Рудольф Штейнер средняя европа между востоком и западом ga 174a Космическая и человеческая история (т. 6)



жүктеу 3.45 Mb.
бет12/16
Дата29.08.2018
өлшемі3.45 Mb.
түріЛекция
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16

Это представление может быть подтверждено, если мы будем опираться на следующее: мы живем здесь, в этом физическом мире, но, собственно, бодрствуем в этом физическом мире только благо­даря нашим восприятиям и нашим представлениям, как я описал вам это недавно. В отношении наших чувств мы здесь находимся в грезящем состоянии, в отношении наших волевых импульсов мы спим. Это естественно для человека. Но когда посредством имагинации, инспирации и интуиции мы вживаемся в духовный мир, который всегда окружает нас, как воздух, и в котором существуют совместно с нами так называемые умершие, когда мы вживаемся в мир, в котором деятельны их импульсы, тогда мы постигаем, как жизнь здесь, в физическом мире, связана с жизнью так называемых умерших. Умершие в состоянии получать от человеческих сердец только спиритуальные представления.

Вспомните, что я сказал в прошлой лекции три дня тому назад: если человек умирает в юности, то он, в духовном смысле, не покидает совершенно своих ближних; он в действительности остается здесь. Но для умерших речь идет о чем-то совершенно ином, нежели о пребывании здесь, - я прошу вас принять это очень серьезно, - для умершего речь идет о том, чтобы вытерпеть, перенести это бытие, суметь понять его. Если умерший присутствует в материалистически настроенной семье, которая не культи­вирует духовных представлений, то в такой семье умерший, хотя и присутствует, но она постоянно подавляет и утесняет его. Семья является для него своего рода кошмаром, сравнимый с кошмаром, который мы испытываем, когда задыхаемся. Только духовные представления изгоняют этот кошмар и делают его жизнь совместную жизнь с теми, среди которых он остался, сносной, возможной.

Опять-таки, я говорил вам: если более старый человек отрывается от своих ближних, он, в некотором смысле, берет их души с собой. Он берет их с собой; но если они не пронизаны духовными представлениями, то они, подобным же образом, составляют кошмар для него.

Теперь рассмотрим следующее: мы можем научиться необыкновенно многому, если при известных предпосылках будем наблюдать внезапную смерть человеческого существа, причиненную внешними или анормальными внутренними условиями. Например, если человек убит или застрелен. В таком случае смерть вызывается путем, совершенно отличным от постепенного естественного умирания вследствие болезни. Представьте себе, что человек был застрелен в тридцатипятилетнем возрасте; его жизнь разрушена извне. Если бы пуля не поразила его, - безусловно, существуют кармические связи, но то, что я собираюсь сказать, тем не менее, справедливо, - если бы человек не был застрелен, организм этого человека позволил бы ему прожить еще тридцать пять лет. Не правда ли, его организация могла бы жить дальнейшие тридцать пять лет. А это дает совершенно определенный результат.

Если человек умира­ет насильственной смертью, когда его жизненные силы еще особенно активны, он переживает в момент смерти потрясающе мно­го. Он переживает, сжатыми в одно мгновение, вещи, ко­торые должны были развернуться в большой период време­ни. То, что он должен был пережить в течение тридцати пяти лет, следующих за первыми тридцатью пяти годами, то, что должно было бы распределиться на много лет, сжимается теперь в одно единственное мгновенье. Ибо, наиважнейшим переживанием в час смерти является то, что человек в этот час смерти приходит к тому, чтобы действительно увидеть свою телесность извне. Он видит, как эта телесность переживает переход от нахождения под управлением сил, которым она была подчинена раньше, когда душа пребывала в теле, к становлению её природным существом, отданным природным силам, внешним физическим силам. Необычайно значительно в момент смерти является то, что человек ретроспективно созерцает, как его организм передаётся физическим силам природы. Если человек претерпевает насильственную смерть, он внезапно не только передается тем природным силам, которые соответствуют норме, но он, как организм, простреленный пулей навылет, становится подобен неорганическому, безжизненному телу, он теперь полностью перемещён в неорга­нический мир. Есть большая разница, зачах ли человек, или настигнут внезапной смертью вследствие того, что извне, из Универсума смерть вторглась в его организм, будь то в виде пули, или в иной форме. Тут происходит внезапная вспышка, воспламенение бес­предельной духовности. Имеет место воспламе­нение духовной ауры, и тот, кто проходит через врата смерти, оборачиваясь, видит это воспламенение. Это воспламенение очень похоже на то, что происходит, когда люди предаются духовным представлениям. Это взаимозаменяемые ценности. Чрезвы­чайно интересно видеть, как созерцаемая с той сто­роны, со стороны умерших, мысль, прочувствованная мысль созерцателя или творца художественного произведения, кар­тины, рожденных духовной жизнью, сходна с тем ощущением че­ловека, - который, конечно, не сознает этого, - страдающего от внешнего ранения, скажем, руки, когда рана причиняет боль. Здесь имеется большое родство между двумя события­ми; одно может занять место другого.

Теперь вы будете понимать кармическую связь между двумя со­бытиями. Конечно, довольно большое количество людей знало "положение звезд", об «аспекте звезд», когда приблизились сороковые годы девятнадцатого столетия. Когда оккультисты хотели обо­значить такое событие как битва Архангела Михаила с дра­коном, они употребляли техническое выражение: "Это — аспект звезд". - В то время существовало довольно много людей, которые знали, что происходит значитель­ное событие. (1840-41,42гг имел место парад планет в нижней части Зодиака –примеч. перев.) Были такие, которые хотели принять меры предосторожности, но другая чаша весов была, я бы сказал, слишком тяже­ло нагружена: материалистические чувства были слиш­ком сильны у людей. И прибегли к тому, что оказалось наихудшим средством. Люди видели, что духовная жизнь должна войти в человечество. Это было показано совершенно ясно. Ибо в сороковых годах были поняты многие, многие знамения времени, убеждающие в том, что спиритуальная жизнь должна войти в человечество. Если бы эта спиритуальная жизнь в начале сороковых годов вошла в человечество, это человечество было бы избавлено от многих катастроф. Ибо то, что должно было произойти, исполнилось бы, но в другой форме. То, что кармически необходимо — происходит; но оно может про­изойти в разнообразных формах. Всегда надо придерживаться этого.

Я хочу высказаться более ясно: если сегодня человек размышляет над тем, что должно произойти в социальной области, или в другой области, он может сделать это двояко. Он может представить програм­му, сформировать программные понятия, может при­думать, каким должен быть мир в какой-то области. Это может быть представлено в прекрасно звучащих словах. Мы можем клясться этими словами, как догмами, но в результате из них не произойдёт ничего, — совершенно ничего! Мы можем иметь самые великолепные идеи о том, что должно быть, но из них ничего не получится. Идеи, как бы они ни были прекрасны, не ведут ни к чему. Придуманные программы, — самая никчемная вещь в жизни. В противоположность этому мы можем сделать что-то другое, - и многие люди делают это без какого-либо специ­ально развитого ясновидения, - просто благодаря безыскусному, интуитивному знанию условий времени, спросить себя: что неминуемо произойдет в ближайшие двадцать или тридцать лет? Что заложено в нашем време­ни, что стремится стать реальностью? - И тогда, если человек разгадал, что произойдёт в каждом случае, он может сказать себе: теперь есть выбор, - или взяться за ум и направлять развитие в том направлении, в котором оно будет происходить при всех обстоятельствах; тогда дело пойдёт хорошо. Или он отказывается от этого, пускает дело на самотек, спит, не бодрствует; в этом случае то, что должно произойти, осуществится путем катастроф, революций, катаклизмов и так далее. - Никакая ста­тистика, никакие программы, как бы они ни были хорошо придуманы, не имеют цены. Ценность имеет единственно наблюдение того, что заложено в лоне времени. Это должно быть принято, этим следует проникнуться, этим должны руководиться замыслы совре­менности.

В 40-е годы (19в) многие люди, придер­живающиеся программ, одержали победу над немногими, которые понимали то, что я только что изложил. Отсюда возникли различные попытки одухотворения человечества; спиритизм, например, был одной из попыток спиритуализировать человечество негодны­ми средствами, и предложить взаймы, раскрыть духовный мир, реформированный материалистичес­ки. Даже в мыслях человек может быть вполне материалистичным. Человек является материалистичным, если, например, говорит: та или эта опреде­ленная группа человечества права, — почему же духовные силы не вмешиваются и не помогают им? Как часто слышим мы сегодня людей, говорящих: почему не вмешиваются ду­ховные силы? - Я недавно дал ответ на это в более абстрактной фор­ме: человечество должно сегодня быть свободным. Те, кто спрашивают: почему духовные силы не вмешиваются? — исходят из предположения, что вмес­то людей политику должны делать призраки. Безусловно, это был бы очень легко достижимый прогресс, если бы вместо людей духи проводили бы необходимые реформы. А они этого, конечно, не делают, так как люди должны быть свободны. Ожидание призраков — вот что сбивает людей с толку; оно отвлекает их внимание от того, что должно происходить. Таким образом, то время, когда человечество, в соответствие со своей жизнью, вырабатывало себе утонченные духовные понятия, явно живущие в некоторых людях, было, с другой стороны именно тем временем, когда человечество подвергалось сильнейшим материалисти­ческим искушениям. Люди были просто не в состоянии различить утонченны­е спиритуальные понятия и ощущениями, с одной стороны, и то, что, с другой стороны, подступало к ним как искушение; что противодействовало овладению тем, что было спиритуализировано внутри них самих, что действительно являлось несколько спиритуальным. Именно по­тому, что люди не поняли в должное время, как должно происходить развитие, наступила наша катаст­рофическая эпоха, стали необходимы наши нынешние трудные времена. Без этой тяжкой современности человечество погрузи­лось бы еще глубже в неверие в самого себя. Оно бы еще больше пришло к тому, чтобы, - хотя и развивая спиритуальное, - отрицать это спиритуальное.

Таковы кулисы исторического становления. Я очень хотел бы, исходя из этого заднего плана, осветить многое, находя­щееся на переднем плане; но по понятным причинам это не может быть сделано особенно в наше время. Я должен предос­тавить каждому, лично осветить для себя то, что живет в нашем непосредственном настоящем, рассматриваемом со сто­роны заднего плана, который я только что описал.

Проспать события, ко­торые я характеризовал, значит проглядеть острые углы и контуры жизни. Но если мы проглядим острые углы и контуры жизни, возникают компромиссы. Бывают времена, подходящие для компромиссов. Время, предшествовавшее сороковым годам девятнадцатого столетия, подходило для компромиссов, но для нашего времени это не подходит. Наше время требует, что­бы мы видели вещи, как они есть: со всеми их углами и контурами. Однако это побуждает человеческую душу — именно, по причине наличия этих острых углов и контуров — сонно закрыть глаза на эти острые углы и контуры. То, что я только что сказал, замечается и в отношении величайшего, значительнейшего события в человеческой эволюции.

В отношении величайшего события мирового развития совершившаяся эволюция как раз выдвинула эти острые углы и контуры, даже в отношении величайшего события мирового развития — Мистерии Голгофы! Мы зна­ем все толкования, которые делались в ходе теологического развития девятнадцатого столетия в отношении Мистерии Голгофы. С момента, когда Лессинг (Готтхольд Эфраим Лессинг 1729—1781) — говорил о христиан­стве в своих теологических сочинениях и статье "Воспитание рода человеческого", начали говорить о Ми­стерии Голгофы, вплоть до теолога Древса (Артур Древс 1865—1935; отрицал историчность Иисуса Хри­ста. Его "Миф о Христе" в 2х томах появился 1909 — 1911 годах). в отношении нее говорилось всё, что только возможно. И можно сказать: всё теологическое развитие 19 века дает полнейшее доказательство того, что люди совершенно разучились понимать что-либо вообще относительно Мистерии Гол­гофы. Было, однако, несколько очень интересных публикаций, каса­ющихся Христа Иисуса. Возьмите, например, датские. (Доктор Георг Ломер "Иисус Христос глазами психиатра", Бамберг, 1905 г. Датская публикация: Эмиль Расмуссен "Иисус. Сравнительный психопатологический этюд". Лейпциг. 1905 г..) Эта датская публикация написана полностью с точки зрения естественнонаучно мыслящих. Автор утверждает: я — пси­холог, физиолог и психиатр, и я исследую Евангелия с этой точки зрения. К каким же заключениям он приходит? Конкретно, в смысле современного психиатричес­кого суждения, он приходит к следующему: образ Христа Иисуса, Который обрисован в Евангелиях, является образом больного. Мы можем представить себе Христа Иисуса только как лицо, страдающее безумием, эпилепсией, пато­логическими видениями и тому подобными состояниями; он обладает всеми симптомами серьезной психической болез­ни. — Когда прочтешь людям самые важные места этой книги, как я недавно это сделал (В лекции от 24 декабря 1917 г. в Дорнахе в " Мистериальных истинах и Рождественских импульсах" ПСС, т. 180)., то они ужасаются. И это понятно; люди ужасаются, когда то, что они почитают свя­щенным, описывается как патологический случай. Но како­вы реальные факты, стоящие за этим? — Факты, мои доро­гие друзья, следующие: Из большого числа нечестных со­глашателей выдвигается один, кто основывается полностью на естественнонаучной точке зрения; он не идет ни на какие компромиссы, а утверждает: я — ученый, потому я должен говорить так, как я это делаю; потому что таковы факты.

Если люди честно встанут на точку зрения естественной науки, они должны будут держаться подобных взглядов. Здесь как раз налицо те острые углы и контуры, иначе и быть не может. Не может быть иначе, как: либо оставить естественнонаучную точку зрения и встать на духовнонаучную — тогда тоже оставаясь честным. Либо можно оставаться честным на естественнонаучных пози­циях, тогда надо действовать без компромиссов, как раз­мышляет такой недалекий, но честный в своей области че­ловек, который всего лишь полностью ограничен, но свою ограниченность не маскирует, ограничен, но последовате­лен. Надо встать на эту точку зрения. Когда люди увидят, что делает сегодня необходимым многие нюансы, когда это ясно выступит, тогда впервые вы увидите жизнь без компромис­сов.

Кто-то передал недавно мне в руки занятную записку со ссыл­кой на книгу, которая уже известна мне, но так как у меня нет здесь с собой книги, я прочту вам только то, что написа­но в этой записке. То, что подобная записка попала мне в руки, свидетельствует о том, что сегодня все возможно.

"Каждый, кто сидел на гимназической скамье, помнит незабываемые часы, когда он, изучая Платона, должен был "наслаждаться" беседами Сократа с его друзьями. Незабы­ваемыми по причине невероятной скуки, которая порожда­лась этими беседами. Он, может быть, вспомнит, что эти беседы показались ему исключительно глупыми; но, конечно, он не смел высказать такое мнение, так как ведь чело­век, о котором шла речь, был Сократ — величайший фило­соф. — Такой, совершенно неоправданной оценкой храброго афинянина производит опустошение книга «Сократ-идиот» Александра Мошковского (Александр Мошковский 1851 — 1934 — известен больше как писатель-юморист. С 1886 г., редактор "Веселых страниц". Книга "Со­крат — идиот" появилась в 1917 г. в Берлине.) В этой небольшой, заниматель­но написанной книге историк широкого профиля Мошковский берет на себя задачу полностью лишить Сократа его философской славы. Загла­вие "Сократ - идиот" должно быть понято буквально. Мы не ошибемся, предполагая, что эта книга вызовет научные споры."

Вы, может быть, подумаете, как это ужасно, что пишут­ся подобные вещи. Но я совсем не нахожу это ужасным. Я нахожу это самоочевидным и вполне честным со стороны Мошковского; ибо в соответствии с его идеями и чувствами он не мог сделать иначе, если хотел оставаться последова­тельным, как назвать Сократа идиотом; это само собой разумеющееся. Делая это, он более честен, чем многие другие, которые, придерживаясь своих взглядов, должны были бы так же назвать Сократа идио­том, но не делают этого из соображений компромисса. Я думаю, что мне не нужно говорить, мои дорогие друзья, что вам не следует, выйдя, из проницаемых стен Мюнхенской ветви сейчас же распространять новость, что я солидарен с Мошковским, когда он объявляет Сократа иди­отом. Я надеюсь, вы понимаете, что я действительно имел в виду.

Но точно также я должен признать то, что люди в наше время приходят к некоторым суждениям потому, что они прибега­ют к нечестным компромиссам. Невозможно думать о психических заболеваниях, как думают современные психиатры и не напи­сать книгу, подобную книге датского автора, касающейся Христа Иисуса. Этого невозможно не сделать. Было бы нечестно, не отбросив этих понятий и не заменив их духовными понятиями, не принять точку зрения, что Христос Иисус был психически больной. Если ознакомиться со взглядами подобных людей, если знать своеобразные взгляды Александра Мошковского относительно теории радиации и теории квантов, - таких людей надо просто знать, надо знать воззрения Мошковского относительно границ познания, об устройстве мира, - можно понять, почему он, если хочет остаться честным и последователь­ным, должен считать Сократа, а также и Платона идиотами.

К тем импульсам, которые особенно необходимы человечеству, относится, прежде всего, следующее: отбро­сить компромиссы, не заключать компромиссов, по крайней мере, в своих душах. Важно, чрезвычайно важно рассматривать это как требование нашего времени. Ибо к важнейшим импульсам Духа Времени Михаила относится: пролить свет ясности в души людей. Если хотят следовать за Архангелом Михаи­лом, необходимо вливать ясность в человеческие души, преодолевать сонливость. Эта сонливость возникает и в других сфе­рах, но больше всего сегодня необходимо видеть последствия какого-либо дела. В предшествовавшие эпохи это было иначе. В более ранние времена в течение столетий, когда перед Архангелом Михаилом европейское человечество управлялось Архангелом Гавриилом, компромиссы, которые человечество допускало в своем мыш­лении, смягчались влиянием духовного мира. Михаил — это тот Дух, который работает над свободой человека в самом высоком смысле. Тем самым Михаил поступает правильно. Вы не должны думать, что Михаил поступает неправильно, он поступает правильно. В бессознательных областях души каждого че­ловека сегодня резко очерчены все кон­туры и углы духовной жизни. Это уже имеет место. Тот, кто имеет хотя бы малейшие задатки, пусть они ещё малы, - задатки извлекать то, что существует в глу­бинах душевной жизни как скрытое видение, тому известно, что сегодня, в сущности, всё в душе живет, будучи построено на противоречии и разладе. Он знает, что в душах уживается друг с другом современная материалистическая психиатрия, которая не боится видеть эпилептика в Христе Иисусе, и тем не менее признавать Христа Иисуса. Он это знает. Если эти вещи, хоть немного осознаются, поднимаются в сознание, если каждый, кто имеет к тому хоть малые задатки, поднимает эти вещи в сознание, ему становится ясно, как обстоит дело. Было бы интересно, если бы хороший художник, с истинным пониманием нашего времени, написал бы "Христос глазами современного психиатра", изобразив это на уровне экспрессионизма. Результат был бы очень интересен, если бы художник имел истинное понимание того, что разыгрывается в настоящее время в основах душевной жизни..

Видите ли, в наше время мы должны копать глубже, если хотим овладеть тем, что происходит на поверхности бытия. Но надо понимать, с другой стороны, что люди поддаются некоторой трусости и отсутствию мужества, когда они должны подступать к указанным вопросам. Вот дру­гое, необходимое в современности: мужество, даже некото­рая дерзость в образе восприятия, в образе мыслей — дерзость, кото­рая не притупляет наши понятия, но делать их макси­мально острыми. Я сказал все эти вещи, для того, чтобы их наблюдали, насколько это духовно доступно каждому. Надо наблюдать сами эти вещи, если человек действительно хочет наблюдать духовную жизнь современности. Всё то, что должно было быть сказано сегодня надо обнаруживать во внешних событиях, извлекать из внешних событий; духовный исследователь более точно описывает их, поскольку видит их подоснову. Если же эта подоснова становится известной благодаря описаниям духовного исследователя, тогда человек в этих событиях найдёт еще большее подкрепление того, на что, например, было указано сегодня.

Иной человек спрашивает сегодня: что, в сущности, он должен делать. - Это так очевидно, что он должен делать. Можно сказать так: надо открыть свои глаза, то есть, конечно, духовные глаза. И если каж­дый откроет глаза, тогда появится и воля. Воля во многом зависит от места, которое занимает человек. Не всегда возможно именно на своём месте, в соответствии с кармой, со­вершать верные поступки, но каждый должен стараться раскрыть глаза на духовном уровне. Сегодня, однако, часто случается следу­ющее: если кто-то пытается сообщить людям на словах то, что необходимо для нашей эпохи, они быстро закрывают свои глаза, затем быстро отвращают от этого и свой ум. Это есть качание чаши весов в другую сторону.

Когда я говорю так, это может легко показаться крити­кой нашего времени. Это не было моим намерением. Я имел в виду следующее: привлечь внимание к тому, что как импульсы спиритуального мира, должно вступить в человеческие души, в человеческие умы, если мы хотим выйти из того ката­строфического времени, в котором мы живем. Как сказано, в конкретные детали, к сожалению, входить невозможно. Каждый должен сделать это для самого себя сам.

ОДИННАДЦАТАЯ ЛЕКЦИЯ

Мюнхен 2 мая 1918


Растущая враждебность к антропософии со стороны представителей религии. «Христос в них»: смешивание Христа с Ангелом. «Бог» и «дух» в словарях. Маутнер и Болль. Люди больше не могут становиться старыми. Экзамен на одарённость, тест на интеллектуальность. Голова и конечности. Действие Народных Душ посредством различных элементов.

Сегодня, в первый день наших обсуждений на ветви, давайте, - как это соответствует условиям времени, - займёмся рассмотрением, нацеленным на то, что как свет может благодаря нашим духовнонаучным устремлениям осветить некоторые вещи, выступающие навстречу человеку в наше время. Эти вещи выступают навстречу, ставя вопросы, требуя; в их отношении должны быть выполнены задачи, задачи, поставленные в высшем смысле Духом Времени. От их понимания каждым отдельным человеком может зависеть многое в судьбе человечества в ближайшем будущем. Возьмём за исходный пункт то, что может находиться к нам ближе всего. Вы заметите, что уже в течение долгого времени происходит в некотором смысле изменение настроения со стороны внешнего мира по отношению к нашей антропософски ориентированной духовной науке. За этим изменением настроения стоит то, что там или тут на эту духовную науку смотрят с возрастающей враждебностью. Только тот, кто не в состоянии правильным образом по достоинству оценить историю духовного движения, может удивляться такой смене настроения, такому изменению настроения; оно выступит с ещё большей интенсивностью. Пока такое движение как это удерживается в своих основных делах в пределах сектантских потребностей, пока оно держит себя так, что там или тут в разных городах сходится пара людей, как сектанты сходятся в переднем или заднем домике, чтобы то, или иное сектантски продвинуть, до тех пор на такое развивающееся движение смотрят с некоторым снисходительным благодушием, которое может тут, или там превратиться в нечто иное, но, в общем, считают, что нет необходимости серьёзно относиться к такому движению; оно, мол, снова исчезнет, а пространство в тех передних или задних домиках, где по-сектантски, больше на семейный лад продвигались такие дела, может быть использовано для чего-то другого. Такое настроение по отношению к нашему движению существовало во внешнем мире в течение многих лет, а враждебность возникала более или менее локально, поднимаясь там или тут из общего настроения. Но это дело несколько изменилось вследствие того, что с нашей стороны прилагались всё большие усилия, чтобы преодолеть сектантский характер. Несмотря на то, что именно из самих рядов нашего Общества всё снова и снова возникало сопротивление против преодоления этого сектантства, против объединения с общей культурой современности. Стало необходимым предпринять энергичную попытку против всякого сопротивления и всякой враждебности путём объединения с культурными стремлениями современности. В дальнейшем надо будет не только собираться и уютно читать вслух лекции и тому подобное, - хотя, само собой разумеется, это может быть прекрасной семейной задачей. Будет необходимо разбираться с тем, что там и тут хотят люди, примыкать к тому, что хотят там или тут, для того, чтобы благодаря смене обстоятельств, и даже совместно с противостоящими движениями внешнего мира находить то, что должна обрести современность благодаря антропософски ориентированной духовной науке.


Каталог: cat -> Ga Rus
Ga Rus -> Рудольф Штейнер Космическая предыстория человечества
Ga Rus -> Ga 148 Восемнадцать лекций, прочитанных в 1913-1914 г г. В разных городах
Ga Rus -> Рудольф штейнер историческая симптоматология
Ga Rus -> Рудольф Штейнер
Ga Rus -> Рудольф Штайнер Бхагавад Гита и Послания Св
Ga Rus -> Ницше Борец против своего времени ga 5 Перевод с немецкого И. Маханькова
Ga Rus -> Рудольф Штейнер рихард вагнер и мистика из ga 055
Ga Rus -> Рудольф Штейнер
Ga Rus -> Задачи новой экономической науки
Ga Rus -> Рудольф штайнер оккультные истины древних мифов и легенд ga 92 Шестнадцать лекций


Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет