Рабочая программа дисциплины (модуля) История удмуртской литературы Направление подготовки 032700 Филология


Ватсаса лыдњыны дэмлам литература



жүктеу 1.16 Mb.
бет3/7
Дата03.04.2019
өлшемі1.16 Mb.
түріРабочая программа
1   2   3   4   5   6   7

Ватсаса лыдњыны дэмлам литература

Лаптев А. Адњон // Њечбур.1997. 21 гудырикошкон.

Перевозчиков А. Мон уг йыромы: А. Аникиналы 60 арес тырмонэзлы // Вордскем кыл. 1998. № 2.

Чернова Т. Чагыр инмын пишто кизилиос // Удмурт дунне. 1997. 11-тћ феврале.

Яшин Д. Удмурт поэзия но туннэ нунал // Молот. 1963. № 4.
Сизьыметћ тема

12–13-тћ лекция. Удмурт нылпи литературалэн азинскемез

Азьвыл гожъясьёс (А. Клабуков, Т. Шмаков) но выль нимъёс (Г. Ходырев, Г. Симаков, А. Белоногов, Д. Яшин, Г. Данилов, Ю. Байсарова, Л. Чернова, В. Романов, А. Леонтьев). Удмурт нылпи поэзиын выль темаос, геройёс но образъёс. Поэма но литературной выжыкыл жанрлэн выль кужымен азинскемзы. Нылпи прозае юморлэн пыџамез.


20–22-тћ семинар. Удмурт нылпи литература

Удмурт нылпи литератураын выжыкыл-поэма жанрлэн азинскемез (А. Вотяков «Иши»; А. Белоногов «Чимали», «Кин сьќры мыноно»; Г. Ходырев «Ми но толэзе», «Нодтэм лопата», «Тэшкыли но Кузьгубей»; В. Романов «Тюрагай»).

Г. Ходыревлэн пќртэм аресъем нылпиослы гожтэм произведениосыз, соослэн жанровой узырлыксы. Пиналъёслэсь мылкыдзэс суреданы быгатэмез, урод сямъёсты серем пыр шараямез. Кылбуръёсаз хронотоплэн пќртэмлыкез. Г. Ходырев – журналист.

А. Леонтьев – кылбурчи но суредась. Поэтлэн кылбуръёсаз инкуазь суредъёс, пќйшуръёслэн, чорыгъёслэн образъёссы. Соосты Т. Шмаковлэн образъёсыныз џошатон. Нылпиослэсь сямъёссэс школа улон пыр возьматон.

В. Романовлэн поэзияз хронотоплэн паськытамез. Пиналъёслэсь сямъёссэс усьтыны быгатэмез, солэн кылбуръёсаз “пиналлык”.
23–24-тћ семинар. Николай Васильевлэн, Григорий Даниловлэн но Василий Широбоковлэн гожъяськон удыссы

Быдэ вуэм пиналъёслы гожъясь авторъёс. Николай Васильевлэн прозаяз война вакытэ но война бере атайтэк будэм пиналъёслэсь драмазэс возьматон. Произведениосаз быръён (выбор) тема. Приключенческой жанрын ужамез. Н. Васильевлэн лирикаез. Тодмо луэм кырњанъёсыз.

Григорий Даниловлэн эшъяськон темаез усьтэмез. Жанр ласянь утчанъёсыз. Яратон темаез суреданын выль конфликтъёс, выль формаос (повествованиын дневник формаез кутон).

Василий Широбоковлэн инкуазь зарисовкаосыз. Веросъёслэн кылтћрлыксы но кылсуредъёссы.


Литература

Валишин Р. Чагыр инвисъёс. Николай Васильевлэн «Азвесь портсигар» книгаез сярысь // Валишин Р. Тодметъёс: Веросъёс, дневник, статьяос но рецензиос. Ижевск, 1990. - 287–291-тћ б.

Ившин В.И. Куинь веросъёс сярысь // Молот, 1971. № 4. - 39–49-тћ б.

История удмуртской советской литературы: В 2-х т.: Т. 2. Ижевск: Удмуртия, 1988. - 332 с.

Михайлов В.М. Пиё, пиё книгае // Молот, 1979. № 2. - 52–53-тћ б.

Федорова Л. Выжыкыл дунне но зэмос улон // Васильев Н. Петро но Митро: Повесть. Веросъёс. Выжыкыл. Ижевск, 2005. - 124–127-тћ б.



Ватсаса лыдњыны дэмлам литература

Иванов И.З. Наследство для тысяч людей: Сегодня Николаю Васильевичу исполнилось бы 65 лет // Алнашский колхозник, 1998. 21-тћ февраль.

Кутянова Л.Д. Котьмае вормись кужым // Советская Удмуртия, 1982. 28-тћ авг.

Лаптев А. Оло, монэ но куке тодад ваёд: Н. Васильевлэн вордскемез дырысен – 60 ар // Советская Удмуртия, 1993. 4-тћ февраль.


25-тћ семинар. Г.С. Симаковлэн творчествоез

Г.С. Симаков – нылпиослы выжыкыл гожъясь писатель. Произведениосаз калык выжыкыл традициосты кутэмез но азьланьтэмез. Волшебной калык выжыкылъёслэн ёзэтъёссы пыр социальной ужпумъёсты возьматон. «Гурлало туриос» (1982) кылбур сборникез.

Нылпиослы ас шаерзэс яратон мылкыд пыџатон, солэн узыр но аспќртэмлыко инкуазеныз тодматон.

Пќйшуръёслэсь но тылобурдоослэсь, нымы-кибыослэсь но будосъёслэсь тунсыко образзэс кылдытон амалъёс. Произведениосызлэн жанровой аспќртэмлыксы.


Литература

Федоров Л. Улытозяз ужаз нылпиос понна // Вордскем кыл 1999. № 7–8. - 53–56-тћ б.

Хайдаров Р. Инкуазез данъясь, выжыкылэз зэматћсь // Вордскем кыл. 1994. №1. - 44–47-тћ б.
Ватсаса лыдњыны дэмлам литература

Смирнов В. Йыбырттозы кызьпуослы // Њечбур! 1997. 18 декабре.

Федоров Л. Кыштыр гинэ ужаз // Удмурт дунне. 1999. 9 феврале.
IV-тћ блокысь занятиос
Тямысэтћ тема

14–15-тћ лекция. Николай Байтеряков – лирик

Кылбурчилэн 1960-тћ аръёсы удмурт поэзиын куараез но интыез. Психологической ќрез муромытэмез но элеги-ческой интонациез азинтэмез. Война пыр потэм адямилэн сюлмыныз улонэз но котырысь дуннеез дунъян но усьтон. Валтћсь темаос но мотивъёс. Военной поэзияз буре ваён темаез усьтон.

Романтической пуштросо кылбуръёс. «Лана» циклэз. Кылбуретаз «ыштэм яратон» мотив. Архетипъёс но лейт-образъёс. Поэзиезлэн крезьгурез, солэн аспќртэмлыкез, кыр-њан интонацилы матын луэмез.

Поэма жанр Н. Байтеряковлэн творчествояз. Поэма-осызлэн сюжет гердазы удмурт историысь валтћсь югдуръёс. Поэмаосаз љутэм ужпумъёс но соослэн образной системазы. «Эштэрек» поэмаын мифологической но реалистической ќръёслэн герњаськемзы.


26–28-тћ семинар. Н. С. Байтеряковлэн кылбуран дуннеез

Н. С. Байтеряковлэн нырысь бичетъёсаз («Кылбуръёс», 1953; «Гуртысь гуръёс», 1959) валтћсь мылкыдъёс но кылсуредъёс. Нимаз кылбуръёсызлы анализ. Н. Байтеряковлэн поэзияз войнаын бырем солдатъёс азьын, оген кылем анайёс но кышноос азьын кыл кутон тема. Кылбуръёслэн строфиказы, кылбургурзы.

«Кикыен вераськон» (1978), «Солдатлэн данэз» (1987), «Луысал ке ваньзэ вераме» (1992) бичетъёсын дыр ортчемез возьматћсь мылкыдъёс но кылсуредъёс. Кылбуретэзлэн романтической шќмыз. Н. Байтеряковлэн поэзияз тылобур-доослэн но писпуослэн образъёссы. Буёл ласянь кылбур дуннеезлэн аспќртэмлыкез.

Н. Байтеряковлэн поэма жанр бордын ужамез, соосты кылдытон аръёс. Быдзым Атыкай ожлы сћзем поэмаосыз: «Солдатъёс ке кошко» но «Солдатлэн данэз». Поэмаосын эпической но лирической сиослэн полэстћськемзы. «Солдатлэн данэз» поэмаын атаез пыр удмурт солдатлэсь образзэ кылдытон. Солэн нырысетћ вариантэз – («Дан»).


Ас кожазы быдэстоно ужъёс но дэмланъёс

1. В. Романовлэн «Солдат-кылбурчи» статьяеныз тодматсконо. Мар выльзэ усьтћз кылбурчилэн фронтовой биографиез солэсь кылбуръёссэ но «Сьќд валъёс» бичетысьтыз веросъёссэ валан понна?

2. Тодмо, Н. Байтеряков туж синмаськиз Сергей Есенинлэн кылбуретэзлы, берыктон уж пыр но њуч классиклэсь дышетскиз. Мылкыд каремдыя 2-3 кылбурлэсь њуч оригиналзэ но Николай Байтеряковлэсь берыктэмзэ џошатоно. Удмурт кылэ берыктэм кылбуръёсты шедьтыны луоз ««Николай Байтеряков. Жин азвесь крезьгурен – Серебряная мелодия» книгаысь (599-тћ б.) но «Сергей Есенин. Избранные произведения = Быръем произведениос» бичетысь. Ижевск, 2002.

3. Л. Айтугановалэн «Сюлэмысен кутске кырњан «Николай Байтеряковлэн кылбуръёсыз» монографиысьтыз Н. Байтеряковлэн кылбургурезлы сћзем таблицаосты эскероно (103–107-тћ б.). Поэзиезлэн кыџе аспќртэмлыкез сярысь верало сётэм лыдпусъёс?

4. Л. Айтугановалэсь вылћ верам монографиысьтыз таџе главаоссэ: «Куара тупанэзлэн тусыз», «Чур вќзы чур пуктон суредэз», «Кылъёсты ог-огенызы герњан но бќрсьысь бќрсе радъян пќртэмлыкез» конспектировать кароно. Собере эскероно, кызьы њуч кылэ берыктћсьёс Н. Байтеряковлэсь кылбур формазэ чаклало (басьтоно кык ке но берыктћсьёсты). Ужез быдэстыны юрттоз «Николай Байтеряков. Жин азвесь крезьгурен – Серебряная мелодия» книга.

5. Тодматсконо Н. Байтеряковлэн «Визьтэм тќл тани нош ик поръя» кылбурезлы анализэн (8-тћ Ватсэт). Кыџе выль малпанъёсты кылдћзы та ужен тодматскыса?
Литература

Айтуганова Л. Сюлэмысен кутске кырњан. Николай Байтеряковлэн кылбуръёсыз. Ижевск, 1998. - 191 с.

Айтуганова Л. Николай Семёнович Байтеряков: улэмез но творчествоез // Байтеряков Н.С. Жин азвесь крезьгурен. Кылбуръёс но поэмаос – Серебряная мелодия: Стихотво-рения и поэмы. Ижевск, 2003. - С. 615–633.

Богомолова З. «Я без родины жить бы не смог…» // Байтеряков Н.С. Жин азвесь крезьгурен. Кылбуръёс но поэмаос – Серебряная мелодия: Стихотворения и поэмы. Ижевск, 2003. - С. 633–640.

Домокош П. История удмуртской литературы / Перевод с венг. В. Васовчик. Ижевск, 1993. - 448 с.

Пантелеева В. Тема любви в удмуртской лирике // Движение эпохи – движение литературы. Удмуртская литература ХХ века: Учебное пособие / С.Т. Арекеева, Т.И. Зайцева, Л.П. Федорова и др. Ижевск, 2002. - С. 168–188.

Шкляев А. Удмуртская фольклорно-эпическая поэзия. Поэмы о батырах // Времена литературы – времена жизни: Статьи об удмуртской литературе. Ижевск, 1991. - 206 с.
Ватсаса лыдњыны дэмлам литература

Чернова Т. Бызе, бызе на ошмесэ: Н. Байтеряковлы 73 арес тырмон азьын ошмесэз дурын пумиськон // Удмурт дунне. 1996. 8 августэ.

Шибанов В. Пересьёс тунало улонзэс, яке Н. Байтеряковлэсь «Сюресэз сэрттыса» кылбурзэ эскерон // Вордскем кыл. 1995. № 3–4. - 62–65-тћ б.

Шибанов В., Чернова Г. Вашкала малпанъёсты улњытэ // Вордскем кыл. 1997. № 2. - 31–41-тћ б.

Яшина Р. Мон тонэн, шаере! // Вордскем кыл. 1999. № 10–11. - 28–31-тћ б.

Яшина Р. Н. Байтеряковлэсь «Солдатъёс ке кошко» поэмазэ эскерон // Вордскем кыл. 2000. № 2. - 29–34-тћ б.



VI-тћ блокысь занятиос
Укмысэтћ тема

16–17-тћ лекция. Флор Васильевлэн кылбуран дуннеез

Кылбурчилэн малпаськытћсь, лыдњисен кенешись (шыпыт) лирикаез. Валтћсь темаос. Адями, адямилык но инкуазь (дунне черс) герњетъёсты выль сямен усьтон. Кылбуретаз инкуазь куара.

Яратон лирикаяз нылкышно чеберлык но сое суредан амалъёс. Анай но анайлык темаез выль сямен усьтон.

Кылбуретаз удмурт мифология но удмуртлык. Натурфилософской пуштросо кылбуретэз. Инкуазь лирической темалэн инкуазь но адями нравственно-философской ужпуме выжемез. Калык кылосысь жанръёсты поэзие берыктон. Кылбуръёслэн поэтикаязы буёллэн интыез.

Кылбуретын валтћсь образъёс, соослэн пуштроссы. Кылбуръёслэн крезьгур ласянь аспќртэмлыксы. Њуч кылын кылбур бичетъёсыз, берыктон ужпум.
29–33-тћ семинар. Ф. Васильевлэн творческой сюресэз. Адями, дунне, инкуазь герњетъёсты выль сямен адњон но суредан

Поэзияз адями но инкуазь, адями но улон кусыпъёсты суредан. Покчи шаерезлэн, ас гуртэзлэн , отысь интыослэн образъёссы («Бердыш», «Бердыше сюрес», «Мой шур» но мукет). Пырпотћсь образъёс но соослэн пуштроссы.

Кылбуретаз удмурт калык сямъёс но осконъёс, соос пыр улонэз дунъян. («Сялтым», «Пинал пыртон» но мукет). Творчествояз удмуртлыкез улњытон но калыке вќлмытон ужпум.Философской пуштросо кылбуретаз улон но кулон тема.

Флор Васильевлэн яратон лирикаез. Творчествоезлэн пќртэм вакытаз та темаез пќртэм сямен усьтон. Поэзияз нылкышно тема.

«Сётысал ке нимдэ тынэсьтыд...» но Н. Байтеряковлэн «Лана» циклъёссы: огкадез но пќртэмез. Соосты А. Блоклэн «Незнакомка» кылбуреныз џошатон.

Ф. Васильев   график. Кылбуръёслэн поэтикаязы буёл-лэн интыез. Кылбуръёслэн крезьгурзы.

Флор Васильевлэн поэзиез њуч кылын: шедьтонъёс но ыштонъёс. Берыктћсьёсыз. Нимаз кылбуръёсты – оригинал-зэ но њуч переводзэ – џошатыса эскерон.
Ас кожазы быдэстоно ужъёс но дэмланъёс

1. В. Пантелеевалэн «Поэтический мир Флора Васильева» монографиысьтыз «Сквозной образ и его ассоциативное поле» люкетсэ лыдњоно но конспектировать кароно.

2. Кылбурчилэсь 2–3 кылбурзэ А. Тарлановлэн сётэм схемаезъя эскероно (учконо Ватсэтысь).

3. Ф. Васильевлэсь «Толэзь бќрсьы кошкоз толэзь, уд шќды ортчемзэ арлэсь» циклзэ эскероно // Ф. Васильев. Кылбуръёс. № 715–726.

4. Ф. Васильевлэсь њуч кылэ берыктэм кылбуръёссэ но оригиналъёссэ џошатоно:

(Удмурт оригинал сётэмын Васильев Ф.И. Кылбуръёс. Ижевск, 1995. Œуч переводэз басьтэмын Васильев Ф.И. Стихотворения. Ижевск, 2003.)



1. «Уг поты кысэме». № 202

«Береза» (пер. О. Поскребышева) С. 83

2. «Пужым корлэсь šутэм корка». № 310

«Я срубил избу из сосен» (пер. Э. Балашова) С. 105

3. «Тќдьы мамык усе но усе». № 342

«Кружится снег…» (пер. Е. Храмова) С. 439

4. «Лыз инметћ лобо тќдьы юсьёс». № 1095

«Пух лебединый падает с небес» (пер. Т. Кузовлевой)

С. 119

5. «Ошмес». № 100

«Родник» (пер. Я Серпина) С. 46

6. «Эн дырты, эше, лымыез сьќдманы». № 364

«Не черните, люди…» (пер. Э. Балашова) С. 196

5. Н. Лейдерманлэн но М. Липовецкийлэн «Современная русская литература: 1950–1990-е годы» книгаысьтызы «Тихая лирика» и сдвиг культурной парадигмы» люкетэныз тодматсконо (47–61-тћ бам). Шыпыт лирикалэн кыџе тодметъёсыз тужгес но яркыт чильпырало Ф. Васильевлэн кылбуръёсаз (возьматоно нимаз 5–6 кылбуръёс вылын).

6. Ф. Васильевлэсь «Кырња Титов», «Уй» но њуч кылбурчилэсь Николай Рубцовлэсь «В минуты музыки печальной», «Наступление ночи» кылбуръёссэс џошатоно: мар соосты огазея?

7. Тодосчиос висъяло кылбурчилэн гожъяськонысьтыз куинь вакытсэ (1960–1964; 1964–1972; 1972–1978). Яратон, гражданской, философской пуштросо поэзиысьтыз верам вакытъёслы тужгес тупасьёссэ быдэн куинь кылбур шедьтэлэ.

8. Кылбурчилэсь 2–3 кылбурзэ А. Тарлановлэн сётэм схемаезъя эскероно (учконо 1-тћ Ватсэтысь).

Литература

Восхождение: Сб. статей и воспоминаний о Флоре Васильеве / Сост. З.А. Богомолова. Ижевск, 1996. - 479 с.

Ермолаев А. Бердышысен Ижозь, собере кыдёкысь шаеръёсы // Васильев Ф.И. Кылбуръёс. Ижевск,1995. - 3–10-тћ б.

Зуева А. Архетип "Мирового Древа" в лирике Флора Васильева // Зуева А. Удмуртская литература в контексте языческих и христианских традиций. Ижевск, 1997. - C. 204–232.

Пантелеева В. Поэтический мир Флора Васильева. Национально-семантические особенности стиля. Монография. Ижевск, 2000. - 196 с.

Шибанов В. А река течет спокойно: (К проблеме эволюции творчества Флора Васильева) // Восхождение: Статьи, стихи, воспоминания о Флоре Васильеве. Ижевск, 1996. - C. 333–336.

Шкляев А. Времена года и времена литературы: О творчестве Флора Васильева // Шкляев А. Времена литературы – времена жизни. Ижевск, 1991. - С. 163–176.
Ватсаса лыдњыны дэмлам литература

Жизнь и творчество Флора Васильева: Материалы региональной научно-практической конференции. Глазов, 2000. - 52 с.

Зеленина Т. «Флорвасильевский» поэтический феномен: В помощь учителю-словеснику // Вордскем кыл. 2001. № 1–2. - 45–50-тћ б.

Пантелеева В. Кылбурчи вордскиз: Флор Васильевлэсь «Кион сюан толэзь шорын вордски...» кылбурзэ эскерон: // Вордскем кыл. 1997. № 5. - 18–22-тћ б.

Пантелеева В. «Нылкышно ке тон азьын...»: Флор Васильевлэн кылбуръёсыз сярысь малпанъёс: // Удмуртская литература ХХ века: направления и тенденции развития. Ижевск, 1999. C. 216–229.

Пантелеева В. Образы звуков и звуки образов // Проблемы удмуртской и финно-угорской филологии: Межвуз. сб. науч. тр. Ижевск, 1999. - C. 227–238.

Пантелеева В. Переводим ли смысл текста?: (Об одном стихотворении Ф. Васильева) // Вестник. Удм. ун-та. 1995. № 5. - C. 98–103.

Пантелеева В. Ошмесэз – калык сямъёс но йылолъёс // Кенеш. 1999. № 2. - 54–56-тћ б.

Шибанов В. Аслэсьтыд ачид уд пегњы кыдёке... // Кенеш. 1994. № 2. - 50–55-тћ б.

Шибанов В. «Кошкиськом, лэся, инкуазь дорысь...»: В. Соколовлэн но Ф. Васильевлэн лириказы пумысен куд-ог малпанъёс: // Молот. 1986. № 8. - 46–49-тћ б.

Шибанов В. Кытчы тубе џын? // Вордскем кыл. 1994. № 1. - 53–58-тћ б.

Дасэтћ тема

18-тћ лекция. Владимир Романовлэн творческой биографиез

Кылбуретаз валтћсь темаос но кылсуредъёс («Мынам тулысэ», 1967; «Покчи гужем», 1975; «Йырберыктон ту-рын», 1988). Вќлскем метафораез паськыт кутон. Адями но инкуазь кусыпъёслы сћзем кылбуръёсыз В. Романовлэн поэзияз война вакытэ атайтэк кылем нылпиослэсь драмазэс усьтон. Кылбуръёсызлэн крезьгурзы, сое кылдытон амалъёс.


34–35-тћ семинар. Владимир Романовлэн кылбуран дуннеез

Кылбуретаз анай кылэз но солэсь чеберлыксэ утён. Поэзияз калык йылолъёслэн пыџамзы («Айкай», «Гырон быдтон», «Сюан» но мукет). Огенлык но кулон мотивъёс. Валтћсь интонациос («Муръё инме уг ыбы ни џынзэ», «Сюрес чип-тќдьы шорт бугор кадь сэра…»). Кылбуръёслэн крезьгурзы.

В. Романов – нылпи поэт. Нылпи поэзиын выль образъёс. Чырмыт герой, сое суредан амалъёс. Нылпиослы сћзем кылбуръёсаз пионеръёслэсь улонзэс романтика пыр суредан («Шундыез сайкато барабанщикъёс»).
Ас кожазы быдэстоно ужъёс но дэмланъёс

1. Кылбурчилэсь 2–3 кылбурзэ Е. Тарлановлэн сётэм схемаезъя эскероно (учконо 1-тћ Ватсэтысь).

2. В.Романовлэн критической но литературоведческой ужъёсыныз тодматсконо. Удмурт кылбуретлэсь кыџе палъёссэ џемгес эскере кылбурчи.

Литература

Ар-Серги В. Калина красная, калина вызрела // Удмурт дунне. 1993. 4 августа.

Богомолова З. «Милям гуртын но вал ошмес…» // Вордскем кыл. 1994. № 3. - 16–20-тћ б.

Захаров П. Абалгылэн вань-а сяськаез? // Инвожо. 1993. № 9. - 3–4-тћ б.

Захаров П. Тубатъёс // Инвожо. 1999. № 1-2. - 21–25-тћ б.

Караваева Н., Шибанов В. «Кузь сюрес вылэ басьто мон…» // Вордскем кыл. 1996. № 5. - 28–37-тћ б.

Поздеев П. Покчи гужем // Удмурт дунне. 2000. 25 феврале.

Шибанов В. «Атай» // Вордскем кыл. 1996. № 4. - 53–57-тћ б.

Шибанов В. «Куке но вуоз со берпум вамышед» // Инвожо. 1993. № 9. - 20–24-тћ б.

Шибанов В. Адскисьтэм сюрес кузя // Вордскем кыл. 1993. № 4. - 43–48-тћ б.

Шкляев А. Тон самой њечсэ серметад // Инвожо. 1993. № 9. - 48–49-тћ б.

Валтћсь литература

Айтуганова Л. Сюлэмысен кутске кырњан. Николай Байтеряковлэн кылбуръёсыз. Ижевск, 1998. - 191 б.

Богомолова З. О творчестве Геннадия Красильникова. Ижевск, 1962. - 80 с.

Богомолова З. История удмуртского романа. Ижевск, 1978. - 135 с.

Восхождение: Статьи, воспоминания о Флоре Василь-еве / Сост. З. Богомолова. Ижевск, 1984. - 348 с.

Власенко А. Геннадий Красильников: Литературный портрет. М., 1981. - 176 с.

Генннадий Красильников – писатель и человек: Статьи, воспоминания / Сост. З. Богомолова, В. Ванюшев. Ижевск, 1982. - 231 с.

Движение эпохи – движение литературы. Удмуртская литература ХХ века: Учебное пособие / С.Т. Арекеева, Т.И. Зайцева, Л.П. Федорова и др. Ижевск, 2002. - 262 с.

Домокош П. История удмуртской литературы / Перевод с венг. В. Васовчик. Ижевск, 1993. - 448 с.

Зайцева Т. Идеал и реальность: Герой и конфликт в художественной литературе Поволжья и Приуралья (50–80-е гг.). Ижевск, 1993. - 123 c.

Зуева А. Поэтика удмуртского романа. Ижевск, 1984. - 192 с.

Зуева А. Удмуртская литература в контексте язычес-ких и христианских традиций. Ижевск, 1997. - 372 с.

История удмуртской советской литературы: В 2 т. Ижевск, 1988. - 332 с. Т. 2.

Пантелеева В. Поэтический мир Флора Васильева. Национально-семантические особенности стиля. Ижевск, 2000. - 196 с.

Писатели и литературоведы Удмуртии: Биобиблиографический справочник / Сост. А. Н. Уваров. Ижевск, 2006. - 220 с.

Поэт, ученый, педагог: Статьи, воспоминания о Д.А. Яшине. Ижевск, 1993. - 238 с.

Удмуртская литература ХХ века: направления и тенденции развития. (Удмурт литература ХХ дауре: будон сюресэз но азинскон ќръёсыз). Ижевск, 1999. - 291 с.
Ватсаса лыдњыны дэмлам литература

Богомолова З. Песня над Чепцой и Камой. М., 1981. - 352 с.

Ванюшев В. Вершины корнями сильны: Статьи об удмуртской литературе. Устинов, 1987. - 264 с.

Ермаков Ф. Удмуртская поэма. Устинов,1987. - 200 с.

Ермаков Ф. Творческие связи удмуртской литературы с русской и другими литературами. Ижевск, 1981. - 196 с.

Ермолаев А. Туннэ но џуказе: Удмурт литература сярысь статьяос. Ижевск, 1984. - 200 б.

Ермолаев А. Предчувствие весны – предчувствие перемен // Покчи-Петров М.П. Улонэ вамыштћ=Дорогою в жизнь. Ижевск, 2000. - С. 7–15

Жизнь и творчество Флора Васильева: Материалы региональной научно-практической конференции. Глазов, 2000. - 52 с.

Зуева А. Усьтћсько выль инвисъёс. Ижевск, 1992. - 223 c.

Ермаков Ф. Т.А. Архиповлэн улэмез но творчествоез. Ижевск,1971. - 40 с.

Неумолкнувшая песнь соловья. О творчестве Степана Широбокова: Воспоминания, статьи, стихи, посвящения, письма, документальные материалы / Сост. З.А. Богомоло-ва. Ижевск, 2005.

Современная удмуртская проза. Ижевск, 1981. - 156 c.

Счет предъявляет время. Ижевск, 1977. - 224 с.

Удмурт литература. Ижевск, 1966. - 426 б.

Флор Васильев и современность: Материалы научно-практической конференции. Глазов: ГГПИ, 2005. - 158 с.

Шибанов В. Толэзьлэн мышпалаз // Кенеш. 1994. № 10.

Шкляев А. Времена литературы – времена жизни: Статьи об удмуртской литературе. Ижевск, 1992. - 208 с.

Шкляев А. Вапумысь вапуме: Критика: статьяос, обзоръёс, диалогъёс, очеркъёс. Ижевск, 2000. - 184 б.

Уваров А. Художественное своеобразие удмуртской сатиры. Ижевск, 1979. - 240 с.
Ватсэт:

ас кожазы быдэстыны дэмлам ужъёсты но юанъёсты лэсьтыны юрттћсь материалъёс
1-тћ Ватсэт

Схема полного анализа стихотворного текста (по Е.Тарланову) для зачетной работы

Содержательные аспекты анализа
Исторический и реальный комментарий

1. Датировка текста. История текста (черновые варианты). Первая публикация.

2. Биографическая ситуация.

3. Отклики современников. Позднейшие оценки.



Внутренний (феноменологический) анализ лирического произведения

1. Тема и мотивы (структурные и свободные).

2. Лирический сюжет.

3. Композиция.

4. Лирические образы.

5. Субъектные формы авторского сознания (повествователь, лирический герой, герой "ролевой" лирики).

6. Художественное время и пространство.

Жанровые традиции. Проблема вхождения в лирический цикл (стихотворение в контексте творчества автора)

Историко-литературный контекст

1. Стихотворение в контексте современной ему поэзии.

2. Стихотворение в контексте направления (русской и европейской литературной традиции).

3. Типологические связи.



Формальные аспекты анализа

Метрика

1. Метр и размер, метрические вариации, цезура.

2. Клаузулы, рифмы. Эвфония.

3. Строфика.



Лексика и стилистика

1. Традиции и новаторство в поэтическом словаре и фразеологии.

2. Метафора, символ, эпитет, другие тропеические средства.

Синтаксис

Понятие мелодического рисунка: поэтический синтаксис в сочетании с ритмикой и строфикой.



2-тћ Ватсэт
В.А. Редькин 1
Большинство стихов первого сборника Евгения Александровича Евтушенко (1932) «Разведчики грядущего» (1952), по оценке критики, носило риторический и описательный характер. Обрести собственный голос поэту и в дальнейшем было не просто. Его лирический герой, по сути, близок герою молодежной прозы того времени с его стремлением к самостоятельности, ультрареволюционно-стью, энтузиазмом и инфантилизмом. Поэт утверждал, что в каждом человеке существует неповторимое личностное начало: «Людей неинтересных в мире нет. / Их судьбы как история планет. / У каждой все особое, свое, / и нет планет, похожих на неё». Но из конъюнктурных соображений героем Евтушенко часто становился человек труда, преимущественно физического. И уже в этом таилась ложь, ибо молодые эстрадные поэты, как правило, были прежде всего интеллектуалами. Так, лирический герой стихотворения Е. Евтушенко «Я сибирской породы...» почти пародийно (с современной точки зрения) заявляет: «Раздавалась команда.../ Я заклепки клепал / и глубокой лопатой, / где велели, / копал...». Сборники «Яблоко» (1960), «Нежность» (1962), «Катер связи» (1966) поэтизируют «простого советского человека» («Продавщица галстуков», «Первая машинистка», «Настя Карпова»). Кредо поэта было высказано в стихотворении «Пролог», в котором утверждалось право поэта на неоднозначность отношения к жизни и противоречивость лирического героя:

Я разный –

я натруженный

и праздный.

Я целе-

и нецелесообразный,



я весь несовместимый,

неудобный,

застенчивый и наглый,

злой и добрый.

Эта декларация, в которой утверждалась не подлинная, глубинная сложность мира и человека в нем, а показная, внешняя, которой поэт бравировал и гордился, относится ко всему творчеству поэта. Он так и не обрел цельности и единства нравственного и эстетического идеала. Поэт с жаром, иногда очень талантливо и мастерски отстаивал прямо противоположные вещи: «Я как поезд, что мечется столько уж лет / между городом Да и городом Нет». В некоторых произведениях лирический герой Евтушенко раздваивается. В одном случае он выступает против «тихой лирики», за «набат» («Тихая лирика»), в другом – против громкой чепухи, за «тихие пророчества» («В моменты кажущихся сдвигов...»). В экстазе самобичевания поэт восклицал: «Себе все время повторяю: / зачем, зачем я людям лгу, / зачем в могущество играю, / а в самом деле не могу?!» В конечном счете это привело к кризису читательского доверия. Е. Евтушенко написал много стихов политических, на злобу дня. А так как политическая, не столько партийная, сколько общественная, конъюнктура менялась, поворачивался вслед за ветром времени и флюгер поэзии Евтушенко. Казалось бы, явно оппозиционными к официальной идеологии были его стихотворения «Бабий Яр», «Наследники Сталина», «Что делает великою страну...», но эти отступления от «линии партии» в сторону западной демократии были санкционированы и даже выгодны определенным властным кругам. «Мы разрушали то, что разрешали, / а нам хотелось многое снести», – признается стихотворец.

Молодые поэты не могли пройти мимо темы войны. Ряд стихотворений Е. Евтушенко связан с памятью о Великой Отечественной войне: «Свадьбы», «Армия», «Рояль», «Мама». Именно он создал замечательную песню «Хотят ли русские войны?». По словам В.А. Зайцева, «романтическое видение» поэт воплощал «реалистическими средствами». К концу 60-х годов Евтушенко стремится преодолеть эстрадность и риторику. В стихотворении «Эстрада» появляются самокритичные строки: «Мне было еще нечего сказать, / а были только звон внутри и горло, / но что-то сквозь меня такое перло, / что невозможно сценою сковать». Но даже в этом стихотворении суть его поэзии не изменилась. И в начале 70-х годов Е. Евтушенко продолжал требовать от поэзии прямой публицистичности: «В поэзии сегодня как-то рыхло, / бубенчиков полно, набата нет. / Трибунная поэзия притихла, / а тихая криклива: «С нами Фет!». В стихотворении «Если б был Есенин во Вьетнаме...» он опять не избежал крайностей, заявив, что Есенин, выражая гражданственные чувства, «стал бы Маяковским, хоть на миг». Требования «набата» от всей поэзии – мнимая гражданственность. Не случайно подоб-ную публицистичность Е. Евтушенко критика справедливо называла «легковесной». По словам А. Михайлова, философия Е. Евтушенко имеет «прочную материалисти-ческую и материальную основу». Подчас это и приводит к ущербности его духовного мира. Фактически поэт размывает традиционные понятия добра и зла, развивая столь прельстительную для советской литературы формулу Н. Бердяева о том, что добро не всегда доброе, а зло не всегда злое: «Быть злым к неправде – это доброта». В то же время поэт находил яркие, запоминающиеся образы, когда писал о смысле жизни, смерти, любви, неизъяснимой женской красоте («Когда взошло твое лицо...», «Ты начисто притворства лишена...», «Заклинание»). В лучших стихах он в едином образе постигал сложность бытия, выражал беспредельную любовь к Родине, создавая впечатление сердечности и искренности («Идут белые снеги...»): «И я думаю, грешный, – / Ну, а кем же я был, / Что я в жизни поспешной / Больше жизни любил? / А любил я Россию / Всею кровью, хребтом – / Её реки в разливе / И когда подо льдом, / Дух её пятистенок, / Дух её сосняков, / Её Пушкина, Стеньку / И её стариков». Он умел проникнуть в душу простого человека («Фигурное катанье», «Абажуры»), глубоко чувствовал и понимал диалектику души («Молитва», «Помню, помню – бог тому свидетель!..»), диалектику добра («Чистые пруды», «Плач по брату»).

Художественный мир Андрея Андреевича Вознесенского (1933) является талантливым отражением противоречивости и дисгармоничности реального мира, разрушительных и непримиримых стихий в материальной и духовной сфере. «Дело сделано, – писал В. Барлас, – и силы отданы не напрасно, и даже то, что сожжено, бродит перегноем в почве истории»2. А. Вознесенский – яркий представитель «эстрадной» поэзии. Он выступал под флагом революционного разрушения идеологических, социальных, нравственных и эстетических догм. В стремлении к обновлению поэтических форм поэт обратился к художественному опыту раннего В. Маяков-ского, В. Хлебникова, М. Цветаевой, Б. Пастернака. А. Воз-несенский окончил Московский архитектурный институт и, может быть, поэтому особое внимание уделял зрительному восприятию стиха читателями, ярким живописным образам. По его мнению, «генетически слово граничит с пластикой и музыкой»3. Сборники его стихов «Парабола» (1960), «Мозаика» (I960), «40 лирических отступлений из поэмы «Треугольная груша» (1962), «Антимиры» (1964), «Ахиллесово сердце» (1966), «Тень звука» (1970) и другие вызывали живой отклик и бурные споры в критике. «Пришел поэт буйных красок жизни, чувственной красоты и плоти. Стремительный темперамент Вознесенского объединял в нечто цельное декоративные эффекты барокко и грубоватую, плотскую чувственность народной частушки, рублевскую гармонию красок и цветовые символы Лорки», – писал А.Михайлов4. «Холод, хохот, конский топот / да собачий звонкий лай. / Мы как дьяволы работали, / а сегодня – пей, гуляй! / Гуляй! / Девкам юбки заголяй!» – ухарски восклицал поэт в поэме «Мастера». По словам А. Вознесенского, метафора – это «мотор» формы. Он играет семантикой слова, звуком, цветом, для него характерны субъективные ассоциации. «Ночные гроздья звучат махрово, как микрофоны из мельхиора», – такой представляется ему сирень. Читатель того времени, не знакомый с поэзией М. Цветаевой, В. Хлебникова, М. Воло-шина и других корифеев поэзии серебряного века, вос-принимал внутренние рифмы, «корневые склонения» и другие формы звукописи как новое слово поэтической формы. А. Вознесенский не гнушался резкими, дис-гармоничными пассажами и натуралистическими деталями: «Семь пальцев бывшего завклуба! / И обмороженно-суха, / С них, как с разваренного клубня, / Дымясь, сползала шелуха». В стремлении к эпатажу он обращает внимание на парадоксальность ситуаций, широко использует оксюморон, молодежный сленг: «Хохмой вывернуть тоску? / Может, кто откусит ухо? / Ку-ку! / Скука». С его точки зрения, «душа совмещенный санузел». В результате, когда поэт пишет о человеческой боли, страдании, рисует сцены насилия, естественное чувство подчас замещается и разрушается ярким самоценным образом.

А. Вознесенский активно выступал за научно-технический прогресс. «Хочу, чтобы в самой дыре завалющей / был водопровод и движение мысли», – про-возглашал стихотворец в «Диалоге обывателя и поэта о НТР». Идеей фикс для него стала мысль Маяковского о «выволакивании» будущего. Поэт заострял мысль на особой значимости и незаменимости каждого человека. «Людей неинтересных в мире нет», – подчеркивает он с лозунговой афористичностью в одном из стихотворений сборника «Яблоко». Факты истории, фольклорная символика важны ему для иллюстрации нерешенных проблем современности. «Кто мы, фишки или великие?» – обращался Вознесенский к аудитории. В стремлении завоевать популярность поэт подчас льстил своим юным слушателям, которым, конечно, хотелось быть великими.

Поэт находился под влиянием господствующей в современном Западном мире позитивистской концепции мира и человека, в которой субъект противопоставлен объекту. Экзистенциализм, как известно, утверждает, что человек обретает себя как экзистенцию, становясь внутренне свободным. Он «выбирает», формирует самого себя. Впрочем, уже у Хайдеггера возникает мысль, что бытие может подавлять человека, конечного в своем существовании человека, который невольно становится участником борьбы сверхчеловеческих сил добра и зла, света и тьмы. Лирический герой А. Вознесенского формировал себя в борении с окружающим миром. Поэт заявлял, что человек «греховен» или «ангелоподобен». Но в конечном счете утверждаемые им ценности гипертро-фированной свободы личности и индивидуализма оказывались доминирующими. В образе лирического героя подчас типизируются черты человека вообще, человека вне государства, нации, расы, социальной группы. В некоторых произведениях А. Вознесенского позиция поэта явно иронична в отношении национального (быта, истории, культуры) в сравнении с явлениями культуры «общече-ловеческой». К примеру, в поэме «Авось», беззаботная, безрассудная надежда провозглашается девизом России, вопреки национальной традиции поэтизируется не любовь Ярославны, а любовь Кончаковны: «Укрепи меня, Матерь-заступница, / против родины и отца, / государственная преступница, / полюбила я пришлеца...». Характерно, что картины исторического прошлого у А. Вознесенского оказываются, по словам А. Михайлова, «вне всякой логики исторического развития». Это в корне отличает Вознесенского, например от Н. Рубцова, с его ощущением живого процесса истории, с его любовью к прошлому Руси как к истоку современной России.

Поэзия А. Вознесенского во многом эксперимен-тальна. В этом смысле характерны его «изопы» (изобра-зительная поэзия) 60-х годов. Так, строка «Чайки – плавки Бога» рисовалась в форме летящей птицы. Это яркий пример формальных поисков, когда стихотворение записывается спиралью или все внимание направлено на создание стихов – «перевертышей» (палиндромов): «А луна канула». Установка на эксперимент сохраняется на протяжении всего творчества Вознесенского: «Человек меняет кожу / человек меняет голос / велочек немяет логос / чеколев осляет Сольвейг / Елечвок левяет ослог...», – писал он в 80-е годы. Порой это приводило к деэстетизации, особенно когда он обращался к высоким чувствам любви, долга, совести:

Да будет плод благословен

Твоего стонущего лона!

Из всех двуногих миллионов

Ты мною выбрана затем.

И легкие, как два куста,

В тебе пульсируют кисейно.

Я слышу печень и кишечник,

Ты вся священна и чиста.5

Игровое начало, увлечение внешней новизною, яркой эквилибристикой слов не могло ни привести к потере читательского интереса к поэзии Вознесенского. Что и произошло в 80–90-е годы. При этом одическая интонация стихов 60-х годов постепенно сменялась элегической тональностью.

Творчество Роберта Ивановича Рождественского (1932–1994), который ориентировался на традиции В. Маяковского 20-х годов, было наиболее политизировано. И это стало бедой талантливого поэта. Для него характерен публицистический пафос, агитационные и ораторские приемы. Он писал о мужестве, долге, любви, преданности революционным заветам отцов, романтике дальних дорог. «Пишите о гордом! / О жизни и смерти. /О зле. / О любви. / О победе и славе», – призывал поэт своих собратьев по перу. В его стихах и поэмах утверждалась вера в историческую справедливость советского строя. С позиций утверждения принципов социализма написаны им стихи критического характера: «Убили парня», «Признание кинодублёра», «Государственный частник». В стихотворении «Никому из нас не жить повторно...» незадолго до смерти поэт с горечью писал: «Из того, что довелось мне сделать, / Выдохнуть случайно довелось, / Может, наберется строчек десять... / Хорошо бы, / Если б набралось». Р. Рождественский создал ряд произведений, имеющих непреходящее значение, например маленькую поэму «Реквием», где выразил идею памяти о бессмертном подвиге павших в борьбе с фашизмом во имя жизни, идею преемственности поколений. Поэма написана от имени солдат, погибших за Родину: «Слушайте! / Это мы / говорим, / мертвые...». Замечательны его стихи о неразрыв-ной связи с родной землей («Таежные цветы»), о любви к Отечеству («Разговор о снеге...»). Объясняя мальчику из Сингапура, что такое снег, лирический герой сравнивает его с мороженым, а завершает произведение строкой, переводя-щей образ в глубоко интимное чувство: «– А это сладко? / — Очень сладко. / Так сладко, что сказать нельзя». Широкую известность и народное признание получили песни на его стихи, написанные А. Пахмутовой, Е. Птич-киным, М. Таривердиевым: «Товарищ песня», «Притяжение земли», «Мгновения», «Позвони мне, позвони...» и др.



Каталог: pub -> docs -> stud
stud -> Учебное пособие для студентов химфака ргу структурная химия возникновение структурной химии Структурные теории
stud -> Мельникова О. М. Провинциальное археологическое сообщество вятской, Казанской, Пермской губерний
stud -> Учебно-методический комплекс по дисциплине «Криминальная психология» Для направления / специальности 031900 специальная психология
stud -> Курс лекций Пермь 2006 ббк 63 л 24 л 24 Лаптева М. П
stud -> Программа для начальной школы» (М.: Просвещение, 2009, 2010) но «Примерные программы основного общего образования. Литература»
stud -> В основе большинства реакций в аналитической химии лежит образование различных комплексных соединений, физические и химические свойства которых используются для целей анализа
stud -> Рабочая программа дисциплины (модуля) Теория и история художественного перевода финно-угорских литератур народов России
stud -> Практикум (Тексты для самостоятельного изучения) Казань 2006
stud -> Литература (5-11 кл.) Программа бордын ужазы С. Т. Арекеева, В. Г. Пантелеева, Л. П. Федорова, В. Л. Шибанов, А. Г. Шкляев
stud -> Возможности, открываемые генетической инженерией перед человечеством как в области фундаментальной науки, так и во многих других областях, весьма велики и нередко даже революционны


Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет