может означать увиденное.

После таинственного видения прошло несколько лет. Сначала у Валерия умер дед, потом один дядька, затем второй, за ними двоюродный брат – и всех он видел в том таинственном доме. Валерий окончательно понял: ему было показано, кто и в какой последовательности будет покидать этот мир.

Подтверждением этому стала и смерть его отца, троих двоюродных братьев и двух двоюродных сестер – все они также находились в том светящемся доме.

Видел там Валерий и других людей, которые до сих пор живы и здоровы. Им он об этом видении не рассказывает – знает, что будет дальше. Все, кто находился в том здании, уйдут в мир иной раньше его самого. Недаром уже несколько раз с Валерием случались серьезные происшествия, которые могли плачевно закончиться, но этого не происходит. Тем более что он до сих пор помнит все детали своего «путешествия»: где и с кем был, кого видел, даже выражение каждого лица хорошо запомнил. Значит, все это было показано ему неспроста, чтобы Валерий об этом не забывал.
ЛАБИРИНТЫ ЗАЗЕРКАЛЬЯ
Недавно Валерий Иванович проснулся и увидел, что обои в его комнате почему-то не того оттенка, да и мебель какая-то странная. Тогда он подумал: «Где-то не там проснулся, или проснулся во сне, или еще не проснулся окончательно».

Уснул еще раз.

Просыпается, смотрит – вроде бы мебель уже нормальная, но что-то еще не то. Потолок какой-то другой, да и люстра не так выглядит.

Валерий Иванович подумал: «Проснусь еще третий раз».

Проснулся – все нормально. И люстра обычная, и потолок. Посмотрел на часы. Опа! На его часах ободок был коричневый, а на этих зеленый!

Валерий Иванович думает: «Ну что такое? Проснусь-ка еще раз!»

Просыпается – ободок коричневый. Но… что-то оттенок обоев опять не тот.

Тогда Валерий Иванович думает: «Так можно просыпаться до бесконечности. Встану я в этой реальности и проснусь окончательно!»

Проснулся, встал, оделся и пошел устраиваться на новую работу. Ему сказали: «Приходи завтра, желающих к нам попасть много». На следующий день Валерий Иванович пришел на работу, ему показали рабочее место, потом комнату для приема пищи. Наступил обед, Пупин вместе с другими сотрудниками пошел в эту «столовую». Сел за стол, поднес ложку с супом ко рту и…чуть не подавился. На стене новой конторы висели точно такие же часы, какие были в его комнате, но ободок на них был зеленый, как в предпоследнем вчерашнем сне!
ПОДНАТУЖИЛСЯ И ПОЛЕТЕЛ
Любимыми снами Валерия Ивановича являются сны, связанные с полетами. По его словам, он детально отрабатывает систему полета в сновидениях, потому что во сне возникают различные ситуации и летать приходится часто. И словно в подтверждение своих слов, товарищ рассказал о недавнем сновидении, где я тоже принимал участие.

– Мы с тобой оказались в каком-то незнакомом месте, – начал свое повествование Валера. – На улице была слякоть. И ты пошел в какой-то небольшой сельский домик с кем-то о чем-то договариваться, а меня оставил.

Я долго тебя ждал, погода была прохладная, и, чтобы согреться, начал перед домом ходить по кругу. Потом подумал:

«А не полететь ли мне?» Поднатужился, чуть-чуть взлетел и чувствую: цепляюсь ногами за грязь. Думаю: «Нужно взлететь повыше, а то ботинки испачкаю». Еще взлетел и летаю по кругу, а сам думаю: «Нужно запомнить это состояние, как это делается. А то придется еще лететь, а хорошо взлетать получается не всегда». И я запомнил это состояние, но пока в натуре не пытался его повторить. Поэтому не знаю, выйдет или нет. Хотя можно попытаться. – Валера задумался и добавил: – Когда просыпаешься, такое ощущение, что это возможно сделать и в нашем мире. Я был абсолютно уверен, что все так просто: берешь, отталкиваешься, напрягаешься – и… полетел.

Во сне я даже против ветра летал, так интересно. Для этого выбираешь правильный угол наклона и, используя силу встречного ветра, поднимаешься как тебе нужно.
ЧУВСТВУЕТ, ЧТО ПРОИЗОЙДЕТ
Валерий Иванович не только видит замысловатые сны, но еще обладает хорошей интуицией. Заранее предчувствует, чем кончится то или иное событие, но говорить об этом другим не хочет. Раньше, бывало, скажет кому-то, предупредит, а потом его же и обвиняют: «Накаркал! С тобой одни несчастья».

Правда, бывают случаи, когда Валерий Иванович предчувствует, что должно произойти, но предотвратить наступающее событие уже не может.

Как-то ехал он на работу на автобусе и увидел аварию на дороге. На следующий день едет – видит две аварии. На третий день – уже три!

Тогда Валерий подумал: «Странно, к чему бы это?»

Через пару дней в полуметре от него столкнулись два автомобиля: он даже попытался отскочить в сторону, чтобы его не задело.

Подумал: «Интересно, что же будет дальше? Наверное, что-то подобное произойдет и со мной».

Так оно и вышло: почувствовать-то почувствовал, но изменить ничего не смог.

Через три дня прямо на пешеходном переходе его на большой скорости сбила машина, и он лишь благодаря счастливому стечению обстоятельств остался жив.


ПОМОГ БРАТУ НА РАССТОЯНИИ
Несколько лет назад брат Валерия Ивановича с сильным внутренним кровотечением попал в больницу и просил связаться с ним пятнадцатого числа в 18.00 – ему нужна была помощь. Так как приехать к брату в назначенный день Валерий Иванович не мог, он взял большой будильник, закрыл без пяти шесть глаза и начал мысленно готовиться к «встрече» с братом. Через пять минут «увидел» больничную палату: около двери стенку из стеклоблоков, двух мужчин и брата, одетого в синее трико и белую футболку.

Видимо, что-то почувствовав, брат встал и посмотрел в сторону Валерия Ивановича. В этот момент раздался громкий щелчок, и будильник, который Пупин завел несколько минут назад, остановился.

Когда брата выписали, Валерий позвонил ему и поинтересовался:

– Что это мужики на тебя так удивленно смотрели в палате? Ну, там, где стенка из стеклоблоков?

Брат помолчал и потом спросил:

– Какая стенка?

Пришлось Валерию Ивановичу описывать, как выглядела больничная палата, сколько там было людей, в чем был одет брат.

Тот удивленно спросил:

– А откуда ты знаешь?

– Ну, я же тебя там видел.

Брат сказал, что тогда действительно что-то почувствовал, даже встал посреди палаты, а его соседи, заметив странное выражение лица, подумали, что ему плохо, и хотели позвать доктора.

Когда его выписывали, главный врач сказал: «Не знаю, что произошло, но у тебя все прекратилось».

Уже в течение пятнадцати лет у Валериного брата это заболевание не повторяется, а будильник, который тогда почему-то остановился, до сих пор не работает.

ххх


Кстати, о том, что родственники действительно могут остро чувствовать состояние друг друга на расстоянии посредством телепатической связи, хорошо известно с древних времен. Приведу лишь один пример. По словам одного из последователей Карла Юнга психиатра Джеймса Холла, его пациентке однажды срочно понадобилось переговорить со своим братом по поводу важного семейного дела, но она не знала, как его найти. Тот в это время находился на секретном правительственном заседании. Однако через десять минут он ей сам позвонил.

ЗАГАДОЧНЫЕ ДЫМКИ ДМИТРИЯ ДИКАРЕВА
Бывают вещи, от которых в сердце,

Как будто наплывают облака,

Так в час, когда туманов вешних дымка

Повсюду стелется, –

Сильна любви тоска!

Японская поэзия. Песня Отомо Саканоэ,

посланная Отомо Якамоти
Глядя на картины этого художника, чувствуешь умиротворение и созерцаешь их неторопливо, благодушно настроившись на философский лад. Такое ощущение, что очутился в волшебном царстве вечных туманов, поглотивших четкие очертания леса, реки и полей. Там нет солнца, а значит, и ярких цветов. Все размыто и разбелено, везде покой и тишина, и кажется, что даже время приостановило свой бег. Лишь дождик беззвучно моросит воздушной пудрой, заполняя приятной прохладой пространство холстов.

Если не знать, что эти картины написал наш современник – липецкий художник Дмитрий Алексеевич Дикарев, догадаться, кем и когда они созданы, невозможно. Не стоит применять привычные определения к неземным пейзажам с загадочными дымками на полях и застывшими парами-отражениями на воде. К тому же художник вместо обычного лака покрыл свои картины патиной застывшего времени – галлюциногенным туманом, который приглушил громкие звуки и яркий свет.

Творчество Дикарева – это особый кристалл, позволяющий коснуться трансцендентного. В нем такое множество граней и оттенков, о котором не подозревает и сам художник. Через этот кристалл-портал зрители могут видеть мерцающие грезы Дмитрия Алексеевича. Иногда они так похожи друг на друга, что в них, как в мифическом лабиринте, можно основательно заблудиться.

Ощущение подобного специфического пространства, где нет четких и понятных ориентиров, возникает и при просмотре фильма «Сталкер» Андрея Тарковского. Известный режиссер наполнил свою таинственную Зону еле заметными в сумрачном тумане тропками-своротками, по которым можно идти лишь разгадав особый код потустороннего мира. Иначе прямой путь окажется не самым коротким – проявится непрерывность бесконечности.

Художник и режиссер в своих произведениях намеренно меняют нашу привычную действительность на загадочную мистическую полуреальность, где законы стабильного бытия уступают место призрачным фантазиям. В этом сходство данных творческих личностей, и я бы не удивился, если бы Тарковский, увидев работы Дикарева, нашел им применение в собственных фильмах.

Сейчас Дмитрий Дикарев стал созерцателем параллельных миров, а раньше он, как и многие собратья по творческому цеху, активно отражал окружающую жизнь, восторгался людьми героических профессий, создавал понятные жанровые полотна – несколько десятилетий жил и думал как все. Но желание творить, а не только зарабатывать деньги сильно влекло вперед. Дикарев понимал: ожидаемое приходит не сразу. Подобно золотоискателю усердно лопатил и перемывал груды породы, чтобы найти вожделенную крупицу драгоценного металла. И когда в краю мистических туманов наконец-то разыскал неразработанную золотую жилу, ставшую для него источником радости и творческого вдохновения, понял: все, что было до этого, не в счет. Загадочный край застывших паров и дымков стал своим, и возвращаться назад, к обыденному реализму, уже не было никакого желания. В работах Дикарева исчезли красно-кумачевые цвета, и сюжеты картин стали иными – появилось философско-мистическое восприятие мира. Возникли фирменные дикаревские мерцания и туманности, без которых теперь представить его живопись невозможно. Свои работы художник создает белесой гуашью и неяркой темперой. Даже масляная краска у Дикарева совсем не блестит, будто покрыта какой-то матовой калькой.

Дмитрий Алексеевич – коренной липчанин и пейзажи пишет исключительно местные. Однако все они получаются нездешними, какими-то потусторонними.

– Я так вижу, – уверяет художник. – Стиль появляется не от желания, а от человеческой натуры. Не люблю городские пейзажи, слишком много там геометрии. Не нравится мне все кричащее, предпочитаю спокойные открытые пространства: речки, луга, поля. Уже более сорока лет как я художник, и все это время ищу гармонию. И когда ее находишь, появляется музыка в душе. Стремлюсь оставаться самим собой и изображать только то, что чувствую сам.

– Ну а почему все-таки появилась эта размытость цвета и форм, эти туманы, дымки, – несколько раз допытывался я у художника, стараясь выведать его тайну, но он всякий раз уходил от ответа.

Однако недавно Дмитрий Алексеевич все-таки разоткровенничался:

– Ты никогда не замечал, что черно-белые фотографии почему-то кажутся живее и теплее, чем цветные? Видимо, отсутствие ярких цветов придает изображению особый колорит, не заслоняет от главного. Вот и у меня нет цветности и мелких деталей, которые отвлекают. Стараюсь работать с большими пятнами. Мне интересно, как это пятно, например, относится к этому. А то – к другому. Я вот часто гуляю с собакой, – продолжал развивать свою мысль Дикарев, – днем хожу и вроде ничего не вижу, а ночью, когда по лесу идешь, луна загадочно высвечивает контуры сосен, которые смотрятся словно чудесные кружева, обалдеть можно! Думаешь: как здорово! А придешь туда днем – той красоты уже нет, все теряется в деталях. Тут сучочек, там ствол, вот ворона сидит на ветке. Понимаешь: суть загораживается и нужно найти какое-то зерно. Поразил какой-то кусок, зарисовал, приходишь домой, а там ничего интересного. Думаешь, а чем-то ведь поразил? Начинаешь раскручивать, искать. Когда делаешь композицию, линию горизонта ниже опускаешь или, наоборот, вверх поднимаешь. Я часто намеренно обманываю зрителя, провоцирую, придумываю то, чего нет. Стараюсь убедить зрителя, что и такое бывает. Искажаю и горизонтали, и вертикали, а многие верят, говорят: «Гляди, вот ведь точно нарисовал – костерок у него красный», а он у меня на холсте серый.

Чтобы создавать образы, художник избегает сиюминутного. Сейчас модно делать картинки как фотографии: речка, где рыбачок сидит; люди в волейбол на пляже играют; деревце со всеми листочками; собачка ногу подняла. А я пишу не то, что вижу, а что мыслю. И это все больше меня захватывает. Каждый день что-то творчески делаю.

В обыденной жизни Дмитрия Алексеевича стали происходить изменения. Если раньше он часто ходил на рыбалку, любил посидеть с удочкой и посмотреть на закат, то теперь предпочитает зиму.

– Летом многое отвлекает: цветы, ягоды, приусадебное хозяйство, а мне теперь времени жалко – почувствовал творческий кураж, – делится собственными ощущениями художник. – Ведь в зимнее время много не походишь, зато есть возможность побольше поработать, а мне хочется еще многое сделать, поэкспериментировать. Самому интересно, куда я смогу еще войти.

За последние пять лет художник создал более ста новых полотен и сейчас продолжает активно работать – старается показать зрителям все, что теперь так волнует его душу. И этот посыл находит благодарный отклик у зрителей.

Как-то Дикарев рассказал мне один забавный случай. Однажды пришел к нему на персональную выставку его знакомый – юрист по образованию. Увидев работы Дмитрия Алексеевича, был огорошен и, не долго думая, направился к выходу. Потом вдруг остановился и попросил художника:

– Слушай, давай еще раз пройдемся и посмотрим, – и стал внимательно рассматривать каждую работу.

– Сначала я не мог все это воспринять, подумал: какая-то шиза, – признался Дикареву приятель, – а потом гармония цвета на меня подействовала.

Дикаревская цветовая гамма действительно каким-то образом завораживает людей. Остановившись на мгновение перед полотнами, многие зрители задерживаются подолгу, а затем еще несколько раз возвращаются к работам художника. И это при том, что на холстах нет конкретных деталей, лишь размытые цветовые пятна различной величины. Апофеозом потустороннего дикаревского мира, в котором напрочь отсутствует резкость, контрастность и яркость, являются картины «Усталая тишина», «Тихий край», «Сказочный день», «Вспышка радости». Рассматривая эти полотна, в очередной раз вспоминаешь Тарковского – его фильм «Солярис». Там существует таинственный и недоступный для нашего земного понимания Океан – энергия, обладающая разумом, способная воздействовать на людей. Вот и у Дикарева многие картины заполнены странными цветными туманами и парами – неосознанными мыслеформами, проникающими в наше сознание. Может, так мы вместе с художником вспоминаем свое будущее или осознаем прошлое, которого еще не было?

Если бы картины Дикарева увидели японцы, то наверняка определили бы, какие туманы изобразил художник. Нашли бы в его работах и асагири (утренний туман), и югири (вечерний туман), и егири (ночной туман), и хему (ледяной туман из мелких кристаллов льда), и даже сиоякэ (красноватый туман от восходящего над морем солнца).76Но для Дмитрия Алексеевича туманы имеют иное – поэтическо-философское значение.

«День земнородных оживлений», «Страдая от одиночества», «Рассветная причуда», «Закат непогасшего дня», «Танец тайны», «Минута безверия», «В глухоте тумана», «Сонный воздух», «Фиалковые полутона», «Смело верь тому, что вечно». В таких названиях проявляется медитативный настрой художника. Дикарев внимательно разглядывает детали загадочного мира, который скрыт от других плотной завесой разноцветных туманов, а потом все увиденное переносит на холсты. Вот что Дмитрий Алексеевич запечатлел, например, на картине «Время мчит вперед». Для обычных людей там вообще нет никакого движения: все замерло в музыкальной тишине серовато-синего вечера, а может быть, уже и предрассветной ночи. На фоне каких-то темных силуэтов трепетно светится огонек-светлячок. То ли мерцающий одуванчик на тонком стебле, то ли отражение огонька в маленьком озерке. Разве разберешь? Главное, этот светлячок-маячок – символ жизни в безмолвной синеватой тишине странного безлюдного мира. Глядя на эту работу, чувствуешь незримое присутствие мистика одиноких сердец Чюрлениса. Видимо, ему внеземной светящейся азбукой Морзе Дмитрий Дикарев посылает приветствие, и, наверное, для обоих художников в это мгновение время мчит вперед и его никому не остановить.

Мне кажется, что наступил момент, когда высшие силы призвали художника Дикарева «подняться на гору», чтобы оставить дневную суету и посвятить всего себя художественной медитации. Вот Дмитрий Алексеевич и растворяется теперь в творческих размышлениях, исцеляя своими картинами наши издерганные вечной суетой и проблемами души. Глядя на плавно мерцающие расцветы Дикарева, на его реки с остановившимся во времени течением, размышляешь о вечных истинах, получая долгожданное отдохновение.





Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет